Purple Days / Пурпурные дни

Казалось, что уступки со стороны Палат Запада (какими бы они ни были), кои Калинния получила от недругов, надолго ввели ее в благожелательное настроение, так что она даже разрешила Джоффри посещать их святыню, собственно сами палаты в пределах Асшая. — Моя Санса, ты прекрасно себя показала! — сказала она с таким нехарактерным, искренне довольным настроением. — Спасибо, моя матриарх, — ответила Санса. Теперь она носила свою собственную зеленую маску, печальную необходимость их проклятых традиций. — И ты тоже, парень, — колдунья добавила почти автоматически, — Молодец, что выпотрошил этих сук, Тахсию и Мегису. Теперь Вилла потеряла двух опытных вызывающих, еще и нарушила традицию, вмешавшись в ритуал вызова… кровавый выкуп, что мы вытащили из них после конца церемонии… — она замолчала, вздохнув от наслаждения, — Санса, дорогая, ты еще даже не начала служить мне и так уже помогла… Жаль, что этих двадцати лет верной службы так и не состоится, подумал Джоффри. Палаты обычно хранили запасы взятой у своих вызывателей крови на случай предательства, но Джоффри сомневался, что у них даже будет шанс получить такую тактику, прежде чем они все умрут. С далекого севера уже поступали заслуживающие доверия известия, что Пять Крепостей уже пали перед врагом… им не помогли и письма от юноши, где он описывал то, что видел в предыдущих жизнях. Казалось, что его отсутствие в эпицентре событий, начиная от участия в Экспедиции и заканчивая последней битвой под Крепостью Рассвета, ускорила продвижение Белых ходоков по крайней мере на год или даже на два; рассказывали, что легионы «голодных мертвяков» уже разоряли северные провинции Йи-Ти, а новости с запада были даже более фрагментарными; слухи, искаженные многократным переводом между купцами, рассказывали о страшных чудовищ и о чуме, что опустошали земли Сумеречных земель (Вестерос). Когда она встречалась с такой информацией-Калинния лишь пожимала плечами, примерно так, как же, как реагировали и другие матриархи, узнав о «проклятии немертвых», расползавшемся по тем отдаленным землям: Асшай в прошлом переживал и худшие времена, и все же до сих пор гордо стоит. Джоффри следил за Калиннией, которая сидела на роскошном ковре, откинувшись спиной на подушки. Вызывающие снимали свои маски только наедине или в компании других полноправных членов их Палат, и даже сейчас пожилая матриарх не снимала своей… хотя это не мешало ей открыть в маске небольшое отверстие, как раз достаточное, чтобы иметь возможность пить то, что, как Джоффри надеялся, могло бы было вином, но скорее всего не было им. Он рассеянно выстукивал пальцами, размышляя над возможными вариантами. Санса рассказала мужу, что уже выучила все необходимое, чтобы самостоятельно продолжать обучение, так что дальнейшее послушание уже было ненужным… но и остаться здесь не помешало бы. Магические мистерии были сложными и запутанными, и он был свидетелем всего, от воскресения мертвых тел до прямых манипуляций погодой в Пяти Крепостей… или по крайней мере сдерживание таких манипуляций со стороны Белых Ходоков, благодаря усилиям нефритовых писцов. Его оторвали от размышлений, когда вызывательница в маске, идентичной с сансиной, зашла в комнату, трижды поклонившись: — Простите мне, матриарх… — Фикуя, имею предположение, что ты имеешь вескую причину для вторжения? — спросила Калинния, до сих пор сохраняя расслабленное состояние после тяжелого удара по престижу и позициям Палат Запада. Уступки, полученные с их стороны, также были немалыми, согласно слов Сансы. — Матриарх! Я прибыла так быстро, как только могла, но он… — Что это все значит?! — воскликнула колдунья, приподнимаясь; тени в углах комнаты задрожали, когда она приняла вариацию стойки из Кхаи, которую Джоффри не смог опознать. Он также вскочил на ноги, вызывая Светлорев, а Санса плавно поднялась, слегка подогнув колени, готовая ко всему. Фикуя отступила в сторону и расположила колено в выражении глубокого уважения, и Джоффри смущенно осмотрел незнакомца, который шагал по комнате с таким видом, как будто был владельцем этого имения. — Благословенная госпожа, прошу прощения за неудобства, -молвил крылатый человек архаичной версией йи-тийского языка, слегка поклонившись и коснувшись пола кончиками длинных крыльев. Он был одет в легкий тканевый доспех, сшитый из чрезвычайно ценного и прочного асшайского шелка; середина нагрудника была выкрашена ярко-желтой краской, где красовался прямоугольный медальон. На удивление, вместо превращения его в кровавое месиво… Калинния кажется рассматривала крылатого человека с какой-то шокированным унынием. Он взглянул на Сансу, но она казалась такой же растерянности, как и Джоффри. — Желтый Волшебник, повелитель Каркосы и шестьдесят девятый император Йи-Ти, зовет на помощь все палаты Асшая, — сказал крылатый человек. –…Или император призывает сделку рассвета? — спросила Калинния, чей голос ощутимо ломался. — Именно так, матриарх, — ответил посланник; во время речи длинные клыки выступали за пределы широкого рта. Калинния дважды низко поклонилась: — Тогда палаты Юга отозвутся, — сказала она. — Благодарю вас, благословенная госпожа, — закончил крылатый человек, прежде чем развернуться на месте и двинуться назад, откуда пришел. --- — Конечно же, Каркоса, почему бы и нет? — буркнул Джоффри, разглядывая ночное небо и Красную Комету сверху. Санса закатила глаза, пока корабль слегка расшатывался под ногами; черная галера была судном, предназначенным лишь для речных путешествий по Призрачной реке. Джоффри считал на пальцах, продолжая ворчание: — Костяной город, Стигай, К’дат, Каркоса… может мы еще и попросим Желтого Императора одолжить нам яхту для круиза по Скрытом морю, заодно еще и посетим город крылатых людей. Это кажется единственное место из ночных кошмаров, где я еще не бывал, — сказал он. — Вижу, что ты мало заинтересован в этом всем, — бросила Санса, снова продолжая тот же разговор. — Мы можем найти там кое-что интересное. Но это не отменяет того факта, что я уже превысил норму дерьма в этой жизни. Санса захихикала, снова качая головой: — Что же случилось с твоим влечением к впечатлениям, Джофф? — Мое влечение к впечатлениям настолько размыто, что я уже начинаю считать рассматривание листьев деревьев как увлекательное занятие. Любимая, кажется, что я вскоре снова сойду с ума. — Ты всегда воспринимал рассматривание листьев как увлекательное занятие… Может лучше вернись к молчаливому настроению? Это тебе больше к лицу, — уколола Санса с озорной улыбкой. — Жена, клянусь, — сказал он, прекратив опираться на перила корабля, вместо этого поймав Сансу сзади, — Если я еще раз увижу в этой жизни, как реальность тает, словно воск в руке… — затараторил юноша скороговоркой, и в конце замедлился, улыбаясь, — То украду тебя с Винтерфелла и запру вместе с собой в хорошенькой комфортной хижине где-то на Летних островах, — пообещал он. — Гм, мне нравится эта идея, — сказала она, потягиваясь и наслаждаясь объятиями. — Шесть лет раю посреди чудесной погоды и тропических фруктов, как это звучит? — спросил он. — На самом деле замечательно. — Майор Ягам рассказывал мне о многих ритуалах, которые практикуют у него на родине, — прошептал он на ушко, заставляя девушку засмущаться, — Это очень набожные люди, эти извращенные летние люди, — добавил он, легонько кусая ее за ухо. — Конечно, — ответила Санса, ударяя его локтем, — Можем пировать с теми «богинями вина и сисек», о которых всегда говорил Тирион, — сказала она, оборачиваясь, и удовлетворенно улыбнулась, наблюдая, как Джоффри массирует солнечное сплетение. — Можем прекрасно провести время, — сказал он, сводя брови. — Прекрасно провести время со мной или с несколькими похотливыми аборигенками? — …А можно это совместить? — Ох, так вот чего ты хочешь, — буркнула она, снова оборачиваясь спиной к юноше. — …Да прекрати, Санса, я же только пошутил! — воскликнул Джоффри, подходя сбоку от нее, и она отвернула голову набок, разглядывая бескрайнее море призрачной травы, что росла вдоль речного русла. — Я очень, очень извиняюсь за оскорбление, миледи, — добавил он на вестероском языке, придавая словам несколько крестьянского акцента. — Стоит тебе отрезать язык за такие слова своей госпоже… — сказала она, и дальше созерцая призрачную траву. — Лучше я надену черное, если вы пойдете со мной, миледи, — прохрипел юноша гнусавым голосом, теперь явно подражая стереотипам тирошийских спектаклей. — Какая наглость! Какое бесстыдство! Я позову моего верного рыцаря, чтобы тот рассек тебя пополам, ты, подлое ничтожество! — воскликнула Санса вслух. — Тогда я скорее умру, чем-увижу, как мое сердце разрывается! Ибо это хм… — Джоффри пытался закончить песню, но Санса прикрыла ему рот ладонью. — Джоффри, нет. — Аммле Шмамшо! — Джофф, лучше уж умереть, чем выслушивать тирошийскую оперу, а еще лучше придушить мужа, чтобы избежать такой участи, — сказала она. Он что-то пробурчал, когда она убрала ладонь, скрестив руки на груди. — Небось ты не захочешь услышать мою адаптацию наших приключений? — …О, Джофф, только не говори, что все-таки занялся этим. — Я назвал ее «Проблеском Пурпура», — он признался в страшном грехе, — И до сих пор пытаюсь подобрать нужные рифмы, но первый акт уже почти готов. — Я отнюдь не смогу избежать этого, не так ли? — Не. На самом деле, именно ты поможешь мне со вторым актом. — Разве что в твоих мечтах, дорогой. Он засмеялся: — Ну, мы еще увидим… разве у тебя есть лучшие идеи, чем заняться, пока мы здесь гибнем от безделья на этом корыте? Санса фыркнула, оглядываясь через плечо на верхнюю палубу, где находились двери к внутреннему святилищу. — Не дай боги Калинния услышит твои слова, она и в самом деле гордится своей й-кейин. — Это лишь показывает, насколько мало она смыслит в кораблях. Это судно служит только одной цели, ради которой его и построили, а именно: стоять на причале в гавани и напоминать всем торговцам, что Палаты Юга всегда находятся рядом. А вот настоящее плавание на этой штуке… — он запнулся, бросая взгляд вниз на великолепно разукрашенные, однако ужасно неэффективные ряды гребцов. Весь корабль скорее напоминал плавучий дворец, украшенный золотым и серебряным орнаментом, еще и имел черные паруса с асшайского шелка. Хотя насчет последнего-Джоффри признавал, что убил бы за такие для кораблей Королевского флота. Санса неохотно согласилась. Может быть, если бы она поддержала его тогда, то результат не был бы таким ужасным? — Что скажешь о других кораблях? — спросила она через минуту. — Палаты Востока единственные, кто хоть что-то смыслит в этом; они владеют настоящим боевым кораблем… видимо потому, что на самом деле время от времени используют его по назначению. Ведь имеют какие-то дела с церковью Р’Глора… или по крайней мере с осколком секты той веры или что-то в этом роде. И им на самом деле нужно использовать корабли на регулярной основе, хотя бы для коммуникации, — сказал он, опершись на перила и глядя вперед, — По крайней мере им хватило ума плыть первыми. Санса посмотрела также и заметила крашеный в красное корпус Солнечного Охотника, здоровенной боевой галеры в собственности Палат Востока. Сразу за ней плыло Обещание, судно Палат Севера. Позади их — корабль Палат Юга, где они и плыли, последним в очереди, плыл Джак, двухпалубная галера Палат Запада. Достаточно было лишь сказать, что это было единственное судно, с гребцами со всех четырех ковенов не только командой его непосредственных владельцев.   — Эта «Сделка Рассвета»… сколько раз вообще она была задействована? — Джоффри спросил у жены; он снова начал скучать после обозрения кораблей. — Лишь дважды в истории, если верить Калиннии, — ответила Санса, — Оба раза по зову Палат с Асшая. Последний раз где-то с шесть столетий назад, когда «ядовитые люди» с Ультоса вторглись через море, и тогда даже палаты перепугались. — Так это впервые сам повелитель Каркосы желает задействовать Асшай как одно целое? — спросил он. — Да, хотя технически это только четыре ковена, а не весь город в целом. — …Ставлю десять красных банкнот, что это сам Цикл стучит ему в дверь, — добавил он, размахивая увесистым пучком банкнот Золотого Банка Йи-Ти. — Даже не собираюсь спорить, — сказала Санса, качая головой. — Будет опасно так приближаться к белым ходокам… ты уверена, что оно того стоит? — Можем лишь надеяться на лучшее, Джофф. Чем больше узнаем о том, как они действуют, тем лучше, — ответила она. — Да знаю я, но мне это до сих пор не нравится. Потому что приближаться к тем тварям-это то же, что максимально рисковать настоящей смертью, — добавил он, разглядывая отдаленные горы Рассвета. Менее чем за неделю они должны были бы прибыть к верховью реки, где придется пересесть с кораблей на повозки и проехать скрытыми перевалами сквозь горы, прямо к скрытому морю и самой Каркосе… и если повезет, не столкнуться с Ордой вихтов, хотя Джоффри имел на это пессимистический взгляд. Посланец из Каркосы был скуп на детали, но Джоффри не удивился бы, если бы оказалось, что ходоки уже добрались на юг вплоть до городов бескровных людей. Однако было известно, что Цикл достиг немалого успеха на западе от величественных гор. Придурковатые претенденты на императорский трон Йи-Ти только сейчас прекратили свою междоусобную гражданскую войну, договорившись встретиться в Ини и совместно воплотить «Истинные возможности Империи и Небесную волю богов» — теперь, когда орды умерших буквально пожирали северо-восточную треть государства. Стоит отметить, что генерал Пол Ко, самопровозглашенный «оранжевый император», Молот Джогос Нхая, и, согласно мнению многих, наиболее вероятный победитель войны, если считаться лишь с чистой военной мощью — не прибудет на собрание. Как рассказывали, он покинул свою временную столицу, торговый город, и двинулся на северо-запад, следуя по Каменному тракту до севера Костяных гор и западного Эссоса, убегая подальше от Империи, так быстро, как только мог. Тот факт, что несколько отрядов Джогос-Нхая присоединились к его бегства, причем явно добровольно, пояснил для Джоффри все, что тот желал знать о том, кто — или наверное более точнее будет сказать что — преследовало их всех. Джогос-Нхая, что ездили верхом на зорсах, и были немного менее агрессивными, однако значительно более технологически развитыми родственниками кавалерии Потустороннего мира, и все же то, что они были лишь немного менее мстительными и все равно пошли за кем-то, кого йи-тийцы открыто провозглашали «Молотом Джогос-Нхая» — это объяснило для Джоффри примерное число вихтов, которые преследовали их. Долбаные Ходоки, подумал он, в очередной раз оглядывая горизонт. Санса считала его параноиком, из-за разглядывании горизонта, ища вихтов, которые были далеко на юге, но это лишь указывало на то, что она еще ни разу не жила во время долгой ночи. — Неужели это… — пробормотал Джоффри, ставя ладонь перед лбом, вглядываясь на горизонт. Пожалуйста, только бы я ошибался, только бы ошибался… подумал он. — Мне знаком этот звук… — сказал он, напрягая слух, чтобы вслушаться в низкочастотное гудение. Санса напряглась, тоже что-то услышав, когда Светлорев как будто сам появился в ладони Джоффри, и он обернулся к ней с выражением лица, к сожалению слишком привычным. — Скажи Калиннии, что нас атакуют с воздуха! — закричал он, бросаясь к главной палубе. — Нас атакуют! Хватайте луки! — прокричал он по йи-тийски, и как ни удивительно- черные стражи сразу отреагировали на его слова. Он не знал, потому ли это, что матриарх оказывала ему и Сансе знаки внимания, или они были просто тренированы повиноваться командам таким тоном голоса, но они отреагировали. Один из воинов принялся стучать в овальный колокол, не очень отличавшийся на вид от тех, которые аэроманты использовали, созывая своих членов на обед. Солдат стучал по колоколу в четком ритме, создавая двойной и тройной сигнал, а остальные черные стражи брали изогнутые луки из сундуков, закрепленных на палубе, и надевали колчаны, отдельные же брались за катаны. — Формируем две шеренги! Лучники впереди, мечники позади! — вскричал юноша, указывая направление Светлоревом; черные стражи уже доставали стрелы, когда он обернулся к вождю: — Тормози корабль, останови тех гребцов! Джоффри уже мог видеть крылатых вихтов левее от себя; здоровенная стая мертвых спускалась с неба прямо на корабле; синие глаза сразу выдавали, кому те служат. Мертвецы были вооружены поломанными мечами или вообще только собственными когтистыми лапами. Солнечный Охотник выстрелил по стае залпом бортовых катапульт; подожженные заряды взрывались в воздухе, сжигая часть крылатых вихтов и заставляя других терять высоту и разбиваться о землю или воду. Но остальные выдержали облако арбалетных болтов и облепили корабль, переходя в ближний бой. Однако большая стая вихтов разделилась на части еще перед залпом, четыре отдельных стаи разлетались, намереваясь атаковать все четыре корабля. — Они приземлятся позади лучников и попытаются их вырезать! Мечи наготове! Мечи наготове! — прокричал юноша, поднимая кверху Светлорев. Лучники не ждали его приказа, выстрелив как один, прошивая вихтов стрелами насквозь с невероятной точностью. Однако раны оказались не фатальными, и лишь один из каждых трех уцелевших мертвецов на самом деле падал наземь из-за ранения. Еще два быстрых залпа вылетели, пока орда вихтов приземлилась между бойцами, и тогда Джоффри уже было не до командования; он дрался Светлоревом и булавой, разрубая вихтов пополам и круша черепа, как в старые добрые времена. Крылатые вихты были значительно слабее и хрупче вихтов, которых создавали из мертвецов других рас человечества; они служили Циклу в качестве быстрой, однако хрупкой части авангарда мертвецов. Команда корабля достаточно эффективно сопротивлялась нападавшим; черные стражи формировали группы и дисциплинированно отбивались. Все новые и новые Заклинательницы Теней присоединялись к бою, кидая длинные копья из темноты как продолжение вытянутых рук, сбивая ими вихтов прямо в небе. Однако нашествие мертвецов было безудержно, и на палубе уже некуда было ступить, когда очередная стая вихтов налетела с другого конца корабля. Черные стражи, что пытались сохранить строй на противоположной стороне, были сметены, их катаны разлетались прочь, а сами воины покатились по палубе, умирая от когтей крылатых вихтов. Джоффри пробился вверх на открытые лестницы, сбивая мертвеца за борт ударом булавы, прежде чем заметил Сансу, что защищала двери, которые вели к внутреннему пространству корабля. Еще одна Заклинательница Теней лежала мертвой у ее ног, иссеченная на куски, а целая стая крылатых мертвецов пыталась убить его жену тоже. Новое подкрепление вихтов уже приближалось на деревянный балкончик. Он помчался туда, так быстро, как только мог, вверх по лестнице, соединявшей две секции, сбив плечом очередного вихта, пытаясь добраться до нее. Санса отступила назад, пытаясь создавать какие-то чары одной рукой, одновременно отбиваясь другой от атак нападавших; длинное дымовое лезвие, сплетенное из темноты, рубило мертвую плоть, словно настоящая сталь. Однако этого было недостаточно, и один мертвец таки задел девушку ударом сабли. Она отступила, когда юноша добрался до нее, превратившись в вихрь смерти, рубя направо и налево и круша грудные клетки неистовыми ударами. — Джофф! — воскликнула Санса, вгоняя черное лезвие в череп одного из существ. — Я прикрою тебя! Делай свое дело! — закричал он. Крик перешел на рев, когда юноша грубо замахнулся Светлоревом, разрубая пополам одновременно двух вихтов. Меч как-то застрял во втором теле, и он использовал булаву, как рычаг, чтобы распороть вихта, словно полено. Он постоянно менял стойку и крутился, сдерживая скалящих мертвецов на расстоянии, пока Санса глубоко дышала. Она протянула руку влево, откуда вылетел поток дыма, удушая с полдюжины вихтов за раз. Джоффри прикрывал ее с правой стороны, разрубив двух легко бронированных врагов, пытавшихся обойти ее со стороны, когда она застонала от боли. Санса перекрестила руки, крича сквозь стиснутые зубы; цепь, сплетенная из дыма, закрутилась вокруг шей вихтов, резко скручиваясь вокруг их позвонков; шеи мертвецов ломались одна за другой, как вдруг один глаз девушки побелел. Леди выросла действительно большой за эти годы и уже могла поспорить по размеру с небольшой лошадью. Она вылетела из чащи боя, держа в пасти вихта за шею; стоявшая дыбом шерсть заставляла волчицу выглядеть едва ли не вдвое больше настоящего размера, когда она ударила вихта по палубе и разодрала его пополам. Она тут же выпустила его из зубов, направившись к своей хозяйке, сбивая вихтов с ног, когда волчица запрыгнула с нижней палубы прямо на балкон, поцарапав покрытые золотом и серебром перила. Теперь, когда их уже стало трое — они уже могли защищать эти двери, и вскоре изумительно обилие черного дыма начало просачиваться сквозь закрытую дверь. — Кажется она готова! — закричала Санса. — Что? — спросил Джоффри, прежде чем Калинния пролетела сквозь дверь; из ее спины выросли десятки теневых щупалец, когда она резко провела ладонью по палубе. — Умрите, — прошептала матриарх; щупальца рванули вперед, словно копья, дюжинами прибивая мертвецов к палубе. Они завизжали, когда Калинния подняла руки к небесам, и немедленно задул быстрый ветер; порывы ветра сшибали мертвецов с ног и вываливали их за борт тех, кто расправил крылья. Однако врагов было просто многовато, все больше и больше проклятых существ падало с небес и приземлялось на кораблях, пока остальные карабкаясь на корабль с помощью когтистых клешней. Джоффри вскоре осознал, что вихты пытались истощить Заклинательниц Теней чистым численным превосходством, ведь как только те израсходуют запасы крови, то теневые атаки прекратятся, и их всех банально забросают телами. Собственно Заклинательницы теней группировались небольшими кучками, по две или по три, и их методы истребления вихтов были такими же разнообразными, как и число самих колдуний. Отдельные действовали подобно Сансе, вызывая щупальцы из тьмы, пробивая мертвецов или сбивая их с ног словно плети, а другие сводили воедино руки и что-то мудрили с ветрами и тенями вокруг корабля, вызывая в реальность глубокие сгустки тьмы, что беззвучно глотали вихтов одного за одним. Джоффри неустанно осматривал свое окружение, кромсая мертвяков булавой и мечом, и это было причиной, почему он первым их увидел. — Новые летающие мертвецы! Приближаются с востока, со значительной высоты! — закричал юноша, но тотчас заметил, что было что-то радикально отличное в той группе вихтов. Они летели так, словно боевые галеры перед боем; организованные в отдельные формации, что заполнили небо треугольниками или квадратами. Там было десяток стайек от пятидесяти до сотни бойцов в каждой, сохранявших дистанцию между другими формациями по высоте; подавляющее большинство летело в формации, напоминавшей острие стрелы. Джоффри уже мог видеть предводителей первых восьми групп, которые медленно поворачивали крылья в правую сторону, быстро теряя высоту и снижаясь к Земле. Они несли разноцветные флаги с разным количеством черных отметок, и остальные участники тех групп последовательно следовали движениям своих лидеров, словно принимая участие в тщательно спланированном танце, который распался, как только они достигли какой-то невидимой точки в небе. От пронзительного боевого клича по позвоночнику юноши пробежали мурашки, он странно напоминал визг крылатых вихтов, но все же отличался. Клич был сплоченным, высокочастотным и похожим на вой; это был боевой клич крылатых людей. Они спускались с небес с длинными саблями, налетев словно буря на стайки дезорганизованных вихтов, что толпились в воздухе вокруг кораблей; сабли кромсали крылья мертвецов точными и грубыми порезами, от чего их жертвы падали на землю в буквальном смертельном дожде. Однако крылатые люди не садились на корабли, меняя угол наклона крыльев, прежде чем добраться до палуб, и по инерции пролетели дальше, снова начав набирать высоту. Другая группа сабельников повторила тот же маневр, зачищая небо, прежде чем улететь прочь, откуда и прилетели, так как это делает отряд тяжелой кавалерии после успешной атаки. Джоффри толкнул вихта, сбрасывая того поверх другого, и проколол обе грудные клетки Светлоревом, прежде чем отбить замах катаны булавой. Вестеросская сталь отклонила удар и быстро разбила череп нападавшего. Санса нарисовала какую-то линию своей кровью ладонью и отступила назад, когда вихты пересекли красный след и тут же начали дико дрожать на палубе, давая Леди возможность безнаказанно их кромсать. Очередной боевой клич — такой же высокочастотный, но протяжный, не завывающий-снова заставил Джоффри бросить взгляд в небо. Крылатые люди, собранные в квадратной формации, падали прямо на их корабль, сложив крылья за спиной и целясь длинными двуручными копьями. Они замедлили падение где-то в два раза как раз за мгновение перед столкновением, широко раскрыв крылья и атакуя вихт на палубе. Летуны вгоняли свои копья прямо сквозь ребра и черепа, приземляясь на тела вихтов собранным строем, прежде чем резко разбежаться в стороны, позволяя следующей волне копьеносцев провернуть такой же маневр. Когда все они уже приземлились, то похватали свои копья и перешли в ближний бой против умерших тел своих же бывших товарищей; слаженная дисциплина выигрывала вражеское преимущество в численности. Новоприбывшие выглядели массивнее своих товарищей-сабленосцев, одетые в ламеллярные доспехи вместо тканевых. Они также явно были сильнее, пробивая вихтов насквозь и круша их, чтобы солдаты после имели возможность добить мертвецов. Довольно быстро они спасли загнанных в тупик черных стражей, уменьшив вражеское давление, и вскоре один из летунов уже поднимался по лестнице к балкону. Это прирожденный солдат подумал Джоффри, кивая вновь прибывшему. На ламеллярном доспехе последнего был нарисован желтый прямоугольник прямо по середине груди, изрядно иссеченный от вражеских атак. В центре фигуры виднелась одинокая черная линия, означавшая единицу в классическом йи-тийском письме. — Благословенная госпожа, — обратился он, то ли кивнув, то ли кланяясь, — Я Махил Суул; Великорожденый, Крылатый командир Первых Копий, благодаря его божественной милости Желтого Императора с Каркосы. Калинния кивнула в ответ, не выказывая ни намека на привычное пренебрежение: — Палаты Юга благодарны вам, Махил Суул. Наша борьба здесь была бы долгой, если бы не помощь Крыльев Желтого Императора, — сказала она. Джоффри заметил, что она сказала «долгой», а не «обреченной на поражение». Ее гордость не знает границ, подумал он. — А вы двое видимо являетесь Джоффри Баратеоном и Сансой Старк, — сказал он, внезапно оборачиваясь к паре, и хлопнул копьем по полу. — Мой господин-правитель желает встретиться с вами лично, — сказал воин, искренне улыбаясь и демонстрируя длинные клыки.