«Не верь камню времени»

      А меж тем Гонконг превращался в сплошной участок темной энергии. Мари уставилась в небо, не чувствуя под собой земли. Сердце зашлось так, что она готова была поклясться: она упадет без чувств, если все продолжится в таком же темпе. — Неужто смерть Древней вас так разочаровала, что вы пришли сдаваться втроём? — усмехнулся Кецилий, подзывая своих слуг. Все трое с одинаковыми ухмылками и одинаковым огнем в глазах уставились на колдунов Камар-Таджа. — И не подумаем, — прошипела Мари, колдуя в руках щиты, готовая биться до последнего вздоха. — Тогда вас придется убедить в чистоте наших намерений!       Мари кинулась на Изилота ровно через секунду, Мордо забрал с собой других двух, а Стивен стоял как вкопанный и думал… Думал… Неуверенно раскрыв глаз Агамотто, он повернул время вспять. Руки от страха и неуверенности дрожали, будто он только после аварии, однако заклинание работало, и внутренне Стивен ликовал. Увидев, что из-под обломков здания выпрыгнул Вонг, Стрэндж бегло вернул его в нормальное состояние. — Прости, опять нарушаю законы вселенной, — потупился он, неловко шаркая сапогом по осколкам. — На этот раз я не против, — заявил библиотекарь, глядя на то место, где недавно был зверски убит. — Что делать? — Пока заклинание работает, нужно помочь Мари и Мордо! — Бегу, — пропыхтел Вонг, бросаясь на помощь Мордо. Стивен же побежал на поиски Фостер. В пыли, разлетающейся кругом, не было видно и тени. Лишь мелькал ярким пятном зеленый камень бесконечности, как нельзя хуже открывая местоположение Стивена.       Внезапно откуда-то в него прилетел огромный рыжий шар чистой энергии, но в метре от лица остановился, словно в лицо знал Стрэнджа и не хотел атковать. Из пыльной завесы вылезла Мари. На губах — кровь, лицо расцарапанно мелкими песчинками. — Я не знаю, куда Кецилий делся, но пыль скоро осядет, и они вновь нападут! — было так пыльно, что Плащу Левитации пришлось закрыть хозяина и его раненую знакомую от песка. — Нужно перебежать куда-то, где безопасно! — прокричал Стрэндж через гул вокруг. — Согласна, иначе они нас из-под земли достанут! — не успела Мари договорить, как земля под ногами задрожала, словно от цунами. Оба повалились на землю. Все вокруг замерло. — Стивен, вставай, сражайся, — пропыхтела Мари, поднимая его на ноги. Стрэндж от оглушения почти не слышал, что происходит вокруг. Едва сфокусировав взгляд на Мари, он замер. Она, что, плачет? Судя по испуганным светлым глазам, она уже отчаялась. От такого вида вечно резкой и язвительной колудньи, сердце доктора оборвалось. — Разве не прекрасен тот дивный новый мир, который грядет вместе с Дормамму? Над ним не властны вы, не властна жизнь, не властно время, — прошептал Кецилий, глядя в замеревшее в ожидании поглощения Земли небо…       Стивена как молнией пробило. Время!.. — Уходите, Мари, — бросил он, резко вставая. Мари ухватила его за грудки. Нет уж, один он против них не пойдет… — Что ты задумал?! — Скажу — не получится. Просто бери Вонга и Мордо и уходите! А ещё лучше, спасайте гражданских, — повторил он, выпутываясь из цепких рук колудньи. — Не ради меня, ради Земли, Мари… Прошу. — Обещай, что в любом случае вернёшься, — попросила Мари, бегая глазами по уставшему и израненному лицу мага. — Не могу обещать, но я постараюсь, ради всех вас, — промурчал Стивен.       Мелькнувшее сомнение в лице Фостер сменилось слабой, но все же существующей уверенностью. Она выпустила Стивена. И тот тут же взмыл в небо. В Темное измерение… — Стрэндж! — сорвавшимся голосом засипел Мордо. Вонг с Мари в шоке уставились в небо. — Видите, даже Стивен покинул вас ради воссоединения с Дормамму! — развел руками Кецилий, и Мари подавила мимолётное желание сорвать голову с его плеч. В чем же твой план, думала она… *** — Дормамму, я пришел договориться, — уже в который раз говорил Стивен, падая на колени сразу же после появления. Боль — синоним его жизни, друг, если хотите, но сейчас это было тяжким испытанием…       Раздался чудовищный визг, да на таких частотах, что барабанные перепонки Стивена лопнули, и по шее тут же потекли дорожки крови, теряясь в одежде. ***       Мари из последних сил отбила удар Кецилия, и огляделась. Стивена не было уже как час… Где же… — Сдавайтесь, — прошипел адопт, направляя на Мари иглу и внезапно замер, почувствовав за спиной мягкий шелест. Мари едва подавила радостный возглас. Изилот сначала закатил глаза, но потом по его губам пробежала улыбка. — Что вы сделали? — хмыкнул Кецилий, оборачиваясь на вернувшегося Стрэнджа. Он был весь в крови, ссадинах и ушибах, хромал, но выглядел таким довольным… Мордо и Вонг тут же оказались рядом с ним, мало ли понадобится помощь. Мари же наблюдала со своего места, боясь пошевелиться, словно думала, что Кецилий вновь на нее нападет. Или, не дай бог, кинется на раненого Стивена, который вряд-ли отобьёт удар. — Договорился. О счастливой жизни Земли, и вас, в доме Дормамму. И вряд-ли эта вечная жизнь вам понравится, — он сложил руки на груди.       Схватившись за лица, адопты Темного измерения закорчились от прожигающей, как святая вода вампиров, энергетики. Та обвилась вокруг них и рывком утащила в Темное измерение, врата которого наконец закрылись, и четверо магов вновь встали посреди оживленного центра Гонконга, напротив целого и невредимого храма. — Пожалуй, перед заклинанием стоит писать о возможных побочных последствиях, — заметил Стрэндж, и Вонг расхохотался так, что Мари пришлось самой сдерживать смех, чтобы не рассмеяться вслед за весёлым китайцем. Мордо же сощурился, а Стивен мягко улыбнулся, не спуская глаз с Мари, словно говоря: «пожалуйста, подойди». Возможно, судя по психо манипулятивным способностям Мари, он так и думал…       Наплевав на боль во всем теле, Мари подбежала к нему и крепко-крепко обняла, повиснув в воздухе. Стивен подхватил ее, прижимаясь подбородком к женскому плечу. — Стивен, сколько раз ты умер? — прошептала Мари, почесывая кровавый затылок. Стивен покачал головой, словно его терзала одна мысль о том измерении. — Скажи… — Мари, не мучай меня… — Стивен, я помогу тебе, очищу разум, что угодно, но скажи, прошу, — попросила она, все ещё не выпуская его из объятий. — Больше ста, — прохрипел Стрэндж, и Мари ясно почувствовала, что он всхлипнул. — Сбился со счета… Там… В измерении я думал о вашей, — он запнулся, — о твоей сохранности. Чтобы ты жила хорошо… — Спасибо, — пробормотала Мари, все ещё гладя Стивена по спине, плечам и шее. —Очень больно? — Не больнее, чем наши тренировки, — усмехнулся Доктор, резко выпуская Мари и оседая на землю. — Тихо-тихо… Вонг! — возвышала она. Тот тут же оказался рядом, помогая приподнять Доктора на ноги. — Позаботься о нем, пожалуйста… — Расслабься, Мари, — кивнул библиотекарь, мотнув головой на Мордо. — Иди поговори с ним.       Уже ощущая лёгкую тревогу, Мари, хромая, подошла к Карлу. Тот, как непробиваемая скала, глядел на нее, а в темных, как сама вечность глазах очевидно зажглась ненависть. — Мы вместе нарушили законы вселенной. Я не могу после такого находиться в Камар-Тадже. Я ухожу, Мари. — Но, Карл, мы делали это для всеобщего блага. Ты, что хотел умереть? — Так было задумано. — А если спасение Земли было задумано? — перебила его Фостер, хмурясь. — Не суть, — вздохнул Мордо, складывая руки на груди. — Я не хочу больше оставаться здесь. Если хочешь, можешь пойти со мной. — Нет, уже слышала подобное, — у Мари от злости едва волосы дыбом не встали. — Иди к черту… Я ни за что не пойду ни с тобой, ни с кем более. — Значит, остаёшься с доктором… — Я остаюсь ради Камар-Таджа, — на этом точка в разговоре была поставлена. Развернувшись Мари, вернулась к Вонгу и Стивену. Второму было уже полегче, но все равно трясло. Ну, конечно, столько раз умереть… «Прощай» — услышала она последние слова Карла, но проигнорировав, села рядом с оставшимися колдунами и крепко обняла обоих. — Пойдёмте, может, чаю попьем, — хмыкнул Вонг, по слухам не особо любивший всякого рода объятия, но сейчас мирно покившийся головой на плече Стрэнджа. Доктор же в свою очередь тесно прижался к обоим. — Не думаю, что доктору нужен чай. Уложим спать, я нахожу пару заклинаний и попьем, — пробормотала Мари, чувствуя, как жизненные силы Стивена преодолевают отметку в: «организм отправляется в фазу «сон» ***       В библиотеке было тихо. Вонг мирно заваривал чай. Мари на носочках вышла из соседней комнаты и села на стол. — У него случилась паническая атака. Думаю, он долго будет от подобного отходить, — констатировала Мари. — Пришлось очищать разум… — Это очень геройский поступок. Стрэндж и правда достойный преемник Древней. Но ему надо многому научиться, — вздохнул Вонг, подавая чашку чая Фостер. Та взялась за теплые стенки и, вдохнув мятный аромат, отпила пару глотков. — Мари, я должен с тобой поговорить. — Я слушаю. — Стрэндж не очень давно говорил со мной насчёт тебя и твоего брата. — Не думаю, что я услышу что-то новое. Он и мне говорил, что не смог бы физически ничего сделать. Было слишком поздно, — Мари повела плечами, отпивая ещё. — Я просто не думаю, что ты слышала другое. Он безумно сожалел о том, что не мог помочь… И пролил много слез, сидя у меня. Говорил, что не знает, как просить прощения. Никак не мог решиться нормально с тобой поговорить. Я думаю, ты должна знать об этом. Твоя злость также оправдана, но пойми и прими его.       Мари опустила голову в пол и шмыгнула носом. Слезы застелили глаза. Она всхлипнула. Смириться со смертью братика колдунья никак не могла, но нужно было отпустить наконец ситуацию. Жизнь штука сложная, поэтому с ее шутками нужно мириться… — Я поговорю с ним… Когда-нибудь после, — глотком допив чай, Мари попрощалась с Вонгом и вернулась к себе.       Лёжа на спине, она с трудом давила желание закурить в стенах Камар-Таджа. За эти шесть месяцев Мари даже привыкла к заносчивости и шуткам Стивена. Пробило на воспоминания. Достав телефон, Фостер порылась в галерее и нашла старое-старое видео: братик, висящий вверх ногами на ветке дерева и Мари, сидящая под эти деревом и играющая на игрушечном барабане. Слышался яркий детский смех, и сама Мари, сквозь слезы, слегка улыбнулась.       И было ещё одно воспоминание. О Ночи Алой Луны… Когда они со Стрэнджем впервые более менее нормально поговорили. А потом Стивен в ярости впечатал ее в стену…       Перевернувшись на живот, колдунья уставилась в окно. Светало. Нужно хотя бы немного поспать, совсем-совсем чуть-чуть…