Индикатор смерти / Death Progress Bar

В отличие от Фэй Юйджина, пятый брат Ли Цзючжэн чаще контактировал с оригинальным «Ши Джином» после смерти Ши Синжуя. Ли Цзючжэн был вундеркиндом, который с детства начал изучать медицину. Хотя он не был вынужден путешествовать по миру, как Фэй Юйджин, он был занят не меньше. Обычно с ним не было связи по шесть месяцев в году, потому что если он не догонял школьные дела, то занимался исследованиями. Когда ему звонили, в девяти случаях из десяти его телефон был выключен. Позже он открыл собственную частную больницу. Тогда он стал отвечать на звонки, но встречаться с ним по-прежнему было трудно, потому что у него всегда были пациенты в критическом состоянии, которых нужно было спасать. На вопрос, есть ли у него свободное время, он отвечал неизменное «нет». Он был самым незаметным из пяти братьев, и то, как он проявлял заботу об оригинальном «Ши Джине», было самым необычным. Каждый раз, когда они встречались, он давал «Ши Джину» несколько уникальных гаджетов, которые он сделал сам. Он также вызывался помочь ему с домашним заданием, что выглядело как участие и забота, но он никогда не проявлял инициативы, чтобы поговорить с «Ши Джином» вне учебы. Свободное время он проводил за чтением в одиночестве, замкнувшись в своем собственном мире. Он мало говорил, любил тишину и никогда активно не участвовал ни в одном деле, предпочитая просто плыть по течению. Он всегда был в стороне от группы, появляясь время от времени как безмолвный призрак. Отношение оригинального «Ши Джина» к Ли Цзючжэну было довольно сложным. Он любил подаренные им гаджеты и игрушки и втайне считал, что его брат потрясающий. Однако, несмотря на его восхищение, он так же боялся его. Во время их многочисленных занятий, когда «Ши Джин» не справлялся с какой-то задачей и поворачивался, чтобы спросить у Ли Цзючжэна совета, он обнаруживал, что тот тихо сидит в углу и наблюдает за ним с очень странным выражением в глазах. В то время оригинальный «Ши Джин» не понимал смысла, скрытого за этим взглядом, думая, что его брат, как обычно, просто задумался. Только когда его отправили в частную больницу Ли Цзючжена после того, как он был изуродован и попал в автомобильную аварию, и он провел много времени с Ли Цзючжэном, он наконец понял - это было намерение убить, очень слабое, но неизменное. Когда «Ши Джин» оказался прикованным к больничной койке, медленно умирая, Ли Цзючжэн постоянно появлялся у его постели в случайные моменты, ничего не делая, просто молча глядя на него. Время от времени он клал руки на аппараты жизнеобеспечения, не скрывая желания их выключить. Это был самый глубокий, самый мрачный кошмар оригинального «Ши Джина» и причина, по которой он был убежден в виновности своих пяти братьев — намерение убийства, увиденное своими глазами, имело гораздо большее влияние и было более пугающим, чем какой-то безликий убийца. *Бззз, бззз, бззз* Мобильный телефон вдруг завибрировал: пришло сообщение. Ши Джин перестал вспоминать сюжет романа и проверил свой телефон. К его удивлению, на оба сообщения с новогодними пожеланиями, которые он только что отправил, ответили одновременно, как будто отправители сговорились. Фэй Юйджин: [Кто это?] Ли Цзючжэн: [Спасибо.] Ши Джин был озадачен, но потом вспомнил, что ни Фэй Юйджин, ни Ли Цзючжэн не знали его текущего номера телефона, а он забыл добавить свое имя в конце. Он быстро прислал тексты с объяснением. Как камешек, брошенный в океан, сообщение Фэй Юйджина не получило никакого ответа, но Ши Джин ожидал этого: у него было сильное подозрение, что Фэй Юйджин уже заблокировал его номер. Ли Цзючжэн ответил очень быстро, его ответ был лаконичен: [О.] Когда Ши Джин посмотрел на это слово, в его сознании бессознательно возникла картина Ли Цзючжэна, стоящего у постели оригинального «Ши Джина», как призрак. Он с содроганием выключил мессенджер, затем завернулся в одеяло и начал играть в маджонг на своем телефоне, чтобы успокоиться. Он был абсолютно уверен, что часть смертельных факторов, влияющих на его индикатор прогресса, была связана с Ли Цзючжэном. Он должен был составить надежный план, как поладить с этим братом. Утром в канун Нового года тепло одетый Ши Джин побежал в кабинет Лянь Джуна, сел напротив и молча на него уставился. Лянь Джун, который пытался читать документ, наконец не выдержал и оглянулся на него: - Если ты хочешь провести Новый год со своим братом, можешь идти прямо сейчас, Гуа Два отвезет тебя туда. Просто не забывай держать телефон под рукой и звонить каждый вечер, чтобы подтвердить, что ты в безопасности. Ты должен вернуться до седьмого дня; мы покинем город Б после того, как разберемся с делом Чен Цина, так что мы должны закончить все приготовления заранее. Ши Джин слушал всё это с растущим недоумением и затем покачал головой. - Нет, я не пойду домой к старшему брату, я останусь с вами. Я уже обсудил это с ним. Лянь Джун посмотрел на него. - Обсудил? - Да, когда он приходил в прошлый раз. Разве я не говорил тебе об этом за ужином в тот день? - ответил Ши Джин, кладя голову на стол и продолжая смотреть на Лянь Джуна. Выражение его глаз ясно говорило - он что-то задумал. Тон голоса Лянь Джуна смягчился. Он отложил документ и сказал: - Так… Почему ты так на меня смотришь? Ты хочешь о чем то попросить? - Снег прекратился, - Ши Джин указал наружу. Это замечание было слишком внезапным, чтобы Лянь Джун мог угнаться за ходом мыслей подростка. Он посмотрел в сторону окна. - И? - И сегодня последний день года, вы можете взять перерыв в работе? Давайте слепим снеговика! У меня уже есть шапка и шарф, смотрите, есть даже морковка для носа! - Ши Джин с умоляющими глазами показал предметы, которые он подготовил заранее. Лянь Джун взглянул на морковь в его руке, которая была чисто вымыта и специально помечена, и уголки его рта слегка приподнялись. Он быстро опустил их и снова взял документ, хладнокровно сказав: - Иди один, я занят. Ши Джин положил морковку на стол и уставился на Лянь Джуна. Его действия были детскими и наглыми, но его трудно было винить — вчера вечером Сяо Си рассказал ему горестную историю о прошлом Лянь Джуна. Он рассказал, что у него с детства было слабое здоровье, и его всегда заставляли проводить зиму в более теплых местах; он никогда не играл в снегу и не лепил снеговика. За свою жизнь он упустил много веселых вещей. Он добавил, что, возможно, если бы Лянь Джун имел больше развлечений, его душевное состояние было бы лучше, а отношение к жизни более позитивным. Это бы улучшило и его физическое состояние. Столкнувшись с эмоциональным рассказом Сяо Си, что Ши Джину оставалось делать? Конечно, он бросился на кухню и помыл морковку, пообещав найти Лянь Джуна на следующий день, чтобы помочь наверстать упущенное детство. Он также пожертвовал свой шарф и зимнюю шапку — благодаря его временному облысению у него их было много. Лянь Джун смотрел на документ, Ши Джин смотрел на Лянь Джуна. В кабинете было тихо. Десять минут спустя Ши Джин пробормотал: - Вы вообще не читаете. Обычно вы переворачиваете страницу каждые пять минут, но прошло десять минут, а вы всё еще смотрите на ту же страницу. Руки Лянь Джуна, державшего файл, напряглись, и он поднял взгляд. Ши Джин подобрал пальто и толстое одеяло, указывая на заснеженный мир за окном. Его глаза были полны ободрения. Лянь Джун посмотрел вниз, опустив веки, затем отложил документ и выехал из-за стола. Он остановился сбоку от Ши Джина, не двигаясь и не говоря ни слова. С радостно заблестевшими глазами Ши Джин бросился помочь Лянь Джуну надеть пальто и набросить одеяло. Он весело сказал: - Не волнуйтесь, вы не замерзнете. Вы посмотрите изнутри комнаты, а я сделаю снеговика. Если он будет уродливым, скажете мне, и я все исправлю. - Не играй слишком долго, - предупредил Лянь Джун, плотнее натягивая одеяло. - Сегодня ветрено. - Все хорошо, я не боюсь холода, - Ши Джин был в приподнятом настроении. Убедившись, что другой мужчина достаточно закутался, он вытолкнул инвалидное кресло, двигаясь немного быстрее, чем обычно. Итак, все люди на шестом этаже стали свидетелями того, как Ши Джин пролетел с Лянь Джуном по коридору, бросился к лифту и спустился вниз, выглядя как кот, получивший сливки. Весь инцидент напоминал хорошо организованное похищение. - Что за фигня? - Гуа Два был ошеломлен. Гуа Один молча отложил маленький красный конверт, который держал в руке и встал. - Давайте взглянем. Гуа Три и Гуа Пять отреагировали мгновенно, бросая всё, что держали, и вставая на ноги. Трое мужчин быстро исчезли внизу. Гуа Два не двигался. Он посмотрел на Гуа Девять, растянувшегося на диване, и ткнул его. - Ты не пойдешь? - Я не голоден, - Гуа Девять моргнул, его веки устало опустились. Его голос звучал смазанно, как будто он разговаривал во сне. Гуа Два молча посмотрел на него. Чувствуя, что он понял истинное значение этих расплывчатых слов, он встал и сказал: - А вот я голоден, - затем он бросился к лифту, опасаясь пропустить важные сцены. На улице действительно было ветрено. Деревья во дворе качались, как маятники, снег на их ветвях сдувало. Прибыв на первый этаж, Ши Джин выбрал гостиную, выходящую во двор, и устроил Лянь Джуна рядом с французским окном. Он поставил перед ним подставку с закусками и налил ему чашку горячего чая с молоком, а затем стремительно вышел наружу… И тут же отпрянул, онемев от холода Лянь Джун посмотрел на него, как на глупого ребенка, который знал, что внешний мир опасен, но настаивал на том, чтобы пойти поиграть из-за своей детской гордости. - Забудь, давай вернемся, - он поставил свой чай с молоком и вручил Ши Джину подставку, чтобы он положил ее обратно. - Такая.. такая возможность выдается только раз в году! Я просто не привык к такому сильному ветру… — запротестовал Ши Джин, поворачивая шею влево и вправо, чтобы убедиться, что его лицо не обледенело. Он натянул шарф на лицо, глубоко вздохнул и вышел наружу, как человек, бросающий вызов смертельной опасности. Он тут же закрыл окно и выбежал на заснеженный двор. Внутренний двор клуба был очень большим, с ровным открытым пространством посередине. В данный момент земля была покрыта толстым слоем снега, как торт с кремом. - Так вот что такое зима на севере... - Ши Джин стоял среди снега, желая плакать. Его родной город находился южнее. Хотя зимой там шел снег, но его никогда не было так много, и температура никогда не опускалась слишком низко. В последнее время он проводил почти всё своё время в хорошо отапливаемых зданиях, и в результате у него подсознательно возникло неправильное представление о зиме в городе Б. Теперь, когда он вышел наружу, он почувствовал, что даже его внутренности замерзли. Сяо Си не ожидал, что он так ослабеет от холода. Чувствуя небольшое раскаяние за то, что подстрекал его раньше, он сказал: «Давай вернемся, Джин-Джин. В последние дни температура намного ниже обычной, можно простудиться.» - Все в порядке, просто дай мне бафф. Я уже много лет не лепил снеговика, и, честно говоря, глядя на этот плотный снег у меня чешутся руки, - заверил Ши Джин. Он сделал несколько шагов в сторону и с натянутой улыбкой помахал Лянь Джуну, затем повернулся и побежал на середину двора. Бафф Сяо Си сработал быстро; немного подвигавшись, Ши Джин почувствовал, что ему уже не так холодно. Он снял ткань с лица, наконец-то начав получать удовольствие, копаясь в снегу. Он планировал сделать обычного снеговика, а не какую-то причудливую снежную скульптуру, поэтому сначала он скатал большой снежный ком для тела снеговика и поставил его посреди двора. Слепив ком чуть меньше для головы, он взял его на руки и побежал в клуб. Лянь Джун открыл перед ним дверь, не обращая внимания на дующий холодный воздух. Он коснулся лица Ши Джина, нахмурившись. - Там слишком холодно, не выходи больше. - Всё в порядке, я уже разогрелся. Ши Джин прикрыл дверь, оставив лишь небольшую щель, затем снял перчатки и вытащил морковку и две пуговицы. Вручив их Лянь Джуну, он сказал: - Вот, вы будете делать нос и глаза. Таким образом, снеговик будет считаться сделанным нами обоими. Это застало Лянь Джуна врасплох. Он смотрел на морковку и пуговицы, не двигаясь. - Поторопитесь! Здесь слишком жарко, голова скоро начнет таять, - настоял Ши Джин. Он внимательно покрутил ком в руках, словно опасаясь, что тот уже растаял. Лянь Джун посмотрел на него, его глаза скользнули по щекам и покрасневшему от холода носу. Он облизнул губы, взял морковку и пуговицы и неловко воткнул их в снежок. Поскольку он не привык к твердому ощущению слипшегося снега, его рука соскользнула, случайно проткнув большую дыру в голове снеговика. - Ничего страшного, я сейчас засыплю это снегом, - Ши Джин разгладил голову, взял пуговицу и вернул ее в руку Лянь Джуна. Их пальцы соприкоснулись; одна ладонь была холодной, другая ледяной. Лянь Джун рефлекторно обхватил ладонь Ши Джина, но обнаружил, что не может ее согреть, и медленно ослабил хватку. Он воткнул пуговицу в нужное место и сказал: - Готово. - Джун-шао, вы молодец, у вас вышло очень благородное лицо. Подождите, я соберу, - польстил Ши Джин. Он выбежал, бережно удерживая голову, и надел ее на тело снеговика, затем он подобрал немного снега, чтобы заполнить неровности. Сделав снеговика приятно круглым и гладким, он надел на него шапку и шарф. Когда он закончил, он отступил назад, чтобы полюбоваться им, но подумал, что чего-то не хватает, поэтому он нашел две раздвоенные ветки дерева и вставил их в тело. Теперь у снеговика были руки. Круглое туловище, тонкие руки, маленькая шляпка на большой голове, выдающийся нос под глазами-бусинками… Снеговик был таким уродливым и милым, что Ши Джин позабавился. Он повернулся к клубу. Заметив, что Лянь Джун смотрит в его сторону, он помахал ему с широкой улыбкой и указал на выпирающий живот снеговика, молча намекая, что Лянь Джун должен есть, пока не станет таким. Лянь Джун открыл французскую дверь и вышел. Испугавшись, Ши Джин бросился к нему и остановился перед ним так, чтобы заблокировать собой ветер. - Зачем вы вышли наружу? - с тревогой спросил он. - Окно запотело, и я не мог ясно видеть, - ответил Лянь Джун. Какое-то время он внимательно наблюдал за снеговиком, затем схватил руку Ши Джина и повернулся, передвигая инвалидное кресло другой рукой. Он потянул подростка к клубу со словами: - Заходи внутрь, ветер усиливается. Ши Джин кивнул. Он подошел к инвалидной коляске, чтобы помочь толкнуть ее, невольно выдернув руку. С опустевшей ладонью, Лянь Джун посмотрел на отражение Ши Джина в стеклянных дверях и медленно убрал руку, позволяя завезти себя в гостиную. Выражение лица Гуа Два, выглядывавшего из коридора, было сложным. Он вздохнул. - Неудивительно, что Ши Джин смог воплотить свои фантазии в реальность. День за днем он придумывает такие коварные схемы… Лицо Джун-шао, когда он только что смотрел на снеговика… Твою мать, я думал, что сейчас расплачусь. В конце концов, Джун-шао погрузился в преступный мир, когда был намного моложе нас. Ни Гуа Три, ни Гуа Пять не говорили. Выражение их лиц было горьким — какая жизнь была у Джун-шао и через что он прошел, они знали лучше, чем кто-либо другой. - Идем, - сказал Гуа Один, отворачиваясь. - По крайней мере, в этом году мы сможем хорошо встретить Новый год. Я скажу кухне, чтобы они приготовили более роскошные блюда для новогоднего ужина сегодня вечером. Слепив снеговика, Лянь Джун и Ши Джин остались в гостиной, со столом заполненным закусками и кружками горячего чая. Они любовались снеговиком, играя в маджонг. Ши Джин был доволен, что Лянь Джун предложил поиграть с ним, чтобы расслабиться. После того, как им принесли два планшета, он установил на них приложение для маджонга, которое использовал. Он отдал свой аккаунт со всеми выигранными виртуальными деньгами Лянь Джуну и зарегистрировал новый, а затем научил его играть. Лянь Джун быстро освоился. Проиграв несколько раз в начале, он взял на себя инициативу и начал убивать своего учителя. Ши Джин радостно хлопнул себя по бедрам и смял подушку. Проснулась его личность маниакального фаната маджонга; он был так взволнован, что казался на десять лет младше. В тот вечер они должны были насладиться уютным новогодним ужином, но человек предлагает, а небо располагает. Где-то после 16:00 позвонил Чен Цин и, как старый друг Лянь Джуна, снова пригласил его на ужин. Это приглашение показалось бы странным, будь оно адресовано кому-то другому — ведь новогодний ужин предполагается проводить дома, в кругу семьи. Однако, поскольку у Лянь Джуна не было родственников, его старый друг, который попросил его поужинать вместе в это время, со стороны выглядел добрым и внимательным. Лянь Джун притворился, что отказывается, сказав, что если Чен Цин тоже проводит Новый год в одиночестве, он может прийти в клуб, чтобы отпраздновать вместе. Чен Цин отказался, объяснив, что он одолжил дом у друга а также лично приготовил большое количество еды, и хотел поделиться с Лянь Джуном, чтобы тот попробовал его кулинарные творения. Он также окольными путями сообщил, что хочет сказать кое-что, связанное с одной их работой, над которой они сотрудничали несколько лет назад. Таким образом, Лянь Джун, конечно же, принял приглашение. Он спросил у Чен Цина адрес, и пообещал прибыть вовремя. К тому времени, когда звонок закончился, игра Ши Джина была перехвачена системой и ходы делались автоматически, потому что он долгое время не совершал никаких действий. Естественно, он начал проигрывать. Его брови нахмурились. - Адрес, который он вам дал, находится в жилом районе. Людей много, рельеф сложный, входить и выходить легко. Лучше вам не задерживаться на этой встрече. Более того, вы должны будете встретиться в 6 часов, а уже почти пять. Слишком мало времени на подготовку. Лянь Джун отправил сообщение Гуа Один, затем отложил телефон и успокаивающе сказал: - Не беспокойся, часа вполне достаточно, чтобы наши люди заняли позиции. - А что, если это просто ловушка? Чен Цин может вообще не быть там. Если вы пойдете, то можете не только не спасти его, но и подвергнуть себя опасности, - Ши Джин не успокоился. - Я попрошу Чен Цина спуститься вниз, чтобы провести меня, я не собираюсь бездумно входить внутрь. Я также сделал некоторые приготовления на базе Черной Розы. Если это действительно ловушка и дела пойдут под откос, мы дадим отпор. Не волнуйся, мы не проиграем, - продолжил успокаивать его Лянь Джун, готовясь уйти. Ши Джин схватился за подлокотник инвалидной коляски, остановив её. - Я пойду с вами, - угрюмо объявил он. Лянь Джун повернулся и посмотрел на него. Морщина между его бровями разгладилась, затем он неожиданно протянул руку и погладил Ши Джина по голове. - Ты останешься здесь. Я скоро вернусь и отпраздную Новый год с тобой. Ши Джин всё ещё чувствовал беспокойство. Он покачал головой, настаивая: - Я иду с вами, вы не можете пойти один. - Я не буду один, Гуа Один и остальные будут сопровождать меня, - снова отказался Лянь Джун. Увидев лицо Ши Джина, полное беспокойства, он наклонился вперед и слегка обнял его. Он похлопал его по спине и сказал: - Веди себя хорошо и оставайся в клубе, ладно? - затем он отпустил его. Увидев в дверях Гуа Один, он осторожно отдернул руку Ши Джина, сжимавшую подлокотник, и направился к двери. Гуа Один шагнул вперед и схватился за ручки инвалидной коляски. Он посмотрел Ши Джину в глаза и кивнул ему, а затем увёл Лянь Джуна. Гостиная, которая изначально была полна веселья и смеха, теперь казалась пустой. Ши Джин не хотел сдаваться и попытался последовать за Лянь Джуном, но Гуа Девять, выскочивший неизвестно откуда, остановил его, сказав, что если он будет упорствовать и не подчиняться приказам, ему придется его запереть. Ши Джин понял, что Гуа Девять не шутит. С тяжелым сердцем он вернулся на шестой этаж и смотрел, как все суетятся, готовясь. Наконец, он увидел переодетого Лянь Джуна, которого Гуа Два втолкнул в лифт и направил на подземную парковку. - Не забудь хорошо поесть, - сказал ему Лянь Джун перед отъездом. Как будто он мог думать о еде. Ши Джин сидел один за большим столом, приготовленным для новогоднего ужина, и смотрел на индикатор прогресса Лянь Джуна, который медленно поднимался с момента, как он покинул клуб. У него появилось болезненное ощущение в подложечной области, и оно становилось все сильнее. «Успокойся, Джин-Джин, любимый, наверняка хорошо подготовился», - утешил Сяо Си. - Я знаю, - Ши Джин вздохнул и продолжил смотреть на индикатор выполнения Лянь Джуна. Когда число, наконец, поднялось до 800, он больше не мог этого выносить и сел, стиснув зубы: - Нет, я не могу просто стоять в стороне. Индикатор выполнения Лянь Джуна отличается от моего; Я должен быть поблизости, когда его шкала близка к заполнению. «Джин-Джин, что ты собираешься делать?» - Лянь Джун запретил мне следовать за ним, поэтому я не буду. Они давно ушли, если я сейчас побегу за ним, это может нарушить их план. Но… мне не обязательно находиться рядом, - Ши Джин вернулся в свою комнату и взял оружие. После секундного колебания он положил в карман цепочку с куриной ножкой, которую ему подарил Лянь Джун. Затем он вытащил плюшевый костюм животного и засунул его в большой рюкзак. Это было то, что попросил купить Сяо Си — изначально он планировал переодеться в него на Новый год и сделать Лянь Джуну сюрприз. С тех пор, как он подумал об этом, он действительно изо всех сил старался вернуть Лянь Джуну крошечный кусочек его потерянного детства. Сяо Си был ошеломлен, увидев, как он упаковывает его. «Джин, Джин-Джин? Зачем ты это берешь?» - Я не буду вмешиваться в операцию спасения, я просто буду раздавать конфеты по соседству. В конце концов, это канун Нового года, нельзя мне немного повеселиться? - Ши Джин громко оправдал свое непослушание и застегнул рюкзак. Затем он отправил всем своим братьям традиционные новогодние пожелания, хотя было еще немного рано, и вышел из клуба, возмущенно сказав: - В любом случае, я отказываюсь ужинать в новогоднюю ночь в одиночестве. А раз я не буду есть ужин, я собираюсь съесть «сто порций»!