Индикатор смерти / Death Progress Bar

- Нет? А что вы тогда едите, рулеты? Или Танъюань? Без проблем, я могу приготовить, - Ши Джин тянул изо всех сил, но в данный момент его физическое состояние было слишком плохим, он не мог заставить Ли Цзючжэна сдвинуться с места. В конце концов, он сдался и просто обхватил руку своего брата, поворачиваясь к Лянь Джуну. - Джун-шао, я хочу взять пятого брата с собой на Весенний фестиваль, но не могу сдвинуть его с места. Пожалуйста, помогите мне его тащить. Ли Цзючжэн нахмурился еще сильнее и отдернул руку. Лянь Джун, который был уже рядом, услышал слова Ши Джина и его лицо помрачнело. Не обращая внимания на Ли Цзючжэна, он оглядел довольно жалкую фигуру Ши Джина сверху донизу и жестом приказал Гуа Один, который толкал его инвалидное кресло, остановиться. Он собрал одеяло с колен, передвинул ноги и встал. Он медленно прошел два шага, пока не оказался на расстоянии вытянутой руки от Ши Джина. Затем он остановился, протянул руку и притянул подростка к себе в руки. Ши Джин: «!!!» - Я разберусь с тобой позже, просто подожди, - выражение лица Лянь Джуна было напряженным, но нужно было хорошо присмотреться, чтобы это заметить. Он положил голову Ши Джина себе на плечо, другой рукой завернул его в одеяло, и затем крепко обнял. Послав Ли Цзючжэну ледяной взгляд, он повернулся и повел Ши Джина к инвалидному креслу. Гуа Два и другие, тем временем, незаметно окружили территорию. Теперь они выбежали и схватили Ли Цзючжэна, который так и не сдвинулся с места. Ши Джин позволил вести себя вперед, все еще находясь в объятиях Лянь Джуна, вдыхая легкий аромат его тела. Он был совершенно ошеломлен. - Лянь Джун идет! Он идет! - кричал он в своем уме. Сяо Си тоже сходил с ума: «Любимый выше тебя! Он на самом деле выше тебя! Это так здорово!» Ши Джин: «…» Он зацепился за одежду Лянь Джуна и переспросил: - Что ты только что сказал? Повтори. Система не ответила, притворившись мертвой. Когда Ши Джин, наконец, оказался в безопасности, Сяо Си снял все баффы, в том числе те, которые облегчали боль и помогали его телу двигаться. Пришло время дать ему отдохнуть. В следующую секунду Ши Джин, яростно добивавшийся ответа Сяо Си, закрыл глаза и резко рухнул в объятия Лянь Джуна. Он не успел даже открыть рот. Лянь Джун пошатнулся под тяжестью внезапно обмякшего тела и поспешно стабилизировался. Он взглянул вниз и обнаружил, что Ши Джин потерял сознание. Его губы сжались. Он прижал его к себе, затем прошел вперед и осторожно усадил в пустое инвалидное кресло. Гуа Один тут же подошел ближе, чтобы помочь ему. После того, как они усадили Ши Джина, он заметил, что лицо Лянь Джуна побледнело от боли, а на его лбу выступил пот. - Джун-шао, вы… - Ничего. Вези инвалидное кресло, - прервал его Лянь Джун. Его голос звучал как обычно, однако тело мужчины было слегка согнуто - он мог стоять только потому, что опирался на подлокотник инвалидной коляски. Лянь Джун потянулся, чтобы коснуться лица Ши Джина, затем посмотрел через плечо на Ли Цзючжэна и скомандовал: - Забирайте его. Сообщите Ши Вэйчуну, что оба его брата найдены, и скажите, чтобы он отправлялся в военный госпиталь Чэнду, если захочет найти меня. Гуа Два подтвердил приказ. Он вынул пистолет и направил его на спину Ли Цзючжэна, со словами: - После вас, доктор Ли. Ли Цзючжэн взглянул на него, затем его взгляд переместился на Ши Джина, лежащего без сознания в инвалидном кресле, и на Лянь Джуна, чье состояние было явно нехорошим и продолжало ухудшаться. Взяв себя в руки, он послушно пошел в направлении, указанном Гуа Два. *** Ши Джин вновь проснулся от запаха антисептиков. Он открыл глаза и огляделся — о, на этот раз у его постели было четверо. Он тут же отвернулся, пытаясь снова потерять сознание. - Ты проснулся? - прозвучал голос Лянь Джуна. Тихий и холодный. Ну вот, началось. Ши Джин вздохнул и обернулся. Он посмотрел на Лянь Джуна, который сидел ближе всех, и выдавил льстивую улыбку: - Джун-шао, вы выглядите очень красивым, когда идете. Широкие плечи, узкая талия, длинные ноги — у вас великолепная фигура. Но вы слишком худой и костлявый, чтобы обниматься, вам нужно есть больше... Лянь Джун без всякого выражения протянул руку и зажал ему рот. - Ты так много разговариваешь, похоже, ты уже в порядке, - усмехнулся он. Ши Джин почувствовал холодный пот на спине. Он закрыл глаза и начал кашлять, как будто задыхаясь, пытаясь показать, насколько плохо он себя чувствует в данный момент. Его игра была очень преувеличена. Дядя Лон, который стоял рядом, больше не мог это выдержать. Он оттолкнул руку Лянь Джуна и осмотрел Ши Джина. Затем он напоил его водой, предупредив: - Не ворочайся больше, иначе рана раскроется. Ши Джин тут же стал вести себя хорошо. Он сделал глоток воды, и его пересохшее, зудящее горло сразу же почувствовало себя намного лучше. Он посмотрел на двух человек, стоящих подальше. - Старший брат, пятый брат… - Отдыхай, поговорим позже, - успокаивающе сказал Ши Вэйчун. Он толкнул локтем Ли Цзючжэна, стоявшего рядом с ним. Ли Цзючжэн взглянул на Ши Джина и сухо сказал: - Извини. Ши Вэйчун бросил на него недовольный взгляд. Ли Цзючжэн повернул голову, чтобы не смотреть ему в глаза, словно не желая больше говорить. Ши Вэйчун нахмурился и хотел что-то сказать, но сдержался. Он посмотрел на Ши Джина с выражением «я дам тебе отчет позже» и вытащил Ли Цзючжэна из палаты. Ши Джин наблюдал за всем этим с широко раскрытыми глазами. Лянь Джун достиг предела своего терпения. Он ущипнул подростка за щеку и притянул к себе. Ши Джин был вынужден снова обратить взгляд на Лянь Джуна. Увидев его сердитое выражение лица, он тут же забыл о своих братьях и попытался объясниться: - Я не ослушался вашего приказа, я просто беспокоился о вас. В тот день я просто хотел осмотреть окрестности, не вмешиваясь. Но когда я добрался, я увидел, что вы в опасности, и начал действовать, не задумываясь. Я не ожидал, что снайпер нацелится на меня. Я позвонил вам сразу после того, как меня подстрелили, но от боли я запутался и, к сожалению, набрал не тот номер… Лянь Джун убрал руку, но ничего не сказал, его лицо по-прежнему выглядело плохо. - Мне жаль. Я приму любое наказание, которое вы сочтете подходящим, - Ши Джин опустил голову. Он выглядел бледным, слабым и очень жалким. Лянь Джун хотел отругать его, но не смог, поэтому только посмотрел на молодого человека глубоким хмурым взглядом. Наконец, он выдавил: - Ты всегда быстро извиняешься, но каждый раз поворачиваешься и снова ведешь себя так же. Ши Джин, ты хочешь, чтобы я запер тебя? Ши Джин неловко откашлялся. - Не каждый раз… - Хочешь, я освежу твою память? - возразил Лянь Джун. Что делать, его золотое бедро сердится и, кажется, потеряло рассудок. Ши Джин закрыл рот и вытащил руку из-под одеяла, чтобы схватить Лянь Джуна и начать подлизываться к нему. Рука Лянь Джуна лежала на подлокотнике инвалидной коляски недалеко от края кровати. Однако Ши Джин с трудом дотянулся до неё — он был слишком голоден, чтобы собраться с силами. Лянь Джун сидел неподвижно, просто наблюдая. Когда рука Ши Джина задрожала и собралась упасть, он наконец схватил её, сильно сжав. - Никакого следующего раза. Ши Джин кивнул, придав своему лицу послушное выражение. Однако рука, которая держала его, не расслабилась, продолжая крепко сжиматься. Наконец, Ши Джин придвинулся ближе, вытянул ладонь и осторожно ущипнул Лянь Джуна за колено. Он с беспокойством спросил: - Ваши ноги болят? Почувствовав щипок, Лянь Джун напрягся, и выражение его лица, едва расслабившееся, снова помрачнело. Он взял руку Ши Джина и сунул ее обратно под одеяло. - Отдыхай. Ты должен быть под наблюдением какое-то время, прежде чем сможешь есть, так что потерпи, - сказал он. А? Его настроение только что улучшилось, и вдруг опять стало хуже? Расстроенный, Ши Джин позвал: - Джун-шао, я… Лянь Джун снова закрыл ему рот, бесстрастно глядя на подростка. - Ши Джин, не беспокойся обо мне, если не можешь ответить взаимностью. Отдернув руку, он жестом приказал дяде Лону присматривать за пациентом, затем развернул свою инвалидную коляску и ушел. Ши Джин не понял его слов. Озадаченный, он посмотрел на дядю Лона, его глаза посылали молчаливый сигнал бедствия. Дядя Лон похлопал его по лбу и сказал: - Не спрашивай, просто заткнись и спи. - Но... Дядя Лон достал свой телефон, затем вставил наушники в уши и включил музыку. Ши Джин: «…» - Сяо Си, я думаю, что между дядей Лоном и Лянь Джун есть секрет, но они не хотят, чтобы я знал, - его первый информатор отказался сотрудничать, поэтому у него не было другого выбора, кроме как обратиться ко второму, то есть к своей системе. Сяо Си мысленно включил ему колыбельную. Ши Джин потерял дар речи от возмущения. Затем, все еще злясь, он действительно заснул. Проснувшись, Ши Джин обнаружил, что человек, сидящий рядом с кроватью, изменился с дяди Лонга на Ши Вейчуна. Увидев, как он открыл глаза, мужчина помог ему поправить постельное белье. Он налил стакан воды, вставил соломинку и поднес ее, мягко сказав: - Сначала выпей немного воды. Ши Джин сделал глоток и огляделся. - Здесь больше никого нет? - Они заняты, - ответил Ши Вэйчун. Он поставил прикроватный столик, затем взял контейнер с тумбочки и достал из него миску с кашей и несколько гарниров. - Поешь немного, тебе нужно заполнить желудок. Скажи мне, если ты хочешь пойти в ванную, я помогу тебе. Ши Джин был ранен, но это была всего лишь рана в плечо. Ранее он был слаб из-за лихорадки. Теперь, когда лихорадка спала и он хорошо выспался, он восстановил большую часть своей энергии. - Все хорошо. Я не сильно ранен, я могу идти сам. Ши Вэйчун поджал губы, но ничего не сказал. Он помог ему накрыть на стол и сел рядом с кроватью, говоря: - Ешь. Нужно будет поговорить. Ши Джин внутренне вздохнул, увидев выражение его лица. Зная, что избежать этого разговора невозможно, он послушно взял ложку. Когда он поел, лицо подростка перестало быть таким бледным. Увидев это, Ши Вэйчун тоже немного расслабился. Он встал и помог Ши Джину убрать со стола, а затем усадил его обратно на кровать. После недолгой внутренней борьбы с чем-то, он сказал: - Лянь Джун рассказал мне, как ты получил травму. Ты слишком безрассуден, Сяо Джин. Ши Джин признал свои ошибки: - Извини, я заставил тебя волноваться. - Нет, ты не должен извиняться передо мной, - Ши Вэйчун помог ему заправить одеяло. После минутного молчания он продолжил: - Я уже поговорил с Цзючжэном, он пообещал больше не доставлять тебе неприятностей. Это моя невнимательность, в последнее время я не обращал на него особого внимания. Я не понимал, что смерть матери загнала его в тупик. А ты… Я плохой брат, Сяо Джин. Это я должен извиниться перед тобой. Ши Джин нахмурился. - Старший брат... - Я не заслуживаю быть твоим старшим братом, - Ши Вэйчун опустил взгляд, на его лице появилось усталое выражение. - Возможно, ты не знаешь… Хотя Ши Синжуй и бросил наших матерей, он дал им большую сумму денег, в качестве компенсации, чтобы помочь им подняться. Потрясенный, Ши Джин неосознанно выпрямился. - Это были не просто деньги — все наши матери и семьи в той или иной степени извлекли выгоду из ресурсов Ши Синжуя. Он вкладывал в нас, как вкладывал в бизнес, и совсем не скупился… Но все изменилось после твоего рождения. Когда мы обнаружили, что Ши Синжуй стал отдавать все ресурсы вам, наши матери тайно провели собрание. По настоянию наших матерей мы научились «лелеять» своего младшего брата. С тех пор Ши Синжуй начал распределять ресурсы между нашими матерями в зависимости от того, насколько мы были близки к тебе… Это была сделка, сделка, основанная на молчаливом понимании. Я, Юйджин и Чжоучжун знали, а Аотин и Цзючжэн — нет. Ши Джин шокированно смотрел на него. Он никогда не думал, что причина поведения его братьев кроется в чем-то подобном. Ши Вэйчун пристально посмотрел ему в глаза, словно желая увидеть в них отражение своего презренного и лицемерного «я». Его тон стал несколько сложным. - Сначала мы были детьми и просто делали то, что нам говорили матери. Когда мы подросли, у каждого появились свои идеи и стремления, и остальные хотели прекратить это всё, но я их остановил. - Почему? - спросил Ши Джин. - Потому что, чтобы отомстить Ши Синжую, мне нужно было быть с ним в хороших отношениях… В своем эгоизме, в своих корыстных интересах я всех привязал к своей мести. Мы относились к тебе как к инструменту для сближения с Ши Синжуем и поэтому продолжали играть в «хороших братьев». Пока Ши Вэйчун говорил, выражение лица становилось всё мрачнее. Он сказал с оттенком самонасмешки: - Мы все могли бы быть свободны давным-давно. Чем старше становился Ши Синжуй, тем менее амбициозным он был. Он практически перестал заниматься чем-либо, кроме вас, даже своей компанией. Мы выросли и приобрели достаточно сил, чтобы жить самостоятельно, нам больше не нужно было бояться или полагаться на силу Ши Синжуя. Мы могли бы легко вырваться из жизни под его тенью, но я заставил их продолжать эту игру. Это никак не могло закончиться хорошо. Я несу большую часть вины за то, что Цзючжэн вышел из-под контроля. Я очень рад, что Ши Синжуй умер до того, как я сделал свой ход, иначе все были бы втянуты в ещё более страшный кошмар. Сердце Ши Джина пропустило удар. - Что ты собирался делать, если бы Ши Синжуй не умер? - спросил он. Ши Вэйчун посмотрел ему в глаза и произнес: - Отнять у него всё, что у него было, растоптать его в прах и уничтожить то, чем он дорожил больше всего, чтобы он жил в боли всю оставшуюся жизнь. То, чем он дорожил больше всего… Разве это не был оригинальный «Ши Джин?» Ши Джин откинулся на спинку кровати, ошеломленно глядя на брата. Это был первый раз, когда у него был момент такого ясного осознания — перед ним сидел убийца. Даже если только потенциальный, просто замышлявший убийство. Даже если это было всего лишь намерение убить. Человек, на которого «Ши Джин» смотрел как на своего старшего брата, на самом деле никогда не считал «его» младшим братом. Ши Джин думал, что Ши Вэйчун просто недолюбливал своего младшего брата, но, видимо, он просто принимал желаемое за действительное. - Это правда, что Ши Синжуй плохо обращался с тобой и бросил ваших матерей, так что я могу понять твоё желание отомстить, но что изначальный… Но что я сделал не так? - спросил он, искренне сочувствуя «Ши Джину». Всё это было слишком несправедливо по отношению к «нему». Единственное, что сделал оригинальный «Ши Джин», — это родился, и это было не по его воле. Худшим преступлением, которое «он» совершил за свою короткую жизнь, было то, что он связался со старыми подчиненными Ши Синжуя, чтобы доставить неприятности Ши Вэйчуну. «Ему» не было еще и двадцати лет, когда «он» умер. Первые семнадцать лет «он» жил под строгим надзором отца и не делал ничего дурного. В первый год взрослой жизни «он» потерял своего отца, свое лицо, свою свободу и сделал жестокое открытие, что его счастливая жизнь была лишь тщательно сотканной иллюзией. Едва повзрослев, «он» потерял даже свою жизнь. Хотя «он» мог быть избалованным, невежественным и невнимательным по отношению к своим старшим братьям и иметь некоторые другие недостатки, но действительно ли он должен был заплатить за это своей жизнью? Пусть «он» не был выдающимся, «он» также не был ужасным младшим братом. Столкнувшись с вопросом Ши Джина, Ши Вэйчун снова замолчал. Затем он коснулся его щеки и ответил: - Ты не сделал ничего плохого, это я был неправ. Я не заслуживаю быть твоим старшим братом. Ши Джин увернулся от его руки — судя по тому, что он сказал, всё было слишком корыстно и расчетливо, достаточно, чтобы полностью разрушить его понимание ситуации. Он принял первоначальную личность «Ши Джина» и потому не мог принять беспокойство Ши Вэйчуна прямо сейчас. Глаза Ши Вэйчуна потускнели, его ладонь медленно сжалась и вернулась на бок. Он встал и сказал: - Отдохни… Я поговорю с Цзючжэном, он больше не будет тебя беспокоить. Если ты решишь больше не признавать меня своим братом, я буду уважать твое решение… Прости, Сяо Джин, - он на мгновение остановился, но не получил никакого ответа от Ши Джина, поэтому взял пальто со стула, повернулся и ушел. Ши Джин посмотрел на дверь в сложном настроении. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя, затем он сердито пнул стул и завернулся в одеяло, закрыв лицо. Сяо Си с тревогой позвал: «Джин-Джин…» - Я в порядке, - ответил Ши Джин приглушенным голосом. - В конце концов, я всего лишь посторонний, который вломился и болтается тут и там. Это семейный спор. Я не в том положении, чтобы осуждать кого либо… Сяо Си, наверное, слишком многое изменилось из-за моего вмешательства. Может я слишком сильно беспокоился об индикаторе прогресса? «Нет, - возразил Сяо Си. Видя его таким подавленным, он не мог не начать винить себя. - Прости, Джин-Джин, это я втянул тебя в этот мир…» Ши Джин молча покачал головой и закрыл глаза. Он вспомнил все, что испытал с тех пор, как переселился, и глубоко вздохнул. Вскоре Гуа Два толкнул дверь и вошел, заменив Ши Вэйчуна в качестве наблюдателя за Ши Джином. Ши Джин немного поболтал с ним и узнал, что они в военном госпитале Чэнду. Остальные не приходили к нему, потому что они заботились о Лянь Джуне, который тоже заболел. Брови Ши Джина нахмурились, и он сел, намереваясь встать с постели. - Как он? - с тревогой спросил он. - Я пойду навестить его. - Не надо, Джун-шао уже спит. Сейчас холодно и ему не хватает отдыха. Капельница, немного сна, и он будет в порядке, - Гуа Два оттолкнул его обратно, легонько шлепнув по лбу. - Просто оставайся в постели и лечись. Год только начался, тебе не кажется, что уже достаточно впечатлений? Поправляйся быстрее, иначе Джун-шао будет вне себя от беспокойства. Ши Джин лег на кровать, полный раскаяния за свои ошибки. Его лицо скривилось. - Прости, впредь я не буду таким импульсивным. Гуа Два увидел его взгляд, и у него не хватило духу продолжить его ругать. Вместо этого он утешил его: - На самом деле всё в порядке, не думай слишком много. Если бы не ты, некоторые из нас, должно быть, получили бы ранения. Хотя Гуа Один припарковал машину так, чтобы она блокировала большинство выстрелов снайперов, мы были окружены. Если бы они открыли огонь, мы бы не смогли избежать всех пуль. - Не нужно меня утешать, - Ши Джин вздохнул. Он уставился на удручающе-белый потолок и неожиданно спросил: - Гуа Два, я позволяю своим эмоциям влиять на мои суждения, да? Беспомощный, Гуа Два натянул одеяло, чтобы закрыть лицо подростка. -Я сказал, перестань думать слишком много, всё хорошо… Выздоравливай скорее. А потом поедем на остров ловить крабов . Ши Джин подумал, что над ним смеются. Он надулся, содрал одеяло и закрыл глаза. С того дня Ши Джин ни разу не встречался с Ши Вэйчуном. По словам Гуа Один, Ши Вэйчун все еще находился в больнице и каждый день приходил к врачу, ответственному за Ши Джина, чтобы спросить о его физическом состоянии; Ли Цзючжэн тоже остался здесь. Однако больше они его не навещали. Ши Джин обдумывал все перипетии сюжета, смотрел на опустившуюся до 500 шкалу прогресса и не пытался сам найти братьев. На следующий день Лянь Джун почувствовал себя немного лучше, поэтому он пришел в палату, чтобы навестить Ши Джина. Цвет его лица был прекрасен, но он снова похудел. Ши Джин был убит горем; все его усилия вернуть плоть на теле Лянь Джуна были напрасны.. Опасаясь, что длительное пребывание в больнице отрицательно скажется на здоровье Лянь Джуна, Ши Джин активно сотрудничал с лечением. Через неделю он снова встал на ноги и стал требовать, чтобы его выписали. Лянь Джун заставил его остаться в больнице на семь дней, разрешив выписаться только после того, как он убедился, что проблем нет. Затем он забеспокоился, что недавно зажившая рана Ши Джина не выдержит перелета, поэтому отказался возвращаться на быстром и удобном самолете, нанял фургон и приготовился ехать обратно в город Б. Утром перед отъездом Ши Джин накупил пельменей, блинчиков с начинкой и другой праздничной еды и отправил все это в частную больницу Ли Цзючжэна. Он сдержал свое прежнее обещание. Днем они сели в фургон у входа в больницу. Бездельничая, Ши Джин выглянул в окно. Краем глаза он увидел Ши Вэйчжуна и Ли Цзючжэна, стоящих бок о бок перед фруктовым магазином через дорогу и смотрящих в его сторону. Он на мгновение заколебался, не зная, что делать. Наконец, он помахал им, одними губами сказал «До свидания», и затем задернул занавеску. В самом деле, он не настоящий «Ши Джин» — зачем ему поднимать шум из-за того, что его братья разыгрывали спектакль? Он боролся за жизнь в этом мире, и все, что он хотел это хорошо жить и убрать индикаторы прогресса. Теперь, когда он решил, что пять братьев вряд ли были убийцами оригинального «Ши Джина», ему не нужно было заботиться о том, каковы были их настоящие чувства. Хотя его с трудом завоеванные факторы выживания исчезли, их все равно было немного, к тому же, рядом с ним стояло его золотое бедро. Подумав об этом, его взгляд переместился на Лянь Джуна, который сидел напротив него и читал. Он протянул руку и прижал его книгу, вынимая планшет. - Джун-шао, давайте сыграем. Если я выиграю, вы поможете мне кое-что проверить, хорошо? Лянь Джун взглянул на руку, мешающую ему читать. Его взгляд задержался на следах от уколов на ее тыльной стороне. Он опустил книгу и посмотрел на Ши Джина. - А если ты проиграешь? Ши Джин усмехнулся, немного злобно. - Тогда я буду делать вам массаж каждый день. Говорю вам, я мастер массажа, не каждому доступны мои услуги! Настоящий "мастер массажа", Сяо Си: «Хмф.» Лянь Джун некоторое время смотрел на Ши Джина. Затем, к удивлению подростка, он действительно отложил книгу и сказал: - Хорошо. Довольный, Ши Джин достал второй планшет, вежливо открыл приложение для игры в маджонг и сунул устройство в его руки.