Индикатор смерти / Death Progress Bar

Ши Джин не мог этого вынести. Он выключил планшет и бросился в кабинет Лянь Джуна. Лянь Джун разбирался с официальными документами, но в тот момент, когда Ши Джин, пошатываясь, вошел без планшета, выглядя ошеломленным, он отложил папку и отодвинул инвалидное кресло из-за стола. Взяв подростка за руку, он спросил: - Что случилось? Голова Ши Джина кружилась от всевозможных мыслей. Он не заметил, как его рука была схвачена, но бессознательно сжал ее. Его мысли были за тысячи миль отсюда. Он притянул Лянь Джуна к дивану и сказал: - Надеюсь, я просто слишком много думаю… Вы ведь тоже читали эти файлы, верно? У меня есть теория... пожалуйста, помогите мне понять, имеет ли она смысл. Ему нужна была чья-то помощь, второе мнение, иначе он задохнется. Лянь Джун не только был тем, кто помог ему найти информацию, но он также был умен и знал положение его семьи. Спросить его было лучшим выбором. Лянь Джун взглянул на свою руку и послушно пододвинул инвалидное кресло к дивану, кивнув. Они сели за кофейный столик. Лянь Джун налил Ши Джину чашку теплой воды и зажег благовония. Вода и тонкий аромат, медленно проникающий в воздух, помогли лихорадочному разуму Ши Джина успокоиться. Он собрался с мыслями, тщательно объяснил свои догадки и их причины Лянь Джуну, а затем выжидающе посмотрел на другого мужчину. Выслушав его, Лянь Джун на мгновение задумался. Он посмотрел на подростка и сказал: - Твоя теория разумна. Я попрошу кого-нибудь узнать подробности выкидыша Сян Цин и разузнать больше о жизни Ши Синжуя, чтобы посмотреть, не был ли кто-то… какой-то мужчина из его прошлого похож на тебя и твою мать, - Лянь Джун нахмурился, когда говорил это, очевидно, ему не нравилось направление, в котором всё идет. - Проверьте женщин тоже, на всякий случай. В конце концов, я могу ошибаться, и Ши Синжуй думал о женщине, - добавил Ши Джин. Лянь Джун кивнул. Видя, что напряжение подростка не ослабевает, он ласковым голосом успокоил: - Проверка займет некоторое время. Постарайся расслабиться и отдохнуть, не думай об этом слишком много — обиды предыдущего поколения не имеют к тебе никакого отношения. Что бы ни случилось, что бы ты ни хотел сделать, у тебя есть я. Я позабочусь обо всем, так что не бойся. У тебя есть я. Уверенность и властная аура, которые излучал Лянь Джун, когда произносил эти слова привели Ши Джина в благоговейный трепет. Он казался сильным и надежным, как будто ничто не могло его поколебать. Ши Джин ткнул Сяо Си: - Это и есть аура главаря преступного мира? "У тебя есть я…" Внезапно мне захотелось встать на колени и поклониться ему как главному боссу! «……» Сяо Си начал серьезно беспокоиться о восстановлении потерянных IQ и EQ Ши Джина. Лянь Джун увидел, как молодой человек смотрит на него благоговейными глазами. Он наклонился немного ближе и прошептал: - Ши Джин? Ши Джин очнулся от посторонних мыслей. Он взглянул на Лянь Джуна, который был непривычно близко, и посмотрел на его красивое лицо. Чем дольше он смотрел, тем больше убеждался, что Лянь Джун действительно хороший ребенок. Внезапный импульс овладел им и заставил обнять другого человека, похлопать его по спине, со словами: - Я знаю, что вы у меня есть, и вы должны помнить, что у вас есть я! Лянь Джун, ты должен сделать все возможное, чтобы выздороветь и жить долго — я помогу тебе! Помогу тебе избавиться от индикатора прогресса, чтобы тебе не угрожала опасность умереть в любой момент! Температура на острове была высокой, и они оба были одеты легко. На Ши Джине была только свободная майка, поэтому, когда он обнял Лянь Джуна, мужчина почти мгновенно почувствовал температуру его тела. Предыдущие объятия были краткими, и между ними был барьер из толстой одежды. В отличие от них, это объятие было гораздо более интимным. Сердце Лянь Джуна подпрыгнуло. Он инстинктивно напрягся от прикосновения, но быстро расслабился. Почувствовав приятное тепло Ши Джина, он, не колеблясь, обнял его в ответ, притягивая подростка ближе. Он взглянул на голову, лежащую у него на плече. Волосы за ухом Ши Джина щекотали кончик его носа. Выражение его лица постепенно смягчилось. - Хорошо, - мягко сказал он. Конечно, ему нужно жить долго — он ни за что не отдал бы дорогого, самого дорогого человека в своих объятиях кому-то другому. Ши Джин собирался отпустить его через несколько секунд. Когда он понял, что сделал, он испугался, что Лянь Джун разозлится. Он не ожидал, что Лянь Джун тоже обнимет его. Более того, даже когда Ши Джин ослабил хватку, готовясь отстраниться, другой мужчина не захотел его отпускать. Он немного повернул голову на плече Лянь Джуна и вдохнул легкий аромат геля для душа. Он не мог не подтолкнуть Сяо Си снова: - Он заснул? Почему он не двигается? Сяо Си ответил, задумчиво глядя вдаль: «Он не спит, но он, вероятно, очень устал. Любимый вырос в Аннигиляции, его учили всегда быть начеку, потому что опасность всегда могла быть где-то поблизости. Наверное, его никогда так не обнимали. Джин-Джин, в жизни Любимого не хватает тепла, ты должен относиться к нему с большей любовью.» Ши Джин представил себе бедного одинокого ребенка, борющегося за выживание в преступной организации, и его сердце мгновенно смягчилось. Он снова сжал объятия, внутренне вздохнув — если Лянь Джун нуждался в объятиях, он позволит ему обниматься столько, сколько он хочет. Лянь Джун такой несчастный. Никто никогда не обнимал его как следует, бедняжку. Эти движения не ускользнули от внимания Лянь Джуна. Он немного повернул голову и легонько поцеловал волосы за ухом Ши Джина, уголки его рта приподнялись в улыбке. Этот глупый мальчишка — кто знает, что он задумал на этот раз. После обеда Ши Джин, наконец, исполнил свое желание и вывел Лянь Джуна на улицу. Полуденное солнце было ярким. Боясь, что Лянь Джун не выдержит жары, Ши Джин повёз инвалидное кресло по дорожке из голубого камня. Он миновал клумбы и купы деревьев, поднялся на небольшой холм у одного из концов острова и нашел павильон с лучшим видом. Там, в тени деревьев, он и Лянь Джун играли в настольные игры — Ши Джин не забыл о своем намерении наверстать упущенное детство Лянь Джуна. Павильон представлял собой простую деревянную конструкцию, по краям которой свисали колокольчики из ракушек. Они звенели каждый раз, когда дул ветер, их звук был звонким и приятным. Перед ними лежало игровое поле «Монополии» с картами, деньгами, домами и отелями. Под рукой были закуски, которые принес Ши Джин. Они болтали во время игры. Иногда, когда звенели колокольчики ракушек, они одновременно оборачивались, чтобы посмотреть на них, после чего переглядывались и смеялись. Полдень прошел в том же темпе. Когда зарево заката окрасило облака на горизонте в оранжевый цвет, Ши Джин лениво потянулся и лег на захламленный стол, удовлетворенно вздохнув. - Праздная жизнь прекрасна… Лянь Джун потянулся, чтобы ткнуть его в лоб. - Ты провел со мной весь день, тебе не было скучно? Удивленный прикосновением, Ши Джин мгновение не реагировал, а затем посмотрел на Лянь Джуна и покачал головой. - Нет, мне нравится играть в «Монополию», это весело. Вам скучно, Джун-шао? - Нет, это хороший отдых, - Лянь Джун снова ткнул его в лоб. Он был в приподнятом настроении, так как убедился, что подростку действительно не скучно. Не заботясь больше о его маленьких действиях, Ши Джин тут же предложил: - Тогда завтра пойдем и снова поиграем. Лянь Джун подпер щеку рукой и кивнул. - Хорошо. Глаза Ши Джина прояснились. Поскольку Лянь Джун, казалось, был в хорошем настроении, он решил попытать удачу и спросил: - Почему бы нам не встречаться каждые выходные? Работать без перерывов утомительно, нужно обращать внимание на баланс между работой и отдыхом. Уголки рта Лянь Джуна приподнялись, и он снова кивнул. - Как ты захочешь. Ши Джин не мог не вздохнуть. Этот ответ означал согласие, верно? Хотя это было немного странно, как будто взрослый баловал ребенка. Сяо Си: «……» Взрослый балует ребенка, говоришь? Хотя ответ Лянь Джуна был странным, это не уменьшило восторга Ши Джина. Он сразу же начал планировать все выходные в обозримом будущем, сияя энтузиазмом. Время летело под тихий звон колокольчиков. В один из дней в конце марта Ши Джин пропустил занятия - с согласия господина Фэна, но без ведома Лянь Джуна. - Ты должен будешь наверстать упущенное, тебе нельзя отставать в учебе, - строго сказал господин Фэн. Ши Джин поспешил пообещать: - Я знаю. Нескольких дней дополнительных занятий по вечерам будет достаточно, верно? Вы можете устроить это, учитель Фэн. Лицо господина Фэна выглядело немного лучше. - Да, этого будет достаточно. Они пошли в ближайший к вилле обеденный зал, где уже ждал Гуа Шесть. Увидев Ши Джина, он тепло поприветствовал его. - Кухня ждет тебя, ингредиенты приготовлены — можешь делать все, что пожелаешь. Если ты не знаешь, где что-то находится, спроси у других, они тебе покажут. Ши Джин сделал знак «ОК» и поспешил на кухню. Господин Фэн смотрел, как он уходит, его суровое выражение лица постепенно смягчалось. Он со сложным настроением окинул взглядом различные декорации и костюмы, разбросанные по столовой. Гуа Шесть заметил это и наклонился, чтобы сказать: - Сяо Джин хороший мальчик, вы не должны быть с ним так строги. Господин Фэн взглянул на него, но не ответил. Он повернулся и ушел. В своем кабинете Лянь Джун посмотрел на часы. Увидев, что у Ши Джина почти настал перерыв, он отложил документы, которые читал, и выскользнул из-за стола. Он достал из маленького холодильника бутылку охлажденного сока и поставил ее на кофейный столик рядом с тарелкой с фруктами. Когда он закончил приготовления, до перерыва оставалась минута. Лянь Джун вернулся к столу и взял бумаги. Минута пролетела быстро, но на этот раз он не услышал обычного стука. Он взглянул на дверь, подумал, что, должно быть, Ши Джин пошел в ванную, и снова посмотрел на документы. Прошло еще несколько минут, но стука все не было. Наконец, Лянь Джун не мог больше сидеть на месте. Он бросил папку, которую держал в руках, и вышел за дверь, затем посмотрел в сторону меньшего кабинета. Он обнаружил, что господин Фэн, который должен был быть на перемене, передвинул стул, поставив его перед дверью, и просматривал учебный план. - Учитель? - озадаченный, Лянь Джун взглянул на дверь позади него. Господин Фэн отвлекся от бумаг. Он увидел направление взгляда Лянь Джуна и объяснил: - Я забыл сказать, я устроил небольшой экзамен для Ши Джина. Он по всем предметам, так что сегодня у него будет меньше перерывов. Я подумал, что он будет нервничать, если я буду смотреть, поэтому я вышел наружу. Так это потому, что у него экзамен. Брови Лянь Джуна нахмурились, но он кивнул и сказал: - Тогда можете пройти в мой кабинет и сесть там, учитель, тогда вам не придется ждать за дверью. - Нет, я останусь здесь, на всякий случай, - господин Фэн махнул рукой и сказал с совершенно невозмутимым лицом: - Что, если Ши Джин захочет улизнуть, чтобы подсмотреть в учебник? Лянь Джун тут же встал на защиту подростка: - Ши Джин не станет жульничать. - Ты не понимаешь, - господин Фэн покачал головой. - Некоторые бедные студенты не остановятся ни перед чем, чтобы сдать экзамены. - …… Лянь Джун хотел сказать, что Ши Джин не был совсем уж плохим учеником, но потом подумал об обычном темпераменте молодого человека и закрыл рот. Итак, Лянь Джун был успешно обманут. Когда подошло время следующего перерыва, Ши Джин прекратил свои дела, снял фартук и поспешил обратно на виллу. Ему удалось вовремя постучать в дверь кабинета Лянь Джуна. Лянь Джун тут же открыл дверь. Во-первых, он сразу попытался определить настроение подростка — оно казалось хорошим, значит, он, должно быть, не провалил экзамен. Расслабившись, Лянь Джун почувствовал сладкий запах, исходящий от Ши Джина, и что-то подозрительно похожее на глазурь на его руке. - Ты ел во время теста? - это была его первая реакция. - Э… Да! - Ши Джин замер на секунду, а затем поспешно кивнул. Он сделал жалкое выражение лица и вздохнул. - Это заняло так много времени, что мой мозг стал вялым. Съесть что-нибудь сладкое — хороший способ пополнить запасы энергии. - Это небольшой экзамен, не стоит слишком волноваться, - успокоил его Лянь Джун. Он взял его руку и вытер глазурь, а затем указал на диван. - Отдохни немного, из кухни только что принесли блюдо со свежими фруктами. Господин Фэн сказал, что экзамен займет целый день. Ты устал? Ши Джин осторожно вздохнул с облегчением и сел. Он засунул в рот кусочек охлажденного фрукта, чтобы скрыть выражение лица, и ответил: - Нет, на самом деле это проще, чем уроки. По крайней мере, домашнего задания не будет. Увидев, что он так усердно ест, Лянь Джун нахмурился. Он наклонился и коснулся его головы, а затем отвернулся, чтобы взять еще закусок. Ши Джин поднял руку к своим волосам. В последнее время он заметил, что Лянь Джун полюбил прикасаться к нему. Затем он вспомнил слова Сяо Си о том, что в жизни этого человека не хватает тепла, и выбросил это из головы. Как только перерыв закончился, Ши Джин под наблюдением Лянь Джуна вошел в меньший кабинет. Как только мужчина вернулся в свой кабинет, Ши Джин снова выскользнул наружу, направившись прямо на кухню столовой. В обеденный перерыв Ши Джин, опасаясь, что Лянь Джун сможет обнаружить какие-то улики, если они пойдут в столовую, убедил его пообедать на вилле, под предлогом, что он слишком устал из-за экзамена. Итак, с таким обманом, прошел день. Ближе к вечеру торт ручной работы Ши Джина наконец был готов, а Гуа Один и остальные закончили украшать обеденный зал. - Хорошо, я пойду за Джун-шао, а ты присмотри за остальными блюдами, - сказал Ши Джин Гуа Два, снимая фартук. Он вытер крем с рук и направился на виллу. Гуа Два кивнул. Он смотрел, как подросток уходит, затем взглянул на остальных и глубоко вздохнул. - Со всеми действиями Ши Джина, Джун-шао просто обязан был повестись, даже будь он сделан из камня. Все присутствующие взглянули на него и молчаливо проигнорировали, рассеявшись, чтобы помыть посуду, как попросил Ши Джин. Боясь, что запах сливок от него слишком сильный и может вызвать подозрения у Лянь Джуна, после того, как Ши Джин вернулся, он тут же вышел из небольшого кабинета, сделав вид, что закончил экзамен пораньше. Он открыл дверь кабинета Лянь Джуна и выпалил: - Джун-шао, на мне чернила, я иду умываться, - затем он захлопнул дверь и бросился в свою комнату, оставив господина Фэна позади. Как и ожидалось, когда Лянь Джун услышал голос Ши Джина, он тут же вышел, но в коридоре уже не было и следа подростка. Он перевел взгляд на господина Фэна. Старик произнес с отвращением: - Я сказал ему, что он плохой ученик - он сделал так много ошибок в тесте. Потом, когда я исправлял его бумаги, он пролил мою бутылку чернил, и они испачкали всю его одежду. После минутного молчания Лянь Джун спросил: - Что за чернила? Я скажу отделу логистики, чтобы они прислали вам коробку. Он имеет в виду, что Ши Джин может проливать чернила, когда захочет, поскольку он все равно за всё заплатит? Господин Фэн сердито посмотрел на Лянь Джуна и выдавил: - Ты его балуешь! - и затем он в ярости ушел. Лянь Джун, словно глупый, самодовольный правитель, который остался глух к серьезным советам своего верного министра, спокойно ответил ему в спину: - Конечно, он мой подчиненный, я должен его баловать. Следуя плану, как только Ши Джин закончил принимать душ, он отвез Лянь Джуна в столовую на «ужин». Лянь Джун, обеспокоенный тем, что он будет в плохом настроении из-за экзамена, сказал: - На самом деле, нам не обязательно выходить на улицу, мы можем поесть на террасе. - Нет, мы уже пообедали на вилле. Уже вечер, мы не должны проводить весь день внутри. Кроме того, вечерний ветерок приятный, - ответил Ши Джин. Когда они прибыли в обеденный зал, он спросил: - Джун-шао, я хочу сегодня посидеть на открытой площадке, недалеко от моря. Можно? Лянь Джун, естественно, согласился. - Конечно. После этого Ши Джин передвинул инвалидное кресло в нужном направлении, повернув его так, чтобы Лянь Джун смотрел на море. - Тогда сядем за тот столик. Поскольку солнце еще не зашло и было достаточно ярким, свет в столовой, естественно, не горел. Лянь Джун ничего не заподозрил и послушно позволил Ши Джину подтолкнуть себя к краю открытой площадки. Как только они устроились, он не забыл похвалить выбор подростком места — вид действительно был великолепен. Ши Джин, довольный, сел напротив него, заказал те же блюда, что и он и, как обычно, болтал, пока они ели. Он подождал, пока зайдет солнце и небо потемнеет, а затем принял растерянный вид. - Почему не горит свет, что-то с электричеством? Лянь Джун тоже сомневался. Он поднял руку, готовый позвать кого-нибудь, чтобы спросить. Ши Джин остановил его и встал. - Не нужно никого звать, я пойду посмотрю. Я все равно хотел пойти в ванную. Лянь Джун опустил руку и кивнул. Мягко дул морской бриз, сумерки постепенно сменились ночью. Лянь Джун ждал довольно долго, но подросток не вернулся. Как раз в тот момент, когда он собирался разузнать в чем дело, в столовой внезапно зажегся свет. Линии маленьких разноцветных огней завились вокруг открытой площадки, загораясь с одинаковой скоростью, и, наконец, сошлись над зонтом, затеняющим стол Лянь Джуна. Раздался щелчок, и множество тусклых огоньков зажглось внутри и вокруг зонта, превратив его в отдельный мир, маленький, но потрясающе красивый. Лянь Джун замер в середине поворота и взглянул на разноцветные огни, окружающие его. Смутно понимая, что происходит, он посмотрел на дверь. Озаренный сиянием чего-то, напоминающего плеяду звезд, из столовой вышел плюшевый мишка в костюме повара, толкая сервировочную тележку с маленьким трехъярусным именинным тортом. Он был окружен множеством подарочных коробок, больших и маленьких, в центре которых стояла мультяшная фигурка, поющая «С Днем Рождения». Это было и смешно, и мило одновременно. Глаза Лянь Джуна, казалось, наполнились ярким звездным светом. Он повернул свою инвалидную коляску к медведю с бесконечно нежным выражением лица. Тележка остановилась перед ним. Медведь ничего не сказал, лишь протянул лапу и стал вставлять в торт именинные свечи. Пока он это делал, другая его лапа схватила коробки с подарками и сунула их в руки Лянь Джуна. Это выглядело забавно. Лянь Джун улыбнулся. Вскоре он обнаружил, что все ящики пронумерованы, и спросил: - Это от всех? Медведь кивнул. Закончив вставлять свечи, он присел и начал регулировать высоту тележки. Понемногу торт опускался на высоту, на которой Лянь Джуну было бы удобно задуть свечи. Затем Лянь Джун обнаружил, что торт, который выглядел красивым издалека, на самом деле был немного грубоватым. Более того, слова « С Днем Рождения » сверху явно были написаны рукой Ши Джина, а не профессиональным кондитером. Сердце Лянь Джуна забилось быстрее. Он вспомнил сегодняшний «экзамен» Ши Джина и сладкий запах, который исходил от него, и посмотрел на медведя, который уже поднялся. Протянув руку, чтобы поймать его лапу, он спросил: - Это ты приготовил? - Пора-загадывать-желание. Задуйте-свечи, - ответил медведь механическим голосом — голосом Ши Джина. Услышав это, Лянь Джун растаял. Он не стал загадывать желание, а сразу задул свечи. Внезапно он поднялся с инвалидного кресла и обнял ошеломленного плюшевого мишку, затем закрыл глаза и нежно поцеловал его в черный нос. Ши Джин был так потрясен, что его глаза чуть не вылезли из отверстий на головном уборе. Он смотрел, как Лянь Джун подходит все ближе и ближе, закрывает глаза и нежно целует медведя в нос, и его сердце начало бешено колотиться, как будто вот-вот собиралось выпрыгнуть из груди. Его громкое биение было единственным звуком, который он мог слышать. Гуа Два, который держал бенгальские огни, готовясь войти в дверь, быстро убрал ногу и заблокировал товарищей, ожидающих позади него. Гуа Девять стоял дальше всех. Он недоуменно спросил: - Ты чего? Разве ты не говорил, что как только Джун-шао задует свечи, мы должны выйти и оживить атмосферу? Гуа Один, который тоже видел, что произошло, отступил назад, ответив: -Если мы выйдем сейчас, мы не оживим атмосферу, а убьем ее. Гуа Три. Гуа Три сразу понял, что имел в виду другой мужчина. Он достал рацию и сказал в нее: - Запускай фейерверк. Мгновение спустя с пляжа взлетело большое количество фейерверков и взорвалось с громким хлопком. Великолепные огни покрыли всё небо, освещая побережье. Услышав звук, Лянь Джун выпрямился. Он смотрел на фейерверки, поднимающиеся над берегом, и его улыбка становилась все более и более очевидной. Он взглянул на плюшевого медведя, который, казалось, совсем застыл, наклонился и снова обнял его. Погладив медведя по голове, он прошептал: - Спасибо, мне нравится. Внутри костюма Ши Джин почувствовал пот, выступивший на лбу — он не знал, то ли из-за жары, то ли из-за колотящегося сердца. Ему потребовалось много времени, чтобы расслабиться и обнять Лянь Джуна в ответ, нежно поглаживая его по спине. Внутренне он ткнул Сяо Си странным голосом: - Похоже, Лянь Джуну понравился костюм медведя, хорошо, но почему он не загадал желание? Думаешь, это из-за того, что мой торт слишком уродливый? Или, может быть, потому, что он был сделан вручную и поэтому не достоин его желания? Сяо Си, который собирался завизжать, задохнулся от этих слов. Секунду он молчал, а потом заорал: «Джин-Джин, мне очень жаль, это все моя вина. Я постараюсь вернуть тебе IQ, обещаю! Вааа ваааааа…»