Индикатор смерти / Death Progress Bar

Всё последующее время Ши Джин был самым послушным пациентом в мире. Лянь Джун говорил ему выпить воды - он пил; сходить в ванную - он шел; вымыть руки - он слушался; поесть - и он ел. Трудно было поверить, что он может быть таким послушным. После обеда Лянь Джун остался с Ши Джином, чтобы сыграть несколько партий в маджонг. Они играли, пока он не почувствовал, что подростку следует немного отдохнуть. Он уже собирался уложить его вздремнуть, когда в дверь постучали. Ши Джин тут же обернулся, даже позабыв о маджонге. Лянь Джун взглянул на него, помог натянуть одеяло и сказал посетителю войти. Гуа Пять осторожно толкнул дверь. Когда он увидел эту сцену, его глаза округлились, и он на мгновение замер. Он улыбнулся Ши Джину, и затем посмотрел на Лянь Джуна. - Звонит лидер «Фантома», он хочет поговорить с вами, - сказал он. Лянь Джун кивнул. Он повернулся к Ши Джину: - Я отвечу на звонок. Скоро вернусь. Ши Джин поспешил сказать, что все в порядке, и не стоит обращать на него внимания. Лянь Джун наблюдал за его глупым видом — молодой человек, очевидно, еще не полностью переварил два поцелуя этим утром. Выражение его глаз стало более глубоким. Он взял руку Ши Джина и поцеловал ее, затем развернул инвалидное кресло и направился к двери. Ши Джин потрясенно втянул воздух и инстинктивно накрыл правую руку левой. Он посмотрел на Гуа Пять с выражением «брат, этому есть объяснение». Лянь Джун вышел, а Гуа Пять остался сопровождать Ши Джина. Ши Джин попытался объяснить: - Эм, Джун-шао, я и он… Мы… - Вы наконец вместе? - Гуа Пять подхватил его слова, с искренней счастливой улыбкой на лице. - Поздравляю! Давно пора. Ты заставил нас ждать. - …А? - Все уже знали, что тебе нравится Джун-шао, но ты не осознавал этого. Джун-шао хороший человек и серьезно относится к своим чувствам, он будет хорошо к тебе относиться… Я доверяю Джун-шао тебе, Ши Джин. Спасибо, - Гуа Пять с чувством вздохнул, глядя на Ши Джина, как на невестку, которой был особенно доволен. У Ши Джина пробежали мурашки по коже. Он очень хотел спросить, что, черт возьми, означает фраза «все уже знали, что тебе нравится Джун-шао», но, видя довольное, счастливое выражение лица Гуа Пять, как будто какое-то великое испытание подошло для него к концу, он не смог открыть рот. Наконец, он выдавил из себя улыбку и пробормотал: - Вы… пожалуйста? Гуа Пять громко рассмеялся. - Неудивительно, что тебе удалось заставить Джун-шао влюбиться в тебя, Ши Джин. Ты довольно интересный. Ши Джин: «……» Спасибо, наверное... хотя почему-то это не звучит как комплимент. Лянь Джун вернулся, как только они закончили разговор. Он обнаружил, что выражение лица Ши Джина стало еще глупее, чем раньше, и посмотрел на Гуа Пять. Он вернул ему телефон. - Подготовь машину, мне нужно ненадолго выйти. Пусть Гуа Два останется с Ши Джином, - сказал он. Гуа Пять подтвердил. Он взял телефон, в последний раз улыбнулся Ши Джину и вышел из частной палаты. - Ты уходишь? - спросил Ши Джин, нахмурившись, его внимание мгновенно сосредоточилось на важном вопросе. Лянь Джун придвинул коляску к кровати. - Нужно обсудить кое-что со Старым Призраком, это не займет много времени. Я обязательно вернусь до ужина. Ши Джин, однако, не успокоился. Проверив индикатор прогресса Лянь Джуна, он увидел, что тот опустился до 500, так что слегка расслабился, но он всё равно проворчал: - Где вы собираетесь встретиться? Не соглашайся идти в отдаленное или безлюдное место, это слишком опасно. Возьми еще несколько человек, ты всегда берешь слишком мало, и ничего не ешь и не пей на улице, кто знает, безопасно ли это. Лянь Джун молча слушал его болтовню. Внезапно он наклонился ближе и позвал: - Ши Джин. - …А? - Ши Джин сделал паузу на полуслове. Он посмотрел на лицо, приближающееся к его собственному, его взгляд скользнул по нему, наконец, остановившись на тонких губах. Он беззвучно сглотнул. Он собирается сделать это снова? Уж на этот раз я покажу свое мастерство! - Спасибо, - но вместо того, чтобы поцеловать, Лянь Джун обнял его за плечи и притянул к себе, заключая в объятия. Нервы Ши Джина, немного напряженные, мгновенно расслабились, и он обнял его в ответ. Когда Лянь Джун прислонился к его груди, доверив ему свой вес, и положил голову ему на плечо, опустив веки, его сердце растаяло, как масло. Он набрался смелости, склонил голову и быстро чмокнул другого мужчину в лоб. - Чем раньше ты уйдешь, тем быстрее вернешься. Я буду ждать тебя, чтобы вместе поужинать. Ошеломленный, Лянь Джун выпрямился, чтобы посмотреть на него. Он поднял руку, чтобы коснуться лба, и вдруг широко улыбнулся. Он снова поцеловал руку Ши Джина, затем укрыл его одеялом и сказал: - Очень хорошо, когда ты проснешься, я должен уже вернуться. Эта улыбка… Она ослепляла, как пыльная жемчужина, начисто вымытая родниковой водой и окутанная солнечным пятном, — любой, кто хоть раз увидит ее, захочет предаваться ее нежному сиянию вечно. Ши Джин уставился на него с глупым выражением лица, его сердце билось все быстрее и быстрее. Внезапно он стал невыносимо завидовать Лон Ши — Лянь Джун, которого знал Лон Ши, всегда так нежно улыбался? Он чувствовал, что ему повезло и он был благословлен. Он не знал как, но нашел в себе силы сесть и вытянуть руки, чтобы обнять Лянь Джуна, потираясь головой о его лицо. - Лянь Джун, я буду хорошо к тебе относиться, — пообещал он со всей серьезностью, на которую был способен. Хотя он всё ещё не был уверен, когда точно определились их отношения, его желание, чтобы Лянь Джун был счастлив, всегда было постоянным. Этот человек заслуживал лучшего. Лянь Джун ответил на его объятия. Почувствовав силу объятий Ши Джина, он удовлетворенно закрыл глаза и мягко ответил: - Я знаю, ты всегда хорошо ко мне относился. Когда Гуа Два вошел в палату, он увидел Ши Джина, неподвижно лежащего на кровати, сложив руки на груди, с ошеломленным выражением лица и глазами, устремленными в потолок. Нахмурившись, он проследил за взглядом юноши, но потолок был обычным блеклым, белым потолком, светильники тоже ничем не выделялись. Он наклонился и ткнул Ши Джина в голову, спрашивая: - Что с тобой? Выглядишь глупо. Ши Джин взглянул на него с торжественным выражением лица и сказал, как будто объявляя что-то важное: - Я не могу заснуть. Гуа Два раздраженно закатил глаза. Он сел рядом с кроватью, взял банан из тумбочки и очистил его. - Изо дня в день всё, чем ты занят, кроме еды, — это сон — было бы странно, если бы ты мог заснуть сейчас. Не спи, сядь и поговори со мной. - Ты украл банан у пациента, у тебя совесть не болит? - руки Ши Джина восстановили достаточно силы, чтобы он мог самостоятельно чистить банан. Также потянувшись за одним, он спросил: - Тогда расскажи, как обстановка? Гуа Два увидел, что он изо всех сил пытается очистить банан лежа, и безмолвно поднял верхнюю половину кровати, чтобы позволить ему сесть удобнее. Прожевав, он сказал: - А что может быть? Цзо Ян сбежал, и правительство собирается заняться Девятью Орлами. Мы снова будем заняты. Ши Джин нахмурился, взял еще один банан и сунул его в руку Гуа Два в качестве взятки, жестом призывая продолжать. Таким образом, Гуа Два временно сменил профессию на рассказчика. Он откинулся на спинку стула и начал пересказывать события. Той ночью корабль Фантома протаранил корабль Девяти Орлов, почти потопив его. Видя, что ситуация не очень хорошая, Цзо Ян бросил своих подчиненных и в суматохе сбежал на другой корабль. Его нынешнее местонахождение было неизвестно. Следующим шагом, вероятно, будет поездка в юго-восточный регион. Власти намеревались разобраться с Девятью Орлами, но не могли сделать это напрямую — они могли действовать только для стабилизации общей ситуации, а для этого им нужна была веская причина. Они хотели, чтобы Аннигиляция нашла эту причину, и только тайно посылали людей на помощь. Поэтому, после предварительного обсуждения, Лянь Джун принял решение отправиться на юго-восток, чтобы найти доказательства сговора Девяти Орлов с иностранными силами и использовать это против них. Старый Призрак и Фэй Юйджин последуют за ним в этом путешествии, так как Старый Призрак хотел использовать эту возможность, чтобы найти своих пропавших подчиненных. Кроме того, они посетят место, где прятался Лон Ши, чтобы проверить, есть ли еще подсказки о яде Лянь Джуна. Ши Джин поспешно спросил: - Где сейчас Лон Ши, как его состояние? - Он тоже здесь, в этой больнице, за ним лично наблюдает Гуа Один. Его состояние стабилизировалось. Он проснулся один раз, вчера, и потребовал еды и питья, похоже он был в отличном настроении, - с усмешкой ответил Гуа Два. По выражению его лица Ши Джин понял, что у Лон Ши вот-вот наступят трудные времена. Он спросил: - Тогда, раз уж он проснулся, дядя Лон… Насмешливая улыбка Гуа Два исчезла, и он вздохнул. - Похоже, дядя Лон справился со своими эмоциями. Он сказал, что порвал все связи с Лон Ши, и что бы с ним ни случилось, ему все равно. Сейчас он сосредоточен на изучении фрагмента формулы яда и лекарства, который ты получил от Лон Ши, — если он будет чем-то занят, это должно его отвлечь. Ши Джин тоже вздохнул. Он помолчал какое-то время, а затем спросил: - Так этот фрагмент оказался полезным? На следующий день после того, как он впервые проснулся в каюте Лянь Джуна, его разум стал яснее, и он рассказал всё, что узнал от Лон Ши о яде, опасаясь, что забудет сложные медицинские термины, если будет слишком долго медлить. Морщинистый лоб Гуа Два бессознательно разгладился, и на его лице даже появился намек на волнение. Он не мог не наклониться и не хлопнуть его по плечу. - Очень полезным! Ты получил только часть, но в сочетании с ингредиентами, которые мы уже знаем, выяснение оригинальной формулы - только вопрос времени. По оценкам дяди Лона, даже если мы не получим больше подсказок и будем перебирать методом перестановок и комбинаций, на получение результатов уйдет не больше года. Не больше года. Ши Джин сначала просиял от радости, а затем упал на подушку с искаженным лицом. Гуа Два озадаченно спросил: - Что с тобой? Ши Джин схватился за потрепанное плечо и показал ему средний палец, его рука дрожала от боли. Было так больно, что он не мог говорить. - Вот дерьмо! Я забыл, что ты сейчас хрупкий, как фарфоровая кукла, - выражение лица Гуа Два изменилось, и он поспешно позвонил в звонок, чтобы вызвать доктора. Когда Лянь Джун вернулся и обнаружил новую повязку на плече Ши Джина, он тут же повернулся и посмотрел на Гуа Два, лицо которого было лишено эмоций. Гуа Два немедленно попросил прощения, со смущенной, виноватой улыбкой. - Он просто осторожно погладил меня. Это было не специально. Доктор перевязал это место, но ничего серьезного, - объяснил Ши Джин, выручая Гуа Два. Лянь Джун повернулся к нему. Он осторожно расстегнул его воротник, чтобы взглянуть на плечо, и спросил: - Болит? - Нет, все хорошо. Как прошел ваш разговор со Старым Призраком? Когда мы отправляемся на юго-восток? - Ши Джин быстро сменил тему. Лянь Джун помог ему поправить воротник, сказав: - Все прошло гладко. Время отъезда всё ещё обсуждается. Тем не менее, мы поедем в две группы. Гуа Два и Гуа Три будут первыми — они подготовятся и прощупают обстановку. Мы поедем с Гуа Один и Лон Ши. Ши Джин не ожидал этого. - Лон Ши тоже поедет? - Да. Он много лет скрывался на юго-востоке и хорошо знает эту местность. Взять его с собой - хорошая идея. Кроме того, он может быть полезен в качестве приманки, если понадобится, - ответил Лянь Джун. Увидев, что Ши Джин всё ещё хмурится, он продолжил: - Я всегда считал Лон Ши просто одним из своих подчиненных. Я никогда не думал о нем иначе. Ши Джин какое-то время безучастно смотрел на него, прежде чем понял, что значат его слова, и внезапно в его сердце закрутилась своеобразная смесь эмоций: удивление, радость, удовлетворение и немного странное, зудящее чувство. - Я никогда не сомневался в этом — как можно было смотреть на такую ​​сволочь? - он притворился равнодушным, но втайне обрадовался. Лянь Джун взглянул на него, но ничего не сказал. Он достал планшет и предложил ему. Ши Джин махнул рукой. - Я не хочу играть. Уже почти время ужина, давай просто поболтаем. Лянь Джун включил планшет и сказал: - Это не для игры. Пока мы были в море, возникла проблема с передачей данных, поэтому информация о Ши Синжуе не могла быть доставлена. Теперь мы снова на суше, и она, наконец, пришла. Можешь взглянуть. Ши Джин вспомнил, что Лянь Джун действительно обещал ему исследовать жизнь Ши Синжуя. Он взял планшет, поколебался, затем отложил его в сторону, со словами: - Давай сначала поедим. Я прочитаю позже. Лянь Джун знал, что он сделал это, потому что хотел, чтобы они поговорили дольше, и, не сдержавшись, наклонился чтобы поцеловать его в губы. После ужина Лянь Джун ушел, чтобы обсудить подготовку к отъезду первой группы с Гуа Один и остальными, оставив Гуа Пять в палате. Мужчина сидел у одной из стен, тихо работая на своем ноутбуке, не мешая Ши Джину. Ши Джин взял планшет. Изменение в отношениях между ним и Лянь Джуном уменьшило беспокойство Ши Джина по поводу Ши Синжуя и его сыновей. Если бы не индикатор прогресса и личность оригинального «Ши Джина», заставляющие его заботиться, он бы не стал снова связываться с этой больной семейкой. Но реальность оказалась не столь благоприятна. Он взглянул на свой индикатор, который вернулся к отметке 490, подумал о Лянь Джуне, похлопал себя по щекам, чтобы взбодриться, и разблокировал планшет. В папке было два файла. Ши Джин сначала открыл тот, что был меньше. На экране появилась старая запись об аборте в больнице. Имя пациентки было Сян Цин, а причина аборта была обозначена так: «Беременность прервана, потому как беременная страдает системным заболеванием, неблагоприятным для правильного развития плода». Системное заболевание? Удивленный, Ши Джин скользнул вниз по документу. Согласно приложенным больничным записям, Сян Цин заболела тяжелым гриппом, когда была беременна своим первым ребенком. Это было достаточно серьезно, ее жизнь была в опасности, а лекарство, которое ей нужно было принимать, имело побочные эффекты и могло привести к порокам развития плода. В итоге она выбрала аборт. Похоже, этот аборт не был преднамеренным. Брови Ши Джина нахмурились. Он закрыл файл и открыл второй. Ему бросилась в глаза старая черно-белая семейная фотография. Человек, составивший информацию, предусмотрительно обвел красным кругом ребенка справа от первого ряда, указывая на то, что это был юный Ши Синжуй. Ши Джин не ожидал, что следователь раскопает даже детство Ши Синжуя, и был очень признателен за его или ее дотошность. Он осмотрел внешний вид людей на фото, но ничего особенного не нашел, поэтому продолжил чтение. Документ был довольно длинным — только информация о детстве Ши Синжуя до старшей школы занимала более дюжины страниц, большая часть которых представляла собой длинный список школьных медалей и грамот, наград за победу в писательских конкурсах и так далее. Очевидно, Ши Синжуй всегда был «сыном маминой подруги». Семья Ши Синжуя была небогатой, напротив, ее можно было даже назвать обедневшей. Его отец происходил из многодетной семьи, у него было семеро братьев и сестер, но ему самому удалось родить только одного ребенка. Тело матери Ши Синжуя было слабым, и она не могла много работать. Таким образом, средства к существованию его семьи зависели от его отца. Вероятно, из-за отсутствия детей и слабого здоровья его матери семью Ши Синжуя не очень-то приветствовали в их родной деревне. Они жили в самом отдаленном доме, и Ши Синжуй, казалось, часто подвергался издевательствам со стороны своих двоюродных братьев. Ши Синжуй провел свои первые годы в родном городе. Когда он окончил начальную школу, он стал единственным ребенком в деревне, поступившим в среднюю школу уездного города. Это были времена, когда удача полностью отвернулась от их семьи. В те дни посещение средней школы требовало высокой платы за обучение; Семья Ши Синжуя не могла себе этого позволить. Его отец хотел занять деньги у своих братьев и сестер, но они не согласились. В неожиданном приливе решимости он продал дом, купленный за два года до этого, перевел поля на имя кого-то другого, взял жену и сына и переехал в уездный город. Вначале для них наступили трудные времена, потому что отец Ши Синжуя не был высокообразованным и не знал ничего, кроме земледелия. К счастью, Ши Синжую удалось выиграть стипендию и помочь отцу в те трудные дни. В то время Китай был полон возможностей для бизнеса. Отец Ши Синжуя случайно встретил мелкого бизнесмена и начал вести с ним дела, постепенно становясь все более и более богатым. Ши Синжуй плавно интегрировался в среднюю школу уездного города, продолжая свою славу «сына маминой подруги». Годы средней школы прошли незаметно. Отец Ши Синжуя скопил достаточно денег, чтобы купить дом в столице провинции, и решил перенести туда свой бизнес после того, как Ши Синжуй сдал вступительный экзамен в старшую школу, чтобы их семья осталась вместе. К сожалению, человек предполагает, а небеса располагают. На следующий день после того, как Ши Синжуй получил результаты вступительного экзамена, его мать, которая вернулась в свою родную деревню, чтобы поделиться хорошими новостями с его бабушкой и дедушкой, умерла при невыясненных обстоятельствах в доме семьи Ши. Говорили, что ее старая болезнь внезапно проснулась и ее нельзя было спасти. Невозможно было узнать, что на самом деле произошло в том году. Однако, согласно информации, отец Ши Синжуя так и не вернулся в свой родной город и больше не посылал денег своей семье. Он закрыл свой бизнес, открыл небольшой магазин в областном центре и заботился только о сыне. Ши Синжуй тоже никогда больше не возвращался в свой родной город. Даже после того, как он добился успеха, он отказывал в каждой просьбе помощи от семьи Ши. Словно чтобы намеренно разозлить их, он дошел до того, что с энтузиазмом поддерживал семью своей матери. Его путь через старшую школу был гладким. Он всегда был одним из лучших учеников в школе, ему удалось получить высокие оценки на конкурсных экзаменах, и он был принят в один из лучших университетов города Б, выбрав финансовый факультет. В том же году скончался его отец, оставив Ши Синжуя в полном одиночестве. После смерти отца Ши Синжуй продал свой дом и магазин в столице провинции, переехал в город Б и начал собственное дело, будучи еще студентом. Это был момент зарождения его наследия. Он провел два года, инвестируя в различные предприятия, завершив свою первую волну накопления капитала. На втором курсе он основал ЖуСин и медленно развивал её, уделяя одинаковое внимание своей деловой карьере и учебе. К моменту окончания университета, ЖуСин уже была небольшим, но престижным предприятием. Когда он смог полностью сосредоточиться на управлении компанией, ЖуСин начала развиваться быстрыми темпами. Менее чем за пять лет он прочно обосновался в городе Б и устремился покорять мир. В последующие годы ничего существенного не произошло. Затем, в возрасте 27 лет, Ши Синжуй познакомился с матерью Ши Вэйчуна, Сюй Цзе, и принял ее в качестве помощницы. На этом моменте Ши Джин остановился. Он вернулся в начало документа и тщательно проанализировал первую половину жизни Ши Синжуя. По мере того, как он это делал, странное чувство неестественности становилось всё сильнее. Хотя в мире никогда не было недостатка в гениях или удачливых людях, такой человек, как Ши Синжуй, который, казалось, с самого детства не делал ни одной ошибки, был аномалией. Ши Джин никогда не видел ребенка, чья академическая успеваемость была настолько стабильной даже после смерти родителя. Более того, инвестиционное видение Ши Синжуя было слишком точным — его бизнес не только никогда не терпел убытки, но и приносил ему состояние. Все конкуренты, пытавшиеся препятствовать его развитию, оказались банкротами. Он избегал всех тяжелых кризисов в бизнесе и заранее выходил из всех предприятий, затронутых внезапным изменением официальной политики, как будто мог предсказывать будущее. Это было слишком удивительно — он казался окутанным ореолом главного героя. Но возможно ли, чтобы кто-то был таким выдающимся и удачливым? Ши Джин нахмурился. Вспоминая свое собственное переселение, он не мог не задаться вопросом, был ли у Ши Синжуя какой-то секрет, или, может быть, он переродился, или… Он покачал головой, прекращая строить бессмысленные догадки, и снова обратил внимание на документ. Он просмотрел страницы, описывающие, как Ши Синжуй стал бизнес-легендой, перейдя к части о его межличностных отношениях, и начал просматривать фотографии в поисках любого, кто был бы похож на него, будь то мужчина или женщина. Из-за огромного количества фотографий это заняло у него много времени, но в итоге Ши Джин так и не нашел никого с внешностью, близкой к его собственной. Его одолевали сомнения. Нет ни одного? Документ даже содержал фотографии одноклассников начальной школы Ши Синжуя. Он предположил, что мужчина хотел создать чью-то замену, своей первой любви или что-то в этом роде, но так ли это было? Не сдаваясь, он снова просмотрел фотографии, на этот раз добавив еще одно условие — кто-то толстый. Он по-прежнему ничего не получил. Был ли он неправ в конце концов? Он нахмурился, огорченно заметил соломинку возле своих губ и рефлекторно сделал пару глотков. Он обнаружил, что это его любимый манговый сок, и одобрительно пробормотал: - Вкусно. - Тебя что-то беспокоит? - ласково спросил человек, угостивший его соком. Ши Джин чуть не задохнулся. Он посмотрел на Лянь Джуна, который в какой-то момент снова появился у его постели, и улыбка осветила его лицо. - Когда ты вернулся? - Только что, - ответил Лянь Джун, выражение его лица смягчилось от улыбки подростка. - Что-то не так с информацией? Ты хмурился. Ши Джин был счастлив, что он мог поделиться с кем то своими идеями. Он подошел ближе и показал документ на планшете, рассказав о своих предположениях и подозрениях. Наконец он вздохнул. - Я начинаю сомневаться, не угадал ли я неправильно, но моя интуиция подсказывает мне, что я прав. Я не знаю, что и думать. - Может быть, любовь Ши Синжуя была безответной? Более того, им не обязательно было знать друг друга — по крайней мере, на первый взгляд, между ними могло не быть никакой связи, - сказал Лянь Джун, а затем успокоил, - не стоит сомневаться в себе — когда все намеки указывают на что-то одно, то, каким бы невозможным это не казалось, скорее всего, это правда. Сердце Ши Джина успокоилось. Он глубоко вздохнул и взял планшет, чтобы снова изучить информацию и фотографии. Он положил руку на лоб и продолжил размышлять — Ши Синжуй так и не смог забыть этого человека, так когда и как они могли встретиться?