Посмотри на меня

***

      Итак, Драко Малфой готов был официально заявить, что Гарри, чтоб его Моргана разорвала, Поттер является самым упёртым, несносным и твердолобым человеком во всей Вселенной.       Сидя в библиотеке Забини-мэнора, вместо того, чтобы прописывать в контракте условия сотрудничества с финскими артефакторами, Драко уныло пялился в окно, смотря на снегопад и предаваясь печальным мыслям о своей нелёгкой судьбе человека, влюблённого в Гарри Поттера.       За три чёртовых дня их отношения не сдвинулись с мёртвой точки ни на миллиметр, и это чертовски сильно расстраивало и самого Малфоя, и его альфа-сущность, которая непрерывно металась и скулила в груди, желая хотя бы коснуться своего омеги. Но чёртов Поттер снова выстроил вокруг себя стену игнора и полного безразличия. Было такое впечатление, что Драко опять вернулся в тот проклятый май, когда Избранный не удостаивал его даже взглядом.       В понедельник ровно в 9:00 Драко ждал Львёнка у входа на стадион со стаканчиком его любимого Латте и кулоном в виде снитча, на который Малфой предусмотрительно наложил несколько Защитных чар. Дико бесило, что Поттер носит дешманский браслетик, подаренный американцем, а его подарок вернул не задумываясь. Блондин топтался на месте, нервничая при этом как влюблённая дурочка.       И вот наконец Поттер вместе с Уизли появился на горизонте. Драко усилием воли подавил свою глупую нервозность и улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой.       — Доброе утро, Львёнок. Я купил тебе кофе, — дружелюбно поздоровался Малфой, — и ещё, я хотел вернуть твой кулон…       Поттер даже не остановился. Он просто прошёл мимо, будто Драко там и не было, а затем скрылся на входе в стадион. Малфой негромко чертыхнулся, смотря вслед своему омеге, и, левитировав кофе в мусорный бак, сунул кулон обратно в карман и тоже поспешил на стадион, где его ждал весьма неприятный сюрприз в виде толпы поклонников Поттера, уже сидящих на трибунах. Альфа-сущность в груди громко зарычала, видя толпу соперников, и Драко, раздражённо поправляя манжеты своей серой рубашки, с трудом сдерживался, чтобы не рычать вслух.       Затем на поле появился сам Поттер, весь такой сексуальный в своей облегающей спортивной форме, что Драко с трудом сдержался, чтобы не послать в придурков, сидящих на трибунах, Непростительные, поскольку эти похотливые кретины начали свистеть и звать Поттера по имени, пытаясь обратить на себя внимание. Слава Мерлину, игнор Избранного распространяется не только на Драко, но и на толпу этих голодных альфачей.       Поттер начал бегать по периметру поля, делая стандартную разминку, а Драко уже трясло от бешенства при виде всех этих похотливых взглядов на его омегу. В итоге, когда Поттер опустился на газон и стал делать растяжку, вызывая с трибун новые восторженные ахи, перешёптывания и выкрики комплиментов, Малфой понял, что он рискует сегодня же отправиться в Азкабан за массовое убийство. Поэтому он демонстративно поднялся с лавки, подошёл к сидящему на газоне Поттеру и, очертив вокруг них с Львёнком небольшой магический круг, установил Дезиллюминационные чары, скрывая себя и своего омегу от похотливых взглядов.       С трибун послышались разочарованные возгласы. Малфой чертыхнулся себе под нос и боковым зрением заметил на себе взгляд лазурных глаз. Но когда он повернул голову, Поттер уже снова смотрел перед собой, спокойненько качая свой чертовски сексуальный пресс и, кажется, даже не подозревая, что стоящий над ним альфа готов взорваться от раздражения, злости, а теперь ещё и внезапно накатившего возбуждения.       Малфоя просто разрывало на части от желания высказать Герою, насколько "Гениальной" была идея позировать с голым торсом в журнале для альф, но он всё же каким-то чудом сдержался. Прикусив собственный язык, Драко опустился на газон рядом с Поттером и, согнув ноги в коленях, молча уставился на траву газона, поскольку наблюдать за тем, как сексуально скручивается и тянется спортивное тело Львёнка, как под эластичной формой при каждом подходе играют рельефы мышц пресса и как тяжело выдыхает омега, было слишком даже для его выдержки.       Когда Поттер начал делать круговые вращения тазом, стоя буквально в полуметре от уже покрасневшего от возбуждения Драко. Блондин больно закусил внутреннюю сторону щеки и, поёрзав на траве, нервно потёр руками лицо. Кажется, его сила воли ещё никогда не подвергалась такой проверке на прочность. Но, похоже, он ошибался, поскольку омега внезапно перешёл к следующему упражнению и Драко понял, что ему реально нечем дышать.       Поттер, широко расставив ноги, стал перед ним приседать, во всей красе демонстрируя свой упругий, подкаченный зад. Пожалуй, если бы Малфоя сейчас спросили, на кого он был похож со стороны, он бы сравнил себя с щенком, у которого перед носом водят самой вкусной на свете косточкой. Драко тяжело вздохнул в сотый раз за это утро, пытаясь держать себя в руках, и стал нервно выщипывать травинки с газона, при этом мысленно ведя счёт, чтобы хоть как-то отвлечься от этой сексуальной провокации.       Альфа в груди как дикий рвался вперёд, норовя перехватить контроль и, разорвав все эти эластичные тряпки, облизать целиком, а потом залюбить своего омегу прямо на газоне.       Кажется, Драко неосознанно даже выпустил волну феромонов, в попытке привлечь к себе внимание своей истинной пары. Но Поттер никак не отреагировал, и Малфой даже не знал, радоваться ему или расстраиваться по этому поводу. Ведь, с одной стороны, уж очень хотелось, чтобы Избранный нежно мурлыча опустился своим упругим задом прямо на его… колени, в общем. А с другой, их первый раз должен произойти в мягкой постели, а не на газоне стадиона под Дезиллюминационными чарами.       Поттер опустился в стойку и начал отжиматься, а Малфой, потеряв ход мыслей, воспользовался моментом и быстро бросил на свои штаны Отводящие чары, чтобы скрыть свой уже совсем немалый стояк, который сейчас топорщил брюки и болезненно вжимался в ширинку. Поблагодарим за это сексуального ловца "Нью-Йоркских Драконов".       Драко никогда не думал, что будет так рад увидеть команду "Лондонских Ос", которые с мётлами появились на стадионе. Но сейчас он был готов их буквально расцеловать, потому что появившиеся игроки привлекли к себе внимание Поттера, и тот наконец закончил свою сладкую пытку под названием разминка. Поттер нахмурился и поднялся на ноги, кажется, не особо понимая, что "Осы" забыли на его тренировке. Малфой тоже поднялся с газона и снял Дезиллюминационные чары, снова возвращая их с Героем на обозрение каким-то бледным игрокам команды "Лондонских Ос" и похотливым альфам, которые, похоже, даже не собирались идти работать.       Из всей команды Драко лично знал только омегу-ловца, с которым раньше зажигал Блейз, и капитана команды.       Он уверенно двинулся к игрокам, боковым зрением заметив, как рядом пристроился Поттер.       — Привет, Майкл, — поздоровался Драко, протягивая руку капитану команды.       — Привет, — подал руку парень, слегка поморщившись.       — Ты нормально себя чувствуешь? Выглядишь неважно, — подметил Малфой.       — Вчера у тренера день рождения был, — пояснил парень, держась за желудок, — и, кажется, мы отметили его слишком бурно. А вы чего тут?       — В смысле? — спросил Малфой.       — Ну, у нас же сейчас тренировка, — пояснил парень и перевёл взгляд на стоящего рядом Поттера. — Ты ведь Гарри Поттер, верно?       Избранный молча кивнул в ответ.       — Я Майкл, — сказал альфа с лёгкой улыбкой и протянул Гарри руку, — рад познакомиться с тобой лично.       — Очень приятно, Майкл, — Поттер дружелюбно улыбнулся в ответ и пожал альфе руку, а Малфою пришлось мысленно напомнить себе, что он не может бросаться на всех, кому улыбается Избранный.       — Поздравляю с победой на прошлой игре. Было здорово играть с вашей командой, — улыбнулся Майкл.       — Да, вы тоже были на высоте, — ответил Гарри.       Драко, не церемонясь, схватил омегу за руку и переплёл их пальцы, недвусмысленно давая понять всем присутствующим, что Поттер уже занят, а затем, чтобы окончательно всех убедить, выпустил волну феромонов в придачу. Уж извините, но ему и одного ухлестывающего за Поттером капитана хватало. Омега бросил на него удивлённо-раздражённый взгляд.       — Ваш тренер что, читать не умеет? Ему ещё вчера утром отправили новое расписание тренировок, — кажется, слишком резко сказал Драко, делая вид, что не замечает попыток Поттера вырвать свою руку из его ладони.       Однако Майкл ничего не ответил. Он болезненно скривился и схватился рукой за нос, а в следующую секунду согнулся пополам и стал выворачивать содержимое своего желудка прямо на газон. Вместе с другими членами команды.       — Какого хрена, чувак? — возмутился Драко, отступая назад и утягивая за собой слегка шокированного Поттера. А затем, скривившись, стал пристально рассматривать свои идеально начищенные туфли из драконьей кожи, очень надеясь, что на них не попало ни капли извержений капитана команды "Лондонских Ос".       — Чёрт, Малфой, почему именно вишня? — прохрипел альфа между позывами рвоты.       Драко удивлённо вскинул брови.       — Я приведу доктора, — быстро сказал Гарри и, резко вырвав свою руку, почти побежал на выход из стадиона.       — Ты хочешь сказать, что вы блюёте от моих феромонов? — уточнил Малфой.       — Мы вчера весь вечер пили коктейль "Адская вишенка", — пояснил мертвенно-бледный ловец-омега, схватившись за свой желудок.       — Ну, бухать меньше надо, — пожал плечами Драко и пошёл вслед за Поттером.       В итоге Уизли вылечил не умеющих пить спортсменов, а Поттер, не изменяя своим традициям полного игнора, вернулся к своей тренировке, а затем также молча удалился в раздевалку. И, конечно, Драко пошёл следом, стараясь не обращать внимания на дегенератов, толпившихся на трибунах и снова кричащих Поттеру вслед комплименты.       Догнав Избранного уже в коридоре, он снова предпринял попытку завести дружелюбную беседу и вернуть кулон, но ответом ему снова стал хлопок двери прямо перед его носом.       Сжав руки в кулаки и негромко чертыхнувшись, Малфой подпёр плечом стену и стал ждать, но, даже когда Поттер вышел из раздевалки, чуда не произошло. Он, жуя жвачку, спокойненько прошествовал мимо Малфоя на выход, будто Драко не окликал его, будто Драко не пытался быть дружелюбным, будто его вообще не было в коридоре.       Малфой крепко сцепил челюсти: вся эта игра в "глухо-слепого Поттера" начинала изрядно раздражать. Конечно, он понимал, что Поттер имеет право злиться на то, что его не выпустили из страны. Ну ладно, можно злиться день, ну два, хорошо, три от силы. Но прошло уже грёбаных пять дней! Пять! А Избранный не смягчился к нему ни на грамм. Даже на самую крохотную грамулю. Где вообще справедливость? В конце концов, Драко делал это для их совместного счастливого будущего. Он действительно старался быть заботливым, дружелюбным и внимательным. И был он таким для кого-то впервые в жизни не наигранно и сквозь зубы, а потому что действительно хотел порадовать, позаботиться и окутать свою пару любовью. Но строптивый Поттер и этого не оценил.       — Упёртый гиппогриф! — зло буркнул Драко омеге вслед и тоже пошёл на выход из стадиона, ведь его ещё ждало составление отчёта о тренировке ловца "Нью-Йоркских Драконов".              Во вторник история повторилась. Серьёзно! Всё то же самое: куча кретинов-альфачей на трибунах, холодный, отстранённый и немой Поттер, игнорирующий подарки, приглашения на свидание и улыбки Драко, Дезиллюминационные чары во время его разминки и дикое возбуждение Малфоя, от которого буквально искры летели из глаз.       Единственным отличием стало появление на поле хмурого Тео, когда уже заканчивался второй час тренировки.       — Привет, ты чего тут? Что-то случилось? — спросил Драко, смотря на присевшего рядом на лавку друга.       — Да, случилось. Грейнджер от меня прячется: уже третий день выловить её не могу, — буркнул Тео. — Вот решил у Поттера узнать, где его подружку носит, поскольку дома её опять нет.       — Так иди у Уизли спроси. Поттер летает в своих маггловских штуках, чтобы весь этот сброд не слышать, — рыкнул Драко, указывая кивком головы на трибуны.       — Во-первых, я ни хрена не понял, что за маггловские штуки, — фыркнул Тео. — И во-вторых, я лучше Поттера подожду, а то Уизли, как мне кажется, меня особо недолюбливает. Не удивлюсь, если он мне назло скажет, что Гермиона где-нибудь на Аляске загорает.       — С чего такие выводы? — насмешливо спросил Драко.       — Об Аляске? — ответил вопросом на вопрос Тео.       — О том, что Уизли тебя недолюбливает, — пояснил Малфой и, услышав восторженный свист альфачей с трибун, чертыхнулся сквозь зубы и посмотрел на Поттера, нарезавшего в воздухе петли и отрабатывающего трюки. — Чёрт, он что, специально мне по нервам скребёт, что ли? Ведь точно навернётся скоро!       Тео тоже посмотрел вверх, где Поттер, не сбавляя скорость, эффектно встал на руки прямо на древко метлы, рождая новые причитания и восторженные выкрики альф.              — У него круто получается, — подметил Нотт.       — Ага, я посмотрю, как ему будет круто, если он, не дай Мерлин, себе шею свернёт, — буркнул Драко. — Так что насчёт Уизли?       Тео пожал плечами.       — Я не поднимаю эту тему при Блейзе: ты же помнишь, как он в школе ревновал к Гермионе. Но по-моему у Уизли какая-то странная забота о Гермионе – он на меня волком смотрит. Мне кажется, будь у него возможность, он бы мне с радостью врезал, — слегка нахмурился Тео. — И я, если честно, понять не могу, в чём дело. Ну, то есть знаешь, не будь они оба омегами, я бы переживал, что Уизли всё ещё в неё влюблён.       — То есть сейчас ты ревнуешь Грейнджер к Уизли?       — Нет, — хмурясь ответил Нотт.       Драко лишь скептически приподнял бровь.       — Ну ладно, да, — закатил глаза Тео, — но немного, ведь они в принципе не могут быть вместе: они же оба омеги. Поэтому не могут! Верно?       — Ты у меня спрашиваешь или себя в этом убеждаешь? — насмешливо фыркнул Драко, а затем уже серьёзно добавил: — Мне кажется, у них отношения.       На этих словах Тео дёрнулся и с ужасом в глазах посмотрел на друга.       — Отношения, как у брата с сестрой, — пояснил Малфой с улыбкой. — Просто Уизли – слишком опекающий брат.       — А Гарри более спокойный, понимающий и рассудительный, — подхватил мысль друга Тео.       — Ага, со всеми, кроме меня! — раздражённо ответил блондин и снова посмотрел в воздух, где Избранный, уходя в крутое пике, отрабатывал очередной трюк.       — О каких штуках ты говорил? — уточнил Тео.       — Те пластиковые фигни с музыкой, — Драко взял лежащий рядом на лавке телефон Поттера и потрусил им у лица Тео. — Помнишь, Уизли в первый вечер в таких танцевал.       — Наушники, что ли? — насмешливо спросил Теодор, беря в руки телефон.       — Моргана знает, как они у магглов называются, — закатил глаза Драко, а затем бросил на друга вопросительный взгляд. — Так, стоп, а ты откуда знаешь, как они называются?       — Нам в Аврорате провели небольшой обзорный курс по маггловской технике, — объяснил Тео. — После того, как те американцы, сидя в камере, умудрялись клеиться к нашим омегам по телефону, я понял, что маггловские изобретения могут сыграть с аврорами злую шутку, и обратился к главе Аврората. Я разъяснил ситуацию, он сделал запрос в Сектор борьбы с незаконным использованием изобретений магглов, и они прислали нескольких специалистов, которые провели для нас обзорный курс. — Тео ярко улыбнулся и добавил: — Смотри.       А затем ткнул несколько раз пальцем в экран и указал кивком головы вверх. Драко проследил за его взглядом и заметил, что Поттер остановился и, посмотрев прямо на них, пошёл на снижение.       — Как ты это сделал? — требовательно спросил Драко.       — Я поставил на паузу его музыку, — хмыкнул в ответ Тео.       — Ты сделал что?... Чёрт, почему ты раньше молчал, что разбираешься в этих штуках? Ты должен и нас с Блейзом научить.       Но ответить Тео не успел, поскольку перед ними появился слегка вспотевший, раскрасневшийся и хмурый Поттер.              Гарри резко выдернул свой телефон из пальцев Тео, а затем требовательно спросил:       — Кто тебе разрешил брать мои вещи?       — Прости, — примирительно улыбнулся Тео, поднимая руки в защитном жесте, — я просто хотел с тобой поговорить, а точнее узнать, где от меня прячется Гермиона? Я её уже три дня поймать не могу.       — С чего ты взял, что я скажу тебе где она? — уточнил Гарри.       — Потому что ты за мир во всем мире, Гарри, — весело ответил Тео.       Поттер лишь вопросительно приподнял бровь, а Драко слегка скривился и, смотря на друга, спросил:       — Тео, что ты несёшь? Причем тут мир?       — Ну, у меня осталась лишь одна возможность её найти – воспользоваться моим рабочим положением и применить к ней Поисковые чары.       — И? — снова спросил Малфой. — Так в чём проблема?       — Ну, эти чары в Аврорате применяют для поиска особо опасных преступников, поэтому на них наложены также дополнительно Воющие чары, для более точного определения местонахождения преступника, и чары Оков.       Драко весело фыркнул, представив лицо Грейнджер, когда её запястья скуют магические наручники, а вокруг заорут Воющие чары.       — И, если я применю к Карамельке всё это, думаю, она вряд ли обрадуется, — спокойно закончил Тео, не обращая внимания на смеющегося в голос блондина. — Ну так что, Гарри? Ты знаешь, где она? Потому что я очень не хотел бы ставить Гермиону в неловкое положение, но она явно избегает меня. Поэтому, если ты не скажешь, где она пропадает, я всё же применю чары Поиска.       — Ну… — поджал губы Гарри, будто всё ещё сомневаясь, стоит ли говорить, а затем, кажется, кое-что прикинул и решил, что сказать всё-таки будет менее конфликтно. — Она на работе.       — На какой работе? — тут же заинтересовался Тео. — В какой отдел она устроилась?       — Она работает не в Министерстве.       — А где?       — Не важно где, — спокойно ответил Гарри, — главное: ты знаешь, что она на работе, и, надеюсь, не станешь применять к ней Поисковые чары.       — Конечно, стану, — уверенно ответил Тео и сделал вид, что не заметил на себе скептического взгляда Драко. Ему сейчас жизненно важно было узнать, где теперь работает Грейнджер, так что можно было и схитрить чутка. — Теперь я, чтобы найти её, просто обязан это сделать, ведь вдруг она устроилась на какую-то опасную работу или к какому-нибудь похотливому кретину, который будет к ней приставать.       Гарри весело фыркнул, а Теодор, заметив это, нахмурился.       — Она работает в «NOTT INDUSTRIES», — спокойно пояснил Поттер. — Так что тут уже зависит, считаешь ли ты своего отца похотливым кретином.       Нотт на секунду замер, пытаясь переварить услышанное, и так крепко сцепил челюсти, что, казалось, будто они сейчас сломаются.       — Спасибо за помощь, — ответил он сквозь зубы, а затем резко поднялся с лавки и быстрым шагом направился на выход из стадиона.       — Эй, ты куда? — крикнул, смотря другу вслед, Драко.       — Навещу любимого папочку, — прокричал в ответ Тео и скрылся на выходе.       Драко повернулся обратно, намереваясь предпринять очередную попытку завести беседу с Поттером, но того уже и след простыл. Мерлин, помоги Драко не приковать к себе цепью этого строптивого Избранного.       В среду тренировка у Львёнка была запланирована на два часа дня, поэтому к половине второго Драко не только успел завершить несколько важных отчётов, но и встретиться с Финниганом, чтобы лично удостовериться, что Золотое Трио будет на сегодняшней новогодней вечеринке.       — Драко, мы должны быть точно уверены, что они будут там, — сказал Блейз сегодня за завтраком. — Маркус сказал, что Вуд им всем послал приглашения, но, зная, какие они непредсказуемые, я не удивлюсь, если они предпочтут отметить Новый год где-нибудь в палатке посреди леса.       — Ну да, им не привыкать, — хохотнул Драко, а Блейз продолжил:       — А так как у Тео дежурство, а я не могу оставить Солнышко одного, пока у его кабинета продолжают толпиться все эти озабоченные альфачи со своими псевдоранами, эта миссия ложится на твои плечи.       — Они всё ещё себя ранят? — насмешливо спросил Драко, помешивая свой чай.       — "Ранят" – это сильно сказано, — фыркнул Блейз, намазывая на тост масло. — Вчера один недоумок пришёл с якобы сыпью на торсе и билетами на квиддич в придачу.       — И?       — И я его невербально проклял. Так сказать, сделал его выдуманный недуг вполне реальным. Видел бы ты рожу этого придурка, когда он стянул свою рубашку.       Драко, услышав рассказ друга, весело рассмеялся, а Блейз, откусив тост, гордо добавил:       — Ибо нехер к моему омеге подкатывать! Так что, если встретишь в коридоре парня в гнойных прыщах, знай, это моя работа.       — Уизли его так и не вылечил?              — Вылечил, — пожал плечами Блейз. — Но, когда он выходил из кабинета, я его снова проклял.       — Спасибо дорогому факультету за такой полезный навык, — прокомментировал Драко с лёгкой улыбкой.       — И не говори, — хмыкнул Блейз.       — А как у вас вообще с Уизли дела? — спросил Драко, делая глоток чая.       — Ну, давай посчитаем, — тяжело вздохнул Блейз и, откинувшись на спинку стула, начал загибать пальцы. — Пять раз приглашал на свидание, приносил его любимые пирожные и шоколад, дважды звал на обед, семнадцать раз говорил, что не могу без него жить, и один раз поцеловал и получил между ног. А у тебя как с Поттером дела?       — Всё то же самое… — печально ответил Драко. — Только вместо пирожных пытался угостить его кофе, семь раз приглашал на свидание, сбился со счёта, сколько сделал комплиментов, и ещё пытался вернуть кулон.       — А он что? — уточнил друг.       — Полный игнор, — тяжело вздохнул Малфой, — даже не смотрит в мою сторону.              Ненадолго на кухне воцарилась гнетущая тишина.       — Будем надеяться на Новогоднюю ночь, — стараясь говорить позитивно, изрёк Блейз, — но для этого ты должен встретиться с Финниганом.       — Я в два должен быть на стадионе: за Поттером тоже куча идиотов вьётся. Чуть с трибун не падают при виде него, дегенераты, — недовольно сказал Драко, кладя в рот кусочек омлета. — И вообще, может лучше спросить у Томаса?       — Томас на конференции, я уже узнавал. Вернётся только вечером, — ответил Блейз спокойно. — Поэтому из их компашки остаётся только Лонгботтом и Финниган. Из них двоих информацию проще получить у второго.       Драко лишь фыркнул, а затем, поймав на себе выжидательный взгляд, тяжело вздохнув, ответил:       — Ладно, придётся повести его на обед, — Блейз кивнул и со спокойной душой принялся за свой омлет.       — Только, если это чудовище что-нибудь отмочит, пеняй на себя.       Забини лишь насмешливо фыркнул в ответ.       И, честное слово, Драко как в воду глядел. Вернее, сейчас он глядел на поглощающего пасту Финнигана и задавался лишь одним вопросом: этот гриф хоть когда-нибудь до этого дня посещал что-либо приличней придорожной забегаловки?       — Ты точно уверен, что они придут в "Змеиное Древо", Финниган? — спросил Драко, потягивая своё вино.       Симус в ответ промямлил что-то невразумительное с набитым ртом, от чего Драко презрительно скривился. Он определённо точно припомнит Блейзу, как тот заставил его встретиться с этим невоспитанным гриффом, пока сам ворковал с Уизли в уютном кабинете Министерства.       Драко с кислым лицом слегка отодвинул свой стул от столика, надеясь показать этим жестом, что он вообще не знает сидящего напротив тролля. По крайней мере, ел Финниган точно как тролль.       — Мерлина ради, Финниган, будь добр так не запихиваться в приличном ресторане, — сказал Драко, а затем поморщился при звуке всасываемых в себя спагетти и, прикрыв глаза, добавил: — Вообще-то, пасту Карбонара сначала накручивают на вилку.       — Ага, просто я голодный… — пожал плечами Симус, продолжая жевать, а затем отпил из своего бокала с громким сюрпающим звуком. — Вино – кислятина, — скривился парень.              — Это Шато Марго 1988 года, — оскорблённо ответил Малфой. — Хотя кому я это говорю… — Драко устало потёр переносицу и решил вернуться к главной теме: — Так ты не ответил на мой вопрос: Поттер с друзьями будут сегодня на вечеринке в загородном клубе или они планируют отмечать Новый год в другом месте?       — Нууу… — протянул Симус, стараясь сохранить интригу. — А зачем тебе нужно это знать?       — Раз спрашиваю, значит нужно, — почти сквозь зубы ответил Драко: он ещё перед всякими Финниганами не отчитывался.       — Если вы замышляете что-то гадкое против них, то я не стану тебе ничего говорить, — резко ответил Симус.       Малфой, смотря на это воинственное лицо, не сдержался и фыркнул. Можно подумать, если бы они действительно замышляли какую-то подставу, Драко бы так просто в этом признался. Логика точно не самая сильная черта Гриффиндора.       — Успокойся, Финниган, — сказал Драко, делая глоток вина. — Отныне у нас с твоими друзьями вечное перемирие. Хочешь, могу Непреложный обет дать?       Финниган в ответ лишь поджал губы.       — К тому же на Слизерине долг платежом красен, поэтому на вечеринке я познакомлю тебя с одной длинноногой и пышногрудой француженкой.       На этих словах лицо Финнигана резко изменилось, превращаясь из скептического в явно заинтересованное.       — Взамен на нужную мне информацию, естественно, — пожал плечами Драко.       — Обещаешь, что познакомишь? — уточнил Финниган.       — Я когда-нибудь тебе врал?       — Миллион раз, — возмутился сидящий напротив парень. — Взять хотя бы воскресенье. Ты сказал, что те розовые шарики – это мармелад. Я съел парочку, а потом ваш домовой эльф сказал, что это штуки, чтобы садовых гномов зимой подкармливать!       Драко с трудом подавил смешок и ответил:       — Ну я же не соврал: это действительно был мармелад. Просто я случайно забыл упомянуть, что он для садовых гномов.       Финниган обиженно поджал губы.       — Обещаю, что познакомлю тебя с красоткой-француженкой, — монотонно проговорил Малфой. — А теперь хватит тянуть гиппогрифа за одно место: я уже на работу опаздываю! Где Золотое Трио сегодня будет праздновать Новый год?       — А француженка точно красивая? — прищурился Симус.       — Финниган, ты меня достал! — почти прорычал Драко. — Если ты помнишь, я могу вообще сделать так, что твоё приглашение на сегодняшнюю тусовку "случайно" аннулируют! Так что отвечай на вопрос!       — Ладно, только, если что, я тебе ничего не говорил.       Малфой в ответ лишь нетерпеливо кивнул.       — Да, мы все вместе планируем отмечать в загородном клубе "Змеиное Древо". Встречаемся в девять в холле.       — Отлично, — Малфой быстро поднялся с места и бросил на стол купюру в пятьсот галлеонов. — Можешь себе ещё десерт заказать, — сказал он и, развернувшись, быстро удалился, оставляя жующего Финнигана смотреть себе вслед и гадать, правильно ли он поступил, что поделился столь секретной информацией.       Пока Драко ехал в министерском лифте на седьмой уровень, он мысленно проклинал Финнигана вместе с его обедом, поскольку из-за этого остолопа он опаздывал на тренировку Поттера уже на целых двадцать минут.              Практически вбежав на стадион, Драко увидел стандартную толпу поклонников Избранного, самого Поттера, делающего растяжку, и Блейза с Уизли, сидящих на лавке, на которой обычно сидел сам Драко.       Малфой выдохнул с облегчением и бросил другу благодарный взгляд. Блейз вопросительно приподнял бровь, как бы спрашивая: "Узнал?". Драко слегка кивнул в ответ и двинулся к выгибающемуся, как чёртов гимнаст, Поттеру, а затем стал накладывать уже стандартные Дезиллюминационные чары. Уизли и Блейз синхронно поднялись с лавки и скрылись в коридоре.       С трибун снова послышались недовольные возгласы.       — Представление окончено, — рыкнул Драко себе под нос, устанавливая купол и скрывая их с Поттером от посторонних глаз.       — А я уже было подумал, что этот день пройдет без вмешательств его величества Хорька, — послышалась едкая поттеровская реплика.       Драко повернул голову в сторону омеги, но тот лишь сел и начал тянуться к носкам.       — Предпочитаешь, чтобы я не накладывал Дезиллюминационные чары и все эти похотливые кретины давились слюной, смотря на тебя?       Омега бросил на него хмурый взгляд лазурных глаз и едко ответил:       — Ну а ты, похоже, предпочитаешь давиться слюной в одиночку?       — Именно так, Поттер, — пафосно ответил Малфой с лёгкой улыбкой на губах и, опустившись рядом с омегой на траву, стал пристально наблюдать.       Поттер фыркнул и снова вернулся к растяжке, после чего стандартно переключился на пресс. А Драко всё смотрел и смотрел: десять повторений, двадцать, сорок. Малфой чувствовал, как в его груди уверенно поднимается жар, и не только в груди вообще-то.              — Может наконец перестанешь так пялиться? Это неприлично, — буркнул Поттер, глубоко дыша, и переключился на скручивающие движения.       — Как "так"? — насмешливо приподнял бровь Драко. Вообще-то он был дико рад, что удалось вытянуть из Поттера хоть пару фраз. Прогресс, ей Богу.       — Так… так, как ты пялишься! — слегка запнувшись, объяснил Гарри.              Его щёки стали ещё краснее, чем были, и Драко был уверен, что это никак не было связано с тренировкой.       — Ты такой гибкий, Львёночек, такой красивый, — промурлыкал Драко, сверкнув серыми глазами, — что от тебя глаз не оторвать. Поэтому, нет, я буду и дальше тобой любоваться.       Поттер покраснел ещё сильнее, а Малфой, заметив это, улыбнулся краешком губ. Если честно, он ещё со школьных времён просто обожал смущать Героя, ведь Поттер так мило краснел, что было невозможно оторвать взгляд.       Гарри поднялся на ноги и начал отрабатывать выпады вперёд и приседания. А Драко почувствовал, что он снова рискует потерять самообладание и наброситься на это стройное тело как дикий зверь. Поэтому Малфой поспешно отвёл взгляд и снова уставился на газон.       Наконец после хреновой тучи повторений Избранный закончил приседать. Кажется, он бросил в сторону блондина взгляд, потому что Драко чётко услышал фырканье, но, когда поднял голову, омега уже покинул защитный купол, молча пошёл к лавке, достал из коробочки свои наушники и, запрыгнув на метлу, оттолкнутся от земли. А Драко, тяжело вздохнув, поднялся с травы и, уже привычно бросив на своё немалое возбуждение Отводящие чары, снял Дезиллюминационный купол.       Всё-таки хорошо, что он принёс в свой кабинет один из журналов "GQ Alfa", потому что ему будет точно необходимо сбросить напряжение пару раз.              Первый час тренировки подходил к концу. Драко наблюдал за полётами Избранного и параллельно прокручивал в голове план, который заключался в следующем: сегодня на вечеринке в честь Нового года он устроит своему Львёнку романтический сюрприз, раз уж тот отказывается от приглашений на свидания, и признается в своих чувствах.       Лучший номер-люкс на третьем этаже элитного клуба "Змеиное Древо" был уже забронирован, впрочем, как и любимые блюда Национального Героя, бутылочка Шато Шеваль Блан 1957 года и даже персональный скрипач.       Как же всё-таки хорошо быть соучредителем элитного частного клуба.       «Нужно будет поблагодарить Флинта за помощь», — подумал Драко и, хмыкнув себе под нос, мысленно уточнил: — «Оливера Флинта».       Хотя лучше это сделать уже после Нового года, поскольку раз они с Маркусом проводят романтический уикенд в Альпах, то им сейчас точно не до благодарностей Драко.       Заиграла громкая мелодия, и Малфой, подпрыгнув от неожиданности, бросил быстрый взгляд на лежащую на лавке маггловскую штуку.       На экране светилась надпись "Рик" и фото, увидев которое Драко буквально перекосило от злости. Американский утырок, стоя слегка позади и прижимая омегу спиной к своему торсу, положил свой уродский подбородок на плечо Поттера, и оба корчили игривые гримасы с экрана.       Стало настолько неприятно и даже больно видеть это, что Малфой вцепился в лавку до побелевших костяшек, с трудом сдерживая грозный рык бушевавшей внутри сущности.       Вдруг маггловская штука сама собой перестала играть, надпись на экране сменилась со слова "Звонок" на слово "Разговор" и цифры, кажется, отчитывающие секунды, стали бежать на экране.              Драко нахмурился: он помнил, как на Рождество Поттер и Грейнджер показывали, как работает эта штука. Но ведь сейчас Поттер её не касался, её вообще никто не касался. Тогда каким образом может идти разговор?       Малфой бросил взгляд вверх и крепко сцепил челюсти. Похоже разговор всё же имел место быть, поскольку Поттер, зависнув под куполом, остановился и, что-то говоря, ярко улыбался. Что именно говорил омега слышно не было, но Драко хватило и этой чёртовой улыбки, чтобы выйти из себя.       Он взял в руки серую штуковину и слегка потрусил её, надеясь таким образом вывести устройство из строя. Но ничего не произошло – мерзкое лицо американца так и продолжало корчить игривую рожу с экрана, будто специально издеваясь над Драко, а цифры продолжали вести отсчёт разговора. Блондин поднёс телефон к уху, но ничего не было слышно – вообще, полная тишина.       — Моргана разорви этих магглов, как работает эта дьявольская вещь?       Чертыхнувшись себе под нос, Драко решил, что сегодня же заставит Тео научить его обращаться с этой штуковиной. Откуда-то сверху послышался мелодичный смех Поттера – альфа в груди снова раскатисто зарычал, требуя просто разбить эту маггловскую вещицу. А Драко сделал глубокий вдох и постарался вспомнить, как на Рождество Грейнджер и Поттер управлялись с ней. Он внимательно посмотрел на экран, на котором было изображена куча непонятных символов.       «Сам гиппогриф ногу сломит. На кой хрен магглы напридумывали столько всего?», — мысленно возмутился Драко, а затем тыкнул пальцем наугад.       Надпись на экране сменилась с "Разговор" на "Удержание". Драко не совсем понимал, что это значит, но, похоже, он нажал, куда нужно. Потому что, бросив быстрый взгляд на высоко парящего Поттера, он заметил, что теперь тот не смеётся и не разговаривает, а зачем-то с озабоченным видом трогает свои уши, поправляя те пластиковые штуковины.              Драко быстро положил устройство обратно на лавку и улыбнулся краешком губ, заметив, как надпись "Удержание" изменилась на "Звонок завершён" и мерзкое фото американца наконец исчезло.       Драко расслабленно вытянул длинные ноги. Он был очень доволен собой. Всё-таки Малфои идеальны во всём: даже с такой запутанной маггловской штуковиной и то смог разобраться.       Однако радовался блондин недолго, потому что через полминуты мелодия снова заиграла, а на экране снова появилось треклятое фото. А затем надпись снова сменилась и опять побежали цифры, обозначающие, как Драко уже успел понять, время разговора. Малфой, недолго думая, снова ткнул на первый попавшийся значок и снова дёрнулся от неожиданности, потому что теперь из штуковины громко звучал голос американца.       — И мы с Итаном чуть со смеху не упали, представляешь, малыш? — весело сказал альфа.       Драко крепко сцепил челюсти, надеясь испепелить взглядом эту адскую штуковину. И чем, скажите на милость, магглов совы не устроили?       — Алло, малыш, ты меня слышишь? — послышался новый вопрос.       Малфой громко рыкнул, а затем, схватив телефон с лавки, снова тыкнул на значок, что и в первый раз.       Опять появилась надпись "Удержание", а через пару секунд, фото снова исчезло. Но тут же появилось вновь и опять заиграла мелодия.       Малфой чертыхнулся сквозь зубы. Чёртов американец никак не уймется, Моргана его раздери!       На экране было два больших значка. «Ответить», «Отклонить» — прочитал Драко надписи под значками, а затем с самодовольным видом ткнул на большой красный значок, и всё снова оборвалось. Малфой ярко улыбнулся.              — Иди нахеееер, — проговорил он нараспев и пристально посмотрел на экран, на котором теперь были цифры и надпись: "Введите пароль".       «Может если их нажать, то этот утырок вообще больше не сможет связываться с Поттером по этой штуке?», — подумал Драко. Но не успел он даже коснуться экрана, как фото ублюдского американца, обнимающего его омегу, снова появилось вместе с громко играющей мелодией.       Драко с большим злорадством, уверенно ткнул в красный значок "Отклонить" и ярко улыбнулся, когда мелодия затихла, а затем снова появился циферблат.       Очень сосредоточенно, будто боясь, что маггловская штуковина взорвётся, он ткнул в несколько цифр – ничего не произошло. Драко ткнул ещё разок.       — Нужен код, — послышался бархатный голос.       Малфой почувствовал, что его бросило в жар и в холод одновременно, и медленно поднял глаза вверх. Скрестив руки на груди недалеко стоял Поттер, прожигая его взглядом своих лазурных глаз.       Драко почувствовал, как жар прилил к щекам: будто ему снова восемь и отец застукал его играющего с артефактами в кабинете.       — А? — невинно захлопал ресницами альфа.       Треклятая штуковина в руках снова заиграла, и Малфой, уже привычно ткнув пальцем на отбой, ангельски улыбнулся.       Поттер медленно двинулся к нему навстречу, продолжая сверлить его взглядом лазурных глаз, а затем присел перед Малфоем на корточки спускаясь на один уровень с блондином.       Драко продолжал строить из себя невинность. Он никак не мог понять выражение лица Поттера: будто омега хотел выглядеть злым, но при этом с трудом сдерживал улыбку.              — Я говорю, на телефонах магглы устанавливают специальный код, — пояснил Гарри спокойно.       — Что? — растерянно переспросил Драко. Когда лицо Избранного находилось от него в такой близости, он с трудом мог чётко мыслить.       — Видишь экран с цифрами? — спросил Поттер, наклонившись слегка вперёд.       Драко лишь гулко сглотнул, потому что сейчас он мог поклясться, что Львёнок тоже хотел его поцеловать.       — Так вот, это система безопасности, — пояснил Поттер. — Она разработана специально для защиты от воров и идиотов, вроде тебя, — почти ласково сказал омега, а затем резко выдернул из рук Малфоя свой телефон и, быстро нажав какие-то цифры, снова показал всё ещё растерянному альфе светящийся экран.       — Мне вот интересно, что ты собирался делать дальше? — задумчиво спросил Гарри, продолжая сидеть перед Малфоем на корточках. — Ну ты бы его разблокировал и что потом?       Хотите узнать прописную истину, известную всем слизеринцам? Если тебя застукали с поличным, действуй спонтанно. Поэтому Драко не придумал ничего лучше, кроме как резко качнуться вперёд и впечататься Избранному в губы. И это действительно сработало как хороший отвлекающий манёвр, поскольку по телам обоих тут же прошёл электрический разряд и глаза омеги широко распахнулись. Секунда… две… три… Драко осторожно прихватил нижнюю губу омеги зубами и втянул в рот, углубляя поцелуй. С трибун послышались возгласы, полные недовольства и разочарования, и Поттер, быстро взяв себя в руки, тут же отстранился.       — Малфой! — закричал он.       — Да, сокровище моё, — невинно ответил Драко.       — Какого дьявола ты себе позволяешь?! Совсем… — закончить Поттер не успел, так как снова позвонил треклятый американец.              Гарри быстро поднялся на ноги, вытащил из ушей наушники и ответил на звонок.       — Да, Рик, — проговорил он так спокойно, будто только что не орал на Драко с пеной у рта. — Нет, всё в порядке, просто телефон заглючило.       С той стороны послышались какие-то слова, и омега, складывая наушники в пластиковую коробочку, нежно улыбнулся:       — Нет, долго объяснять.       Сердце Драко пропустило удар и болезненно сжалось, а Поттер, явно не замечая, с каким видом за ним следит пара серых глаз, продолжал весело болтать.       — Да, купил бордовую, — улыбнулся омега, видимо, отвечая на какой-то вопрос. — Мы будем отмечать с Роном, Гермионой и ещё парой ребят… Мне тоже жаль, что не получится отметить вместе, — грустно сказал Поттер и поправил свободной рукой свои слегка растрепавшиеся волосы. — И я соскучился…       Сердце Малфоя болезненно сжалось.       Поттер соскучился… Поттеру жаль…       Ему жаль, что рядом с ним не будет сегодня этого ублюдского американца.       Ему жаль, что он в Лондоне, а не в Нью-Йорке…       Жаль, что он тут вместе с Драко…       Жаль… Надо же, какое маленькое слово и сколько боли оно может принести. И Поттер в открытую заявляет, что соскучился по этому уёбку... Неужели ему действительно так нравится этот американский кретин?       Сердце болезненно кровоточило. Было такое чувство, будто Драко проглотил тонну битого стекла. Но он, сцепив челюсти, продолжал слушать поттеровский лепет, адресованный другому альфе, пока его альфа-сущность в груди ревниво рычала.       На глаза Драко попался браслет с эмблемой Дракона, что болтался у Поттера на запястье, и почему-то это стало последней каплей. Пожалуй, он даже услышал, как ниточка его самообладания оборвалась с громким треском.       Малфой нахмурился, а затем резко поднялся с лавки и, в три шага подойдя к омеге, выхватил из рук брюнета проклятую штуковину, и снова нажал на красную кнопку, завершая разговор.       — Осатанел? — возмущённо спросил Поттер и попытался забрать свой телефон обратно. Но Малфой демонстративно спрятал его в карман брюк, а затем, кажется, слишком резко сказал:       — У тебя тренировка, если ты не забыл, так что потом будешь ворковать со всякими вонючими американцами, а сейчас живо на поле!       Кажется, на секунду Гарри даже растерялся от такой наглости, а затем нахмурился и, сложив руки на груди, так же резко ответил:       — Ты, придурок, возомнил, что можешь мне указывать?       — У тебя ещё сорок минут тренировки! — сказал Драко чеканя каждое слово. — И если ты настолько непрофессионален, что позволяешь себе вместо того, чтобы тренироваться, флиртовать и смеяться без умолку, то мне жаль твою команду, потому что победы на Чемпионате вам не видать как своих ушей.       Поттер пошёл от злости красными пятнами и практически прорычал сквозь зубы:       — Я тренируюсь каждый день как проклятый. Из-за тебя, кретина, я здесь застрял! Я разговаривал с капитаном своей команды, потому что из-за тебя я не могу быть с ним рядом и тренироваться нормально. Поэтому просто заткнись, верни мой телефон и свали нахуй!       Драко получил тычок в грудь и, раздражённо рыкнув, едко ответил:       — А ты, как я посмотрю, просто мечтаешь оказаться с ним рядом, чтобы он прокатил тебя на своей метле, прижимая к себе за талию и нежно что-то шепча в ухо, не так ли? Очень профессиональный подход, браво!       — Что ты несёшь? — раздражённо рыкнул Поттер.       — Что видел, то и несу! — закричал Драко.       Толпящиеся на трибунах зрители с интересом наблюдали за развитием событий, но сейчас Малфою было плевать.       — Разве он не катал тебя на метле на последнем матче? Не прижимал к себе и не нашёптывал тебе что-то в ухо? Да вся Магическая Британия видела, как он практически засосал тебя, обнимая за талию! — к концу фразы Драко уже тяжело дышал.       Ревность и боль сжимали в стальных тисках грудную клетку. Малфой понимал, что его несёт, но не мог остановиться:       — Не удивлюсь, если в следующий раз он натянет тебя прямо на этой долбанной метле, а ты и рад будешь, идиот!       — Да пошёл ты! Это только ты кроме секса ни о чём думать не можешь! Так что не равняй всех по себе, кретин! Рику, в отличие от некоторых, действительно интересен я настоящий!       — Интересен ты настоящий?! — опять закричал Драко. — Ты мне интересен любой. Я знаю тебя наизусть, Поттер, слепой ты крот! На завтрак ты предпочитаешь круассаны с джемом и белый сыр, — начал перечислять Драко, демонстративно загибая пальцы. — Ешь в хлебе только корочку, а мякушку потом скармливаешь птицам. Когда пишешь букву "P", делаешь хвостик. Терпеть не можешь колючие свитера и зелёный перец. Твой любимый цвет – белый. Любимый праздник – Рождество. Любимая книга – "Великий Гетсби" маггловского автора Скотта Фицджеральда, кажется? — слегка задумался Драко. — Кофе пьёшь только Латте с карамельным сиропом, потому-то другой горький или, наоборот, слишком сладкий. Ты любишь плавать, но не умеешь кататься на коньках. У тебя аллергия на грецкие орехи и на пыльцу одуванчиков. Ты заботишься, даже когда хочешь казаться жестоким и холодным, потому что у тебя огромное доброе сердце. И ты приходил на шестом курсе ко мне в больничное крыло под мантией-невидимкой, потому что не можешь причинять вред людям, как бы сильно ты их не ненавидел.              На мгновение выражение лица Избранного изменилось, но холодная маска вернулась на место так быстро, что Драко просто не успел прочитать проскочившие эмоции.       — Ты импульсивный, безрассудный и упёртый, как стадо книззлов, но очень добрый, жизнерадостный и сострадающий. Вообще, я могу перечислять до утра, если хочешь. Но знаешь, что самое поразительное? Я всё время нахожу в тебе что-то новое, — доверительно, с ноткой какого-то восхищения, сообщил Малфой.       А Поттер молчал и продолжал, почти не моргая, смотреть на блондина, будто всё ещё старался прийти в себя после искромётной малфоевской речи.       — Поэтому у тебя нет права даже думать, что ты мне не интересен, — тяжело дыша, закончил альфа.       Омега продолжал молча смотреть на блондина с таким видом, будто видел его впервые. Драко гулко сглотнул и, будто загипнотизированный этими лазурными глазами, снова осторожно качнулся вперёд. И вот именно в этот трогательный момент снова заиграла треклятая маггловская штуковина. Гарри быстро мотнул головой, будто избавляясь от каких-то мыслей, нахмурился и требовательно протянул руку вперёд.       Но Драко, снова выходя из себя, лишь скрестил руки на груди и опять повысил голос:       — Так что надень обратно свои окуляры, если всё ещё не видишь ничего дальше собственного носа! И иди лови этот грёбаный снитч, потому что я не верну тебе эту маггловскую хрень!       Гарри опять нахмурился и тоже скрестив руки на груди холодно спросил:       — Напомни мне, когда это я исполнял твои прихоти, Малфой? Я не буду больше тренироваться!       — Будешь! — рыкнул Драко.       — Да? И что ты сделаешь, чтобы меня заставить? Побежишь стучать Министру? Нацарапаешь в своих бумажках, что я пропустил тренировку? Упечёшь меня в Азкабан? Что?! — широко раскинул руки в стороны Поттер.       Драко сделал шаг вперёд и соприкоснулся своей грудью с торсом Избранного. Оба уже тяжело дышали и яростно смотрели друг другу в глаза. Момент недавней мягкости улетучился со скоростью звука.       Малфой мог поклясться, что буквально чувствовал, как воздух вокруг них электризуется, насквозь пропитываясь страстью. Только с Поттером его эмоции за долю секунды могут прыгать с щемящей сердце нежности до обжигающей страсти и обратно.       — Я прикую тебя к себе цепью, упёртый ты кретин, затем сяду на метлу и сам буду ловить этот чёртов снитч, но ты больше не будешь ни с кем флиртовать по этому сраному устройству! — прорычал Драко.       Поттер быстро облизал губы и будто неосознанно бросил взгляд на рот Малфоя, а затем прикрыл глаза, явно стараясь взять себя в руки.       Драко нагнулся слегка вперед, упёрся своим лбом в лоб омеги и, тоже прикрыв глаза, почти шепча сказал:       — Львёнок, ты сводишь меня с ума… Неужели ты не видишь, что я действительно к тебе чувствую? Как ты нужен мне…       Поттер резко отодвинулся.       Почему-то тут же стало очень холодно, хотя Драко мог поклясться, что секунду назад его тело горело огнём. Аромат яблок, шоколада и океана начал будто отдаляться. Малфой открыл глаза и увидел лишь спину молча уходящего Поттера…       Чертыхнувшись, Драко устало опустился на лавку и, достав маггловскую штуку, которая всё продолжала играть, вновь показывая уродскую рожу американца, резко нажал на красную кнопку и, отбросив телефон на лавку, запустил руки в собственные волосы. Ему нужно было хотя бы пару минут, чтобы прийти в себя и справиться с потоком эмоций. Сущность в груди была явно расстроена и продолжала метаться, а сердце всё ещё стучало как сумасшедшее. Драко не знал, сколько он точно так просидел, но вдруг телефон сам собой взмыл в воздух. Подняв голову, Малфой увидел стоящего у входа на стадион Поттера с палочкой в руках, который призвал к себе свой телефон и коробочку с наушниками, лежавшую на лавке, а затем, поймав свои вещи, молча удалился.       — До вечера, Львёнок, — растерянно прошептал Драко и снова устало потёр переносицу…       

***

      Громко хлопнула дверь библиотеки, вырывая Малфоя из его раздумий, и усталый Блейз опустился на соседнее кресло.       — Эти гоблины меня доконают, — простонал Блейз. — Я уже задолбался переписывать контракт, чтобы угодить их требованиям. Как ты вообще умудряешься вести с ними дела? — спросил он, а затем нахмурился: — Ты чего в потёмках сидишь?       Драко перевёл на друга растерянный взгляд. Оказывается, он так глубоко ушёл в свои мысли, что даже не заметил, как на улице почти стемнело.       Блейз щёлкнул пальцами, и комнату озарил яркий свет.       — Ты с их главным разговаривай, остальных не слушай, — посоветовал Драко, вытягивая затёкшие ноги.       — А может лучше ты сам? — Блейз бросил на друга умоляющий взгляд. — Я полдня в "Древе" проторчал, контролируя подготовку к празднику, а на меня ещё несколько твоих проектов перекинули, и я вообще ни хрена не успеваю.       — Ладно, — тяжело вздохнул Малфой. — Завтра покажешь контракт, посмотрю, к чему они цепляются.       — Ко всему, — недовольно фыркнул Блейз, постукивая пальцами по быльце кожаного кресла, — но, думаю, завтра тебе будет не до контракта. В конце концов, кто работает первого января?              — Если с Львёнком всё пройдёт хорошо, то точно будет не до контракта, — Драко поджал губы. — А если плохо, то хоть так отвлекусь.       — Что-то ты не выглядишь, как счастливый влюблённый, собирающийся на романтическое свидание, — наблюдательно подметил Блейз, смотря на хмурое лицо друга.       — Мы сегодня с Поттером опять поцапались, — тяжело вздохнул Драко и, откинув голову на спинку кресла, уставился в высокий потолок.       — Из-за чего?       — Этот американский утырок начал ему звонить по маггловской штуке.       — Телефону?       — Ага, и Поттер так мило ворковал с ним, распинаясь, как он скучает по этому ублюдку и как ему жаль, что они не празднуют Новый год вместе, — с кислым видом объяснил Малфой.       — И ты психанул? — догадался Блейз.       — Психанул, — кивнул Драко.       — Что ты ему наговорил?       — Много всего, — буркнул Малфой, переводя хмурый взгляд на свои скрещенные пальцы. — И, если честно, я даже не жалею: нефиг со всякими уродами флиртовать! — громко возмутился он.       — Ты чего кричишь? — зевая, спросил вошедший в комнату Тео и поплёлся к ещё одному кожаному креслу.       — Он приревновал Поттера и наорал на него, — пояснил Блейз, а затем перевёл взгляд на блондина и насмешливо добавил: — А теперь, кажется, наглядно демонстрирует, как это было в живую.       Драко закатил глаза, а Тео фыркнул, садясь в кресло.              — И что конкретно ты ему сказал?       — Да что вы прицепились? — снова вспылил Малфой, смотря на друзей. — Что сказал, что сказал? Не помню, что сказал, ясно?       Друзья лишь синхронно бросили на него скептические взгляды. Драко тяжело вздохнул и, как-то резко сдувшись, ответил:       — Кажется… я сказал, что он упёртый кретин… идиот… и слепой крот, — негромко начал перечислять парень, — и ещё посоветовал надеть обратно его окуляры, раз он не видит, как я к нему отношусь…       Блейз лишь насмешливо фыркнул:       — Ты неисправим.       Драко лишь нахмурился ещё сильнее.       — Ладно, всё не так плохо, — махнул рукой Блейз.       — Ага, не считая "упёртого кретина" и "идиота", — фыркнул Тео.              — Ты должен научиться держать себя в руках.       — Да, ты должен быть более спокойным и рассудительным, — кивнул Блейз, соглашаясь с другом.       — Слушайте, учителя хреновы, — снова взъелся Драко, — что-то я не видел, чтобы ты Тео держал себя в руках, когда тот вратарь танцевал с Грейнджер, — едко припомнил блондин, склоняясь слегка вперёд. — Блейзи, а где, интересно, была твоя рассудительность, когда тот загонщик чмокнул спящего Уизли в щёку?       Друзья молча сверлили его взглядами, прекрасно понимая характер Драко и давая ему возможность высказаться.       — Вот именно, — злорадствующе сказал Малфой. — Не поучайте меня, если сами свои эмоции контролировать не можете!       — Думаешь, за три дня я ни разу не видел, как Уизли треплется по маггловскому телефону с тем уродским загонщиком? — недовольно фыркнул Блейз, хмурясь. — Этот американский кретин звонил ему при мне семь раз, но я ни слова не сказал Уизли, хотя, поверь, мне было достаточно сложно сдержаться, — раздражённо подметил мулат. — Но я промолчал, потому что он где-то за океаном, а я рядом с Солнышком, и у меня нет никакого желания лишний раз вступать с Роном в конфликт и ещё больше рыть себе яму. Он и так на меня волком смотрит, хотя я и не понимаю почему. И это я ещё молчу о толпе, которая продолжает увиваться за Роном и таскать убожеские презентики, о всяких вонючих лаборантах и писателях стишков! — на последнем слове Блейз не сдержался и рыкнул. — Прыщавый придурок-бета лазит в наш кабинет как к себе домой. Сегодня вообще новую поэму для Рона притащил, поэт хренов! Пришлось рыкнуть на него хорошенько.       — В ваш кабинет? — насмешливо спросил Драко. — То есть из нашего кабинета ты съехал окончательно?       — Не переводи тему! — Ткнул в его сторону пальцем Блейз.       — Да, — кивнул Тео. — А в случае вас с Поттером всё вообще сложно, потому что он тебя ещё за суд не простил, а ты продолжаешь подливать масло в огонь.       Драко снова расстроенно поджал губы. Он понимал, что друзья правы, но никак не мог научиться сдерживать свои ревностные порывы и вспыльчивый нрав своей сущности.       А Тео продолжил излагать свою мысль:       — Вот я, например, Гермионе и слова не сказал по поводу того, что она теперь работает на моего отца, и там уже какой-то блондинистый кретин за ней таскается, — раздражённо рыкнул Тео. — Хотя поверь, меня просто подмывало закинуть её на плечо и силком унести оттуда.       — Ладно, ладно! Вы правы! Ну и что мне теперь делать? — жалобно спросил Драко.       В библиотеке повисла тишина, кажется, все дружно задумались над проблемой.       От того неожиданный возглас прозвучал ещё громче:       — Ради Салазара, что у вас за кислые рожи? Неужели по мне так соскучились, мальчики?       Друзья синхронно повернули головы в сторону дверей: на пороге библиотеки стояла Панси Паркинсон собственной персоной.