Иллюзия

Проснувшись, Гарри несколько мгновений лежал неподвижно, пытаясь прийти в себя. Луч солнца, пробивавшийся сквозь шторы, скользнул по стене комнаты. Память возвращалась обрывками. Присутствие Реддла под этой же крышей вызвало легкое ощущение тревоги, словно Гарри до конца не мог понять, рад он этому или нет. Удивительнее всего был сон. Впервые за долгие недели он спал спокойно, без кошмаров. Потянувшись, Гарри нащупал очки на тумбочке и слез с кровати. Коснувшись ногами пола, он вздрогнул: что-то холодное и гладкое прижалось к пятке. Руки отбросили одеяло. Рядом с тумбочкой стоял чемодан с узнаваемой царапиной на замке. — Не может быть… — прошептал Гарри, опускаясь на колени. Дрожащими руками он расстегнул ремни. Внутри чемодана, аккуратно уложенные, лежали все его вещи — даже те, что он давно считал потерянными. Он уже собирался закрыть крышку, когда заметил клетку. Букли не было. Сердце Гарри испуганно забилось. Ноги сами понесли его в столовую. Там, как шептал внутренний голос, должен был быть Реддл. С грохотом отбросив дверь, Гарри замер на пороге. Дыхание сбилось, а взгляд метался по сторонам. Солнечные лучи падали на стол, за которым сидел Реддл. Свет, проникающий сквозь крону деревьев, пятнами ложился на его лицо, окрашивая радужку глаз в оттенок темного шоколада. На столе, покрытом белоснежной скатертью, царил безупречный порядок: миниатюрный чайник, фарфоровая чашка с позолотой, газета «Ежедневный пророк». Реддл отложил нож и поднял взгляд. — Твоя манера носиться, будто тебя преследует стая оборотней, все так же очаровательна, — произнес он. — Поверь, я считаю твои замашки под взрослого ответственного волшебника не менее раздражающими, — парировал Гарри, сжимая кулаки. Взгляд скользнул по безупречным складкам рубашки Тома, открытым предплечьям, резкой линии ключицы. «Словно готовился к фотосессии», — язвительно подумал он, ощущая, как пижама и растрепанные волосы делают его похожим на злого нахохлившегося воробья. — Где Букля? — выдохнул Гарри, переходя к сути. — Букля на свободе, — ответил Том, небрежно касаясь пальцами края чашки. — Полагаю, ей надоело быть пленницей твоего хронического безразличия. Слова задели за живое. Гарри проглотил язвительный ответ, признавая про себя правду: сова действительно заслуживала большего. — Спасибо… за вещи, — пробормотал он, отвернувшись к двери. Щеки горели. В уме он уже рисовал побег в ванную, чтобы смыть следы ночи. — Твоя благодарность трогательна, — голос Реддла остановил его у порога. — Но вместо нее лучше займись трансфигурацией. Одежда твоего магловского родственника — оскорбление для глаз. Если к шестому курсу ты не освоил базовые заклинания, это говорит лишь о твоем упрямом нежелании развиваться. Домовик подаст завтрак, когда закончишь. Гарри до боли прикусил губу. — Понял, — прошипел он и ушел, хлопнув дверью. Шагая по коридору, Гарри мысленно проклинал Реддла. «Самодовольный слизняк! Знает же, что я едва справлялся с превращением пуговиц!» Злость кипела в груди, но где-то в глубине тлела искра досады на себя. Гарри сжал палочку в ладони, вспоминая, как Гермиона виртуозно меняла фасон платья взмахом волшебной палочки. «Если у нее получалось — значит, и я смогу», — подбодрил он себя, хотя внутренний голос ехидно напоминал о провалах на уроках трансфигурации. Оказавшись в спальне, он разложил на кровати «сокровища» из чемодана: носки с дырками, джинсы Дадли, напоминавшие палатку, и футболку, что когда-то была зеленой. После безуспешных поисков вчерашней одежды (Рапси, видимо, решил сыграть в прятки) Гарри нашел лишь кроссовки. Они были вычищены до блеска, будто новые. «Хоть что-то не нужно трансфигурировать», — с облегчением подумал он. Первый взмах палочкой превратил джинсы в нечто, подходящее разве что домовику. Второй — уменьшил майку до детского размера. «Отлично, теперь я эксперт по одежде для гномов», — усмехнулся он про себя. К десятой попытке джинсы наконец обрели человеческие пропорции, хоть и обтягивали бедра как вторая кожа. «Ладно, пусть думает, что это модно», — решил Гарри, уже мысленно представляя, как Реддл поднимет бровь при виде такого «шика». С цветами вышла отдельная эпопея. Джинсы покорились угольно-черному оттенку. Футболка же издевалась: ядовито-зеленая, неоново-розовая, ослепительно-сиреневая… Лишь скромный коричневый согласился подчиниться. Зеркало отразило парня в облегающих черных джинсах и майке-хаки. «Неплохо… Даже слишком», — мелькнула мысль, когда взгляд скользнул к линии бедер. Образ кричал: «Смотри, Реддл, и обзавидуйся!» — А что, пусть видит! — подмигнул Гарри своему двойнику, бросая дерзкий взгляд в зеркало.