Иллюзия

Гарри замер, подавленный масштабом библиотеки. Два яруса арок взмывали к высокому потолку. Бесконечные ряды фолиантов тянулись ввысь, образуя живой лабиринт. Помещение наполняла тишина, где единственным движением были щетки, осторожно сметавшие пыль с корешков. Аромат воска, кожи и выдержанного пергамента обволакивал все пространство. Сделав шаг по мраморной мозаике пола, Гарри закружился на месте, пытаясь объять необъятное. Но восторг длился мгновение — кожу на затылке обжег ледяной взгляд. Гарри обернулся. На втором ярусе, опираясь о балюстраду, стоял Реддл. Его пальцы неторопливо выбивали ритм на резном парапете. Время остановилось. Они стояли как два дуэлянта на краю пропасти — гость со взъерошенными волосами и безупречный, словно изваяние из оникса, хозяин особняка. Гарри почувствовал, как под майкой выступает холодный пот. Пальцы сами потянулись к карману, нащупав палочку. — Как трогательно, — Реддл нарушил тишину первым. — Уже собираешься защищаться? От книг? — От тебя, — Гарри выдохнул, не отводя глаз. — Библиотека впечатляет. Жаль, что смотритель портит вид. Реддл рассмеялся — сухо, без тепла. — Поднимись, — он оттолкнулся от перил и указал на винтовую лестницу. — Покажу, ради чего стоило нарушать покой моего дома. И, не оставив возможности для возражений, Реддл растворился в лабиринте стеллажей. Гарри замер у подножия винтовой лестницы. Взгляд скользнул по спирали ступеней. — Ты идешь? — Голос Реддла прокатился сверху. Гарри вдохнул, словно ныряя в пучину, и шагнул на первую ступень. Второй ярус встретил его тяжелыми фолиантами в оковах из черного железа, свитками с печатями, манускриптами, чьи страницы шевелились, будто под текстом копошились живые тени. Гарри потянулся к ближайшему тому, но рука замерла в сантиметре от корешка. — Вижу, ты заинтересовался моей коллекцией проклятий эпохи Меровингов, — Реддл возник из полумрака. Его пальцы провели по ряду книг, и те заворчали низкими голосами. — Не советую трогать без перчаток. Некоторые экземпляры… капризны. Гарри фыркнул, вглядываясь в арабскую вязь соседнего тома: — Читаешь их или просто любуешься? Что это за алфавит — шифр параноика? Том замер, медленно повернув голову. В его взгляде вспыхнуло неодобрение. — Санскрит, — он ткнул в книгу с золотым тиснением в виде спирали. — Трактат о разделении души от кашмирских некромантов IX века. Идиш — мемуары пражского алхимика, сварившего философский камень из слез сирот. Тибетский… — Палец скользнул к фолианту в кожаном переплете с клыками на углах. — Здесь описан ритуал, превращающий горы в пепел. Но ты прав, Поттер, — он внезапно улыбнулся, обнажая ровные зубы. — Я коллекционирую их именно ради узоров на обложках. Гарри стиснул челюсть, чувствуя, как жар стыда поднимается к ушам. — Допустим, ты знаешь много языков, — выдохнул он, указывая на том с иероглифами. — Но эти… червяки? Ты что, купил зелье «Полиглот-профи» в магазине в Косом переулке? Реддл фыркнул. — Я говорю на языке магии. А он, как известно, не требует переводчика. — Он провел рукой вдоль полки. — Французский? Для светских ядов. Немецкий? Для точности расчетов. Греческий? Для бесед с богами, которых я давно превзошел. — И все это, конечно, чтобы впечатлить гостей? — Нет, — Том внезапно приблизился, заставив Гарри отступить к полке. — Чтобы напомнить: пока ты ковыряешься в своем чемодане с носками, я переписываю законы мироздания. А твои попытки выставить меня шарлатаном просто смешны. Гарри стиснул челюсти, будто проглотил лимонную дольку. — Ладно, профессор-полиглот, — он прочистил горло. — А есть здесь что-то, что не требует словаря? Реддл хмыкнул и сделал шаг вглубь библиотеки. — Ну что? Готов ли ты к уроку, который не найдешь в учебниках Хогвартса?

***

Спустя час Гарри сидел в кожаном кресле в укромном уголке библиотеки и думал. Мысли все еще метались меж стеллажей. Урок. Реддл провел его сквозь галереи знаний как жрец, демонстрирующий священные реликвии. — Обрати внимание, — голос Тома звучал мягче, чем обычно. — Это первое издание «Анимансии» Годрика Гонта. Единственный экземпляр, переживший аутодафе в Барселоне. Затем он задержался у секций с учебниками по некромантии. Его ногти ласково прошлись по ассирийскому манускрипту. — Шаманизм племени Йоруба, — пояснил он, заметив взгляд Гарри. — Заклинания, вплетенные в ритмы барабанов. Думаешь, твой «Экспекто патронум» впечатляет? Здесь учат вызывать дождь из когтей леопарда. К концу экскурсии иероглифы плясали у Гарри перед глазами, сплетаясь с рунами. — Ты бледен, Поттер, — Реддл наблюдал, как Гарри шатается, опираясь о стеллаж. — Знания — тяжелая пища для неподготовленного ума. Он указал на кресло. Сам же растворился в полумраке, оставив гостя наедине с гудящим разумом. Гарри не заметил его ухода. В ушах звенело, а в груди пульсировало горькое прозрение: Он прав. Я ничего не знаю. Мир магии, который он считал знакомым, оказался лишь верхушкой айсберга. Книги вокруг шептались, перелистывая страницы сами собой. Гарри втянул голову в плечи, словно ребенок, заблудившийся в лесу.