Иллюзия

Тишину нарушило шуршание ткани. Гарри поднял глаза и увидел, как Реддл опускается в кресло напротив. В его пальцах мерцала тетрадь с обложкой из черной кожи. Внизу виднелась гравировка: «Том Марволо Реддл». — Раз уж сегодня последний вечер, когда я могу принимать тебя в своем доме, было бы уместно немного удовлетворить твое любопытство. — Произнес он, положив тетрадь на стол. — Полагаю, ты заслужил право на… ограниченную откровенность. Задавай вопросы. Быть может, на пару из них я даже отвечу. Гарри откинулся на спинку кресла, ощущая, как холодок пробегает по позвоночнику. — Последний? — Он нахмурился. — Речь шла о двух неделях. — Обстоятельства изменились, — отрезал Реддл. — Или ты уже успел ко мне привязаться? — Объясни, — попросил Гарри, стараясь разгадать игру теней на его лице. — Или это еще один твой секрет? Том откинулся на спинку кресла, скрестив руки. — Вчерашняя медитация… — Он произнес слово с оттенком брезгливости. — Наши сознания начали резонировать. Я защитил твой разум от вторжений, поставив щиты, но плата оказалась слишком высока. — Это как?! — Гарри вскинул брови, сжимая подлокотники. — И почему, черт возьми, это случилось? — «Почему» — вопрос к тебе, хотя едва ли ты сможешь на него ответить, — пояснил Реддл. — Но объясню «как». Делиться воспоминаниями — все равно что открывать ворота крепости. Твои эмоции… затопили мои. Гарри фыркнул: — Ты сам показывал мне свои видения! Как это могло… — Я контролировал процесс! — на секунду в глазах Реддла вспыхнуло что-то дикое. — Но твой страх… Он стал моим. А собственные чувства — растворились. Как будто я стал зеркалом, отражающим лишь твое нытье. Повисла пауза. — Раньше такого не случалось? — Гарри невольно понизил голос. — Никогда. — А эти щиты, что ты поставил… — Гарри решил сменить тему. — Они точно помогут? — Точно, — Реддл провел рукой над дневником. Страницы сами раскрылись на середине. — И улучшат концентрацию. Полезный навык для того, кто привык действовать на эмоциях. А теперь — исчезни. У меня нет желания тратить вечер на твое невежественное бормотание. Гарри вскочил. Дубовая ножка кресла глухо стукнула о пол. — Вот и исчезну, — язвительно бросил он. — Надоела твоя напыщенная рожа. У лестницы Гарри обернулся. Там, где минуту назад сидел Реддл, теперь никого не было. Библиотека замерла, а в груди щемило странное чувство — смесь обиды и… благодарности.