Иллюзия

Два часа ночи, 27 сентября 1996 года, школа магии и волшебства «Хогвартс» Пробуждение было мучительным, словно он вынырнул из ледяной бездны. Ощущение ледяных пальцев смерти, тянувших обратно в кошмар, не отпускало. Но жажда свободы в конце концов одержала верх. Гарри вздрогнул всем телом. Он открыл глаза, уставившись в тьму спальни. На этот раз тошноты не было. Единственным следом кошмара оставалось сердце, отчаянно выбивавшее чечетку под ребрами. Он лежал еще несколько мгновений, давая сознанию ощутить реальность. Потом медленно сел и осторожно отодвинул полог. Знакомое, ровное дыхание доносилось с соседней кровати — Рон спал крепким сном, не зная о чудовищных видениях, терзавших друга в угрюмых тенях их застывшей в анабиозе спальни. — К утру пройдет, — прошептал Гарри себе под нос. Но до того момента, когда первые лучи рассвета коснутся гриффиндорских окон, оставалось еще много часов. Больше спать Гарри не собирался — слишком ярко перед его внутренним взором стояла та забытая богом дыра, где так уродливо оборвалась жизнь его обидчика. К счастью, под подушкой лежал учебник по Зельеварению. Гарри нащупал волшебную палочку и прошептал: «Люмос». Мягкий свет вспыхнул на кончике, озарив ровные строчки учебного текста, испещренные пометками Принца-полукровки. Первые минуты Гарри приходилось буквально заставлять мозг цепляться за смысл слов. Но внутренняя битва длилась недолго. Уже через пятнадцать минут он смог погрузиться в сложные формулы и примечания Принца. Так он и читал, пока на соседней кровати, издав сонное мычание, не заворочался Рон.

***

— Никак не въеду, зачем ты понадобился этому придурку Нотту? — проворчал Рон за завтраком, раздраженно косясь в сторону входившей в Большой зал троицы — Малфоя, Гойла и самого Нотта. — Какое ему дело? Опять тему наследника Слизерина раскручивать собрался? Гарри лишь пожал плечами и поспешил сменить тему. Он решил не посвящать друзей в историю со странным стеклянным шаром, упомянув лишь о расспросах Нотта насчет парселтанга. В глубине души он и сам не мог понять, почему уступил просьбе слизеринца. Казалось, негласным правилом его жизни стало совершать безрассудные поступки перед лицом потенциальной угрозы. Логики в поступке Нотта Гарри так и не нашел. В итоге списал все на причуды характера. За свою жизнь он повидал немало странных личностей, и Нотт с его загадочной просьбой лишь пополнил эту коллекцию. Друзья уже заканчивали завтрак, когда в просторный зал ворвались десятки сов. Без особых надежд Гарри поднял взгляд и скользнул глазами по мелькающим серо-коричневым силуэтам. — Гарри! Да это же Букля! — воскликнула Гермиона, указывая вверх. Решив, что подруга ошиблась, Гарри проследил за ее рукой — и остолбенел. В этот миг белоснежная сова изящно спикировала прямо к их столу, опустив перед тарелкой хозяина небольшую книжку в пестром переплете. Исполнив долг, Букля устало ухнула, схватила клювом кусок груши из ближайшей вазы и, взметнув крыльями, направилась в совятню. Не успел Гарри опомниться, как Рон перехватил посылку и уставился на обложку с любопытством, граничащим с ужасом. — «Двадцать самых романтичных историй любви», — прочел он, медленно переводя взгляд с книги на Гарри. — О Мерлин! Скажи, что Букля просто перепутала и вместо учебника принесла тебе эту… эту… — Рон запнулся, не находя подходящего определения. — А ты у нас, оказывается, темная лошадка, Гарри! — присвистнул Симус. Не дожидаясь разрешения, он перегнулся через стол, чтобы выхватить книгу из рук Рона. Рядом Дин, не сдержав смех, подавился куском яичницы и теперь отчаянно ловил ртом воздух. — Что за чушь? — огрызнулся Гарри, пытаясь вырвать книгу. — Я ничего подобного не заказывал! Теперь не выдержала и Гермиона: она фыркнула, и легкий румянец мгновенно залил ее щеки. — Это так… мило, — выдавила она сквозь смех, вытирая проступившие слезинки. — Да о чем ты вообще… — начал Гарри раздраженно, но его голос замер, когда до него дошла причина ее смущения. «Вот же сукин сын…» — мелькнуло у него в голове. Но гнев, вспыхнув, тут же угас, сменившись любопытством. Не раздумывая, Гарри выхватил книгу из рук Симуса. — Прости, дружище, — подмигнул он, стремительно засовывая книгу в сумку. — Видимо, «Флориш и Блоттс» перепутали заказ. Эту дрянь прислали вместо нужной книги. Верну, пока вы ее своими засаленными пальцами не измазали. — Увидимся на Заклинаниях! — он вскочил. — Надо успеть кое-куда перед занятием. Гарри зашагал прочь из Большого зала, едва сдерживаясь, чтобы не пуститься бегом. Дверей ближайшей уборной он достиг меньше чем за три минуты. Ворвавшись внутрь, Гарри метнул быстрый взгляд по кабинкам, убедившись, что в одиночестве, и лишь тогда вытащил книгу. Он повертел ее в руках, тщательно осмотрел обложку — да, книга выглядела как самый обычный сборник сентиментальных рассказов. Поэтому он резко раскрыл ее и начал лихорадочно листать страницы. На беглый осмотр ушло минут десять. Вчитываться в каждую строчку не было времени. Но даже поверхностного просмотра хватило, чтобы понять: разгадка, которую он искал, снова ускользнула. — Да чтоб тебя…! — От разочарования Гарри едва не швырнул книгу в зеркало над раковиной, но в последний момент сдержался. Вместо этого он с яростью запихнул ее обратно в сумку и, тяжело вздохнув, направился к выходу. Да… чувство юмора у Тома Реддла было поистине дьявольским.