Иллюзия

Как именно друзья его уговорили — Гарри понятия не имел. Весь день понедельника он пребывал в состоянии полузабытья, отвечая на вопросы с запоздалым недоумением. Поэтому во вторник вечером, когда Рон неожиданно поинтересовался, не пора ли переодеваться, Гарри лишь вопросительно приподнял бровь. — Мужик, не гони! — с раздражением проворчал Рон. — Ходишь мутный, как вымоченный слизняк. Перегрузил башку на экзаменах? — Наверное, — пожал плечами Гарри. Не станешь же объяснять, что первая любовь хотела его прикончить. — Напомни, когда я успел согласиться? — Вчера, — Рон уставился на него с подозрением. — Чудесно, — буднично бросил Гарри. — Значит, и правда пора. И под неодобрительным взглядом друга он отправился копаться в чемодане. Выуживая одежду, он заметил, что за рубашку зацепилось перо — то самое, подаренное Флитвиком. Взяв его в руки, Гарри присмотрелся. Цвет пера казался куда светлее, чем в памяти. Игра воображения? Возможно. Задумчиво прикусив губу, он вернул перо в чемодан и принялся одеваться.

***

Через пятнадцать минут они с Роном спустились в гостиную, где их уже ждала Гермиона. — А еще говорят, женщины копаются, — пожаловалась она. Затем ее взгляд впился в Гарри. — Ты собираешься идти в ЭТОМ? — Либо так, либо никак, — скрестив руки на груди, нахмурился Гарри. Его праздничный наряд состоял из простой синей рубашки и черных брюк. — Как знаешь, — закатила глаза Гермиона. — А можно, я тоже… — с надеждой начал Рон. Он снова был в своей старой парадной мантии, заметно жавшей в плечах. — Нет! — сердито прервала его Гермиона. — Стой смирно, я подправлю рукава. Шепнув заклинание, она окинула Рона взглядом и, видимо, осталась довольна. — Мне кажется, или в прошлом году у тебя была другая мантия? — высказал догадку Рон, когда они покинули башню. На этот раз для вечеринки выбрали кабинет Защиты от Темных Искусств. Хотя, зная Люпина, Гарри подозревал, что профессор вызвался сам. — Не кажется, — улыбнулась Гермиона. На ней была голубая мантия, расшитая золотыми лилиями. — Тебе идет голубой, — поспешил заметить Рон. — Ну, то есть прошлогодний цвет тоже шел... черт, не помню какой... но ты всегда прекрасна! А голубой — это просто десять из десяти! — Спасибо, — рассмеялась Гермиона. Было видно, что неуклюжий комплимент ей приятен. Гарри чувствовал себя лишним. Обычно тесные отношения друзей его не трогали. Но сегодня, на этой злополучной вечеринке, им наверняка захочется уединиться. Зачем было тащить его с собой? Пока они спускались по лестнице, Гарри насчитал не меньше дюжины парочек. Мимо пронесся Колин Криви в компании миловидной девушки с азиатскими чертами. На пару пролетов ниже Парвати Патил гордо вышагивала с высоким семикурсником-Когтевранцем. — Это что, Джинни с Дином?! — возмутился Рон, заметив сестру в толпе. Друзья как раз подошли ко входу на третий этаж, где образовалась пробка. — Они встречаются уже пару месяцев, — заметила Гермиона. — Встречаются?! — Ох уж этот синдром «старшего брата», — раздался позади насмешливый голос Симуса. Обернувшись, они увидели выстроившуюся за ними очередь желающих попасть на праздник. Среди них были Симус с Лавандой и Невилл с Полумной. Последние, завидев Гарри, радостно замахали. Лаванда же смерила Рона и Гермиону убийственным взглядом и демонстративно отвернулась. — То есть ты считаешь, это не мое дело?! — начал закипать Рон. Заметив, как лицо друга наливается багрянцем, Гарри поспешно перебил: — Привет, Полумна! Давно не виделись, как ты? — Привет, Гарри! У меня все чудесно. Ты тоже решил прийти? — Не совсем по своей воле, — хмыкнул Гарри, бросив укоризненный взгляд на друзей. — Будь осторожен, — улыбаясь, предупредила его Полумна. — О-окей, — растерянно пробормотал Гарри, не готовый к такому повороту. Он хотел уточнить, но в этот момент толпа впереди ожила и двинулась. Пришлось влиться в поток, устремившийся вглубь коридора. Кабинет встретил их россыпью золотых снежинок, посыпавшихся на головы прямо на входе. Гарри недовольно промычал, готовясь стряхивать их, но к его облегчению, снежинки уже растаяли. — А они постарались на славу, — присвистнул Рон, окидывая взглядом преображенный кабинет. Парты исчезли, вдоль стен, увешанных гирляндами, стояли пухлые бордовые диваны. В центре гордо возвышалась огромная ель, чьи пушистые ветви ломились от игрушек, сладостей и мерцающих свечей. У дальней стены несколько гоблинов выводили знакомую мелодию «Jingle Bells». Воздух был наполнен ароматом имбиря и корицы. — Окон стало больше? Или мне мерещится? — Вдвое, — удивленно отметил Гарри. Оконные проемы утопали в глубоких нишах, обрамленных тяжелыми шторами — немой намек на уединенные уголки для влюбленных. — Да здравствует веселье! — громко провозгласил Рон, направляясь к парящим подносам с закусками. Гарри и Гермиона последовали за ним. Нагрузив огромную тарелку тарталетками и прихватив два бокала сливочного пива, Рон кивнул на полупустой поднос: — Чувак, хватай пиво и ищи свободный диван. Несмотря на то, что в зале собралось уже человек пятьдесят, диван они нашли быстро. Лавируя меж гостями, Гарри старался не расплескать пиво и втайне удивлялся ловкости Рона: загруженный провизией, тот уверенно огибал скопления людей. Наконец, устроившись на диване, они принялись за закуски. — Падма Патил и Захария Смит? Серьезно? — изумилась Гермиона, бросив недоверчивый взгляд в конец зала. — Ну, Захария вроде не так уж плох, — неуверенно заметил Рон. — Когда молчит, — уточнил Гарри, вызвав у друзей улыбки. После очередной незамысловатой рождественской мелодии музыка сменилась на что-то модное. Гарри не следил за музыкальными трендами магического мира, но по тому, как оживились другие, сделал вывод, что композиция была популярна. Вскочила и Гермиона: — Пошли танцевать! — О нее-е-ет, — протестующе замахал руками Гарри. — Уж как-нибудь без меня. Понимая, что уговаривать его бесполезно, Гермиона лишь тяжело вздохнула и потянула Рона за руку. Тот встал с видом человека, идущего на плаху.