Carmen

На улице стало совсем светло. В комнате мирно тикали часы, показывая десять утра. Тэхён провалился в сон, но он был настолько коротким, что усталости не снял. Омега проснулся из-за боли в животе, скатываясь на пол. В доме было тихо, а вокруг совсем никого. С трудом парень вспомнил о том, что с ним случилось несколько часов назад, но поругать себя не успел, начав ползти к двери. Ему нужен Алехандро. Тэхён остался сидеть на пороге, боясь, что альфа был слишком далеко. Он звал его как мог, вдруг чувствуя влажность в штанах. Чонгук сквозь сон услышал его, выбегая в коридор, в попытках понять, что случилось. Искажённое гримасой лицо Тэхёна мигом сняло сонливость. Там же на мужчину набросился новый в доме запах, он сделал два рваных шага назад, опасаясь приближаться к омеге, который тянул к нему руки. Аромат Тэхёна забился Чонгуку в лёгкие, не давая ни шанса на вдох без смятения. Альфа будто вновь оказался в дедушкином виноградном саду. Реальность смылась, и остался только сад и тот самый запах винограда. Омега почти ползал в его ногах, видя реакцию на себя, но до последнего отказывался принимать, что его состояние так действует на Алехандро. На самом деле Тэхён пах не так сильно, как течный омега, но мужчина понял его состояние, решая больше не медлить, как бы ему сильно не хотелось сделать что-то неприличное. Чонгук поднял парня на руки и понёс на улицу, не откладывая его поход к врачу. Сидя с омегой на заднем сидении автомобиля по пути к больнице, Алехандро не мог думать ни о чём постороннем, кроме дорогого ему лица. Он поглаживал невесомо щёки Тэхёна, что краснели быстро из-за дикого смущения. Парень чувствовал себя желанным и не волновался за это, будучи в расшатанном состоянии. — Очень больно, — прошептал омега, смотря в тёмные от вожделения глаза Алехандро. — Где, малыш? Тэхён указал на свой живот, и туда мгновенно прилетел поцелуй, ещё больше смущая его. Такой Эскобар ни в какие общепринятые рамки не вписывается, и у омеги двоится мнение о нём. Он сделал Чонгука плохим и придерживался этого, не покупаясь на его доброту. В конце концов мужчина снова сделает что-то не так. Тэхёну проще воспринимать его поступки, зная, что он не тот, кем пытается казаться. Алехандро Эскобар по-прежнему злодей в голове омеги. Так будет всегда. Но парень не отказывается принимать от него помощь. Чонгук не сделает больно ему, лишь морально, разрушая что-то в голове, но не физически. Прибыв в больницу, Чонгук передаёт омегу в руки врачей, без колебаний отвечая на вопрос «кто вы ему?»: его альфа. Он остаётся ждать. Не сможет уехать, пока не убедится, что с Тэхёном всё хорошо. Ожидание ужасно, но Алехандро о худшем не думает. Ждёт вестей не только из кабинета напротив, но и своих людей. Как только подтвердится, что Алварез причастен к похищению, Эскобар вылетит в Барранкилью. Больше он не станет пугать Фабио на расстоянии. На личной встрече объяснит ему всё. Если Алварез не поймёт, то придётся приложить силу. Тэхён не должен был быть втянут во всё это. Будь на его месте любой омега: сын, муж, дядя, папа, его людей, он бы поступил так же. Между делом Чонгук вызывает Ортиса в больницу. Дальше отец должен позаботиться о нём, пока Алехандро выдуманную собой грань не перешёл. Ортис оказывается в отделении раньше, чем альфа предполагал. Ранее всегда спокойный Кабрера эмоций не сдержал, как и минувшей ночью, но в этот раз не был раздавлен болью, в нём плескалась злость. Мужчина испугался за своего сына. Не в момент звонка, а когда увидел его на руках Алехандро. — Что ты сделал с моим сыном? — без какого-либо уважения. Ортис стоял у стула, на котором сидел Чонгук, будто бы сильнее переживавший о здоровье Тэхёна. Но Кабрера не собирается показывать, как тяжело ему самому, он хочет знать, что происходит между его сыном и Эскобаром. — Думаешь, я сделал? — смотрит снизу вверх на альфу Алехандро, пытаясь совладать с собой. Ненавидит беспочвенные обвинения. — Хватит притворяться. Ты ему рассудок затуманил! — выходит из себя мужчина. — Даже представить не можешь, сколько слёз было у моего сына, когда он вспоминал тот проклятый вечер в клубе. У него крыша из-за тебя поехала. Чем ты его подкупил? — Для чего мне подкупать его? — поднимается на ноги альфа. — Что в твоём сыне такого особенного? — Я не дурак, вижу как ты смотришь на него. Если то, что говорят про тебя правда, то мне стоит только узнать, что ты прикоснулся к нему, и я убью тебя. Чонгук аккурат бьёт кулаком мужчину в живот. Ортис складывается вдвое на руках Эскобара, что начинает поглаживать его по голове, тихо шипя, словно змея на ухо. Алехандро не сдержался, потому что ему в лицо выплюнули ложь, а Ортис из-за своих домыслов правды всей не знал. Оба альфы оказываются правы, но Чонгук сильнее во всех смыслах. — Я напоминаю, сеньор Кабрера, ночью я отдал за твоего сына пять миллиардов. Это не от доброты душевной, — поднимает голову Ортиса к своему лицу мужчина за волосы. — У меня к тебе есть дело. — Что ты задумал? — рычит альфа, кривя лицо от тянущей боли в животе, но его больше напрягает не она, а взгляд Алехандро: горящий, цепкий. В голове Эскобара нездоровая мысль появилась. — Простите, — осекается Ортис. — Так-то лучше, — сажает альфу на стул рядом и возвращается на свой. — Я твой Дон, помни это. И твоего сына я и пальцем не тронул. Силой бы не посмел, а так он меня ненавидит. — Ненавидит? Сомневаюсь. Не знаю что, но что-то вы с ним сделали. — Показал мир без прикрас, — Чонгук отвлекается на вышедшего врача. У Тэхёна едва не случилась течка, к которой всегда готовы его родители, но в силу того, что в последнее время омега был в порядке, забыли об этом. Кто воспримет всерьёз взросление своего сына так рано? Руи и Ортис не понимали, почему Тэхён стал резко готовым к половой жизни. Он навсегда останется в их глазах малышом, но куда-то вся любовь родителей испарилась. Работа, работа, работа. Тэхён остался в сторонке. Ортис теперь понимает, почему омега сблизился с Алехандро. Он заменяет ему родителей. Ортис принимает решение забрать Тэхёна домой, когда Алехандро звонят и он меняется в лице. Альфа идёт попрощаться с омегой на всякий случай, не зная, когда вернётся из командировки. Парень выглядит плохо, его видеть на больничной кровати Эскобару тяжело, но он не показывает этого, взяв Тэхёна за руку. — Снова спасибо, — благодарит омега, а сам на отца по другую сторону косится, предчувствуя неприятный разговор. — Я уезжаю. Обещай, что когда вернусь, ты будешь в порядке, — улыбается парню Чонгук, не хочет отпускать его руку, куда-либо идти. Он бы остался здесь или забрал омегу к себе. Разлука с ним кажется совсем непосильным испытанием. — Куда? — Тэхён понимает, что его «уезжаю» это далеко не домой. — Тебе не понравится. Хотел ли Тэхён мести? Он не уверен, но Алехандро не остановить в любом случае. Он послушает, но сделает по-своему. Это снова показатель его жестокости. Омега знает, что будет много крови, но прольётся она в этот раз даже не из-за желания Чонгука, а из-за Тэхёна. К нему подкрадывается чувство вины. — Да, — не скрывает парень. — Потом я скажу вам, что это плохо. — Я закалён на твои истерики, — усмехается Чонгук, прикладывая титанические усилия отпустить ладонь омеги, по-прежнему пахнущему виноградом. — Вы сказали, — оборачивается к доктору альфа, — что это ложная течка. — Да, были симптомы, но теперь всё в порядке. Мы оттягиваем момент настоящей течки, как можем, — отвечает бета в белом халате. — А с запахом можно что-то сделать? — С каким запахом? — хмурится врач, делая несколько шагов к кровати омеги, но так ничего и не чувствуя: в палате пахнет медикаментами и альфами. — Показалось, — отмахивается Чонгук, но чувствовать аромат сладкого винограда не прекращает. — Мне надо идти, — он бросает на Тэхёна последний взгляд и выходит за дверь. Ортис присаживается в ноги сына, но тот на него даже не смотрит, думая об Эскобаре. — Тэхён, поехали домой? — отец, потерявший всякую надежду на ментальное восстановление парня, устало тянет уголки губ вверх. — Почему ты ругался с ним? — Ты всё слышал? — Не вздумай больше угрожать ему, — звучит не как просьба, а угроза.

🚬

Фабио Алварез просыпается ночью от шума на улице. Альфа надевает наспех халат на плечи, завязывая его на большом животе, и спускается на первый этаж. Туда же приходит перепуганный омега, но до отца докричаться не может, пока альфа ругается с охраной, пытаясь выяснить, кто нарушил его сон. Фабио опасается выходить из особняка, смиренно дожидаясь, пока в белые двери не войдёт Алехандро Эскобар. Алварез почти не удивляется ему. Вчера он пополнил свой счёт деньгами альфы, а сегодня он приходит… убить или не убить? Фабио не двигается с места, окруженный охраной, в то время как Алехандро совсем один. На чёрной одежде крови не видно, но ею пахнет отовсюду. Люди Эскобара остались на улице добивать парней Алвареза, не мешая Чонгуку разбираться с главным ублюдком в этом городе. Чимин остался на лестнице, больше не удивляясь глупости отца. Когда-то этот день должен был настать. Если не Эскобар убьет его отца, то будет кто-то другой. Омега не жаждет его смерти, но необдуманные действия отца когда-то сведут его в могилу. Плакать Чимин не будет. Фабио живёт как свинья и умрёт смертью ей под стать. — Я долго терпел, — Чонгук не двигается с места, не решая вступать в бой с охраной Алвареза. — После первого покушения я думал, вы успокоитесь. После второго хотел вас убить. Но как видите, вы ещё живы. — Как ты посмел прийти в мой дом?! — кричит мужчина, но его голос больше походит на поросячий визг. Чимин усмехается и присаживается на ступеньки, наблюдая за сценой. — Сеньор, я не договорил, — шаг вперёд и снова статуей замирает. — Простить вам похищение моего омеги я не могу. Вы стрясли с меня целое состояние за его жизнь. Я не обеднею. Мне не привыкать начинать сначала, но знать меру надо. — О чём ты толкуешь, мальчишка! Ты угроза для всех нас. Пусть Мартинесы и Весенте это не понимают сейчас, но мне потом спасибо скажут, — на расстоянии легко кричать, стоя за спинами телохранителей. Чонгуку смешно от этого. Он переводит взгляд на лестницу, замечая омегу и ухмылку на его лице. Не один Алехандро сомневается в здравом уме Фабио. — Кого ты своим омегой возомнил? Того цыганёнка? — гадко смеётся альфа. — Растлитель! — Отец! — спускается Чимин, устав от этого шоу. — Хватит нести чушь. — Закрой рот, — рявкает на сына альфа, но омега не удивляется, встав между мужчинами. — Иди к себе, Чимин. — Ты хочешь что-то сказать, золотце? — обращается к парню Эскобар. — Сеньор, — складывает руки на груди омега. — Мой отец мерзкий тип, простите. — Да как ты смеешь! — на фоне кричит Фабио, но его никто не слушает. — Вы пришли его убить? — уточняет младший Алварез. — Если так, то я лучше сразу уйду. — А ты, смотрю, любишь отца, — издевается Чонгук. — Понимаю, что своими слезами ничем не помогу. Он натворил дел, идя против картелей и вас, так что лучше мне ничего не говорить и смириться со своей судьбой. — Какой ты умный, — говорит мужчина и принимает пистолет из рук вошедшего в дом Доминго — одного из своих приближённых. — Хорошо, что ты не пошёл в своего отца, — на что Чимин благодарно кивает ему. — Закрой глаза, золотце, — омега слушается, и следом происходит выстрел. Фабио падает от скошенной пули, прилетевшей в ногу. Его охрана целится, но никто не стреляет, потому что Чимин поднимает вверх руку, останавливая их. — Буду рад снова тебя увидеть. — Взаимно, сеньор Эскобар, — стреляет глазами в мужчину омега и оборачивается, чтобы вызвать скорую. Алехандро уходит. На следующее утро Фабио узнаёт, что все его лаборатории в Медельине разорены. И тем самым альфа теряет намного больше, чем получил от Эскобара, который даже денег обратно не требовал. Он забрал кое-что поважнее бумажек. На дне теперь Алварез.

🚬

Тэхён заканчивает с завтраком и собирается выходить из дома в школу. С самого утра его не оставляло напряжение. Лица родителей хмурые, несмотря на то, что все они вместе снова собираются семьёй. Тэхён высказал им, что устал находиться в одиночестве, чувствуя себя забытым, и Ортис с Руи пообещали поставить на первое место своего сына, а не работу. Парень в курсе, что отец чаще дома бывает, потому что Чонгука в городе нет. Он не додумался взять его с собой, а Руи, работающий в компании Эскобара, так же любит задерживаться допоздна в своём архиве. Тэхён только стал чувствовать себя лучше. Отношения с родителями после похищения и разговора улучшились, омега стал ближе с Юнги, едва не избившим его от новостей, но в это утро всё иначе. Отец не включил привычно телевизор. Завтрак прошёл в тишине. Один раз Тэхён слышал, как родители шушукались. И ничего. Если что-то и случилось, омеге знать не обязательно, потому что это точно будет касаться Алехандро. По пути в школу в Тэхёна насильно впихивают информацию без которой он мог бы спокойно прожить, но отец, сидя за рулём, молчать не стал. Ортис не стал говорить ничего при муже, хотя тот всё знал, но переживал за супруга, поэтому лишь наедине с Тэхёном альфа озвучил то, к чему омега не готовился. — Отца Гансало убили. Тэхён пожимает плечами, как бы говоря ничего страшного. Это случилось с человеком, принадлежащему картелю, поэтому удивляться не стоит, но омега вдруг волнуется за своего бывшего друга. Каково ему теперь? Тэхён вспоминает, как поддерживал Юнги, когда с Чонгуком всё плохо было. А нужно ли было высказать соболезнования семье Фернандо после такого? Тэхён должен увидеть Гансало. Что бы ни было между ними, проигнорировать смерть отца альфы парень не может. — Когда похороны? — спрашивает омега. — Это Эскобар сделал. Тэхён злится на отца, покусывая губы. Он не спрашивал о том, что именно случилось, ему важен Гансало. Отец вообще понимает, что делает, говоря о таких заявлениях? Омега на его глазах в пыль превращается только от одного имени Чонгука. О том, что он убьёт, было известно два дня назад. Из-за Тэхёна, но это не важно. То, что случилось там, не касается омеги. Алехандро так и скажет. Потому что за всё нужно платить. Да, это ужасно, и парень, не зная всей ситуации, может легко накрутить себя до нервного срыва, но с него достаточно и того, что есть. — Все лаборатории Алвареза разрушил, — продолжает Ортис. — Сотни человек… — Ты пытаешься меня на слезу пробить? — психует Тэхён. — Я знаю, что он монстр, но Алварез это заслужил. Он меня похитил, если ты забыл. Отец, Алехандро спас мою жизнь, почему ты так о нём отзываешься? Тебе он что сделал? Ты же так боготворил этого демона. — Тэхён, я не хочу, чтобы ты… — вздыхает мужчина, не договаривая. — Ты сам виноват в том, что происходит, — говорит омега, топя отца в правде, которую он отрицать и не собирается. — Останови машину, я дальше сам дойду и не спорь, — омега выпрыгивает на полпути. На уроках он переписывается с Кики, узнав о дате похорон и времени. Тэхён собрался пойти вместе с омегой. Новость о нашумевшем убийстве пролетает по стране к обеду с запозданием. Больше всего парня воротит от «бизнесмена Фабио Алвареза ранили». Пресса молчит о многом. Тэхён смирился в первый и последний раз, что так было нужно. Он за себя постоять не смог, так Алехандро это сделает, его и просить не надо. Альфа прошёлся смерчем по своему же городу, и единственное, что омегу радует, так это то, что Чонгук не заявился к нему в крови. От её вида Тэхён потерял бы сознание. На следующий день состоялись похороны. Тэхён пропустил школу, утром уезжая к Гансало домой. Количество людей зашкаливало, но в основном это были соседи. Людей от картеля не было. Конечно, альфа не был такой важной фигурой. Но волнует Тэхёна отнюдь не это, а его друг. Смотреть на тело омега не решился и ему повезло встретить Гансало на улице с сигаретой меж губ, что его шокировало, но никто на курящего мальчишку не обращал внимание. Кто-то в доме кричал, Тэхён покрывался мурашками от обстановки, скорее желая вернуться домой и забыть этот день, как страшный сон. Он подошёл к Гансало, от альфы веяло горечью. Лицо его слегка припухло от слёз, было серым, ничего не выражающие глаза смотрели куда-то вдаль. Тэхён подумал, что его не заметили, но Гансало ощутил его присутствие как только к нему подкралось чувство тошноты. — Прими мои… — омега только открыл рот, как альфа повернулся, делая выстрел в него глазами. Чёрными, стеклянными, страшными. Тэхёна будто волной оттолкнуло от него. Он вроде видел все состояния своего друга, но как оказалось — потери он не видел. — Какая же ты дрянь, — пропел альфа, затягиваясь дымом. От него пахло лекарствами, но в Тэхёне есть сомнение, что успокоительное в крови ещё действует. — Как ты посмел заявиться? — Мне жаль, Гансало, когда я узнал… — Не хочу тебя слушать, убирайся прочь. — Мальчики, — выходит из дома Кики, прикрыв собой Тэхёна. — Гансало, не надо ругаться здесь. — Если ты защищаешь эту паскуду, то ты такой же, — разочаровывается альфа. — Он спит в одной постели с убийцей моего отца! — кричит он и привлекает лишнее внимание. — Кики, посмотри на него, вылитая блядь. Как ты только мог так со мной, Тэ… — Я не стану ничего тебе отвечать, тебе сейчас больно, — тараторит Тэхён, самому плакать хочется. — Просто знай, что мне жаль, я ничего не знал, я… это всё Алварез. — Знать тебя не хочу, оба идите отсюда, — спокойнее просит парень и, кинув сигарету, идёт в дом. Тэхёна трясёт, пока Кики выводит его со двора, где в машине омег ждёт Ортис. Плохая была идея, отношения окончательно разрушены. Тэхён плачет на плече друга, пока отец возвращает его домой, и снова ненавидит Эскобара. Тэхён позволил себе то, о чём ещё неделю назад подумать не мог — начал понимать Алехандро. В мире, где родился альфа, всё решается насилием. Тэхён родился в том же мире, но в его голове насилие не выход. Чонгук ему не чужой, этого омега отрицать не станет. Воспринимать его как великого и ужасного не получается, потому что с ним Эскобар другой. Неважно какой альфа человек, Тэхёну он всего лишь знакомый, босс родителей, брат друга. Ни меньше, ни больше. И он убийца отца Гансало и навсегда им останется. Конечно, Чонгук руку к этому лично не приложил, но он отдал приказ. Такие люди страшнее исполнителей, потому что они наблюдают сверху и могут действительно всё. Тэхён пытается не бояться мужчину, но смотря в его чёрные глаза, каждый раз видит себя распятым. Альфа помог его семье. Спасибо и достаточно. Почему же папа и отец не уволятся? Что держит их, если они, отец точно, недолюбливает Эскобара? Тэхёну больно от того, что Ортис представляет своего сына рядом с Алехандро. Возможно, омега позволил себе лишнего, но каждый думает в меру своей испорченности. Чонгук никогда не касался его интимных мест, никогда не делал намёков. Тэхён в этом плане доверяет ему, наплевав на слухи.

🚬

Новое собрание картелей происходит в Кали. Сокджин созывает Донов в закрытый на время собрания ресторан. Никто из приехавших мужчин не рад такой встрече. Алварез, увидев за столом Алехандро, почти набросился на него, но в этот раз каждого альфу охранял один человек на всякий случай. Обстановка накалена до предела, а разрядить её никто не спешит. Фабио впился разъярённым взглядом в Эскобара, жалея, что оставил оружие в машине. — Господа, такого безобразия у нас не было около десяти лет, — заговаривает Сокджин, рассматривая давно знакомые лица. — Сеньор Алварез, вы причина нашей встречи. Будете винить во всём Эскобара, я вас удалю. — Он отобрал у меня лаборатории, убил моих людей! — Вы хотели убить меня дважды, покусились на мой картель и на моего омегу, — Алехандро и Фабио разделял стол, но и он не помешал бы первому вцепиться в глотку старику. — Считайте, вы ещё легко отделались. — Вы это слышите? — машет руками Алварез, полный возмущения. — Я не потерплю его присутствия в этой стране. Он посеял смуту в картелях. — Ты называешь своим омегой того мальчишку? — интересуется у альфы Фидель. — Колоритная у тебя семья. Ты бегаешь за юбкой подростка, а твой брат за зрелыми альфами. — Ещё раз оскорбите мою семью, я выколю вам глаза, — закуривает Эскобар. — Юнги не имеет ничего общего с Минги. А я скоро женюсь и на полных правах останусь здесь. — На этой грязи?! — снова орёт Алварез. — Да ты не просто падальщик, ещё и свинья. — Это любовь, — поворачивает голову к Сокджину мужчина. — Всех приглашаю, кроме вас, — тыкает сигаретой в Фабио он. — А вашего сына рад буду видеть. — Это подло, — отвечает Эскобару Сокджин, зная, что он лукавит и брак спланировал из-за гражданства. — Какая разница? — потягивается в кресле Матео Мартинес. — Сеньор Эскобар имеет полное право жениться и остаться на этой земле. Вопрос не в этом, а в том, что мы принимаем его так легко. Колумбия всегда была нашей. Почему мы не потребовали процентов? — Потому что мы уважаем почившего нас отца Алехандро, — Сокджин тоже закуривает, забавляясь с поведения Алвареза. — Алехандро, твои отношения с Фабио нас очень волнуют. У меня для вас неприятная новость, господа. Из отпуска вернулся Орасио Каррильо, и он стал активно копать под картели. — Эта крыса не устала в своих же помоях ковыряться? — фыркает Фидель. — Сколько его людей было убито, а ему всё мало? — Никто не позволял ему заниматься нами, потому что мы сидели тихо, но фееричное появление Алехандро всё изменило. Нужно быть настороже, если не хотите сгнить в тюрьме. — Вы не слышите меня! — снова подаёт голос Алварез. — Убьём Эскобара и проблем нет или нас всех поймают. Он же лично каждого заложит. — Не объявляй войну, если не уверен в своей победе, — затыкает мужчину Весенте, туша сигарету в пепельнице вместе с Чонгуком. — Он убьёт всех! — Лучший способ расправиться с врагами — перестать замечать их, — улыбается альфа Фабио. — Я не трону вас, если вы не тронете меня. Мне не нужна война. Я хочу создать свой картель и мирно жить, но если так не получится, то я искупаю эту страну в крови. Мне нечего добавить, — собирается уходить Алехандро, но Сокджин останавливает его взглядом и объявляет об окончании собрания. Когда все расходятся, он снова закуривает и отправляет охранников подышать воздухом. — Каррильо тебя убьёт, — утверждает альфа. Орасио Каррильо убил отца Чонгука, но второго такого подарка альфа ему не сделает. Полковник не соберёт себе коллекцию Эскобаров. Раньше время другое было, но Орасио остался прежним. Такой же неподкупный и жестокий в своих решениях. Его война против отца Алехандро вошла в историю страны. Чонгук знает, что не он лично спровоцировал полковника вернуться. Каррильо давно ушёл в отставку и занимался своей жизнью. Это для других картелей Сокджин придумал сказку, что Орасио всегда начеку, чтобы грань не переходили, боялись, хотя были вольны в своих действиях. Каррильо — ночной кошмар любого бандита, но Чонгук не боится. Знает, это снова подстава, кто-то шепнул сверху, чтобы его вернули и засадили Эскобара. И это точно не был Сокджин. Орасио с удовольствием приступил к работе, а Чонгук остался на стороже, никому не доверяя, даже собственной тени. — Я буду до последнего стоять на ногах, — обещает Алехандро, смотря на пустое кресло, в котором сидел Фабио. — Но до тех пор, пока я не дойду до своей цели, никто меня не остановит. Ни картели, ни Каррильо. — Не боишься судьбу отца повторить? — Мы с ним разные. — Ошибаешься. Я знаю, что будет с тобой в будущем, и хочу верить, что однажды за этим столом мы будем сидеть с тобой вдвоём. — Будем, — кивает альфе Эскобар. — А теперь мне нужно вернуться домой. — Соскучился по своему омеге? — улыбается мужчина, теряясь в дыму. — Безумно, — бросает Чонгук и, пожав руку Весенте, покидает пустой ресторан. Сокджин докуривает вторую сигарету и достаёт телефон из кармана брюк, набирая Лу, сидящего в машине на улице. — Привези ко мне Монтойя. Сокджин возвращает в зал официантов и возобновляет работу поваров, делая заказ, пока ждёт Дани. Сейчас омега на работе, но альфа любит вызывать его не вовремя и его это ни капли не волнует. Весенте не нуждается в компании для обеда, но поговорить с парнем бы не отказался. Как Сокджин и думал, в ресторан омега входит недовольным, немного взволнованным и испуганным. Дани перебирал причины, по которым его могли вызвать, но ничего втихушку от альфы не сделал, поэтому переживать было не о чём. Было что-то другое. Сокджин ко времени его приезда начал трапезу, извиняясь за то, что сделал заказ за омегу, но ничего против парень ему не сказал. — Я в чём-то провинился? — Дани потёр вспотевшие ладони, лишний раз не поднимая взгляда на альфу, чтобы не засмотреться. — Хочу, чтобы ты осветил парочку новостей. Расскажи о полковнике Каррильо, о картеле Алварез. — Что именно вы имеете в виду? — Каррильо взялся за картели. Это раз. Второе — Фабио Алварез сам напросился на пулю после покушений на жизни Алехандро и его будущего супруга. — Сеньор Эскобар женится? — Дани ни одной из вестей, что рассказал Сокджин не знал. Кажется, альфа и правда хорошо регулирует СМИ, не позволяя сказать лишнего, но Дани от этого не лучше. Он думает, что мог бы выслушать всё это и по телефону без лишней встречи, но какая-то его часть рада и этому, а обида за произошедшее в пабе ещё отдаёт где-то в душе. — Возможно, — ухмыляется Весенте, пригубив вина из высокого бокала. — Журналистов там не будет, не надейся попасть туда. — Я без вашего разрешения даже слова сказать не могу, — дует губы омега. — О какой свадьбе вы тогда говорите? — То-то же. Кушай, я не буду тебя смущать, — утирает губы салфеткой мужчина и покидает компанию Монтойя. Через час, ещё находясь в ресторане, омега получает смс от своего помощника на канале о событиях, которые нужно осветить в вечерних новостях. Всё тоже, о чём говорил Сокджин. Кто в итоге плохой? Дани себе команду не выбирает, он заочно за спиной Весенте прятаться будет, если начнётся какая-то заваруха. Опасно без поддержки говорить что-то, в любой момент омега может оказаться на поле огня за одно только лишнее слово, сказанное в адрес картелей. Так же Дани звонит Гусману, чтобы подтвердить или опровергнуть новости о свадьбе Эскобара, но альфа к удивлению ничего об этом не знает, так и не давая точных подтверждений, но то, что у Алехандро какие-то отношения есть — правда.

🚬

Фабио капает себе в чашку лекарство, чтобы успокоить сердце, но оно совсем не помогает. Альфа меряет комнату широкими шагами, насылая проклятия на Эскобара. Только это способно освободить его душу от злобы на мужчину. Никто Алвареза не поддержал на собрании, и вряд ли когда-то это изменится, но Фабио не станет раньше времени пороть горячку, хотя хочется прямо сейчас отправить людей в Медельин и убить каждого человека Эскобара. Ещё и свадьба, о которой никто и предположить не мог. — Убедились? — хмыкает, сидящий в кресле гостиной, Гусман. — В том, что Эскобар тварь редкостная, да, — останавливается напротив альфы Алварез. — Я не смогу остановить это безобразие, он останется в Колумбии. — Вы так и не нашли в этом плюсы, — закатывает глаза мужчина, складывая ногу на ногу. — Будь он за пределами Колумбии без гражданства, ничто не помешало бы ему каждого Дона тихо убрать. Когда Алехандро был в тени, у него всё ровно шло; стоило выйти на свет и он сгорел. — Ты к чему клонишь? — Я вызвал Каррильо, — усмехается Гусман, глядя в шокированное лицо Фабио, решившего вдруг присесть от такого заявления. — Бояться должен только Эскобар. Каррильо не тронул Кали тогда, не тронет сейчас, а вы и Мартинесы ему не интересны. Пусть он разберётся с Алехандро, позже от полковника можно избавиться, спихнув на киллеров Эскобара. — Ты не понимаешь, эта язва будет сидеть под моим боком, развивать бизнес. — Вы лучше смотрите внимательнее за своим сыном, — собирается уходить мужчина. — Что-то мне его поведение в последнее время не нравится. — Я не хочу верить, что Чимин всерьёз думает о моей смерти. — Думает, не думает, какая разница? Хоть завтра может перебежать на сторону Эскобара, — выходит из особняка Гусман, подняв голову к дому, где из окна второго этажа на него смотрел омега. Чимин показал средний палец мужчине и исчез, вызывая у альфы улыбку.

🚬

Выйдя из школьных ворот, Тэхён и Юнги собираются попрощаться, как замечают Алехандро у чёрного джипа. Младший Эскобар идёт обнять брата, пока Тэхён мнётся с ноги на ногу. Уйти просто так он не может, и Чонгук смотрит на него так, будто хочет, как и брата в своих руках сжать. Вернувшись в город после собрания, мужчина сразу приехал за омегами. Двумя. — У тебя дел нет? — виснет на брате Юнги. — Почему ты не на работе? — Она подождёт. Мы с вами поедем на конюшню, — продолжает смотреть на Тэхёна альфа, вводя его в ступор своими словами. — Ты не ослышался. — Зачем? Мои дедушки не очень то любят вас, — подходит ближе омега. — С чего ты взял? Если бы Андрес не любил меня, он не позволил бы мне прокатиться на Кармелите, — улыбается мужчина, открывая дверь салона машины. — А Марио не угостил бы меня пирожками. — Вы им денег отвалили, вот они и ведут себя так. — Ни одного песо, — гордится собой Чонгук, игнорируя вопросительный взгляд брата, и толкает его в салон, закрывая дверь. — Не точи на меня зуб, — тише говорит омеге альфа. — У тебя скоро день рождения. Я приготовил для тебя подарок. Он у твоих дедушек. — Мне не нужны подарки от вас, сеньор. С какой это радости вдруг? Это моя семья вам платить должна, — не контролирует свой голос омега, выказывая неуважение, но чтобы Юнги меньше вопросов задавал, на переднее сидение садится, пристёгиваясь. Тэхён понимает, что Чонгук к нему подлизывается, но с какими целями знать не хочет. Проще думать, что это из-за совести, которая у альфы быть должна, но пока не особо чувствуется. Он довёл парня до такого состояния, а для чего всё менять? Тэхён устал в одного думать об этом, а рассказать Юнги о многом не решается. Для друга осталась тайной ночь в постели Алехандро и последующее болезненное утро. Вдруг Юнги будет ревновать брата к нему? Может омега и понимающий, советы хорошие даёт, но Тэхён снова третьим лишним быть не хочет. А сейчас, когда мужчина заявляет, что приготовил для него подарок, придётся рассказать Юнги… что? Марио встречает внука первым, пока его муж копается на конюшне. Он кажется оттуда никогда не выходит. Омега целует Тэхёна и знакомится с Юнги, кивая альфе. Тот быстро цепляет плечи Кабрера и ведёт его на конюшню, оставляя брата и Марио позади. Тэхёну некомфортно в присутствии кого-либо чувствовать себя для Чонгука центром вселенной. Особенное внимание Алехандро к себе показывать никому не хочется, будто это что-то потаённое, их личное. Но мужчина границ не соблюдает, хоть и не выглядит приставучим. Вскользь они здороваются с Андресом, и Чонгук ведет омегу к нужному стойлу. — Можешь считать это не подарком, а компенсацией, — говорит за спиной Тэхёна альфа, продолжая касаться его плеч. — Из-за меня ты попал в лапы Алвареза, малыш, — последнее слово парню на ухо шепчет. — Это…это, — заикается омега, тыкая пальчиком на смотрящего на него в ответ коня. — Мне? — резко оборачивается он. Глаза его бегают, Чонгук любой реакции ожидал, но не такой. То ли Тэхён плакать собирается, то ли от счастья визжать. Пусть лучше ничего не говорит, мужчина и спасибо от него не ждёт, только бы подарок принял. — Тебе, — кивает с осторожностью Алехандро. Омега оборачивается к стойлу и снова смотрит на альфу, неожиданно для него обнимая. Чонгук гладит его по спутавшимся волосам, выдыхая спокойно, угодил. — Как назовёшь? Тэхён не уверен, что это всего лишь совпадение. Что конь, подаренный альфой точная копия его прошлого, с гибелью которого он долго не мог смириться. И вот он стоит напротив живой, фыркает, когда омега к нему руку тянет погладить, но не сдаётся и касается песочной шерсти. Грива и хвост у нового питомца омеги черные, как и ноги. Тэхён безумно хочет прокатиться, но точно не в таком виде, точно не сегодня, когда ему в затылок дышит Эскобар. Парень не забыл о его причастности к смерти отца Гансало. — Энрике, — пытается не думать о друге омега. — В мою честь? — смеётся альфа. — Ему не очень подходит, смотри какой он величественный. — Во-первых, — задирает голову Тэхён, — не в вашу. Так звали моего первого коня. Во-вторых, вы сравнили себя с ним? — теперь смеётся омега. К ним подходят Марио с Юнги, а позднее и Андрес. Дедушки насчёт подарка долго думали, когда Алехандро привёз коня, но объяснил он всё легко. И всё же семья Кабрера и так в долгу у Эскобара. Многое и это в том числе Чонгук ушёл обсудить с мужчинами, оставив брата и Тэхёна на конюшне. Омеги завалились в сено, пока взрослых не было, отдыхая после сложного дня в школе. — Я не ожидал от Чонгука такого, — подкладывает руки под голову Юнги. — Но он всё правильно сделал. Гуки дурак, но добрый дурак. А ты мне почему не сказал, что у тебя скоро день рождения? — Не хочу праздника, — признаётся омега. — Чувствую себя ужасно, не хочу видеть родственников, подарки получать. Папа точно закатит вечеринку, а мне бы его торта из печи и большего не надо. — На мой день рождения Чонгук меня постоянно куда-то возит, — рассказывает Эскобар. — Дарит дорогие подарки, а я всегда хотел, чтобы мы просто вдвоём сели за стол. Покушали, поговорили. Когда родители были живые, так и было, он рассказывал. Сейчас всё по стандарту, как у всех богачей. Я привык в целом. Слышится выстрел. — Дед, — слезает со стога Тэхён и помогает подняться Юнги, после чего омеги бегут в дом. Алехандро стоит у стены с поднятыми руками, рядом с ним дырка в стене дымится, а напротив Андрес с ружьём стоит, не реагируя на кричащего на него мужа. Тэхён бежит к деду забрать ружьё и знать не хочет, чем Эскобар обидел его. — И думать об этом забудь! — Андрес отдаёт внуку ружьё, но в Чонгука теперь глазами чёрными стреляет. — Только через мой труп! — Деда, хватит, — пока омега держит его, Юнги забирает брата. — Что случилось? — Ничего, дорогой, — вмешивается дедушка. — Поезжай домой. Тэхён спорить не собирается, он ещё раз заходит на конюшню, чтобы попрощаться с Энрике, а потом садится в машину к Алехандро. Не видит, как от ярости кипит дед, порываясь снова схватиться за ружьё и прострелить голову Эскобара. О свадьбе вздумал говорить. Андрес свои традиции нарушать не станет. Пусть Тэхёну и пора под венец, но его хранят, ни одной знакомой семье не позволил сосватать сына с его внуком. Тэхён не станет мужем такого человека, как бы Андрес ни уважал его и не побаивался. Никакие долги семьи не стоят того, чтобы его любимый и единственный внук делил постель с таким отродьем, как Эскобар. — Что вы ему сказали? — пытает по дороге альфу Тэхён. — Я его обидел, — стучит пальцами по рулю мужчина. — Но это поправимо. У всего на свете есть цена, и самое важное — это умение правильно ее определить. — Что ты собрался купить? — виснет на кресле брата Юнги. — Лошадей? — усмехается парень, но ему не отвечают. Он смотрит то на Чонгука, то на Тэхёна, а те как в воду опущенные. Алехандро в мыслях на собственной свадьбе, которая несмотря ни на что состоится, а омеге лишь догадываться об этом остаётся.

🚬

Поздним вечером Ортис собирался вернуться домой от Алехандро. Альфа разговаривал с охраной дома, пока его хозяин общался на террасе с Филиппом. Закончив, Эскобар попрощался с другом и подозвал к себе Ортиса, попросив присесть в кресло. Он налил ему и себе выпить виски, насильно прося сделать альфу несколько глотков, и закурил сигару, пытаясь успокоить бушующее в груди сердце. Сидящему напротив него мужчине уже ситуация не нравилась в силу какой-то дружеской обстановки. Уважения к Эскобару почти не осталось, а это ещё Кабрера не знал о разговоре Чонгука со своими родителями, но был наслышан о подарке для сына. — Ортис, — поражая снова альфу атмосферой. — Я хочу с тобой серьёзно поговорить. У тебя оружие с собой? — посмеивается мужчина, в этот раз всё просчитав. — Положи на стол, — тот послушно откладывает пистолет в сторону, напряжённо выжидая, что Алехандро скажет дальше. — Твой отец сегодня меня чуть не застрелил. — Почему? — вырывается, а позже Кабрера думает, что отец зря его не добил. Сейчас это Чонгук сделает, превратит альфу в месиво своими откровениями. — Потому что я хочу жениться на твоём сыне. Между мужчинами тишина, слышно, как вдали переговариваются охранники дома, как ходят снайперы по крыше. Свист ветра отчётливый и копошения прислуги в доме. Ортис залпом выпивает алкоголь из стакана в руках и тоже закурить хочет. Он к любому раскладу событий готов был, многое смог бы принять, но не это. Альфа поднимается, чтобы ударить Эскобара в его наглую рожу, но кулак застывает в воздухе, когда ему говорят: — Пять миллиардов. — Чёрт, — Ортис возвращается в кресло и хватается за голову. — Почему Тэхён? Всё, что угодно, сеньор, но не мой сын… — с надеждой смотрит на альфу он, но никакой жалости в ответ не видит. Всё правильно, платить надо, но почему так дорого? — Ударить меня хотел, теперь молить вздумал? Я хотел по-хорошему. Говорил с твоими родителями, но меня и слушать не стали. Я бесконечно уважаю ваши традиции, любовь к Тэхёну, но мне этот брак нужен, — выпивает мужчина и снова наполняет стаканы. Ортис свой разбивает, не удержав в дрожащих руках. — Ты же давно это понял. Ты знаешь, что происходит. — Он мой сын, — не сдерживает слёз Ортис, те обрамляют его лицо, резко постаревшее от такого шока. — Моё сокровище, мой Тэхён. Ты не можешь, так с ним. — Могу и буду, — просто отвечает Алехандро. — Это я тебе лицо бить должен, — на мужчину в недоумении смотрят, но он спешит пояснить: — Ты посмел подумать, что я, взрослый человек, будучи неоднократно в серьёзных отношениях, с огромным грузом за плечами, мог позволить себе… — Чонгук вспыхивает разом, глаза чёрные будто ещё темнее становятся, Ортис в кресло врос от его гнева. — Мне даже говорить об этом противно. Ты, его отец, представлял, как я этого ребёнка… Да какой ты отец после этого? Что, думал выдать его за какого-нибудь сопливого альфу, сыграть красивую свадьбу по всем обычаям и жить счастливо? А твой сын этого хочет? — А брак с тобой он хочет? — летит в ответ. Алехандро усмехается. — Вот именно, что взрослый человек, а делаете такое с ребёнком. — Мне нужно гражданство, а Тэхён идеальная кандидатура для моего супруга, который мне его даст, — доходит до главного альфа. — Я не хочу тебя шантажировать, меня это не красит в глазах твоей семьи. Да, вы мне должны, но я закрыл на это глаза. Долга нет, Ортис. Мне нужен брак с твоим сыном, я не собирался и пальцем его трогать, если он, конечно, сам этого не захочет. — Да он… — Дослушай, — цокает альфа. — Когда ему стало плохо у меня, я мог это сделать. И мог в любой раз, когда мы с ним оставались наедине. Он мне как сын, я никогда себе не позволю сделать что-то такое. Мы поженимся, поживём пару лет, а потом посмотрим. Это нужно для моего картеля в первую очередь. — Выбери другого омегу, — плачет альфа из-за своей слабости. Никакие слова не переубедят Алехандро. — Тема закрыта. Можешь смириться и довериться мне, а можешь искать новую работу. Знаешь, Тэхён очень боится за твою жизнь. С первого дня, как ты у меня работать начал. Я всё делаю для того, чтобы ты лишний раз в передряги не попадал. Мне не нужна благодарность, — встаёт с кресла мужчина, — но за то, что я скрываю твой роман с омегой из офиса, можешь сказать спасибо, — тушит сигару. — Откуда? — шепчет альфа. — Мне жаль, — игнорирует вопрос мужчины Чонгук, — что такой сын родился у тебя. Ты не уважаешь его, не уважаешь своего мужа. Да и себя тоже. Ты ничего не сделал для того, чтобы твоя семья хорошо жила. Работа у меня? Не считай это своим достижением. Всё, что ты сейчас имеешь, принадлежит мне. И Тэхён тоже. Живой ты только потому, что я так хочу, Ортис. Не надо ненавидеть меня, мне достаточно чувств твоего сына. Мы с ним поженимся, я заберу его у тебя и воспитаю так, как следовало бы тебе. — Я не отдам его! — вопит альфа на всю улицу, в последний момент передумывая потянуться за пистолетом. — Мне хотелось по-хорошему. Я не осуждаю тебя за такое поведение. Мы всё-таки скоро породнимся, — спускается по лестнице мужчина. — Парни, — зовёт охрану Алехандро. — Помогите сеньору Кабрера дойти до машины. Ортис дороги не видит, пока мчится домой, чтобы сообщить мужу и сыну о планах Эскобара. У альфы перед глазами сцены, которые в голове быть и не должны, но лезут. Пусть Алехандро говорил о фиктивном браке, но намерения его явно другие. Ему нужен Тэхён не из-за гражданства, там что-то ещё. Ортис видел это в то утро. Со стороны Чонгука было бы глупо отрицать его симпатию к Тэхёну. В лоб он об этом не сказал отцу омеги, посчитав это грязью в любом случае, но задумал свадьбу. Ортис хлопает громко дверью, привлекая всех домашних. Тэхён стоит в пижаме, голову чешет сонно. Альфа бежит обнять его крепко, представляя, что разговора с Алехандро не было. Ему показалось. Иначе отчего судьба с ними так жестоко? У Эскобара все тузы на руках, с ним играть чревато последствиями. Он очень много знает. Ортис против не может идти никак. Никакая сила Алехандро не остановит. — Сынок, всё будет хорошо, — целует ребёнка в макушку мужчина, душа в объятиях. Тэхён вырывается, пугается его лица мокрого, касается ладонью щеки и сам еле сдерживается, боясь, что с отцом что-то случилось. — Слышишь меня? — Отец, — парень смотрит на папу, но тот разводит руками. — Он хочет забрать тебя у нас, — кусает свою нижнюю губу мужчина, снова срываясь на плач от своего бессилия, отчаяния, не видя никакого будущего для своего сына. Вот Тэхён стоит перед ним: маленький мальчик, глупый, зависящий от родителей. Он же сломанный. Сломанный Эскобаром. — Он хочет жениться на тебе. Тэхёну имени слышать не надо, чтобы понимать о ком идёт речь. Он смотрит на родителей по очереди, как бы спрашивая молча: вы допустите это? А они ничего не отвечают. Руи, прикрыв рот ладонью, скатывается по стене, а отец, смотря в глаза своему сыну, плачет. Это он виноват, не доглядел. Тэхён вырывает ладони, когда Ортис пытается поймать его, бежит к себе и закрывает двери. Его глаза не блестят, не бегают по комнате, и руки в покое. Омега просто стоит вот так, спиной к двери прислоняясь, просыпаясь ото сна и пытаясь что-то снова понять для себя, а не выходит. Алехандро хочет сделать его своим мужем. Тэхён ошибся? Нет же. Вот Чонгук в очередной раз показал себя настоящего, того самого монстра из кошмаров парня. Все против, это понятно, и Тэхён тоже. Но какой ему смысл лить слёзы и печалиться, не поговорив с мужчиной? Он в шоке и ничего более. Как это будет выглядеть? Что к нему чувствует Эскобар, принимая такие решения? Омега знает, что больше глаз до утра не сомкнёт. Это какое-то безумие, но у Чонгука должен быть ответ. Это же не из-за долга. Для чего альфе в мужья такой, как Тэхён? Он должен быть совсем с другим альфой, полной противоположностью Алехандро. И пусть мужчина к нему добр, но его семью он обижает. Дедушки, родители. Вот что происходит. Альфа снова лезет в запретную зону. Тэхён не может жить с человеком, который на его глазах убивал. С человеком, от чьего имени люди от страха умирают. С тем альфой, после встречи с которым жизнь омеги разделилась на «до» и «после». Омега хотел бы найти в Алехандро уют. Не бояться его, перестать осуждать за поступки, которые для многих ничего не значат. Тэхён устал. Устал вести с альфой войну. Иногда ему кажется, что он не помнит свою жизнь до неё. Будто всегда Чонгук был рядом, вытаскивал его из передряг, обнимал. Как бы хотелось создать мир, где нет сомнений и ненависти. Мир, где Тэхён живёт, зная, что есть такой, как Эскобар и ему неважно кто он и что делает. Это кажется таким простым миром, только для омеги его не существует. И ему незачем объяснять кому-то почему он не может быть в порядке. Ведь, даже живя в этой войне с мужчиной, он всё равно продолжает искать в нём что-то хорошее, словно это единственное его спасение. В Алехандро есть много хорошего. Он и чёрное, и белое, а Тэхён из-за него серый. Чонгук видел в Тэхёне омегу? Что в его голове, когда он на него смотрит? Тэхён не задумывался о том, что Алехандро мог привлекать его, как мужчина. Впереди же ещё целая жизнь, для чего думать об альфах так рано? Нужно учиться, так говорили сами родители. Мужа найти себе Тэхён всегда успеет, но его опередили. Он и Алехандро? Какой-то глупый союз. Тэхён ему нравился? Правда? Омега не понимает ничего. Шок сменяется новой стадией, и парень плачет. Потому что ничего не сможет сделать с этим. Поговорят они с Эскобаром, но если он уже всё решил, сказал об этом отцу, деду, то почему слова Тэхёна должны его переубедить?

🚬

Тэхён отказывается ехать в школу, уже сидя с отцом в машине. Для папы они направляются именно туда, но омега требует отвезти его к Эскобару. Ортис на его желание смотрит с неприкрытой грустью, ещё не осознал весь ужас происходящего, но Тэхён будто понимал и собирался до последнего бороться за свою свободу. Но, кажется, он совсем не вовремя появился. У ворот особняка Эскобара стояла полицейская машина. Омега выбежал, не дожидаясь отца. У дома стоял высокий статный мужчина в форме, он говорил с Алехандро. Тэхён прервал их, подойдя к Чонгуку. — В следующий раз у вас не получится ничего скрыть, — бросает неизвестный омеге мужчина последние слова Эскобару и стремительно покидает его территорию. Тэхён переводит взгляд на Алехандро, а тот, заметив, как во дворе появился отец омеги, уводит его в дом, кивая охране, чтобы Ортис не посмел их прервать. — У вас проблемы с полицией? — омега начинает додумывать, не зная истины, а Чонгук его в подробности разговора с полковником Каррильо не посвещает. — Не думай об этом, — сажает парня на диван в гостиной мужчина, устраиваясь рядом. — Для чего ты здесь? Разве тебе не нужно быть в школе? — Я бы там был, если бы не наша свадьба, — вспоминает о главном Тэхён. — Сеньор, скажите, что вы пошутили. — Мне нужна твоя помощь, малыш, — убирает прядку волос омеги ему за ухо. — Отец тебя накрутил, наверное, но теперь меня послушай. — Я не стану вашим мужем, — стоит на своём он, потому что никакие доводы не приведут его к согласию. — Тэхён, это фиктивный брак. Мне нужно получить гражданство, позже мы разведёмся. Я не трону тебя, обещаю, — альфа даже отсаживается дальше, хотя их и так разделяло приличное расстояние, но Чонгук не удержался и коснулся его волос. Тяга сильнее, чем он думал. А теперь Тэхён ещё и пахнет, слабо, но приятно всё равно. Алехандро омегу не любил. Он видел Тэхёна повсюду, искал его лицо, рисовал образ перед сном, но он его не любил. Омега ему чудится везде, запах его преследует, но это не показатели. Чонгук его не любил. Взрослый альфа не может любить такого маленького омегу. А Тэхён хотел бы знать, что он Алехандро нужен. Не из-за корыстных целей, не из-за долгов отца, а как человек. Почему бы Чонгуку не любить его только за то, какой он есть? Омега не может объяснить себе этого желания. Но ведь замуж надо по любви. Раз и навсегда. Тэхёну этот брак ничего не принесёт. Он должен хоть немного быть нужным Чонгуку, нужным не как игрушка. Потому что видно, что глаза мужчины не врут, когда он смотрит на него. Это искренность, он добр в своих намерения, но свадьбой Алехандро всё перечёркивает. А вдруг альфа никогда его от себя не отпустит? Разъедающее Тэхёна одиночество станет ещё роднее, влезет ему в душу, пока он не примет своё положение. Кто потом женится на нём? Какой альфа после Эскобара решится? Омега принимает отчаянную попытку, опускаясь на колени перед мужчиной, никогда так не унижаясь, но ему настолько дорого то, что он имеет, что лишившись этого, никогда восстановиться не сможет. Омега следует шаблонному пути счастья, что внушили ему родители, но разве была в этом какая-то радость? Вот он, униженный, жалкий, плачущий, в ногах у Алехандро Эскобара, читающего в его глазах: «умоляю, оставь меня в покое». Альфа не может этого сделать. Для него чувства Тэхёна имеют огромное значение, но Чонгук думает, что так им двоим будет лучше и спокойнее. Тэхён испытывает рядом с ним гамму чувств, из них мало положительных. — Малыш, — тянет его подняться с ног мужчина, но омега не слушается, прилипая к полу. — Перестань, — вытирает слёзы с щёк Тэхёна альфа. Почему Чонгук обязан отбирать его свободу, если омега хочет стать частью чего-то другого, не теряя себя? Никакого единства, но Алехандро им горит. — Я выбрал тебя, потому что доверяю. Никто другой не поможет мне. Ты же видел того человека? Это полковник Каррильо, он хочет избавиться от меня. А мне нужно быть сильнее, восстановить картель. Я каждую минуту боюсь, что кто-то снова посмеет приблизиться ко мне и моей семье. Тэхён, ты обижаешь меня. Мы немного с тобой поиграем, и я отпущу тебя. — Играть? — Давай так, — силой сажает парня на колени мужчина. — Ты притворишься моим мужем, а потом я обещаю, что оставлю тебя в покое. Уволю твоих родителей и никогда больше не вернусь в вашу жизнь. Хочешь, я перевезу вас в другой город? Всё, что пожелаешь, но только потерпи немного. — Сколько? — Это может затянуться. Тэхён согласен на всё, чтобы вытащить семью из ямы под названием Эскобар. Только кажется, что омега с каждым днём всё глубже себя в мужчине зарывает. Вот он и успокаивается в его руках, позволяет пригладить свои волосы, стереть с лица влагу и улыбается ему, думая, что сможет потерпеть Чонгука около года и попрощаться с ним навсегда. Если Тэхён не будет замечать его, то это время пройдёт быстрее? Так он и сделает, что бы альфа ни задумал. Чонгук не лжёт омеге, но сам в своих словах сомневается. С каждым годом все сложнее и сложнее предвидеть будущее. В одном Алехандро был уверен: он хотел видеть Тэхёна в том будущем. Был бы этот омега его… Альфа сделал бы всё, чтобы он никогда не плакал. Были бы они друг у друга, они бы не говорили сейчас. Но Чонгук может только уткнуться носом в мягкую розовую щёку Тэхёна, нежно поглаживая его спину. Если бы этот омега был его, он бы никогда его не бросил. — Как же так, без любви… — бормочет себе под нос Тэхён, прикрыв глаза. — Я смогу? Мне хотелось себе другого альфу. — Я знаю, — отвечает полушёпотом мужчина. — Жизнь несправедливая штука. Если считаешь меня наказанием, то помни, что в будущем тебя может ждать что-то хорошее. — Хорошее? Я хотел всё по любви. Это же самое сильное чувство, сеньор. Ничего не бывает без любви, — говорит, а теперь понимает, что бывает. Почему ему так хорошо в руках Эскобара, а на расстоянии Тэхён его убить готов? Это какая-то форма любви или чего похуже? Омега не разбирается. — Есть кое-что сильнее любви, — трется носом о щёку омеги Чонгук, отрывками вдыхая виноградный аромат парня. — Потеря. — Вы боитесь потерять меня? — заламывает свои пальцы омега и Алехандро следом накрывает его ладошки своей рукой, заглядывая в тёмные глаза Тэхёна. — Извините за такой вопрос, конечно, вы боитесь. Тогда вам придётся уехать. — Я боюсь, но не по этой причине. Они ныряют в тишину. Для Чонгука она спасительная, а Тэхёну в ней некомфортно, но он молчит, ему не остаётся другого. Омега пытается не осуждать альфу за его решение и ничего не говорит о своей боли и опасениях, но Алехандро и так всё знает. Ему стоит раз заглянуть в глаза Тэхёна и вся душа омеги наизнанку. Может парень и не хотел, чтобы его снова по кусочкам собирали, но альфа делает это, согревая сердце одними руками. Ему пора к Чонгуку привыкать. — Тэхён, — произнося его имя, задыхается. — Ты можешь чувствовать ко мне, что угодно, но не позволяй своему сердцу погибать от страха. — Тогда, — поворачивает голову к мужчине омега, касаясь подушечками пальцев его щеки. — Береги моё сердце, Чонгук, — Алехандро прижимает Тэхёна к своей груди, медленно покачивая, как младенца. Клянётся мысленно никогда не разбивать детское сердечко, потому что своё тоже трещинами пойдёт.