Carmen

День рождения Тэхёна выпадает на субботу, омега упрашивает родителей уехать к дедушкам, чтобы скромно отметить праздник без пиршеств. Парень позвал лишь Юнги и Кики, не желая больше никого видеть. Руи последовал просьбе сына, отправив его с друзьями за город, но сам не показался до вечера, как и Ортис из-за работы. Омеги помогали Марио накрыть небольшой стол и приготовить несколько блюд. Дедушка удивил Тэхёна, когда занёс испечённый торт, парень боялся увидеть покупной. Семейная атмосфера грела душу, никого лишнего, жаль только, что родителей не было рядом. Омега редко улыбался фальшиво, вспоминая о том, что совсем скоро пойдёт под венец. Он не огорошил этой новостью друзей сразу, но заметные долгие переглядки между дедушками выдавали повисшую в комнате загадку. Тэхёна все дружно поздравили несколько раз, и омеги ушли прогуляться по округе, на вечер именинник отложил поездку на своём коне, дожидавшегося его в конюшне. Андрес обещал заботиться о нём так же, как и о своей любимой лошади. Но порадовать не могли никакие подарки. Тэхён вдруг понял, что ждал Алехандро, но альфа так и не появился. Какой ему смысл приезжать? У него работа, подарок он подарил, а омега просто захотел его увидеть и на глаза навернулись слёзы. — Эй, что случилось? — Юнги всмотрелся в лицо друга, касаясь его плеч. — Да, ты стал на год старше, но все мы стареем, — усмехнулся омега, пытаясь парня подбодрить, но не особо помогло. Тэхён остановился посередине тропинки, где они гуляли, и утёр слёзы с щёк рукавом куртки, больше не думая медлить. — Юнги, мы с Алехандро поженимся. — Что? — Эскобар смеётся вместе с Кики, но Тэхён выглядит всё таким же раздавленным. У него нет горячки, а спиртное он не пьёт, чтобы придумывать такое, поэтому Юнги нужно время, чтобы переварить сказанное омегой. — О чём ты? — он резко стирает улыбку с лица, выглядя серьёзно, но Кики всё ещё усмехается, посчитав Тэхёна сумасшедшим. — Все уже знают, — шмыгает носом парень. — Мы поженимся, потому что ему нужно гражданство. — Почему ты? — Юнги бы присел, если бы было куда, но им овладевает такое потрясение, что он не брезгует приземлиться в кусты, где даёт себе пощёчину. Это перебор со стороны Чонгука, думает омега, в мыслях брата не дураком называя, а матом отборным покрывая. Два и два в голове никак не складываются, и Юнги в ступоре смотрит на тропинку, не в силах прийти в себя. — Всё, что говорил Гансало, правда? — теряется Кики, ощущая уколы ревности, колющие его сердце. — Нет! — выкрикивает омега, устав от обвинений в сторону Чонгука. — Хватит придумывать. Ему просто нужно гражданство, потом мы разведёмся. Моя семья должна ему, вот и он пользуется мной. — Ты считаешь это нормальным? — треснуто улыбается Юнги, не ожидающий такой подлянки от брата. — Я этого не хочу, Юнги, но у меня нет выхода. Если ты думаешь, что сможешь переубедить его, то ты ошибаешься, — начинает плакать Тэхён, присев рядом с другом. К удивлению, Юнги не ругается, он обнимает его, окутывая своей грустью. Чонгук упёртый и, если младший брат мог надавить на него, то только касаемо какой-то незначительной ерунды, а свадьбу он не отменит никак. Это может и правда быть выходом для его семьи. Альфа будет рядом, Юнги не станет волноваться за него, когда мужчины нет в стране. Картель начнёт процветать. Что плохого? — Это всё же не по-настоящему? — уточняет младший Эскобар. — Печати в паспорте будут настоящими, но мы с Алехандро останемся друг другу никем. Он обещал, что потом отпустит меня и не будет лезть в мою семью. А я этого больше всего в жизни хочу, понимаешь? — Тэ, — зовёт омегу Кики. — Всё равно это как-то мерзко, — говорит парень, не обижая Тэхёна своими словами, он и сам знает, как со стороны это выглядит. Омеги возвращаются домой, к закату Кики забирает папа, а Тэхён закрывается с Юнги в своей комнате и долго разговаривает насчёт свадьбы. Кабрера всё ещё боится, что друг будет ревновать его к брату, но не может не заметить, что Юнги даже пытается поддержать его. Он мог быть таким же, как и Чонгук? Их волнует только картель. Хотя бы какая-то цель в жизни есть, у Тэхёна будто ничего и не осталось. Мало верится, что Эскобар отойдёт в сторону, как получит своё. Все слова Алехандро и Юнги кажутся пустыми. Они не могут ничего изменить, но верить в них хочется лишь отчасти. В итоге Тэхён всё равно останется один, его измученная душа погибнет в особняке альфы, а сердце, кусочек за кусочком, будет съедено, либо станет камнем. Парень старается оставаться равнодушным ко всему, но слёзы льются из его глаз и возвращается тот самый страх, что окутал его в боулинг-клубе. Ни пошевелиться, ни слова вымолвить. Дыши. Не может. Чонгук обжигает Тэхёна своим взглядом, он втирает свою правду ему под кожу и ловко пробирается в самое нутро. Омеге не найти упоения нигде, кроме его рук, и это самое страшное, что могло с ним случиться. От него останутся одни кости, как только мужчина наиграется и получит своё, а части сердца или его подобие поставит в рамку, как очередной трофей. И проходя мимо, не будет заострять на нём своё внимание, потому что внутри у него такое же червивое сердце. Тэхён неосознанно занимается самопожертвованием и считает себя таким же ужасным человеком, позволяя так издеваться над собой. Какое будущее? Он себя не сберёг, как родителей сможет? Они, в принципе, тоже сделали свой выбор и остались за гранью человеческой жизни. Ортис и Руи вообще любили своего сына? Тэхён думал, что за него порвут в любой ситуации, даже там, где он может быть не прав. Его же холили и лелеяли всю жизнь. Тогда почему родители отказываются и дальше стоять на стороне своего ребёнка? Никакой страх не может оправдать эгоизм. Они верят, что любят, но Тэхёну хотелось бы сказать обратное. Что это ложь, отец с папой действуют по общепринятому сценарию, а как что-то не так идёт — они дают заднюю. Родители любят себя. Омега старается быть к ним добрым, но не видит взаимности. Думает, даже в то утро, когда его вернули похитители, Ортис должен был вырвать его из рук Эскобара и насильно забрать к себе. Но он этого не сделал. Отец только попытался помочь справиться парню с проблемами, которые настигли его после первой встречи с Алехандро. А потом он угрожал Чонгуку. Он как раз-таки ничего и не сделал. Альфа умело пользуется своим положением, и ничего в этом плохого нет, крутится как может. Ортис ничего не может, но он был когда-то Тэхёну самым близким человеком. Больше парень обид не держит, он учится прощать. В жизни случается разное, но причин, чтобы не спасти своего ребёнка от такого брака, омега искренне не видел. Он бы на месте родителей бросился под пули, но ни за что не позволил такому, как Эскобар, хотя бы в сторону своего ребёнка посмотреть. Тэхён меняется, взрослеет, узнаёт и старается понять новые вещи. В какой-то момент всё придётся отпустить, перестать испытывать столько злости и грусти. Омега не станет убивать себя и начнёт проявлять к себе нежность. Время позволит отпустить многое, что беспокоит, и стать счастливым. — Юнги, за тобой приехали! — кричит дедушка с кухни. Омеги прощаются на улице, Тэхён обнимает друга и сажает в машину, вскользь здороваясь с Али, сидящим на переднем сидении с водителем. Войдя в дом, омега заворачивает к дедушкам. Андрес в одиночку выпивает, доедая то, что осталось от фуршета, а Марио моет посуду. Давно стемнело, а родители так и не приехали. Тэхён не будет им звонить, он видел смс о том, что они задерживаются на работе. Его впрочем, уже и не интересует их жизнь. Они, как и Чонгук, ведут себя как прежде, а потом поражают неприятными обстоятельствами. Омега обнимает деда со спины, урывая из его рук колбасу, и убегает к другому краю стола, сев доедать то, что осталось от торта. В этом году он не загадывал желание. — Когда свадьба? — Андрес не хочет говорить об этом, но спрашивает. Тэхёна передёргивает от строгости в его голосе, но ему приятно, что хотя бы кому-то ещё не всё равно на то, что происходит. — Через неделю. — Я бы его голыми руками убил, — бьёт по столу кулаком альфа. — Мразь редкостная. Он до тебя домогается? — Деда! Нет, конечно, — круглыми глазами смотрит на мужчину омега. — Ты же знаешь, это всё его игра, он меня не тронет. Я тебе обещаю, если попробует, то сразу скажу и ты в него выстрелишь. — В следующий раз я не промахнусь, — выпивает стопку альфа, проследив взглядом за мужем, вышедшем из дома из-за шума на улице. Кто-то приехал. Тэхён видеть родителей уже не хочет. У него одно желание — прокатиться на Энрике, но так как уже поздно, он откладывает это на завтра из-за усталости и времени. — Явился, — возвращается Марио, закидывая влажное полотенце себе на плечо. — Ты выйдешь? Тэхён молча поднимается, чтобы не усугублять ситуацию, по интонации дедушки он понял, что приехали далеко не родители. Омега выходит на улицу, где стоит чёрный джип, у него курит Алехандро Эскобар. Альфа одет во всё темное, что не удивительно, но далеко не в костюм: на нём джоггеры, толстовка, куртка, ботинки, а на голове кепка, сзади из отверстия которой торчал хвостик волос. Тэхён сам подошёл, чтобы дедушки не подслушивали и пожалел, что не надел наверх ничего. Чонгук ему улыбнулся, но в ответ ничего, кроме взгляда, полного презрения не получил. — Как отметил? — спросил он, облокотившись о машину, вдруг ощущая себя снова подростком, приезжающим по ночам к любимому омеге. — Посидели немного, с Юнги и Кики погулял. Я рассказал им про свадьбу. — Они удивились? — Юнги меня поддержал, но обещал дать вам пенделя, — усмехается парень, вспоминая, с каким энтузиазмом омега об этом говорил. — А Кики это не касается, но дед там напился и снова ест мне мозг. — А родители? — Их не было, они работают. Чонгук задумчиво покусывает свои губы, пытаясь в голос не рассмеяться. Ортиса он снял сегодня со службы, чтобы провёл этот день со своим сыном, но альфа так и не появился, что навевает Эскобара только на одну мысль. Руи же должен был приехать как четыре часа назад. Тоже, видимо, нашёл развлечение поинтереснее, чем день рождения собственного сына. Чонгук приехал из Кали полчаса назад, но нашёл немного времени, чтобы поздравить омегу, хотя ему нужно вернуться обратно и ещё всю ночь работать. — Да, много работы скопилось, — выбрасывает сигарету альфа. — Извини, что испортил праздник. — Всё нормально, — машет руками омега и обнимает свои плечи. — Сядем в машину, ты замёрз, — открывает дверцу джипа мужчина, пока Тэхён сомневается, стоит ли оставаться с ним или вернуться домой, но там дедушки будут говорить о свадьбе, а омеге ещё немного хотелось бы спокойствия. Тэхён смотрит в окно, сев в автомобиль, любуется луной, а Чонгук его к ней ревнует, как и к солнцу. Они с омегой постоянно, а мужчина только урывками может посмотреть на него, главное взгляд не задерживать долго, иначе контроль потеряет. Алехандро думает предложить ему свою куртку, но может только снять кепку, чтобы лучше рассмотреть парня. Хочет, чтобы Тэхён носил его толстовки такими холодными вечерами, как этот. Хочет спать с ним рядом, крепко обнимая, и целовать его в макушку, желая самых добрых снов. Хочет говорить с ним с ночи до утра, выходить на террасу и смотреть на звёзды, держа его за руку. Хочет… но полюбить Тэхёна страшно, этого нельзя допустить. Тэхён — это розовые щёки, поджатые губы и блестящие глаза. Он та самая строчка в песне, что рвёт на части душу. Отрывок из стихотворения, доводящий до слёз своей истинностью. Он первый луч солнца в утреннем небе, упавшая звезда и капля летнего дождя. Господи, он так красив, что у Чонгука сбивается дыхание. Тэхён всего лишь сбрасывает шлепки и подбирает под себя ноги, а мужчина в теплоте своей же сгорает. Их сантиметров тридцать разделяет, но этого расстояния кажется слишком мало для Алехандро. Ещё минута и он сам потянется к парню, чтобы коснуться бархатной кожи лица. — Как пройдёт наша свадьба? — забивается в угол омега, явно чувствуя себя некомфортно, из-за чего Чонгук сам на себя обижается. — С размахом, — улыбается альфа, разглаживая невидимые складки на своих штанах, опуская взгляд, чтобы не смотреть на омегу. — Тебе понравится. — Надеюсь, мои родственники не устроят ничего. Пусть охрана хорошо проверит моего деда, он может и заточку протащить. Ткнёт вас и всё. У меня наследство, а у вас… — Стой, малыш, — усмехается Эскобар, неосознанно подбираясь ближе. — Не надо о таких страстях думать, всё будет отлично. Вытерпишь ресторан — считай полдела сделано. — Знаете, у нас много странных традиций… — Извини, но нам не до них. Мы поженимся, погуляем, и праздник кончится, есть дела поважнее. Не хочу, чтобы ты долго расстраивался и варился во всём этом, — откидывается на спинку сидения мужчина, складывая руки на груди, чтобы не было соблазна тронуть парня. — Моим родственникам это не понравится, но я не про это, сеньор, — мямлит омега, не зная, как правильно подвести Алехандро к тому, что хочет сказать. — Понимаете, первая брачная ночь… Вы говорили, что не будете, но это… простите, мне стыдно. — Тэхён, у тебя есть желание это сделать? — вроде серьёзно спрашивает, а глаза насмешку выдают. Омега вжимает голову в плечи, не смотря на альфу. — Мы же всё обсудили. Нам можно и не жить вместе, но для того, чтобы все поверили в искренность наших чувств, это необходимо. Не хочется, чтобы крыса, которая притаилась под моим боком, нашёптывала картелям обратное. — А если мне кто-то понравится? — воодушевляется Тэхён, встав на колени. — Вы дадите мне развод? — В ближайшие годы только я тебе нравиться должен, — никакой улыбки, мужчина ругает себя за такой тон, а потом пытается расслабиться, возвращаясь в удобную позу. — Тэхён, отнесись серьёзно к этому браку. Я приехал тебя с днём рождения поздравить, а не расстраивать свадьбой. — Уже за полночь, мой день рождения кончился. — Можем хоть каждый день его устраивать, — Чонгук лезет в карман своей куртки и выуживает длинный красный футляр, протягивая его омеге. — Поздравляю тебя с днём рождения, малыш. Может, ты и не отметил этот день, как тебе хотелось, но не расстраивайся, у тебя ещё будет много праздников, которые я готов скрасить, — альфа открывает футляр, внутри его платиновая цепочка с бриллиантовым сердцем. — И не думай отказываться, пусть это будет свадебный подарок. — Это же очень дорого… — омега тянется к украшению, но в руки взять не решается, смотря то в глаза мужчине, то на цепочку. Если бы мог, не принял бы, но человек напротив почти его муж. Тэхёну стоило привыкать получать такие подарки? Он всё равно не понимает для чего Алехандро дарит ему то украшение, то коня, если брак будет фиктивным. Да и сколько гадостей он наговорил Эскобару, а теперь должен так просто принимать всё, что он даёт? Совесть бы не позволила, но Тэхён медленно превращается в подобие того, кто глядя на него надышаться не может. Это не ощущается подкупом, омега знает, что мужчина искренне пытается его порадовать, но именно из-за этого ему и не по себе. Потому что настоящий Чонгук скоро вернётся. — Пожалуйста, оставьте у себя, я не хочу, чтобы дедушки расспрашивали меня. — Обещаешь надеть на свадьбу? — захлопывает футляр альфа, и омега с улыбкой кивает ему. — Хорошо, — Чонгук смотрит время на наручных часах и заметно расстраивается. — Мне нужно уезжать. — Не буду вас задерживать, — обувается омега и выходит через дверь со своей стороны. Альфа убирает подарок в бардачок и тоже оказывается на улице, где стало заметно прохладнее. — Что ж, сладких снов, малыш, — нехотя, прощается Алехандро, потирая ладони. — Да, вам тоже, — смущается парень. — Если вы сегодня вообще спать собираетесь. — Постараюсь, — тянет уголки губ вверх альфа. — Иди домой, совсем уже замёрз. Тэхён смотрит на него из-под бровей, на прощание не решаясь обнять, и бежит к калитке, откуда оборачивается, наблюдая, как Чонгук садится за руль. Один думает, что лучше до смерти замёрзнуть, чем потерять образ мужчины в автомобиле. Другой не может надавить на педаль газа, потому что без мимолётного прикосновения жить не может. Андрес помогает им правильно расставить приоритеты и загоняет внука домой.

🚬

У Чимина уже глаза на мокром месте, но отец этот факт игнорирует, продолжая добивать омегу своими высказываниями. Парень хочет лишь одного — взять костыль альфы и хорошенько стукнуть его по седой голове. Фабио надоел ему причитаниями и выступлениями против того, чтобы Чимин ехал на свадьбу Эскобара. И при этом он успел докопаться до жизни омеги в целом. Младший Алварез ему перестал отвечать и сбежал из дома. Сцены такие отец ему нечасто устраивает, ему больше не на кого срываться, а сын всегда под боком и его есть в чём обвинить, как считает Фабио. Скорее альфу больше сам Алехандро задевает, остальной мир перестал для мужчины существовать. Как же омега один и на праздник этого демона? Алварезы не поддадутся влиянию Эскобара, думает альфа, но его никто слушать не хочет. Чимин садится в машину и уезжает без сопровождения. На улице стоит поздний вечер, и это время не самое лучшее, чтобы сбежать из дома и нестись на скорости сотни в неизвестном направлении. На самом деле омега примерно понимал, кого бы хотел видеть, но приехать сейчас к Намджуну не мог. Альфа не должен видеть его в таком разбитом состоянии. Одиночество для Чимина не норма, но он считает, что именно это чувство помогает принять себя. Никто не протянет ему руку помощи в такой момент, да и тревожить Алварез никого не будет. Покажет кому-то однажды, что ему больно и потом потеряет свою репутацию. Чимину больно не бывает, он сын Фабио Алвареза. Нахлебавшись за всю жизнь от отца неприятных слов, что вызваны, кажется, его переживаниями за сына, омега не может чувствовать никакой связи с кем-то, кто мог бы разбавить его одиночество. Он перестал пытаться что-то исправить, надевая на лицо маску, потому что так проще. Может, Чимин убедил себя, что ему достаточно того, что он имеет. А может думает, что по-другому быть и не может. Его жизнь прекрасна во всех проявлениях, но чего-то постоянно недостаёт. У омеги огромное наследство, может и картель ему достанется, есть возможность получить образование, он ни в чём себе не отказывает, в груди пусто. С ним что-то не так? Он с жиру бесится? Худшее, что Чимин мог с собой сделать, так это убедить себя, что ему всегда будет так скверно в этой жизни. Наверное, он не на своём месте, хоть его и привлекает то, что рядом, но это будто какая-то подделка его реальности. Дождливые ночи для омеги упоение. Ночи, когда ни одна душа не может услышать его крика, когда по крыше машины тарабанят грузные капли, на улицах суматоха, люди бегут в укрытие. Чимин один в авентадоре сидит, фары отключив, притаился за углом, вспоминая, как уединялся с Намджуном. Не самое лучшее время добить себя, размышляя о том, что особенного альфа в нём нашёл. Такой дурак… Ему о семье думать надо, о них заботиться, а не бежать за первой доступной юбкой. Что Намджун, что Чимин понимают, — их привлекает азарт, но больно никто делать не хочет себе. Именно себе, не касаясь мужа альфы. После Алварез будет себя чувствовать мерзко, а мужчина жалеть. Зачем начинать то, что в скором времени кончится? Им хватает минут, в которых они любят друг друга, целуясь до опухших губ. Для чего усложнять? Но оба жаждут в душе чего-то большего, грешного, запрещённого. Лишь в ночи, когда над головой чёрное небо, полумесяц и миллионы звёзд. При свете дня о таком думать не получается, а с заходом солнца всё меняется. Темнота берёт вверх. Любовь, которая имеет вкус горечи и одиночества, долго прожить не может. Дрожащими пальцами омега набирает номер Минги, откидываясь на спинку кресла, и прислушивается к звукам дождя, начиная потихоньку успокаиваться. — Чимин? — у альфы голос бодрый, Чимин боялся, что мог разбудить его. — Я могу к тебе приехать? — шмыгает носом парень, выдавая своё состояние. — Что случилось? — голос встревоженный, альфа начинает чем-то шебуршать на том конце. — Отец. Я уехал, не хочу его видеть, пусть понервничает, старый маразматик. — Где ты? Я заберу тебя. — Не надо, я сам. — Ты шутишь? Я слышу дождь, ты не поедешь в ночь за пятьсот километров. Я мигом прилечу, только адрес напиши. Договорились? — переживает альфа, звеня ключами. Чимин ему мычит в трубку, чувствуя усталость. Омега не замечает, как засыпает, но настойчивый телефонный звонок пробуждает его в двенадцатом часу. На экране «Медвежонок». Чимин брать трубку не хочет, зная, что может не сдержаться и умолять приехать мужчину, но ради интереса нажимает на зелёную кнопку и молчит. — Твой отец сказал мне, что ты пропал! — кричит альфа. — Где ты, Чимин? — Так, ты позвонил, потому что отец приказал меня найти? — усмехается парень, видя параллельный звонок от Минги. — Конечно, что с тобой? Давай я приеду? — Пока, — переключается на друга омега. Минги сообщает о том, что въехал в город. Через двадцать минут его машина останавливается на дороге. Омега бросает свой спорткар и пересаживается к альфе, крепко обнимая его. Лишь под утро они приезжают в Медельин. Минги выделяет комнату Чимину в своей большой квартире и уходит на пары, оставляя омегу одного. Несколько раз парню звонит отец, с ним Чимин снова ругается и блокирует его номер. В ответ Фабио блокирует карты сына, о чём тот узнает только, когда идёт выбирать себе наряд на свадьбу Эскобара. Вот так спонтанно он ещё не уходил, но ему настолько осточертело слышать о том, какой он неправильный, что парень сорвался. Наверное, в понимании Фабио его сын должен раздавать себя, кому ни попадя, тратить деньги на ерунду и кутить с друзьями каждый день в клубах. Чимин бы и рад, но у него наполнение другое. Он воспитан, плохое и хорошее отличает друг от друга и с головой ещё пытается дружить. Это у отца какие-то проблемы. То он заботливый и радушный, то делает из омеги козла отпущения. Вернувшись в квартиру друга ни с чем, омега приготовил пучеро, чтобы хоть как-то отблагодарить альфу за его доброту. Минги пришёл после трёх, уставший, но нашёл в себе силы улыбнуться омеге, на лице которого сплошная грусть. — Отец звонил? — альфа присаживается за стол напротив Чимина, накрыв его ладонь своей. — Карту блокнул, сука. На свадьбу я иду голым. — Возьми мою, — не видит проблемы парень. — Или это дело принципа? — Именно! — подрывается Алварез. — Он меня уже предателем считает, только потому что я не хочу ссориться с Эскобаром. Такое ощущение, что моего отца вчера в кресло Дона посадили, вообще не соображает, что делает. — Если посмотреть с другой стороны, то ты выглядишь предателем. Фабио, считай, войну Эскобару объявил, а ты, как его сын, идёшь против своего же отца. — От этого отца одно название осталось, — покидает кухню омега. Минги не беспокоит его, обедая в одиночестве.

🚬

Время пролетело быстро, и тот самый день для Тэхёна настал. День, когда в последний раз он сможет ощутить свободу. В последний раз он проснулся в своей комнате, в окружении игрушек с яркими лучами солнца на лице. Папа не стучался в дверь, чтобы разбудить его, это сделал будильник. Голова на удивление от мыслей чиста. На автомате омега пошёл в ванную и стал медленно собираться, пытаясь не заострять внимание на расстроенных родителях. Вчера омега отказался проводить свою холостяцкую жизнь в последний путь, закрылся в комнате и смотрел мультики до ночи, поедая мороженное, пока живот не заболел. Видеть друзей не хотел, а так даже не думал о свадьбе. Тэхён воспринимает её как некий квест. Скоро это кончится, добраться бы до ЗАГСа, а после легче будет. Папа помог ему одеться в красный костюм, сшитый на заказ по просьбе Чонгука. Воротник пиджака был отделан рубинами, а белая рубашка под ним сверкала бриллиантовыми нитями. Тэхён хотел быть красивым. Чем ярче он выглядел, тем сильнее ему казалось, что никто не разглядит в нём грусти. Омега будет до последнего всем улыбаться и показывать, что у него всё отлично. Первый, кому он улыбается, это себе в зеркало, когда папа надевает на его шею подарок Алехандро. Тэхён долго вертит сердце в пальцах, думая о той ночи. Ему хочется побыстрее увидеть Чонгука, рядом с ним он может не притворяться, что чувствует себя неважно. — Волнуешься? — Руи поправляет кудрявые волосы сына и надевает на его голову небольшую тиару с драгоценными камнями. — Нет, — уверенно отвечает Тэхён, и соль подступает к глазам, но он не плачет. Уже нечем. Омега оборачивается к родителю и берёт его за руки. — Пап, представь, что это всё по-настоящему. — Сложно. Тэхёну сложнее. Он улыбается папе натянуто, но сам может представить, что у них с Алехандро всё взаимно. Омега не горит былой ненавистью, каждый раз его что-то в мужчине подкупает. И в такой день он не желает думать о плохом, какие бы подводные камни не были в море, имя которому Чонгук. Тэхён уверен в своих силах. Он будет в центре внимания сотен людей, ему нужно выглядеть на сто и ни одной душе не позволить усомниться в искренности своих чувств, иначе Эскобар никогда не исчезнет. На улице ждёт лимузин и отец, а у Тэхёна ноги будто деревянные, с трудом передвигается, стараясь выглядеть счастливо, когда его провожают. Он до конца не понимал, что происходит. Чем ближе к ЗАГСу, тем сложнее дышать. Парень стал мять букет в руках, поглядывая на родителей, но им говорить в лицо не нужно, что всё ужасно, они это видят по своему ребёнку. Ортис только не покупается на чувства сына, зная, что между ним и Эскобаром что-то большее было и есть. Альфа не будет ничего говорить Тэхёну, сделает вид, что рад этой проклятой свадьбе. В конце концов родственники, узнав обо всём этом, желали молодым только счастья, забывая о традициях и думая лишь о деньгах Алехандро. Охраны было больше, чем гостей. Территория вокруг ЗАГСа ограждена автомобилями и людьми в тёмных костюмах. Тэхён не беспокоился о своей безопасности, но в такой обстановке задумался о том, почему Алехандро не захотел зарегистрировать брак где-то за пределами города, потому что это уже чересчур. Он выделился, но омега этого не одобряет. Его и без того трясёт, хоть бы сознание от страха не потерять. И тогда Тэхён понял, что навсегда останется в этом тёмном мире. Его будет охранять не закон, а наркодилеры. Вся проблема этого города состояла в том, что законом здесь был Алехандро Эскобар. Тэхён его щит, он же оружие и страховка. Но омега не знал, что так же был сердцем мужчины. Взяв отца под руку, они направились к зданию; омега смотрел себе под ноги, перестав доверять им. Идя по длинному коридору, перед глазами пролетели те месяцы, что он был знаком с Алехандро, и омегу посетила мысль сбежать. Наплевать на всё и исчезнуть навсегда, найти место, куда Эскобар никогда не доберётся и доживать свою жизнь. В страхе без Чонгука, нежели с ним рядом, но Тэхёну его любовь к семье не позволяет. Он презирает родителей за такое отношение к себе, но больше всего презирает себя за то, что сдался так быстро. Тэхён теперь взрослый, ему нужно заботиться о себе самому, не рассчитывать на помощь семьи, но что делать с желанием до конца жизни быть под чьим-то контролем? Отец поглаживает его руку, когда они входят в главный зал. Играет музыка, гости оборачиваются, рассматривая Тэхёна. Кто-то видит его впервые, поражаясь красоте юного омеги, но знакомые лица парень замечает перед собой. Филипп и Юнги свидетели, стоят по обе стороны от Алехандро. Омега от его вида мурашками покрывается, отпускает руку отца раньше времени, подходя к мужчине. Чонгук не может поверить, что всё это с ним происходит, но быстро одёргивает себя, что свадьба — фикция, а Тэхён не его омега. Маленький принц стоит напротив, его потрясывает немного, но в глазах полная уверенность. Чонгук на его образ бы молился. Омегу хочется поскорее прижать к себе, но мужчина настолько ослеплён им, что и поприветствовать не может. Регистратор заговаривает, не давая альфе шанса уронить хоть слово. Тэхён не уводит взгляда, заметив, что Алехандро смотрит на свой подарок на его шее и улыбается. Он хотел бы сказать омеге пару слов до того, как всё состоится, уверить его в правильности их действий и уничтожить сомнения, но Тэхён не выглядит подавленно. Чонгук ему почти верит. Этот праздник не для них. Если бы альфа решился всерьёз жениться, сделал бы это тихо, как когда-то в далёком прошлом. Чтобы без фальшивых улыбок, ненужных людей и сожаления. Алехандро делает Тэхёну больно одним своим присутствием рядом и с тем же успокаивает. Это приятная боль, как от ностальгии. Парень не жалуется, блестящими глазами смотрит на Чонгука, когда он без промедлений на вопрос регистратора отвечает уверенно: «да». А Тэхён запинается, мужчина берёт его за руку, и для омеги никого больше в зале, кроме них, не существует. Омега после такого в ад попадёт, но там ведь нет места его здравым суждениям. Там нет лжи, обид, ненависти. Там и любви нет, но в этом парень сомневается. Главное, что нет надежд. Тэхён все их оставил после своего «да». И он понял, что никогда не чувствовал к Алехандро именно то чувство, огненным шаром собирающееся у него под сердцем, называющееся ненавистью. Омега ненавидел не альфу, а то, что чувствовал к нему. Казалось, больше можно не притворяться, привести в покой свои мысли, отпустить тревогу тела. Тэхён избавился от лицемерия и страха перед Чонгуком. Его будто спросили: «готов ли ты начать с чистого листа?». И омега свой ответ дал. Эта порочная связь вызывает у него ураган внутри, но Тэхён честен в том что чувствует. Он надевает на палец мужчины кольцо и будет откровенным, как только тоже самое делает Чонгук, чувствует, как поднимается со дна. Так стоило ли бояться? Альфа наклоняется, чтобы поцеловать его, но лишь мягко чмокает в уголок губ так, что никто и не понимает, что поцелуя не состоялось. Тэхён ему бесконечно благодарен. Этот ад кажется раем, потому что Алехандро и Тэхён для него созданы. Для чего плакать, что ты не рождён для лучшего, если в конечном итоге погибнешь под натиском чувств? Зло всегда побеждает. — Тэхён Эскобар, — улыбается Чонгук, подхватывая омегу на руки. — Тебе очень идёт, малыш. Альфа утаскивает парня раньше, чем их успевают поздравить, а позднее все встречаются в ресторане. Алехандро из поля зрения омеги исчезает, он слышал как кто-то говорил о Донах. Значит, его муж ушёл к ним. Тэхён не остаётся в одиночестве, но родители и дедушки его не готовы поздравить, как бы ни улыбался парень, чувствуя себя хорошо, поэтому быстро омега их отправляет обратно, чтобы не портить себе настроение. К Тэхёну подходит Юнги, который в отличие от взрослых людей не пытается свалить на него реальность. Для омеги это и правда праздник, больше не свадьба, а успех картеля, который со дня на день станет намного сильнее. Об этом Тэхён и не думает, он проводит время с Юнги, а после и с Кики, по которому видно, что он не особо счастлив, но нового члена семьи Эскобар ничего не волнует, кроме своей значимости. Вернувшийся Чонгук быстро избавляет супруга от компании и ведёт танцевать. Взглядов будто в сто раз больше становится. Тэхён ощущает каждый, он впивается ему в спину иглами, пока Алехандро не кладёт широкую ладонь на его лопатки, закрывая омегу от завистников. Много людей из картеля, родственников, но так же достаточно тех, кто сам не прочь оказаться на месте Тэхёна, обнимать такого, как Чонгук, и гордо носить золотое кольцо на пальце. — Не устал? — медленно покачивается в танце с омегой мужчина. — Нет, но людей так много… Чувствую себя не очень комфортно, — любуется альфой Тэхён, кладя руки ему на грудь, потому что до шеи не дотягивает. Чонгук усмехается. — Что? — Ты сегодня особенно красив, — шепчет на ухо мужу он, закрывая собой ото всех. Тэхён — его святыня, нескончаемый источник энергии. В конце концов каждый человек для кого-то святой. Алехандро молился всю жизнь, но чем старше становился, тем отчётливее понимал, что это бессмысленно. Надеяться не на кого, кроме себя, или же альфа просто не был любимчиком Всевышнего. Потому что, когда он входил в церковь, гасли все свечи. Разве был он злом или существовало в его душе что-то тёмное, от чего отреклись небеса? Тогда кто подарил ему шанс видеть перед собой Тэхёна? Чонгук, наверное, любимый сын сатаны. — Вы смущаете меня, — прячет лицо в его груди омега. — Можно на «ты», — целует мужа в макушку Чонгук. У родителей омеги, наблюдающих за танцующей парой, отвращение к картинке, несмотря на то, каким счастливым выглядит их сын. Сам тянется к Алехандро и поэтому Ортису хочется напиться. Его маленького Тэхёна развратили умытые кровью руки Эскобара, а теперь они могут касаться омегу так, как хочется мужчине. Кабрера не избавиться от своих фантазий. — Выглядят так, будто действительно любят друг друга, — размышляет сидящий за столом Сокджин, выпивая в компании Хосока. — Уже не модно брать в мужья детей, — хмыкает Варгас, в сторону Юнги, поедающего сладости, смотря. — Сам бы женился на таком омеге? — На таком без сомнений, — любуется Тэхёном мужчина. — А на другом, моложе пятнадцати, нет. — Алехандро просто повезло: либо он задурил голову этому мальчишке, но он так смотрит на него, что сомнений почти не остаётся, — возвращает взгляд к молодожёнам Хосок, — они друг без друга дышать не могут. — Не разводи сопли, — цокает альфа. — Романтика ни к чему. Чимин, вопреки запрету отца не ехать на свадьбу Алехандро, здесь появился вместе с Минги и его семьёй. Омега старался далеко не отходить от друга, плохо чувствуя себя. Веселиться совсем не получалось. Он был рад за Эскобара, но при виде его супруга задался вопросами. Тэхён казался таким крошечным по сравнению с Алехандро, но оба они сияли. В их чувствах Чимин не сомневался. В середине вечера, когда все кто желал урвать кусочек внимания Чонгука, его получили, омега подошёл к нему, чтобы поздравить. — Сеньор, Эскобар! — воскликнул Алварез. Чонгук стоял в компании своего мужа, пил алкоголь, а Тэхён сок. — Всё-таки приехал, — одарил омегу улыбкой мужчина. — Я думал, отец тебе не позволит. — Пришлось сбежать, — говорит парень, не жалея о своём поступке. — Но всё в порядке? — уточняет Эскобар, поглаживая по спине своего мужа. — Не хочется проблем с сеньором Алварезом. — Уверяю вас, ему плевать на самом деле где я и с кем, — смотрит на омегу Чимин. — Приятно познакомиться лично, — протягивает руку ему парень, и Тэхён несмело пожимает её. — Малыш, это сын Фабио, — поясняет Чонгук омеге. — Чимин Алварез. — Наслышан о вашем отце, — фыркает Тэхён, желая сменить компанию. — Как он себя чувствует, золотце? — усмехается Алехандро, а его мужа от последнего слова передёргивает. Он и не заметил как ревность перелилась через край, и неосознанно Тэхён подошёл ближе к мужчине, прилипая, как банный лист, к его боку. Чонгук смену в настроении почувствовал, крепче прижав к себе. — Его нога в порядке? — сменив тон не на такой дружелюбный, спросил альфа. — Жить будет. К ним присоединяется Сокджин, предлагая Чонгуку выпить, и тоже знакомится с Тэхёном ближе. Омеге этот альфа симпатизирует, но было в его взгляде что-то отталкивающее. Парень так и не отлип от Алехандро, давая больше поводов всем людям в ресторане перестать сомневаться в этой игре. Почему-то в этот день, когда он думал, что в последний раз мог дышать свободно, Тэхён начал многое осознавать. Его мир изменился резко, но не сейчас, а намного раньше, после первой встречи с Алехандро. Омега хотел бежать от него, а теперь шага не может сделать без него. — А этого кто позвал? — замечает Монтойя среди гостей Сокджин. — Знакомы? — тоже смотрит в сторону омеги Чонгук. — Я его пригласил, чтобы всё в красках рассказал. Он единственный журналист здесь. — Мне он ничего не сказал, — хмурится мужчина. — Вы контролируете этого омегу? — вклинивается Чимин. — Или он ваш? — Перекрестись, — бросает омеге Сокджин. — Шлюшка он, не удивлюсь, если с твоей крысой одно дерьмо жрёт, Алехандро. — Кстати о крысе, — выпивает мужчина и продолжает: — Тихо в последнее время, но, даже если она где-то здесь, на хвост я ей наступлю. — Каким образом? — Есть много способов, но сейчас не о работе. У меня свадьба, сеньор Весенте. Давайте отдыхать, — гладит щёку Тэхёна мужчина. — Поедете ко мне? — Боюсь, не смогу, — выглядит виновато альфа. — Нам нужно вернуться, много работы. И Хосок куда-то пропал. — Я видел его с Юнги, — тихо говорит Тэхён. — Надеюсь, — вздыхает Эскобар, — что они не переедят сладкого. — Поздно, сеньор, — смеётся Чимин. — Они пьют из шоколадного фонтана. — Мой лучший киллер, — не удивляется дикости друга Сокджин. У Юнги было только две задачи на этот день: поздравить брата и друга и наесться до отвала сладостей. Омега ничего не мог с собой поделать, организм требовал и Юнги ему не перечил. Его живот сплошь был забит сладостями, а после на глаза попался шоколадный фонтан. Парень, прихватив с одного из столиков печенье, отправился экспериментировать. Увидеть Хосока он не ожидал и давно забыл о существовании этого альфы, не вспоминая стычку в парке. Здесь были персонажи намного поинтереснее, например, Минги Мартинес. — Зубы не болят? — Весенте насмехается, но не со злости. Юнги выглядит забавно. Он только успел обмакнуть печенье и съесть его, как парня прервали. Хосоку нравится то, что этот омега без комплексов. Плевал на всех, кто в зале. Делает, что ему хочется и не боится быть опозоренным. Альфа берет печенье из его вазочки и повторяет за Юнги, оценивая шоколад на сто из десяти. — Смотрите, чтобы у вас ничего не заболело, — огрызается омега и продолжает трапезничать. — Мой брат рядом, так что не думайте вступать со мной в бой. — Мы тогда друг друга недопоняли. Я не хотел тебя обидеть. — Мне было хреново и вы пристали. Такого оправдания достаточно? Хосок улыбается ему, забывая о ссоре. Не то, чтобы он думал об этом всё время. Забыл так же, как и Юнги, но вновь рад его видеть. Они и правда из ничего создали драму. Хосок думает, с Медельинским картелем стоит дружить, а не зарабатывать себе новых врагов. В конце концов с какой стати мужчина должен обижаться на ребёнка? Альфа уже не думает об инциденте. — Вполне. Что думаешь о свадьбе? — Не знаю, — бросает печенье омега и пьет шоколад, наклонившись к столу. — Брата я люблю, Тэхён мой лучший друг. Это странно, но я переживу. — Ты испачкался, — улыбается Хосок. Юнги и не пытается утереть рот, а даже если вздумает, альфа предчувствует, что парень сделает это рукавом пиджака. — Мне не перед кем красоваться. Самому слабо? — Юнги определённо любил брать людей на слабо, но и Хосок не чурается такого, поэтому тоже пьёт шоколад, забыв о манерах, и не замечает, как омега фотографирует его. — Удали! — пока мужчина вытирает рот салфеткой, омега сбегает, звонко смеясь. Хосок и в этот раз покупается на манипуляцию и бежит за ним, но погоня быстро кончается, когда Юнги прилетает в чужую спину и мигом извиняется, пока не понимает в кого именно он влетел. Минги и Максимо Мартинес косятся на парня с пренебрежением. Альфа пытается не показывать искренних чувств, внутренне смеясь над глупым омегой, врезавшимся в него, а его папа в шоке от невоспитанности Эскобара, залпом допивает вино в своём бокале и оценивающе рассматривает Юнги. — Мда, — цокает мужчина. — Хорошо, что это были всего лишь слухи. Не хотелось бы мне заиметь в семье такую неряху, — звучит оскорбительно, но Юнги ответить не может. Он поднимает круглые глаза на Минги, но тот ничего не отвечает, чтобы слухи же и не подтвердить. Ему должно быть всё равно на Юнги Эскобара, его жизнь, поведение. Максимо груб, но сын его списывает это на волнение за себя, поэтому позволяет посмеяться над омегой. — Юнги, — Хосок только успевает ухватить парня за руку, как из неё валится телефон. У омеги глаза блестят от слёз, но он до последнего пытается не заплакать. Ему плевать на слова какого-то омеги, считающего себя важной фигурой в мире мафии. Максимо всего лишь красивый мужчина, но внутри всё равно одна гниль. У Юнги задатки души имелись. Минги в другой раз не позволил бы ранить омегу, как бы ни относился к нему, но стоило мысли приструнить папу появиться в голове, как подоспел Варгас. — Что случилось? — Ничего, — поднимает свой телефон омега. — Мне надо на воздух, здесь плохо пахнет, — фыркает он, оборачиваясь на пятках. — Нафталином что ли? Не пойму, — Юнги уходит с Хосоком, и Минги позволяет себе смешок. Тэхён вновь остаётся наедине с Чонгуком, пара наслаждается выступлениями купленных на вечер звёзд с гостями. Постепенно приходит усталость, омега кладёт голову на плечо мужчины, совсем забываясь в своих чувствах, а Алехандро думать не может перестать о предателе в своих рядах, внимательно смотря за всеми, кто в зале. Он пригласил Дани больше не для того, чтобы омега похвастался коллегам где был. Этот парень был связан с тем, кто дышит Чонгуку в затылок, придумывая свой злодейский план. Цели его неизвестны. Пока Монтойя казался обычным гостем, не разговаривая ни с кем подозрительным. — Позволите? — Чимин улыбается Дани, и получив кивок, присоединяется к омеге. Компанию Минги омега потерял, тот оставался рядом с семьёй, не подпускавшей его ни к кому лишний раз, что только смех вызывало. Будто Чимин мог укусить альфу или предложить сбежать отсюда. Завтра он всё равно собирался ехать к отцу, прекращая бессмысленную ссору, но раньше положенного Алварез не уедет. Остаётся у Алехандро, как и ещё несколько гостей, которым он предложил провести ночь у него, не отпуская на ночь в город. Отец будет в бешенстве, когда узнает, как Чимин развлекался в Медельине, но всё это будет завтра. — Не думал, что смогу познакомиться с вами, — у Дани тахикардия от младшего Алвареза. В себя он от самого приглашения Алехандро не пришёл и с каждым гостем, пообщавшимся с ним, его то в жар, то в холод бросает. Чимин вишенка на торте, омега, к которому, кажется, никогда нельзя подступиться, сидит с ним за одним столом и не выглядит враждебно настроенным. — Перестаньте, я же не знаменитость какая-то, — усмехается Алварез. — А вот вы редкость для свадьбы наркобарона. Уже написали черновик? — Думаете, я солью всё, что здесь было? — обижается омега. — У меня есть руководство. Что оно скажет, то я и сделаю. Ничего лишнего, не хочется ругаться с сеньором Эскобаром. — Хорошо, что вы это понимаете. — Алехандро хочет вас видеть, — подходит к столику омег Филипп. — Сеньор Монтойя. — А он гостей вниманием не обделяет — хмыкает Чимин. — Идите, Дани, — журналист в предвкушении покидает омегу, но его место занимает Филипп. — Очень мило с вашей стороны не оставлять меня в одиночестве, но мне и одному хорошо. — При всём уважении, — скалится мужчина, — но мне спокойнее, когда вы на виду. — В чём вы меня подозреваете? — Алехандро может доверять вам, но я предпочитаю не полагаться на внутренние ощущения, а верить фактам, — поскрипывает кожей перчаток альфа. — Фактам? — омегу слова не задевают, но неприятное чувство в груди поселяется. — Вы ошибаетесь, если думаете, что я мог пойти против Эскобара. — Время покажет. Ты — Алварез, я им никогда не доверял, — уходит мужчина, оставив Чимина с горькой улыбкой на лице.

🚬

После ресторана часть гостей разъезжается, а половина оказывается в доме Эскобара. В этом насквозь пропахшем кровью месте не было взаимопонимания, мудрости, согласия. Только замытые следы преступлений, зловещий шёпот в тёмных углах и меняющийся облик переменных. Это бал сатаны. Особняк был отделан в светлых тонах, но это не мешало Тэхёну представлять как по стенам стекала алая густая кровь. Как в кустах роз прятались монстры, пусть и все они ходили рядом, в людей переодетые. Одни демоны вокруг, жрут, пьют, пугают своими улыбками, скаля зубы. Тэхён среди них ангел без крыльев, без надежды. Наедине с леденящей душу тенью самого дьявола в кромешной темноте. К омеге медленно начала тянуть свои когтистые лапы ночь, принц превращался в чудовище. Омега смотрел на Чонгука, и глаза того блестели. Это всё алкоголь, но Тэхён перестал чувствовать себя счастливым, когда на него смотрели так, будто хотели съесть. Всё было также: музыка, люди, выпивка, еда. А омегу тянуло в сон, что мог стать спасением на несколько часов. Он ни с кем не хотел говорить, прячась от людей в одиночестве. Все его друзья разъехались, и даже Юнги поспешил скрыться, а Тэхён один на один с Алехандро в невыносимой обстановке запоздалого ужаса. Свадьба кончилась, с омеги спала пелена. Он каким-то образом допустил, что этот спектакль настоящий, и затерялся в своих чувствах. Роль Тэхён сыграл до конца, достойно выдерживая всё, но время снять шкуру мужа Эскобара пришло. Омега оторвал Чонгука от гостей и отвёл подальше, еле стоя на ногах от усталости. — Можно я пойду спать? — спросил он, сдерживая зевок. — Вы ведь сами справитесь? — Пойдём, — Чонгук оставил позади всех и повёл омегу в свою комнату. — Мы же не будем спать вместе? — внутренне сжался омега, застыв на пороге знакомой спальни. — Нет, малыш, — поспешил успокоить омегу мужчина. — Давай я дам тебе что-нибудь, чтобы ты переоделся. Твою одежду привезут завтра, но если хочешь, то мы купим новую. — Нет, нет, — машет руками парень. — Я дождусь её, но костюм и правда стоит сменить. Чонгук ненадолго пропадает в гардеробной, пока Тэхён снимает пиджак и смиренно дожидается его в комнате. Наверное, стоило попрощаться с родителями. Но думается, надолго никто не останется после того, как он уснёт. Альфа приносит в руках розовую футболку, с хмельной улыбкой вручая мужу. — Тебе подойдёт. — Вы такое носите? — усмехается Тэхён, но футболку, которая явно ему не по размеру, забирает. — Юнги подарил в отместку за свои пищащие сандалии. И я повторюсь, можно «ты». — Вы умеете делать друг другу подарки, — встаёт с кровати парень. — Где я могу… — В ванной, — указывает на дверь альфа и, как только омега уходит, занимает его место, дожидаясь. Тэхён никогда бы не подумал, что ему придётся чувствовать себя, как дома в таком месте. Но пережитый день сказывается на нём, и в голову ничего, кроме мягкой постели не лезет. Омега надевает футболку, доходящую ему до колен, и возвращается к Эскобару, замявшись. Алехандро взгляд старается не задерживать на нём и расправляет одеяло. — Ложись. Тэхён ныряет под одеяло, словив себя на мысли, что не хочет, чтобы альфа уходил, пока он не заснёт. Хотя омеги хватило бы минуты отключиться до самого утра. Он теребил кольцо на пальце, замечая, как Чонгук смотрит на него, будто решается на что-то, но всё же отходит от него. Алехандро не позволит себе ничего, что могло бы обидеть Тэхёна. Он не целует его на ночь в лоб, посчитав, что сегодня достаточно позволил себе лишнего. — Я буду внизу, малыш, — открывая дверь, говорит он. — Спи спокойно, — слышится хлопок, и Тэхён мигом закрывает глаза. Ему не мешает блеклый свет торшеров и звуки с улицы. Он засыпает.

🚬

В это туманное зимнее утро, вызывающее озноб, Тэхён проснулся с улыбкой, но та быстро сменилась, когда он осмотрелся. Он всё ещё в комнате Чонгука, а самого альфы рядом нет. Омеге приснился прекрасный сон, в котором он никогда не знал такого как Алехандро. В комнате был его запах, им пахла постель, кажется, сам Тэхён пропитался этим ароматом. Хотелось сходить в душ, но сначала парень собрался закрыть двери на балкон. С улицы веяло остатками еды с праздника, цветами и дымом. Послышался взрыв, и омега спрыгнул с постели, поняв, что именно он ранее разбудил его. А он всё так же один, стоит не понимает, что могло случиться. Тэхён выходит на балкон, откуда хорошо видно, как в метрах тридцати от ворот горит одна из машин Чонгука. Омега выбегает в коридор, посчитав, что его муж находился в машине. Всё сходилось так точно. Наверное, Алехандро поехал на работу и его настигла смерть прямо под собственным домом. Тэхён заплакал от испуга, пролетая по лестнице, и уже на террасе смог увидеть живого и невредимого Чонгука. Он вёл себя не как обычно, вздрагивая на месте и матерясь на свою охрану. Что-то точно случилось, но зарёванному омеге знать лишь хотелось о том, что Алехандро жив. — Проснулся? — мужчина, поймав омегу взглядом, успокоился, но фикция в его глазах была настолько очевидна, что Тэхёну стало в разы хуже. — Всё хорошо, — Чонгук быстрыми шагами идёт к нему, чтобы подхватить на руки и успокоить. — Я видел машину, — обнимает альфу за шею Тэхён, пряча слёзы на его груди. — Алварез, — заговаривает рядом стоящий с ними Филипп. — Снова? — пуще прежнего трясётся парень. — Фабио Алварез думал, что в машине будет Алехандро, — Филипп тоже нервно ходит на одном месте, но пытается держать себя в руках нежели Эскобар. — Но в ней был его сын. Чимин поехал домой. Осечка вышла. — Мы не знали, — стирает слёзы с щёк омеги Чонгук. — Мне очень жаль. Тэхён не понимает, как это могло произойти, а как представит, что Алехандро мог быть на месте Чимина, ему снова рыдать хочется. Смерть альфы он воспринимать уже ни в каком виде не может, но и ни в чём неповинного омеги тоже. Собственный отец… Это его наказание за былые дела? Потому что Тэхён ни за что не поверит, что Алехандро специально это подстроил после всего, что омега вчера видел.