Carmen

Алехандро сдержанной улыбкой приветствует идущего в его сторону Юнги, машина которого осталась за пределами территории. Омега занимает второе на террасе кресло, пока брат занимается документацией, и просит у прислуги сок. Юнги знает, что происходит, в то время как Чонгук делает вид, что парень ошибается. Краем уха омега подслушал, что у Алехандро встреча с бывшим мужем произошла, и жаждал подробностей, но ему никто их не давал. Юнги ненавидел Тэхёна всем сердцем, но продолжал переживать за брата. С виду, может Чонгук и выглядел, как обычно, но что-то подсказывало омеге, это было враньё. — Ты будешь пытаться снова убрать Фабио? — пьет яблочный сок омега, закинув ногу на ногу. — Не лезь в мои дела, — поднимает взгляд к нему альфа. — Кто тебе постоянно всё докладывает? — Разве это важнее твоей встречи с бывшим? — меняется в лице омега, сочувствующе смотря на старшего. Он готов поклясться, что видел трещины на брате. Бесследно такое не проходит. — Так тебя это волнует? — Гуки, я только хочу знать, что ты в порядке. — Ты думал, я буду в подушку реветь, увидев его? — смеётся Чонгук, потянувшись к сигаретам. — Юнги, я отпустил его в тот вечер, когда он меня на сопливого альфу променял. — А мне казалось, что намного раньше. — Тэхён меня ни в каком смысле не интересует. Мне важна только империя и наша семья. — Верю, — дует губы омега, с обидой смотря на альфу, который свои цели всегда будет выше его ставить. — Ну, раз ты в порядке, то я поехал. Чонгук молча провожает его фигуру взглядом, докуривая в одиночестве. И его вдруг совсем перестала волновать работа. Он крутит на репите короткий диалог с Тэхёном, возвращая себя мысленно в вечер, когда увидел его раненного без сознания. Как же тогда Эскобар страдал от одного только взгляда на него. Омеге не узнать, что альфы, тронувшие его, давно в могиле безымянной гниют, но Алехандро так проще. Привычки остались те же, но чувства другие. Деформировались за время. Чонгук знал, что эта встреча когда-то состоится. И он был уверен, что Тэхёна расстреляет на месте. Своё зло не было забыто, но казалось ничем по сравнению с тем, что сделал омега. Поэтому они уже не могли быть вместе. Судьба столкнула их лбами вновь, но ничего не изменилось. Недосказанность, обида, любовь. Они смогли выжить друг без друга и смогут снова. Между ними небольшое расстояние, сотни километров, но этого очень много для нового верного шага навстречу. Альфа представляет, как встретились бы они в других условиях, показал бы ему шрамы, которые сам себе оставил на сердце, осознавая глупости, что совершил. И долго бы рыдал на его коленях, умоляя просто выслушать его, даже не любить. Рассказал бы всю свою историю в сотый раз, прося понять его и принять таким, каков он есть. Алехандро верит, что уже сполна заплатил за свои чувства, и достоин хотя бы взгляда, не полного ненависти. Альфа тушит окурок в пепельнице, слыша, как брат уезжает, и глубоко задумывается. Всё ли так хорошо было в его жизни до встречи с Тэхёном.

🚬

— Ты совсем ахренел, Монтойя?! — подрывается со своего места Каррильо. — Забыл, что работаешь здесь только потому, что я тебе позволяю? — Я пытаюсь помочь, — сгибает пальцы в кулаки омега. — У меня есть наводка, и я только хочу, чтобы вы выслушали меня. — Полиция не станет помогать мафиози убивать друг друга и точка. Дани хлопает дверью кабинета полковника и возвращается на рабочее место, игнорируя звонивший телефон и коллег, указывающих ему на это. Порой он не понимает, какого черта делает здесь. Мог давно сбросить погоны и продолжать в одиночку справляться с поставленными целями. Дани хотелось как лучше, чтобы не усложнять работу Дарио, но никто как обычно не слушает его и не будет. Всё эти слухи об их связи. Омега не комментирует, он ставит задачу и решает ее, пока другие боятся. И хочет поскорее доказать себе, что способен на большее, чем от него хотят. После рабочего дня Дани возвращается в общежитие пешком, слушая музыку в наушниках, и не замечает, как за ним следует автомобиль. У подъезда омега вынимает провода из ушей и оборачивается, когда в него начинают светить фарами. Омеге хотелось верить, что это Дарио решил его чем-то порадовать, и по началу, как только тёмная фигура показалась, он так и решил, но быстро признал в человеке Сокджина. — Что такое? — весь подбирается, не зная, чего от мужчины ожидать. — Хотелось в лицо посмотреть тебе, — нависает над ним альфа. — Минги думает, тебе можно доверять, но не знает, как часто ты пропадаешь в Кали. — Ты следил за мной? — не уверен, стоит ему злиться или радоваться, потому что Сокджина не так просто встретить вечером. — Как низко ты упал. — Я должен быть начеку, чтобы ты ничего такого не выкинул. — Лично у меня всё по плану. Я не изменяю своим принципам, — задирает нос парень. — Ты им изменил, когда помогать мафии стал, мой мальчик, так что не строй недотрогу. Все знают, какой ты есть на самом деле, — с отвращением говорит Весенте, едва не сплёвывая парню под ноги. — А Дарио даже нравится, что я такой, — уходит Дани, в непонятных чувствах расставаясь с мужчиной, видеть которого чаще хотелось бы. — Никто не выживет, Дани. И как бы тебе ни хотелось мира, его не будет. Уйду я, придет кто-то другой, это закон вселенной. — Я верю только в один закон, — открыв дверь подъезда, смотрит на альфу, — бумеранг. Омега поднимается к себе в комнату, молча проходя среди парней, смотрящих телевизор, и закрывается в комнате. Упав на кровать, Дани зарывается в подушку лицом и промачивает её слезами. Он никогда не пожалеет о том, что вернулся. Не станет ругать себя за связь с Дарио. И не откажется от своего единства с Сокджином в картеле. Альфа же говорил… Дани всегда будет его частью. Пусть люди называют, как хотят, и подстилкой, и дураком, хоть виновником этой войны. Только бы возможность осталась видеть в живых обоих братьев. Дани запутался совсем что хорошо, а что плохо. Но знал и всегда будет, что его действия мотивированы собственными убеждениями. И Сокджин прав — никто не выживет. У Дани ещё есть время печалиться о том, что он не тому отдал своё сердце. Больной ублюдок, поздно осознавший, что каратель его есть и спасение. Из-за него он борется, держит на коротком поводке его брата, не дает смертельно цапнуть, трахается с ним по какому-то только Дани самому известному плану. Влюбляет в себя демона, что любить может только алую воду. И никто больше интересовать его не может, но как бы хотелось ошибаться… Сокджин для Дани корабль, утерянный в тёмных водах, его слезах, увиденных не тем. Имя его – забытая грешником молитва, срывающаяся с губ, в страхе потерять последнюю надежду на искупление. В мире крови нет понятие «прощение», людям знакома только вендетта и самоличное отречение от всех своих деяний. Дани не готов прощаться. Он растрачивает впустую нежность, которая зверя ласкает, но добрее не делает. А мог же отдать её другому, тот бы хранил, как самое дорогое, что у него есть. Отчего-то в этом сомнений нет. Она и предназначена свыше лишь ему, только стала уже непригодной. Дани узнает, что у него нет шансов. Время плакать есть, но возвращаться нет. Он не хотел признаваться себе, что у него то самое к альфе, который убить его хотел, а сейчас это никому не нужно. Одинокая любовь существует, выброшенная где-то на окраине мира, с простреленной плотью, но живым сердцем. Есть только одно «но». Она никому не нужна такая. Сколько бы Дани по битому стеклу, что раньше доверием было, не шёл, всё равно поскользнётся на собственной крови и упадет. И так без конца. Его прошитое насквозь сердце греть в руках, испачканных сажей, будет только один человек, орган которого сгорел когда-то в них же от боли и обид. Его тоже никто не любил. — Алло, Дарио? — утирает сопли из-под носа парень, перевернувшись на спину. — Ко мне приезжал Сокджин. — Что говорил? — Он знает про нас, но никому не говорит. — Странно, что он приехал сказать тебе это лично, — задумывается на том конце мужчина. — Впрочем, не бери в голову. Он хочет пошатнуть твою бдительность. — Я всегда начеку. — Хорошо, спокойной ночи, — кладет трубку альфа. Дани поднимается с кровати и идет к окну, за которым машины Весенте давно нет. Воспоминания, что вечны, будут преследовать омегу до конца жизни.

🚬

Чимин любит свою работу, она помогает ему забыть об отце и своих обязанностях, как сына Дона, которые омега и не думает выполнять. Коллеги отвлекают парня разговорами ни о чём, а утренний кофе бодрит, как ничто лучше. Когда же в двери входит первый посетитель, Алварез только на мгновение обращает внимание на это. Ему всё равно на то, кто это: омега, желающий заказать свадебное платье или пожилой альфа, выбирающий себе костюм, в котором уйдет. Люди приходят разные и требуют всякого. И даже когда входит Намджун Ледер, омегу это никак не волнует. Чимин приносит ему заказ молча, в глаза почти не смотрит. Это совсем ни к чему. Алварез знает, кто они друг для друга. Только жизнь намного сложнее, чтобы просто забыть о том, сколько всего между ними было, и остаться вместе. Их песенка спета, думают оба, но каждый внутри всё ещё чувствует бесконечную любовь, которая дает надежду на новый день. С такими чувствами принято делиться, но они закопали глубоко в себе их, и никому не показывают. Работа не сможет вечно отвлекать, в конце концов, всё вернётся на круги своя. — С прошедшим днём рождения, — натягивает улыбку на лицо Чимин. — Пятый десяток пошёл, а чувствую себя на двадцать, — тоже улыбается ему альфа, но с горечью, отпечатавшейся на лице. — Спасибо за форму. Мануэль успел потрепать тебе нервы? — Нет, что ты, — отмахивается парень, не желая вспоминать надоедливого омегу. — Я привык к его характеру. — Хорошо, — замялся альфа. — Мне пора на работу. — Конечно, — Чимин отпускает его с чистой совестью, но уверен, что это был самый нелепый разговор в его жизни. Алварез не возвращается к тому, что было. Ведь было оно слишком давно. Ещё до взрыва машины, прихода Намджуна на службу к отцу и его развода. Это будто другая жизнь. Чимин никому не говорил, но сожалел о своих ошибках. Сейчас он бы сделал всё иначе, но как бы ни подбирался ближе к чужому сердцу, оно своим стуком отбрасывало омегу всё дальше. Чимин оторвал от себя Намджуна вместе с куском души и это как раз-таки было не так уж и давно. Больше у парня не было тихой гавани в лице этого мужчины. Он ничейный, но всё равно недоступный. Чимин возвращается к работе, напрочь забыв о том, что его сердце трепетало ещё пять минут назад. День проходит в спокойствии, а вечер едва ли. Тэхён просит его приехать домой. Не торопясь, омега выезжает, надеясь, что отца дома не застанет. И на этот раз ему повезло. Алвареза настораживает выражение лица Тэхёна, когда он видит его в кухне, где парень гоняет чаи. Чимин прогоняет прислугу и закрывает дверь, сев напротив омеги за стол. — Знаешь, Минги звонил мне, предупреждал, что Эскобар может выкинуть что-то такое, но я его и слушать не стал, — признается он. — Прости. — Ты не виноват. Если бы ему попался дедушка, он бы его уже убил, — сканирует содержимое чашки Тэхён, стараясь не думать, что могло быть с Фабио. — Просто когда я увидел его… — Он что-то сказал? — Я соврал дедушке. Сказал, что Алехандро, узнав, что в машине был я, отправил меня в больницу и заставил своих людей уйти, якобы я вообще его не видел, но всё было не так. Я видел его, Чимин, мы говорили, — поднимает глаза, полные слёз. — Увидев его, я за секунду всё заново пережил. — И что тревожит тебя? — не делится тем, что сегодня утром то же самое испытал. — Проснулись чувства? Скучаешь? — Не знаю. Я не понимаю, что чувствую к нему, но больше всего меня пугает то, что он и правда мой альфа. И мне так стыдно перед Фабио. Жестокая любовь закалила сердце, но с тем же оставила его равнодушным ко всему. Взрослый парень вновь стал ребёнком, ищущем покоя в объятиях сатаны. Неразумные решения, сны с его участием и долгие дни одиночества. Время не может вылечить смертельное. От этого нет спасения, а недолговременное лекарство только сам Чонгук поставляет. Но вряд ли это сможет Тэхёну помочь. Когда-то ледяная нежность альфы всё равно заморозит всё хорошее между ними, и парень останется у разбитого корыта без золотой рыбки. Останется на берегу сожалений сплошь шрамами покрытый. Тэхён не знал до встречи с Эскобаром, что в нём жизни совсем не осталось. Но печальнее то, что они ничего не смогут восстановить. Про таких говорят, что их время ещё не пришло, но ошибки, совершенные в прошлом, не дадут ничего исправить. — Отец ничего не узнает, — берет руку омеги в свою ладонь Чимин, успокаивающе поглаживая её. — А про Эскобара даже не думай, у тебя давно другая лучшая жизнь, — Тэхёну говорит, но к себе те же слова относит. В этом они похожи. — Я честно, пытался все эти годы ненавидеть его. И до сих пор продолжаю, но теперь понимаю, почему он так поступает. Я бы делал тоже самое. — Не давай себе слабину, иначе он ударит тебя снова, и тогда ты умрёшь. — Я стараюсь. Через час Чимин уезжает домой, куда к нему никто не приедет, чтобы приободрить. Он останется всё таким же потерянным, в мыслях о том, почему жизнь такая сложная штука. Какие истинные причины у людей не быть вместе, если они друг другу нужны? Почему нельзя простить друг друга, забыв всё плохое? Обстоятельства. Они вечно всё портят. Утро выдается не из лучших. Чимин всё на свете проспал, ждал такси двадцать минут, и в итоге попал в пробку. Не то, чтобы без него в ателье всё развалится, но сегодня нужно отдать два важных заказа, а такое дело, доверить рабочим он не мог. Устав ждать, пока машины рассосутся, омега расплатился и вышел на тротуар. Пешком будет быстрее, и погода позволяла прогуляться, если прогулкой можно было назвать быструю ходьбу. Алварезу уже пару раз звонили с работы, но как бы он ни торопился, ему оставалось ещё далеко. И если бы он знал, чем этот день мог обернуться, наверное, сидел бы в машине. Взгляд поймал школьников, которые шли на обед. Чимин остановился, смотря на омег и альф, находя среди них знакомое лицо. На секунду показалось, что ошибся, но потом всё резко встало на свои места. Трое парней пошли против одного, потащив его в противоположную от столиков сторону. Чимин знает, что это не его дело. На месте парня ему тоже было бы неприятно, если бы за него заступались взрослые. Только это был не просто альфа, а сын Намджуна, с которым Чимину иногда приходилось нянчиться. Ему почти пятнадцать, но, кажется, ничего не изменилось. Какое-то время омега раздумывает, а потом своим чувствам сдается и бежит помогать Алонсо. Только парень опаздывает, находя альфу одного с разбитым носом. — Дай посмотрю, — отдирает его руки от лица омега, присев напротив на корточки. — Неплохо тебе досталось. — Заживёт, — по-настоящему мужским, уже сломанным голосом уверяет Алонсо. — Не сомневаюсь. Это у тебя не в первый раз, да? А отец знает? — Да кто ты… — парень промаргивается, и по взгляду его Чимин понимает, что был узнан. — А, бывший любовник отца. — Ну да, конечно, — смеётся омега. — Мог сказать, что я сын Фабио, или человек, который тебя конфетами кормил, но ты решил выбрать именно такое определение. Приятно. — Я не хотел. — Не важно, поднимайся, — помогает альфе встать парень. — Так, что ты забыл в школе в такое время? — У меня долгов полно и поведение плохое, пол лета здесь торчать. Чимин достаёт из сумочки салфетки и передает их Алонсо, поражаясь его сходству с отцом. Омега забывает о том, что куда-то торопился, переживая только за здоровье альфы. Он злится на его родителей, но не высказывает этого Алонсо. Кажется, всё и так понятно. — За что тебя так? — По-разному, не получается язык за зубами держать, — улыбается парень. — Это пустяк. — Домашнее обучение не пробовал? — Попробуй сказать это моему отцу. Я и так для него бездельник и ходячая проблема. — Хорошие у вас отношения в семье. — Какая там семья, — со злостью бросает испачканные кровью салфетки в урну Алонсо, и, закинув портфель на плечо, собирается уходить. — Эй, ты ещё долго в школе будешь? — окликает его Чимин. — Где-то час. — А после? — подходит парень, зная, что может об этом пожалеть. — Завалюсь домой, поиграю на компе. — А ко мне не хочешь? В смысле… Намджун ведь будет волноваться, если тебя дома не застанет? — играет бровями парень. — Ход мыслей понятен. — Я съезжу на работу и вернусь сюда через час. Между прочим, это я шил твою форму, так что аккуратнее. Алонсо снимает невидимую шляпу и уходит на обед. Чимин быстро разбирается с делами на работе, и возвращается в школу. Он знает, почему делает это, но себе признаваться не хочет. Это так по-детски глупо, но отступать омега не собирался. Чимин чувствовал себя обязанным, как будто это из-за него семья Намджуна распалась. А на деле ему хотелось поставить на место семью Ледер, в основном Мануэля, который не мог своего сына даже защитить. В особняке Алвареза как всегда вкусно пахнет выпечкой, которую очень любит Тэхён. Светло и уютно, как в доме его дедушек, и, главное, пусто. Омега лежит на диване в гостиной, читая журнал. Отдыхает после утренней вылазки. Фабио не разрешает ему нагружать себя после ранения, чему парень не особо рад. — Тэхён! — слышится голос Чимина, омега удивляется, что тот забыл в такое время здесь, но не встает с насиженного места. — Твой новый друг? — увидев их, спрашивает омега. — Сын Намджуна. — Ах вот как далеко ты решил зайти, — хитро улыбается парень. — Алонсо побудет здесь до вечера, пока его ненаглядный отец не ринется искать его, — садится в ноги к парню Алварез. — Ты его похитил? — Это взаимно, — басит альфа. — Лучше торчать здесь, чем дома. — Что с носом? — встаёт Тэхён, осматривая лицо Алонсо. — Чимин? — Если бы это был я, он бы всё ещё валялся за школой без сознания, — закатывает глаза парень. — Не льсти себе. Тэхён просит прислугу накрыть стол на обед, пытаясь, мотивы Чимина понять. И где-то моментами завидует его решительности. Но продолжает напоминать себе, что даже один разговор с Чонгуком может напрочь стереть эти годы, и всё вернётся на круги своя. Тэхён ляжет в сырую землю, но такого не допустит. Алонсо отвлекает его разговорами о школе, рассказывает про верзил, что задирают его. Чимин то и дело смотрит на часы. И его мысли с омегой схожи. Несчастные, но сильные, чтобы этот крест нести. Раны исцелятся сами, а пока ни с места не сдвинуться, ни слова вымолвить. Настолько опустошённые тела. Позади романтика и восторги. Наивный дурак. Фраза о разделении жизни на «до» и «после» заиграла новыми красками. В десять вечера Алонсо звонит отец. Альфа долго смотрит на Чимина, и в итоге трубку сбрасывает. Парни продолжают смотреть фильм в домашнем кинотеатре Фабио. Старик же, приходит, как по расписанию, радуется появлению в доме сына и забывает о нём тут же, поднимаясь к себе. — Кто-то ещё приехал, — выходя в холл, говорит альфа, выглядывая в окно. — Это машина отца. — Я думал, он дольше будет думать, — подпирает стену спиной Алварез. — Сейчас будет весело, — остается Тэхён, когда в дом входит альфа, сразу находя взглядом сына. — Вы играете со мной? Я чуть с ума не сошёл! — кричит Намджун, но взгляд злобный омеге обращает, только он никак Чимина не трогает. — Что ты делаешь? — Я нашёл твоего сына избитым за школой и знаешь, обидно немного за свою работу, — дергает Алонсо за пиджак омега, ближе к себе. — Не мне рассказывать тебе, как детей воспитывать, но это же всё не в первый раз. Ты тупо забил на то, что у тебя сын. Если он взрослый, думаешь, ему внимания отца не хочется? — Я не вижу смысла продолжать этот разговор, — мрачнеет мужчина. — И, кстати, Мануэль потрепал мои нервы. Не при твоём сыне сказано, но если я эту суку в радиусе километра возле себя и моего ателье увижу, ты знаешь, что будет, — отталкивается ногой от стены Алварез, теряясь в другой комнате. — Что ж, — прокашливается Тэхён, — увидимся, Алонсо. Альфа улыбается ему, ничуть не тронутый ситуацией и плетется на выход за отцом. Омега ретируется к Чимину, едва не аплодируя ему за такую импровизацию, но понимает горечь на его душе. — Зачем ты это сделал? — остаётся стоять в дверях гостиной парень. — Я не хочу, чтобы эта семья хоть как-то была связана со мной. Мне так хотелось ткнуть Намджуна в его неправоту, но получилось всё совсем по-другому и снова страдаю я. — Нам пора перестать себя жалеть…

🚬

Намджун крепко сжимает кожу на руле, на сына не смотрит и сказать ничего не может. Им нечего обсуждать. Альфа понимает, если эту тему затронет, то она будничной в их доме станет. Свой страх Ледер уже проглотил, только ожидать никак не мог, что Алонсо у Чимина найдёт. Пробив местонахождение его мобильного, успел испугаться, что что-то случилось. Ох, если бы так, чем Алварез. С этой карусели не слезть, сам знает, но всё равно пытается. Намджун однажды дал Чимину шанс всё изменить, но омега отказался от его чувств и свои скрыл. Теперь альфа закопал в себе всё, что о Чимине напоминало. Нервные и измученные дни остались позади. Намджун обязан оградить от всего этого своих детей, а не идти по осколкам прошлого, при этом отмахиваясь от бывшего мужа. Это всё сложно, но Намджун хочет верить, что судьба не разлучает их, а наоборот. Альфа жалеет, что в ту ночь в клубе не взял его в охапку и домой не отвёз. Он же всегда знал, что Алварез чувствует тоже самое. Хоть бледными губами и шептал, что ни капельки его к Намджуну не тянет. Но мужчина всё же рисует их будущее в голове. А на смену приходит тревога и ужас всей ситуации. Секунду назад Намджун в сознании своём целовал Чимина, а сейчас в машине с сыном едет. Жизнь не так проста, как кажется. — Давай не будем говорить папе об этой ситуации? — смотрит на Намджуна сын, и мысленно альфа гордится им. — Я не хочу истерик, поэтому мы не скажем. Но твоё поведение в школе нужно обсудить. — Нет. Просто переведи меня на домашнее обучение. Я всё равно не перестану драться, пока меня достают. — Вот ещё! У тебя постоянно какие-то проблемы. Я понимаю, ты подросток, но порой стоит вести себя достойней. То ты омегу уводишь у мальчика, то защищаешь там кого-то, а в итоге тебе ломают нос. Научись быть сдержанней, — слова Алонсо расстраивают, но перепираться он не хочет. — Чимин мою идею поддержал. — Ещё бы он промолчал, — говорит себе под нос Намджун. — Запрещаю тебе с этим парнем видеться. — Запрети себе, — отворачивается парень, обнимая рюкзак.

🚬

— Как дела на работе? — накрывает стол для ужина Карлос, в то время, как Филипп хмуро смотрит в одну точку, игнорируя сына, что просит поиграть с ним. — В последнее время ты стал очень загруженным. Из-за Чонгука? — Всё в порядке, — пытается улыбнуться мужчина, но выходит криво, он сажает на руки ребёнка и целует в тёмный затылок. — Я устаю. — Когда же это кончится? Филипп вновь погружается в молчание. У него в голове ворох мыслей, покоя которым нет. Альфа всем телом чувствует, как приближается последняя в его жизни война, а у него никакого оружия в руках нет. Карлос переживает за него, но знает, что спрашивать что-то бесполезно. Он сам боится за семью, которая резко поредеть может. Этого омега не переживёт. Они вроде только построили этот песочный замок на берегу океана любви, но волны постоянно подмывают его. Никому не избежать последствий совершённого. — Знаешь, я не голоден, — отпускает сына Филипп и встаёт со стула. — Хочу голову проветрить. — Ты же только пришел. Альфа молча уходит. Он садится в машину, и, проведя в тишине ещё минуту, заводит мотор. Через три часа Филипп оказывается по-настоящему дома, но таковым назвать его не может. Потому что он не сын Фабио и не будущий Дон, а всего лишь здесь гость. Его не удивляет, что домашние не спят. Тэхён читает журнал в гостиной, а Алварез там же курит сигару и смотрит в телефон. Позднее появление Филиппа взбудоражило старика, но альфа заверяет, что всё в порядке. Ему в Медельине душно. Там каждый квартал пропитан кровью, в тени домов кажутся чудовища, хоть Мартин и знает, что он всего один и спит в своём доме, это не успокаивает. — Он ничего не задумал? — спрашивает мужчину Фабио, поглядывая на внука. — Вроде нет, затишье. — Ты от него? — влезает Тэхён. — Нет. Сегодня мы не виделись, — садится в кресло альфа, отстранённо на всё смотря. — Мы только и делаем, что обороняемся в последнее время. Надо бы в другую сторону ход игры повернуть, а то так и будем на одном месте топтаться. — Так займись этим, — строго говорит Алварез, иногда глупости Филиппа поражаясь. — Мы собираемся убить его или играть с ним. Ты в любой момент можешь курок спустить. В чём проблема? — Мне кажется, в последнее время он начал что-то подозревать. — И ты мне это сейчас говоришь?! — вопит старик. — Его нужно быстро убирать. — А что будет с Филиппом? — вновь встревает омега. — Он сухим не выйдет, а у него семья. — Тэхён, поверь мне, Матео и Сокджин хотят его смерти больше, чем я. Филипп замечает потухший взгляд омеги, брови вскидывая. Неужели это снова началось? — Действуй, — вставив сигару в зубы, удаляется Алварез. — Ты же знал, что он умрёт, — омеге говорит мужчина, складывая пальцы в замок. — Тогда убей его, — стеклянными глазами на него смотрит, сам знает, что Мартин смерти Алехандро не желает. Филипп его всю жизнь знает, они стали друг другу братьями. И альфа готов к тому, что узнай Эскобар правду о нём, убьет его первым. Это будет честно. Заслуженно. Филипп дружить не умеет так, как Чонгук. Мартин хочет получить своё так же, как и Алехандро. В этом они схожи. Как и в том, что семья всегда на первом месте. Чонгук научил, как играючи можно выйти из любой передряги. Но всё равно сам разбирался с косяками друга. Привил правильные мысли о том, что всего можно достичь, если есть желание. И всегда найдутся твои люди. Показал ему мир, дал возможность цели своей добиваться. Филипп его добротой пользуется, но знает, что она не вечная. Когда-то Чонгук выкинет его из близкого круга друзей. Филипп снова останется один. — Я бы мог. — Без сомнений, — язвой отзывается Тэхён.

🚬

— Чем занимаешься? — Минги наклоняется к папе через его плечо, смотря, что он выискивает в интернете. Максимо тут же блокирует телефон и оборачивается, целуя сына в щёку. — Секреты? — Ищу подарок твоему отцу на годовщину свадьбы. Альфа садится рядом с папой на диван, даже не пытаясь предположить, какой сюрприз сделать отцу. Он явно забудет о важной дате, ему совсем не до праздников. Но ужин праздничный одобрил бы. — Закажи столик в ресторане и купи какую-нибудь безделушку, — предлагает парень. — Отец всё равно думает только о работе. — Вот я и хочу его отвлечь. Из-за Эскобара он постоянно на взводе. — И не он один, — отвечает, а думать о демоне даже не хочет. — Я уверен, ты что-нибудь придумаешь. — Ты уже уезжаешь? — Нет, я поеду завтра. Пойду к себе, — Минги уходит в свою комнату. Там же скидывает чёрный пиджак на кровать и, подойдя к окну, наблюдает за тем, как машина отца останавливается во дворе. Уставший мужчина входит в дом, когда Минги теряется в ванной комнате. Смыв с себя сложный день, альфа садится на заправленную постель, смотря в экран телефона. Один пропущенный от Дани. — Что хотел? — перезванивает Мартинес, сидя в темноте. — Я просто… — невнятно бормочет омега. — Ошибся номером, забудь. — Как у тебя дела? — Продвигаются. — Всё нормально? У тебя такой голос, как будто ты на прицеле прямо сейчас, — смеётся альфа. — Ну, пока ещё нет. Мне пора. Минги бросает телефон на постель и сбрасывает полотенце. Обнаженным идёт к шкафу, переодевшись в удобную уличную одежду, и спускается вниз. Папа всё так же сидит в гостиной, отца не видно. Альфа уходит тихо, пусть лучше родители думают, что он спит. Сам же уезжает, отключив телефон. Час езды и Минги уже у бара, среди людей ему не сложно найти нужного. За стойкой с коктейлем сидит Юнги. Альфа просит у бармена воды, и садится рядом с омегой, заметив, что он не пьян. — Алехандро знает, что ты здесь? — Ещё чего, — фыркает парень. — Он думает, я вторые сутки шоппингом занимаюсь, а охранники умело покупают тряпки, и с моей карты каждые два часа списываются деньги. Всё продумано. — Что, наши бары лучше медельинских? — Я к тебе приехал. Ты обещал помочь, — дует губы Эскобар и сосет коктейль из трубочки. — Однажды я уже попался, но в этот раз ничто меня не остановит. — Меня пугает доверие людей ко мне. — Дело не в доверии. Ты мне информацию, я тебе документ с планом брата. Честно же? — Ты готов продать брата ради альфы? — Такого брата и врагу не пожелаешь. Тем более, у него сейчас другие заботы, — вспоминает о Тэхёне омега. — Скоро рвать и метать начнёт. Я при этом присутствовать не хочу. Пусть другие ему плечо для слёз подают. — Верно, — лезет в карман Минги. — Это то, что тебе нужно, — кладет на стойку флешку парень, начав сомневаться в своём решении помочь Юнги. Они не друзья, но и не враги. Только это не мешает одному из них другого кинуть. — Удачи. — Она мне очень понадобится, — сжимает в кулаке флешку Эскобар, горящими глазами смотря на Минги. Всё должно пройти идеально. — Свою часть уговора выполню, когда вернусь домой. — Не торопись. Разберись сначала со своим делом. Юнги допивает коктейль и уходит, предвкушая долгожданную, но не скорую встречу с Хосоком.

🚬

Пот стекает холодными каплями по спине. Тихие вздохи и море наслаждения. Лишь Тэхён этим не хвастается. Ему каждый толчок отдается дикой болью в руке, как напоминание о том, что недавно произошло. Омеге не нужен Гансало, не нужен этот секс, и он вообще не понимает, что делает здесь. Но сумбур в голове Тэхён привык заменять сумбурными действиями. Только в этот раз не помогает. Противоречивые действия душат его, а не рука альфы на шее, в экстазе закатывающим глаза. Омега не может избавиться от лица Эскобара перед глазами, и жалеть себя от того, что делал неверные выводы всю жизнь. Теперь он здесь. На чужой постели, с альфой, что кажется чужим, в чужом городе. В чужом теле. Горькое разочарование. Заигрался в чувства. Гансало второпях сердце своё выдирает и на блюдечке преподносит, а Тэхён своё цепями сковал. Захламил жизнь не теми людьми, а самого важного выбросил на помойку. — Люблю тебя, — шепчет Гансало ему на ухо. — Я тоже, — лживое признание. Тэхён приподнимается, чтобы пойти в душ и смыть с себя мерзкую сперму альфы, который по-прежнему ему чужой. А сам омега роднее ему, чем кто-либо. Пока парень кутается в свои воспоминания, другой живёт полной жизнью. Отдыхает после секса, закуривает в постели. Гансало чувствует себя хорошо – Тэхён хочет застрелиться. — Кто это? — хватает мобильный омеги альфа, но номер не подписан. Тэхён наизусть эти цифры знает и поначалу не верит в происходящее. Неужели он научился силой мысли его вызывать? — Я слушаю, — сглатывает ком в горле Тэхён, пытаясь альфе виду не подать, что звонит их общий кошмар. — Надо поговорить, — не просит, а настаивает строгим голосом Чонгук. Тэхён встаёт на ноги, чтобы уйти. Гансало заинтересованно следит за его фигурой, медленно удаляющейся. — Если не о нас, то я согласен. — Зачем мне говорить о нас? — омега чувствует, как Эскобар издевательски улыбается. — Ты что-то перепутал. Речь пойдёт о работе. Приезжай ко мне в город, тебя никто не тронет. — Что ты задумал? — спрашивает, но трубку уже бросили. Тэхён с обидой смотрит на черный экран телефона и открывает дверь в ванную. Он не глядит в зеркало, сразу в душ лезет. В себя спустя время приходит, понимая, что мобильный всё ещё в руках держит, и быстро бросает его в кучу грязного белья, хотя очень хотелось бы нырнуть туда самому.