The Wrong Turn

      12 июля 1998 года              После этого, узнавая ужасные новости каждый день, хорошее настроение было все труднее поддерживать. Проходили недели, они проводили большую часть дня, практикуя беспалочковую магию и навыки разума, добывая еду в супермаркетах (что было довольно легко, используя магию). Большинство ночей они проводили крепко обнявшись. И хотя это было приятно, всегда наступал момент, когда они задавались вопросом.              — Что теперь?               Столкнувшись с безвыходной ситуацией, было довольно трудно решить, что делать. Они не знали, жив ли кто-нибудь из их знакомых. А если они и живы, то как они могли с ними связаться? Они чувствовали себя совершенно одинокими, не имея никаких вариантов решения проблемы. Это подрывало их моральный дух.              В тот вечер Гермиона, как и много раз до этого, перебирала содержимое своей сумочки. Делюминатор Дамблдора, который Рон дал Гермионе на хранение, лежал в ее сумке. От нечего делать она щелкнула им, гася все светильники палатки и несколько раз зажигая их обратно.              — Это действительно необходимо? — возмутился Гарри, который пытался перечитать несколько абзацев из книги Снейпа.              — О… нет. Извини за это, — ответила она, убирая делюминатор в сумку.               Она потянулась вниз и взяла книгу, которую ей дал Дамблдор, «Сказки Барда Бидля». Она уже много раз пересматривала ее, ничего не находя. Она открыла ее вверх ногами, попробую что-то новое. Она перелистывала страницы, но ничего особенного не происходило.       «Что я делаю…» — подумала она, дойдя до задней обложки, которая, кстати, была передней, так как книга была перевернута. Она уже собиралась закрыть ее, когда что-то привлекло ее внимание. Что-то в нарисованных узорах на внутренней стороне обложки. Эти маленькие повторяющиеся узоры, нарисованные для украшения, представляли собой небольшие петли. Все они были одинаковыми, но в разных направлениях. Все, кроме одной. Здесь, в верхнем углу обложки, одна из маленьких петель заканчивалась по-другому, что делало ее похожей на стрелу. Она присмотрелась и обнаружила, что декоративная бумага на этом углу слегка приподнята. Она схватила этот уголок и потянула лист бумаги, отклеивая его от обложки.              — О Боже… — сказала Гермиона с удивлением на лице.               Гарри бросился посмотреть, что держит Гермиона. На обратной стороне декоративной бумаги было написано рукописное послание:              Дорогая Гермиона,              Если ты читаешь это послание, значит, ты была настолько отчаянной, что пыталась прочитать «Сказки Барда Бидля» вверх ногами.       Я предполагаю, что дела обстоят не лучшим образом, и вы в растерянности, не знаете, что делать дальше. Если это так, и ситуация действительно безнадежна, то у меня есть последний туз в рукаве, который может спасти ваше положение.              Я оставил вам свое величайшее открытие, которое мне так и не хватило смелости использовать. Вы найдете его в камере хранения под номером 45 на железнодорожном вокзале города Суонси в Уэльсе. Шкафчик откроется только каплей вашей крови.              Помните, что это средство, которое можно использовать только в том случае, если все действительно потеряно.              Искренне, до скорой встречи.              Альбус              Огромные улыбки быстро сменились удивлением, и они начали нервно смеяться. После двух месяцев в бегах, когда они дни и ночи проводили в раздумьях, что делать, величайшее изобретение Дамблдора действительно звучало потрясающе. И оно могло «спасти их день».              Это было таким благом. Наконец-то появился план, которому можно следовать, что-то, чем можно заняться, смутная надежда на мрачное будущее, с которым они столкнулись.              — Как послания Дамблдора всегда открываются в нужное время, меня просто поражает. Но наконец-то у нас что-то есть! — сказал Гарри.              — Давайте не будем слишком радоваться, мы не знаем, что это такое. Если Дамблдор так и не решился его использовать, это может иметь неприятные последствия, — сказала Гермиона, хотя, когда она это говорила, Гермиона почти дрожала от волнения.              — И что он имел в виду, говоря «до скорой встречи»?              — Я не знаю, но надеюсь, что он не планирует, что из-за его изобретения мы отправимся на тот свет!              — Суонси. Ты знаешь это? — спросил Гарри, который выглядел готовым отправиться прямо сейчас, куда бы это ни было.              — В письме говорится, что это в Уэльсе, но я припоминаю что-то такое на берегу моря, — сказала она, суматошно ища в сумке потрепанную карту Англии.              Она развернула карту, и они оба быстро забегала по ней глазами.              — Вот! — сказал Гарри. — Это не так далеко от того места, где мы находимся, может быть, в ста милях.              — Мы должны отправляться прямо сейчас? Может, полетим туда? Я не хочу ехать на общественном транспорте. Даже на вокзале нам придется быть осторожными.              — Да, полет звучит неплохо. Давай соберем вещи и полетим сегодня вечером. Ночью меньше риск быть замеченными. Мы разобьем лагерь недалеко от города и доберемся туда рано утром.              — Звучит здорово, отправляемся! — с энтузиазмом сказала Гермиона.              Они вышли на улицу, и по щелчку ее палочки палатка свернулась и аккуратно сложилась, а затем уменьшилась и отправилась в ее маленькую сумку. Гарри убрал наколдованную мебель, которую они использовали снаружи. После этого они сели на метлу Гарри, прикрепили сверху мантию-невидимку надёжно, как только могли, и скрылись во мраке ночи.              13 июля 1998 года. Небольшой лес недалеко от Суонси              Ночью они почти не могли заснуть из-за волнения, вызванного тем, что у них наконец-то появился шанс и есть чем заняться. Как только они решили, что уже достаточно поздно для открытия железнодорожной станции, а это было около 6 утра, они были готовы отправиться в путь.              Их план был прост: дойти пешком до вокзала, взять все, что там будет, и уйти.              Весь путь до вокзала они проделали под мантией-невидимкой, легко уворачиваясь от прохожих на улицах. Но когда они добрались до вокзала, это стало невозможным, так как приближался час пик, людей было слишком много, чтобы увернуться от каждого. Поэтому они зашли в темный укромный уголок и сняли плащ.              Они дошли до входа в вокзал и начали искать камеры хранения. Они спросили сотрудника вокзала, который указал им дорогу, прежде чем его глаза слегка расширились от удивления и страха. Он отвернулся и быстро пошел прочь.              — Вот это было странно, — сказала Гермиона.              — Как будто он узнал нас. И судя по его лицу, я не думаю, что это хорошая новость. Давай покончим с этим побыстрее.              Они двинулись в направлении, которое он им указал, пока Гарри через плечо следил за человеком. Теперь он разговаривал с маггловскими полицейскими, которые смотрели прямо им в спину.              — О-о-о, кажется, у нас проблемы. Полицейские следуют за нами.              — Проклятье, министерство, должно быть, объявило нас в розыск в маггловском мире, — сказала Гермиона с ноткой паники в голосе.              Они немного ускорились и достигли конца станции. Она заметила камеры хранения в коридоре слева от них. Как только они скрылись из виду офицера, они побежали к шкафчикам.              Гермиона быстро уколола палец о 45-й шкафчик и сразу после того, как он открылся, исчезла капелька крови.              Внутри оказалось нечто размером с крупное яблоко, завернутое в бумагу, и маленький блокнот. Она с нетерпением схватила их, готовая аппарировать прочь.       Но ничего не произошло. Она попыталась снова. По-прежнему ничего. Она встретилась взглядом с Гарри, который тоже пришёл к выводу, что были установлены антиаппарирующий барьер.              Они начали двигаться к одному из запасных выходов вокзала.              — Мантия, — прошептал Гарри.              Гермиона затолкала секретное оружие Дамблдора в свою сумку и вытащила мантию.              — Вот они! — крикнул мужчина, появившийся у выхода, к которому они направлялись.              Гермиона быстро накинула на них мантию, скрывая их тела.              Появились еще два человека, и первый сказал: «Это действительно они! Я видел их! Они просто прячутся под мантией-невидимкой. Давайте немедленно позовем Темного Лорда».              Один из вновь прибывших поспешно одернул рукав, обнажив Темную метку, на которую он нажал пальцем.              — Не дайте им уйти, иначе нам конец, — сказал он одновременно.              Третий произнес модифицированное заклинание Агуаменти, которое вызвало тонкую струю воды под давлением почти на двадцать метров. Поток не был достаточно сильным, чтобы сбить что-либо, но это и не было целью. Он двинул рукой по дуге вокруг них и вскоре попал в невидимую фигуру Гарри и Гермионы, которые пытались проскользнуть мимо них сбоку.              Как только их прикрытие было раскрыто, Гарри прыгнул на ближайшего и стремительно атаковал. Они повалили его на землю, и его голова издала тошнотворный треск. Гермиона бросила «конринго» между оставшимися двумя. Тот, что был ближе к взрыву, отлетел в сторону, его руку оторвало ударом. Но другой, тот, что с Темной меткой, уже успел наколдовать щит, укрываясь от сильнейшего взрыва. Они начали дуэль, но вскоре Гарри поднялся, оправившись от взрыва, и оглушил Пожирателя смерти, который не заметил, как он поднялся.              В то же время появилось еще больше Пожирателей, блокировавших выход.              Гермиона кинула во входную арку сильное взрывное проклятие, как это сделал Гарри в Хогвартсе, и вход обрушился, вызвав полный хаос. Последние оставшиеся маглы оправились от шока, увидев, как люди пытаются убить друг друга маленькими деревянными палочками, разбрасывая воду, искры и взрывчатку, и теперь пытались убежать в слепой панике, потрясенные взрывом.              Гермиона и Гарри бросились бежать обратно в здание вокзала, так как это был единственный путь для отступления. Подойдя к камерам хранения, они увидели, что главный вход им не подходит. Оттуда к ним уже бежали Пожиратели смерти.              Они повернули к единственному оставшемуся выходу: к железнодорожным платформам.              Над их головами пролетали заклинания, в основном оглушающие, как заметил Гарри, видимо, Волдеморт хотел, чтобы они остались живы.               Достигнув платформы, они запрыгнули внутрь первого поезда и как можно быстрее пробрались через вагон. Как только они достигли пространства между двумя вагонами, Гарри запечатал дверь и спрыгнул на рельсы, чтобы перейти на другую сторону поезда. Гарри начал переходить на следующую платформу, но Гермиона остановила его.              — Гарри, метла, взлетай! — сказала она, быстро доставая ее из своего мешочка.              — Хорошая идея! — сказал он, садясь на нее. Гермиона забралась сзади, и они взлетели на полной скорости. Сзади послышался взрыв — их последователи взорвали запертую дверь вагона.              — Аппарируй как можно скорее! — крикнул Гарри Гермионе, когда они мчались к морю.              Позади них несколько нападавших уже были в воздухе и преследовали их.              Через несколько секунд они оказались за границами барьера, и Гермиона крикнула:              — Мы отлетели достаточно, остановись. — Гарри остановился, и она аппарировала их в лес, где они ранее провели несколько недель в походе.              Из предыдущего опыта они узнали, что аппарировать на полной скорости на метле — не самая лучшая идея. Очевидно, наложение заклинания не меняло скорость заклинателя. В прошлый раз они упали на землю на полной скорости, но, к счастью, обошлось без серьезных травм.              — Ну, это был почти побег, — сказал Гарри, опуская метлу на землю.              — Да, но, по-моему, это происходит слишком часто, — ответила Гермиона.              — И это чертово министерство! Они сказали магглам, что мы какие-то террористы или что-то в этом роде… — Гарри остановился, так как в его лбу внезапно вспыхнула боль.       Волдеморт был недоволен.       Он чувствовал его ярость, как свою собственную, и видел его глазами, как Пожиратель смерти, вызвавший его, лежит на земле у его ног.              — Ты позволил им сбежать? Опять? Круцио! — холодно сказал он.              — И опять на метле? Неужели никто не следил за воздухом? Опять?              Мужчина бросил несколько заклинаний себе под ноги, а другие его последователи смотрели вниз, пытаясь избежать его гнева.              — Авада Кедавра, — гневно произнес он, и крики сразу же прекратились, хотя тело продолжало дергаться из-за нервных предыдущего заклинания.              — Ортис, теперь ты отвечаешь за эти операции. Не разочаровывай меня.              Мужчина выглядел бледным.              — Да, мой господин.              Видение исчезло, как и боль во лбу, и Гарри пришел в себя, он лежал на своей койке в палатке. Гермиона держала его за руку, с облегчением видя, что он очнулся.              — Гарри! Как ты себя чувствуешь!              — Я… Все в порядке, у меня просто было видение.Сама-знаешь-кто в ярости. — Гарри начал тереть свой шрам, боль понемногу утихала.              —Что случилось? Что ты видел?              — Мы не должны полагаться на метлу, когда будем сбегать в будущем. Он убил Пожирателя смерти за то, что тот не поставил никого патрулировать воздух, чтобы предотвратить наш побег. Затем он назначил человека по имени Ортис новым руководителем этих операций, — объяснил Гарри. — Этот Ортис выглядел не очень довольным, — добавил он с горьким смешком.              — Мы должны быть осторожнее в будущем. Возможно, нам больше так не повезет, — сказала Гермиона, помогая ему сесть в койке.              — Так что насчет секретного оружия Дамблдора? — спросил Гарри.              — Я еще не открывала его. Давай посмотрим! — радостно сказала она. Они оба были живы и здоровы, этого было достаточно, чтобы чувствовать себя счастливыми.              Они уселись за стол и достали из сумки Гермионы блокнот и бумажный пакет. Развернув бумагу, Гермиона обнаружила шарообразный металлический артефакт из желтоватого металла.              Он был очень замысловатым, с тонкими ответвлениями металла, образующими геометрические дуги, и тем, что выглядело как руны, как на поверхности, так и внутри. В центре этого леса металла находилось нечто, похожее на пустой стеклянный цилиндр. Хотя, если посмотреть сквозь этот цилиндр, то человеческому глазу не будет понятно, что это такое. Свет преломлялся странным образом, что не имело смысла, пока она двигала его в руках.              Не представляя, что это может быть, она передала его Гарри, чтобы он мог рассмотреть поближе, а сама взяла книгу и открыла ее.              Она начиналась с записки, обратившей на себя ее внимание.              Дорогая Гермиона,              Прости, что вручаю тебе это, но я могу предположить, что если ты решила забрать это, то твое положение должно быть действительно тяжелым.              Я назвал этот артефакт «Лимонный Волчок». Без особой причины, мне просто нужно было найти название, и я действительно люблю лимонные дольки.              Но я отвлекусь, этот предмет наделит вас самой опасной способностью: путешествовать во времени. Я знаю, что вы уже знакомы с путешествием во времени благодаря использованию Маховика времени, но это совсем другое.              Маховик времени используют особый вид рекурсивных волн, проходящих через временное пространство, позволяя человеку вернуться на несколько часов назад. При этом человек становится частью первоначального цикла, так что на самом деле он всегда был в этом времени. Как вы помните со своего третьего курса, то, что вы сделали после возвращения назад, уже было сделано до того, как вы вернулись.              Этот Лимонный Волчок очень отличается по способу действия. Он не использует рекурсивные темпоральные волны, а использует предельное исключение в особом виде сингулярности в ткани времени. Это не делает ваше возвращение частью цикла. Это разрывает цикл. Ваше возвращение не должно было бы произойти. Ваши действия изменят ход времени, к лучшему или к худшему. Будущее, из которого вы пришли, будет потеряно.              Кроме того, у этого подхода есть некоторые теоретические ограничения. Главным образом, рамки времени, через которые он может заставить вас прыгнуть. Видите ли, он опирается на экспоненциальный предел, и в какой-то момент в одном арифметическом уравнении что-то должно поместиться на несколько простых чисел. В результате у вас будет очень мало вариантов для прыжка во времени. Это может быть либо 12 секунд, либо около 6 дней, либо 21 год, либо 26541 год. Следующее значение находится до аккреции нашей планеты, поэтому я его не включил.              Я также боюсь, что вы не сможете рекурсивно вернуться на 6 дней назад, пока не достигнете целевой даты, поскольку Лимонный Волчок не будет следовать за вами обратно. Поэтому я предположил, что 21 год — это наилучшее решение, и при создании артефакта исходил из этого временного скачка. Кроме того, 21 год очень удобен, потому что это примерно то время, когда Волдеморт пришел к власти. Так что вы сможете пресечь в зародыше все фиаско тех войн.              Теперь вы понимаете, почему я сказал вам, что это следует использовать только в самой безвыходной ситуации. Если вы вернётесь во времени, это будущее будет потеряно.              Все будет стерто. Это значит, что все ваши друзья исчезнут. Они даже не успеют родиться, когда вы вернетесь. А то небольшое влияние, которое вы окажете на временные рамки, возможно, повлияет на само их зачатие, не позволит им появиться на свет.              Как магглорожденная, вы должны знать кое-что из того, что магглы называют биологией, поэтому вы должны знать, что для того, чтобы кто-то родился, необходимы очень специфические условия, а именно: это должны быть одни и те же сперматозоиды и яйцеклетка. Для яйцеклетки срок рождения одного и того же человека составляет один месяц, а для сперматозоидов вероятность рождения составляет сотни миллионов, даже если зачатие происходит в один и тот же день.              Поэтому, если вы не сделаете абсолютно никаких изменений, что практически невозможно, вы должны признать тот весьма вероятный факт, что большинство, если не все, люди, которые еще не родились до вашего возвращения, скорее всего, никогда не будут существовать. И даже если им каким-то образом им удастся появиться на свет, вы будете намного старше их, так что ваша связь с ними все равно будет потеряна.              Вот почему я никогда не мог использовать его, чтобы помешать Волдеморту совершить те злодеяния, которые он совершил. Потому что это означало бы, что многие люди перестали бы существовать. Конечно, другие люди заменили бы их, но я никогда не мог смириться с этим, пока оставалась хоть какая-то надежда.              Если вы решите использовать его, вы найдете в этой тетради всю необходимую информацию для проведения ритуала.              Также я советую вам принести с собой некоторые технические знания, особенно из маггловского мира. Ничто не мешает вам принести с собой любые знания. И вы наверняка сможете извлечь из них максимальную пользу. Деньги не помешают, когда нужно вести войну.              Я верю, что у вас хватит ресурсов, чтобы справиться с этой задачей.              До встречи на другой стороне, как говорится.              Альбус              Гермиона прочитала письмо еще раз, что дало Гарри достаточно времени, чтобы прочитать его через ее плечо.              Несколько минут прошло в молчании, пока они в полной мере осознавали, что это за Лимонный Волчок.              — Гермиона, 21 год… Это когда мои родители учились в Хогвартсе, — неуверенно произнес Гарри.              — Я знаю, Любимый. Я знаю. Но как насчет всех тех, кто перестанет существовать? Скольких мы сотрем? Разве это не убийство? Речь идет не только о наших друзьях или людях, которых мы знаем. Но и всех остальных людей в мире, которым меньше 21 года. Вполне вероятно, что многие из них никогда не будут существовать. Ну, может быть, не во всех странах, но кто знает, как далеко зашла война против сам-знаешь-кого. Даже просто статья в газете о далеком диктаторе может оказать влияние. Изменить чье-то настроение, что в итоге приведет к тому, что кто-то не родится. Как мы можем принять такое решение? — Да, но тот человек, который прочитал статью, все равно может зачать ребенка на следующий день. Возможно, родится еще больше детей. Может быть, мы должны рассматривать это как перемещение в параллельное измерение, где все и люди будут другими. Другими, но не в худшую сторону.              — Но что, если я все же рожусь? Мои родители — маглы, их не затронет война волшебников. Что, если буду другая я, Гарри?              — Она будет другим человеком, Любимая. Это не проблема. И этот мир только выиграет, если вас будет двое.              — Да. Да, ты прав. Я все равно больше не могу выносить этот мир. Мы уже все потеряли. Нам нечего терять. Давай сделаем это, — твердо ответила Гермиона.              — Отлично! Это здорово, Гермиона! Мы можем все исправить, выйти из этой ужасной ситуации. Предотвратить смерть всех этих людей. С помощью знаний из нашего будущего мы сможем перевернуть все с ног на голову! — с энтузиазмом сказал Гарри. — И, Герми, я должен буду познакомиться со своими родителями! — и с этими словами он заключил ее в медвежьи объятия.              — Это было бы прекрасно, Гарри! — сказала Гермиона, хихикая. Затем ей в голову пришла мысль. — Хм… Может, мы действительно отправимся вместе? Дамблдор не упомянул об этом в своей записке.              — Надеюсь, что да. Я никуда не пойду без тебя. Даже на встречу с родителями.       — Я тоже, конечно. Тогда нам придется покопаться в записках Дамблдора. Давай начнем прямо сейчас! — сказала она, беря блокнот и приступая к работе.