Мастер без Маргариты

Аня не находила себе место в ожидании сестёр. Инне, само собой, вся эта авантюра ой как не понравилась, но в Петербург она все же поехала, делать было нечего. Но прежде Ане пришлось выслушать лекцию будто это она сбежала, а не Яна. Куда больше, однако, спортсменку сейчас волновал разговор младшей сестры с Женей. Ане и так стыдно перед Семененко, а теперь хотелось и вовсе сквозь землю провалиться. «Наверное он думает, что у нас вся семейка сумасшедшая» — взволнованно рассуждала Аня. Когда дверь щелкнула, её хрупкие плечики дрогнули, и она поковыляла к сёстрам: так или иначе она должна выяснить все. — Я больше в ваших авантюрах участвовать не буду, — первой из троицы заговорила Инна, — в следующий раз расскажу все родителям. Вы меня поняли? — Поняли, — несколько обречённо в унисон согласились младшие сестры. — Инна, — попросила Яна неожиданно ласково, очевидно Щербаковой-младшей здорово досталось в воспитательных целях, — ты можешь оставить нас с Аней вдвоём? Нам нужно поговорить. — Ань, наша звезда на твоей ответственности, — распорядилась старшая сестра и ушла в свою комнату. — Хорошо. К удивлению фигуристки Яна долго молчала, а потом как выдала: — Прости. За то, что сбежала и за то, что залезла в твой инстаграм. — Тебе действительно есть за что извиниться, — Аня злилась, но вместе с тем, она не могла не признать факт того, что была рада благополучному возвращению сестры. — Как твоя нога? — До олимпиады заживёт. — Это из-за меня ты так? — кажется Яна волновалась по этому поводу сильнее всего. — Нет, — это было правдой, и Яну, кажется, попустило. — Зачем ты поехала в Питер? — наконец Аня задала главный вопрос. — Пошли в гостиную, тебе лучше сесть. Стоять в гипсе идея и в правду не из лучших, поэтому спортсменка решила не спорить. Перейдя в комнату Аня плавно опустилась в кресло, Яна же предпочла остаться на ногах: — Рассказывай, — потребовала Щербакова-старшая. — Ну что рассказывать: я психанула и сорвалась, чтобы узнать действительно ли Женя настолько ужасен, как ты о нем говорила. — И как он тебе? — ерзание на кресле выдавало Анину нервозность. — Милашка. Ну, то есть, он же и букашку не обидет. Поэтому я не понимаю, как ты могла о нем так подумать. На этом Анино наступление было повержено. Чемпионка мира побледнела и от стыда спрятала лицо в ладонях: — Мне жаль, Яна. Я была не права в своих суждениях на счёт Жени. Я.просто неправильно все поняла. Он такой замечательный, а я…мне так стыдно. — Тогда вам стоит встретиться и поговорить. — Ты не понимаешь какие ужасные слова я ему тогда наговорила. Нет, — она отчаянно замотала головой, — я не могу. — Слушай, я вот ради Жени вошла твой аккаунт, сбежала от семьи, добралась на попутке до Питера, пришла к нему на встречу от твоего имени. Не говори мне пожалуйста, что ты не можешь просто с ним поговорить. — Хотела бы я быть такой же смелой как ты… В ответ Яна лишь слабо засмеялась: — Прости, просто смешно это слышать от самой успешной фигуристки года. — Потому что только на льду в коньках я сильная и смелая. Кто я без них? — Миллионерша, звезда и самая эрудированная спортсменка, например, — выдала Яна. — Да ну тебя, — улыбнулась Аня, — засмущала. Никакая я не звезда и миллионерша, да и наверняка найдётся кто-то более образованный. — В моей школе ты точно звезда. Все только о тебе и говорят. — Ты мне раньше не говорила. — Разве тебе есть дело? — отмахнулась Яна. — Конечно есть. Мне всегда есть до тебя дело. Ты моя сестра. В ответ Аню ждало затяжное молчание. — Что? — не выдержала, наконец, фигуристка. — Ты бы знала как я давно хотела это услышать, — расчувствовалась Щербакова-младшая, — я так мечтала, чтобы мы вместе сходили: на мастер-класс, на квест или ещё куда-нибудь, но у тебя вечно нет времени ни на что, кроме тренировок и учёбы с репетиторами. Ты такая недосягаемая…а я…я просто хотела, чтобы мне тоже уделили внимание, — Яна едва сдерживала слезы, чтобы не разрыдаться. — Иди сюда, — Аня приняла сестру в объятия, — я тобой горжусь, что у меня есть такая сестра: смелая, умная и креативная, которая во многом храбрее меня. Я тебя люблю! — И я тебя, очень! — младшая сестра вцепилась в спортсменку как утопающий в спасательный круг. Впервые за много лет сестры так открыто признали свои чувства. Аня и сама не поняла, как солёные ручейки побежали из её глаз. Она быстро утрерла их, чтобы Яна не разревелась ещё больше. — Я обещаю мы с тобой сходим куда ты хочешь — выбирай сама. Только лучше туда, где физической активности поменьше, а то я сейчас слегка не в форме, хах, — фигуристка самоиронично указала на гипс. — Конечно, я что-нибудь посмотрю, — Яна по-прежнему не отпускала сестру, — знаешь, а Женя мне при встрече сказал, что ты точно гордишься мной. — Вы и об этом говорили?! — изумиленно вскинув брови спросила чемпионка мира. — Ну…вроде того, — хмыкнула сестра. — Мне страшно спросить о чем вы ещё разговаривали. — Да так, обо всем по чуть-чуть. О школе, о друзьях. Он меня познакомил с мамой и Игорьком. Анины губы сложились в немую «О» от удивления. Она, безусловно, всегда знала, что Яна пронырливая, но чтобы настолько… — Хах, ну не смотри так, Аня! — покраснела Яна. Просто мне нужно было где-то дождаться Инну, вот Женя и привёз меня в Пушкин. — К себе домой? — уточнила Аня. — Ага. Его мама так вкуснюще готовит голубцы. А с Игорьком мы в приставку играли. — Это… — Щербакова-старшая не могла подобрать слов. В ней смешалось и восхищение, и переживание, и зависть. — Тебе нравится Женя? — задала вопрос Яна, глядя снизу вверх на сестру, так и разжав своих объятий. — Какая теперь разница, если я тебе обещание дала. И, кажется, у вас все очень даже хорошо складывается, — мягко улыбнулась Аня, погладив сестру по волосам. Если так суждено, то она вынуждена отступить. В ответ Яна неожиданно рассмеялась: — Женя, он, конечно, красавчик, но такой душнила. Прям как ты. Не мой человек он короче. Мне нужен авантюрист, чтобы можно было отправиться на край света. Чтобы прям хоть сейчас сорваться и все бросить. А Женя…он слишком правильный, все у него по полочкам, понимаешь? И ещё он сдал меня тебе, между прочим! — И правильно сделал, — отметила Аня. — Вот видишь. Вы будто созданы друг для друга. — Хватит, — Анины щеки заалели. — Почему ты так стесняешься своих чувств к Жене? — Потому что у меня скоро Олимпиада. — Ага, а потом чемпионат мира, финал Гран-при, чемпионат России и так по кругу. А потом ты и сама не заметишь как Женя будет уже с какой-нибудь симпатичной студенткой из меда, которая быстренько возьмёт дело в свои руки. — И что мне по твоему сделать? Кинуться в объятия Жени и сказать, что я внезапно все осознала? — Господи, для начала просто по-го-во-ри-те, — последнее слово Яна произнесла по слогам. Объясни ему, что, мол, все не так поняла, запуталась. — Легко сказать… — вздохнула Аня. — Ну уж явно легче, чем прыгнуть четверной флип с пневмонией. — Ну мне, видимо, легче, — ухмыльнулась старшая сестра. Внезапно Аня вспомнила об их первой встрече с Женей. Как она пряталась на этаже мальчиков, скрываясь ото всех со своей тяжёлой отдышкой. Женя ведь мог просто пройти мимо в тот день. Но не стал. В этом весь он. Теперь он казался в ее памяти лучиком света. Совпадение или нет, но тогда она прикрывалась от него романом Булгакова. И вот теперь ей выпало катать Маргариту. А разве может быть Маргарита без Мастера? — Ну хорошо, я постараюсь объясниться перед Женей на контрольных прокатах, — выдохнула Аня. — Ну и здорово. — И, Яна, он мне не нравится. Я люблю его.