Глава 7. Тир
19 ноября 2022 г., 15:00
Я постучалась в дверь кабинета Элмерса и выждала пару секунд, прежде чем войти. Тонкая струйка дыма поднималась над креслом, в котором расположился Итан. Его взгляд был прикован к россыпи небольших флаконов на столе, будто те содержали ответы на какие-то мучившие его вопросы. Длинная ссадина на его щеке притягивала внимание — края раны отливали неестественной синевой, словно по коже прошлись отравленным лезвием.
— Ты как раз вовремя, — произнёс он, явно не подразумевая мою пунктуальность. — Поможешь?
Этот вопрос застал меня врасплох — не столько своим содержанием, сколько интонацией. Элмерс, которого я знала, не просил. Он приказывал, манипулировал, но не просил.
Я подошла ближе, разглядывая рану. В памяти всплыли воспоминания о собственных экспериментах с режущими заклятиями в школьные годы — бесконечные часы в Выручай-комнате, исписанные формулами пергаменты, попытки усовершенствовать имеющееся. Но даже мои лучшие наработки не оставляли таких следов. Кто бы ни наложил это заклятие, он определённо знал своё дело.
Я потянулась за баночкой с охлаждающим зельем, отметив его характерную кремообразную консистенцию, и повернулась к Элмерсу. Его бровь была выгнута в немом вопросе — он смотрел на меня с нескрываемым интересом. И тут всё встало на свои места.
Я едва сдержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу — конечно же, это заклинание было творением Марволо. В моей вселенной никто не додумался совместить режущее заклятие с обжигающим эффектом, который активировался бы при попытке исцеления. Изящное решение, надо признать, и уверена, в этой вселенной до него также никто не дошёл. Кроме Марволо. А он уж точно не стал публиковать идею в открытом доступе. Потому Элмерс и удивился моей быстрой находчивости: откуда мне могут быть известны нюансы обработки подобной раны?
Но он ничего не спросил — лишь небрежным движением затушил сигарету. Пепел осыпался в хрустальную пепельницу, оставляя за собой едва заметный серый след.
— Полагаю, тебе известно, как правильно наносить это зелье, поэтому инструкции озвучивать не буду.
Мысленно поблагодарив Шоу за виртуозную игру на моих нервах, которая не оставила сил для простейшего анализа ситуации, я невозмутимо достала кисточку из банки. Встав справа от кресла, дождалась, пока Элмерс наклонит голову, открывая доступ к ране. Прядь русых волос упала его на лицо, и я с трудом подавила желание заправить её обратно в причёску. В тусклом свете кабинета его профиль казался высеченным из камня — резкие линии, острые тени.
— Что касается нового задания… — его голос был едва слышен. Когда я осторожно удалила корочку засохшей крови, он поморщился, но продолжил: — Завтра отправишься вместе с Арчи к одному человеку. Твоя задача — нацепить маску Лиса и просто наводить жути одним своим присутствием. Остальное сделает он.
Я скривилась, представив эту «чудесную» перспективу. Работать с Арчи было всё равно что танцевать на минном поле — никогда не знаешь, что взорвётся первым: его паранойя или моё терпение.
— С Арчи? Думаю, он вряд ли обрадуется такой компании.
С ближним кругом Элмерса у меня были довольно натянутые отношения, и за это стоило поблагодарить именно Арчи. Он относился ко мне с подозрением и неким презрением — всё ещё был уверен, что я пешка Марволо. Прекрасно помню, как перекосилось его лицо, когда он впервые увидел меня в кабинете своего босса поздно вечером. Именно с того дня многие стали считать, что тёплое отношение Элмерса я заслужила через постель. Но, к счастью — а может, и к сожалению, — это было не так.
— А тебе в этой ситуации не нужно думать. Тебе нужно делать то, что я сказал, — непререкаемым тоном осадил Элмерс. И я «случайно» надавила кисточкой сильнее необходимого, вызвав у него недовольный взгляд.
Если бы его люди только знали, чем мы действительно занимаемся по вечерам. Каждую ночь мы корпели над артефактом для предсказания победителей скачек. Моё увлечение нумерологией оказалось как нельзя кстати — для Элмерса эта наука была чем-то особенным, наследием его бабушки, одного из величайших нумерологов СССР. И вместо того, чтобы работать над восстановлением гектограммы, которая забросила меня в эту реальность, я помогала ему доказать Вальбурге совместимость нумерологии и артефакторики. Какая ирония.
— Альфард хотел встретиться со мной… — пробормотала я, вспомнив о скачках. — Что-то обсудить. Я так и не сообщила ему, когда буду свободна.
— Да, он хочет, чтобы ты работала на него, — слова Элмерса звучали невнятно из-за онемевшей нижней губы. — Желает поднять денег, подстраивая итоги скачек. Ты хорошо себя показала на первом забеге, потому Блэки решили заключить контракт. Если ты сделаешь то, что они хотят на следующем, то мы будем с ними сотрудничать.
— Каким образом? — я чудом сдержала смешок. Его речь, искажённая заморозкой, звучала забавно, и мне хотелось продолжать этот разговор, задавая вопрос за вопросом.
Элмерс одарил меня снисходительным взглядом, словно я была неразумным ребёнком, который ужасно хотел передразнить его.
— Выиграешь пару-тройку заездов, люди начнут активно ставить на Шоу, но в один прекрасный момент он не придёт первым, — его голос, несмотря на онемение, источал насмешку. — Или же будешь делать всё, чтобы гиппогриф, на которого сделана максимальная ставка, не одержал победу.
— И вы на это согласны? — Я поставила банку с зельем на стол и достала палочку, готовясь к исцеляющим чарам. Во взгляде Элмерса читался скепсис.
— Просто давеча вы говорили, что я обязана забрать кубок, — мой голос звучал ровно, хотя внутри всё кипело. — И можете сами себя лечить, раз мне не доверяете. Я не настаиваю.
Уголки его губ дрогнули в улыбке, и он прикрыл глаза.
— Надеюсь, целительство тебе даётся чуть лучше, чем артефакторика.
— Сейчас и узнаем, — прошептала я, позволив угрозе просочиться в голос. Моя ладонь легла на его здоровую щеку — жест, балансирующий на грани между заботой и вызовом.
Магия откликнулась мгновенно — покалывание в кончиках пальцев, лёгкая вибрация палочки, жаждущей действия. Но я медлила, наблюдая за реакцией Элмерса. Он застыл, каждая мышца в его теле, казалось, напряглась. Словно лежал перед тобой пушистый котик — и вот, в одно мгновение он превратился в хищный клубок из когтей и мускулов, готовый к прыжку в любую секунду.
— А со скачками… — Элмерс приоткрыл один глаз, изучая меня с хитрым прищуром. Я сделала вид, что полностью поглощена исцеляющими чарами, хотя каждой клеточкой ощущала его пристальное внимание.
Заморозка постепенно отступала, и речь Элмерса становилась отчётливее. Я же намеренно затягивала процесс, наслаждаясь каждым мгновением. Впервые в жизни мне довелось так близко соприкоснуться с магией человека, который владел тёмными искусствами на столь высоком уровне. Его сила пульсировала под моими пальцами, как живое существо.
— Ситуация изменилась, — продолжил он. — Играя по правилам Блэков, ты принесёшь мне больше денег. И не только мне, но и себе. — Его дыхание щекотало кожу руки. — Поэтому будь умничкой — ответь на предложение Альфарда согласием. Но… — он сделал паузу, и в его тоне появились стальные нотки, — не играй.
В этом предостережении явно крылось что-то большее, никак не связанное с Блэком, но я не могла заставить себя остановиться. Мне так нравилось ощущать, как наша магия сливается слой за слоем. Казалось, будто я могу наблюдать за этим слиянием бесконечно — оно было так же восхитительно, как и гипнотизирующее переливание испаряющейся амортенции.
— То есть, не ведись на его игру. Он тот ещё… — Элмерс резко цыкнул, и я так и не поняла: то ли он заменил этим звуком крепкое словцо, то ли выражал недовольство моими действиями.
Едва рана затянулась, мир вокруг завертелся калейдоскопом. Палочка выскользнула из руки, звонко ударилась о паркет. В следующий миг я оказалась прижата к столу, а чужие пальцы властно зарылись в мои волосы, заставляя запрокинуть голову. Магия Элмерса обрушилась на меня подобно штормовой волне — такая же неумолимая и мощная. Перед глазами всё поплыло, словно я очутилась на дне озера, а ноги превратились в студень. Если бы не край стола, впившийся в бёдра, я бы осела на пол бесформенной кучей.
— К чему эти игры, лисёнок? Я же просил… — его голос, низкий и хриплый, отозвался вибрацией где-то под рёбрами.
А может, это пульсировала его магия — или моя собственная? В ушах грохотало сердце, и каждый удар отдавался во всём теле мелкой дрожью. Я сама себе напомнила дремоносный боб, который решили не разрезать ножом, а придавить силой к доске, чтобы сок шёл лучше.
Я только и смогла, что покачать головой — слова застряли где-то в горле. Мысленно отвешивала себе подзатыльники за неуёмное любопытство. Ведь так хотелось узнать, каково это — оказаться на месте его подчинённых, когда Элмерс в дурном расположении духа давит их своей аурой. Что ж, теперь я знала, и повторять эксперимент как-то не тянуло.
Внезапно давление исчезло, и я жадно глотнула воздух, только сейчас осознав, что почти не дышала всё это время. Элмерс подался вперёд, сократив расстояние между нашими лицами едва ли не до дюйма. Кончик его носа скользнул по моему, губы невесомо коснулись щеки, а горячее дыхание обожгло ухо:
— Не начинай того, что не сможешь закончить.
Он отстранился с кошачьей грацией, подхватил со стола пачку сигарет и вернулся в своё кресло.
— Можешь идти, — пробормотал он сквозь сизый дым прикуренной сигареты и небрежно махнул рукой в сторону выхода.
Я призвала палочку, машинально одёрнула свитер и, стараясь не показать, как подгибаются колени, направилась к двери. Только оказавшись в коридоре, позволила себе прислониться к прохладному дереву и провести ладонями по пылающему лицу. Глубокий вдох. Выдох. Губы сами собой растянулись в довольной улыбке — эта маленькая игра определённо стоила всех рисков.
Адреналин всё ещё гулял по венам, совсем как после того падения на скачках. В момент, когда Шоу решил избавиться от меня, было ни капли не весело. Зато после, прокручивая в голове сцену полёта, я чувствовала себя пьяной от восторга. Забавно, как похожи ощущения от всплеска адреналина и пыльцы фей. Опасная ситуация — на ладонь сыпется «волшебный» порошок. Удачный выход из неё — с очередным глотком воздуха в организм поступает наркотик. Когда понимаешь, что в шаге от тебя прошла смерть, а ты показала ей неприличный жест — каждый удар сердца разносит по телу волны эйфории.
Может, стоило оправдать слухи, которые ходили обо мне в ближнем круге Элмерса? Плевать, что раньше я не подпускала к себе никого — ни парни, ни девушки не вызывали и тени интереса. Но для Элмерса, пожалуй, можно было сделать исключение.
А что, если… Улыбка стала ещё шире, стоило представить другую картину. Что, если вывести из равновесия Марволо? О, да… Ради этого я была готова не просто начать игру, но и довести её до конца.
Решив, что на сегодня приключений достаточно, я направилась в сторону своей комнаты. За поворотом коридора едва не врезалась в массивную фигуру. Арчи. Его внешность всегда напоминала мне маггловских гангстеров — коротко стриженные тёмные волосы, резкие скулы и уродливый шрам, рассекающий левую щеку. Он успел поймать меня за плечи, предотвращая столкновение.
Насмешливый взгляд скользнул по моей фигуре, задержавшись на растрёпанных волосах. Довольная улыбка, которую я и не думала прятать, явно укрепила Арчи в каких-то выводах.
— Надеюсь, ты неплохо поработала, и Итан теперь в хорошем настроении, — протянул он с ухмылкой.
Я ухватилась кончиками пальцев за рукава его рубашки и слегка потянула. Арчи презрительно фыркнул, демонстративно убрав руки в карманы.
— Не сомневайся, — пропела я медовым голосом, не переставая улыбаться. — Но я, по большой нашей дружбе, оставила тебе десерт.
Сделав предусмотрительный шаг назад, я подмигнула:
— Одну часть тела Итана я практически не трогала, так что можешь идти и с удовольствием её отлиза…
Арчи рванулся вперёд. Его пальцы впились в моё плечо, вжимая в холодную стену, но я ждала чего-то подобного. Моментально достала пистолет, дуло предостерегающе уткнулось Арчи в живот.
— Как только Итан решит избавиться от тебя, — прошипел он, обдавая меня запахом табака, — я с большим наслаждением выполню его приказ. Но перед этим найду применение твоему острому языку…
Он отступил, и я мысленно отметила, как быстро его бравада сменилась осторожностью. Ничто так не отрезвляет, как возможность получить огнестрельное ранение.
— О, дай угадаю, — протянула я с невинным видом, вспомнив недавнюю болтовню домового эльфа, ухаживающего за Шоу. — Ты предложишь мне облизывать марки для писем? Тех самых, что ты полгода шлёшь в Министерство, умоляя о разрешении на свой жалкий бизнес?
Бизнес основывался на трансфигурации — Арчи постиг эту науку в совершенстве. Я невольно усмехнулась, вспомнив его кабинет. Настоящий музей — каждый предмет там хранил в себе не меньше трёх обличий. Наверняка они с Элмерсом договорились превратить свои владения в выставочные залы, соревнуясь, кто впечатлит посетителей сильнее.
— Увидимся на совместном задании, — процедил Арчи, проигнорировав мою шпильку. Он развернулся и неторопливо направился к Элмерсу, всем видом показывая, что не боится подставлять мне спину.
Дождавшись, пока его фигура скроется за поворотом, я спрятала пистолет под свитер. По пути в комнату поймала себя на том, что напеваю прилипчивый мотив — очередная зараза от Элмерса. «А нам всё равно, а нам всё равно. Пусть боимся мы волка и сову». Эта песенка не сходила с его губ, и за то время, что мы проводили вместе, намертво въелась в мою память.
Пожалуй, Арчи был прав в одном: стоило умерить частоту общения с Элмерсом.
○ ○ ○
Зачарованная ступка методично перемалывала кофейные зёрна, и даже её приглушённый шорох царапал нервы. Отшвырнув «Ежедневный пророк» на стол, я подошёл к высокому окну. Щелчок пальцев — и сигарета послушно вспыхнула. Первая затяжка обожгла горло цитрусовой свежестью с предательской ноткой ментола, словно издеваясь над моим мрачным настроением. Практически полная пачка полетела в камин, где языки пламени с жадностью набросились на картон. Эти проклятые сигареты с ментолом, без примесей и добавок, въелись в мою жизнь как Чёрная метка — глубоко и, казалось, навсегда. Сегодняшняя пачка с цитрусом должна была стать чем-то новым, а в итоге превратилась в очередную неудачную попытку разорвать крепкие узы. Пестик звонко ударил по донышку ступки, возвещая о готовности помола. Я вернулся к столу, зажав сигарету в зубах, и с точностью зельевара пересыпал ароматный порошок в турку, которая уже томилась на медленном огне. Щепотка кардамона упала следом — старая привычка, подхваченная в странствиях по Ближнему Востоку. Холодная вода с растворенными кристаллами соли — маленький секрет, позволяющий раскрыть глубину вкуса — превратила всё в густую массу после нескольких круговых движений ложкой. Теперь оставалось только ждать, пока напиток дойдёт до нужной кондиции. В открытое окно влетела сова, заставив меня резко обернуться. Серый пепел предательски осыпался на белоснежную рубашку, и я раздражённо выругался сквозь зубы. Подойдя к окну, с остервенением вдавил окурок в пепельницу. На подоконнике лежал конверт, запечатанный гербом Лонгботтомов — два скрещённых меча на фоне чертополоха. Внутри обнаружилась пара приглашений на благотворительный вечер в поддержку вымирающих магических существ. Взгляд невольно метнулся к брошенному «Пророку», где на первой полосе красовался кричащий заголовок об очередных злодеяниях Волдеморта — атаке на министерские торговые точки и уничтожении теплиц. Я невесело усмехнулся. По будням методично разрушаю экономику страны, вынуждая производителей зелий закупать ингредиенты у ирландцев втридорога, а по выходным жертвую галлеоны на спасение редких тварей. Какая, однако, многогранная натура… Ирония ситуации забавляла, но перспектива появиться на вечере в одиночестве вызывала глухое раздражение. Достойной пары на примете не имелось. Можно было бы, как обычно, ограничиться щедрым пожертвованием и сослаться на неотложные дела, но только не в этот раз. Мне необходимо договориться с Лонгботтомами о финансировании Вирентии, как бы ни претило иметь с ними общие дела. Даже объединив силы с Абраксасом, мы не потянем восстановление бизнеса после таких потерь. Нужны дополнительные вливания. Аромат свежесваренного кофе дразнил обоняние, но настроение для этого ритуала было безнадёжно испорчено. Содержимое турки отправилось в раковину — непозволительное расточительство, но лучше так, чем портить впечатление от любимого напитка. Накопившееся за неделю напряжение требовало выхода, и я знал только два действенных способа: секс и стрельба. Выбор пал на второй вариант — сейчас хотелось только тишины и чёткого ощущения контроля, которое дарило оружие. Накинув пальто, я трансгрессировал на окраину Лондона. Несколько холодных капель упали на лицо, вызвав гримасу отвращения. Придётся сегодня прибегнуть к зелью сна — иначе звук дождя, барабанящего в окна, превратит раздражение в бешенство. Он всегда возвращал меня в те дни в приюте, когда воспитатель в качестве наказания отправлял на кухню. Каждая чистка овощей, каждое мытьё полов и посуды сопровождались методичным стуком капель по железному карнизу. Природа словно издевалась, отсчитывая секунды впустую потраченного времени — времени, которое можно было использовать с толком. Впрочем, даже в этом нашёлся свой плюс — наблюдая за вечно недовольным поваром, я решил научиться готовить сам. Никто не должен питаться той дрянью, что подавали в приюте. Вкусная еда — один из китов, на которых держится счастье. По крайней мере, так я считал тогда. Да и сейчас не изменил своего мнения. Я вышел из тёмного переулка и направился к тиру. Улица кишела магглами — муравейник в час пик, когда все спешат укрыться от надвигающейся грозы. Наложив лёгкие магглоотталкивающие чары, я прибавил шагу. Толкаться в толпе не хотелось — пистолет, прикреплённый к жилету, придавал уверенности, но мог стать причиной неприятностей. Одного неосторожного толчка хватило бы, чтобы превратить тренировку по стрельбе в охоту на движущиеся цели. Старая дверь приветствовала меня недовольным скрипом, а изнутри доносились приглушённые выстрелы. За ширмой, отделявшей вход от стрелковой зоны, кто-то методично терзал мишени. Или стену — это уж как повезёт с меткостью. Судя по неторопливому ритму выстрелов, посетитель был один. Я подошёл к кассе и мельком глянул в зал: невысокая фигура в чёрной мантии перезаряжала револьвер. Капюшон скрывал лицо, но что-то в плавных, выверенных движениях привлекло моё внимание. — Мистер Реддл, рад вас видеть, — голос Элфарда, старого владельца тира, прозвучал неожиданно громко в паузе между выстрелами. Краем глаза я заметил, как стрелок вздрогнул, но не обернулся, продолжая возиться с револьвером. — Давно вы к нам не заходили. — Дела, — коротко бросил я, переводя взгляд на Элфарда. Его руки уже привычно извлекали из-под стойки мой любимый MAS. Следом появилась коробка с патронами — ровно на три перезарядки, как всегда. — Проследите за товарищем, пожалуйста, — прошептал Элфард, принимая моё пальто. Я бросил на стойку несколько купюр, пока он продолжал: — Я отойду ненадолго. Кивнув, я подхватил оружие и патроны. На полпути к стрелковой зоне воздух словно сгустился — знакомая магическая подпись коснулась моих чувств, вызвав непроизвольную улыбку. Что ж, похоже, интуиция не подвела, приведя меня сюда именно сегодня. Определённо не подвела. — Так это вы — мистер Лис, — голос Авроры прозвучал с наигранным удивлением. Она явно решила перейти в наступление, пытаясь сбросить с себя подозрения. Барабан револьвера прокрутился с тихим щелчком, и после короткого прицела пуля вошла в семёрку. — Право, неожиданно… Я левитировал оружие и патроны на соседнюю стойку, делая шаг ближе. Её спина была прямой, как струна, выдавая напряжение. — Но вы не переживайте, я никому не скажу, — в её голосе слышалась улыбка, такая же фальшивая, как и удивление. Очередной выстрел пробил восьмёрку. Один шаг. Всего один шаг отделял меня от того водоворота эмоций, что я испытал у Блэков. Предвкушение было острее, чем тогда — теперь я точно знал, чего ожидать от прикосновения к Авроре. Память услужливо подкинула воспоминание о первом и последнем опыте с пыльцой фей. Тогда я нашёл в себе силы отказаться от второй дозы наркотика, понимая, куда ведёт эта дорожка. Но сейчас… сейчас я не видел ни единой причины отказывать себе в удовольствии. — Я переживаю лишь за то, что вы провалите очередное задание Итана, если будете так стрелять, — шагнув вперёд, я прижался к Авроре. Мои пальцы мягко обхватили её запястье, приподнимая руку на дюйм. — Нужно держать оружие чуть выше. Она заметно напряглась, сильнее стиснув рукоять пистолета. Если моя магия уже рвалась к ней, жаждая контакта, то её — отчаянно сопротивлялась. Ситуация напоминала первую встречу с гиппогрифом: никогда не знаешь, позволит ли он себя погладить или попытается располосовать когтями. Впрочем, последний вариант был чисто теоретическим — любая агрессия со стороны Авроры будет подавлена мгновенно. Внезапно меня охватил исследовательский азарт: сколько я смогу удерживать рвущуюся магию? И как скоро Аврора утратит свой хвалёный самоконтроль? — Не понимаю, о чём вы, — она повела плечом, пытаясь освободиться, но я и не подумал ослабить хватку. — Стрельба — это моё хобби, а не способ заработка. Не успел я ответить, как револьвер дёрнулся, и пуля вошла в шестёрку. — Так не годится, — прошептал я, почти касаясь щекой капюшона. Мои пальцы медленно скользнули по её кисти. — Вам нужно расслабиться. — Кто бы говорил, — в её голосе мелькнула усмешка, и она неожиданно коснулась моей левой руки, которая была напряжена. Я и правда не мог успокоить эту чёртову руку: то сжимал в кулак, то рассеянно поглаживал фаланги пальцев, то крутил кольцо. Лишь бы не поддаться искушению прижать Аврору ближе, обхватив за талию. И всё из-за этого опьяняющего танца магии, что возникал между нами при каждом прикосновении. Меня тянуло к Авроре именно поэтому — из-за чего-то более глубокого и опасного, чем простое физическое влечение. Хотя я прекрасно помнил её наряд, выбранный для скачек: облегающий костюм не оставлял простора воображению, подчёркивая каждый изгиб её тела. Когда женщина в таком провокационном виде седлает гиппогрифа, а после хладнокровно убивает главу следственного отдела — это зрелище врезается в память навсегда. Пожалуй, более возбуждающую сцену сложно представить. Разве что… В голове мелькнула непрошеная фантазия: Аврора, медленно избавляющаяся от одежды и после каждого элемента всаживающая пулю в конечности Минчуна. Тот, естественно, с завязанными глазами — такое представление только для одного зрителя — распластан на полу, не в силах подняться после долгих часов пыток. — Не могли бы вы отойти? — спросила Аврора, недовольно дёрнув плечом. — Мы всё же не так близко знакомы для столь тесного контакта, не находите? — Не нахожу, — промурлыкал я, всё ещё погруженный в свои мысли. — Если вам мало одного вечера у Блэков, можете представить, что мы уже год как в браке. И спокойно наслаждаться моим обществом. — Раз мы год в браке… — Аврора ловко высвободила руку и аккуратно положила револьвер на стойку, — тогда извольте пояснить, мой дорогой муж, почему от вас пахнет женскими духами? Женскими духами? Я мысленно пробежался по событиям дня. Единственный близкий контакт был с Вальбургой — она обняла меня, празднуя успешное открытие табачной лавки Ориона во Франции. Но пара мимолётных секунд вряд ли могла оставить такой след. Я отстранился, подцепил пальцами ткань рубашки и принюхался: древесная сладость, цитрусовые ноты и едва уловимый шлейф восточных специй — мой обычный парфюм. Ничего постороннего. Аврора развернулась, опёрлась о стойку и прищурилась, разглядывая меня. В этот раз на ней не было макияжа, что неудивительно — она ведь пришла в тир, явно надеясь, что её примут за парня. И эти надежды оправдались — Элфард назвал её «товарищем». Старика, к слову, всё ещё не было на рабочем месте. Я отпустил рубашку и покачал головой. — Да, не пахнет, — подтвердила Аврора. — Но сам факт того, что вы проверили, заставляет задуматься о разводе. Я улыбнулся, позволив взгляду скользнуть по её лицу, впитывая каждую черту. Особенно завораживали глаза — точная копия моих собственных. Мысли неожиданно свернули в сторону: как бы она смотрелась в синем платье? На вечере у Блэков на ней было тёмно-зелёное — один из моих любимых цветов, что уж говорить. Но синий… синий определённо затмил бы все остальные варианты. — Боюсь, если мы разведёмся, мисс Лис, — протянул я, — то вас никто не спасёт от Азкабана, когда Маклагген выйдет на ваш след. Назначение Мэтью Маклаггена на пост главы следственного отдела неделю назад было вполне логичным — с его приходом в Министерство раскрываемость преступлений заметно выросла. Меня это более чем устраивало: в отличие от Артура Грина, державшего моего человека на расстоянии из-за личной неприязни, Маклагген сразу взял его в команду. Теперь у нового главы были все шансы выйти на след Лиса с моей подачи. Иронично. — И как же вы меня спасёте? — Аврора изогнула бровь. — Возьмёте вину на себя? — она тихо рассмеялась, словно сказала удачную шутку. — Судя по утренней газете, у вас отлично получается примерять мою роль. Думаю, многие поверят. Расстрелять шестерых, а потом растерзать тела тёмной магией — очень качественная имитация почерка, — она улыбнулась. — Интересуюсь шутки ради, разумеется. Мы же понимаем, что я не Лис. Ну конечно. После таких заявлений не остаётся никаких сомнений в обратном. — Вот только… — она внезапно стала серьёзной, хотя я понимал, что провокация ещё в самом разгаре, — если вы попадёте в Азкабан, деятельность Волдеморта прекратится. Маклагген свяжет это с вами, и вы останетесь там до конца жизни. Так себе перспектива — я, можно сказать, останусь вдовой. У вас, наверное, другой план спасения? Поделитесь? — Есть одно решение, — я бросил быстрый взгляд в сторону пустующей кассы. — Будь я Волдемортом… Два стремительных движения — и моя рука уже сжимала её горло, а дуло револьвера упиралось в висок. — Я бы вас убил. Она тяжело сглотнула, но неожиданно игриво улыбнулась, будто именно такой реакции и добивалась. Её магия потянулась ко мне, но на этот раз я пресёк эту опасную игру. Аврора недовольно сморщила носик, вызвав у меня усмешку. — Чем не спасение от заключения? Правда, в таком случае уже я останусь вдовцом, но что поделать? — я чуть сильнее надавил дулом. — Вот если бы Лис действительно работал на меня, как об этом писалось в утреннем выпуске, то я мог бы придумать что-то получше. А так… Обе статьи — и о вчерашних происшествиях, и о преступлениях Лиса — вышли из-под пера одного автора. Именно он сделал Лиса последователем Волдеморта. Теперь, познакомившись с этим очаровательным убийцей лично, я всерьёз подумывал превратить домысел в реальность. Аврора медленно повела головой, и дуло револьвера заскользило вниз, оставляя едва заметный след на нежной коже виска и скулы. Я залюбовался этим плавным движением, машинально ослабив давление на её шее. Она прикрыла глаза, словно наслаждаясь происходящим, и усмехнулась: — Как же хорошо, что мы ходим в тир развлечения ради, а Волдеморт и Лис не имеют к нам никакого отноше… — Мистер Реддл, что про… — возмущённый возглас Элфарда оборвался на полуслове: Аврора молниеносно выхватила палочку из кармана мантии и бросила Сомнус. Тело старика с глухим стуком рухнуло на пол. В мои планы подобный поворот не входил. Я, конечно, допускал, что Элфард может вернуться не вовремя, но собирался решить это иначе: выйти на улицу и трансгрессировать с Авророй в более уединённое место для продолжения нашей увлекательной беседы. Причинять вред Элфарду не хотелось — он был, пожалуй, единственным магглом, не вызывавшим отторжения. Прекрасно разбирался в оружии, имел внушительный боевой опыт из горячих точек, и с ним всегда находились темы для разговора, если возникало такое настроение. — Накинь на здание магглоотталкивающие чары, — скомандовал я, и Аврора без колебаний выполнила указание. — И ответь мне. Зачем? — Он меня перебил, — она произнесла это таким тоном, словно я спрашивал о чём-то предельно очевидном, и спокойно убрала палочку обратно в карман — ничего же больше не угрожало её жизни, не считая револьвера. Из-за всей этой ситуации я упустил контроль над магией — всё это время она рвалась к Авроре, и приходилось прикладывать немало усилий, дабы сдержать её. Стоило ей почуять малейшую слабину, как она тут же воспользовалась моментом. Я мог остановить её, посадить обратно на цепь, не позволяя достичь желаемого, но… не хотел. Хотя, признаться самому себе, даже если бы захотел — вряд ли смог. Моя выдержка достигла предела. Спустя мгновение магия взметнулась вокруг нас, сметая все барьеры, словно карточный домик. Мощная волна накрыла беззвучием, ментально приподняла над землёй и с силой швырнула на дно, вымывая из разума все мысли, кроме одной. Аврора судорожно втянула воздух — я чувствовал, как под моей ладонью на её шее бешено бьётся пульс. Зрачки расширились, затопив радужку чернотой, несмотря на яркий свет. Не дав ей выдохнуть, я швырнул револьвер на стойку, рывком притянул Аврору к себе и впился в губы жадным поцелуем.
