Дыхание танца

      Всю последующую неделю мы устраивали вечер чтения. Это значительно поднимало настроение моим друзьям, да и медленно, но верно приближало меня к моей цели, научить Иноске читать. Я специально садилась рядом с ним, оправдывая это тем, что оно посередине, и вела по читаемой строке пальцем, как в детстве, все чтобы ему было видно, где я читаю.       Часто я использовала метод Шахерезады и заканчивала на самом интересном месте. Хашибира был тому явно недоволен, но ничего не говорил. Все же, мне не нравится, что он такой подавленный.       Скоро меня и Зеницу взяли с собой на оздоровительные тренировки, чему я была рада, несмотря на кислый вид мальчишек.       — И так, по скольку сегодня у нас новенькие, я объясню все еще раз, — Аой, темноволосая девушка, что следила за нашим здоровьем, так же занималась проведением тренировок. — Сначала туда, — она указала на маты, — девочки разомнут всё, что у вас затекло во время лечения. — круто!       Дальше нам рассказали про тренировку рефлексов, путем игр в стаканчики, и салочки.       — Извините, вы не позволите? — Зеницу поднял руку и позвал ребят выйти.       — Не пойду я. — прохрипел Иноске.       — А НУ БЕГОМ, ВЫ СЛЫШАЛИ МНЕЯ?! –что это с ним такое? — БЫСТРО! СЮДА ИДИТЕ МЕРЗАВЦЫ!       — Эй, куда ты их потащил? А как же я? — какая скорость, и не скажешь, сто двух человек тащит.       — НА КОЛЕНИ! И БЫСТРО! ВЫ, ПОЛУДУРКИ НЕСЧАСТНЫЕ!       — Ты кого это полудурком!.. — и Иноске прилетело в пятачок. Бедняга аж в стену отлетел. Агацума что, сейчас дыхание использует?       — Ты что, совсем ошалел?! — что-то меня это бесит все больше.       — Ты что делаешь, Зеницу, извинись сейчас же!       — НЕТ ЭТО ВЫ ИЗВИНИТЕСЬ! ВЫ ОБА ИЗВИНИТЕСЬ! НЕ ИЗОБРАЖАЙТЕ, ЧТО ПОБЫВАЛИ В АДУ, ХОТЯ БЫЛИ В РАЮЮЮ!       — У тебя совсем крыша поехала? — но меня даже не слушали.       — КАКОГО ЧЕРТА НА ВАС ЛИЦА НЕ БЫЛО? А НУ БЫСТРО НА КОЛЕНИ! ВСПОРИТЕ СЕБЕ ЖИВОТЫЫЫ!       — Да как ты только смеешь?!       — МОЛЧАТЬ ПАЙ МАЛЬЧИК, БОЛЬШЕЛОБЫЙ! ЗАТКНИСЬ И СЛУШАЙ МЕНЯЯЯ!       — Да отцепись от него! — хватаю безумца за руку, чтобы он отпустил волосы Танджиро, — Я конечно знала, что ты извращенец, но не думала, что на столько. Сам то хорош, ты считай неделю провел наедине с девочкой, но они почему-то не орали.       — А ТЫ НЕ СЧИТАЕШЬСЯ!       — А? — я разжала ладонь. Не считаюсь? Почему это? Я что, мало на девушку похожа? Недостаточно хороша, или что?       — Эй, Ниса, ты чего? — Танджиро быстро среагировал на мою перемену настроения.       — Ничего, — разворачиваюсь и возвращаюсь в тренировочный зал. Зеницу ничего не понял и все продолжал верещать.       Мне… обидно?       Ай да ладно. Ну что же, начнем.       Растягивали нас нещадно, но мне, давно к такому привыкшей было в кайф.       Зеницу светился от счастья. Однако меня это сейчас совсем не радовало. Взаимодействовать с ним я ближайшее время не хочу, пусть думает, что говорит. Пусть и не так важно, однако то что меня задело, это факт. Я тут знаете ли тружусь в поте лица, выгляжу опрятно, волосы в порядок привела. Даже пару килограмм наела, от чего фигура выглядит теперь куда гармоничней. И после всего этого, говорят, что я за девушку не считаюсь, фыр.       Иноске просто пытался выжить и не заплакать. И то и другое у него получалось с трудом.       — Кххх, — мне показалось, или Танджиро молится? — А? Что это за громкий хруст?!       — Мой позвоночник… — кое как достав правую руку из буквы зю, в которую меня скрутили, показала большой палец, — Ща, немного прохрущусь и как новенькая.       — Ты уверена, что это нормально? — он приподнял одну бровь и посмотрел на меня с подозрением.       — Абсолютно. — то же упражнение в другую сторону и снова слышен громкий хруст. Да, засиделась я, конечно.       В игре против Аой я с треском провалилась и меня хорошенько облили вонючим отваром. Ну, не все так плохо. Игра в салочки давалась мне неплохо, но после того, как я упала на больную ногу, мне запретили продолжать игру.       Зеницу побеждал везде чисто на силе духа. Иноске видя его успех, не отставал. Одни мы с Танджиро сидели мокрые и немного грустные.       Однако Канао победить не удалось еще никому.       Ближе к вечеру, мы вернулись в палату.       — Это было круто, да Ниса? — я молча прошла мимо Зеницу, — А?       — Эй, ты же сегодня дочитаешь про того крутого мужика?! — напомни какого из? Они просто подряд идут, потому что ты ничего другого слушать не хочешь.       — Прости, Иноске, сегодня я не в настроении. — прохожу к своей кровати, беру чистую майку и сменные штаны и направляюсь в сторону ванной комнаты.       — Что это с ней? — голоса все еще слышно из дверного проема.

***

      Смотрю на себя в зеркало. Я довольна результатами своих стараний, так почему меня не воспринимают как девушку? Конечно, загоняться по этому поводу я не собираюсь… Или собираюсь. Может пострадать немного?       Терренс всегда говорил, что я очень красивая. Не знаю, была ли это лесть любящего брата, или в его глазах я действительно была такой, но я никогда ему сильно не верила. И все же, красота в глазах смотрящего, я не могу нравится всем, но для кого-то я должна быть симпатичной?       Однако, высказывания, подобные сегодняшнему, всегда меня задевают. Возможно виновата низкая самооценка, не знаю.       Я вышла на террасу, внутреннего двора. Ночной сад завораживал своей загадочной красотой. Думаю, стоит посидеть, подышать свежим воздухом.       — А вот ты где.       — Танджиро?       — Ты долго не возвращалась, вот я и решил поискать тебя.       — Спасибо за заботу, но я в порядке.       Но парень все равно сел рядом.       — Он не хотел обижать тебя, думаю он имел ввиду что-то другое. — а ты у нас миротворец, как всегда.       — Я знаю, но все же ему будет уроком, что нужно думать, прежде чем открывать рот.       — И то верно.       Мы замолчали. В темноте ночи не было слышно ничего, кроме пения цикад.       — Знаешь, я думаю, что ты очень симпатичная. И твой запах очень приятный.       — Ты говоришь это, чтобы приободрить меня, или потому что действительно так думаешь, — какой интересный камень, надо рассмотреть получше.       — И то, и другое. Я не умею врать. — даже не глядя на него понимаю, что он улыбается. До чего же приятно.       — Спасибо, Танджиро.       И снова неловкая тишина.       — Эй, Танджиро, — все же я нашла в себе силы посмотреть на его лицо, — это… — немного поколебалась и протянула ему мизинчик, — мне на душе легче от этого, сейчас еще немного успокоюсь и пойдём.       — Хорошо! — он без колебаний ответил на мой жест. Вот так и сидим, как два дурачка, держась мизинцами. И ведь правда, теперь мне куда спокойнее.       — Ну что, пойдем? — он встал и протянул мне руку.       — Угу, — я приняла помощь, но даже как только я поднялась, он не спешил меня отпускать, странно, — идем?       — А? Да!       Мальчик чуть встрепенулся, разжал ладонь, и пошел в сторону комнаты.       Когда мы вернулись, Зеницу налетел на меня со слезящимися глазами.       — Ниса, Нисочка прости, я постоянно тебя обижаю, но я правда не хотел! Я имел ввиду, что ты для меня очень близкий друг, и что я воспринимаю тебя по-другому! Правда, правда!       — Ну не постоянно, но периодически. Ничего страшного, я уже не так злюсь.       — Правда?! Я так виноват! Я не хотел говорить, что ты не девушка, честно! — передо мной редко извинялись. Извиняться, это вообще тяжело, и если человек делает это без лишних дрязг, то думаю, ты ему дорог.       — Все хорошо, я прощаю тебя. — легко обняла его за шею. Все же, за то время, что мы провели вместе, я могу назвать его своим лучшим другом. Зеницу ответил на мои объятия.       — Никогда больше не скажу ничего подобного! И побью всех, кто вздумает тебя обижать!       — Да, хорошо.       — Аааа?! РАЗВЕ ТЫ НЕ ДОЛЖНА МЕНЯ ОТГОВОРИТЬ?!       — Ни в коем случае. — моя улыбка во все тридцать два заставила его кричать еще громче.

***

      Прошло еще пару дней. Иноске все активнее проявлял интерес к чтению, и даже уже проскакивала мысль, что лучше читать самому, так как я не всегда могу. С Зеницу мы периодически играли в карты, после чего он кричал, что я жулик, но все же должен мне уже шесть желаний. С Танджиро мы договорились, что уже завтра поедем ко дедушке Акихиро на несколько дней, а потом вернемся и продолжим реабилитацию. Если нам не понадобится начинать её с начала, конечно.       Я и Агацума шли по коридорам поместья в сторону кухни.       — Так завтра вдвоем вы уедете?       — Что за странная ухмылка, Зеницу? — из-за нашего общения почти двадцать четыре на семь, я открыла его очень интересную сторону. Он просто невероятно любит всякого рода романтические романы. Это в многом объясняет его поведение и одержимость идеей женитьбы. Однако вопрос, почему он не применяет полученные навыки в своем же общении остается открытым.       — Да ничего, просто столько времени, чтобы поговорить по душам…       — Ты что, от своих розовых соплей настолько в своем сознании преисполнился, что решил податься в свахи?       — Никакие это не сопли! И я начал читать, чтобы лучше понять девушек, вот и все!       — Ладно, здравое зерно тут есть. Ой, это же Мурата! Приветик. — помахала рукой парню, что шел на встречу.       — А?! Ой, здр-здравствуйте! — и снова поклон в прямой угол.       — Да что ты, прекрати так кланяться, мы же не столпы какие…- Меня смущает такая его реакция на моё появление. Мы встречались в коридорах поместья пару раз и все время одно и то же.       — Госпожа Сато, скажите, вы не заняты завтра? Вечером.       — А? Я собиралась навестить родных, так что уеду на некоторое время. А что? — что-то как-то совсем ничего не понимаю.       — Н-ничего, извините за беспокойство! — и скрылся.       — Вот это да. Вроде ничего не делаешь, а от мужиков отбоя нет.       — Что ты там бормочешь, Зеницу? От кого отбоя нет? Мало ли зачем я ему была нужна.       — Ага, потому он был красным, как перец. Какой мерзкий тип. — Агацума раздражен? В чем дело?       — Да ну, может он просто девушек стесняется. Танджиро вон тоже постоянно краснеет. Хотя пару раз у него просто был жар.       — Вот ты вроде умная, но иногда я тебе просто поражаюсь.       — Да брось. И прекращай читать эту свою второсортную порнушку, или скоро начнешь видеть любовные порывы во всем, что движется.       — Никакая она не второсортная!       — А тебя только это смутило?       — Да ну тебя, Ниса!       О пришли.       Таскать всякую всячину с кухни стало нашим своеобразным хобби. Хоть еда и предназначалась нам, так было куда веселее. Нас за это не ругали особо, только если поймают на месте. Но было весело.       — Я отвлекаю, ты действуешь. — открываю дверь, — Аой, привет, как делишки?..

***

      — Так, прохвосты, не скучайте, мы вернемся совсем скоро! Танджиро, Незуко, готовы? — мы все думали, брать ли младшую Камадо с собой, но решили, что ей иногда выходить тоже стоит. Танджиро кивнул, Незуко издала три стука по стенке.       — Так не честно! Ты не дочитала про того мужика!       — Иноске, чтобы не зависеть от меня, не пора ли и тебе начать учиться? — бинго!       — Вот увидишь, ты вернешься, и я все выучу!       — Вот это настрой! Так держать, молодец! — я смогла! У меня получилось! Просто лучшая!       — До встречи, ребята! Идем, Нерисса. — Танджиро уже направился к выходу.       Я быстро обнимаю оставшихся мальчиков. Если Зеницу уже привык к моей тактильности, то Иноске немного опешил. Вокруг него как будто кружились одуванчики. Но это не так важно, ибо я побежала догонять Камадо.       — Ну что, куда нам?       — Выдвигаемся в сторону ближайшего вокзала, оттуда садимся и едем в Шидзуоку.       — Хорошо! — путь не близкий, но мой друг явно настроен позитивно, что не могло не радовать, — Спасибо, Ниса.       — Да сколько ты еще будешь меня благодарить? — неловко чешу затылок, — Еще не ясно, сможем ли мы чем-то помочь.       — Но я правда за многое благодарен.       — Хорошо, я поняла, спасибо. Смотри, утки летят! — так весело крякают, какая красота.       — Мне кажется, это гуси.       — Возможно, но так и не разглядишь. Люблю птичек. — надо придумать, о чем поговорить, а то как-то неловко. О! — Танджиро, а когда у тебя день рождения?       — Четырнадцатого июля. — его явно веселят мои попытки в разговор.       — Ох, он уже прошел, та что же ты молчал?       — Да я и забыл совсем как-то. — пожал плечами.       — Ну это не дело. — надо будет что-то ему подарить, а то как-то грустно.       — Да ничего, не думаю, что это важно. А когда твой?       — Двадцать четвертого ноября.       — Понятно. — да почему так неловко то? — Ты любишь ромашки?       — А? Откуда ты знаешь?       — Твой отец принес их тебе, когда ты спала. Да и если человеку что-то очень сильно нравится, то это отражается в его запахе.       — Разве? Никогда не слышала об этом. Тогда чем же я пахну? — странный вопрос, но интересно.       — Орехами, — ну, это скорее от средств, которыми я пользуюсь, — ромашками и морем.       Как интересно. Наверное, его нюх действительно особенный. Я немного смутилась, но постаралась этого не показывать. Какой-то странный у нас вышел разговор.       Больше не пыталась поддерживать беседу. Если не знаешь, что говорить, лучше промолчать. Дорога вывела нас на рисовое поле. Такое огромное, зеленое, и дарующее какой-то странный покой. Невольно засмотрелась на блики солнечных лучей на поверхности воды.       — Ниса?       — А? Да иду, -догоняю Камадо, который немного ушел вперед.       Часа через четыре мы дошли до ближайшего города.       — Танджиро, давай перекусим немного и пойдем на станцию.       — Да, хорошая идея.       За все время нашего пути мы говорили всего пару раз. Я не знаю, что это за чувство, однако почему-то мне как-то страшно начинать диалог. Впервые испытываю такое, и главное не понимаю с чем это вообще связано? Танджиро ведь такой добрый, даже если я скажу что-нибудь не то, он никогда не осудит. Тогда что это за тревога? Ааа, ничего не понимаю.       — Ниса. Ты плохо чувствуешь себя сегодня?       — Н-нет, совсем нет! О смотри, там продают якисобу, идем! — да что же это со мной, а ну собралась.       — А? Хорошо.       — Нам две порции, пожалуйста! — я уселась за прилавок в ожидании заказа.       — Ниса, а твой дедушка… Не знаешь, как он отнесется к Незуко?       — Не думаю, что он будет сильно против. Но если учесть, что они с мамой очень похожи характерами, то мне немного попадет за ситуацию со столпами. Но, это скорее для профилактики, так что не страшно.       — Прилетит?! — он так мило пугается, просто загляденье.       — Угу. Возможно меня немного отметелят в додзё, но это не страшно. Тем более я ранена, так что сильно бить не будут.       — Что же ты молчала?! Я бы тогда один поехал!       — Да ничего страшного, мне привычно. К тому же он не только мой дед, но и воспитатель. Да и это, считай, обычная тренировка с сильно превосходящим противником. Да и есть там один человек, по которому я очень скучаю, так что не беспокойся.       — Точно все хорошо? — он смотрел на меня обеспокоенно, чуть склонив голову.       — Ага.       Нам принесли якисобу. Поев мы отправились на станцию.       — Ого, что это такое?       — Это поезд, ты что никогда не видел?       — Поезд?       — Да! Через всю Японию проложена сеть железных дорог. По ней передвигаются вот такие поезда и перевозят людей и различные грузы. Такой вот современный вид транспорта. Ты ведь жил в горах, наверное, потому не слышал. Но почти в каждом большом городе, особенно на Южном побережье есть своя станция.       — Вот оно как. — парень выглядел немного растерянно, но с интересом разглядывал огромную железную машину.       — Пойдем скорее, а то он вот-вот тронется. — я схватила Камадо за руку и побежала к третьему вагону.       Мы уселись на свои места, и я чуть опустила штору, чтобы солнце не слепило глаза.       — Ниса, а кто тот человек, по которому ты скучаешь? — Танджиро внимательно наблюдал за моими манипуляциями.       — А? Ааа… Я говорила про свою подругу. Мы были вместе с самого детства, но после того, как я ушла в истребители, мы очень редко видимся.       — Она живет в одном городе с твоим дедушкой? — почему мне кажется, что он как-то расслабился после моих слов?       — Нет, мы взяли её под опеку, после того, как на её дом в Токио напал демон и убил её родителей. Помнишь того демона свина, когда мы сражались в доме Тамаё? Это был он.       — Теперь я понял, почему тогда ты сразу выбрала именно его. Он выглядел таким мерзким, что меня удивило, почему он. — Танджиро чуть поморщился, видно не ко всем демонам он сострадателен.       — Он был отвратительным до самого конца. Даже мое очищение сознания не смогло пробудить в нем и капли человечности. — я нахмурилась, ибо воспоминания не из приятных. — Но я устроила ему солнечные ванны и больше он никого не побеспокоит. Однако, забавно, что, если бы не он, мы бы с тобой может и не встретились.       — Да уж, грустные обстоятельства. Надеюсь твоя подруга в порядке. — он легонько кивнул мне, — Кстати, а долго нам ехать?       — Нет, отсюда около трёх часов. — я зевнула, все же после еды, да на такой жаре клонит в сон.       — Можешь подремать, — он похлопал себя по плечу, — я разбужу тебя, как будем подъезжать.       — Да? Спасибо. — я решила воспользоваться таким любезным предложением и совсем скоро задремала. Одного не могу понять. Рядом с ним я, то нервничаю, то чувствую себя невероятно спокойно. Что-то здесь не так.