Глава 21. «Юность»
3 марта 2022 г., 02:44
— Эй, Ниса, — чья-то рука, что до этого лежала на моем плече, легко толкнула меня, — Мы скоро выходим, Ниса, пора просыпаться.
Я открыла глаза и увидела Танджиро, что смотрел на меня сверху вниз.
— Что?
— Ты постоянно скатывалась с плеча, потому я подумал, что так тебе будет удобнее. — наконец я осознала, что он уложил мою голову себе на коленки. Даже не знаю, как реагировать, слишком мило, чтобы возмущаться, но слишком смущающе, чтобы не реагировать вовсе. — Вставай скорее, наша остановка.
Я подскочила с места и пошла к выходу из вагона. Просто сделай вид, что ничего не было, ничего не было. Это же Танджиро, он заботится обо всем, что дышит, ничего необычного. Глубокий вдох, я спокойна.
— Нам надо пройти вдоль побережья на восток. Там будет дорога к деревне, дедушка Акихиро живет у горы сразу за ней.
— Хорошо.
Дорога через город скоро вывела нас к морю. С высоты скал было хорошо видно, синие волны сверкали в лучах летнего солнца, и, разбиваясь, обращались в пену. Легкий ветерок трепал волосы и наполнял легкие чистейшим воздухом. Я так скучала, море.
— Танджиро, скажи красиво.
— Да, впервые вижу его так близко. — по горящим глазам вижу, что он разделяет мое восхищение.
— Но ты же знаешь, как оно пахнет.
— Да, но морской запах всегда чувствуется из далека, так что я его запомнил.
— Вот оно как… А почему ты не подходил близко?
— Да как-то не доводилось. Мы же истребители, свободного времени у нас не так много, так что смотрел только издалека.
- Да, только уже почти месяц, как мы валяемся в лазарете, где этого свободного времени хоть отбавляй. — парень согласно кивнул. — Знаешь… На острове Сикоку, в городе Митоё, есть место под названием Урашима. Говорят, там так много ромашек, что кажется, что идешь по облакам, а в дали открывается вид на море. С детства мечтала побывать там, но так ни разу и не довелось.
— Вот как, это хорошая мечта. — тут Танджиро серьезно посмотрел на меня. — Когда мы победим Мудзана, а Незуко снова станет человеком, поедем туда? Все вместе.
— Ахаха, а если у нас не получится? — ишь какой, уже сам все решил.
— Обязательно получится. — Камадо улыбнулся какой-то грустной улыбкой.
— Хорошо, но учти, если что-то не сойдется, ты лишишь меня мечты. — я хихикнула своим мыслям. Вот хитрюга, пытается замотивировать меня на борьбу.
Солнце уже начинало садиться, когда дорога свернула в лес и совсем скоро вывела к небольшой деревне.
— О! Это же Нерисса! Здравствуй, родная, как поживаешь?
— Здравствуйте, бабушка Чиё, как ваше здоровье? Ноги все также беспокоят?
— Да, милая, но все хорошо. Старость не радость, но и жаловаться грех, — женщина немного шепелявила, так как от старости потеряла уже добрую половину зубов, но была все также очаровательна, — Давненько ты не приезжала, наш ангелочек, совсем заработалась поди.
— Есть такое, конечно, но я постараюсь навещать вас при любой возможности, — я мягко улыбаюсь, хотя она скорее всего даже не видит моего лица.
Мы пошли дальше, по дороге здороваясь с местными жителями. Так и не заметили, как вышли на тропу к поместью. Еще издали я заприметила темноволосую девушку, в светлом кимоно и платке.
— Эй, красотка, не занята сегодня вечером?!
— А? Ниса! Ты вернулась! — Момо бросила снимать развешенное белье и понеслась нам навстречу.
— Ловлю! — я немного согнула колени и раскрыла руки. Исекава разбежалась и прыгнула в мои объятья, скрещивая ноги за спиной. Мы часто так делали в детстве с ней и Терренсом, и вот что-то вспомнилось.
— Однако, вы потяжелели, женщина.
— Я тебе сейчас уху откушу! — она хихикнула и слезла с меня, — О, ты привела гостя? Что же не предупредила?! Заходите скорее, я сбегаю за дедушкой! Дедушка Акихиро! — и скрылась в темноте дома.
— Вот же суета. Пойдем, скорее. — Танджиро немного растерялся от такого бурного приветствия, но если учесть, что Момо выглядит так, как будто уже оправилась, то это абсолютно нормальная реакция.
Я пригласила гостя на кухню, где уже нас ждал дед, а Момо суетилась, стараясь найти что-нибудь съедобное.
— Моя птичка, ты не предупреждала, что навестишь нас.
— Хотела сделать сюрприз, — я неловко почесала затылок, — знакомься, это мой товарищ, Танджиро Камадо. Танджиро, это мой дед Акихиро Сато и подруга семьи Момо Исекава.
— Приятно познакомиться. –парень немного неловко улыбнулся.
— Так ты тот самый малец, из-за которого моя внучка попала под суд. — Танджиро заметно напрягся, — Ну что же, садитесь, полагаю разговор будет долгим.
— Вы голодны? Хотите поужинать, или может чаю? — один из талантов Момо — напрочь игнорировать напряженную атмосферу.
— Давай чаю. — я криво улыбнулась, а сама следила за мимикой старшего Сато.
— Господин Акихиро, мне очень жаль…
— Он ни в чем не виноват. — перебила я Камадо, — Танджиро ничего у меня не просил. Все решения я принимала самостоятельно…
— Я понял, Николас рассказал мне все в подробностях. Просто хотел своими глазами посмотреть, ради чего ты так старалась. — дед улыбнулся. Так вся эта суровость напускная? Меня не пришлепнут в додзё? — Момо, зашторь-ка окна.
Девочка оторвалась от заваривания чая и послушно выполнила просьбу.
— Танджиро, пусть Незуко выйдет. — тот немного поколебался, но достал из-за спины коробку и попросил сестру выйти. Из коробки раздался шорох и дверца отворилась. Незуко аккуратно выползла на пол, немного осмотревшись, она выросла до своих обычных размеров.
— Это Незуко Камадо — сестра Танджиро. Она демон, но совершенно не агрессивна по отношению к людям.
— Вот оно как… Любопытно. — он внимательно осмотрел демоницу, но тут как будто что-то вспомнил, — Однако, мне кажется вы пришли сюда с другим делом. Уж не свататься ли?
— Нет! — вот это громкость у меня конечно. Старший Камадо аж чаем подавился и пришлось хлопать его по спине, — Дедушка, эти свои шуточки оставь при себе!
— Как жаль, как жаль… Не дождусь я правнуков. — вот только не надо этих крокодильих слез.
— Мне пятнадцать, какие правнуки?! Мы вообще-то по делу пришли! Танджиро, расскажи ему!
Парень, немного придя в себя, рассказал все, что знал о танце бога огня. Сзади нас Момо плела Незуко косички.
— Хм… Я ни разу не видел ничего подобного. Я конечно поищу в старых записях, но ничего обещать не могу. Однако, Танджиро, не мог бы ты показать нам свой танец, может мы сможем что-то подсказать тебе.
— Большое спасибо, господин Акихиро. — Камадо уважительно поклонился.
— Ой да ладно, можешь звать меня дедушкой, родной. — что здесь происходит? — Ладно, сейчас мне пора. Вы тоже долго не засиживайтесь, детишки. Кстати… Нерисса.
— Д-да?
— Завтра. В шесть утра. В додзё.
— Есть! — а я так надеялась. Я умру, точно умру.
На этом дед покинул нас. Видно пошел искать информацию.
— Ну что, чем займёмся? — Момо явно заскучала за время, что провела в деревне. Вполне могу её понять, после шумной столицы жизнь здесь кажется скучной.
— Прости, Момо, но завтра рано вставать, да и мы устали с дороги.
— Ну ладно. Но завтра мы обязательно должны хорошенько повеселиться. — и не откажешь ведь. — Танджиро пойдем, я покажу вашу с сестрой комнату.
— Спокойной ночи! — пожелала им в след и пошла к себе.
После довольно продолжительного времени, что я жила с мальчишками, переодеваться в комнате как-то уже и непривычно. Нашла свою любимую ночную рубашку. Её я когда-то отжала у отца, так как он в разы выше меня, мне она доходила до колен. Приятная ткань, тело дышит, красота.
Осматриваю книжную полку в поисках чего-то, что поможет уснуть. Ничего интересного. Хотя что это? Беру совсем маленькую книжечку, и читаю название на корешке. «Иностранные песни на японском. Баллады и колыбельные», интересно. Вроде мама в детстве часто пела нам что-то подобное, это она привезла?
Не скажу, что я чудесно пою, но в пределах определенной тональности у меня очень даже неплохо получается. Наверное, баллады и колыбельные- это единственное, что у меня выходит, остальное просто не вытягиваю.
Ну, коль мне петь некому, спою сама себе. Что у нас тут есть?
Большинство песен мне довольно хорошо знакомы. Навевает воспоминания.
Раздался тихий стук.
— Входите. А Момо? Ты еще не спишь?
— Мне плохо спится после того… ну, ты поняла. Подумала, что было бы неплохо, если мы устроим небольшую ночевку. — она подошла к кровати, где сидела я, облокотившись об изголовье, и легла, положив голову мне на колени.
— Я понимаю. Хотя мне сложно представить, что ты чувствуешь все это время…
— Разве ты не чувствуешь, тоже самое, когда думаешь о Терренсе? — она скептически взглянула мне в глаза.
— Нет. Брат жив, я чувствую. Даже если родители уже не верят, если кто-то скажет, что видел, как он умер. Я не перестану верить, пока лично не увижу его тело.
— Поняла, прости. Как продвигаются поиски?
— Я расспрашивала истребителей, которые были знакомы с ним, но никто ничего не может сказать. Терренс хоть и очень общительный, никогда не говорил о работе и всегда ходил один. Его ворон был убит незадолго до исчезновения, так что след просто теряется.
— Сложно. — Момо нахмурила брови, но с ее миловидным лицом это было так забавно, что я хихикнула, — ты чего?
— Ты похожа на недовольного хомяка.
— Сама ты хомяк! Нет суслик!
— Да не шуми ты так, ребят разбудишь! — как только я это сказала, краем глаза увидела, что в дверях стоит Незуко. Она внимательно смотрела на нас своими большими аметистовыми глазами и как будто не решалась зайти, — Ну я же говорила! Незуко, мы потревожили тебя? Прости. Хочешь, иди к нам, будет у нас такой вот девичник.
— Да, заходи! Ниса, давай достанем футоны? — Момо быстро сориентировалась и побежала к моему шкафу. У меня было только два запасных футона, так что пришлось сбегать к Момо за третьим.
Уже через пять минут мы соорудили эдакое гнездо. Я уже и забыла, как это весело. После игры в крокодила, где лидерство уверенно держала Незуко мы решили погадать. Классика подобных мероприятий.
— Так, вооот, — я расставила в круг стаканчики, которые стащила с кухни. — Смотрите, гадаем на будущее до конца этого года. Вытягиваем с закрытыми глазами стаканчик, а что в нём будет, то нас и ждёт. Сахар — счастье, кольцо — предложение, соль — беда, вода — алкоголизм. — на последнем слове я хихикнула, — Все поняли?
Девочки кивнули. Первая из нас тянула Незуко.
— Ну-ка, Момо, ты тоже не смотри, а то пошлёшь ей сигнал какой.
— Какой еще сигнал, давай, Незуко, тяни!
— Хех, ну примерно этого я и ожидала. — девочка вытянула стаканчик с кольцом. Не будем тыкать пальцем в конкретного человека, уж слишком очевидно. — теперь Момо.
Девушка долго не могла решиться между сахаром и кольцом, поэтому выбрала третье.
— Ахахах, почему я не удивлена? — Момо растерянно смотрела на стаканчик с водой.
— Без тебя я отказываюсь спиваться. Кто меня домой дотащит? — похоже ей тоже смешно.
— Так теперь я. — подождала, пока стаканчики переставят местами, и, недолго думая, взяла первый попавшийся. — хм, это соль.
Немного хмурюсь, но решаю не портить подругам настроение. Потому предложила укладываться спать.
— Ниса, когда я вошла, я слышала, как ты что-то напевала.
— А, да старый песенник нашла…
— Споёшь нам? Как колыбельную? Ну пожалуйста, я никогда не слышала, чтобы ты пела. — голова Момо лежала на моём животе, с другой стороны Незуко обнимала мне руку. Я же, вроде, костлявая, почему им так удобно?
— Даже не знаю, если хочешь, чтобы кошмары стали ярче…
— Да брось, спой нам. — ладно, сдаюсь.
Что же выбрать? Наверное, лучше всего получится то, что залегло в душе. Да и коротенькая песня, вполне подойдёт.
(на этом моменте, друзья мои, включаем polnalyubvi — Юность и предаёмся меланхолии)
«Юность заветная бросила в пропасть Она заставляет любить и скучать Ты только опомнился, но было поздно В сердце твоём поселилась беда»
Выходит вполне неплохо, возможно стоит петь почаще. На душе становится тоскливо, уж слишком жизненные слова в песне.«И теперь горит огнём тоска И теперь горит огнём тоска Лишь бы вновь услышать, друг, тебя Солнце уснуло, встретимся скоро.»
Незуко прижалась ближе, видно слова откликались в её душе так же, как и в моей. Момо прикрыла глаза, брови сведены к переносице и весь её вид говорил о том, что она задумалась о ком-то. Я прикрыла глаза, так петь было куда легче.«И теперь горит огнём тоска И теперь горит огнём тоска Лишь бы вновь услышать, друг, тебя Солнце уснуло, встретимся скоро.»
Я не шевелилась еще пару минут после того, как допела. Я вспомнила брата. Не хочу сказать, что хоть когда-то забывала о нём, но сейчас его образ вырисовывался так чётко, что казалось, протяни руку и он возьмётся за неё. Сожмет ладонь крепко, как делал всегда, когда я о чём-то переживала и никогда не отпустит. Лишь бы снова услышать тебя, милый друг. Просто скажи, что всё снова будет хорошо.***
Танджиро проснулся на рассвете. Скоро тренировка Нисы с её дедом, и он хотел пойти с ней. Пусть виноватым он, по её словам, не был, однако он не мог оставить её одну. — Незуко? Ты где, Незуко? — не обнаружив сестру на месте он немного забеспокоился, но решил сходить к Нериссе, мало ли та уже не спит и знает что-то. — Ниса, ты спишь? — он осторожно постучался, но ответа не было. –Извини за вторжение. — было немного неловко, но он давно понял, что у девушки очень крепкий сон, так что она скорее всего не услышит его. Да и к её спящему виду он давно привык, всё же почти месяц жили в одной палате. Войдя в комнату перед ним предстала довольно забавная картина. Три девушки спали на футонах. Незуко буквально залезла на Нериссу, перекинув через ту конечности. Вторая, несмотря на тяжесть, всеми силами пыталась вернуться в привычную позу калачиком, но сделать её того не давала Момо, что держала ее за руку, с другой стороны. Все это было настолько смешно, что Камадо не сдержал улыбки. Однако время до тренировки поджимало и надо было как-то разбудить. — Ниса, — он обошел этот клубок так, что присел возле головы девушки, — эй, Ниса, пора вставать. В ответ лишь сопение. Надо было разбудить её так, чтобы не проснулись те двое. С её то сном, задачка не из легких. Парень коснулся её щеки, в надежде, что хоть это как-то поможет. От неё пахло не как от других девушек. Те запахи были сладкими, цветочными, похожими друг на друга. Ниса пахла свежо, с еле уловимой нотой соли. Она и сама по себе была странная. Яркая, но не как солнце, а как вспышка, что озарят всё вокруг и тут же прячется в тени. Почти постоянно хмурится и язвит, ухмыляется, если видит что-то, что считает глупым, или забавным. Но если она улыбается, то на душе как будто становится легче. Постоянно приглядывает за ним и ребятами, иногда подбивает на авантюры, но те ничем плохим не заканчиваются. За то время, что они знакомы, девушка успела стать очень близким другом и человеком, которого хочется защищать. Однако иногда возникало такое странное чувство, которое парень не смог бы описать, даже если бы захотел. Его немного беспокоило это, однако внимания на этом он заострять не стал. Тут девушка поморщилась и Танджиро понял, что задумался и так и держал ладонь на её щеке. — Танджиро? — девушка приоткрыла один глаз и тот, засмущавшись, одернул руку. Как-то неловко. — Нам пора идти, скоро твой дедушка будет ждать нас в додзё. — А… точно. Помоги выбраться, пожалуйста. Она привстала на локтях и Камадо, взяв её подмышки, вытянул из хватки спящих подруг, поставил на ноги. — Спасибо. — Ниса зевнула и зачесала волосы назад. — Ты что, хочешь пойти со мной? Чего встал в такую рань? — Да, я подумал, что мне тоже будет полезно. — немного недоговаривает, так как знает, что девушка не любит, когда её жалеют. Или просто смущается, до конца не ясно. — Ладно, иди тогда, через пятнадцать минут на кухне. — и снова хмурится и трет переносицу.***
Я одела черный топ и хакама, которые укоротила до середины голени для удобства и поскакала на кухню. Наспех позавтракав мы отправились в додзё, где нас уже ждала моя смерть. — Лишь хочу предупредить, что моя нога еще не до конца срослась… — Значит береги ногу. — вот в обычной обстановке, это лучший дед на земле, как только начинается тренировка в нём просыпается самый настоящий садист, — Танджиро, твоей техникой мы займёмся чуть позже. Посиди пока вон там. — Но я… — Выполнять. — помни меня, мой милый друг. — Теперь ты. Пятьсот отжиманий, сто кругов по залу, растяжка и спарринг. — Я ожидала худшего. — Эй, Танджиро. Посчитаешь? — я встала в планку и приготовилась к своему личному адку. И тут я заметила, что парень сделал тоже самое. — А? — Уж это, я точно могу сделать вместе с тобой! — не плакать, не плакать. Хотя, если он сделает, а я нет, мне дадут леща. Ладно, главное поддержка. — Ты готова? — Да! Начали! Дышать, главное дышать. На двухсотом отжимании руки начали немного трястись. На четырехсотом пот уже лился с меня градом, от чего волосы, выбивающиеся из низкого пучка липли к шее. Я не силовик, пощадите! — Пятьсот! — Танджиро было куда легче, но было видно, что он тоже устал. Я же в позе собака мордой вниз пыталась хоть немного прийти в себя. — Чего филонишь? Встала и побежала! — Есть. — и тут Танджиро меня не оставил. Мой хороший, я сейчас так тебя люблю, ты не представляешь. Пробежка далась мне куда легче, уж с этим проблем никогда не было. У моего товарища тоже не возникло особых проблем. Но тут беда пришла откуда не ждали. Растяжка. Это вам не с девочками тянуться, это полноценный шпагат. — Ну давай Танджиро! Еще чуть-чуть! — Я сейчас на пополам порвусь. — кряхтит, но делает. С боем, с треском, но я посадила его на поперечный. — Да как ты это делаешь? Сама я уже поставила кирпичики и сижу в отрицательном. — Что за лицо? Это норма для моей профессии. — Истребителя? — Многопрофильной танцовщицы. В балет я тоже могу. Видел когда-нибудь гранд батман?! — А? — его глаз задергался, когда он увидел, как я из положения стоя прижала правую ногу к виску. — Ты вообще человек?.. — Эй! — А? Прости! — Вы закончили? Пацан в угол, мелкая в стойку. Выполнять. — Оттянуть неизбежное не вышло, — Готова? — Да! — фронтальная стойка, сосредоточиться и равномерно распределить вес. — Нападай. Удар голеностопом в верхний уровень выполняемый с разворотом после выноса колена и таза вперед. Заблокировал предплечьем, но я видела, что его рука задрожала под напором. Это я стала немного сильнее, или он сдал позиции? Контратака. Толчковый удар выполняемый выталкиванием тазобедренного сустава вместе с ногой вперед, направленный в голову. Не заблокирую. Резко приседаю и пытаюсь нанести боковой удар стопой параллельно полу, в попытке перебить голеностоп. Дед отскочил на полметра, принимаю стойку. Да как так-то? Как только встала, уже пытаются меня побить. Еле уклоняюсь от прямого удара кулака в нос. Как прямолинейно. Блокирую такой же хук слева, отскакиваю, снова уклоняюсь. Можно было бы поиграть в салочки, по старой доброй традиции, однако этого противника утомить просто невозможно. Стараюсь контратаковать, но ни один мой удар не проходит. Хотя, сейчас! Удар вразрез, правая рука летит над рукой деда прямиком в голову. — Ай! — аж слезы из глаз брызнули. В попытке защититься дед левой рукой перебил мне запястье. Кажется, я слышала хруст. — А ты молодец, почти достала. Момо, осмотри ей руку! — когда она пришла? Больно, но терпимо. Но я почти победила! Мне еще ни разу не удавалось уйти не побитой, а тут я была так близко! Я довольна. — Ой, ой, ой, дай вправлю скорее! — ты когда успела в медики податься? Ауч! — Теперь ты. — Танджиро, что до этого завороженно следил за боем, если это конечно можно так назвать, вздрогнул. — Да! — Для начала, хочу сказать, что никакой информации найти мне особо не удалось. Однако, чтобы ваш приезд не был бессмысленным, прошу тебя станцевать этот самый танец. Уж с профессиональной точки зрения, думаю, мы сможем помочь. Ниса, ты тоже смотри внимательно! Ну что же, смотрю, внимаю. Взяв деревянный меч для наглядности, Танджиро начал действо. Я не знаю, как это описать. Технически, это похоже на движения из театра Кабуки. Если вдаваться в историю, то моя техника, основанная на танце Одори, который является прародителем Кабуки, довольна схожа в исполнении. Но у меня это одна техника, а тут весь танец. Условно его можно разделить на двенадцать частей, которые вполне удобно адаптировать под боевые каты. — Ну, что ты думаешь? –дед внимательно посмотрел на меня. — Даже не знаю, что и сказать. Для ритуального танца движения слишком резкие, больше похоже на боевой стиль. — Молодец. У меня тоже возникла похожая мысль. Есть предположение, что это не ты переделал танец под стиль боя малец, а он был таковым изначально. Иными словами, твоя семья из поколения в поколение передавала боевую технику, бод видом ритуала. — Но тогда вопрос, зачем? К чему такая скрытность? — не пойму, к чему так шифроваться. — Этого мы не узнаем. Однако если хочешь найти истоки своей силы, то название скорее все тоже было изменено. Будь внимательнее, Камадо. — Понял! Большое спасибо! — было видно, что Танджиро уже довольно сильно устал. Видно танец бога огня отнимает довольно много энергии. — Так, а ну быстро на ужин! Уже вечер, а вы еще даже не ели, куда это годится?! — Уже идем Момо. Ты приготовила что-то вкусное? — со скрипом поднимаюсь и иду в сторону выхода. — Я всегда готовлю вкусно! — девушка показала мне язык, — Сегодня у нас рамен, так что советую поспешить, пока не остыло!***
— Уезжаете уже завтра? — Момо заметно приуныла, однако старалась не подавать виду. — Да, нас отпустили на три дня, мы еще проходим реабилитацию. — я сохраняла спокойное выражение лица, хотя самой было как-то тоскливо, — Тут уж ничего не попишешь, служба есть служба. — И то верно. Кстати, Камадо, — дед взглянул на парня, — Если думаешь искать информацию, то, думаю, стоит спросить у кого-нибудь из семьи Ренгоку. Хоть их отец и немного поехал в последние года, однако он явно что-то нашел и не хочет говорить. Может его старший сын смог что-то узнать. — Мы тоже думали спросить у господина Кёджуро. Однако он почти всё время на заданиях, так что встретиться с ним не так-то просто. — Танджиро кивнул своим мыслям. — Ну, попытаться стоит. А сейчас, благодарю за пищу! — на этом мы начали ужин. Когда мы разошлись, Момо снова решила навестить меня перед сном. — Ниса, знаешь, я ведь так и не поблагодарила тебя… — Это мой долг. Будь уверена, я сделала всё так, как обещала. — И всё же, спасибо. — Момо, — не очень хотела затрагивать эту тему, но думаю, это необходимо, — ты думала, что хочешь делать дальше? Мы будем не против, живи ты у нас, хоть всю оставшуюся жизнь. Но я просто не могу видеть, как ты чахнешь. — Ох, какой неожиданный вопрос…- с задумчивым видом девушка почесала затылок, — Я… не знаю. Я не могу вернуться домой. Стоит мне переступить порог, как меня накрывает истерика. Я просто не могу видеть то место, как прежде. Думаю, стоит продать дом. А потом… может пойти по профессии? Учитель Кумико набирает труппу для гастролей по стране. Однако, не знаю, возьмет ли она меня. — Конечно возьмёт! Мы же были лучшими из её учениц, она может покричит немного за долгое отсутствие, но обязательно примет! — Видела ли ты какое её охватило бешенство, когда ты ушла, — Момо весело захихикала, — Бедные девчонки из второго состава проклинали тебя на чем свет стоит, крепко же им досталось. Учитель так старательно пыталась создать кого-то твоего уровня, но так и не вышло. — с одной стороны приятно, с другой стороны не дай бог случайно встретить учителя. Я же просто не уйду живой. Еще немного поболтав о прошлом, Момо все же ушла к себе. Уже завтра мы вернёмся в поместье бабочки.
