Дитя истинной любви

      Едва Чимин поступил в старшую школу, он набрался смелости задать взрослым весьма интересный вопрос: "Что такое секс?".       Вроде бы простой вопрос требовал ясного ответа, но Сокджин и Фиат так растерялись, что забыли перевернуть мясо на гриле, отчего то обуглилось. Перед ними сейчас стоял светловолосый подросток с таким красивым личиком и стройной фигуркой, что было и так ясно, почему Чимин задался таким вопросом, как интимная близость. У него от поклонников отбоя не было. В школе он считался одним из самых привлекательных омежек в их параллели. Чимина уже приглашали на свидания, но он деликатно отказывал.       Джин тёплыми вечерами, секретничая с омежкой в его комнате, спрашивал, почему тот отвергает альф. Он не на шутку разволновался. А вдруг это реальная проблема и его внуку нужна помощь психолога. Но Чимин лишь пожимал плечами и говорил, что пока не готов. Сокджин это принял, радуясь, что у его цыплёнка голова всегда на плечах.       В школе Чимин учился хорошо, не был зубрилой, но и старался не быть в самом низу рейтинга класса по успеваемости. При таком умном дедушке Намджуне он должен был хорошо учиться, чтобы быть достойным внуком. К тому же за призовые места в школьных олимпиадах он баловал Чимина подарками в виде навороченных гаджетов и редкого мерча айдолов.       - Эм, тортик будешь? - всё, что смог из себя выдавить Сокджин.       Чимин нахмурился и сложил руки на груди. Он всё ещё ждал ответа.       - В целом, я знаю, что это такое. Но хотелось бы узнать детали.       Фиат решил спасти ситуацию:       - Может, тебе лучше поговорить со своим отцом. С дедушками такое не принято обсуждать.       Омега немного поразмыслил, а затем кивнул, попросив передать отцу, чтобы тот, как только придёт с работы, зашёл к нему в комнату.       *       Когда же с работы вернулись Чонгук и Намджун, жутко уставшие от проверки отчётов за последний квартал, они наткнулись на розовощекого Сокджина и молчаливого Фиата. Альфы спросили, в чем дело, но те замотали головой, мол, всё в порядке. Джин подкладывал мясо в тарелки своим мальчикам и кидал на Чонгука загадочные взгляды.       Они поужинали, к столу Чимин так и не спустился. Джин объяснил это тем, что их малыш готовится к олимпиаде по корейскому языку, он уже поел и убежал заниматься. Вот только Сокджин возразил, когда Гук собирался уйти к себе, чтобы не мешать сыну заниматься.       - Чонгук-и, подожди немного, - омега оглядывается, когда они стоят на втором этаже посреди коридора.       - Папа, что случилось? И почему ты говоришь шепотом?       - Тшш! Айщ, в кого же ты у меня такой шумный.       - В тебя! Ты же громче всех кричишь, когда видишь паучка.       - То совсем другое! И вообще, я не об этом, - Сокджин набирает побольше воздуха в лёгкие и сцепляет пальцы в замок. - Тебе нужно поговорить с Чимином.       - О чем? - приподнимает альфа брови.       - О сексе.       - Чего?!       - Тшш!       - Папа, что ты несешь? - шепотом кричит Гук.       - Не смей повышать на меня голос, - шипит на него Сокджин. - Просто... Чимин сегодня подошёл и спросил. Хочет знать детали интимной жизни.       - М, а разве не омеги такое обсуждают? Я то тут каким боком?       - Ты что, и вправду не понимаешь? Я дедушка! Такое обсуждают со своими папами. Но у Чимина папы нет, поэтому эта ноша по половому воспитанию ложится на твои плечи.       - Боже! - Чонгук взъерошил свои чёрные волосы. - И как я ему это объясню?       - Почитай подходящую литературу. Только у тебя не так много времени, ибо Чимин просил тебя зайти к нему после ужина.       - Чего?! Эй, ты куда? - альфа сделал шаг в сторону убегающего по лестнице омеги. - Папа, ты не можешь меня так подставить!       - Удачи тебе, сынок! Надеюсь, ты не сгоришь от стыда.       Чонгук остаётся в коридоре один. В абсолютной тишине. Чёрт! Одно дело обсуждать секс со своими друзьями за выпивкой, другое - со своим сыном, который слишком быстро взрослеет.       Да, за последние годы у них с Чимином сложились доверительные отношения. Чонгук был более сдержан, не переходил границу дозволенного. Дарил подарки, давал советы и защищал, как самый настоящий отец, хоть и не считал себя таковым до конца. Но он справлялся! До того момента, как всё пошло по хую.       Чимин стал взрослым. В его гардеробе появились шелковые блузки, блестящие браслеты, длинные серьги и куча, просто куча косметики. Конечно, дедушки очень любят баловать своего единственного внука.       Переходный возраст Чимина не обошёлся без истерик. Когда ты подходишь к нему и спрашиваешь, что случилось, а он в ответ закатывает глаза и возмущённо произносит: "Ничего! Взрослые всё равно не поймут". Были и слезы, когда гормоны били по нервам и Чимин то плакал над тем, как раздавил жучка, то смеялся, когда в фильме ужасов кто-то заорал, увидев привидение.       Он рос вполне нормальным ребёнком. И вот, наконец, он стал раскрываться, как бутон розы.       Времени было, от силы, пять минут. Чонгук успел забежать к себе в спальню, порыться в интернете и прочитать одну статью на семейном форуме. Там говорилось, что объяснять ребёнку про интимные вещи нужно спокойно, деликатно. Улавливать его реакцию, и если какая-то деталь его пугает, то нужно смягчить углы, съехать в другую сторону темы и пояснить, что всё не так страшно. И самое главное, рассказать о видах контрацепции, так как подросткам необходимо беречь свое здоровье, ведь их организм находится в уязвимой стадии полового созревания.       Всё написанное было вполне сносным, и Гук даже кивал головой, соглашаясь с мнением сексологов-психологов. Вот только когда он дошёл до части, где говорилось о течках и гонах, то всё... Тушите свет, кидайте гранату! Чонгук захлопнул ноутбук и схватился за волосы.       - Айщ, за что мне всё это?! - шипит он в пустоту.       Всё же Чонгук для храбрости выпивает пятьдесят грамм коньяка и только потом идёт к Чимину.       Ну была - не была. Возможно, лучше будет просто порекомендовать Чимину этот самый форум, вот пусть там и найдёт ответы на свои вопросы. Да, так и сделает.       Стук в дверь, короткое "войдите" и вот Чонгук уже краснеет, присаживаясь на край застеленной двуспальной кровати.       Чимин откладывает планшет на письменный стол и садится рядом с Гуком, скрестив ноги в носочках. Омега уже был одет в широкую футболку и короткие шорты, в которых любил спать.       - Как прошёл день? - с лёгкой улыбкой спрашивает младший.       Чонгук пожимает плечами:       - Нормально, - и отводит взгляд. - У тебя как?       - Тоже неплохо. Правда Субин повредил ногу и теперь у нас в студии нет главного танцора для постановки номера. Есть вероятность, что я займу его место.       - Ты прекрасно танцуешь. Уверен, они предложат главную партию тебе.       Чонгуку хотелось убежать отсюда, лишь бы не начинать разговор, ради которого он сюда, собственно, и пришёл.       Но Чимин опередил его:       - Тебя дедушка подослал? - альфа в ответ кивает. - И объяснять мне будешь ты? - снова кивок самого обреченного человека на земле. - Что ж, тогда я слушаю.       Чимин держался уверенно, но по его румяным щечкам и смущенному взгляду было видно, как ему неловко. Это помогло Чонгуку успокоиться, что не одному ему тяжело в данную минуту.       Альфа тянется к выключателю позади Чимина и оставляет в комнате приглушенный свет.       Всё как по инструкции на том форуме.       - Чимин, мне очень неловко, но я постараюсь ответить на все твои вопросы. Спрашивай. Что тебя интересует? - голос Чонгука стал заметно тише. Словно они собирались рассказывать друг другу страшилки на ночь.       Чимин молчит несколько секунд, подбирая слова, а затем сглатывает слюну:       - М, ну про сам процесс я знаю. В интернете с друзьями-омегами видел. Вот только я не понял, что было в конце... Там мужчина вышел из омеги и...       - Кончил?       - Это так называется?       - Угу, - Чонгук вздохнул и закатал рукава своей чёрной рубашки, обнажая татуировки. - Когда альфа достигает пика удовольствия, у него происходит семяизвержение. Если он кончит в омегу, то последний забеременеет и родит ребёнка.       - Мм, - неопределенно мычит Чимин, обдумывая сказанные слова.       - Есть несколько способов избежать нежелательной беременности. Презервативы, противозачаточные таблетки, спирали. Но самое неприятное, то, что вредит здоровью омеги, это аборт.       - Аборт?       - Да. Когда происходит хирургическое вмешательство. Делают операцию и насильно вытаскивают эмбрион.       Чимин в шоке закрывает рот ладошками. Негативная реакция. Вот чёрт.       - Тише, всё хорошо, тебе это не грозит, - спохватился Чонгук и мягко убрал руки омеги с его лица.       - Да? А если получится так, что ни таблетки, ни презервативы не помогут и я всё же забеременею. Что тогда? Мне аборт делать?       - Нет. Ты родишь, - Чонгук почему-то был уверен, что не позволит сыну переживать такой процесс, как аборт.       - Даже если я буду ещё несовершеннолетний?       - Омеги умирают от абортов, я не могу этого допустить.       - Но дедушка говорил, что папа забеременел мной, когда вам с ним было по шестнадцать. Разве ты не хотел, чтобы он сделал аборт?       Чонгук замолк. Сжал кулаки до побеления костяшек. Да. Он хотел избавиться от Чимина, но сейчас, когда мозгов стало побольше, понял, какую бы ошибку тогда совершил. Теперь он и не представляет своей жизни без Чимина.       - Я подарил тебе жизнь, - холодно отвечает альфа и отводит взгляд. - Следующий вопрос.       Чимин шумно выдыхает и тянется к тумбочке, где стояла небольшая бутылка с водой. Он делает несколько глотков, прочищая горло, предлагает воду отцу, и только спустя некоторое время они уже спокойно сидят на кровати и могут вести беседу дальше.       Омега с розовыми щеками прикладывает пальчик к подбородку:       - Что насчёт течек? Как она протекает?       Похоже, доза "успокоительного" двенадцатилетней выдержки хорошо подействовала на Чонгука, раз он спокойно говорит об интимных вещах с любопытным сыном.       - В этом омеги более компетентны, - усмехается брюнет, опираясь одной рукой в кровать позади себя. Захотелось немного прилечь после тяжёлого трудового дня. - Могу только сказать, что в первый раз протекает больно, а в последующие разы уже легче. Длится три дня. У каждого омеги свой цикл, но как правило, не реже, чем раз в три месяца. И ещё... как-то у вас это называется... Точно, гнездование!       - О, я слышал о таком. Что из подушек, одеял и одежды омега строит на своей постели гнездо во время течки. Только зачем это делать?       - Эта традиция стара, как мир. Но многие ей следуют. Говорят, так омега легче переживает течку. Особенно, если одежда и одеяла, из которых сделано гнездо, будут мягкими и имеют приятный для омеги запах. Чаще, это вещи родственников, любимых людей.       - Ясно, - задумчиво протянул Чимин. - А ещё я слышал, что течку надо проводить с альфой.       - Желательно. Иначе организм омеги будет ослаблен, потребуется пропить курс витаминов у доктора. Но лучше начать проводить течки с альфой только после совершеннолетия. И только с тем, кому доверяешь.       - Хорошо. А метку надо ставить только в течку?       - Да. Если поставить в обычное время, то она через пару недель исчезнет. Советую приобретать метку только после замужества, ибо твой альфа может пообещать золотые горы, поставить метку и через месяц свалить в туман. А потом найти другого альфу будет проблематично. Мы не любим меченных омег. Волчий инстинкт.       Чимин внимательно слушает отца, потирая раскрасневшиеся щеки. Но если он сейчас всё не выяснит, то больше на такой откровенный разговор не решится никогда.       - Сама течка, это ведь когда сильно хочется заниматься сексом, верно?       - Да, - Чонгук нервно облизнул губы.       - Гон то же самое, что и течка, только у альф, так?       - Так.       - Как часто у тебя происходит гон?       Столь прямого вопроса о его собственной интимной жизни Чонгук никак не ожидал. Альфа взглянул на любопытного птенца и, выдохнув, произнес:       - Раз в полгода. У альф гон проходит реже. Длится тоже три дня. Думаешь, почему я иногда уезжаю из дома на несколько дней?       - Чтобы переждать гон... Угу, значит, у тебя есть отдельная квартира для этого?       - Беру в аренду, - не стал скрывать Гук.       - И ты проводишь там ночи с омегами?       Чонгук тянет загадочную улыбку и приближается к лицу Чимина.       - Чему я тебя учил? Не задавай вопросов, на которые знаешь ответ.       Омега роняет взгляд в пол, обнимая себя руками. Ему всегда неловко, когда отец так пристально смотрит на него. Заставляет пальцы дрожать, а сердце - стучать чаще.       - Я в целом понял, что обсуждаемый нами процесс является способом продолжения рода. А вообще, секс - это приятно?       - Приятно, - отвечает Гук, уже лёжа на спине поперёк кровати.       - Получать удовольствие от секса хорошо или плохо? Просто я слышал, как разговаривали чужие дедушки в парке. Они говорили, что современная молодёжь очень распущенная.       - Не верь им, - резко сказал Гук. - Это старое поколение говорит так, потому что было ещё распутнее нашего. Они трахались направо и налево, а когда они стали старыми, то секс в их жизни исчез. Вот они и завидуют молодым, которые могут заниматься сексом.       - А старые не могут?       - Могут, конечно. Их либидо никуда не девается. Всё зависит лишь от их смелости, пойти на свидание со своим ровесником, к примеру. Вот только они сами отказывают себе в удовольствии. Нам их не понять. Просто не слушай таких людей, и всё.       - А что насчёт наших дедушек? Как думаешь, они всё ещё занимаются этим?       - Думаю, да. Иначе почему дедушка Сокджин выглядит так свежо и молодо. Секс является хорошим способом поддержания тонуса в организме, он предотвращает преждевременное старение.       - Ух ты! Вот этого я не знал. Отец, ты такой умный!       Чонгук улыбается от похвалы. Ну вот, он ещё и стал "духовным учителем", "проводником в мир секса". Хах, даже самому смешно. Гук сам удивляется, откуда он всё это знает, но не стоит забывать, что он тридцати трехлетний мужчина, который регулярно проводит свой гон с омегами. Несмотря на то, что они с Чимином истинные, Чонгук не отказывал себе в удовольствии. Да если бы не забытье в жарком сексе, он бы давно с катушек съехал.       - Что в сексе самое приятное? - вдруг задаёт Чимин ещё вопрос.       - С любимым человеком - всё, - спокойно отвечает альфа.       - А с нелюбимым секс неприятный?       - Почему же, приятный, но секс без любви не имеет смысла. Как бы тебе объяснить... Не хватает перчинки, особой эйфории, когда тебя переполняют эмоции и ты не можешь их удержать в себе.       - Мм, а я думал, что главная фишка в том засовывании.       - Засовывании, - смеётся Чонгук от забавности сына.       Альфа снова садится на кровати и сглатывает вязкую слюну, когда видит скрещенные длинные ножки омеги и его красные губы в полумраке комнаты. Перед ним сейчас сидел почти взрослый, сформировавшийся парень. Как подростка его выдавали лишь милые щёчки, а в остальном Чимин вполне сформировался - длинные ноги, упругая попа, стройная талия и осознанный взгляд.       - Удовольствие доставляют также поцелуи, прикосновения, - тихо говорит Чонгук. - У всех есть эрогенные зоны, - и ловит вопросительный взгляд сына. - Самые чувствительные места, от прикосновения к которым тебе особенно хорошо.       Чонгук заметил, как Чимин задумался, повернув голову в бок. Его взгляд блуждал по затворкам воспоминаний, а затем омега потрогал пальцами свои губы. Данное действие выбило весь воздух из лёгких альфы, отчего тот сжал кулаки и отчаянно пытался не выдавать своего состояния.       - Что такое, Чимин? - низкий шёпот мужчины делал атмосферу более интимной.       - М, просто... Был недавно один момент. Мой одноклассник-альфа обнял меня со спины и погладил по животу. И дыхание около шеи. Мне это так понравилось, - совсем тихо добавляет Чимин с опущенной головой. Его щеки покраснели.       Чонгуку хотелось выть. Он вдруг почувствовал огромную злость на того паршивца, посмевшего прикоснуться к его омежке. К его истинному, чёрт возьми!       Альфа садится сбоку от Чимина, соприкасаясь бедром с его шортиками, и склоняет голову, чтобы прошептать омежке на ухо:       - Ты тогда возбудился?       Блондин кивает:       - Да. И это было впервые.       Чонгук внюхивается в запах сына на шее. Боже, как же сладко он пахнет!       - Твой запах выдает тебя. Ты возбуждаешься сейчас от воспоминаний о том моменте?       Чимин молчит и часто дышит. Горячее дыхание отца приятно щекочет шею. По всему телу идут мурашки. А лицо уже горит от смущающего жара.       - Покажи мне, как он сделал, - кажется, Чонгука ведёт уже куда-то не туда. Он часто дышит, будучи опьяненный ароматом своего омежки. Но он не прикасается к нему. Нет. Он постарается держать свои руки при себе.       Чимин кладёт свою маленькую ладошку себе на живот и неторопливо поглаживает через футболку. Чонгук запоминает это движение рукой, откладывает в памяти, чтобы потом вспоминать одинокими вечерами. Блять, как же его ведёт.       - Посмотри в интернете, как избавиться от возбуждения. Это поможет тебе, - выдавливает из себя Чонгук.       Чимин поднимает на него свои карие глазки, смотрит несколько секунд на крепкого, хорошо слаженного и красивого мужчину, а потом бросается к нему на шею.       - Хочу альфу, похожего на тебя, - шепчет Чимин признание, поглаживая Гука по плечу и вдыхая его мускусный запах.       - Да зачем тебе нужен такой альфа? - повисает в воздухе.       Чонгука будто сбросили со скалы. Он летит и чувствует лишь приятную прохладу от ветра. Он сжимает челюсти, поглаживая руками по внешней стороне бёдер омеги, который даже не представляет, каких усилий стоит Чонгуку не сорвать с него эти милые шорты и не впиться пальцами в сочные ягодицы. Подушечки пальцев нежно ласкают кожу около коленки, а Гуку остаётся лишь молиться, чтобы Чимин не заметил его эрекции.       Он мужчина, у которого все чувства оголяются рядом с Чимином. У него на коленях сейчас сидело желанное создание, которое хотелось опорочить. Заклеймить. Пометить. Но нельзя. Нельзя. Нельзя.       Если Чонгук продолжит обнимать его, то ещё чуть-чуть и он больше не сможет отпустить омежку этой ночью.       - Чимин, прошу, отпусти меня.       - Ой, прости, - неловко отодвигается омега. И правда, так внезапно налетел на него с обнимашками. - Спасибо, что просветил меня. Я буду осторожен в выборе партнёра, обещаю.       На этом их откровенная беседа подошла к концу. Чонгук поднимается с кровати и удерживается от поцелуя на ночь. Не сегодня. Не в эту минуту. Иначе Гук не сдержится. А ему нужно быть сильным, чтобы не навредить Чимину, маленькому созданию, которое не заслуживает боли.       Пора что-то менять. Забыть о Чимине, как о своём истинном. Похоронить эту мысль и жить дальше.       И Чонгук находит выход. Он снова женится.