young (not) forever

***

      Стало ещё тяжелее, когда заплакал Сокджин, спрятав лицо в лодочке ладоней.       И совсем невыносимо, когда Тэ с жутким неверием — с невозможностью осознать — с ужасом — оцепенел, лишь медленно раскрывая глаза всё шире и даже не дыша и не глотая, что Чим сразу обнял его как можно крепче, сдавил, защищая и пряча. И заплакал сам.       Хосок сполз с дивана и крепко обнял Гука — какой же он большущий и трогательный!       Намджун, кусая изнутри щёки, пошёл к Джину, сгрёб его и стал укачивать на мощной груди.       Шуга щурил лисьи глаза и мелко моргал, глядя на всех и в никуда — сдерживал чувства и слёзы, ведь хоть кто-то должен посмотреть на всю ситуацию со стороны.       Чонгук затих первым, потому что он этот ужас переживает не впервые — сначала наяву, потом прокручивал бессчётное количество раз в уме, и сейчас, сказав это вслух.       — Всё… Я в порядке, — тихо говорит он Хоби-хёну, — спасибо…       Хосок проверяет большие чёрные глаза — да, слёзы закончились — промокает щёки макнэ своей мягкой футболкой и целует его в лоб. Младший Чон благодарно улыбается, несколько раз глубоко вдыхая и прочищая дыхание.       Остальные тоже успокаиваются и, как ртуть, подтягиваются ближе к Чонгуку.       — Иди ко мне, — просто говорит Гук Тэхёну, и Чимин выпускает из объятий своего соулмейта. Тэ на четвереньках подползает к любимому и сворачивается калачиком у него на груди, уютно устраиваясь в кольце татуировок.       — Рассказывай, — просит он заплаканным басом.       И Чонгук рассказывает: как смотрел на бьющееся в конвульсиях любимое тело и как врачи запрещали его будить, про то, как он орал на них и вытирал белую пену с посиневших губ — и как сам чуть не умер от пронзительного писка замершего пульса Тэхёна. Он старается говорить ровным голосом, но это вообще нереально — его интонации крошащиеся, хрупкие, от которых снова начинают блестеть глаза у парней, а Тэхён прячет лицо на груди Чонгука, сопя в неё горячо и мокро. Совсем по-детски всхлипывая и подвывая, пытается сдержать свой плач. А Гук гладит вздрагивающую спину.       — Но когда я увидел, что Чанель за три секунды нацепил на тебя какие-то приборы и стал дышать тебе в рот, я понял, что он тебя спасёт. Ну, я говорил тебе, что он… Он бы не смог тебя не спасти! Всего две с половиной минуты… Ведь времени совсем немного, пока мозг… О, господи! — резко и рвано вдыхает Гук. — И он сделал это. Имм Чанель.       — А почему же он мне ничего не сказал, когда я уходил из клиники сегодня?! Ведь он, блять, спас мне жизнь! Дважды меня спас! — не понимает Тэ и чувствует себя неблагодарной сволочью.       — Я попросил его не говорить. Я решил, что мы все вместе должны это обсудить.       Вот иногда макнэ ведёт себя, как самый старший. Он решил. Так вот.       И Тэхён уже не первые двадцать лет знает своего мужчину: с его решениями подобного рода спорить вообще не нужно. Не нужно — и всё.       Парни молчат и обдумывают, каково же было Чонгуку видеть смерть любимого. Это сейчас, когда он обнимает Тэ — живого и тёплого — то может рассказывать и вспоминать, а тогда? Когда тело в руках ледяное, глаза закатившиеся и на одной ноте пищит прибор?! Да не дай Бог такое…       — А вы знаете, парни, мне кажется, что Тэ дал нам шанс, — Намджун что-то нашёл. В голосе такие специфические звенящие нотки — не спутать ни с чем. Лидер взял след!       — Я?.. Дал шанс?..       — Подожди, Тэхён-и, тебе вообще-то нужно отдохнуть. Всем не помешает, мы сегодня немного э-э-э… Ну, вы поняли.       — Да, — подтверждает Чонгук, — я на подсосе. Сейчас меня выключит и всё. Надо найти силы до спальни доползти, — он расчёсывает волосы Тэхёна пятернёй и дует ему в глаза, успокаивая красноту. Тэ жмурится и улыбается губами вниз. Чонгук поднимается сам и тянет за руки свою любовь, подталкивая к спальне.       — Давайте-давайте, мальчики, по кроваткам, — подгоняет свою команду лидер. А сам Намджун-то бодрячком?       — Шуга? — тоже сонно зовёт Чимин.       — А вот Шугу я у тебя заберу, Чимин-щи.       — Тогда я у тебя утащу Джина.       — Вэлкам, дорогой! Забирай на сегодня.       Мемберы разбредаются в радиальных направлениях поближе к своим комнатам.       — Хоби! — зовёт Намджун. — У меня к тебе только один маленький вопросик.       — Да? — чуть отстаёт Хо.       — Возьми, пожалуйста, Ташину флешку и айда с нами в студию.       — Понял, — мгновенно мобилизуется Хосок, — сейчас, — молнией в свою комнату и обратно, уже с прозрачным диском, снятым с ноги Таши. М-м-м…       — Джин-и, я ненадолго, — ласково обещает Нам любимому и целует его взглядом.       — Да, — мягко отвечает Джин, — я засну, не волнуйся.       Трое старших поднимаются на третий этаж в шугину святая святых. Намджун источает заразительные феромоны энтузиазма. Удивительная магнетическая личность! Он неповторим в своей авторитетности.       — Блять! — врезается Джун в красивую группу диванчиков, что стоит посреди верхнего холла уже, наверное, года три.       — Прошу! — на голос Шуги отзываются датчики включения света.       — Значит так, — излагает Нам, — у нас теперь железный довод против молодилок — смерть Тэхёна. Сука… — отвлекается он со злостью. — А БанШи знает об этом? Или Чонгук ему тоже не сказал? Лучше б не говорил… Хотел бы я на Бана с пристрастием взглянуть, когда ему скажут. Мы скажем.       — Так, давай по существу, — одёргивает его Юнги. Хосок просто внимателен — губы поджал, глаза чуть щурит.       — Да… Значит так. Сейчас у нас только документы клиники. Мы их прямо сейчас смотрим и стараемся найти зацепки, которые нам на руку. Но главное — это то, что у нас у всех может быть тот же сценарий, что сейчас был у Вишни. А это пиздец, господа, верно?       — Он. Однозначно, — кивает Хо.       — Согласен, — и Мин тоже.       — Поэтому сейчас стартуем. Шуга, загружай систему, а я пошёл нам кофе варить.       — По рукам, бро, — солидный стационарный агрегат Юнги уже запел охладителями, собираясь хорошенько поработать этой ночью.

***

      Почему ночью ей работается лучше? Непонятная система, но она даже не пытается её взламывать. Тем более, что и Димка тоже по ночам бодрый и добрый. Вообще-то добрый он часто — насколько это слово применимо к киллеру. Он ласковый, терпеливый — вот и добрый. А то, что он делает за деньги — так это работа, ничего личного. То есть вообще ничего! Когда на него через третьи руки выходят клиенты, то они даже не знают, кто будет исполнителем заказа. Деми сказал, что номера, по которым с ним связываются заказчики, действуют только пять дней — после этого генератор аннулирует данные и абонент перестаёт существовать. Ему нужно знать только одно имя для выполнения работы — того, кто умрёт. И всё. Остальное неважно…       Даша отвлеклась. А её работа на сегодня — взломать дверь информационного сейфа корпорации Хайб. И хочется сделать это поскорее, чтобы получить ещё один хрустящий чек и отдохнуть. Как хорошо, что каждый из них за один сложный заказ может получить столько, чтобы спокойно улететь на острова и не забивать себе голову вообще ничем, кроме секса, вкусной еды, охрененной природы и музыки.       Так что Даша мысленно закатывает рукава и погружается — музыка и коды.       Сегодня генератор данных определил её местоположением Кубу. Это где? Неважно.       Система Хайба в разы серьёзнее защищена, чем «Кья-Съерр». Во многие десятки раз. Давно Дори не получала такой сложной задачи в свои руки. Куда не ткнись — всюду заслонки. Она бьётся уже часа три, но не продвинулась ни на шаг… Ей нужно какую-то лазейку. Какой-то выход на систему. Так-так-так… Выход… А если вход? Входящая корреспонденция, например? Маловероятно, конечно — ведь ВТ5, скорее всего, общаются со своей мафией не по почте. Блин…       А если… Она вспоминает, что Шуга дал ей возможность себя сломать через уникальный музыкальный файл, который вышел с его компа на другой. Он ведь, скорее всего, высылает что-то подобное в корпорацию? Да-да-да! Вот это может и оно!       Дори быстро строчит сообщение Чимину:

      02:26 tasha: Мочи, привет, мне нужно поговорить с Шугой

      И пока откладывает телефон. Вряд ли Чимин сейчас не спит — мемберы следят за своим здоровьем и за своей внешностью, значит, спать ложатся вовремя. Как же её подмывает сказать Димке, кто сейчас её клиенты! Он бы не поверил! Но как-то они без договора поняли, что им лучше не знать «клиентскую базу» друг друга. Она только может сказать, кого заказали хакнуть — и то, если брат спросит.

      02:28 mochi: Привет, красотка! Прямо сейчас нужно?       02:28 tasha: Да, лучше побыстрее       02:29 mochi: Ок, сейчас найду его       02:30 tasha: Ок

      — Прошу прощения, хёны, но тут Шугу хотят, — пушистая белобрысая макушка Чимина нарисовалась в двери студии. Тройка стратегов недовольно на него воззрилась.       — Я тебя потом трахну, малыш, сейчас мне не до того, — конструктивно отвечает Юнги.       — Это не я тебя сейчас хочу, — жеманно улыбается Чим.       — О, это интереснее, — мнимо оживляется эта зараза.       — Ах так?! — тут же вскипает Пак. — Меня, значит, трахать — «не до того», а кого-то другого — так «это интереснее»?! — и возмущённо шлёпает, босой и в пижаме, раздирать своего неверного на куски.       — Стой, Чим, мы серьёзно сейчас заняты, — призывает обоих к порядку Нам, — Шуга, не стебай его! Кто там его хочет?       — Таша, — пухнет Чимин от несостоявшейся расправы.       Юнги удивлённо поднимает бровь:       — А мне показалось, что у нас с ней дисконнект, не? — он почему-то поворачивается к Хоби, который смотрит исподлобья нечитаемо: гремучая смесь из показного равнодушия, скрываемого разочарования, искреннего интереса и игнорирования очевидного.       — Она просит с тобой поговорить.       — А может, можно сообщениями?       — Сейчас спрошу.

      02:40 mochi: Тебе надо именно звонок или можно сообщения?       02:41 tasha: Лучше разговор        02:41 mochi: Ок. Скидывай номер       

      — Держи номер, блядская рожа, — обращается он к Мину, — Намджун, проследи за ним, пожалуйста, а то я за себя не ручаюсь, — и, переслав номер Таши своему парню, ушлёпывает из студии, на прощание гневно зыркнув на того через пижамное плечо.       — Ну, давайте отдохнём пару минут, а то у меня уже от этих договоров глаза опухли, на мозг давят, — находит свои плюсы Шуга, — пока я с дамой побеседую.       Он включает инкогнито и набирает Ташу.       — Алло?       — Аньон, Таша, ты меня хотела?       — Косвенно. Мне нужно какую-то брешь в защите Хайба найти. Пока никак не подступиться. Ты, к примеру, отправляешь к ним свои файлы, которые не может обработать система внешних ботов? Так, чтоб именно на личную почту, которая на сервере Хайба?       — Дай подумать…       — Но файл лучше уникальный, чтоб меня не отнесло на какие-то посторонние ресурсы, где выложены те же файлы.       — Ага, я понял. Я высылал им на почту песни с неделю назад. Подойдёт?       — Не знаю, но пробовать нужно. Они очень круто защищены. Ваши средства в безопасности! — весело цитирует рекламу она.       — Отличные новости — с одной стороны. А с другой стороны… Тебе же нужно попасть к моему рабочему компу, так?       — Да, это лучше всего.       — Значит, если хрен ты попадёшь в Хайб, то надо попробовать с домашнего аппарата.       — Да.       — Ну давай завтра, то есть сегодня, после обеда мы пришлём за тобой машину. Норм?       — Норм. После четырёх пополудни.       — Принято. В 16:30 жди транспорт. Пока!       — Хорошо, отбой.       — Хоби, не смотри на меня так, — лениво жмурится Мин на друга, — я её не хочу, мне и Чиминовых больших глаз вполне хватает, знаешь ли. И свои хочу у себя оставить, а то мне их быстро выцарапают, если что. Завтра она будет тут — тебе карт-бланш.       — Парни, — усталым голосом произносит Намджун, — я уже не соображаю в этих бумажках. Пойдёмте-ка на боковую, а завтра ещё пороемся в этом сору.       — Идите, а я сейчас ещё немного поклацаю, — отпускает друзей Шуга.       — Давай, не задерживайся, тебе ещё Чимина успокаивать, — язвит Хосок.       — Уж успокою, do't worry.       Нам и Хоби уходят, негромко переговариваясь, а Шуга пролистывает бесконечные папки в портфеле «HIBE», который им, очевидно, был нужен. За что же тут зацепиться? Может, Таша что-то посоветует? Потому что он не представляет пока, в какой папке может быть что-то, что позволит его «юным друзьям» соскочить с иглы омоложения.       А папка «IL mio» ему просто на глаза ещё не попадалась.

***