20. для меня
16 марта 2022 г., 02:44
***
Чанель уже несколько дней настолько погружён в дела, что не успевает даже пообедать в ресторане клиники. Опять вот пришлось заказать еду в кабинет. Ох, нелегко начальнику! Но так амбициозно-приятно… Сигнал на открытие дверей. Наверное, принесли его обед. — Добрый день, доктор! Я перепутала твой кабинет и пришла в старый, прикинь? — Нацуко Накамура?! — Чанель мгновенно стирает с лица подготовленную сдержанно-благодарную улыбку главврача, когда видит свою подругу. — Как же я рад! Блин, дай я тебя расцелую! Он выбегает из-за стола и с искренним чувством стискивает Нацуко в объятиях. — Как твоя нога, милая? — Всё отлично, дорогой! Как только увидела твой заказ, так сразу сама поскакала тебе принести, разгоняя медсестричек, — хохочет японка. — Ну и хорошо, что прискакала, а то б я тебя ещё неделю не встретил, — он чуть отстраняется, — отличная причёска, Натчян. — Благодарю, доктор. Ну давай, обедай, а я к сестре в психушку забегу. У вас тут всё так поменялось — все другие главврачи. — Спасибо, Натчян! Заходи ко мне, не бойся, что я главный, — очень по-доброму улыбается он и, когда женщина выходит, посылая ему воздушный поцелуй, с удовольствием принимается за обед. Снова дверь тихим сигналом сообщает о посетителе. Кто там ещё? На входном дисплее человек в цивильном костюме. Чанель прикрывает свой обед и впускает посетителя. — Здравствуйте, доктор Имм! Моя фамилия Ким, я из особого отдела. У меня для вас письмо от господина Съерра. Он очень просил передать лично в руки, — и протягивает сложенный лист белой бумаги. — Спасибо, господин Ким, — недоумевает Чанель, — а где же сам доктор Съерр? Он так неожиданно исчез — я, право, не знаю, когда его ждать. — А вы не ждите, доктор, — многозначительно и чуть покровительственно советует особист, — вам нужно заниматься делами клиники. И, думаю, что-то станет ясно, когда вы прочитаете письмо. Господин Съерр выглядел взволнованным, когда просил об услуге. Чанель рассматривает простой лист. — На этом всё, уважаемый, — кланяется особист. — Всего доброго, — также кланяется Имм. И, забыв об остывающем обеде, принимается за чтение. Здравствуй, дорогой мой последний друг Коко! Я обещал не называть тебя так, но мне всё время хотелось. Позволишь на прощанье эту глупую шалость? Я ужасно старомодный, потому что помню времена, когда люди писали рукой настоящие письма. Сейчас, когда я признался во всём (кроме совсем детских грехов, которые мне давно простил мой падре), я облегчил старую свою душу и понимаю, что буду сурово осуждён. И я хочу этого. Я так устал носить все каменные воспоминания, которые не дают мне дышать свободно. Но скоро я стану свободен. Я прошу меня простить за то, что ты узна́ешь, когда разберёшься с обязанностями главврача. Тебе придется открыть все папки на моем рабочем компьютере. Скорее всего, ты уже наткнулся на неё — «Для меня». Прочти её в память обо мне. Это очень важно для меня. И прошу, умоляю — прости! Но у меня не хватило бы ни смелости, ни сил, чтобы рассказать это тебе. Я трусливый человек. Я не стал ни хирургом, ни стоматологом, ни даже терапевтом — я боялся. Но я, наконец, не побоялся и собрал всё, что смог — распечатки разговоров, списки клиентов, особо важные пункты договоров, которые клиентам даже не показывают. Я сделал это после того, как не успел остановить убийство Дольфа. Да, это было сделано по моему заказу… Ты в ужасе сейчас, я знаю. Но я его убил превентивно: Дольф хотел забрать Тэхёна в свое логово на обследование. Я не мог этого допустить! У меня генетический страх перед немецкими врачами, которые в закрытых клиниках проводят «исследования» над беззащитными людьми. Ты даже не понимаешь, о чём я говорю — это наша европейская история. Ты знаешь, что имя Дольф сокращённое от Адольф? Был такой человек… Словом, я опять испугался — и за Тэхёна, и за себя. За себя, конечно, больше. Но нашего дорогого Кима я решил уберечь любой ценой. И я сделал это. С твоей помощью и с помощью любви Чонгука. Но когда я увидел смерть Ким Тэхёна, я убедился, что должен сделать то, что я сейчас и делаю. Я прощаюсь с тобой, Чанель. Верю, что ты сможешь что-то исправить в твоей клинике после того, что тебе станет известно. Пароль «Для меня» ты найдёшь в комнате Тэхёна. Я обожал древесные срезы в его палате, поэтому спрятал конверт за очень красивым изгибом дерева — называется «глазок» — посмотри там. Прощай, Коко! Джироламо***
— И кто она? — Гук хрустит тостами. Именно за завтраком Шуга оповестил весь состав о том, что сегодня к ним опять придёт хакерша, поэтому Чонгуку интересно, что за. — Просто девушка, — на правах главного знакомого Таши отвечает Чим, уплетая мюсли, — умная и продвинутая. Мы с ней в игре нередко в одной команде — с ней надёжно. Она такая м-м-м… дальновидная, проницательная. Так, словно заранее знает, куда побежать и что нас там может ожидать. — И красивая, — не мог не вставить Хосок, задумчиво покачивая латте в высокой чашке. — Ну, это меньше всего к делу относится, — отмечает Чонгук. «Ничего ты не понимаешь, малыш», — уверен Хо, но не озвучивает эту мысль. А вслух всё-таки просит: — А можно я её встречу и провожу к Шуге? Ну, подарите мне эти несколько минут наслаждения женщиной, суки! Вы ж потом наброситесь на неё со своим блядским шармом — и всё, я не пробьюсь! — Ой, больно надо нам хакерш очаровывать, — хищно улыбается взъерошенный с утра Тэхён. — Вот если ты точно с такой же причёской выйдешь и вот в этих штанищах — тогда я за своё очарование не боюсь, — нападает Хо, — но если бы только ты один! Так ведь сейчас и Гук, и Пак, и Мин, и Джун с Джином набросятся на бедняжку! Какое женское сердце в этом рассаднике выдержит? Особенно Гук — он же, гад, опять бельё под штаны не наденет. Да, Гук-и? — обвиняет он макнэ в излишней красоте. — Моё очарование деликатнее. Эти вы все вульгарные откровенные красавчики — тьфу на вас! Парни устраивают небольшой семейный совет и договариваются таки дать Хосоку возможность явить свою деликатную красоту миру в лице хакерши Таши. А вся остальная братва займётся своими обычными делами, никуда им та женщина не впилась. Только Шуга с Намом будут ожидать Хосю и девушку в студии. На том и порешили. К тому времени, как водитель сообщает, что он удачно забрал девушку и через 18 минут будет на подземной частной стоянке ВТS, Сокджин медитирует и позирует в своих успокоительных асанах, Чонгук уже гремит станками в тренажёрке, Тэ в мастерской щедро размазывает колера по холсту, а Чимин зарылся в хореографию — придумывает что-то в зале. Хосок опять продумал свой образ. Он по-домашнему прекрасен: нежно-голубые джинсы, подчеркнувшие нужные выпуклости, иссиня-чёрная обтягивающая футболка с искрой и трогательно босые ноги. У Хо очень красивые ступни, к тому же они добавят штрихов в лёгкую небрежность образа. На руках лишь несколько браслетов-цепей, из макияжа — только бесцветный блеск. Сама естественность! А! Парфюм обязательно — чуть не забыл… Рассчитано красиво и якобы расслабленно сидит напряжённый Хоуп две секунды после того, как секьюрити открывает девушке дверь в дом. Ровно столько, чтоб она заценила изящество его облика. А потом уже лёгкой пружиной вскакивает ей навстречу. Таша опять лучится глазами: ну чего скрывать? Хо действительно очень красивый, почему бы не полюбоваться? Однако и Хосоку есть куда деть глаза, пока они совсем не выпали. Перед ним новый образ — как же эти женщины умеют перевоплощаться! Потому что он никак не ожидал увидеть строгую учительницу — он аж дрожит и вообще не пытается выровнять дыхание, когда медленно облизывает её взглядом с головы до ног. Гладкая причёска с уложенной на затылке косой, лёгкие очки без оправы на переносице, светлые глаза глядят в упор поверх стёкол. Короткий серый пиджак с рвущимися на груди пуговицами и прозрачная чёрная блузка, расстёгнутая ровно до верхней, скрывающей тайны, блять, пуговички. Это дополнено юбкой-трапецией на полторы ладони выше колена и лодочками на тонком каблуке. Всё. Пристрелите Хосока, чтоб не мучался… — Привет, Таша, — шепчет вконец очарованный мужчина. — Привет, май Хоуп, — не улыбаясь, отвечает она. Дори не сомневалась, что Хо встретит её одним из первых, только ожидала остальных парней тоже увидеть. Ну, понятное дело, что они где-то обнаружатся — ведь она просила о разговоре с Шугой, значит этот композер будет как минимум. Но то, что они с Хо встретились один на один, бьёт навылет, ведь девушка примерила новый образ именно для Хосока. Ей очень понравилась та сладкая готовность во взгляде и в дыхании мужчины, которыми он её одаривал в чёрном салоне машины. А сейчас его лицо с несдержанно закушенной губой, приоткрывающей идеальные зубы — это очень возбуждающее зрелище. Дори, наконец, медленно растягивает в улыбке губы, отливающие персиковым блеском, чем повергает Хосока в коматозное состояние. Он настолько откровенно пялится на девушку, что она сама подталкивает его к роли хозяина: — Хосок, я ведь сегодня не к тебе пришла, — ах ты ж, сука, как она это сказала… Хоуп вроде и приходит в себя, но тут же чувствует такой укол в центр мужского самолюбия, что хочет прямо в холле доказать женщине, что он — самый мужчина-мужчина, и если уж и приходить к ним в дом, то только к нему, а не ко всем остальным! — Да, конечно, идём, нам на третий этаж, — очень красиво указывает он девушке на лестницу и пропускает вперёд, незаметно вытирая лоб и любуясь нежными ямочками под коленями Таши. Она легко идёт перед ним на пять-шесть ступенек выше, точно рассчитывая амплитуду движения бёдер и недлинной юбки. Пусть Хоби будет приятно наблюдать её с ракурса «сзади-снизу» — ей не жалко. — Прошу, — открывает Хо дверь в студию Шуги, почти вплотную стоя у Таши за спиной. — О, привет, — по-доброму приветствует хозяин всей этой аппаратуры, развернувшись в кресле. Нам, улыбаясь до ямочек, легко кивает головой, с удовлетворением отмечая охрененный лук девушки. Особенно классно выглядит эта явная прозрачность блузки под такими готовыми расстегнуться пуговицами. Ха-ха, Хоби… — Здравствуйте, — опять чуть тушуется Дори, — как-то я подзабыла, что я к вам иду. Ох. — Ничего-ничего, — подбадривает лидер, — мы совсем не страшно себя ведём, привыкнешь. Хоби прикатывает ещё одно удобное кресло и красноречиво подталкивает его под ташины коленки. — О, спасибо, Хоуп! — и в лице девушки вообще никакого намёка на те изощрённые поверхностно-сексуальные игры, которыми она балует Хо наедине. И даже это возбуждает Хосока! Шуга чуть сдвигается в сторону от своего рабочего компа, давая Таше обзор и указывает на полупрозрачный экран: — Смотри, я так понимаю, что нам нужно изучить папку HIBE, да? Но тут столько всего, что ну его нах… Пардон. Что ну его, — притормаживает Мин, — но ты ж вскрывала эту систему, может посоветуешь, с чего начинать искать? — Посоветую, — эффектно выдерживает паузу Таша. Все трое парней впиваются взглядами в её зелёные глаза. Она легким прикосновением прогоняет руку Шуги с манипулятора и молниеносно, почти незаметно активирует несколько переходов по папкам. — Я думаю, вам нужен вот этот небольшой кейс, — это и чутьё хакера, и желание хозяина информации скрыть содержимое — всё указывает на то, что стоит покопаться в документах, — в переводе с итальянского «Для меня». — Ты знаешь итальянский? — Намджун очень уважает людей, знающих иностранные языки. — Просто знаю много слов: я училась в настоящей музыкальной школе, там куча терминов на итальянском. Тут уже Шуга останавливает на девушке очень заинтересованный взгляд: — И долго ты занималась музыкой? — С пяти до двенадцати лет в школе на фортепиано и на вокале, много пела в хоре и соло, — о прогулочных теплоходах можно и умолчать. — Так ты певица? — очарован Мин. — Уже нет, насколько вы видите, — довольна произведённым эффектом Даша. — Я в ахуе… Блять, я в восторге… Да что ж такое?! — не может подобрать слов Юнги, а Таша заливисто смеётся. Наджуну тоже смешно, но он понимает, что девушка сюда не для поговорить пришла. Хотя в другой раз он бы с удовольствием пообщался с такой интересной собеседницей — Давайте сделаем так. Я сейчас забираю флешку с этим «Для тебя», а вы с Шугой ищете лазейку в базу Хайба. Я пойду к себе. Хоби, ты со мной? — вопрос без возможности отказать. Вопрос-приказ, блин. Обречённый Хосок отвечает «конечно» и уходит с Намом. Но в дверях он оборачивается на малую секунду и — о, как он вовремя это сделал! — ловит на себе многообещающий острый взгляд Таши. Ура, можно и уходить.***
Да. Таша была абсолютно права. В этой папке было столько бомб и мин на все случаи, что просто голова кругом шла. Начать с тех скрытых подпунктов в договорах, на которые были только ссылки, а самого текста клиенту не было видно. 4.4. В случае возникновения непрогнозируемых последствий, причинивших вред физическому или психическому здоровью клиента, ответственность за таковое несёт корпорация HIBE в лице председателя совета директоров. Для определения степени возникших ухудшений физического и психического здоровья назначается независимая экспертиза, не исключающая участие в её работе специалистов клиники «Кья-Съерр». … 4.6.2. Специалисты клиники не несут ответственности за косвенные нарушения психического здоровья, возникающие вследствие накопительного эффекта гипнотических процедур. … 4.6.9. После проведения и по результатам психиатрической экспертизы, клиенты имеют право на лечение в стационаре психиатрического отделения клиники… — Ну, что тут у вас? — входит в студию Намджуна Шуга. — Ты Ташу одну оставил?! — Хосок чуть не срывается побежать к ней. — Нет, я что — дурак, что ли? Она скопировала нужные вводные и ушла, я проводил твою даму до машины. Не ссы, Хо! Да сейчас и не до девушек, сейчас надо не взорвать мозг от содержимого папки. — Читай, — парни не могут оторваться от проглядывающего через официальные формулировки циничных силков, в которые они попали, подписав эти бумаги. Шуга тоже опирается локтями о столешницу и принимается за чтение. Самые откровенно преступные абзацы Намджун выделяет, фиксируя внимание остальных. 4.7.8. Отказ клиента от проведения процедур не рассматривается как определяющий, решение о назначении процедур целиком и полностью определяется советом директоров корпорации HIBE… … 4.8.10. В случае возникновения указанных обстоятельств (пп 4.3-12) гонорар персоналу клиники выплачивается в полном размере из средств корпорации HIBE. — Это что ж, сука, получается? — Намджун в бешенстве! — Если у кого-то из нас поехали бы мозги, то мы, блять, имеем право остаться в тамошней психушке?! И врачи получат свой гонорар?! А Хайб будет «нести ответственность»?! Я хуею! Кто-нибудь из нас читал это?! Вот это?! — Нам злобно пинает офисное кресло, которое торпедой врезается в стену. Хосок ещё раз пробегает глазами выделенные фрагменты: — Смотри, брат, они перестраховались и заранее написали, что в случае отказа… сейчас-сейчас… вот: «Отказ клиента от проведения процедур не рассматривается как определяющий», прикинь? — Да полный пиздец! Я разорву Шихёка! — Ты думаешь, что документы он сам составлял? И знает, что в этой прозрачной папочке? — щурится Шуга. — Я уверен, что он знал, что должно быть прописано в договоре, чтоб мы не выкрутились! — Молодые люди, — на грохот из соседней студии приходит красочный вдохновенный Тэхён, — о чём шумите? — У нас тут скандал и пиздец! — брызгает потрясением Нам. — Посмотри! Это же преступление против нас! Что это за адвокаты, нахуй, которые так нас подставляют?! Я так не оставлю этого! Я раздолбаю Хайб, если понадобится! И Тэхён бегает глазами по выделенным строчкам, выхватывая страшные слова. — Так, зовите Гука и Чимина, это дело чрезвычайной важности! — объявляет общий сбор лидер.***
Чанель не может поверить своим глазам… Неужели столько манипуляций и опасных махинаций было скрыто в стенах их клиники, за спиной у всех? Это ведь ужасно! Первое ощущение было — ему всё снится! Это не может быть правдой! Но нет. Вот черными тараканами по прозрачному экрану ползут строчки подпунктов договора на оказание услуг, от которого клиентам надо было бы бежать, забыв сюда дорогу навсегда! Но эти пункты выписаны акварельными слоями, в виде ссылки, незаметной и ещё более подлой по сути. Вот списки известнейших клиентов «Кья-Съерр», которые, надеясь на омоложение, оказывались на нижних этажах — в психиатрическом отделении. И не выходили оттуда по восемь-десять лет! А если просмотреть список назначений этим несчастным, то становится понятным, что перспектив на излечение у них не было никаких. И туда собирались отправить Тэхёна?! О, ужас… Кровь стынет в жилах. Выписки из медицинской карты Ким Тэхёна: …сеанс регресса привёл к немотивированному агрессивному поведению… частичная амнезия без потери основных личностных качеств… наступила клиническая смерть в результате прекращения сердечной деятельности… длительность — 150 секунд… все необходимые манипуляции… сердечная деятельность восстановлена, давление в норме… — глаза Чанеля скачут по этим вещественным доказательствам врачебных недальновидных ошибок. В распечатках телефонных разговоров между Дольфом и Джи становится понятным, что психиатру было всё равно, с кого получать свои деньги — Тэхён это или Тэмин, который уже семь лет, оказывается, отдыхает на койках психиатрички. — Дольф, пожалуйста, дай мне ещё шанс, мне кажется, что он вернётся в себя. — Ну конечно, а если он ещё раз попытается тебя или меня убить? — Он сейчас совсем другой, поверь! — Да, я его тоже видел — пятидесятилетний дурак, который удивляется стеклянному телефону. Нет, друг мой, его мозг повреждён, его нельзя возвращать… И следующий разговор: — Мне нужно сделать заказ. — Вы от кого? — Мне рекомендовал вас Байрон. — Очень хорошо. Побудьте на линии. — Вы от Байрона? — Да. — Ваш заказ? — Дольф Кья, содиректор клиники омоложения «Кья-Съерр». — Принято. С вами свяжутся в течение часа. … — Здравствуйте, нам поступил заказ на Дольфа Кья. Вы подтверждаете его? — Да, подтверждаю. — В 14:00 вы получите сообщение с номера, оканчивающегося на 505. На указанный в нём счёт вам необходимо отправить ровно половину суммы, указанной в сообщении, которое вы получите в 14:15. После получения денег исполнитель приступит к делу. У вас с ним не будет связи. Все вопросы можно обсуждать в смс по номеру, оканчивающемся на 505. Вам всё ясно? — Да-да, конечно… Кошмарные деловые переговоры!.. И какую безысходность источает последняя распечатка: «Отменить заказ!» «Заказ выполнен, вы немного опоздали. Вторая часть суммы должна быть отправлена на ранее указанный счёт» Чанель откидывается в кресле, у него дрожит всё внутри от ужаса и паники. Как это разгрести?! Эту клинику легче взорвать и забыть о месте нахождения её обломков! Однако, это не выход. Не может быть, чтобы ничего хорошего не было в методе Кья-Съерра. Скорее всего, надо выбирать более щадящие процедуры, без дипа, с более тщательными исследованиями на старте, чтобы не возникало надобности вот в таких формулировках: »…в случае возникновения непрогнозируемых последствий, причинивших вред физическому или психическому здоровью клиента…» Ему надо собрать всех специалистов и открыть правду. И увидеть реакцию в глазах своих коллег. А после этого уже думать, куда вести клинику дальше и вести ли. Только обязательно нужно подстраховаться — ведь неизвестно, с чьей высокой указки могло всё это происходить? Чтобы не оказалось неожиданно, что через Байрона или Шиллера закажут уже его, доктора Имм Чанеля. Чтоб не говорил слишком много… Или?.. Чанель совсем не хотел бы умереть.***
