24. ты - женщина
23 марта 2022 г., 01:37
***
— Тэхён, я бы хотел, чтобы при нашем разговоре присутствовал ещё один человек, хорошо? — спрашивает Чанель. — Кто он? — Она. Тоже врач из нашей клиники. Хороший и честный человек. — Не знаю даже… Наш разговор будет касаться папочки «Для меня», а твою честную и хорошую надо посвящать в содержимое? — Я как раз хочу, чтобы она была на нашей стороне. Кстати, это она, а не Риэль, должна была быть личной помощницей в твой последний приезд. — Не понял… — Её назначил Съерр. Но она не успела, потому что Риэль помогла, так скажем, ей сломать ногу и сама попала к тебе. Да, тесен мир. — Особенно в вашей клинике, — усмехается Тэ. — Хорошо. Пусть она присутствует. Я еду один. — Хорошо, до встречи, Тэ! — Имм отключает телефон. — Ты уверен, что мне надо быть? — спрашивает Нацуко. — Спасибо, кстати, за честную и хорошую. — На здоровье — это чистая правда. Мне этот мужчина нравится. Ты для меня станешь сдерживающим фактором, а то я отвлекаюсь с ним всегда. Если бы он с кем-то из своих приехал — не вопрос, но если наедине — тогда ну меня на фиг, — он совершенно искренний с нею. И это легко и просто получается. Недаром они были друзьями эти десять лет, начиная с института. — Ага. И он знает, что ты к нему неровно дышишь? — Полагаю, что да. — Хм… Ну, пускай так. Он будет говорить про эту роковую папку? Ты ему сам показывал её? — А вот тут ты смотришь в самый корень! Я не показывал эту папку пока никому, кроме тебя. Но у BT5 она появилась на пару дней раньше, чем я о ней узнал, — эффектно растопыривает он пальцы. Нацуко удивлённо щурит глаза, пытаясь заполнить пробелы в данной картине самостоятельно. — Ты хочешь мне сказать, что эти певцы выкрали информацию клиники? — предполагает она. — Бинго! И это их уязвимое место. Но я на их стороне. Безоговорочно! Эта информация очень сильно их касается, я бы сам им предоставил к ней доступ. — Ну они и ловкачи! Хакеры хреновы! И мне о-о-очень нравится, как они танцуют — я тоже на их стороне. — И каких проблем Тэхён избежал бы, если бы именно ты была его помощницей! Ты понимаешь, как всё сложилось для него — вернее, против него — в одну дерьмовую кучу! Эх… — С другой стороны, Чанни, если бы с ним так круто и опасно всё это не завернулось, он бы неизвестно сколько продержался. Ведь в следующий раз последствия могли быть уже необратимыми — и всё! Отвезли бы твоего Кима в отделение к моей Йоко! — Бр-р-р… Аж страшно подумать… Да, ты права — всё сложилось опасно, но определённо. Сигнал двери. — А вот и он, — показывает Чаннель на дисплей, — ну какая ж красота, мои вы боги… — Да, — подтверждает Натчян, — жаль, что мне не довелось с ним поработать, я бы покайфовала, любуясь им. — Ага, а я бы безбожно ревновал, — небольно тыкает он жилистыми пальцами подругу в рёбра. — Ай, ой, перестань, зараза! Я ж найду как отомстить! — уворачивается она, переплетая и фиксируя его руки. В этот момент дверь отъезжает и Тэхён застаёт милую картинку: — Чанель, тебе помощь нужна? Я так понимаю, наших бьют? — усмехается он. Психологи, всё ещё улыбаясь, приводят себя в порядок. — Познакомься, Тэ — это Нацуко Накамура, моя хорошая подруга и коллега. Женщина застывает, восхищённо впитывая в себя красоту Тэ: он одет в светлый костюм с длинным, напоминающим ханбок, верхом; тонкая, незаправленная рубашка с очень маленькими пуговицами в виде жемчужинок — явно натуральных — расстёгнута и открывает знаменитые ключицы; ниспадающие изящными складками льняные брюки почти полностью скрывают туфли тёмно-шоколадного цвета с открытыми задниками. На пальце его красуется крупный рубиновый перстень насыщенно-вишнёвого цвета — кажется, будто он собирает все лучи красного спектра, которые имеются в кабинете главврача. И глаза — тут вообще не хватит никаких слов: весь словарь хангыля не в силах их описать. Хотя пытались много раз… — Коннитива, — здоровается Ким с поклоном. — Аньон! — сдержанно улыбается женщина. — Садитесь, друзья, — приглашает Чанель.***
— Привет, Джун-и, ты не занят? — Хо! Привет! Когда ты уже вернёшься? — Совсем скоро. Но мне нужен совет. — Давай, это не больно, я тебе его дам. — Эм-м-м… Мне нужно сделать так, чтобы Даша не возвращалась к себе домой, а тот, кто ждёт её возвращения дома, не знал, где она, как можно дольше. — О как… Даша — это Таша, только у тебя нос забит? И кто ждёт её дома? Дети и муж? — Не смешно. Её ждёт дома абьюзер. И насильник по совместительству. — Ох, ты ж, блять… Прости. — Норм. Ты ж не знал. И что посоветуешь? — Н-да, надо подумать. — Давай, ты подумай недолго — может, с Шугой, да? А я пока подожду. — Ты с ней сейчас? — Да, мы у меня в квартире. — Ок, сейчас помозгуем. Отбой. Нам барабанит по столешнице: девушку надо скрыть? Насколько этот абьюзер в состоянии её искать? Какие планы у Хосока? Просто помочь хорошему человеку или? Очень похоже, что «или». Надо к Шуге. — … Вот этот подголосок продли, чтоб он на нет сошёл, как на выдохе! — шумит композитор на вокалиста.— А ты его поднимаешь, будто он ведёт! Это второй, сука, голос! Ты забъёшь Тэ, если будешь так доминировать!.. Что? — раздражённо поворачивается он на покашливание Джуна. — Тысяча извинений, маэстро, но малыш Хоби просит совета. — Валяй, — расслабляется Юнги, — Гук-и, на выход! Чонгук снимает наушники и выходит из звукоизолированной камеры: — Хён, ты меня спас! Этот злой кот только и делал, что шипел на меня! — жалуется макнэ. — Обращайся, — кивает Джун. — Так что там у малыша Хоби? — направляет беседу Шуга. — У него проблема с девушкой. — Пф! С девушками всегда одни проблемы! — фыркает Гук. — Так, маленький мой, не делай поспешных выводов, — урезонивает его Нам, — сначала послушай. Насколько я понял, девушку надо скрыть от некоего абьюзера. На сколько — не знаю. Кто этот монстр — не знаю. Знаю только, что Хо озаботился — значит, надо. Всё. Шуга расслабленно закинул руки за голову и медленно отталкивается на стуле, вертясь вокруг оси. Чонгук тоже поджал губу, думает. — К нам её, наверное, не стоит привозить, так? — щурится композитор. — Да, думаю, это не выход, — отвечает рэпер. — В его квартире можно жить? — тот же спрашивающий. — Я об этом первым делом подумал! Но тогда Хо автоматически туда свалит. И вскоре затеет скучать — проходили уже, — отвечает Чонгук. — Ну да, ну да… — жуёт губы Мин. — Всё-таки ему тяжелее всех, согласитесь? Мы свои потребности не отходя от толчка решаем, а ему мало того, что нужно искать ебли на стороне, вне дома, так ещё и умудрись не разорваться между нами и какой-нибудь красоткой. — Да, хуёво ему, — очень сочувствует Чонгук. — А делать-то что? — напоминает Намджун. — Подождите, парни, а кто сказал, что Хо съедет на свою квартиру, если там будет девушка? Может, он её просто потрахал и всё — гоу хоум, а? Ведь он нам не сказал, что будет с ней теперь жить. — Гук-и, мальчик мой, — мудро отвечает Мин, — ты никогда не имел отношений с девушками в сознательном возрасте. Твои несколько поцелуев в школе вообще не в счёт. Запомни: если мужчина начинает заботиться о женщине — это плохой знак. Это значит, не просто потрахался с нею. Не просто. — И чо? — Ничо. Просто Хоупу она, скорее всего, сильно нравится, — заключает лекцию Юнги. — Мне тоже так кажется, — подтверждает Нам. — Ну и пусть тогда оставляет её в своей квартире, только приставит к ней какого-то из наших ребят-охранников пострашнее. Сколько до его квартиры ходу? Двадцать минут от силы? Соскучится по нам — вот они мы, заходи, не стесняйся! — пулемётной очередью выдаёт готовое решение Чонгук, ловя согласные моргания старших. — Что? Скажете, плохой план? — Прикинь… — удивлён Мин. — Не скажу. Мне он кажется нормальным. — Да, вполне. Знаете, мне подумалось, что этот дипломат и сам, сука, всё так же решил. Просто ему надо было наше одобрение… Вот же я повёлся! Надо было его самого спросить, — усмехается Нам, набирая номер Хосока и включая громкую связь. — Ну? Что вы решили? — спрашивает Хосок. — Думаю то же, что и ты, бро, — отвечает Джун. — То есть оставить её у меня в квартире? — Только маленькое добавление от Гук-и: приставить к ней телохранителя из наших. — Да, это будет классно! Принимается. Значит, я сейчас ненадолго домой, завезу вам флешку, возьму пару шмоток и обратно к Даше. — А почему она Даша? — Это её настоящее имя. — Ты подумай, какая серьёзная разница… — тихо замечает Шуга. — Шуга, я всё слышу! Без комментариев! Подумайте пока, кто из ребят может мою квартирку поохранять, хорошо? — Подумаем, ты приезжай, детка! Отбой. — А она действительно красивая? — задумчиво интересуется Чонгук. — О, а ты ведь тоже её не видел, — вспоминает Шуга, — ну как тебе сказать… Что ты понимаешь в женской красоте? Наверное, не имеет смысла что-то рассказывать, пока ты сам не переспишь с женщиной. А так как это невозможно — иначе наш художник проткнёт тебя насмерть самой шершавой кистью — то и говорить здесь не о чем, — заканчивает он откровенно издевательски. — Да идите вы нахуй оба! — злится Гук. — Я ж нормально спросил, а ты как пиздливый ящик: наговорил-наговорил чего-то — и в результате ничего не сказал. Сам на неё посмотрю! — громко утопывает он к своему художнику, о красоте которого знает решительно всё, но никак не может насытиться вдоволь. — Блять! — доносится из мастерской. — Он же уехал! Суки! — явно слышно, как от хуков и апперкотов макнэ страдает одна из обшитых светлым деревом стен.***
— Значит, так и договариваемся, Тэ. Выступаем единым, так сказать, фронтом: мы с Нацуко подтверждаем, что дали вам документы из папки Съерра потому, что это напрямую затрагивает ваши интересы. Не скрываем никаких нюансов твоего пребывания здесь — ни Риэль, ни смерть, ни сдвиги психики. Прости, но… — Чанель, я всё понимаю, это ведь так и было, и это поможет нам всем избежать опасности. Я ведь теперь в порядке, да? Да? — не сразу получив ответ, давит Ви. — Да, ты в полном порядке! — заверяет доктор. — А на вопросы об остальных фигурантах из папки мы отвечать не уполномочены, так? — конкретизирует Нацуко. Она до сих пор под ярким впечатлением от Тэхёна, заворожена его красотой и обаянием. Прибить эту Риэль мало — за то, что лишила такого удовольствия, сука лысая… — Да, нам нужно для начала разложить Хайб, чтобы они не рыпались, — кивает Имм. — БанШи наверняка пригонит миллион юристов, так что наши документы не должны попасть ему в руки до того, как мы с ним начнём говорить. — Это понятно, Тэ. Я не собираюсь ему давать такие козыри. — Значит, наш юрист прилетает примерно через две недели. До того никаких активных военных действий, док! — Слушаюсь! — Чанель даже легонько касается воображаемой фуражки на голове. — Ну всё. Я побегу. Спасибо вам! Нацуко, — берёт он мягкую женскую ладонь в свои руки, — мне было очень приятно с тобой познакомиться. И жаль, что ты пострадала из-за меня. До скорого! — О! Мне очень приятно было, наконец, с тобой побеседовать, — искренне рада Натчян. — Пока, Чанель! — И тебе, Тэ! — Ох, какой он, — потрясённо выдыхает женщина, когда дверь за Тэхёном закрывается, — может, и хорошо, что мне европейка ногу сломала, а то я бы не устояла. — Во-о-от. Теперь ты меня понимаешь, — веселится Чанель.***
Даша видит себя героиней корейской дорамы с таким излюбленным и заезженным сюжетным ходом: богатый мужчина отдаёт небогатой, но красивой девушке свою золотую платёжную карту, чтобы она ни в чём себе не отказывала и накупила целый шкаф всяких красивых девачковых шмоток — от белья до обуви — а он будет слушать сообщения о списаниях и умилённо улыбаться. Ему же не жалко! У него денег дохуищи! Как-то так. Но Хосок действительно поехал ненадолго в дом BTS, а ей поручил пополнить свой гардероб. Это кайфово, надо признать! В его планшете забит автоматический платёж на выбранные и подтверждённые покупки. Попутно с полной корзиной из магазина натуральной брендовой одежды, девушка делает заказ в магазине продуктов. Им же нужно будет завтракать или ужинать, не всё ж доставкой пользоваться. К тому же Даша любит готовить не-корейские блюда. Вот Хо удивится! Это будет её маленькой тайной пока. Даша улыбается, наблюдая в себе разгорающееся почти забытое чувство — влюблённость. Да-а-а, это оно и есть… Насколько она поняла, в квартире Хосока им придётся пожить некоторое время, пока они получше не придумают, как быть с её братцем. Ох… Не поминай к ночи беса! Да! Телефон и новый номер. Выбирая модель стекляшки, она следит, чтобы у аппарата хватало мощности для её работы. О, вот этот подойдёт. Тык! Оплачено. Н-да…***
— И ты вот так просто выйдешь из нашего дома и пойдёшь к ней? — с патетическим надрывом вопрошает Сокджин, наблюдая за Хосоком, снующим туда-сюда счастливым челноком. — Не драматизируй, Джин-и! — успевает ответить Хо между перебежками. — Ну, конечно, никакой драмы, — высоким голосом восклицает самый старший, — вот сейчас вернётся Тэ и спросит меня: «а где наш Хоуп?». А я ему: «он уехал жить с женщиной». А Тэ у меня: «с какой?». А я ему: «ты её не знаешь»! А так никакой драмы, — ну хоть плачь, как выразительно играет. Недаром в глубочайшей молодости актёрский факультет посещал! — Друг мой, — останавливается, наконец, перед его лицом Хоби, — я ведь буду приходить. Я и без женщины иногда убегал от вас. Чего ты сейчас завёл ламенто? — Ох, иди уже! Предатель. Подкаблучник, — Сокджин ищет эпитеты поуничижительнее, но это не останавливает влюблённого. Ну, всё-о-о! В этом месте — на «подкаблучнике» — Чимин, который уже некоторое время сдерживается, наконец с хохотом падает в коленки Чонгука, который тоже откровенно ржёт. — Снято, блять! — даже Мин не удерживается от своего мягкого хихиканья. А Намджун и так сидел и лыбился всё время, пока эти двое развлекали остальных сценой проводов блудного сына. — Так. Ну всё. Я пошёл? — спрашивает Хо. Чонгук упруго поднимается и сложной танцующей походкой идёт к Хоби. — Удачи, бро! — и крепко обнимает хёна поперёк спины. — Да, Хоуп, удачи тебе! — присоединяется Джун, к тому времени обнимающий растроганного Джина. — Хоби-и-и! Я буду скучать эти два часа, которые тебя не будет! — плаксиво тянет Чимин. — Не, за два часа не управится, — прогнозирует Шуга, — думаю, завтра днём припрётся. Делайте ставки, господа! — Да ну вас, дураки, — не обижается Хо, — передавайте привет Вишне. — Непременно! — уверяет Нам. — Он без твоего привета не заснёт. — Точно! — подтверждает Гук. — Каждую ночь после оргазма спрашивает: «А Хоби-хён мне передал привет?» — и потом только засыпает. — О не-е-ет! Если я не уйду, вы не остановитесь! — хохочет Хосок и спускается на выход. — Ну что ж, парни, — когда за Хоби прошипела бронированная дверь, настроение у всех становится на несколько тонов минорнее, — я, как лидер, должен объявить начало самостоятельной жизни нашего Джей Хоупа открытой! Поздравляю, господа! Чонгук глубоко вздыхает: — Давайте посмотрим, на сколько его хватит.***
