Наука, так сказать

— Академия гордится тем, что взрастила в своих стенах подобное дарование, мой мальчик, но, как мы уже говорили, тебе все же следует официально завершить образование. После слов профессора Хеймердингера Джейс смутно вспомнил, что тема эта и правда однажды уже поднималась, но с тех пор у него были более важные дела. Собственно, он толком и не заметил, как и когда перешел от учебы в Академии к работе в ней, хекстек размыл границы. Но в списках декана он до сих пор числился как студент. — Вы про экзамены? — спросил Джейс. — Но я думал, что я, можно сказать, сдал экстерном! Он улыбнулся, однако Хеймердингер продолжал смотреть на него с мягким, но требовательным ожиданием. Улыбка Джейса увяла. — Вы серьезно? Я должен сдать экзамены перед комиссией? — О, инженерный факультет безусловно готов принять ваши разработки как выпускной проект с высшим баллом! — воскликнул Хеймердингер. — Продемонстрируешь комиссии что-нибудь эдакое, — он с любопытством покрутил шестеренку стоявшего в углу генератора, — и дело в шляпе. Но как ты знаешь, выпускных испытаний два. О да, два: профильный — логичный, адекватный и ясно зачем нужный — и экзамен по истории. И без успешной сдачи второго первый веса не имеет. Джейс со стоном потер переносицу. — Профессор Лимер, да? Зачем это надо? Хеймердингер погрозил ему пальцем. — Наш город молод в масштабе вселенной, но без традиций он рассыплется, как высохший песочный замок на ветру! Ну, не стоит унывать. Невозможно, чтобы разум столь даровитый не справился с тем, чтобы выучить парочку дат! — Неужели нельзя сделать исключение? — взмолился Джейс. — Мы здесь вроде как меняем мир!.. Профессор посуровел. — Ваш пример и без того расхолаживает студенческие массы, юноша. Мне уже довелось услышать, что раз хекс-врата созданы человеком без классического образования, то к чему тратить время на лекциях. Когда подаешь пример другим, убедись, что этот пример хороший! На этом профессор удалился, оставив Джейса беспомощно и возмущенно смотреть ему вслед. Виктор, молча наблюдавший за разговором из-за своего стола, замаскировал кашлем смешок. Джейс набросился на этот звук: — А ты что, все сдал? — Конечно. Ты забываешь: до того, как работать с недоученным студентом, я был ассистентом декана. — Виктор смерил его веселым взглядом. — Пожалуй, это деградация моей карьеры!.. — Скай? — с надеждой позвал Джейс, и девушка скромно сообщила, что она уже год как магистр научных искусств. Выходит, он один тут и правда «недоученный студент». Джейс усмехнулся, но тут же снова помрачнел. — Лимер всегда меня терпеть не мог. Придется же зубрить половину библиотеки, чтобы он не нашел, к чему придраться. На это уйдёт столько времени! А ведь мы могли бы… — Не много времени, экзамены через месяц, — сказал Виктор и, не слушая протестующих «Но я же не успею!» закончил: — Или ты думаешь, ради тебя комиссия соберется отдельно? Джейс закатил глаза, против воли улыбнувшись: — Да, да, немного эгоистично. *** Следующие несколько дней Джейс потратил с наименьшим КПД в жизни, пытаясь делать три дела сразу: продолжать их хекстековые разработки, читать «Всемирную историю» и отрицать всякий смысл последнего. В результате он не запомнил ни одной даты, сбился в расчетах и получил от Виктора угрозу, что тот будет работать дома, если здесь не дождётся тишины. — Это все равно не имеет смысла, — воскликнул Джейс, рухнув на спинку стула и уронив учебник на колени. — Лимер меня завалит и будет это делать каждый год, потому что плевать он хотел на хекстек и прогресс. Его история никому не нужна, но все обязаны зубрить ее, потому что традиция! Он тиран, как Мордекайзер. Виктор поднял брови. — Смотри-ка: что-то ты уже выучил! Джейс сумрачно глянул на него поверх книги. Если бы экзамен проходил письменно, он бы мог рассчитывать, что за два часа сидения над вопросами успеет что-нибудь вспомнить. Или что помогут шпаргалки. Но итоговые испытания, в отличие от годовых, всегда представляли собой дискуссию с комиссией, и на глазах всех светил Академии ему предстоит позорно не знать ответы и ерзать как на сковородке, пытаясь ну хоть что-нибудь сказать. Джейс перевернул страницу и поймал себя на том, что вместо истории ноксианских завоеваний думает о чем-то вроде звуковой пневмопочты: один приёмник у него, второй в лаборатории, Виктор бы слышал, что спрашивают профессора, и мог бы ему подсказать… — Мы не успеем что-то такое сконструировать? — спросил Джейс не то чтобы всерьез, описав свою идею, и Виктор с резким вздохом отложил циркуль. — Признай, ты даже не стараешься подготовиться, потому что может не получиться и ты не окажешься звездой. От этого заявления у Джейса удивленно приоткрылся рот. Виктор ответа не ждал и продолжил с нарастающим неодобрением: — Я видел у тебя дома мандолину, но играть ты отказался, потому что не делаешь это лучше всех. Ты мог бы попытаться и выучить хоть что-то, месяц подготовки — не так уж и мало, но ты не пытаешься, потому что идеально не получится все равно. Да ты… — Тут он резко замолчал, натолкнувшись в своих обличениях на что-то уж слишком суровое, и продолжил после паузы: — Тебе не нужно быть лучше всех, когда ты уже хороший. И это не изменится, если Лимер полчаса поиздевается над тем, что ты не помнишь состав первого Совета. Виктор сказал это со всем язвительным холодом грозного помощника декана, но Джейс все равно ощутил себя польщенным как никогда. — Я помню состав Совета! — возразил он просто чтобы сказать что-нибудь, и Виктор со смешком возвел глаза к потолку. — Слава Жанне. Он вернулся к своим чертежам, а Джейс притих и тоже занялся делом. Оказалось, что без образа кровожадно алчущей его провала комиссии в голове запоминать имена и даты было не так уж трудно. Конечно, ко дню экзамена прочесть и тем более выучить из всего списка рекомендованных книг Джейс успел только «Историю Пилтовера», да и то чем ближе к концу, тем хуже, так что на успех он не слишком надеялся. — Удачи, — пожелал ему Виктор, когда по пути в экзаменационный зал Джейс заглянул в лабораторию. На рабочем столе громоздились металлические пластины и заклепки, из которых они со Скай собирали новый прототип для лазерной установки. — Мы почти закончили, когда вернешься, попробуем его испытать. На стопке чертежей неподалеку стояла чашка с двумя белыми маргаритками. Скай с застенчивой улыбкой придвинула чашку к Джейсу. — Это же традиция, — пояснил Виктор в ответ на его недоумение. — На выпускные экзамены всегда приходят с белыми маргаритками, от друзей. На удачу. — Почему с маргаритками? — Они похожи на шестеренки. А белые — потому что не ржавые. Ты же столько лет учился, все шестеренки в голове отполировал, — ответил Виктор и улыбнулся: — Так ведь? Джейс взял цветы и почти благоговейно заправил стебли в нагрудный карман. — Спасибо! В экзаменационном зале уже собрались полсотни студентов, все действительно с белыми маргаритками на лацканах парадной формы. Приглашали по алфавиту, и Джейс больше часа просидел, перелистывая последний том «Истории» и переглядываясь с красивой кудрявой девушкой напротив. Дождавшись своей очереди, он подошел к столу экзаменаторов. Профессор Лимер, неизменный глава комиссии, взирал на него без малейшей симпатии. — Джейс Талис, — протянул он. — Наша новая знаменитость. Ничего хорошего это не предвещало, но Джейс занял свое место у экзаменационного стола почти с удовольствием. Какая разница! Что там ни будь, он уйдет отсюда через полчаса, и вечером они все равно испытают лазер. — Начнем с истоков, — объявил профессор Лимер. — С Совета первого созыва, например. Кто занимал кресла, не припомните? Джейс глубоко вдохнул пахнущий книжной пылью и маргаритками воздух и припомнил.