Изолятор для Черта.

Сейчас вы услышите речь больного физофренией. Действительность, которая всё-таки в конце-концов раздражает меня, и как-то я на неё реагирую, и предстаёт передо мной как бы немножко издалека, то есть она как бы видится, видится в мираже. Она нереальная... Появляется такое, такая пустота внутренняя. То есть нет радости ощущения "Я", то есть нет радости вообще быть "Я". Появляется так сказать уход, углубление в такое самобытиё, переворот, внутри качественный, так? Который заставил появиться вот этому новому, чужому "Я". Моя работа – волк, смотрит в лес, сколько не корми! Не повернись спиной, с голыми руками не подходи. Моя работа – зверь, ласков, нежен и могуч. Моя работа - дверь, к которой каждый раз нужен новый ключ!       Тихо, тишина - лучший друг просветлённого разума. Когда истина внутри, никакие внешние воздействия уже не нужны. Через пыльное оконное стекло, со старой ржавой решеткой, пробивается тусклый свет. В слабых солнечных лучах танцуют пылинки.       На полу, среди обломков кирпича, скрестив ноги в позе лотоса, сидит мужчина и неотрывно смотрит на нарисованный знак. Рядом стоит ведро с белой краской. Мужчина смахивает со лба, выбившиеся из косы, русые пряди. Солнечный луч, прорвавшись сквозь грязное стекло, скользит по лицу мужчины, отражается в голубых глазах и бликует маленькой искоркой в его серьге.       Красивые губы трогает чуть заметная улыбка. Мужчина приглаживает бороду и выдыхает, от его дыхания поднимается новый рой пылинок и начинает новый тур своего затейливого танца.       Все хорошо, он все делает правильно. Завтра ещё одна сестра встанет на дорогу истинного. Как бы он хотел отправится вместе с ней, или вместо нее. Он устал от этого паскудного мира и особей, населяющих его, что гордо именуют себя людьми. Ему никогда не нравилась эта планета, на которую он попал по ошибке и где не место таким как он.       Он не может уйти, не сейчас. У него есть миссия и он обязан ее завершить. Завтра он ещё на один шаг приблизится к своей цели. А завершив миссию, сможет уйти, чтобы продолжить свой истинный путь. Мужчина достает из кармана телефон и помещение заполняют звуки музыки. Мелодия отбивается от стен и летит длинными коридорами старого морга, подхватывается вечными сквозняками и теряется в запутанных лабиринтах заброшенного здания. Музыка, пожалуй, это единственное прекрасное, что есть на этой планете. Музыка завораживала его с раннего детства, а потом стала его помощником и смыслом жизни... Репетиционная точка гр. "Пилот". г. Санкт-Петербург.       - Давай ещё раз.       - Илюха, шестой раз уже, что с тобой происходит?       - Нормально все, устал просто. Давайте перерыв и начнем заново, концерт завтра. - Илья опустился на низкий диванчик и закурил. Коллеги по группе ни о чем не спрашивали, хоть и беспокоились. Они хорошо его знали и прекрасно видели нервозность, искусно скрытую за маской спокойствия и безразличия. Спрашивать бесполезно, если Черт не хочет рассказывать, то клещами не вытянешь. Сейчас он задумчиво смотрел в окно, открутил крышку металлического термоса, но так и не налил в чашку чая, который так любил. Музыканты по-доброму подсмеивались над предпочтениями друга и коллеги. Все они пили черный кофе огромными порциями, от которых у любого нормального человека давно бы остановилось сердце. Но они не были нормальными людьми, они были рок-музыкантами.       - Илья, да отвисни ты. - Черт повернулся на голос, оторвавшись от лицезрения солнечной погоды, такой не типичной для осеннего Питера. Солнечный луч скользнул по лицу, отразился в голубых глазах и забликовал маленькой искоркой в его серьге.       - Задумался. Ну что, погнали? - Илья поднялся на ноги и одернул черную футболку с изображенным на груди белым знаком - ровный круг, словно нарисованный белой краской, внутри круга точка.       Музыканты заняли свои места за инструментами, как только зазвучали первые аккорды, дверь распахнулась, явив группе капитана Воронова.       - Да твою ж ты ж мать. - Кнабенгоф махнул рукой и музыка смолкла.       - Добрый день, капитан. Какими судьбами?       - Здравствуйте, господа звёзды. Да вот, решил приобщиться к прекрасному и навестить. А то умотаете опять в какой-нибудь тур, разыскивай вас потом по необъятным просторам родины. А на это у нас времени нет, так как трупов стало на один больше. Ну вы в курсе, господин Черт.       - Вы, капитан, не забывайтесь. Я что-то не припомню, при каких обстоятельствах, вы приобрели право меня так называть. Для вас, я Илья.       - Леонович. Я помню. Извините. - Музыканты уставились на Илью. Они первый раз в жизни видели, чтобы его так взбесила собственная кличка, давно ставшая псевдонимом. Чёртом его звали все, без разбору и он давно к этому привык.       - Илья Леонович, нам нужно поговорить, а ваши коллеги могут присоединится к этой увлекательной беседе, может вспомнят что-нибудь полезное для следствия.       - Вы подозреваете, что мы вместе этих девочек убивали? Вы книги писать не пробовали? Такой сюжет пропадает - известная рок-группа, пресытившись популярностью, превратилась в банду кровавых маньяков. - Капитан вздохнул и проигнорировал выпад. А музыканты переводили взгляды с одного на другого и никак не могли понять, что происходит. Обычно спокойный Черт, вышел из себя за две секунды, только увидев этого мента. Что скрывалось за его искромётный сарказмом? Обычная неприязнь к полиции, родом из далёкой бурной юности, или страх?       Тем временем Воронов достал из папки фотографии и ещё какие-то предметы и разложил их на столе.       - Господа музыканты, посмотрите очень внимательно, возможно вам знакомы эти девушки? - Мужчины собрались вокруг стола, передавая друг другу фотографии. Вглядывались в лица и отрицательно качали головами. Вырвич взял одновременно оба листа с изображениями.       - Красивые. - Капитан поднял взгляд на гитариста и достал из папки ещё несколько фото.       - Были. Полюбуйтесь. - Виктор видел, как вытянулись лица парней, при виде изображений мертвых девушек. Один даже побледнел. Нормальная реакция, нормальных людей на смерть. Только Черт остался спокойным и неприступным, как скала. Будто каждый день дело с трупами имеет. Хотя, может и имеет. Певец бесил Воронова, просто до зубовного скрежета. Капитан с удовольствием засадил бы его за решетку, пусть бы там свои песенки пел. Может и новые трупы перестали бы появляться.       - А знак, это что убийца вырезал? - Вопрос барабанщика выдернул капитана из его мыслей.       - Нет, это мы изобразили, вдохновлённые вашим творчеством. А вы как думаете? Или вы считаете, что мне заняться больше нечем, кроме того, как за вами бегать? Обе девушки пропали после ваших концертов и спустя несколько часов уже были мертвы. Обе были вашими поклонницами и жаждали познакомиться с господином Кнабенгофом. И у обеих на груди был вырезан, не безызвестный вам, знак. - Он красноречиво посмотрел на футболку Ильи. Тот пожал плечами и закурил. - И ещё при девушках были обнаружены иконы, посмотрите.       - Твою ж мать. Илюха, глянь.       - Я видел.       - Что это за хуйня, капитан? А может этот маньяк, он просто чекнутый и опасен для Ильи? - Воронов чуть не застонал.       - В ситуации с двумя убитыми девушками, вас беспокоит только безопасность вашего друга?       - Вы не кипятитесь, капитан, мы бы и рады помочь, только как? Со сцены лиц не видно, софиты глаза слепят, да и народа полно. После выступления мы стараемся побыстрее уехать. На наши тусовки фанаткам не прорваться. Ну если у выхода ждут, автографы даём, селфи там всякие, но лиц тоже не запомнишь, каждый раз новые. Как их всех упомнить? Есть такие, что ездят за нами в туры и бывают на всех концертах, но этих девушек среди них не было.       - Ездят с вами?       - Не с нами, а за нами, своим ходом. Они не ездят с нами, не живут с нами и не спят с нами. И мы их не убиваем. - Опять вышел из себя, только успокоившийся Черт. К нему подошёл Андрей и положил руку на плечо       - Капитан, можете у девчонок из питерского фан-клуба поспрашивать, может они что-то знают. Я вам номер дам и им позвоню.       - Спасибо. И свои номера мне запишите. Все номера. - Сказал Воронов с нажимом и посмотрел на Илью, который опять уставился в окно. - И вот моя визитка, если что-то вспомните, позвоните.       - Непременно, а сейчас простите, нам репетировать нужно. - Виктор собрал фотографии и спрятав их в папку, вышел из студии, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не вернуться обратно и не дать Черту по морде...       - Илюха, что за хуйня вообще происходит?       - Вот такая хуйня, я вам уже говорил.       - А если этот псих, он действительно тебе что-то сделает? - Илья улыбнулся, первый раз за сегодняшний день искренне и по-настоящему.       - Кит, ну что он мне сделает? Судя по всему, он по девчонкам. Ну меня с девочкой перепутать - это талант иметь надо.       - Не, ну со спины можно и перепутать. - В барабанщика полетел скомканный лист бумаги и попал чётко в голову, Черт всегда был метким стрелком. Обстановка немного зазрядилась, только одна мысль не давала музыкантам покоя, почему Илья ничего не сказал им о знаке и странных иконах с его изображением... Районное отделение полиции, г.Санкт-Петербург.       Капитан Воронов сидел за столом в своем кабинете и выстукивал пальцами по столешнице какой-то мотивчик. Узнав в мотивчике песню группы "Пилот", он от души выматерился и встал, чтобы налить себе чая. Его многострадальный желудок уже давно скрутило голодным спазмом, но он его упорно игнорировал.       - Вить, ну чего ты бесишься? Ещё меня упрекал. - Отозвался из своего угла Борис, который уже два часа не подавал признаков жизни, давая капитану остыть и прийти в себя.       - Я не бешусь. Вроде нормальные парни все, кроме Черта этого. И ты подумай только, девчонки по нему сохнут, нормальные и красивые девчонки, заметь. По гастролям за ними таскаются, сдуреть можно. Что в нем такого, понять не могу. Ходит в юбке какой-то, косичка дурацкая, серьга. При этом весь в татухах и бородатый. Хрен поймёшь, мужик перед тобой, или баба. - Борис внимательно посмотрел на товарища.       - Вить, если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты ему завидуешь, Черту этому. Все, я молчу. Что ты с ним делать собираешься?       - А что я могу с ним делать? Улик никаких и он это прекрасно понимает, иначе я бы давно с его адвокатом общался. Предъявить ему нечего, ни ему, ни кому либо ещё. И в этом кроется наш самый главный пиздец. Начальство уже наседает полным ходом. Наши головы на местах, пока об убийствах не прознали журналисты и в городе не поднялся шум. А если поднимется, то ты сам понимаешь, что будет.       - Блядь.       - Борь.       - Что?       - Не перенимай у меня дурацкие привычки. Ты ж воспитанный еврейский мальчик из хорошей семьи, не матерись.       - Будешь тут хорошим мальчиком, с такой работой.       - Надо было учиться на скрипочке играть, был бы сейчас музыкантом и девочки по тебе сохли, как по Черту.       - И ходил бы я в юбочке и с косичкой. - Представив себе эту картину, Воронов фыркнул и начал упаковывать ноутбук в сумку.       - Боря, я поеду домой. Завтра с самого утра должен прийти Денис Кораблёв, бывший парень нашей второй убиенной, может расскажет что-нибудь толковое. Хотя надежды мало, встречались они не долго и разошлись давно.       - Езжай и ложись спать, на тебя уже смотреть страшно. Квартира капитана Воронова. г. Санкт-Петербург.       Лечь спать не получалось, Виктор прокручивал в голове последние события и сегодняшнюю встречу с музыкантами. Ему не давало покоя спокойствие Черта. Что за ним крылось? Уверенность в собственном величии и безнаказанности, или он действительно непричем? А спокоен, ну каждый день люди погибают, за каждого если переживать, то скоро косички не из чего будет плести. Хотя эти девушки все равно имели к нему отношение, пусть и косвенное, поклонницы всё-таки. Странная он личность, этот Черт. Хотя большинство, кто с ним сталкивался, были от него в восторге. И его музыканты беспокоились и переживали в первую очередь о нем. В чем же его секрет? И почему он так упорно игнорирует сотрудников полиции?        Конечно, мало кто вообще любил их брата и уж, конечно, нигде радушно не встречали. Они не рок-звезды, чего их любить? Приходят без приглашения, врываются в личное пространство, задают неудобные вопросы, лезут не свое дело. Их гонят в дверь, а они лезут в окно. А как по-другому помочь? Стараешься для них, жертвуешь своим временем и личной жизнью и что в ответ? Презрительное "мусор". Может действительно плюнуть на это все? Найдет себе применение. От невесёлых мыслей Виктора отвлёк звонок в домофон. Увидев, кто мается под дверью, Воронов улыбнулся и нажал на кнопку.       - Аська! Ты какими судьбами? Вспомнила старого одинокого волка?       - Скорее ворона. Привет, Вить. Я в отделении была, Боря сказал, что ты домой поехал и я так удивилась, что решила убедиться лично, что с тобой все в порядке.       - Польщён. Ну проходи, гостьей будешь. У меня пиво есть, чешское. - Настя улыбнулась и принялась расшнуровывать высокие ботинки.       - Ты всегда умел найти правильный подход к девушке.       Они пили темное пиво на тесной кухоньке и Виктор невольно залюбовался подругой. Она действительно была красива, а ещё дерзкая, остроумная и интересная. Может попробовать ещё раз? Она понимает его и принимает таким, как он есть.       - Вить, ты чего завис?       - Задумался. Ещё одну девчонку убили.       - Слышала. - Виктор улыбнулся и подлил ей пива в бокал.       - Ничего от тебя не скроешь.       - Работа такая, Витенька, не мне тебе рассказывать. А ещё мне Борис сказал, что ты был сегодня у Черта. - При упоминании сегодняшней встречи, капитан поморщился.       - Вот оно что. Я думал, ты по старому другу соскучилась, а ты прискакала, потому что о Черте услышала. Вот ты мне скажи, что вы все в нем находите?       - Харизму, Витенька, исключительно харизму. Ну ещё талант и тонкий ум.       - Да уж, харизмы там хоть отбавляй. По-поводу таланта не знаю, а вот ума у этого Черта совсем нет, зато хитрости за глаза.       - Я вижу зацепил он тебя серьезно. Давай рассказывай все, с самого начала. Одна голова - это хорошо...       -... а две, шанс раскрыть дело. Ну слушай, Настасья.       Настя слушала внимательно, ни разу не перебив, рассматривая фотографии и изучая материалы дела. Из развеселой подруги-рокерши, она моментально превратилась в холодного профессионала своего дела. Выслушав весь рассказ, что заканчивался сегодняшней встречей, девушка вздохнула и закурила.       - Занятная история. И ты подозреваешь Черта в этих убийствах? - Виктор открыл форточку и поставил перед подругой пепельницу.       - Я не знаю. Предъявить мне ему нечего. У него нет алиби, у меня нет улик. И ещё он меня бесит, до такой степени, что врезать ему хочется, еле сдержался сегодня.       - Я думаю, ты не одинок в этом желании, но это тебе ничего не даст, только неприятностей себе наживешь, Илья личность медийная.       - Морда он медийная, ещё и наглая морда, к тому же. Задолбали меня эти мажоры. - Настя видела, в каком состоянии находится ее друг, переубеждать его в чем-то, просто не имело смысла, проще не обращать внимания, сам успокоится. А вот его новое дело не давало ей покоя, что-то странное было в нем, какой-то момент, что постоянно ускользал от нее. Виктор отпил из бокала.       - Ну и что ты думаешь?       - История странная. И след Ильи в ней тоже. Такое впечатление, что тебе им просто тычут в лицо. Иконы эти, знаки... Вить, ты же опер и прекрасно знаешь, для чего устраивают такие спектакли.       - Думаешь, Черта подставляют? Зачем? Он что, Папа Римский? Или Дон Карлеоне? Я его биографию вдоль и поперек изучил, он чист, как первый снег, блядь. Кто его может подставлять? Коллеги по сцене? Бред какой-то.       - Фанатки, фанатская любовь иногда приобретает абсолютно искаженные и уродливые формы. Это на самом деле страшное явление. Причем амплитуда колеблется от абсолютного обожания и покорности, до жгучей ненависти. Есть даже случаи покушения на кумиров. Ну и разборки между фанатскими группами тоже не редкость. - У Виктора загудела голова, было впечатление, что он попал в какой-то дурацкий сериал.       - Ась, а вот так чисто теоретически, у него могла крыша уехать? Ну на фоне этих всех его учений, философии, славы и обожания. Может он возомнил себя богом?       - Все может быть, так заочно не скажешь. А для освидетельствования нужен ордер, ты же знаешь.       - Знаю. Вот так и получается. Теорий просто тьма, доказательств ноль, подозреваемых нет, кроме Черта этого. Да и он, не подозреваемый и не свидетель. Рок-звезда, мать его...