This Time I Might Disappear

Маринетт практически не спала, прервавшись только на час. Она не могла терять время, пока изучала сферу из музея — а возможно и древний Камень чудес. Как он открывается, как работает, осталась ли в нем энергия, появится ли квами — все-таки изредка они являют себя. Маринетт прочесала каждую строчку заметок и книги, сделала новые записи касательно сферы, в общем, сделала все что могла, и даже больше к тому моменту, когда Кот пришел забрать сферу. Время было выбрано как нельзя лучше, поскольку в новостях только и говорили об ограблении музея. — Они никак не уймутся, — фыркнул Кот на включенный телевизор с репортажем. — Для маленького музея будет большим ударом потерять один из экспонатов, — пробормотала Маринетт, краем глаза посматривая приглушенные новости. — Не повреди артефакт. Мы же решили просто одолжить его, а не ломать. — Я думал, ты от него ничего не оставишь, — заметил Кот, забирая сферу. — Я не смогла открыть сферу, и не собиралась ее ломать. — Ты что-нибудь нашла? В его голосе звучал намек на нетерпение, смешанное с надеждой. Маринетт прикусила губу и свела брови. — Это точно Камень, но больше ничего сказать не могу. Похоже, он относится к древнеримской эпохе, но, скорее всего, он куда старше. Она не могла сказать, что пыталась воздействовать на сферу в обличии Ледибаг, но тот вообще не отреагировал на нее. Естественно, Кот Блан был разочарован. Прежде чем он сказал об этом, Маринетт продолжила: — Я сделала кучу записей и могу продолжить исследование! Пожалуйста, не сдавайся. Я обещала, что ты не умрешь у меня на руках. Я раскрою это дело вместе с тобой. Я… — она замолчала, отводя взгляд от Кота. — Я потеряла Адриана и не выдержу, если умрет еще близкий ко мне человек. — Оу, ты ко мне привязалась? — мурлыкнул Кот, но в его взгляде была лишь безысходность. — Мы вляпались в это вместе. У меня нет причин сомневаться в тебе. Делай, что можешь, и сообщи мне, если что-нибудь найдешь. Я в музей. С тяжелым сердцем Маринетт отпустила Кота. Его костюм стал полностью черным, и белые пятна блестели лишь у воротника и парочка на груди — словно звезды на ночном небе — и маска начала чернеть по краям. Кот наверняка был ужасно напуган, и это касалось и самой Маринетт. Больше всего беспокоило, что Кот Блан давно не вспоминал и не доставал Ледибаг (не считая того отчаянного поцелуя в попытке избавиться от кольца). Будь все в порядке, появись Ледибаг в городе, Кот бы наверняка встал бы у нее на пути. Но не сейчас. Жители были счастливы, что Кот внезапно исчез. Некоторые видели его отчасти почерневший костюм, и об этом ходили некоторые слухи, но никаких доказательств не было. СМИ даже спросили Ледибаг, известно ли ей что-нибудь об этом, но она солгала, что нет. Что ж, получается и сама Ледибаг не знала. Знала только Маринетт. Новости по телевизору внезапно приняли интересный оборот, когда в прямом эфире интервью с каким-то парижанином перед музеем об этом ограблении появился Кот Блан. Он сделал то, что собирался — швырнул артефакт через музейное стекло, разбив его вдребезги, а затем исчез. Маринетт с любопытством и тревогой следила за сценой, разворачивающейся по телевизору. Оператору удалось заснять Кота, а репортер и человек, у которого она брала интервью, сразу же начали говорить о черном костюме Кота. Либо Кот Блан не видел там репортеров, либо появился перед ними намеренно. Маринетт не знала, какой из вариантов был хуже. Прогноз погоды на завтра обещал дождь и несколько осенних гроз на выходные, а кофе у Маринетт сегодня не шел. У нее болела голова, и она решила покончить с этим на сегодня. В конце концов, она не спала уже два дня.

***

Маринетт проспала почти шестнадцать часов и с хрипами и болью во всем теле от сна в одной позе сползла с кровати. Она поняла, что забыла выключить телевизор. Был уже полдень, и шло еженедельное манерное ток-шоу, которое Маринетт не любила. Она сварила себе кофе, который после отдыха показался немного вкуснее, и, вытянув ноги, с бутербродом уселась перед телевизором. Она поест, а затем вернется к исследовательской работе. Она должна спасти и Кота Блана, и Адриана. По новостной строке в нижней части экрана бежал текст. Он повторялся, что было не обычным делом, так что Маринетт предположила, что это как-то связано с визитом Кота Блана в музей. Маринетт отчасти была права, и когда она потрудилась прочитать бегущий текст, бутерброд упал ей на колени. — Модный магнат Габриэль Агрест обратился за помощью к Ледибаг. Мы все еще ждем ее ответа. — Блинский блин, чего?! — закричала Маринетт, кидаясь к телефону. У Альи в блоге точно что-то будет. И она угадала: видео транслировалось с раннего утра, когда Габриэль Агрест организовал обращение. Он говорил прямо в камеру с серьезным выражением лица. — Мадмуазель Ледибаг. Компания Агрест нуждается в твоей помощи. Пожалуйста, свяжитесь со мной, как только увидите это сообщение. Я жду нашего сотрудничества. Ваша помощь будет отмечена и вознаграждена. Она вдруг поняла, что женщина, у которой брали интервью в том ток-шоу, была одним из лиц парижской индустрии моды. Маринетт помнила ее. Ей понадобилась помощь Ледибаг примерно год назад, когда преступник отправил сообщение с угрозой взрыва на модное мероприятие, которое проводила ее компания. Маринетт прибавила громкость. — …Мсье Агрест никогда публично не обращался к Ледибаг. Стоит ли опасаться угрозы взрыва, как на прошлогоднем модном приеме? — Мы можем только строить догадки. Как вы сказали, в компании Агрест всегда очень строго относились к имиджу своего бренда. Потеря молодого наследника стала большим ударом для модной династии. В чем бы ни было дело, думаю, мы никогда не узнаем истинную причину этой необычной просьбы мсье Габриэля Агреста. Маринетт была вынуждена согласиться с женщиной из индустрии моды. Она не осталась, чтобы послушать еще что-нибудь. Маринетт поспешно поела, прежде чем отправиться на поиски укромного места, чтобы трансформироваться в Ледибаг, а затем направилась прямо в поместье семьи Агрест.

***

— Прошу простить меня, мадмуазель Ледибаг, что вот так публично вызвали вас. Тон в голосе Габриэля был более озабоченным, чем Ледибаг могла видеть по его лицу. Она притворилась, что не может понять его истинных эмоций. — Все в порядке, мсье Агрест. Приношу свои извинения, что вам пришлось ожидать меня. Чем я могу вам помочь? Габриэль развернулся и подошел к высокому окну, сложив руки за спиной. Он немного помолчал. — Я хочу, чтобы вы расследовали дело Кота Блана. Для всех остальных моя просьба будет заключаться в том, чтобы вы проверили, чтобы на предстоящем модном уик-энде нашего бренда не было бомб или чего-то подобного тому, что произошло в прошлом году. Вы также будете на подиуме презентовать главное платье моей новой коллекции. На деле же вы будете расследовать дело Кота Блана. Это должно остаться только между нами, мадмуазель Ледибаг. Он говорил так быстро и так категорично, что Ледибаг едва успевала за ним. Она прокашлялась. — Кот Блан доставил вам неприятности? — неуверенно спросила она. Габриэль посмотрел на нее через плечо. Глаза у него были необычайно печальны. — Скорее это я доставил ему проблем. Мне нужно с этим разобраться. — Я… — но больше Ледибаг не знала, что еще сказать. Габриэль сократил между ними расстояние и строго на нее взглянул. — Вы должны понимать, я могу попросить только вас. Это абсолютно конфиденциально. На кону все: моя репутация, моя компания, бренд Агрест, мои финансы, моя честь. — Звучит серьезно. Что мне нужно с ним сделать? Она знала. Она знала, что Габриэль хочет от нее. Нужно было изобразить удивление. — Кота Блана видели вчера в музее. Его костюм практически полностью черный. Вы знаете, с чем это может быть связано? Ледибаг покачала головой. — К сожалению, я не знаю. Сказать по правде, Кот меня избегает, и это немного тревожит. — Как я и думал, — процедил Габриэль, отворачиваясь от Ледибаг. — У… у меня есть наводка, что Кот Блан на самом деле мой сын, Адриан. Я хочу, чтобы вы нашли тому доказательства, и если это окажется правдой, то вернули его домой. Ледибаг ощутила, как ноги ее подводят. Габриэль знал? Как давно? Или он просто предполагает, как она сама? Она сама была в этом уверена, Кот Блан был Адрианом, ну, или Адриан был Котом Бланом, как посмотреть, но что же заставило Габриэля так решить? — …В это трудно поверить, но это же потрясающая новость! В таком случае, это… — Это сложно, — отрезал Габриэль. — Я хочу вернуть своего сына больше всего на свете, но если всплывет, что он — Кот Блан, моей репутации и репутации компании — конец. Но самое главное — это уничтожит Адриана в глазах общественности. Я хочу, чтобы он вернулся домой. Начал с чистого листа. Чтобы мы все начали заново. Может быть, немного времени за границей, чтобы он отдохнул. Я сделаю, что будет необходимо для помощи ему, даже если придется голыми руками тащить его на другой конец света. Адриан был ему дорог. Ледибаг работала с Габриэлем сразу после исчезновения Адриана, но тогда они не добились результатов. — Что заставило вас думать, что Кот Блан — ваш сын? — Я…я видел. Он стал Адрианом на моих глазах. Ледибаг быстро обошла Габриеля и заглянула ему в глаза. — Вы… видели Адриана? Как? Когда? — Помните инцидент с мадмуазель Маринетт Чэн? Он еще взял ее в заложницы. Конечно, она помнила. И очень хорошо. — Да. К несчастью, полиция решила, что они сообщники. Позже ее выпустили, и не без вашей помощи. — Это правда, ей помог мой хороший друг, Анри Кулон. Я не собирался вмешиваться. Это дело не имело ко мне никакого отношения, и, честно говоря, у меня не было причин верить, что мадмуазель Чэн невиновна. Но потом появился он, — взгляд Габриэля устремился куда-то поверх Ледибаг. — Кот Блан пришел ко мне и стал настаивать, чтобы я спас ее. Что она была невиновна, а он все испортил. Он был непреклонен. Естественно, я отказался. Но потом он показал мне. Снял на мгновение свой костюм, и я увидел Адриана. Он был совсем взрослым, и так похож на свою мать. Ледибаг едва не свалилась с ног. — Он… снял костюм? — не веря своим ушам вторила она. Кот Блан все время повторял, что не может от него избавиться. Маринетт вляпалась в историю именно из-за этого факта, и теперь этот человек, Габриэль Агрест, стоя перед ней, говорит, что Кот Блан может снять свой костюм? Что за…?! — Да. И оставил мне подарок. — …Свой палец? — Ясно. Значит, вы видели его руку. — Да. А… костюм исчез вместе с пальцем? Что конкретно произошло? Габриэль моргнул. — Не думаю, что это необходимо знать. — Необходимо! — вскрикнула Ледибаг, глядя на него широкими глазами. В глаза Габриэля мелькнуло удивление и она быстро взяла себя в руки. — Понимаете, мсье Агрест, любая информация жизненно необходима для возвращения Адриана, если ваши подозрения верны. Пожалуйста, расскажите мне точно, что произошло в тот день, когда Кот Блан пришел к вам и представился вашим сыном Адрианом. И, пожалуйста, поделитесь со мной, вдруг у вас есть теория, как и почему Адриан внезапно превратился в Кота Блана и почему он отказывается возвращаться домой. Я… — Она закрыла рот. Она не могла сказать, что помнила, каким добрым Адриан был в коллеже. — Я помню Адриана, как светлого и доброго человека, чье лицо в рекламных кампаниях словно освещало улицы города, и как он улыбался всем с разворотов модных журналов. Словно… Я не могу понять. Как может кто-то такой добрый, как Адриан, превратиться в кого-то такого, как Кот Блан? — Я надеюсь, вы мне об этом скажете. Когда вернете его домой, — вздохнул Габриэль, участливо потрепав Ледибаг по плечу. Этот жест был не для того, чтобы поддержать ее, а ради себя.