Жизнь в твоих глазах

Просыпаюсь со странным ощущением присутствия кого-то рядом, и когда открываю глаза вижу Поттера. Он стоит спиной ко мне около книжного шкафа и листает одну из моих книг. Откуда он взял футболку и шорты, которые сейчас на нем, я не знаю, но точно помню - у меня таких не было. Он, словно почувствовав мой взгляд, оборачивается и, поставив книгу на полку, обращает на меня все свое внимание. - Доброе утро, спящая красавица, - тянет он, и его губы расползаются в улыбке. Я все еще жутко уставший и поэтому в ответ лишь поднимаю руку, демонстрируя средний палец в некрасивом для аристократа жесте, но мне похуй. Поттер бесит. - Вставай, пошли завтракать, - опускаю руку и, отвернувшись от него, натягиваю на голову одеяло. Но этот суицидник решает добиться своего и его ледяные руки, проскользнув под одеяло, хватают меня за ступни и тянутся вверх к икрам. Совершенно неприлично взвизгиваю и лягаю его куда-то в грудь, Гарри охает, но снова ловит мои ноги и только когда видит, что я проснулся, отпускает. - Жду на кухне. Вставай и умывайся или я приду снова. Я, кажется, вспомнил, за что его ненавижу. Он невыносим. Но встаю и, натянув вчерашние штаны и футболку, надеваю теплые носки, он совсем меня заморозил, и плетусь в ванную. Из зеркала на меня смотрит миленькая заспанная моська, не уложенные волосы слегка растрепаны и сильно вьются, забираю их заколкой. Высокий лоб, тонкие темные брови и такие же темные ресницы, будь они хоть на пару тонов светлее, мое лицо казалось бы невзрачным, большие серые глаза, тонкий нос, пухлые губы, чуть сильнее чем стоило бы прорисовывающиеся скулы, правильный овал лица. Я сильно похудел за эти дни, а залегшие под глазами тени немного пугают даже меня. А в остальном... Маги стареют значительно позже обычных людей, так что на моем лице нет и намека на морщинки. Если не знать, что мне скоро двадцать восемь, можно смело решить, что я еще и к двадцати не подошел. Умываюсь холодной водой и растираю лицо руками, теперь усталость просматривается чуть меньше. Поттер жутко напоминает курицу-наседку, он практически безотрывно следит за тем, чтобы я ел кашу, а после нее еще умудряется запихать в меня вафли и залить их чаем, кофе придурок выдавать мне наотрез отказался. И, полностью игнорируя попытки вывести его на разговор, ну или хотя бы из себя, заливает в меня какое-то зелье, и когда мои глаза снова начинают слипаться, чуть ли не под ручку доводит до кровати. И только после этого, убедившись что я больше никуда не рвусь, бросает, что мы обязательно поговорим вечером, когда он вернется домой, и с хлопком аппарирует. Как был, в домашней одежде, решил, наверно, не слушать все мои ядовитые замечания по поводу "вернусь домой", и, кажется, еще и "целую, детка". И мне как-то уже все равно, вот вечером и выскажу ему все, что думаю, а пока, спать. Но когда я просыпаюсь, Поттер отсутствует, и я иду в ванну, где отмокаю долго и с удовольствием, а после выясняю, что он оставил мне еду на столе, накрыв ее чарами. Я бы, конечно, мог включить свою природную вредность и пойти грызть свои полуфабрикаты, но мне как-то не хочется, и я ем то, что он мне приготовил. После этого я немного оживаю, но странное чувство не дает покоя, оглядываюсь, вроде все в порядке, иду в зал, но и здесь все то же. Только снова выйдя в коридор понимаю, что не давало мне покоя - Поттер явно методично перерывает всю мою квартиру, ищет все заначки и тайники. Это не видно, все на своих местах, он прекрасно знает свою работу, но за столько лет я тоже кое-чему научился. Что ж, пусть ищет, ему сейчас нужны трофеи, и он наверняка уже кое-что нашел, остальное дело времени. Дерзай, Гарри, у тебя полный карт-бланш. Я сажусь на диван в зале и читаю что-то из магловской классики. Когда солнце уже село, а я, успевший выпить чаю, выхожу из ванной, умытый и совершенно расслабленный, прошло всего часа четыре, как я встал, но я снова хочу спать, в коридоре возникает Поттер. И я не пытаюсь никак ему нагрубить или выгнать, просто прохожу мимо него в сторону спальни. - В холодильнике фруктовый салат, Гарри. Спокойной ночи, - я краем глаза замечаю полнейший шок на его лице, но мне совершенно лень анализировать его реакцию. Я скидываю одежду на стул и заворачиваюсь в одеяло. Где-то на задворках сознания отмечаю, как в ванной шипит вода, потом Поттер что-то делает на кухне и, вроде, ходит по квартире, а после приходит ко мне и когда он, так же как и вчера, сгребает меня в свои медвежьи объятия, я окончательно проваливаюсь в сон. В этот раз утро приятной негой растекается по телу, мне спокойно и очень хорошо, тяжелая мужская рука лежит на моем животе, но как только пытаюсь выползти из кровати, рука хватает меня и утягивает обратно, с силой прижимая к горячему телу. Я замираю, Поттер спит, его дыхание все также размеренно, но и вторая моя попытка проваливается, он просто прижимает меня к себе как мягкую игрушку и причмокивает во сне. У меня снова нервно дергается бровь. Когда же я пытаюсь немного расслабить его хватку, он начинает сжимать меня еще сильнее, и я чувствую себя кроликом в захвате удава. - Поттер, просыпайся, - тихо прошу, но ему, конечно, совершенно плевать, мои дерганья так же не помогают, он просто сжимает меня чуть сильнее, и рыпаться уже не получается. Тогда, смирившись со своей участью, я откидываюсь назад, максимально прижимаясь к нему, закидываю руки, ловя одной его плечо, а другой жесткие пряди и легонько тереблю, он мычит и зарывается носом в мои волосы. Ну, слава Мерлину, а то я уже не знал, что мне делать. Кричать, метаться или пинать я боялся, с него бы сталось переломать мне все ребра. - Отпусти меня, Поттер, я себя чувствую игрушкой-обнимашкой, - он хрипло смеется куда-то мне в макушку и ослабляет хватку, но вот освободить не пытается, его руки продолжают сжимать мою талию. - Ты чертовски похож на эту самую игрушку, полежи еще пару минут, я сейчас встану, - и он снова чуть притягивает меня обратно, и я не сопротивляюсь, лишь прикрываю глаза. Когда он мягко сжимает мое плечо и просит сесть, я не особо соображаю, что вообще происходит, и почему он сейчас не лежит рядом, а уже одевшийся в домашнее и умытый сидит на краю кровати. Я опять уснул. Тру глаза и послушно сажусь, а в его глазах снова плещется огонек жизни. Он ставит передо мной маленький раскладной столик. Откуда? Трансфигурировал. И левитирует на него из кухни завтрак на двоих, а после сидит рядом, пьет свой кофе и посмеивается, когда мне на лицо в очередной раз падает прядь волос, и он снова и снова заправляет ее мне за ухо. И мне это настолько нравится, что приводит в ужас. Я прячу эти чувства так глубоко, как только могу, но уже в этот момент понимаю, что все летит к чертям, и нужно в срочном порядке, но в десять раз осторожней, готовиться к грядущему. После завтрака Поттер аккуратно по ниточкам выуживает из меня информацию, он боится задать неправильный вопрос, а я всеми силами пытаюсь ему намекнуть на правильный ответ или подсказать где его искать. Веритасерум он больше не использует, нам обоим хватило прошлого раза. Легилименция на меня не действует из-за рун. К вечеру у Гарри уже имеется информация о том, как ведет свой бизнес мой хозяин; что я его главный козырь, что основу для всех наркотиков делаю только я; где находится моя лаборатория, что рядом с ней в клетках сидят люди, то, что я периодически их травлю, не позволяя умирать в муках от передоза или еще чего; что у хозяина несколько заводов, и где можно про них и не только узнать; объясняю еще раз, что мои руны особенные, но запрещаю копировать даже часть рисунка и он соглашается с моими доводами, когда я говорю, что в момент создания вязи я чуть не спалил половину подземелий Хогвартса, ошибившись в одной из рун, а что будет, когда они окажутся в руках человека незнакомого с моими наработками, я и думать боюсь. Мы говорим о многом, часть я не запоминаю, почти находясь в трансе, я знаю, зачем он это делает, и не сопротивляюсь. А вечером он опять меня обнимает, и я засыпаю почти мгновенно. И это меня тоже пугает. Все происходит слишком быстро, да и Поттер, я совершенно его не знаю, и эти его глаза... Я все чаще вижу в их глубине жизнь, за эти дни Гарри как-то встрепенулся, словно после долгого сна, но все равно в его взгляде чаще холод и смерть. И я не понимаю, что с ним случилось. Даже в самые страшные времена в своих глазах я не видел такой обреченности, хотя мне всегда казалось, что он-то намного сильнее меня. Утром его нет рядом, его нет нигде. Моя квартира как будто опустела. Нет ничего, ни забытой вещи, ни записки и в какой-то момент я даже решаю, что это было помутнение на фоне усталости. Я сначала как-то теряюсь и брожу из угла в угол, но отгоняю дикие мысли и иду заниматься своими делами, пока у меня есть немного свободного времени, нужно потратить его с пользой. Завтракаю, собираюсь и, забрав заказанные еще с полмесяца назад детали для байка, еду к гаражу одного из ребят, так же как и я работающего на хозяина, но, в отличие от меня, он там по своему желанию. Мы чиним мой мотоцикл, смеемся, он пьет пиво. Будешь? Нет, спасибо, я за рулем. Как хочешь. После я обедаю в кафешке в центре, долго сижу около стойки и болтаю с барменом, то, сколько я ему плачу - безбожно много, но выбора нет. Все это время рядом вьется молоденькая официантка, я очаровательно ей улыбаюсь, и когда оплачиваю обед, она сует мне в руку бумажку со своим номером, и я киваю, в благодарном жесте прикасаясь к листочку губами и наблюдая за ее реакцией, девочка млеет от этого простого жеста, и по ее щекам растекается румянец. Ох, дорогая, зачем ты положила глаз на меня? Я плохая компания для столь милой молодой леди. Выйдя из кафе, выбрасываю ее номер в первую же урну и еду дальше. Мой байк ведет себя прекрасно, и на моих губах улыбка. После я долго стою в магазинчике и разговариваю с консультантом, по итогу беру простые черные джинсы и водолазку, которую надеваю не отходя от кассы. Захожу в книжный и аптеку. И почти до темноты сижу под окнами своей квартиры и курю, болтая со шпаной, все местные подростки свято верят, что я их ровесник, и я их не разубеждаю, ведь Рэми Милтн по документам, действительно, не намного старше, чем они. Весь день я периодически чувствую чье-то навязчивое внимание. Если это и не Поттер собственной персоной, то Аврорат или невыразимцы точно. Но я не могу их сбросить и не могу найти, а значит, сделав все, на что только способен, чтобы отвести от себя внимание, просто забиваю на это. Но в голове делаю пометку, намекнуть Поттеру убрать столь навязчивое внимание от моей персоны. В квартире все так же пусто и я грею в микроволновке мороженую лазанью и режу притащенные Поттером овощи. Без него дома совсем тихо, и я впервые ем, включив на фоне телевизор. Мою посуду и собираю сумку, утром мне останется только выпить кофе и привести себя в порядок. В семь я должен стоять у кабинета хозяина. Когда я ложусь спать Поттера все еще нет, и я силой воли выбрасываю его из своей головы. Гарри Поттер - это всегда проблема, я давно заметил, что если рядом со мной возникает этот придурок - жди беды. И я жду, и не могу понять, тот трепет, что я ощущаю - от страха или предвкушения. Ночью меня кто-то резко встряхивает за плечи и я, спросонок не размениваясь на приветствия, бью этого кого-то кулаком, попадая в скулу, и уже пытаюсь прицелиться коленом в живот или чуть ниже, как пойдет, но сильные руки легко, совершенно не напрягаясь, переворачивают меня. И я нахожу себя вдавленным лицом в подушку и распятым так, что могу только извиваться. В висках стучит адреналин, а кровь закипает от злости, я уже понял, кого должен благодарить за подъем посреди ночи. Мои руны начинают светиться и, я знаю, он видит, что в прошлый раз я показал ему далеко не весь рисунок. Он больно хватает меня за волосы и, встряхнув, утыкает лицом в подушку, почти перекрывая кислород, вторая его рука впивается в мои кисти до ломоты в костях, выворачивая суставы, но сейчас это мало меня волнует я доподлинно знаю этого Поттера. Надо мной зверь, он молчит, лишь глухо рыча мне в ухо, и по позвоночнику расползается страх, я продолжаю рваться из его рук, в моей голове только одна мысль - сбежать и выжить любой ценой. Но он не отпускает, его хватка не ослабевает ни на миг, даже когда я умудряюсь-таки стукнуть его пяткой по спине. Я прихожу в себя только спустя долгие минуты, когда перед глазами начинают плясать звезды, тело устает, и я расслабляюсь под ним, показывая, что отдаю победу. Он продолжает держать меня еще какое-то время, только позволяет лечь щекой на подушку и сделать вдох, я окончательно расслабляюсь, понимая, что он прекрасно знал, в тот момент, когда я только расслабился, что стоит ему меня отпустить - я снова попытаюсь его ударить. И он переворачивает меня обратно на спину, неожиданно оказываясь между моих разведенных ног, и все еще придерживает меня, не давая и шанса на сопротивление. В неярком свете ночника его злые мертвые глаза пугают меня с новой силой, и я неожиданно для себя отмечаю глубокую морщину, залегшую между бровей, и скорбную складку у рта. - Где твой отец, - шипит он, почти переходя на парселтанг, его губы на расстоянии вдоха от моих, я еще немного туплю, совсем не понимая, зачем ему сдался гниющий в семейном склепе кусок плоти, о чем честно ему говорю. Он чуть отстраняется, упираясь взглядом в ночник, и я думаю о том, что он ебанутый на все оставшиеся после двух авад мозги. - Ты уверен, что он в склепе? - Да, идиот, я сам его туда переносил, а магия отпечатала на камне его имя и даты, это точно был он. Какого твоей ебнутой морде сдался этот сукин сын? - меня бесит Поттер и его глаза уже совсем не пугают, это - все тот же тупой шрамоголовый придурок и его ничего не исправит. - Я понял, - его глаза теплеют, снова оживая, и он выпрямляется и скребет подбородок, с характерным звуком проходясь по щетине, а после берет мои руки в свои и нежно растирает наливающиеся на запястьях синяки. Его магия легко щекочет мою кожу и следы пропадают. – Все это неважно. Спи. Я запутался, окончательно. Как только это кончится - нужно бежать. Единственное, что я знаю точно, Поттеру срочно нужно к психиатру, можно к магловскому. Последнее я говорю вслух, и даже предлагаю ему контакты своего врача. Визитка в коридоре, в раме зеркала. Он кивает, выключает свет и еще долго молча прижимает меня к себе и гладит то волосы, то спину и плечи, а когда я уже на грани, чувствую, как он целует мои руки и что-то шепчет, но я, как и раньше, решаю, что это уже сон.