Вечность

Когда Гермиона подошла к воротам приюта Вула, начался дождь. Ее платье с короткими рукавами мало защищало ее от стихии, а ее туфли быстро наполнялись водой. В спешке она толкнула ворота, закрыв их за собой, и уже собиралась броситься к двери, когда вспомнила инструкции МакГонагалл. “Прежде чем вы это сделаете, мы должны попросить вас уничтожить маховик времени. Никто не должен знать правду о том, как вы оказались в то время”, - она все еще могла слышать суровый голос профессора трансфигурации в глубине своего сознания. Сняв серебряную цепочку с шеи, она на мгновение уставилась на нее, прежде чем позволить ей выскользнуть из пальцев и упасть на тротуар перед ней. Затем, глубоко вздохнув, она подняла ногу и раздавила ее на куски, отбросив оставшиеся куски в сторону. Хотя она знала, что маховик времени не сможет вернуть ее, тот факт, что он теперь уничтожен, только сделал его намного более реальным. Она выкинула эти мысли из головы, прежде чем они смогли пойти дальше. Это было так, как сказала Макгонагалл. Отныне она принадлежала этой временной шкале. Будущего, из которого она пришла, больше не было. Не было 1997 года, только 1938. Имея это в виду, она пересекла оставшееся расстояние до двери, поднялась на три ступеньки и подняла крошечную руку, чтобы постучать в дверь. Пока она ждала, она не могла не инстинктивно оглянуться назад, чтобы убедиться, что в пределах видимости нет теневых фигур. Она знала, что это, вероятно, просто ее собственная паранойя, учитывая, что пожирателей смерти еще не существовало. Затем еще раз... Не было ли другого темного волшебника по имени Гриндельвальд активным в это время? Это, конечно, не заставило ее чувствовать себя лучше... Она уже собиралась постучать снова, желая убраться с улицы и укрыться от дождя, когда дверь распахнулась, явив худую женщину с суровым лицом и короткими грязными светлыми волосами, завитыми в типичной манере. “Могу я вам помочь?” Спросила женщина, глядя на нее сверху вниз. Гермиона не была уверена, был ли это дождь, промочивший ее с головы до ног, или ледяной взгляд женщины, но внезапный холод пробежал по ней, заставляя ее дрожать. “А-вы матрона?” ее голос звучал неестественно пискляво. “Да, я миссис Коул,” ответила женщина. “Почему ты спрашиваешь? Дрожащими руками она протянула письмо, которое дала ей Помфри, которое, как и она сама, было полностью промокшим. Миссис Коул выхватила у нее письмо и, разорвав его, вытащила промокший кусок пергамента. Она молчала несколько минут, пока читала содержание, оставив бедную девочку стоять там, потирая руки, чтобы попытаться согреться. Оторвавшись от письма, надзирательница пристально оглядела девушку, словно ища что-то на ней. Что бы это ни было, она, должно быть, не нашла его, так как ее взгляд смягчился, пусть даже немного. Вздохнув, миссис Коул отступила в сторону, жестом приглашая ее войти. Гермиону не нужно было спрашивать дважды. Пробежав мимо надзирательницы, она направилась прямо к ближайшему газовому обогревателю и села перед ним. -Оставайся здесь, пока я найду сухую одежду и комнату для тебя, - проинструктировала миссис Коул. “Да, мэм,” кивнула она. Бросив последний взгляд на миссис Коул, она скрылась из виду. Когда дрожь начала утихать, а ее кожа согрелась перед обогревателем, она наконец смогла расслабиться и позволить своим мыслям блуждать. Первой задачей ее разума был поиск любой информации, которую она могла знать о 1930-х годах. Вторая мировая война начнется через пару лет, если она не ошибается. Хотя она предполагала, что это не повлияет на нее слишком ужасно, поскольку она будет в Хогвартсе большую часть этого. Но опять же, она предполагала, что волшебный мир будет затронут такой же сильно войной против Гриндельвальда. Она не была полностью уверена в точном времени, когда это произошло. Насколько она знала, это могло происходить в этот самый момент. Она отодвинула это беспокойство в сторону на некоторое время. Гриндельвальд не был для нее настоящим беспокойством. Он не был тем, кого она пришла остановить. Где-то в этом тускло освещенном приюте был мальчик, который вырастет и станет существом настолько злым и отталкивающим, что волшебники во всем мире будут бояться произносить его имя. Это была ее работа, чтобы убедиться, что этого никогда не произойдет. Очевидно, первое, что ей нужно было сделать, это найти Тома, что, как она полагала, не будет слишком сложно, поскольку они оба жили в одном здании. Он не мог прятаться от нее вечно. Она знала, что это только вопрос времени, когда их пути пересекутся. К тому времени, когда миссис Коул вернулась, Гермиона все еще была мокрой, но чувствовала себя намного теплее и сразу же вскочила на ноги, увидев ее. “Пойдемте со мной, мисс Грейнджер,” позвала ее надзирательница, серое платье и чулок свисали с ее руки. Она направилась к лестнице, даже не взглянув в ее сторону. Гермиона предположила, что, возможно, будет к лучшему, если миссис Коул не будет уделять ей слишком много внимания. Холод ее взгляда почти соперничал с профессором Снейпом. Кто знает, возможно, ее старый мастер зелий был даже связан с маггловской матроной приюта. Хотя часть ее сильно сомневалась в такой возможности. Из того, что она слышала о миссис Коул от Гарри, она была одной из тех магглов, которые ненавидят все и вся волшебное. Она последовала за миссис Коул вверх по двум лестничным пролетам и вниз по длинному узкому коридору. Пока она шла, она не могла не заметить, что на каждой двери был номер. Комната №44... Комната №45... Она быстро уловила закономерность. На этаже было примерно двадцать комнат, и, судя по высоте здания, она бы сказала, что там было четыре этажа, не считая первого этажа или возможного подвала или чердака. Если ее расчеты были верны, то это означало, что всего было около восьмидесяти комнат. Возможно, найти Тома будет не так просто, как она думала. Они остановились перед комнатой № 50, в самом конце коридора, что стало для нее чем-то вроде благословения, поскольку у нее будет только один сосед. Не только это, но ей было бы легко запомнить. Толкнув дверь, она не была слишком удивлена, обнаружив, что ее комната была в основном большой коробкой. В комнате было одно окно, которое не давало много света, так как вид был на кирпичную стену соседнего здания. Обстановка состояла из самого минимума: маленькая шаткая кровать с матрасом не толще ее ладони, деревянный стол и стул, а также шкаф рядом с дверью. Это было далеко от комфорта, которым она наслаждалась в общежитиях Хогвартса, но она знала, что не имеет права жаловаться. Это было лучше, чем торчать на улицах. “На каждом этаже есть общая ванная комната, и еда подается два раза в день в 8:00 утра и 7:00 вечера, - начала объяснять надзирательница. “Мы предлагаем уроки чтения и письма для тех, кто хочет присутствовать во второй половине дня, и мы уходим на мессу по воскресеньям в 9:00 утра. Комендантский час в 10:00 вечера. “Есть вопросы?” Она покачала головой. Все это звучало довольно просто для нее. Расписание было похоже на расписание Хогвартса, с той лишь разницей, что там подавали трехразовое питание и преподавали гораздо больше занятий. Ну, по крайней мере, большинство других детей не были бы неграмотными. “В таком случае я оставлю вас, чтобы вы устроились. Передав ей платье и чулки, миссис Коул повернулась и собралась уходить, но остановилась, дойдя до двери рядом со своей. Она уставилась на дверь, как будто у нее была личная обида на нее. “Вам лучше держаться подальше от мальчика в соседней комнате, - предупредила миссис Коул. “Ужасные вещи случаются с теми, кто его беспокоит”. И с этими словами она продолжила свой путь. Гермиона почувствовала, как ее сердце забилось быстрее, когда она позволила словам матроны погрузиться в ее мысли. Может ли это быть? Конечно, ей не так повезло… Она знала от Гарри, что Том был чем-то вроде проблемного ребенка, но могло ли быть так, что его комната была рядом с ее? Ей придется исследовать это, но не раньше, чем она высохнет. Войдя в свою новую спальню, она закрыла дверь и начала снимать мокрую одежду, развешивая ее сушиться на конце каркаса кровати. Платье, по общему признанию, было довольно красивым и было подарком от Макгонагалл. Она надеялась сохранить его, чтобы, по крайней мере, помнить ее. Затем был тот факт, что платье, которое миссис Коул, было менее удобным, поскольку оно царапало ее кожу. К сожалению, это было единственное другое платье, которое у нее было. По крайней мере, было тепло и сухо. С длинными рукавами и парой толстых чулок, не было много голой кожи, торчащей, что было для нее хорошо. Покончив с этим, она принялась за стоящую перед ней задачу. Несмотря на то, что ее телу хотелось свернуться калачиком, чтобы вздремнуть, она знала, что ее разум вернется ко всему, что она оставила позади. Нет, лучше сосредоточиться в другом месте, пока она может. Снова открыв дверь, она вышла в коридор. Быстрый взгляд вокруг убедил ее, что миссис Коул не было рядом, чтобы поймать ее, когда она прокралась к двери рядом с ней. Может быть, Том Риддл действительно был за этой дверью? Был только один способ узнать. Она глубоко вздохнула, пытаясь прийти в себя, прежде чем постучать в дверь. “Уходи,” услышала она приглушенный голос с другой стороны. Ее разум был в состоянии войны с самим собой. Часть ее кричала, чтобы она бежала обратно в свою комнату и держалась как можно дальше от Тома Риддла, но другая часть знала, что ей нужно это сделать. Он еще не Волдеморт, подумала она про себя. Он просто ребенок, который ничем не отличается от нас. Она постучала снова. “Я сказал, уходи! Она услышала приближающиеся шаги, и мгновение спустя дверь распахнулась. С другой стороны стоял мальчик, который был на целую голову выше ее, с аккуратно уложенными темными волосами и бурными голубыми глазами. Он был одет в серую тунику, которая, казалось, была из того же материала, что и ее платье, и пару подходящих брюк. Кто бы он ни думал, что стучит, он определенно не ожидал ее, по крайней мере, это было основано на том, как его глаза расширились, когда он увидел ее. Может быть, он ожидал миссис Коул вместо этого? “Кто ты?” спросил он, в мгновение ока изучая ее черты. Ну, ему, конечно, не хватало некоторых манер, но она старалась не позволить этому добраться до нее. “О, меня зовут Гермиона Грейнджер, - сказала она. “Я только что переехал в соседнюю комнату, и я услышал, что в этой комнате был мальчик моего возраста. Я думал, что приду и представлюсь”. -Уверен, миссис Коул предупреждала тебя держаться от меня подальше. Она кивнула. “Да, она упоминала что-то об этом, но мне нравится формировать свое собственное мнение”. Она протянула ему руку, но он не взял ее. Вместо этого он подозрительно посмотрел на нее, как будто подозревал, что она носит один из этих ручных зуммеров. Через несколько мгновений она почувствовала себя довольно глупо и начала убирать руку. “Плохие вещи случаются с теми, кто меня раздражает", - предупредил он. У нее не было никаких сомнений в том, что он действительно способен сделать так, чтобы с ней случилось что-то плохое, и не было никаких сомнений в том, что это был Том. Он явно не доверял ей, и она полагала, что может это понять. Она слишком хорошо знала, насколько злыми могут быть некоторые дети, если ты другой. Именно тогда ей пришла в голову идея, как заставить его хотя бы открыться ей. “И плохие вещи случаются с теми, кто пытается причинить мне боль”. Он просто моргнул, вопросительно подняв темную бровь. Опять же, это было явно не то, что он ожидал. -Что ты имеешь в виду? “Смотри”. Еще раз оглядев коридор, чтобы убедиться, что вокруг никого нет, она снова протянула руку и тихо произнесла заклинание, вызывая пламя колокольчика на ладони. Это немного ужалило, но она знала, что это не сожжет ее. Ей было просто приятно узнать, что она все еще может наколдовать его без палочки. Выражение благоговения распространилось по его лицу, его глаза наполнились волнением, когда они перескочили с пламени на ее лицо. Она не могла не ухмыльнуться его реакции, так же быстро погасив пламя, закрыв руку и вернув ее к себе. “Как ты это сделала? “Честно говоря, не знаю, - пожала она плечами, изображая неведение. “Я всегда мог делать такие странные вещи. Однажды я случайно подожгла всю свою кровать после особенно неприятного кошмара”. Отступив в сторону, мальчик провел ее в свою комнату, прежде чем закрыть за собой дверь. Когда он повернулся к ней, он открыл рот и начал говорить на языке, который она не могла понять, но сразу узнала. Это был Парселтанг. Она слышала, как Гарри говорил на нем достаточно раз, чтобы знать. Довольно скоро обычная садовая змея выскользнула из-под его кровати и подошла к нему. Змея поднялась по его ноге и обвилась вокруг его шеи, потираясь о его щеку, как будто она была такой же безобидной, как кошка. “Ты можешь говорить со змеями? она спросила, задыхаясь. Он кивнул, поглаживая позвоночник змеи. “Как и ты, я всегда мог делать странные вещи. Я могу не только говорить со змеями, но и заставлять других животных делать то, что я хочу. Я также могу делать такие вещи, как заставлять людей спотыкаться в воздухе и вырубать их, когда они меня беспокоят”. У нее мелькнула мысль, что он мог бы сделать это с ней, если бы ей не удалось заинтересовать его, но она выбросила это из головы. Чем меньше она думала о возможных результатах, тем лучше. На самом деле не было никакого способа предсказать, как он отреагирует. “Я никогда не встречала никого, кто мог бы делать такие вещи, как я”, - призналась она. “Даже мои родители не понимали этого… Они подумывали о том, чтобы отослать меня прочь, прежде чем... ну, прежде чем они умерли”. Макгонагалл не вдавалась в подробности о своей предыстории, поэтому она решила, что вольна выдумывать ее по ходу дела, хотя все равно хотела держаться как можно ближе к правде. Часть о том, что ее родители никогда не понимали ее способностей в детстве, была правдой. Однако они никогда не были настолько жестоки, чтобы хотеть отослать ее прочь. “У меня тоже нет. Ты первая. Я понимаю, что ты имеешь в виду. Миссис Коул тоже хочет отослать меня, потому что она знает, что я другой. Я постараюсь держать наши способности в секрете от нее, если смогу". “Я приму это во внимание… Извини, но я так и не узнала твоего имени. “Я Том Риддл,” сказал он, протягивая ей руку. -Очень приятно познакомиться, Том, - она взяла протянутую руку и пожала ее. “Я думаю, что мы оба будем прекрасно ладить в конце концов”. Уголки его губ приподнялись в легкой ухмылке. “Я согласен”.