Ненависть с оттенками слепой привязанности

Легкий ветерок пробудил Шигараки от глубокого сна без сновидений. Что-то щекотало его лицо. Нос раздраженно дернулся, и он хотел было отвернуться, но что-то все еще щекотало ему лоб; что-то мягкое и колючее. Он лениво потянулся, чтобы оттолкнуть обидчика, яростно царапая кожу. «Ой»,– Даби пробормотал, когда локоть Шигараки ударил его по носу. Глаза Шигараки тут же широко распахнулись, шок отразился на его все еще полубессознательном состоянии. Молясь, чтобы он спал, он медленно повернул голову в сторону и, увидев, что его соперник вполне удовлетворенно лежит рядом с ним, вскочил в вертикальное сидячее положение, что принесло ему мгновенный укол боли, как будто нож вонзился глубоко в его тело. Нет, не сон! Эта боль была настоящей. Он рванулся вперед, хватая ртом воздух, прежде чем снова упасть на кровать. Его дыхание стало тяжелым и быстрым. — Шигараки?– Даби уставился на друга ярким голубым взглядом, озабоченно нахмурив брови. Он хотел протянуть руку парню напротив и сгладить напряжение с его лица, но дважды подумал об этом.– "Ты в порядке?" "Нет. Я чертовски не в порядке»,– Шигараки вернулся с шипением, обхватив рукой талию, чтобы погладить раненое тело, как будто это могло облегчить боль. На кровати что-то зашевелилось, и через несколько секунд в поле зрения Томуры появился Даби, темный силуэт на фоне лунного света, сияющего из окна позади него. — Нужны лекарства? — спросил Даби и сел на бок, приподнявшись на локте, подперев щеку ладонью: «Медсестра дала нам… Я имею в виду, она дала тебе таблетки». — Что ты делаешь в моей комнате?–Шигараки проворчал, игнорируя своего непрошенного спящего компаньона. Его разум был словно затуманен густым туманом, и он потерялся в нём. Он несколько раз моргнул, чтобы избавиться от мысленной неясности, и провел свободной рукой по правому глазу. Его разум потерял большой кусок времени из своей памяти. Он вспомнил, что был в лазарете. Медсестра отпустила его, и Даби был там. Затем ему сделали укол от боли. На этом он остановился, после этого его разум был пуст. — Ты все еще под кайфом? — спросил Даби, прерывая его мысли. Он поднял бровь, и уголки его рта приподнялись в веселой ухмылке. Он подумал, что это было довольно мило, наблюдать, как Шигараки просыпается таким образом, как будто он не помнил, как вернулся в комнату Даби или что они заснули вместе после довольно напряженного сеанса поцелуев. Шигараки резко повернул голову, чтобы посмотреть на Даби. Его красные глаза светились в темноте, а хмурый взгляд застыл на месте. — Оглянись вокруг, Швабра. — предложил Даби, внимательно наблюдая за реакцией парня. Сначала Шигараки смотрел на своего напарника, ошеломлённым и сбитым с толку взглядом. Даби тихонько усмехнулся, хотя на самом деле ему было немного стыдно, что Шигараки ничего не помнит. Тот краткий момент близости, который они разделили ранее, до того, как Шигараки поддался наркотикам и потерял сознание, был довольно особенным. Теперь, когда светловолосый протрезвел, казалось, он уже вернулся к своему обычному человеконенавистническому «я». Даби был уверен, что если он даже попытается прикоснуться к нему, то получит царапины и синяки. О том, чтобы разделить еще один поцелуй, не могло быть и речи. Наверное. Возможно, ему придется проверить эту теорию. Наконец, глаз Шигараки дернулся. Чувство паники, казалось, охватило его, медленно, как волна, катящаяся по берегу. Он немного перевел взгляд сначала влево, а затем вправо, не удосужившись повернуть голову. Хотя было темно, и он не мог видеть дальше, чем на фут или два перед собой. Он знал, что находится не в своей комнате, не в своей постели. Ничто не казалось… правильным. «Просто чертовски идеально»-бросая ещё парочку оскорблений к травме, он внезапно понял, что он тоже топлесс. Топлесс и лежа в постели с гребаным парнем-зомби. Он натянул одеяло, пряча все до подбородка. Идея заключалась в том, чтобы свернуться калачиком и на мгновение спрятаться, чтобы попытаться ясно мыслить, но его сломанное тело заставило его остановиться на полпути к завершению. Его мышцы напряглись, выпрямляя его обратно и призывая к внимательному изучению. — Не сердись, ничего не произошло, — прошептал Даби и набрался смелости, чтобы проверить уровень возбуждения соседа. Он поднял руку и провел ею по линии подбородка Шигараки, задевая подушечкой большого пальца его нижнюю губу: «Хотя, это могло бы быть, если бы ты тоже этого хотел». «Тц»,–Шигараки буркнул в ответ. Он отшатнулся, протестуя против прикосновения Даби. — Идиот. Он сбросил одеяло со своего тела и вновь сел в вертикальное положение, на этот раз перенося боль. "Что делаешь?" — спросил Даби, искренне обеспокоенный звуками страданий Шигараки. — Где моя рубашка? «В мусоре». — Где? "Да. Она была уничтожена, её не спасти». "Я понимаю",–вернулся Шигараки, почти не обращая внимания на то, что ему говорил Даби. Он рассеянно поглядывал на дверь, ища путь к отступлению. — Тебе надо еще немного поспать, время даже не близится к утру. Даби потянулся, зевнул и устроился поудобнее. — Дай мне одну из своих рубашек,— потребовал Шигараки, снова игнорируя Даби. Тодороки вздохнул. Он знал, что это произойдет, что Шигараки проснется и захочет уйти, как только выяснит, где находится, но он не был готов к тому, что их время вместе закончится. Он слегка пошевелился, и затем со щелчком зажглась лампа на тумбочке, омыв его спальню теплым белым светом. Шигараки сжался и поднял руку, чтобы закрыть свет от своего неподготовленного зрения. "Почему? Куда ты идешь?" — спросил Даби. "Мне нужно принять душ",– Томура заворчал, раздраженно почесывая шею. Его кожа казалась грязной, все еще покрытой тонким слоем грязи — пылью роботов, потом и запекшейся кровью. — Дай мне рубашку, — повторил он. Даби сел, грубо потирая руками лицо, словно пытаясь проснуться. Одеяла собрались у него на талии, и Шигараки не мог не заметить, что парень тоже был оголён в верхней части тела. Тут же его щеки вспыхнули жаром. — Хорошо, я куплю тебе рубашку, — согласился Даби, — но я пойду с тобой. — Я бы предпочел, чтобы ты этого не делал. — Я не прошу. Даби заявил: «Мне тоже нужен душ». Он выскользнул из кровати, и Шигараки с облегчением наконец-то узнал, что у Даби хватило приличия не снимать штаны, пока они спали вместе. Темноволосый пересек свою комнату и порылся в ящике комода: «Ты такой худой, я не думаю, что у меня есть что-то, что тебе подойдет». Через несколько мгновений в Шигараки была брошена простая черная футболка, которая попала ему прямо в лицо. Он нахмурился. "Извиняюсь",–Даби извинился перед тем, как быстро натянуть рубашку через голову: «Тебе… ах, тебе нужна… помощь?» «Я не калека. Идиот",–Шигараки сплюнул в ответ. Он засунул руки в рукава и хотел поднять их, но остановился, боль в боку фактически напомнила ему, что его подвижность на самом деле была ограничена из-за травм. «Упрямая задница»,–Даби пробормотал, а затем вернулся к кровати, чтобы помочь Шигараки с рубашкой. «Не двигайся». Он осторожно втянул Томура в футболку большого размера, сдерживая ухмылку от недовольства напарника. Шигараки пожал одним плечом и потянул свободный воротник, пытаясь прикрыть как можно большую часть обнаженной кожи. Это было бесполезно. Рубашка действительно была слишком велика, поглощая очень стройную фигуру светловолосого. Тодороки пропустил мысль, что он выглядит… горячим. Или, может быть, ему просто очень понравилась идея, что Шигараки носит его одежду. Они вышли из комнаты. Шигараки шёл на несколько футов впереди Даби и, очевидно, все еще раздражённого тем, что он не может встряхнуть своего спутника. Даби не хотел оставлять Шигараки одного. Его вина снова громко говорила с ним. Например, что, если светловолосый поскользнется в душе и не сможет встать? Слив может быть заблокирован его упавшим телом, и он утонет!!!! Да, хорошо, это был маловероятный сценарий. Даби знал, что это всего лишь разыгравшееся воображение, но рисковать не стоило. И, с другой стороны, он также признавал, что мысль о том, чтобы остаться наедине с возлюбленным в душевой, волновала его. Возможности… Его мысли становились все более непристойными. В раздевалке Шигараки двигался решительно. Он разделся и сразу же выбрал душевую кабину, не говоря ни слова и даже не оглядываясь на Даби. Занавеска в душе была закрыта, и через несколько секунд можно было услышать брызги воды. Шигараки зажмурил глаза под холодными брызгами. Обычно он ждал, пока вода нагреется, но он был так рад наконец-то принять душ, что охотно вынес несколько мгновений наказания. Потом горячая вода наконец-то ворвалась, и он вздохнул. Благословенное тепло. Он стоял совершенно неподвижно, наслаждаясь ощущением того, что вся эта грязь смывается, прежде чем отвернуться от брызг, позволив им обрушиться на его спину и намочить волосы. Обычно купание не было чем-то, что ему особенно нравилось или чего он с нетерпением ждал, это была просто еще одна необходимая часть его распорядка дня, но в этот момент он не чувствовал ни смысла, ни срочности, ни спешки, чтобы привести себя в порядок и уйти. Он сделал температуру воды еще выше, от чего вокруг него поднялся пар. Он приятно обволакивал его раненое теле, облегчая непрекращающуюся пульсацию. Еще один долгий вздох, он снова повернулся, чтобы почувствовать тепло на своем лице, и как только он закрыл глаза, занавеска в душе неожиданно отдернулась, а поток более прохладного воздуха ударил его сзади. "Убирайся!"– Шигараки рявкнул. Даби стояла с другой стороны с напряженным, но извиняющимся взглядом. Пальцы Шигараки сжались на выложенной плиткой стене перед ним, хотя его глаза не могли не рассматривать парня напротив, стоящего там — обнаженного, не стыдящегося. — Ты был слишком тихим, Швабра,–Даби протянул. Одна нога ступила в душ, потом другая. Он потянулся назад и задернул занавеску в душе, закрывая их внутри. Шигараки напрягся, не зная, что делать в этой ситуации. Он был поражен дерзостью Даби и хотел закричать на него, но не мог найти голос. Черт. Почему он должен быть таким горячим? Это мешало Шигараки сохранять свою суровость. "Я волновался",–Даби замурлыкал и нагло уткнулся носом в мокрые светлые волосы . Шигараки опустил руки и слегка повернулся, чтобы заглянуть через плечо. — Беспокоился о чем? — Что ты потерял сознание. «Зачем мне…»,– Шигараки сделал паузу на полуслове, от нарастающего гнева, когда Даби прервал его, обжигая дыханием щеку. Он зажмурил глаза, и Даби поцеловал его в отвернутую щеку, а затем снова по направлению к уху. Он всасывал капельки воды, проходя мимо, затем взял нежную долю Шигараки в рот, покусывая ее. — Давай я помогу тебе помыться,— пробормотал Даби, его голос был мягким и цепляющим, как бархат. Шигараки не мог сдержать тихий стон, который он выдохнул в ответ. Обнаружив, что рука Даби лежит рядом с его, он сжал ее, намереваясь убрать чужую конечность и оттолкнуть, но вместо этого Даби переместился, сцепив их пальцы вместе, и обоими погладил бедро Шигараки. — Я не буду делать ничего, чего ты не хочешь, чтобы я делал,— промурлыкал Даби, его свободная рука провела по спине Шигараки. Томура снова напрягся от незнакомого ощущения чьей-то руки, бесцеремонно скользящей по его голой спине, отвлекая внимание. Не то чтобы он действительно возражал против этого чувства… он просто не был готов и через несколько секунд вздохнул, поддавшись нежному прикосновению. "Перестань разговаривать", — приказал Шигараки, ворча. Этот разговор действительно сбил его с толку, он напомнил ему о том, кто держал руки на его теле. "Хорошо",–Даби хмыкнул, потянувшись за мылом. Он с легкостью провел ею по бледной коже, оставив после себя пленку щекочущей пены. Шигараки попытался замереть и позволить Даби снова провести мылом по нему, немного выгнув спину — мало чем отличаясь от кота, наслаждающегося хорошим трением. — Шигараки?– Даби сказал, уткнувшись носом в плечо светловолосого: «Почему ты спас меня?» — спросил он, проводя кончиками пальцев по центру спины Шигараки, прослеживая выступы его позвоночника. Он действительно был очень худым. — Тц, — раздраженно фыркнул Шигараки из-за продолжающейся болтовни. Он сжал свою руку, впиваясь ногтями в кожу бедра. «Разве это не то, что должен делать герой? Спасать тех, кто нуждается в спасении?» — заметил Шигараки. Даби вырвался из хватки. Его руки оторвались от тела Шигараки. Шигараки беспомощно смотрел на туман на выложенной плиткой стене. Его неустойчивое сердцебиение заглушало шум воды. Он сосредоточился на том, куда пальцы Даби собирались двигаться дальше. Тело напряглось от предвкушения. Но в то же время он боялся, что Даби получил от него то, что хотел, и больше не тронет его. "Это оно?"–Даби пробормотал, и Шигараки дернулся от шока, когда Даби скользнул ладонью вниз, чтобы обхватить его задницу, массируя ладонью. Его пальцы втирали мыло в кожу. "Что?"– Шигараки прикусил нижнюю губу, лицо залилось краской. Он был… возбужден. И он не мог ясно мыслить, вся кровь покинула его голову и двинулась на юг. То, что Даби ощупывал его задницу, было намного сильнее, чем он себе представлял. «Я хочу, чтобы ты сказал мне, что спас меня, потому что я тебе действительно нравлюсь». "Забудь об этом." — ответил Шигараки и ахнул, когда почувствовал рот Даби между своими лопатками, только чтобы ощутить прикосновение его рук к бедрам. Даби тихонько усмехнулся, и теплая мыльная рука скользнула по бедру Шигараки. — Ты не хотел, чтобы мне было больно, признай это. "Замолчи",–Шигараки сердито пробормотал, опустив глаза. Он хотел отвести взгляд, но не мог. Гребаное крушение поезда. Длинные пальцы Даби скользнули вокруг «него», и Шигараки дернулся вперед, впиваясь зубами в губу, чтобы заглушить стон. — Я хочу услышать, как ты это скажешь,— настаивал Даби. Он все еще пытался поддерживать разговор, а Шигараки не мог ответить. Даби гладил «его», намыливал, крутил ладонью скользкую плоть. Как он мог говорить? — Тебе это нравится, да? — сказал Даби, ухмыляясь. «Ц. Никогда",– Шигараки разозлился и обхватил рукой запястье Даби, впиваясь ногтями в кожу. Даби снова усмехнулся, лаская губами теплую кожу шеи Шигараки:«Лжец». «С-стоп»,–Шигараки пробормотал, хотя и нерешительно. Это было приятно. Слишком приятно. И как бы он ни хотел, чтобы Даби остановился, он также хотел, чтобы это продолжалось. "Или что?" — усмехнулся Даби, умело управляя пальцами со стержнем возбуждения Шигараки. Он скользнул рукой вверх, нежно сжимая, поглаживая большим пальцем чувствительную головку, прежде чем снова опуститься. Шигараки тяжело вздохнул, замерев. Он боролся с собой, боролся с желанием двигаться, бежать, и был очарован нарастающим давлением в его животе — тугим узлом, который был так близок к тому, чтобы взорваться, почти умоляя его сдаться. О боже, как он хотел бежать. . Но затем Даби опустил голову. Кончик его носа скользнул по острому краю челюсти Шигараки, а губы коснулись его шеи. Все мысли о побеге вылетели в окно. Он вздрогнул, и одна из его рук ударилась о стену перед ним, удерживая его в вертикальном положении на трясущихся ногах. "Ничего?" — самодовольно прошептал Даби, прежде чем впиться в кожу Шигараки. Он сосал и жевал нежную поверхность, намереваясь оставить неизгладимый след. Его знак. Шигараки застонал, не в силах больше скрывать звуки удовольствия, затем пробормотал имя Даби. Это была мольба о пощаде, хотя именно он руководил их импровизированным подвигом. Или так казалось… Конечно, это он позволил этому случиться, и теоретически Шигараки мог уничтожить Даби в любую секунду, но на самом деле его противник выигрывал битву. «Какое лицо у тебя будет, когда ты увидишь это?» — спросил Даби, ухмыляясь и любуясь пятном, которое он создал на шее Шигараки. "Пожалуйста, заткнись!" — повторил Томура. Каждый раз, когда Даби говорил, ему хотелось яростно отомстить — наброситься и оттолкнуть чертова парня-зомби, показать ему, кто на самом деле все контролирует, но он также отчаянно хотел освобождения. Кулак Даби набирал уверенность вместе со скоростью. Трение было великолепным, теплым и влажным. Всё быстрее и сильнее Даби гладил твердый член Шигараки. Воодушевленный его ответом, Даби продолжал мучаться, наслаждаясь сдавленными звуками, исходящими из горла парня, и тем, как он сжимал пальцы на запястье Даби, когда удовольствие нарастало. Он искал плечо Шигараки, оставляя влажные бешеные поцелуи от верхушки его руки до основания шеи, слова подстрекательства шептались на его коже, соблазняя его сдаться. Шигараки тяжело дышал, почти задыхаясь, пока карабкался к удовлетворению. Удовольствие вспыхнуло, подняв его высоко вверх, и, как будто он стоял на краю обрыва, он задыхался, задерживая дыхание, пока, наконец, его ноги не оторвались от земли, и он не рухнул в беззастенчивое блаженство. Шигараки выкрикнул имя напарника прежде, чем выстрелить. Его горячее липкое выделение покрыло пальцы Даби до того, как брызги воды смыли все следы его оргазма. — Ммм, мне нравится, когда ты так произносишь мое имя,–Даби усмехнулся, гордясь собой вдвойне. Он продолжал тереть член Шигараки, хотя и с большим благоговением - медленно, опуская Шигараки обратно на землю.