Сборник драбблов по BSD

Ты закрыла конверт, отложив его в сторону, когда звуки музыки непрерывно заполнили комнату, классическая мелодия успокоила твои мысли и помогла тебе расслабиться, даже в состоянии работы. Взяв другую бумагу, ты снова начала писать, новая жизнь разворачивалась под твоим собственным пером. Мужчина, сидевший в другом конце комнаты, зачарованно наблюдал, как ты активируешь свою способность, его собственные руки грациозно танцуют на своем инструменте, ритм виолончели направляет твою руку, когда ты позволяешь себе погрузиться в это состояние творения. Для Федора это была почти святая сцена — наблюдать этот хаос перед жизнью. Через несколько минут целое существо начнет свое существование, не подозревая, что его Бог останется скрытым поблизости, в высокой башне в том самом городе, в котором он теперь жил. Какую прекрасную картину ты здесь нарисовала. Идеально подходящая к классической песне, которую он продолжал играть, удовлетворенный, когда ты тихо напевала в такт музыке, боль в распухшем запястье забывалась, когда ты была так сосредоточена. Были ли у Бога твои губы, когда он улыбался? Пурпурные глаза не отрывались от красноватого оттенка, окружавшего слова, которые ты рисовала, от этой зловещей, богоподобной атмосферы, окружающей твое тело. Ты продолжала писать, ощущая присутствие, наблюдающее за каждым твоим движением, утешаясь этой мягкой музыкой, которую играл твой благодетель. С каких это пор ты стала такой чувствительной к звукам? После стольких лет одиночества простейшее прикосновение приносило тебе огромное утешение, а одной мелодии музыки было достаточно, чтобы твой мозг немедленно расслабился. Как ты могла прожить так долго без какой-либо формы искусства? Вспомнив стеклянные стены Мерсо, ты вздрогнула, отложила перо и посмотрела на свое новое творение. Ты потянулась, боль отдавалась в спине. Взяв еще один конверт, ты медленно запечатала бумаги внутри, положив его поверх небольшой стопки, которая образовалась. Закрыв глаза, ты позволяешь себе погрузиться в музыку, и слеза скатывается по твоей щеке, когда мелодия достигает своего пароксизма. Сделав вдох, который ты не осознавала, что задерживаешь, ты молчала, пока музыка постепенно не смягчилась, пока она полностью не прекратилась. Последовало религиозное молчание, которое ты, наконец, нарушила шепотом. — Это было прекрасно. Спасибо. Сколько часов ты провела здесь, сочиняя под песню этой виолончели? Ты больше не можешь быть уверена. Однако на расстоянии ты заметила, как покраснели кончики пальцев русского и как болело теперь твое собственное запястье. Ты снова завернула его в бинт, используемый для поддержки, и вздохнула с облегчением. Можно было часами слушать, как играет этот человек. И все же, даже через его музыку, ты чувствовала, что он все еще манипулирует тобой, направляя твои движения и мысли одной лишь сменой нот. Каким очаровательным может быть этот человек? Если ты Бог, то он должен быть чем-то близким к тебе. — Ты все написала? – спросил он. — Сейчас они все живы, именно там, где Вы хотите, чтобы они были. Ты одарила его улыбкой, глядя на русского человека и наблюдая за его силуэтом. Он все еще сидел, раздвинув ноги, и высокий, внушительный инструмент был принят в его руки. Было что-то нежное в том, как он держал ее, грация, которую ты находила соблазнительной. То, как его пальцы, такие нежные, гладили деревянную поверхность, как будто это было тело любовника, его подбородок, слегка наклоненный к шее, ленивый стук, парящий над мостом и струнами. Ты закатила глаза, глядя на стол русского человека, которым в данный момент пользовалась. Это был вопрос нескольких дней, прежде чем все ты покинешь это место, уничтожив все свидетельства своего пребывания здесь. Пришло время привести в действие план Достоевского. Скоро мир погрузится в хаос, и ты будешь сидеть высоко в своей стеклянной башне и наблюдать за всем этим. — Полагаю, это последний прямой приказ, который Вы мне даете. — Если все пойдет хорошо, мы встретимся очень скоро. Но есть небольшой шанс, что какое-то время ты будешь предоставлена сама себе — отчасти, конечно. Ты вздохнула. Ты понятия не имела, как Федор мог привести свои планы к предсказанию собственного падения, но это было правдой, что это оставалось возможным. Если бы вдохновителя арестовали, тебе пришлось бы внимательно следовать его предыдущим приказам, чтобы все сработало. То, как он все это спланировал, одновременно и успокаивало, и пугало. — Я никогда не знала, что существует такая способность, как Каннибализм. Это ужасный план. — Я знаю. Очень жаль, что твои способности не позволяют тебе дарить свои творения. Ты кивнула, молча соглашаясь. Твои пальцы играли с краем закрытого компьютера, металл казался едва холодным на кончиках пальцев. Ты тихо вздохнула, оглядываясь на Федора. В твоих глазах была озабоченность, тревога, от которой ты не могла отмахнуться, как ты и просила: — Я знаю, что Вы обещали скоро доставить меня в безопасное место, но откуда мне знать, что я все еще буду жива? Если Вас арестуют или убьют, у меня больше не будет никакой подстраховки. — Не волнуйся. Заметив твой взгляд, русский усмехнулся, сверля тебя взглядом. Его мягкий голос звучал очень убедительно, когда он снова заговорил: — Среди всех нас ты единственная, кого мы не можем позволить себе потерять, будь то полиция или смерть. Мы все устроили для тебя, идеальная крепость. Когда мир превратится в пепел, ты будешь там, наверху, цела и невредима. — ... Вы собираетесь поместить меня в казино "Сигмы"? — Это единственное место в мире выше всех международных законов, то есть это единственное место, где ты не являешься разыскиваемой фигурой. Внутри есть сейф, где ты сможешь спрятаться. Если бы казино даже упало на землю, ты осталась бы жива. Возможно, немного потрясена, но с тобой все будет в порядке. Теперь, когда ты подумала об этом, это действительно казалось идеальным решением. Казино было создано всего несколько дней назад, но ты уже знала, что это идеальное творение. Там тебя ничто не сможет тронуть. Ты слегка кивнула, поднимаясь со своего места и глядя в сторону двери. — Я сама выйду. Еще раз спасибо за музыку. Сделав несколько шагов к выходу, ты на секунду остановилась, положив руку на дверной замок. Повернув голову к Федору, ты заметила, что его пристальный взгляд все еще направлен на тебя, фиолетовые глаза впитывают взгляд этого пользователя способностей, сродни Богу. Ты кивнула, пробормотав несколько слов, прежде чем выйти в коридор: — Надеюсь, скоро я снова услышу, как Вы играете.