Сборник драбблов по BSD

Место для Нас (Дазай Осаму Х читатель)

Большую часть своей жизни я, кажется, блуждаю во тьме бесконечного лабиринта. Каждый день, когда я просыпаюсь, кажется, что мир изменился в тот, который я не могу понять, как будто он отбросил лицо вчерашнего дня и полностью изменился заново. Тем не менее, я, кажется, единственный, кто чувствует себя чужаком в этой постоянно меняющейся стране, кто спотыкается и не в состоянии понять требования общества, в которые все остальные попадают так естественно. В то время как я по-прежнему нахожусь в ловушке меланхоличных чувств вчерашнего дня, которые преследуют глубины моего сознания поздно ночью. Но я продолжаю гоняться, надеясь однажды догнать остальной мир, в котором, как мне кажется, я отстаю. Чтобы, наконец, почувствовать расцветающее чувство радости и надежды, как солнечный свет на моей коже, и избежать этой вечной ночи печали и отчаяния; идти в ногу со всеми остальными и, наконец, почувствовать, что я принадлежу… Только я продолжаю падать, как бы сильно я ни старался, и остаюсь в пыли, в то время как все продолжают жить своей жизнью, оставшись в полном одиночестве, размышляя о причине моего существования.… Если я такой ущербный в этом мире, который стремится к совершенству, тогда почему я продолжаю существовать? Навеки запертый в пустоте моего одиночества, не проще ли было бы просто попрощаться с этим миром и погрузиться в вечный сон? Какой смысл продолжать жить, если я не могу избавиться от этой вечной тоски, которую я вложил глубоко в свою душу? И чем больше я старался, чем дольше я ждал, я начинаю задаваться вопросом, действительно ли есть свет в конце этого туннеля, который ждал меня, или кто-то такой падший, как я, мог бы когда-нибудь избежать этой тьмы, которая постоянно окутывает мое существо? Но если моим самым большим желанием было просто достичь своего конца, тогда почему мой сломленный дух продолжает бороться и гореть в огне, чтобы увести меня от этой судьбы? В этой жизни, где каждый день, кажется, просто тянется, с тяжестью оцепенения, которое с каждым днем становится только тяжелее… Разве это не естественно — хотеть встретить свой конец? Но именно в таком мире, как этот, я нашел кого-то вроде тебя… Ты протянула руку и переплела мою в своей, совершенно не обращая внимания на шрамы и раны, которые скрывались под рваными бинтами. Ты навсегда оставила след в моем сердце, которое теперь тоскует по твоей улыбке и твоему присутствию и уменьшает печаль, которая когда-то, казалось, переполняла меня. Ты дала мне утешение, мимолетный вкус покоя. Ощущение, что мое сердце успокоилось, наполнилось теплом и безмятежностью, которых я никогда не испытывал до встречи с тобой. И впервые в своей жизни, я думаю, я нашел место, где мог бы принадлежать. Как ощущение теплых объятий, которые взывают ко мне с распростертыми объятиями и сердцами, которые не касаются никого, кроме меня, оказавшегося в ловушке этой тьмы. Хотя мне еще предстоит найти причину своего существования, если есть возможность, мы можем создать место, каким бы маленьким оно ни было, для нас двоих в этом мире. Тогда, может быть, я смогу попытаться прожить еще немного в этом мире. Возможно, ничто из того, что уже существует в этом мире, никогда не сможет заполнить пустоту, которая вечно существует в моем сердце. Но возможно ли создать что-то новое, что-то прекрасное в этом мире, что может, с нами двумя? Тогда, может быть, я наконец смогу наслаждаться существованием в этом мимолетном мире. _______________________________________

Желание (Дазай Осаму Х читатель)

Весна тихо пронеслась с легким ветерком, утихомирив шепот зимы и наполнив воздух колыбельной своей песней. Она приходила почти незамеченной, окрашивая его утро пением птиц, украшая каждый день сладким запахом цветов, продлевая дни до наступления темноты. Каждое мгновение казалось еще более мимолетным, поскольку мир вокруг него развивался так быстро. И все же, все еще находясь в ловушке чувства, похожего на дыру в его сердце, грызущую пустоту, Дазай мог только гадать, изменятся ли эти чувства когда-нибудь. Но даже когда Весна ворвалась в его жизнь, не заботясь о его чувствах, оживляя мир вокруг него, но, казалось бы, слегка выпадая из его рук, чтобы изменить его вместе с этим, он не мог заставить себя впасть в презрение. Не тогда, когда это означало, что ты сидишь рядом с ним, солнечный свет, пробивающийся сквозь листья, играет на твоих волосах, свет в твоих глазах, когда жизнь возвращается на Землю после зимы, и широкая улыбка на твоем лице, когда ты разговариваешь с ним на пикнике среди цветов. — Осаму, – выскользнув из его мыслей, когда он услышал, как его имя слетело с твоих губ, нежная улыбка появилась на его губах. Он признает, что это застало его немного врасплох, то, как он обнаруживает, что проявляет некоторые из своих истинных эмоций рядом с тобой, даже когда он так часто носит такие хорошо отработанные маски, отгородившись от мира своими стенами. Но когда он наедине с тобой рядом и наполнен нежными чувствами к тебе… — Почему бы нам не загадать желание? – Дазай внимательно наблюдал за тобой, когда ты сорвала два одуванчика вокруг себя и протянула один ему, чтобы он взял, прежде чем сесть рядом с ним. — Знаешь ли ты, что говорят, что если ты сможешь сдуть все парашютики на одном дыхании, твое желание сбудется? Хотя детектив был не из тех, кто верит в суеверия. Наблюдая, как ты рядом с ним пускаешь в небо одуванчики с легкой улыбкой на лице, как будто в этот единственный момент тебе наплевать на все на свете. С тобой вдвоем вдали от шумных звуков машин в городе и высотных зданий, к которым он так привык, нависающих над ним. Это было почти умиротворяюще, как сон наяву. И Дазай не мог не чувствовать, что в этом моменте с тобой было что-то почти домашнее и даже драгоценное, что он не хочет ничего, кроме как лелеять и защищать, даже если это означало от его собственных негативных мыслей. Но, видя так ясно, как парашютики медленно уплывают от тебя, он испытывал острое чувство, которое наполняло его из-за их неуловимости, как глубокое чувство желания удержать их, но так и не смог сделать этого, как будто это напоминание для Осаму о людях, которых он потерял. И, глядя на тебя отсутствующим взглядом, он мог только желать, чтобы этого не случилось с тобой. Услышав, как ты предлагаешь ему сделать то же самое, он мог только натянуть свою обычную улыбку, чтобы скрыть свои истинные мысли, прежде чем повторить твои движения. Как паппус на его одуванчике медленно уплывает от него с легким вздохом с оттенком уныния. Вскоре Дазай заметил, что несколько семян прилипли к одуванчику, отказываясь отпускать его. — Ах, похоже, моему желанию не суждено сбыться! – хотя его голос наполнился драматическим хныканьем, которое, как он знал, заставит тебя засмеяться, внутри он чувствовал себя совсем по-другому. Даже если раньше он чувствовал себя немного подавленным, вид одуванчика рассеял эти чувства. — Но сейчас все в порядке, у меня уже есть все, что мне нужно. – его искренние мысли слетели с его губ, сопровождающиеся легкой улыбкой. Хотя Осаму остро осознавал, что является лишь малой частью безразличной вселенной, ему напомнили, что она не жестока. И, может быть, он сможет найти в себе силы снова смягчиться к дружескому общению. И, возможно, даже близость. _______________________________________

Красивый (Дазай Осаму Х читатель)

Красивый… Это странное слово эхом отдавалось в его голове с того момента, как ты произнесла его своими устами. На мгновение Дазаю показалось, что все мысли в его беспокойном уме остановились на один единственный момент, когда его захлестнули незнакомые чувства недоверия и шока. Красивый? Было что-то необъяснимо чуждое в этом прилагательном, когда он позволил этим словам проникнуть в его голову и обработать его мысли. Ибо как такое постороннее слово могло быть описано и связано с кем-то столь мерзким, как он сам, Осаму не мог не задаться вопросом. С тем количеством крови, которое он пролил, Дазай был уверен, что этого было достаточно, чтобы запятнать его руки и душу черным. Шрамы от сражений и покушений, которые лежат под слоями бинтов на его коже. Ошибки его прошлого, с которыми ему еще предстояло столкнуться, нависли над его плечами, словно ястреб, внимательно наблюдающий за каждым его движением в глубине его сознания, напоминая себе об извращенном "я", которое, как он знает лучше, чем кто-либо, скрывается за ним, несмотря на его попытки стать лучше. И, вооруженный масками на масках и нитями лжи, он плетет, о, так искусно, чтобы представить эту очаровательную шараду, которую Осаму хотел, чтобы его заметили, чтобы скрыть под ней пустоту и потрескавшееся "я", которое, как он хотел, никогда не увидит дневного света. Погружаясь в мысли в своей голове, когда его скачущие мысли возобновились, он не мог ничего с собой поделать, но привычно придирался к своим недостаткам, с этим Дазай не мог не захотеть возразить, какая часть его когда-либо могла быть красивой, это почти чувствовалось, как будто это слово насмехалось над ним. Хотя Осаму так и думал, он знал, что эти мысли никогда не смогут вырваться из его головы, и особенно из его уст. Во всяком случае, не для тебя. Что бы ты подумала о нем за то, что он воспринял такой безобидный комплимент как оскорбление? Дазай не желал ничего, кроме как горько посмеяться над собой. Он знал, что ты не имела в виду никаких дурных намерений в своих словах, не тогда, когда такие слова были произнесены рассеянно, когда ты сосредоточилась на том, чтобы провести пальцами по его волосам, так нежно и тщательно, что даже когда твои пальцы наткнулись на узел, он обнаружил, что ты нежно распутываешь его, проявляя такую заботу, чтобы уменьшить боль, которую это может причинить. Вызвать его. Ты была добра к нему, возможно, даже слишком, до такой степени, что это причиняло ему боль, но он не мог найти в себе силы или решиться отпустить. Поскольку Дазай продолжал погружаться в свои мысли, без сомнения, прошло больше нескольких мгновений с тех пор, как вы двое разговаривали, и все же тишина продолжала овладевать вами обоими, поскольку он, казалось, не мог осознать эту отдаленную концепцию. Хотя, возможно, для тебя это время прошло в приятной тишине, Осаму почувствовал что-то вроде натяжения невидимой струны в своем сердце. Зная, что ты все еще не замечаешь боли, которая поразила его сердце от твоих слов, Дазай крепко держался за свое хорошо отработанное притворство, заставляя себя широко улыбаться. Протянув руку, чтобы обхватить твое лицо ладонью, он слегка смягчился, когда ты растаяла от его прикосновения, несмотря на боль, которая резонировала внутри него. — Разве ты не флиртуешь сейчас, любовь моя? – он усилием воли вложил в это заявление свой обычный поддразнивающий голос. — Мы оба знаем, что ты самая красивая из нас двоих. Возможно, даже это было преуменьшением, он знал, что не сможет сравниться с тобой. _______________________________________

Мгновенное ожидание (жених!Дазай Осаму Х невеста!читатель)

Что такое человеческое существование, как не сущность ожидания? Ожидание и предвкушение лучшего завтрашнего дня… Или, может быть, отчаянное и почти мучительное ожидание, когда звуки шагов счастья шагнут к нашей двери, вызвав волну прекрасных эмоций, которые мы могли бы почувствовать на долю секунды? Но почти так же быстро, как они приходят, так и уходят, наполняя наши сердца нежелательной пустотой, когда мы снова остаемся сидеть в наших голых домах… Ожидая, когда она вернется к нам, чтобы постучать в нашу дверь. Разве не это ожидание заставляет нас жить в этом мире? На том основании, что люди обладают способностью прокладывать свои пути, свое собственное будущее, иметь возможность выбора в отношении собственного существа, которое поддерживает нас в движении? Даже когда кажется, что мир — это неизменная ночь, по которой человек постоянно блуждает… Неужели мы просто обмануты желанием надеяться на завтрашний день, продолжая рисковать в этой жизни? Или, может быть, нас также обманывает понятие отчаяния в мире? Ибо нет другого объяснения или слов, чтобы описать ощущение, которое я испытал в этот момент, когда думал о дне, который постигнет нас всего через несколько часов, кроме как с надеждой и радостным ожиданием. Ибо всякий раз, когда я представлял себе тебя, одетую в белое, с сияющей улыбкой на лице, когда мы все ближе и ближе подходили друг к другу, проходя по проходу… Мое сердце потеплело и забилось быстрее при одной мысли об этом. Это незнакомое ощущение было почти пугающим, но, несомненно, наполнило меня вспышкой чего-то близкого к эйфории. Это ощущение было почти неописуемым, как будто мое тело превратилось в перышко и я воспарил к новым высотам… Возможно, все это было просто ощущением, которое можно было бы назвать “счастьем”. Но одна только мысль о том, что я буду встречен этим захватывающим дух зрелищем и переживу это беспрецедентное событие всего через несколько часов после того, как завтра взойдет солнце, дала мне почти непреодолимое чувство наполненности в моем сердце, которое едва ли могло тронуть меня до слез. И знать, что это событие будет рассматриваться при свидетелях тех, кто близок к нам, чтобы убедить меня, что это благословение каким-то образом является частью той жалкой реальности, в которой я живу, кажется почти... неземным. И когда я поймал себя на том, что вспоминаю, как ты согласилась стать моей, быть связанной супружескими узами с кем-то вроде меня в тот момент, когда ты приняла кольцо, которое я тебе дал. С этими словами неизбежное желание улыбнуться подкралось ко мне, когда я посмотрел вниз на свою руку, чтобы увидеть соответствующее обручальное кольцо, которое я носил на пальце, означающее эту связь, которую мы разделяем. И я не мог не удивляться, как мне повезло, что ты согласилась иметь будущее с таким человеком, как я. Иметь кого-то, кто был бы готов смотреть сквозь пальцы на мои недостатки и любить меня таким, какой я есть, даже когда я сам только начинаю принимать это… При мысли о том, что мы обменяемся клятвами, у меня появляется возможность выразить свое глубочайшее обожание и мысли о тебе – о том, кто вдохновил меня найти даже самый слабый свет надежды, доброту человечества, подобную мерцанию звезд в этой жизни, похожей на вечную тьму. Я не мог не задаться вопросом, какие выражения ты будешь делать, когда я буду повторять тебе эти слова наизусть… Будут ли улыбки? Возможно, слезами, или оба… Можно жить только в ожидании грядущего дня. Это не похоже на меня — так думать, но все же это было почти так, как если бы ты открыла во мне эмоции и желания, которые, как я думал, проиграл в битве, которая есть жизнь… Смогу ли я почувствовать себя немного более живым, продолжая оставаться рядом с тобой навстречу возможной вечности? — Любовь? – охваченный чувствами сентиментальности, которые я испытывал, думая о событиях, которые были и будут с нами, я не мог удержаться и не позвать тебя. Это не похоже на меня — действовать так импульсивно, но в твоем присутствии я нашёл источник утешения, который никогда не думал почувствовать. Повернувшись к тебе, я секунду наблюдал за твоим умиротворенным состоянием, когда ты тихо сидела на балконе, купаясь в прекрасном лунном свете. При виде этого звук моего голоса не мог не подвести меня. — Я люблю тебя. – эти три слова, произнесенные этой фразой, прозвучали почти шепотом. Как получилось, что эта фраза продолжает пугать меня до глубины души, даже когда ты согласилась выйти за меня замуж? И все же в глубине моего сознания продолжает складываться сценарий, что ты можешь оставить меня сегодня вечером, что, возможно, все это было не чем иным, как лихорадочным сном, созданным моим разумом… И что если я ущипну себя достаточно сильно, то все, чего я когда-либо хотел, будет потеряно у меня на глазах… Может быть, я просто ослеплен своим врожденным желанием, чтобы свет надежды снизошел на меня? — Осаму, – твой голос вывел меня из оцепенения, и на секунду я почувствовал себя ужасно уязвимым, таким уязвимым, каким никогда не чувствовал за всю свою жизнь, ожидая твоего ответа на это пугающее предложение. — Я тоже тебя люблю, – ты придвинулась ко мне и положила руку на мою щеку, к которой я не мог не прислониться так нежно. При звуке этих слов, слетевших с твоих губ, меня наполнило чувство облегчения. Наполняя меня таким безмятежным состоянием блаженства. — Так позволь мне остаться с тобой навсегда. При этих двух фразах, которые ты произнесла, я снова почувствовал, как странный трепет предвкушения пронзил мое сердце. И вместе с этим я на секунду почувствовал желание продолжать жить в этом мире… Возможно, жизнь действительно скучна, и эта жизнь, которую мы ведем, — не что иное, как унылое существование. Но сейчас, пока я с тобой, я буду спокойно ждать источника, который вызовет наши улыбки в ближайшие дни, когда мы продолжим жить своей жизнью, исследуя смысл жизни вместе. И, возможно, однажды я буду ждать в сиюминутном предвкушении жизни, которую мы будем вести, шагая вместе навстречу нашему завтра.