luminous

Целоваться в коридорах главкино всегда оказывается занимательным приключением.  Сначала ты идёшь по бесконечным полутёмным коридорам один. Это часть игры — найти место, которое до тебя энное время назад уже отыскал Шаст. Ему ты доверяешь, по сути, самое ценное: безопасность. Ну, не в драматичном смысле, конечно. Но Антон обладает каким-то почти паучьим чутьём на места, где вас вряд ли найдут. Даже, наверное, правильнее будет сказать — вряд ли будут искать. Но если бы ты просто шёл наугад, было бы не так интересно. С недавних пор Шаст, раздобывший где-то пачку разноцветных крошечных кружков-стикеров, отмечает тебе ими путь. Надо только внимательно смотреть по сторонам. Ты даже можешь представить себе, как он клеит их. Мимолётное движение ладони, не привлекающее внимание, вдоль стены в неприметном месте. Настолько короткий жест, что заметить его можно лишь в случае, если ты именно это высматривал. А ещё ты точно знаешь, что и как могут делать его ладони. И такие мысли тебя только подстёгивают искать быстрее. В конце концов, конечно, ты находишь искомое место. Оглядываешься на всякий случай, как будто не вслушивался до боли в утреннюю тишину всю дорогу. И как будто вы оба не приезжаете заранее именно для того, что будет сейчас. Ожидаемо, кроме твоего дыхания и бешеного стука сердца никаких звуков нет. И тогда ты шагаешь в тень, которая будет вашим местом на сегодня. Дальше всё просто: дотронуться языком до обветренных из-за зимы губ, всё ещё пахнущих сигаретами; осторожно запустить руку под футболку; вздрогнуть от прикосновения прохладного металла к собственной спине… Отбросить все на свете мысли, будто кроме этого момента больше никогда и ничего не будет существовать. Конечно, будет. Через полчаса придётся садиться в кресло перед зеркалом и изо всех сил стараться не чихнуть от щекотной кисти на лице. Через двадцать минут Стас начнёт вызванивать по очереди вас обоих, и твой телефон, не стоящий на беззвучном режиме, рассыплет по коридорам эхо битов «No Roots». Через пятнадцать ты будешь абсолютно спокоен и готов буквально ко всему на свете. Через десять минут Шаст коротко проведёт пальцем по твоему подбородку, без единого звука говоря: мне жаль, но нам уже действительно пора. И вздохнёт с таким сожалением, как если бы этот раз был самым последним в мире. Он всегда так делает. Затем ты останешься один в тёмном углу ради дурацкого прикрытия, которое вы оба вынуждены соблюдать. Иногда оно означает, что вам нельзя появляться одновременно. Именно поэтому Антон выйдет первым, не оборачиваясь. Ты подождёшь, пока он бесшумно скроется за поворотом — и улыбнёшься.