ПП (Прекрасный п....)

Боже, я был в полном дерьме. Я пялился в потолок с тех пор, как проснулся тридцать минут назад. Мозг: в полном ступоре. Член: стоит. Стоит, чтоб его. По-прежнему глядя в потолок, я нахмурился. Сколько бы я ни дрочил с тех пор, как он меня кинул, стояк не проходил. Раньше я сто раз просыпался в этом состоянии, но сейчас, как ни странно, было хуже. Потому что на сей раз я знал, чего мне недостает. А он даже не дал мне кончить. Девять месяцев. Девять долбаных месяцев утренних стояков, дрочки и бесконечных фантазий о том, кого я даже не хотел. Ладно, это не совсем правда. Я хотел его. Я хотел его больше, чем любую из виденных мною омег. Огромная проблема заключалась в том, что при этом я его терпеть не мог. И он тоже меня терпеть не мог. То есть реально ненавидел. За тридцать один год своей жизни я не встречал никого, кто доводил бы меня так же, как мистер Ким. Одно его имя заставило мой член дернуться. Проклятый предатель. Я уставился вниз, туда, где простыни поднялись горбом. Начать с того, что этот тупой отросток впутал меня в неприятности. Потерев ладонями лицо, я сел. И почему я не мог просто удержать его в штанах? Почти год я как-то справлялся. И это работало. Я держался на расстоянии и всячески помыкал им. Черт, готов признать, что вел себя как совершенный ублюдок. А потом просто сорвался. Все, что для этого потребовалось — одна секунда в той тихой комнате, запах этой омежки повсюду вокруг меня, чертовы задравшиеся шорты и задница, уткнувшаяся мне чуть ли не в лицо. Я слетел с катушек. Я был уверен, что если поимею его разок, то быстро разочаруюсь и желание уйдет. И я смогу вздохнуть спокойно. Но нет — вот он я, в постели, с таким стояком, словно не кончал уже несколько недель. Я посмотрел на часы. На самом деле прошло всего четыре часа. Я быстро принял душ, растираясь мочалкой так сильно, словно хотел смыть с себя все следы, оставшиеся с вечера. Это должно было прекратиться. Это надо остановить. Ким НамДжун не может вести себя, как озабоченный подросток, и уж точно я не собирался заводить интрижку на работе. Последнее, что мне было нужно — это липнущая ко мне омега. Я не мог позволить мистеру Киму получить надо мной такую власть. Насколько же все было легче до той секунды, когда я понял, чего лишаюсь. Потому что, как бы плохо ни было мне тогда, сейчас стало в миллион раз хуже. Я как раз входил в кабинет, когда появился он. Судя по тому, как мы расстались прошлым вечером — мистер Ким практически вылетел за дверь, — меня ожидали два возможных сценария. Либо он начнет строить мне глазки, вообразив, что последняя ночь что-то значила. Что «мы» что-то значим. Либо возьмет меня за яйца. И если станет известно о том, что мы сделали, я могу потерять не только работу. Я могу потерять все, ради чего работал. Однако, несмотря на всю свою ненависть к мистеру Киму, я не мог представить его в роли доносчика. За это время я успел убедиться в его верности и надежности. Может, он и несносная стерва, но не способен швырнуть меня на растерзание львам. Он работал на «Ким Медиа Групп» с колледжа и недаром считался ценным сотрудником. Теперь ему осталось лишь несколько месяцев до получения степени и возможности выбрать любое место по вкусу. Он ни за что не станет рисковать. Но будь я проклят, сегодня он полностью меня игнорировал. На нем был плащ длиной по колено, надежно закрывавший все сверху, но зато выставлявший напоказ изумительные ножки. Ох черт… если на нем эти туфли, то есть хороший шанс… Нет, только не эта блузка с портупеей. Пожалуйста, во имя всего святого, только не эта блузка. Я точно знал, что такого сегодня не выдержу. Когда мистер Ким повесил плащ в шкаф и уселся за стол, я наградил его яростным взглядом. Да провалиться мне, если эта омега — не самая отъявленная кокетка во всем мире. На нем были кожаные брюки в обтяжку и леопардовая блуза черно-белого цвета с портупеей. Блуза была с вырезом, изящно подчеркивающим нежную кожу шеи и ключиц, — эта блуза стала моим проклятьем, адом и раем в одном соблазнительнейшем флаконе. Брюки обтягивали ноги, и ничего сексуальней я отродясь не видел. Наряд ни в коей мере не выглядело вызывающе, но в его покрое и в этом цвете было нечто такое, отчего у меня стоял практически целый день. Вдобавок, надевая этот наряд, мистер Ким не укладывал волосы на ровный пробор. В одной из своих навязчивых фантазий я наводил хаос на его голове, хватая за шевелюру в кулак и трахал его. Боги, он меня реально злил. Так и не дождавшись от него приветствия, я развернулся и прошествовал в свой кабинет, с грохотом захлопнув дверь. Почему эта стервец продолжал так на меня действовать? Никто и никогда не мог отвлечь меня от работы. Он был первым, и за это я его искренне ненавидел. Но какая-то часть моей души почти наслаждалась воспоминанием о том, с каким победным выражением он развернулся и оставил меня стоять с разинутым ртом и спущенными штанами. Я чуть не бросился ему вслед, умоляя отсосать. Да, определенно у него был стальной стержень. Подавив ухмылку, я сосредоточился на ненависти к мистеру Киму. Работа, надо просто сконцентрироваться на работе и перестать думать об этой омежке. Я отошел к столу и уселся, пытаясь направить свои мысли на все что угодно, кроме воспоминаний о том, как накануне его восхитительные губы обхватывали мой член. Непродуктивно, Джун. Я открыл ноутбук, чтобы проверить свое сегодняшнее расписание. Расписание… блин. Последняя версия была на компьютере у этой сучки. Оставалось надеяться, что я не пропущу утром какую-нибудь важную встречу — потому что, клянусь, Снежная Королева не переступит порог моего кабинета, пока это не станет жизненно необходимым. Пока я копался в таблице, в дверь постучали. — Войдите. На мой стол хлопнулся белый конверт. Подняв голову, я обнаружил, что на меня, иронически заломив бровь, пялится мистер Ким. Затем он безо всяких объяснений развернулся и вышел вон. Я с ужасом уставился на конверт. По всей вероятности, это было заявление, в деталях описывающее мое поведение и извещавшее о его намерении подать на меня в суд за сексуальные домогательства. Я ожидал увидеть заголовок на официальном бланке и подпись «мистер Ким», криво выцарапанную внизу. Чего я не ожидал, так это чека из сетевого магазина одежды… Товар был оплачен с помощью корпоративной кредитной карты. Вскочив с кресла, я помчался следом за треклятым практикантом. Он направлялся к лестнице. Отлично. Мы были на восемнадцатом этаже, и ни один человек, не считая нас двоих, никогда не пользовался лестницей. Я мог орать на него, сколько душе угодно, и никто бы не услышал. Дверь захлопнулась с резким лязгом. Каблуки простучали вниз по ступенькам чуть впереди меня. — Мистер Ким, куда, дьявол вас побери, вы направляетесь? Практикант продолжал спускаться. — У нас закончился кофе, — процедил он, и не подумав обернуться ко мне. — И как ваша офисная омежка направляюсь в кафетерий на четырнадцатом этаже, чтобы взять немного кофе у них. Не могу допустить, чтобы вы остались без своей обычной дозы кофеина. Как настолько горячая штучка может быть такой стервой? Я догнал его на площадке и, схватив за руку, прижал к стене. Презрительно сузив глаза, он зашипел сквозь зубы. Сунув ему под нос чек из магазина, я не менее яростно уставился на него. — Что это такое? Он покачал головой. — Знаете, для выпендрежного умника вы иногда ведете себя как полный кретин. На что это похоже? Это чек. — Я вижу, — прорычал я сквозь зубы, смяв чек в кулаке и прижав острый бумажный уголок к нежной коже у него над грудью. Когда мистер Ким охнул и широко распахнул глаза, мой член ожил. — Почему вы оплачиваете ваши покупки корпоративной кредитной картой? — Потому что один ублюдок порвал мою блузку. — Передернув плечами, он приблизил свое лицо к моему и прошипел: — И мои трусики. Ну ладно же. Глубоко втянув носом воздух, я швырнул бумажку на пол, наклонился и впился поцелуем в его губы. Погрузив пальцы в растрепанные волосы, я прижал мистера Кима к стене. Мой член, прижатый к животу этой стервочки, запульсировал, когда он в точности повторил мое движение — запустил пальцы мне в волосы и сжал кулак. Расстегнув брюки и спустив до бедер, я хрипло застонал. Мои пальцы вновь нащупали кружевной верх его чулок. Наверняка он делала это специально, чтобы помучить меня. Я провел кончиками пальцев по теплой и влажной материи его трусиков, и тут язык мистера Кима пробежал по моим губам. Сжав ткань, я сильно рванул. — Не забудьте заказать еще одни, — прошипел я, а затем протолкнул язык прямо ему в рот. Когда я сунул внутрь два пальца, мистер Ким испустил низкий стон. Он был еще мокрее, чем прошлым вечером, если это вообще возможно. Да, похоже, у нас проблемы. Я начал сильно двигать двумя пальцами, в то время как мой большой палец энергично массировал его машонку. Охнув, он оторвалась от моих губ и прохрипел: — Вынимай член. Мне нужно почувствовать тебя внутри. Сейчас же. Я прищурился, стараясь не показать, какой эффект произвели на меня его слова. — Скажите «пожалуйста», мистер Ким. — Сейчас же, — нетерпеливо повторил он. — Решил покомандовать? Он наградил меня таким взглядом, что у мужика поплоше сразу бы все упало. Я невольно расхохотался. Ким мог постоять за себя. — Хорошо, что я нынче так щедр. Быстро расстегнув ремень и брюки, я приподнял его и грубо в него вошел. Боже, это было чудесно. Лучше всего на свете. Это объясняло, почему я не мог выкинуть чертового практикантишку из головы. И тут тихий голосок шепнул, что мне, возможно, всегда будет мало. — Черт, — пробормотал я. Мистер Ким задохнулся, и я ощутил, как его горячая плоть плотно обхватывает мой член. Прерывисто дыша, омега впилась зубами мне в плечо сквозь ткань пиджака и обвил меня ногами. Я начал быстро и резко двигаться, прижимая его к стене. В любую секунду кто-нибудь мог выйти на лестницу и увидеть, как я трахаю своего сотрудника, но мне было абсолютно наплевать. Мне надо было избавиться от него, вывести из организма, как выводят яд. Подняв голову с моего плеча, он куснул меня за шею, а затем сжал зубками нижнюю губу. — Почти, — прорычал он и сильней сжал ноги, проталкивая меня глубже. — Я уже почти… Отлично. Зарывшись лицом в его шею и волосы, чтобы приглушить стон, я сжал руками его ягодицы и внезапно и сильно кончил в него. Вытащив член, чтобы он не мог и дальше тереться об него, я опустил его на дрожащие ноги. Он уставилась на меня словно пораженный громом. Лестничный пролет заполнился свинцовым молчанием. — Ты серьезно? — шумно выдохнув, спросил он и откинул голову. Его затылок с тупым стуком ударился о стену. — Благодарю, это было незабываемо, — хмыкнул я и потянулся вниз за спущенными штанами. — Ты чертов ублюдок. — Ты это уже говорил, — промурлыкал я, глядя вниз и застегивая молнию на ширинке. Когда я вновь поднял глаза, он уже поправил брюки, но все еще выглядел изрядно помятым. Какой-то части меня очень хотелось протянуть руку, приласкать его и позволить кончить. Но куда большая часть наслаждалась сердитым разочарованием, горевшим в его взгляде. — Как говорится, каков привет, таков и ответ. — Жаль, что ты так паршиво это делаешь, — невозмутимо ответил мистер Ким. Развернувшись, он продолжил спускаться, но вдруг резко остановился и обернулся ко мне: — Хорошо, я на таблетках. Спасибо, что спросил, урод. Проводив его взглядом, я злобно зарычал и направился обратно в свой кабинет. Там, презрительно фыркнув, я плюхнулся в кресло и взъерошил руками волосы, а затем вытащил из кармана его разорванные трусики. Несколько секунд я смотрел на белую шелковую ткань, растянутую между пальцами, а затем открыл ящик стола и швырнул эту пару к той, что лежала там с прошлой ночи.