И грянул гром

Я желаю вступить в союз со временем. Я не хочу обременять себя ни тоской по вечности, ни горечью — я только хочу смотреть на все ясно.

— Как только я скажу, как ты меня убьешь, — девушка ткнула пальцем в Грету — другого выхода у тебя не будет. — У меня и так его нет, — Поттер закатила глаза, избегая напуганных и непонимающих взглядов парней. — Это уже произошло. — Ты не можешь этого знать. — уверенно произнёс Абраксас, указывая при этом на маховик. — Вы не могли забрести так далеко во времени. Максимум, что можно выжать из моих семейных артефактов месяц. — усмехнулся Малфой, вмешиваясь в их разговор. Гермиона чуть не закатила глаза: уверенность этой семейки в себе и своём роде всегда ее раздражала. — Что? Разве я не прав? — Мне исполнится семнадцать только через семьдесят лет. Я ровесница твоего внука, дедуля, — Гермиона буквально наслаждалась. Ей всегда нравилось спускать этих павлинов на землю. В конечном итоге небо всегда было недоступным для этих птиц. — И какой я? — Абраксас обратил свой взор на Поттер — Через столько лет? Думаю, все ещё очарователен. — Никогда с тобой не встречалась. — Я уверен, что добьюсь не малых высот. А значит, что твой круг общения будет куда более жалким чем я могу надеяться. — Конечно. Вот только никто не сможет подхватить, когда ты полетишь вниз. Павлины не умеют летать. Это будет болезненное приземление, — парировала Грета. — Но там же будешь ты. На самом дне. Уверен, такая чудесная девушка что-нибудь придумает и поймает мне. Так ведь, о великий порок. Ты же видела наше счастливое будущее и сына, которого она мне родит? — Ты ещё не читал письмо отца? — улыбнулась Сивилла — Тебе подобрали невесту. Она и родит тебе сына. — Я не против внебрачных детей, — усмехнулся Малфой, не спуская глаз с Греты. — Что вы так на меня смотрите? Пророк сказала, что я должен стать опорой для своей зеленоглазой любви все моей жизни. Дословная цитата. Будем ли мы связаны браком не имеет значения. Я всегда знал, что женюсь ради долга, но это не помешает мне пожить и для себя тоже. Тот, кто считает, что ему необходимо выбирать, глупец. Я возьму все. Грета ненадолго задержала на нем заинтересованный взгляд и тут же отвернулась. Бравады никогда ее не впечатляли, она верила лишь действиям. — А мне сказали, что я встречу девушку, которая принесёт мне наследника. — Нет, — загнано прошептала Гермиона — Мерлин, нет… Я не могу… Я не пойду на это… — Пойдёшь, — припечатала Сивилла — Не знаю, что это значит, но ты, — она указала пальцем на Грету — точнее твой осколок, привезёшь из странствий Арку, в которую меня толкнёшь. — Да, это убьёт тебя, — прошептала Гермиона, хватаясь за сердце. Она никогда не задумывалась о детях, но родить того, кто обречён на такую жизнь было для неё чём-то ужасающим. Гермиона не выдержит. — Может быть да, а может быть и нет. Я не знаю. Я не вижу, что происходит со мной, но после падения мы больше никогда с вами не встретимся. — Подожди, — вскинулась Грета — Пророк не видит свое будущее. Тем более смерть. Не может. — Да. Но я не могу увидеть будущее кого-то, кого ни разу не встречала. А после падения в Арку никто из моих знакомых меня не видел. А значит я мертва. И ещё перед тем как меня толкнуть ты сказала кому-то, что теперь и в Англии умрет последний пророк. — Я могла сказать, что угодно. Я никогда не полагалась на слова, предпочитая действия. — задумчиво произнесла Грета. — Ты могла больше никогда не встречаться со своими нынешними знакомыми. Скорее всего так и будет. Единственно, что удалось выяснить об Арке, что она куда-то ведёт. Это не смерть в полном понимании этого слова, но для остальных так и будет. — И из неё доносятся голоса. Они начались, когда неизвестного мага толкнули туда, — подхватила Гермиона, судорожно роясь в памяти, пытаясь отыскать надежду. — Или это была ведьма. Никто не вел документы, видимо желая скрыть смерть живой женщины. Это вполне логично. — кивнула Грета, подгружаясь в себя и начиная расхаживать по кругу. — Куда бы ты не попала, ты будешь там одна долгие годы. Надеюсь мы подготовим достаточно багажа для выживания. Я помню имена тех, кого тоже предпочли устранить с помощью Арки. И теперь все это выглядит очень интересно. — О чем ты? — схватив девушку за руку, вмешался Абраксас, с восторгом и интересом разглядывая девушку. Казалось, что его привлекала ее отчуждённость и осведомленность о неизвестном ему. — Я много изучала Арку. В неё отправили зельевара, который мог сварить зелье в вырытой в земле яме, герболога, который буквально среди камней вырастил лес, парнишку, который разводил зверей дома в саду, знахарку, рунолога и других нарушивших закон специалистов в разных областях. Удивительно талантливых и не сопротивляющихся специалистов. Еще по представителю от каждого магического народа. Все они согласились на такую Казнь, отказавшись от заключения и выплат. Ты понимаешь, да? Это и тогда выглядело странным, но я подумала может исследователи хотели увидеть разницу? Типа, вдруг что-то будет меняться, но ничего не нашли и забросили эксперименты. — Грета, как всегда при погружении в свои мысли не замечала ни парня, ни его действий, видя и обращаясь только к подруге. — А маги и представитель магических народов не просто верили, а словно знали что выживут. Были описи, что они брали с собой чуть ли не дома в чемоданах. — Мы отправим их туда, — кивнула Гермиона, прикусив губу. Вот что они делали во время всех своих прыжков. Вот для чего все это было нужно. Теперь все выглядело совершенно иначе. Многие их прыжки во времени были не глупостью и не случайностью, а стратегией для выживания. — Но зачем? — прервал их Орион. — Неправильный вопрос. Точнее неправильное время для вопроса, — улыбнулась Грета, ловя шокированный взгляд Сивиллы. Она тоже поняла почему именно падение в Арку было развилкой и развилкой чего это было. — Твоя предполагаемая смерть — это развилка? После того как ты это сказала ты можешь рассказать о других? — Абраксас попытался зайти с другой стороны, обращаясь к Трелони. — Нет. Это не пророчество. Около того. Что-то типа возможности, — девушка не сводила глаз с Греты, ожидая ее реакции, словно чувствовала на кого ляжет ответственность за принятие решений. Кто действительно сможет их принять и пойдёт до конца. — И если ты расскажешь о других… — То эта возможность разрушится, — подхватил мысль Орион — а насчёт тех предсказаний, что ты дала нам? — Как бы вы не бежали, это произойдёт. Сочувствую твоей будущей жене. Ее ребёнок никогда не станет наследником или Лордом. — Плевать. Моя кузина может мечтать, о чем ей угодно, но никогда этого не получит. — в его взгляде на Гермиону не было ни интереса, ни уважения, лишь голодный расчёт и ожидание сотрудничества. — Мы всегда соперничали. Я буду в восторге наблюдать за крушением ее планов. Но ни Грета, ни Сивилла, ни тем более Гермиона уже не слушали. Это было не так важно. Они с Гретой долго мусолили последствия падения Статута, который не продержался бы и года после действий Темного Лорда. Конечно, как только Сивилла столкнулась с ними, она это увидела. Слышала все их разговоры словно была с ними. И будущее после завершения петли не скрылось от неё. Вот почему она ходила за ними как приклеенная — оно пугало ее до дрожи. Развилкой было не падение в Арку, а этот разговор. Это читалось во взглядах между пророком и Поттер. Пророчества всегда меняли для понимания тем, кому они предназначались. Сивилла сказала, а Грета услышала. Но в пророчествах всегда есть возможности: пусть Статут и падет, это не значит, что они не будут готовы. Теперь у них действительно есть время. Гермиона поймала взгляд Поттер, чувствуя нарастающую смесь из восторга, возбуждения и освобождения. Грянул гром. И ей наконец-то стало легче как во время дождя после жутких дней удушающей жары. Все обрело смысл, осталось лишь придумать план, учитывая все имеющиеся знания о будущем и воплотить его в жизнь. Потому что, когда петля замкнётся, падут все клятвы между магическими народами и магами, маглы раскроют их существование и начнут войну на уничтожение. Сивилле не нужно было произносит это вслух, чтобы они поняли. Но теперь… Мерлин подари им удачу…им было куда уйти.

Спасти, но не уничтожить.