Не родственные души

В воскресенье Е Цзунь с утра смотался в парк, с помощью темной энергии и одной из своих способностей выбил линию шаров и забрал симпатичного длинного мягкого дракона. Спрятав его, он отправился к дисинцам-волонтёрам, которых уже знал. Поговорив с ними, он выловил Чжу Хун и, не обращая внимания на ее шипение, объяснил, что если яшоу чего-то требуют, то и они должны поработать, и что он — не мягкий и вежливый профессор Шэнь, у него разговор короткий, а слова редко расходятся с делом. Затем он нашел Чу Шучжи, спугнув робкого мямлю Го Чанчена, и высказал ему идею о дисинцах, которые могли бы поделиться опытом, что поможет развеять страхи простых людей и уменьшит работу спецотдела. Напоследок он спустился в Дисин, рассказав и там об идее развенчивания мифов и страхов. Записавшись на прием к министру, предварительно взломав с помощью Лин Цзина систему электронной очереди, он довольный вернулся домой. *** Министр Гао был трусом и мздоимцем, Е Цзунь знал такой тип людей и терпеть их не мог. Он обещал брату, что министр будет выполнять свои обязанности, но он не сказал, как он заставит его это сделать. "Беседа" прошла продуктивно. Е Цзунь пообещал, что о грехах министра никто не узнает и он спокойно сможет уйти в отставку, если будет честно работать оставшиеся семь месяцев своего срока. Тот потел, вертелся как уж на сковородке, но ничего сделать не мог — у Е Цзуня было много способностей. Неделя пролетела в интервью с дисинцами, работой с журналистом, переговорах с монтажерами, звукооператорами и прочими людьми, готовыми помочь в развенчивании мифов. Е Цзунь так устал, что смс от Бай Ци "Ты обещал прогулку на природе" увидел только в пятницу днем. "Прости, было много работы. Я помню, как насчет завтра?" "Завтра я совершенно свободен", — Бай Ци не позволил своему альтер-эго написать "для тебя я свободен всегда". "Тогда давай встретимся в парке Вун Синт в полдень". *** Шэнь Вэй не ожидал от министра Гао такой помощи, видимо, брат всё-таки поговорил с ним. Шэнь Вэй не задумывался о методах брата, если всё сработало, значит, всё не зря. Чжу Хун предложила помощь Яшоу, значит, с ними брат тоже разговаривал. Если бы не холодное отчуждение Чжао Юньланя, он бы мог сказать, что абсолютно счастлив. Но за короткое время в деле интеграции дисинцев в Хайсин наметился такой прогресс, что он не смел жаловаться. Только обнимал во сне плюшевого дракона. Он не думал, что Е Цзунь действительно выиграет ему игрушку, но не мог отказаться от своих слов. *** Е Цзунь надел крепкие ботинки на рифленой подошве, брюки в стиле милитари, худи и взял с собой рюкзак. Волосы, убранные под бандану и частично собранные в несколько свитых между собой кос, были помещены в капюшон худи. Он выбирал образ все утро и очень надеялся, что не прогадал. Шэнь Вэй, уставший за неделю, неожиданно заспался, и Е Цзунь сумел ускользнуть от бдительного ока брата. Бай Ци, одетый как рэйнджер, привыкший патрулировать многомильные национальные парки, также с небольшим рюкзаком за плечами, уже ждал его на условленном месте, ловя завистливо-восхищенные взгляды проходящих мимо девиц, а то и дам постарше. — Куда мы идём? В этой одежде мне несколько непривычно, кажется, на меня все смотрят, — доверительно сообщил Хэй Ци. Он отчасти кокетничал, отчасти нервничал из-за своего первого настоящего свидания. Это же свидание? "Размечтался, — осадил его Бай Ци в голове. — Судя по одежде, это поход". "Заткнись и не мешай мне. К концу это точно будет свидание!" — Я хочу показать тебе одно потрясающее место, где можно увидеть мощь природы. Я недавно читал про тектонические плиты, разломы и терраформирование. Это удивительно, — доверительно-восторженно поделился Е Цзунь. — И в этом месте мы сможем увидеть эти процессы воочию. "Поход!" "Заткнись!" — Ммм, насколько я знаю, тектонические сдвиги и разломы сопровождаются землетрясениями и извержениями вулканов, но не слышал, чтобы вокруг Лунчэна были действующие. Открыли какой-то интерактивный парк? — Нет, но это совсем рядом, если ты мне доверишься, я покажу. Хэй Ци лукаво улыбнулся. — Конечно же я тебе доверяю. — Закрой глаза на минутку, пожалуйста. Е Цзунь мысленно попросил прощения у брата и превратился в Посланника в чёрном. Портал открылся от удара гуаньдао о землю. Стражи с той стороны, увидев Посланника, без вопросов отступили, и Е Цзунь, взяв своего спутника за локоть, шагнул внутрь, представляя Долину Огня, место, которое и среди дисинцев пользовалось дурной славой. Что не умаляло его мрачного очарования. Хэй Ци послушно закрыл глаза и на несколько мгновений провалился куда-то, как будто в невесомость, где только рука Е Цзуня оставалась реальностью, а потом исчез шум парка, исчезли запахи скошенной травы и влажной земли. Он открыл глаза и заморгал. — Ого! — восхитился он. Цепочка вулканов разного возраста располагалась большим эллипсом. Реки лавы медленно и лениво стекали по склонам вниз, где-то застывая, а где-то пузырясь. Лава была разных цветов и консистенции, на земле тут и там попадались осколки пород, пемза, причудливые формирования из застывшей лавы, где-то порода блестела естественными опалами и прочими минералами. Е Цзунь, успевший вернуть свой "походный" облик, нервно мялся: — Тебе нравится? — Завораживающе, — признался Хэй Ци. — Восхищает и ужасает одновременно. Это и есть таинственный Дисин? — Да, одна из его частей. Здесь мало кто бывает, но недалеко есть серные источники, я читал, что они очень полезны для лечения, плюс здесь в естественной среде образуются полезные ископаемые. Многие геологи, я думаю, руку бы были готовы отдать за право понаблюдать эти процессы. Я хочу показать жителям Хайсина, что Дисин — это прекрасный мир, а дисинцы — такие же люди, как и они. Как думаешь, это возможно? — Возможно, — задумчиво произнес Бай Ци. Хэй Ци отступил, он не хотел вести серьёзные разговоры. — Но не сразу. Люди напуганы, в состоянии паники они могут наделать глупости. Вспомни нашу первую встречу, ты испугался и чуть не разнес квартиру брата, хотя тебе ничто не угрожало и мы действительно просто поговорили. Но в твоём воображении уже родились картины, спровоцировавшие реакцию. Точно так же с хайсинцами. Они не знают, чего ожидать, и боятся. У них нет способностей, но есть технологии. Поэтому нужно действовать осторожно. — Мы постараемся, — пообещал Е Цзунь. — Ты знаешь, что температура лавы так высока, что можно приготовить обед? — Он потянул Бай Ци в Долину, в рюкзаке что-то громыхнуло. — Я взял с собой сковородку и котелок, давай проверим эту теорию? На относительно ровной площадке Е Цзунь с помощью силы приманил большой плоский камень и еще парочку поменьше, видимо, собираясь использовать их в роли стола и стульев, и принялся потрошить свой рюкзак. Маленькая сковородка, походный котелок, острый нож, продукты, специи — он выглядел весьма воодушевленным тем, что задумал. — Самый необычный поход в моей жизни. Никогда не готовил еду на лаве. Сковорода была установлена недалеко от разлома с лавой. Е Цзунь ловко и быстро нарезал овощи, установил котелок рядом со сковородой, налил в него воды из бутылки, которая практически мигом закипела: — Давай, бросай мясо и овощи, а я поджарю хлеб. — Работа в полевой кухне не прошла даром? Ты ловко обращаешься со сковородкой. Пахнет восхитительно! Е Цзунь приготовил густую похлебку и разлил ее по двум глубоким мискам, на поджаренном хлебе лежали подрумяненные сардельки и куски расплавленного сыра, который забавно тянулся. — Давай за стол, на природе всегда пробуждается аппетит. — В следующий раз я приглашу тебя. Не обещаю такого экзотического места, но готовлю я тоже неплохо, — Хэй Ци размахивал вилкой с наколотой на неё сарделькой, говорил с набитым ртом и чувствовал себя совершенно счастливым. Когда все было съедено и убрано, Е Цзунь предложил прогуляться. Долина Огня была действительно завораживающей. Да, опасной, да, мрачной, но совершенно неповторимой. Вскарабкавшись на склон одного из холмов, Е Цзунь завороженно взирал на небольшое извержение. Молодой, растущий действующий вулкан отправлял в небо яркую лаву, огненной рекой стекающую вниз, освещая все вокруг мистическим свечением. — Бай Ци, смотри, как красиво! — Очень красиво, — эхом отозвался Хэй Ци. Но он смотрел не на вулкан, а на Е Цзуня, на лице которого отражались оранжевые всполохи, а глаза, казалось, горели огнём. Е Цзунь, почувствовав взгляд, смутился и машинально открыл проход, представив одно из спорных мест, которое не могли поделить яшоу из двух кланов. Это был склон невысокой горы, у подножия которой лежало озеро, формой напоминающее полумесяц. Власти хотели построить там горнолыжный курорт зимой и тропы здоровья летом. А это рабочие места для яшоу, которые будут там жить. Почему он вдруг представил именно это место, Е Цзунь не знал. Найдя в Бай Ци благодарного слушателя, он рассказывал о распрях кланов и попытках их примирить, высказывал свое мнение о том, что бы можно было тут сделать, не забывая интересоваться мнением своего спутника. К закату они вскарабкались на очередную вершину, чтобы понаблюдать, как солнце медленно скрывается за горизонтом, окрашивая небо в золотисто-алые тона. — Невероятно красиво, — Хэй Ци перевел взгляд с багряного солнца на Е Цзуня. — И ты очень красивый. Медленно, давая Е Цзуню шанс отступить, он приблизился, положил ладонь ему на щёку и поцеловал. "Не отказывайся от своих желаний!" Перед внутренним взором Бай Ци предстала фигура Хэй Ци, исчезли цепи и столб. Хэй Ци улыбнулся, махнул рукой и стал исчезать. "Я всегда буду твоей неотъемлемой частью, желания делают нас живыми, не стоит избегать их", — с этими словами он исчез, и Бай Ци понял, что это он обнимает и целует Е Цзуня, а тот, кажется, совсем не против, судя по неумелому, но старательному ответу. — Не думай. Просто расслабься, — Бай Ци развязал узел банданы и запустил руку в волосы Е Цзуня. Е Цзунь не имел богатого опыта поцелуев, но он был любопытен и много читал, так что постарался следовать советам, почерпнутым из сети и услышанным от Вэнь Кэсина, а именно — поддаться желаниям. Поэтому он обнял Бай Ци в ответ и постарался скопировать его действия, чтобы ответить на поцелуй. Целоваться ему понравилось, как и ощущение руки на талии, и второй, которая путалась в волосах, доставляя удовольствие. Е Цзунь услышал глухой томный стон и вдруг осознал, что это стонал он сам. — Не будем торопиться, — Бай Ци медленно отстранился. Он давно отрешился от плотских желаний и сейчас испытывал некоторое неудобство и смущение. Хэй Ци оказался прав, это действительно оказалось свидание. И, несмотря на странную одежду, ему понравилось. — Да, не будем, — согласился Е Цзунь. Признаваться в том, что он понятия не имеет, что и как делать дальше, он, конечно же, не стал. Перенеся их обоих обратно ко входу в парк, он робко улыбнулся: — Ты сказал, что в следующий раз ты приглашаешь. — В следующий раз я готовлю. Не в таком экзотическом месте, как Дисин, всего лишь у меня дома. Надеюсь, ты не будешь возражать? — Нет, не буду, — Е Цзунь всё-таки покраснел. — Я люблю мясо, — доверительно сообщил он. — Я запомню. Позволишь проводить тебя? Такой дивный вечер, не хочу его прерывать. Е Цзунь кивнул. И как только он раньше не замечал, что вечерний город так красив? Они неспешно брели по парку. Бай Ци нашел руку Е Цзуня и переплёл их пальцы, он никак не мог сдержать улыбку. Хотелось подарить Е Цзуню сладкую вату, а потом снова поцеловать. "В следующий раз", — одернул он себя. Мысль о том, что следующий раз будет, грела изнутри. Е Цзунь прислушивался к себе. От руки Бай Ци было тепло, ее не хотелось отпускать, с ним было комфортно и говорить, и молчать. Он не заметил, как они дошли до дома. — Я прекрасно провел время, — набравшись смелости, Е Цзунь поцеловал Бай Ци сам. — Спасибо. Вновь покраснев, он сбежал в подъезд. Е Цзунь казался совсем юным, впрочем, Бай Ци как будто тоже сбросил груз прожитых тысячелетий — впервые за долгие годы он действительно наслаждался вечером, делал то, что хотел, и не испытывал за это чувства вины. Он достал телефон и написал Е Цзуню: "До встречи через неделю. Заеду за тобой в три, любитель мяса". *** Пританцовывая от восторга, Е Цзунь пришел домой. Сбросив одежду и смыв с себя усталость, он, задорно подпевая певцу из плеера, переоделся и закинул запыленную одежду в машинку. Хлопнула дверь, видимо, брат пришел. — Гэгэ! Ты вернулся? — он вышел из ванной. — Как прошел твой день? — День? Хорошо, — кивнул Шэнь Вэй. — Не ожидал, что на лекцию придет столько народу. Ли Цянь сказала, что трансляцию смотрели несколько миллионов человек, что это успех, — он слабо улыбнулся. Мысли были заняты Чжао Юньланем, он мельком видел его, когда подходил к дому. Тот держался за живот, когда садился в машину. И ведь нет надежды, что поедет в больницу, наверняка опять срочные дела. А ведь всего лишь регулярное питание могло бы решить эту проблему. И Шэнь Вэй бы с радостью взял на себя заботу о Чжао Юньлане, но, кажется, упустил свой шанс. — Я рад был помочь, — Е Цзунь просто светился от радости. — А как ты провел время? — явно из вежливости спросил брат, не ожидая того фонтана эмоций, который вывалит на него Е Цзунь. Выговорившись, Е Цзунь обнаружил, что сидит на диване в обнимку с братом и не может перестать улыбаться. — Рад за тебя, диди. Бай Ци показался мне интересным человеком. — Гэгэ, что случилось? Почему ты такой грустный последнее время? Расскажи, может я смогу помочь? — Всё в порядке, правда, — Шэнь Вэй рассеянно поглаживал игрушечного дракона. — Ты очень помог с министром Гао, кажется, договор скоро подпишут. Просто много дел, — Шэнь Вэй вымученно улыбнулся. Он отчаянно скучал по Чжао Юньланю, раньше он думал, что терпеть его заигрывания, не смея ответить, — худшее, что может быть. Теперь же хотел просто его видеть и знать, что он в порядке. Лестничная площадка превратилась в непреодолимую пропасть. — Ты лжешь мне, — спокойно констатировал Е Цзунь. — Я чувствую тебя, забыл? Ты тоскуешь по своему бородатому. Что ты вообще в нем нашел? Лохматый, неряшливый, расхлябанный. Одним словом, страшный. — Это не важно, — Шэнь Вэй поправил очки. — Мы поговорили и решили, что так будет лучше. Чжао Юньлань, — Шэнь Вэй грустно улыбнулся, — кажется разгильдяем, но он занял должность главы спецотдела не за красивые глаза. Он умный, находчивый, нестандартно мыслит, всегда приходит на помощь. Умеет слушать и слышать. Видит суть вещей. Готов пожертвовать всем ради мира во всём мире. И это не просто пафосные слова, он смог зажечь Лампу стража. — Ты его любишь, — сделал вывод Е Цзунь. — Люблю. С тех самых пор, как впервые увидел Куньлуня, — Шэнь Вэй непроизвольно сжал кулон, висящий на шее. — А он сказал, что любит меня. Но есть более важные вещи. — Да что ты в нем нашел? Он же некрасивый! — Ты думаешь? А я нахожу их с Бай Ци очень похожими, как братья. Близнецы фактически. Да, разный стиль в одежде, но всё остальное… — Что? Бай Ци вообще на него не похож! Он ухоженный, красивый, интеллигентный, воспитанный, много знает и умеет! — Чжао Юньлань тоже много знает и умеет, и внешне похож на Бай Ци. Значит, он тоже красивый? Е Цзунь, пойманный в ловушку, надулся и сбежал на кухню. Там, готовя, он бурчал себе под нос, что Чжао Юньлань всё равно ему не нравится, что бы брат ни говорил, и вообще, как можно сравнивать их с Бай Ци? Неожиданно на ум ему пришли слова Вэнь Кэсина, что главное в том, чтобы Чжао Юньлань нравился Шэнь Вэю. От этой мысли Е Цзунь впал в ступор, машинально накрыл на стол, накормил брата, сам поел, не чувствуя вкуса, и, наспех одевшись, ушел, сказав, что ему нужно прогуляться. Е Цзунь умел ходить бесшумно, когда это было необходимо, и вскрывать двери тоже умел. Прогулявшись, он вернулся и, не поднимая шума, проник в квартиру к Чжао Юньланю. Им стоило поговорить.