Не родственные души

Е Цзунь огляделся. Перемыв посуду, развесив чистое белье и проверив почту, он понял, что ему совершенно нечем заняться! Взяв в руки телефон, он написал: “Пусть прошло меньше суток, но я уже соскучился”. "Я сегодня совершенно свободен", — Бай Ци набрал сообщение и быстро закончил совещание с руководством отеля. Он тоже скучал по Е Цзуню, и в любом случае между выслушиванием споров о поставщиках вина и встречей с Е Цзунем выбрал второе. "В прошлый раз место выбирал я, сегодня твоя очередь”. “Если ты ещё не обедал, то моё предложение в силе. Я заеду за тобой и приготовлю мясо." "Нет, только позавтракал, так что с удовольствием. Скажи, как мне одеться?" "Ничего официального, просто и удобно. Будет маленький обед для двоих, а не приём у министра." *** Е Цзунь уже привычно раскрыл шкаф брата, хотелось выглядеть красиво. Чёрные брюки, начищенные туфли, рубашка с закатанными рукавами, легкий пиджак и телефон. Он готов. Перед домом Е Цзуня Бай Ци охватила непривычная робость. Как приветствовать, просто пожать руку? Поцеловать? Зайти в квартиру или написать, что ждёт внизу? Он слишком привык иметь дело с духовными существами, помощниками и подчинёнными. Там всё строго регламентировано и понятно, а как быть сейчас? Он вышел из машины и набрал номер: — Жду тебя внизу. Е Цзунь буквально вылетел из квартиры. Было удивительно осознавать, что можно так соскучиться за один день. Бай Ци стоял у автомобиля, небрежно элегантный и такой притягательный. — Привет, — Е Цзунь улыбнулся, подходя к машине, и, не раздумывая, обнял его. — Привет, — Бай Ци коснулся его губ быстрым поцелуем. Для остального ещё будет время. — Чудесно выглядишь. — Ты тоже, твой вид вызывает желание полюбоваться. Куда мы едем? — Немного прогуляемся по рынку, выберем мясо и что-нибудь ещё, а потом ко мне. — Я люблю мясо. Можно сделать стейки, если есть решетка гриль, я недавно читал рецепт. Свежие и печеные овощи на гарнир и хорошее вино. — Тише, тише, сегодня я повар, а ты будешь сидеть и пить хорошее вино. А потом мы пообедаем. Если хочешь — сделаем стейки, но у меня есть потрясающий рецепт мяса в горшочке. — Хорошо, я буду расслабляться и смаковать вино, а ты — трудиться на кухне. Прогулка по рынку с Е Цзуном напоминала поход в парк аттракционов: он с увлечением рассматривал прилавки, нюхал специи, придирчиво отбирал овощи, спорил с продавцом, решившим их обвесить. Бай Ци прервал спор, отказавшись от товара. Он взял Е Цзуня за руку, и тот сразу успокоился. — Мы не будем потворствовать обманщику, — негромко сказал он, но голос его таинственным образом разнёсся по всему рынку. Вокруг прилавка образовалась пустота. Наконец, все необходимое было куплено. — Теперь можно и домой, — нагруженный пакетами Бай Ци направился к машине. — Вино выберем из моей коллекции. *** Первым делом Бай Ци подвёл Е Цзуня к стеллажу с винами. Зачем человеку с непереносимостью алкоголя богатый выбор вина? Ему просто нравилось коллекционировать, к тому же у него тоже бывали гости, хоть и крайне редко. — Выбирай, что тебе нравится. Е Цзунь внимательно рассматривал этикетки, признаваться, что он мало понимает в алкоголе, не хотелось. Наконец, ему приглянулась бутылка, если судить по этикетке, из Италии, урожая почти двадцатилетней давности. На этикетке были изображены поля с виноградниками, залитыми солнцем. — Хочу попробовать это. — Хорошо, — Бай Ци ловко открыл бутылку, наполнил бокал и указал Е Цзуню на кресло. — Располагайся. Наблюдать за тем, как готовит Бай Ци, было приятно. Он ловко рубил мясо, мгновенно создал маринад для него, откуда-то извлек горшочки, чистил овощи, резал фрукты, рвал листья салата и прочую зелень, толок специи в ступке. И пока Бай Ци священнодействовал на кухне, а Е Цзунь поймал себя на мысли: "Насколько сильны эти руки?" И покраснел он, конечно же, исключительно из-за вина. Бай Ци убрал мясо в духовку, налил себе безалкогольного вина и занял соседнее кресло. — Почему ты меня не боишься? — неожиданно спросил Е Цзунь. — Ты знаешь кто я, кто мой брат, видел, на что я способен, но не боишься? — А должен? — Бай Ци рассматривал Е Цзуня сквозь бокал. — Посланник в чёрном читает лекции в университете Лунчэна, его брат помогает в полевой кухне, чего именно мне бояться? К тому же ты ни разу не спросил, кто я, может быть, это меня стоит опасаться? Ты помнишь нашу первую встречу? — Помню, я думал, брат хочет сдать меня в психушку, — Е Цзунь поежился. — Как ты меня отключил? — С помощью благовония и вот этого, — Бай Ци поднял руку и продемонстрировал браслет. — Думаешь, дисинцы — единственные, кто обладает способностями? Я не умею перемещаться в пространстве или двигать предметы силой мысли, но могу сделать так, — он щёлкнул пальцами, и под чайником зажглась конфорка. — Хочешь чаю? Я могу погрузить в сон того, кому нужна моя помощь, помочь найти его одержимость и справиться с ней до того, как человек превратится в злобного духа. — Мой друг Вэнь Кэсин с виду обычный человек, но он может то, что не умеет больше никто. Он и его партнер стали бессмертными, я восхищаюсь им. Ты тоже особенный, и мне это очень нравится. Ты делаешь нужное дело — я видел тех, кто из-за одержимости прекращал даже отдаленно походить людей, это страшно. Как давно ты этим занимаешься? — Около пяти тысяч лет, точнее не скажу, не помню. — Ты тоже бессмертный? На дисинца ты не похож. — Я не дисинец и не совсем бессмертный. На самом деле я даже не знаю, что будет дальше — я разобрался со своей одержимостью и, наверное, теперь мне не грозит стать злым духом, а вот насчёт продолжительности жизни сказать не могу. Но пока и не хочу загадывать. Всё так быстро меняется. — То есть, ты столько прожил, потому что был одержим? А сейчас, когда одержимость пропала, ты собираешься умереть? — Я не знаю. Это трудно объяснить. Со временем одержимость начинает влиять на жизнь, я свою контролировал, а потом... Мы договорились. Всё оказалось не так страшно, как я предполагал. Я не чувствую в себе никаких изменений, так что, наверное, пока не умираю. — Как ты относишься к боевым искусствам? Вэнь Кэсин говорит, что с их помощью можно существенно продлить жизнь. Учитывая, что он бессмертный, я ему верю. — Как я отношусь к боевым искусствам? Сяо Цзунь, я в одиночку уничтожал целые города. Допускаю, что есть мастера, которые могут сразиться со мной на равных, хотя я знал только одну, которая была лучше меня. — Ты умеешь пользоваться ци? — оживился Е Цзунь. — Вэнь Кэсин объяснял, но я мало что понял. Однако стараюсь повторять все, что он мне показал, и регулярно медитирую. — Разумеется я умею пользоваться ци! Давно не практиковал цингун, большие города не располагают к этому, но, думаю, у меня получится. Е Цзунь был готов засыпать Бай Ци вопросами, но тут духовка издала звонкий звук, сообщая о готовности блюда. — Перебирайся за стол, наш обед готов. Твоё вино отлично подойдёт к мясу, — Бай Ци взял бутылки, оставляя Е Цзуню бокалы. Е Цзунь подхватил хрупкие бокалы из тонкого стекла, поставив их напротив друг друга. Вино красиво играло рубиновыми бликами на свету. — Приятного аппетита, — Бай Ци положил Е Цзуню на тарелку мяса и овощей. Он и сам успел проголодаться и с удовольствием приступил к еде. Готовил Бай Ци замечательно. Е Цзунь наслаждался нежным мясом, овощами, ломтиками сыра разных сортов. — Что такое цингун? Вэнь Кэсин тоже про него говорил, но сказал, что мне еще рано его пробовать. — Это когда ты с помощью ци можешь оттолкнуться и подняться на крышу дома, или перемещаться, отталкиваясь, например, от листа дерева или даже от поверхности воды. Раньше мастера боевых искусств владели цингуном, теперь это искусство считается утраченным. — И ты им владеешь? Ох, как бы я хотел на это посмотреть! А как насчет спарринга? Ты бы указал мне на ошибки. — Ты занимался боевыми искусствами? Можно попробовать, если хочешь. Цингун покажу тебе, если ещё раз попадём в Дисин, там достаточно безлюдно. — В Дисин я могу доставить тебя когда угодно, у меня, можно сказать VIP-пропуск. И я знаю там много безлюдных мест. Хмм, думаю, ты прекрасно смотрелся бы в ханьфу. — Думаешь? — с сомнением протянул Бай Ци. — Мне нравится современная мода. Костюмы — это элегантно. — О, я видел потрясающе красивые и элегантные ханьфу с ручной вышивкой, многослойные, летящие, струящиеся. Великолепное зрелище. Ты высок и строен, думаю, будешь неотразим. — Только если ты тоже их наденешь. У тебя и прическа подходящая. Я подарю тебе заколку. — Хорошо, ради того, чтобы увидеть тебя в ханьфу, я выберу его и для себя. Как считаешь, молочное или цвета слоновой кости? — Молочное. Будет лучше сочетаться с твоими волосами, — Бай Ци поднял бокал. — За будущую прекрасную встречу. Е Цзунь соприкоснулся бокалом, дождавшись тонкого звона, и осушил его. Бай Ци в несколько глотков осушил бокал, мельком удивившись непривычному вкусу вина. Вдруг в глазах у него потемнело и закружилась голова. Он попытался встать, но вместо этого рухнул на стол. Удивившись такому поведению, Е Цзунь подошел ближе, понюхал бокал и понял, что видимо перепутал их, а у Бай Ци, как и у брата, непереносимость алкоголя. Без особых трудов подняв его на руки, он отправился искать спальню, а найдя, обнаружил, что та была обставлена со вкусом и роскошью, так присущими характеру Бай Ци. Огромная кровать могла с легкостью вместить минимум четверых. Осторожно уложив свою ношу поверх покрывала, Е Цзунь невольно залюбовался им. Бай Ци смутно понимал, что его куда-то тащат, хотел было возмутиться, но получилось лишь пробурчать что-то невразумительное. Потом он вдруг оказался в спальне. Надо было что-то сказать, не так он хотел закончить этот вечер. Когда всё-таки получилось открыть глаза, он увидел над собой двоих Е Цзуней и улыбнулся. — Красивые. — Кто? — Е Цзунь осмотрел спальню, кроме них в ней никого не было. — Оба! Чтобы Бай Ци не натворил глупостей, Е Цзунь скинул обувь, стащив ее заодно и с Бай Ци, и прилег рядом. — Хорошо, тогда мы оба будем с тобой. — Нет, — Бай Ци помотал головой, отчего потолок качнулся. — Мне нужен только Е Цзунь! — Я здесь с тобой, — заверил его Е Цзун, беря Бай Ци за руку и притягивая ближе к себе. Бай Ци уткнулся носом в шею Е Цзуня, вдохнул его аромат и заснул, не выпуская руку Е Цзуня из своей.