Из-под земли и с неба, или Если бы Тотошка-3

Приложила его, конечно, не Энни, это немного утешало. Совсем не девчоночий удар - и кажется таким знакомым... По иронии судьбы, Урфин стукнулся тем самым местом, где когда-то долго не сходила шишка от ящика Стеллы. И Энни сверху кричала "Тим!" - последнее, что он услышал, прежде чем отрубиться. Что ж, за четыре года мальчик окреп и набрался сил - а ума, как говорится, не надо. Урфин огляделся по сторонам. Маленькая уютная комната, стол, посудный шкаф. Ткача Ментахо он как-то встретил во время его прогулки, поэтому сейчас сразу узнал. Значит, он в Синем домике, куда так стремился попасть, а теперь уже и незачем, старушка в чепце, вместе с Ментахо не сводящая с него настороженного взгляда - его жена Эльвина, блестящий ящик в углу - таинственная Говорильная машина, а кровать, на которой он лежит, раньше служила Энни. Остаётся надеяться, что уже не послужит. В хорошем смысле. Если его грохот тогда заглушил её писк, если им с Тимом удалось переждать, а затем благополучно прошмыгнуть - то ли потому, что менвиты поверили его слабенькому экспромту про "исчезайцев", то ли просто решили, что ребята сделали это раньше... Будем уповать на то, что так и есть. Хотя это значит, что и свисток, и обруч уходят от него всё дальше. Ну так сам виноват, мог бы вчера выдвинуться, не откладывая. Расплачивайся теперь за малодушие и думай, как попасть в кабинет Баан-Ну без обруча. Однако странно. Выходит, обруч был у Тима ("размашистая пятерня на стекле" - это скорее о нём), а Энни просто сидела и ждала, пока он её освободит, как стереотипная принцесса-пленница? На неё это совсем не похоже. - Ментахо, скажите пожалуйста, - голос Урфина поначалу зазвучал как стон, но быстро окреп, - у Энни был серебряный обруч? Ткач задумчиво покачал головой. О бывшем диктаторе его расспрашивал Ильсор, который пытался понять, чего стоит ожидать от этого мрачного типа с фруктами. Ментахо вываливал ему всё, что знал об Урфине Джюсе, плохое и хорошее - с упором на хорошее, потому что оно было больше на слуху в последнее время. Парадоксальным образом, сидя в плену в Ранавире, он не слышал разговоров, разносимых по всей Волшебной стране вокруг него - о новом предательстве Урфина. Ни от Ильсора, ни от Энни негатива в его адрес тоже не звучало. А сам Джюс его чем-то неуловимым к себе располагал - и не только тем, что у них обоих густые брови срастались на переносице. - Ну а серебряное колечко с рубином? - не отставал Урфин. - Или, может быть, браслет на руке? Ментахо посмотрел на Эльвину, та тоже отрицающе замотала головой. - А свисток хоть был? Мышей она вызывала? Старики заулыбались и радостно закивали, хотя Эльвина - несколько напряжённо. - Угу, - красноречиво добавил Ментахо. Чуднó всё как-то. Если Энни не внедрялась, а действительно попала в плен... Допустим даже, у неё с собой не было обруча. Что проще - вызвать Рамину, отправить её в Изумрудный город, она надевает обруч, который уменьшается под её голову, снова телепортируется по свистку в Синий домик... Энни до такого не додумалась? Предпочла сложа руки дожидаться с обручем Тима? То и другое совершенно "вне характера" Энни, как сказал бы любитель колдовских терминов Гуамоко. Хотя здесь многое "вне характера". Страшила изрекает под видом мудростей банальности, борется со скукой малополезными прожектами вроде канала вокруг Изумрудного города и раздаёт ордена. Железный Дровосек живёт так, как будто в его жизни не было Нимми Эми, а та отвечает ему взаимностью. О Льве все, кажется, вообще забыли. Элли не посещает Волшебную страну, хотя оба её спутника побывали здесь по второму разу, с Энни и Тимом. О самой Озме, то есть Урфине, и говорить не приходится. Как и о "подарках", которые на этот раз привезли из Большого мира. Очень странный и неуютный хронопоток. Но живя в нём вторые сутки, Озма думает не о том, как поскорее отсюда свалить, а перебирает способы одолеть Пришельцев и здесь. Хотя первым делом всё равно Линза. И как раз насчёт неё начинают рождаться некоторые идеи. Удар затылком пошёл на пользу, нечего на Тима сердиться! И кстати... - Ментахо, Эльвина, вас ещё не спрашивали об исчезайцах? Старики удивлённо переглянулись и снова замотали головами. - Отлично. Тогда запоминайте: у нас в Гудвинии (это вы такое дурацкое название дали?) водятся исчезайцы, - Урфин сделал паузу, Ментахо напрягся, чтобы ничего не пропустить. - И они исчезают! Остальное придумайте сами... Если между их рассказами будут расхождения, им скорее поверят. - А теперь главное. Если меня сейчас отпустят, передайте, пожалуйста, Ильсору и Страшиле: я веду здесь свои наблюдения, всё замечаю, ищу способ борьбы с менвитами. Полагаю, нам надо объединить усилия. Если они в этом заинтересованы, пусть со мной свяжутся. - Угу, - заверил его Ментахо. Обед пленникам на этот раз принесла не арзачка Морни (она же, как успел рассказать Ментахо, оператор Говорильной машины), а менвитский повар-распорядитель. Джюс воспрянул духом: менвита в Синий домик погнали наверняка ради него. Но раз ограничились поваром, то скорее всего отпустят. Так и случилось. Однако прежде повар прямо на крыльце учинил ему форменный допрос. По заданию или по собственной инициативе, что-то заподозрив - но Урфин понял, что план, который к этому времени окончательно сложился в его голове, пора реализовывать прямо сейчас. - Почему вы туда полезли? Что искали? - грозно пялился на него повар круглыми жёлтыми глазами. - Выход я искал. Просто заблудился, - бормотал Урфин, старательно бегая по сторонам опущенным взглядом, чтобы даже у инопланетянина не могло не зародиться сомнение в его правдивости. Хотя не заподозрить было трудно уже по нелепости оправдания. - Хорошо, - подозрение во взгляде повара лишь усилилось. - Тачка ваша стоит там, где оставили. Фрукты мы забрали, но в счёт они не пойдут. Это вам будет штраф от генерала, чтобы не лазили, куда не надо. И радуйтесь, что легко отделались! Теперь уже у него взгляд бегал совсем по-земному, и Урфин решил, что содержимое тачки, вероятно, просто размародёрили. Но это неважно - у него появился отличный повод закинуть удочку поглубже. - Скряжничает ваш генерал, вот что я вам скажу! - проворчал он сердито и громко, так, чтобы и часовой на крыльце услышал. - Несчастного изумрудика ему жалко. А того не знает, какие сокровища спрятаны прямо в замке, в тайнике Гуррикапа! - И где же этот тайник? - жёлтые глаза повара превратлись в узкие щели. Часовой тоже внимательно прислушивался к их разговору. - Никто этого не знает, - вздохнул Джюс. - Тайник тщательно замаскирован. Мудрый странник прочёл о нём в старой книге, но до вас в замок никто не пытался проникнуть - боялись колдовства. - Так значит, - осенило повара, - вы этот тайник в башне и искали? - Я выход искал, - повторил Урфин, направляясь к тачке. Ещё в дороге, на полпути к дому, план перестал казаться таким уж однозначно блестящим. Всё-таки Тим чересчур его припечатал, правильно Джюс на него сердился. По замыслу эти двое должны начать потихоньку шарить в замке, привлечь внимание Баан-Ну, он их расколет, заинтересуется слухами о кладе... Но что если заинтересуется сильнее, чем рассчитывал Урфин? Начнёт искать сам, не дождавшись его и не расспросив. И начнёт, чтобы далеко не ходить, с собственного кабинета. Достучится до полости в стене и обнаружит настоящий тайник Гуррикапа. Получится, что сама Озма его к этому и подтолкнула. Нет, должно сработать. Урфин ясно ориентировал их на поиски в этой башне. Она огромная, великанская, шарить долго придётся. На худой конец, пойдут по другим башням. А наугад обстукивать исполинский замок - за такое никто не возьмётся. Если они начнут свои поиски не сообща (зачем с кем-то делиться?), а генерал допросит обоих - это будет уже выглядеть подтверждёнными слухами. Главное, чтобы эти слухи ориентировали его внимание на башню, а уж Урфин, когда всё будет готово, переориентирует. Удочки с крючками он расставит в других башнях, подальше от генеральского кабинета. Главная проблема и настоящее слабое место всего плана как раз в "крючках". О них он и заговорил с филином, едва закатив тачку в сарай. - А что, друг Гуамоко, правильно ли я помню, что камни Гингемы - обычное охранное заклинание? - Угу, - важно кивнул филин. - Только от чужаков и только на вход. - Значит, к местности они не привязаны? Если их, допустим, куда-то перевезти, будут так же охранять новый объект? От чужаков и на вход? Гуамоко удивлённо вылупился на хозяина. - Не привязаны, наверное. Заклинания на местности надо постоянно обновлять, а Гингема этого никогда не делала на моей памяти. - Да понятно, раз уж они после её смерти исправно работают. Но может быть, там какое-то особое злое колдунство? - Не думаю, - филин покачал головой. - К чему такие сложности? Они же поэтому и огромные такие, чтобы никто на них не позарился и не умыкнул. Разве что какой-нибудь великан Дурбан, с Гуррикапа ростом. - Это ещё кто? - удивился Урфин. - Понятия не имею, просто к слову пришлось, для рифмы. Кто и как их перевезёт, ты о чём вообще? - Да я же так, теоретически... На самом деле Озма разбиралась в волшебстве гораздо лучше Гуамоколатокинта. Все охранные заклинания имеют фрактальную структуру и плотно пронизывают материальный объект, на который наложены. Сам объект при этом становится в разы прочнее и крепче, чем был, но отнюдь не абсолютно неуязвимым. И огонь должен действовать на них так же, как на обычные камни. Оставалось выяснить последнюю деталь, в которую всё упирается. - А напомни ещё - что там говорили птицы о сигналах с радаров на систему слежения? Филин прищурился, вспоминая. - Говорили, будто бы они подают ей сигналы двух типов. Тревога с координатами - когда кто-то пересекает охраняемую им границу. Тогда пушка с гор лупит прямо в эту точку, - Гуамоко поёжился, взъерошив перья. - А в полдень и полночь просто сигнализируют, что работают, что их не вывели из строя. - Ты ещё рассказывал тогда, - напряжённо вспоминал Урфин-здешний, - что дуболомы не знали точного времени, когда будет возвращаться Ойххо с гостями из-за гор. Поэтому держали радар выключенным, включали только на время отправки сигналов... - Они даже не сами его включали! Просто оставались возле камня с радаром на случай, если автоматика выйдет из строя и придётся включать-выключать вручную. Но Ильсор собрал для них реле, которое делало это само. Лан Пирот его просто установил. - И оно работало? - Вроде бы да. - А когда Ойххо вернулся и дуболомы ушли, они его отключили? - Вот этого уж я не знаю, - развёл филин крыльями. - Проверять с тех пор дураков не нашлось. "Один нашёлся, - мысленно усмехнулся Урфин. - Вернее, одна". - Послезавтра с утра я планирую прогуляться в те края. Составишь мне компанию? Гуамоко некоторое время молча таращил на него глаза-блюдца. - А кто тебе за огородом следить будет? - сказал он наконец. - Выклёвывать гусениц, птиц отгонять? - Нет - значит, нет. Я просто так спросил. День он оставил себе на серьёзную подготовку к походу. Подбивал обувь шипами, сделал несколько сменных шипованых колёс для тачки, покрасил большой кусок парусины в песчаный цвет. Филин наблюдал за всем этим с гробовым молчанием. Возлагал Джюс на этот день ещё одну робкую надежду. Ментахо должен был уже передать Ильсору его слова. Если они вдруг заинтересовали его (а также Страшилу, Фреда и так далее), у них есть сутки, чтобы с ним связаться. Способы для этого у них тоже есть - мыши, гномы, было бы желание. Дольше суток он ждать не может. Пересидел уже в прошлый раз, упустив Энни со свистком и Тима с обручем. Если оттягивать ещё и сейчас, то Баан-Ну и в самом деле может отыскать Линзу силы вместо мифического сокровища. Хотя Урфин был бы совсем не против отправиться к камню с ветерком на Ойххо, в компании дуболомов под предводительством Лана Пирота (которого сделал в этом хронопотоке из палисандрового дерева вместо головы Тилли-Вилли - и неплохой, говорят, получился учитель танцев, а теперь вот и электротехник по совместительству), чтобы гарантированно включили и проверили реле, а может быть, и со взрывчаткой, которую, по слухам, готовит Альфред Каннинг (ох, не нравится Озме эта взрывчатка, как и оружие, которое они сюда якобы навезли)... Разумеется, никто так и не появился. Ранним утром Урфин снова взялся за тачку, в которую всё было аккуратно сложено ещё с вечера: запас еды и воды на четыре дня (за это время планировал преодолеть перевал и выйти в долину чудесного винограда, где пополнить запасы), пила и топор (дров для костра сбирался нарубить там же), сменные колёса, парусина для тени и маскировки от менвитских геликоптеров, если вдруг появятся. - Не передумал? - бросил филину через плечо. - Стар я для таких приключений, - вздохнул Гуамоко. - А ты возвращайся. И поскорее. Пожалуйста. Урфин едва ли решился бы на подобную авантюру, если бы не категорическое утверждение Виолы, что он (вернее, уже она) отсюда успешно вернётся. Благодаря этой уверенности (нет - знанию...) она рискнула отправить Озму сюда. А значит, незазорно рискнуть и самому Урфину. Это же не просто бессмысленные и опрометчивые поступки совершать, а идти к намеченной цели единственным пока что видимым путём, каким бы опасным он ни был. И здесь знание о будущем, при всей его практической бесполезности, может дать надежду. А точнее, веру. Ну или суеверием, если ты сделал из него неадекватные выводы и полез туда, где тебе никто не гарантировал ни успеха, ни безопасности. В мире Виолы проще - там понятие веры вообще переросли, там руководствуются чистым научным знанием, формализируемым в метаматематических символах и формулах. Но у нас тут свои законы. Хотя по существу это, конечно, одно и то же. Урфин-здешний понятия не имел о дороге, но достаточно удобный маршрут через пару ущелий и перевалов был известен Озме. Теоретически был известен, на карте. В некоторых точках она в своё время побывала с помощью серебряных башмачков и была уверена, что узнает их, не промахнётся. Только к концу второго дня пути до Джюса начало доходить безумие затеи. Нет, он пока что не заблудился в горах и темп держит весьма неплохо, но не разумнее ли будет повернуть именно сейчас, пока не поздно? Неужели нет менее закрученного способа проникнуть в кабинет Бан-Ну? Не ошибка ли это, не дистрактор ли? Как он вообще собирается проделать обратный путь с камнями, даже если реле зачем-то оставили включённым, и его не поджарит лучевая пушка в спину? У него и налегке-то ноги отваливаются. Если бы не упрямство двух хронопотоков в одной башке, здравый смысл мог бы и победить. А так Урфин лишь плюнул под ноги и быстро покатил тачку вперёд. На третий день, когда возвращаться было уже однозначно поздно, он то и дело глядел в небо, высматривая Ойххо с дуболомами. Это стало какой-то навязчивой идеей. В самом деле, разве не доказал он мирозданию свою готовность и непреклонность? Почему бы не пойти ему навстречу и не подвезти, а главное - избавить от страха перед радаром. Что за фигня, мироздание?! И когда вместо дракона его взгляд выхватил в вышине пушку на горном склоне, направленную в сторону пустыни, накатило отчаяние. Если ему не будет ясного знака, что реле работает, он дойдёт до долины, затарится виноградом и вернётся обратно. Хватит! Он всего лишь маленькая девочка в чужом теле, напрочь лишённая волшебной силы и, в отличие от прошлой своей сквибанутости, без друзей вокруг. Его не хватает на "прыжок веры" выше головы. Но стоило Урфину оттолкнуть в сердцах тачку, устраиваясь на очередной привал, как на скале, к которой он в изнеможении прислонился, возникло из пустоты удивительное создание. Из крапчато-коричневого бычьего туловища вырастала длинная шея, покрытая разноцветными перьями, с высоты которой на Урфина сочувственно глядела голова с приплюснутым закруглённым клювом. Существо возлежало на камне, прижимая к боку длинное острое крыло, второе же безжизненно свисало со скалы и казалось подбитым. - Ты дошла до этого места, принцесса, - будничным тоном, словно продолжая прерванный разговор, сказала невидаль. - А значит, дойдёшь и до конца. - Что-то сильно сомневаюсь, - хмыкнул Урфин, который счёл за лучшее ничему не удивляться. Но всё-таки не удержался от вопроса: - Откуда тебе известно, кто я на самом деле? - Мне известно неизвестное тебе и неизвестно известное тебе. Твоё будущее - моё прошлое. Моё будущее - твоё прошлое. - Ты контрамот? - догадалась Озма. - Именно так. Мы, Ара-Оксы, живём в направлении, противоположном вашему, но прерывно. Ровно в полночь переносимся не в завтрашний день, а во вчерашний. - Но ведь я не из этого хронопотока и собираюсь его покинуть... - Это не имеет значения. Я не нарушу хронобезопасность, если скажу, что знаю о тебе от Стеллы. Кстати, в Розовую страну мы не летаем. "Намекает, что я буду расколдована, а Стелла освобождена, - поняла Озма. - Значит, Стелле станет известна правда об Урфине Джюсе? Откуда и как?" Но спрашивать такое бесполезно. Да и волновало её сейчас больше другое. - Значит, я правильно иду? - Путь один, и он правильный всегда, - ответил Ара-Окс. - Это я и сама знаю, - буркнула Озма. - Реле на радаре включено? - Было включено. - Прости, но можно ли чуть расширить ответ? Хотя бы на одно слово. - Было включено мною. Не сегодня. - А-а, - понимающе протянула Озма. Кое-что начало проясняться. - Остальное не имеет значения, принцесса. Следуй этой частью Пути без колебаний. - Нет, имеет. Как тебя зовут? - Крон. - Что у тебя с крылом? Помощь нужна? - Всё в порядке, принцесса. Теперь уже всё в порядке. Спасибо за заботу, - ответил Ара-Окс и растаял в воздухе так же внезапно, как появился. Или просто стал невидимым, что намного правдоподобней. В отличие от придуманных Урфином исчезайцев, прерывные контрамоты могут переноситься в любую точку пространства только в полночь, переносясь во времени. Урфин подхватил тачку и быстро покатил вперёд от скалы. Мироздание порой загоняло Озму в тупик своим чувством юмора: оно редко даёт ответ так, как ожидаешь его получить. Но даёт всегда. Особенно если учесть, что "Жди завтрашнего дня, делай своё дело и не страдай фигнёй" - тоже вполне себе ответ. В долине чудесного винограда Джюс провёл больше суток, приходил в себя и набирался сил. В основном, моральных. Рубка дров и сбор винограда входили в программу активного отдыха. К камню отправился с рассветом предположительно кратчайшим путём, имея примерное представление о том, где он должен находиться. Из долины его, конечно, видно не было. К вечеру замаячил вдали, позволив скорректировать курс, и вскоре растаял в чернильной ночи, которая несла в пустыню долгожданную прохладу. Урфин разбил палатку на ночлег. Сна не было. Виноград чудесным образом снимал усталость. Поэтому рёв в ночи и ослепительная вспышка впереди вырвали его не из дрёмы, а из раздумий. Луч хломпупатора с горной вершины ударил прямо в направлении Чёрного камня. Всё утро Джюс не высовывал носа из-под тента, которым накрыл и тачку. Оставалось надеяться, что с воздуха он сольётся с песком. Но никаких машин так и не появилось. К полудню он осмелел, приблизился к скале на пару миль, оставаясь всё ещё на солидном расстоянии, снова раскинул тент. Если ночным ударом повреждён радар, то в полдень это станет понятно, когда на систему слежения не придёт сигнал. Так что начиналась вторая волна тревожного ожидания геликоптеров... но оно снова окончилось ничем, а с ним окончательно ушёл страх. Когда спустя несколько часов Урфин добрался до Чёрного камня, то увидел отколотый от него огромный кусок. Луч пушки с горной вершины ударил довольно далеко от радара, поэтому тот не имел видимых повреждений и, судя по всему, продолжал работать. Место скола было оплавлено как на самой скале, так и на обломке, на котором, однако, поверх копоти проступили глубокие трещины. Так же, как и на скале, они чётко складывались в кривые буквы "Гингема". Рядом лежало огромное синее перо, обгоревшее с одной стороны и наполовину засыпанное песком. Джюсу была совершенно ясна картина того, что произошло этой ночью. В полночь Ара-Окс Крон, совершая прыжок во вчерашний день, перенёсся к камню и включил реле. Луч, однако, успел задеть ему крыло, прежде чем он исчез для наступивших суток. Обложив обломок дровами, Урфин разжёг костёр. Перо хотел закопать в песок, но передумал и положил в тачку. Костёр разгорелся на славу. Языки пламени доходили почти до вершины большой скалы, до платформы с радаром. Вдруг надпись "Гингема" на обломке начала расплываться и пропадать. Урфин успел не на шутку испугаться: не записана ли в заклятие функция самоуничтожения при успешной попытке расколоть камень? Но когда дрова полностью выгорели и огонь погас, сквозь горячую золу виднелись грозные буквы - как на самом обломке, так и на каждом из отколовшихся от него осколков. Дождавшись, пока камни остынут, Джюс уложил в тачку десяток булыжников поменьше и быстро, насколько позволял тяжёлый груз, покатил её к горам. Долго оставаться у Чёрного камня было опасно: хотя полуденный сигнал убедил менвитов, что радар работает, они обязательно проверят, на что сработала тогда система и в каком состоянии радар после того, как хломпупатор ударил по самой скале. Перо Ара-Окса бесследно исчезло из тачки ровно в полночь. Как и следовало ожидать. Путь с камнями в долину занял по песку гораздо больше времени, с двумя ночёвками. По горам - пять с половиной дней. На скале, где его в прошлый раз встречал Крон, Урфин размашисто написал "Спасибо". Если Ара-Окс бывал здесь раньше, то увидел и догадался. А скорее всего, так и было, поскольку он знал, что ждать Джюса надо именно здесь. Всю оставшуюся дорогу Урфин снова поглядывал в небо, надеясь увидеть там уже не Ойххо, а Крона. Но увидел лишь геликоптер, летящий в пустыню. Что-то долго раскачивались! Интересно, они ограничатся облётом и беглым наружным осмотром или всё-таки обнаружат работающее реле? Но это уже не его забота. Даже если обнаружат, то решат, что луч испепелил того, кто его устанавливал. - Ой, хозяин, тут без тебя столько всего произошло! - встретил его с порога Гуамоко. - Пришельцы решили напасть на Изумрудный город... - Этого следовало ожидать, - сердито проворчал Урфин, разгружая чудом не развалившуюся тачку. - Их не надо было злить со всякими Днями Безумия. Мы в своём хронопотоке это вовремя поняли. - Чего? - вытаращился филин. - Неважно, продолжай. - А всё уже! - Что - всё? - у Джюса похолодели ноги от предчувствия большой беды. - Нет-нет-нет, в хорошем смысле "всё", - поспешил успокоить его Гуамоко. - В хорошем не для Пришельцев, я имею в виду. В Изумрудном городе об этом узнали, и Страшила догадался позвать на помощь Летучих Обезьян. Лучше них с этими адскими вертушками никто не справится. Карфакс ещё предлагал помощь своего племени, но Гигантские орлы - слишком уязвимая мишень для их лучемётов, ты же понимаешь. - Это да. А с Обезьянами-то они как связались? - Через Стеллу, конечно. Отправились к ней на драконе Ойххо - Железный Дровосек, Энни и Тим. Ну а она уже послала им какой-то знак. Летучие Обезьяны признательны ей за возвращённую свободу и считали себя в долгу перед ней. Хотя теперь они его вполне оплатили... - Что, много погибло? - понял Урфин. - Говорят, было настоящее кровавое месиво прямо в воздухе! Ты же знаешь, какие отчаянные бойцы эти Обезьяны. Половина машин Пришельцев разбита, много погибших и раненых. Но и Обезьян полегло немало. Они же бросались прямо сверху на винты, ломали лопасти - ну и многих попросту рубило пополам. Кое-где, птицы рассказывали, в обломках так всё обгорело, что не понять, где Пришелец, а где Обезьяна. Так вместе и хоронили... Филин, казалось, был готов ещё долго смаковать подробности, но Урфин резко его перебил: - Море крови, слёзы с обеих сторон... Война, по сравнению с которой мои марранские походы - детская игра с синяками и шишками. И дальше будет только нарастать... Почему Стелла не предложила им другие варианты? Хотя что она там могла взаперти в Розовой стране... - Тебе тоже известно, что Стелла заперта? - изумлённо вылупился Гуамоко. - От Гингемы? - Неважно, - отрезал Джюс. От Гуамоколатокинта в Озмином хронопотоке он знал, что тому самому известно не многое. Знает, что Стелла пыталась защитить Пасторию, об Озме совсем не в курсе. - Битва же была уже с неделю назад, да? - теперь понятно, почему не сразу нашёлся геликоптер для проверки радара - не до того им было. - Угу. А позавчера тебя этот Ильсор разыскивал. Он, оказывается, знает наш язык и знает, что животные у нас разговаривают. Я сказал, что ты ушёл, но, может быть, вернёшься. - Очень оптимистично! - хмыкнул Урфин. - Нет, Ильсор - это хорошо... Весь день он чинил тачку, а утром, нагрузив её овощами и фруктами поверх камней, покатил в Ранавир. Боялся, что после случившегося его захотят обыскать, но до сих пор, видимо, не утратил доверия. А почти сразу за воротами его встретил Ильсор. - Я провожу вас к генералу. - Не возражаю. Но наверное, не самым коротким путём, да? Вы ведь хотите мне что-то сказать... а я хочу по дороге кое-что спрятать. - Да, мне надо с вами поговорить, Урфин. Я слышал о вас много разного и противоречивого, а из слов Ментахо понял, что вы "третья сила", которая хочет нам помочь, но не связана с Изумрудным городом. Возможно, я сейчас совершаю большую ошибку, но мне больше не к кому обратиться. - Так, прелюдия ясна, теперь ближе к сути, пожалуйста. - Альфред Каннинг дал мне мину, чтобы я установил её на борту "Неуловимой"... - Он с ума сошёл? - Урфин от неожиданности возмутился во весь голос и, спохватившись, перешёл на шёпот. - Это вот чем он занимался тут почти месяц? Ильсор замотал головой: - Нет, основной его план - напоить менвитов Усыпительной водой из Пещеры... - Тоже не ахти идея, - проворчал Урфин. Ильсор продолжал: - Но во время приземления "Неуловимой" вода ушла. До неё пытаются добраться, тем более, что-то подобное больше десяти лет назад уже было, но пока что никаких результатов. А после разгрома операции "Страх" он боится реванша и эскалации. Сейчас менвиты пока что приходят в себя, но неизвестно, что предпримут завтра... - Ну а что же вы, Ильсор? Вы ведь понимаете, что взрывчатка не будет разбирать, кто менвит, а кто арзак. И кто заложники в Синем домике, кстати. А что ваше подполье? Какова вообще его цель? Я ведь знаю, что больше половины арзаков здесь - его члены... Вопрос "Откуда?" так и завис в антрацитовых глазах арзака. О подполье он не говорил никому из землян, потому что Морни не поддержала решения вступить с ними в союз. Ещё сильнее удивил бы его честный ответ - нет, он рассказывал о нём Железному Дровосеку, только не в этом хронопотоке. Но не было ни ответа, ни вопроса. - Цель подполья здесь - провалить разведэкспедицию "Неуловимой". Добиться того, чтобы свернули проект завоевания Земли. Это дестабилизирует политическую и экономическую Систему на Рамерии, что даст возможность арзакам совершить революцию. Башня падёт. Излагать подробности было бы слишком долго, да и не думаю, что они вам нужны, но в целом план таков. - А как именно провалить - зависит от обстоятельств? - Совершенно верно, - кивнул Ильсор. - И подрыв корабля с экипажем был в числе рассматриваемых вариантов. И все члены подполья знали, на что шли. Поэтому если бы дело было только в этом, я бы не колебался. - А в чём ещё? - нахмурил Урфин сросшиеся брови. - Видите ли... Альфред... он не до конца понимает последствия взрыва. Земная наука ещё недостаточно продвинулась в изучении строения вещества и принципов, на которых работает двигатель "Неуловимой". Если на борту произойдёт взрыв... на мили вокруг всё превратится в пепел, на многие десятки миль будет заражено радиацией. - Что это значит? - Люди и животные начнут болеть. Сильно болеть, Урфин. Умирать в мучительных болях. А потомство рождаться уродами. И вся ваша чудесная страна будет обречена на вымирание. Урфин зло усмехнулся: - Боюсь, Ильсор, вы и сами понимаете последствия не до конца. Вот это всё, что вы видите вокруг - вечное лето, говорящие животные, всякие чудеса вроде живых искусственных существ или обруча-невидимки - откуда оно? - Ну, мне рассказывали, что много тысяч лет назад вашу страну сделал Волшебной хозяин этого замка... - Правильно. Я вас тоже не стану грузить подробностями, потому что они посложнее рамерийской политики будут, но суть в том, что магическую разность потенциалов создаёт размежевание полюсов Порядка и Хаоса. Хаос заточён в огромной подземной пещере - не той, о которой вы могли слышать от Альфреда и Ментахо, то всего лишь сравнительно небольшая верхняя камера. На самом деле там полость под большей частью Волшебной страны, а главная связь с поверхностью - здесь неподалёку, под Утёсом Гибели. Если взрыв будет такой силы, как вы описываете... Возможно, купол Подземья и выдержит, полстраны не провалится в тартарары. Но уж Хаос точно выйдет на поверхность, и тогда... Все животные станут немыми и неразумными, правитель Изумрудного города превратится в мешок с соломой, волшебницы Жёлтой и Розовой стран - в мумифицированные трупы. Ну и плюс все те прелести, о которых вы рассказывали. Но они в масштабах планеты не так фатальны, как уничтожение последнего оазиса сказки и волшебства. - Я понимаю, - вздохнул Ильсор. - Понимаете? Так какого же, спрашивается, рамерийского Гван-Ла вы с Альфредом считаете себя вправе распоряжаться судьбой моей страны? Чем вы тогда лучше Баан-Ну?! - Но ведь если на кону стоит судьба всей вашей планеты... - Планеты? Мы от этой планеты огородились горами и пустыней, чтобы к нам не лезли некоторые "блага" её цивилизации! А вы нам тут чего навезли? - Урфин продолжал кричать и не мог остановиться. - Угробите сначала нас, а потом и планету. Признавайтесь - кому пришла в голову столь "блестящая" идея послать в Канзас за оружием из Большого мира? Неужели Страшиле? Ильсор опустил голову: - Признаться, мне... - Вам? - Урфин всё-таки заставил себя понизить голос, чтобы не привлекать внимание менвитов. - Вы гений, Ильсор! Сумеречный гений! - Просто, я тогда ещё мало знал об особенностях вашей страны. Поделился своими соображениями с Ментахо, а он передал гномам... - Как это Каннинг ещё не додумался вооружить своими револьверами и ружьями Летучих Обезьян? - не мог успокоиться Урфин. - Или просто времени не было обучить их стрелять? Мироздание всё-таки хранит нашу страну. - Я в самом деле не хотел... - Понимаю. Поэтому будем разгребать ваши косяки вместе. Ну и планету спасать, чего уж там. Но для начала давайте спрячем эти камни. Баан-Ну лично встретил Джюса перед замком и не скрывал своей радости. - Что-то давненько вас не видать было, Ур-Пин! Я уж волноваться стал. - Я, ваше высокопревосходительство, целебные растения искал для ваших раненых. Женьшень, мандрагора... Он действительно захватил несколько десятков корешков - повод навестить Лон-Гора. Лазарет ведь находится на противоположном конце замка от кабинета Баан-Ну. Так что по пути можно было бы присмотреть укромные местечка для камней, а если повезёт, то и разместить. Приветливость тотчас испарилась из жёлтых глаз генерала, которые начали наливаться гневом: - Вы пришли сюда распространять слухи и фейки вражеской пропаганды? Дискредитировать нашу армию? Раненых у нас было раз-два и обчёлся, и те давно в строю! Джюс почтительно склонил голову: - Просто слухи ходили - совсем не вражеские, а среди ваших же - что после Дней Безумия Вещей у вас с лекарствами проблемы. Кое-какие подробности Ментахо ему тогда успел рассказать. - Всё у нас в порядке с лекарствами! Если что - запасные установки для химического синтеза на борту имеются в сжатом виде, а уж протоформы будут не по зубам этим мелким тварям, любителям грызть чужие гениальные рукописи! - генерал запнулся, осознав, что слишком разоткровенничался перед беллиорцем, а главное - дал волю эмоциям. Резко перешёл на шёпот, склонившись над самым ухом гостя. - А вот насчёт слухов - что вам известно о сокровищах, которые якобы спрятаны в замке? Урфин, которого всё ещё трясло после разговора с Ильсором, внутренне возликовал. Прикорм подействовал, пора расставлять удочки. - Да что известно, ваше высокопревосходительство? Ничего и не известно. Люди болтают, что тайник находится в одной из башен. - То есть неизвестно, в какой именно? - уточнил генерал. Кажется, поиски до сих пор не вышли за пределы той башни, где прятались Энни и Тим. Это хорошо. Главное, чтобы в собственном кабинете от отчаяния искать не додумался. Но видно, не до того было с операцией "Страх" и её последствиями. - Неизвестно. А только известна верная примета: тайник спрятан за камнем с надписью "Гингема"... Расставлять удочки предстояло Ильсору, который взялся за дело с энтузиазмом. - Просто мысленно приказать камню охранять место за ним? Неважно, какими словами? - Да. Никаких особых слов не нужно - заклинания в самих камнях. Только намерение, интенция. - А тайник с Линзой точно в том месте, где вы отметили? - Ильсор внимательно рассматривал рисунок, прежде чем уничтожить. - Да, я это место хорошо помню. Оно в любом случае простукивается. Когда Баан-Ну прилипнет к камню, время вскрыть тайник у вас будет. Самое главное - ни в коем случае не заглядывайте в линзу. Даже не смотрите в её сторону, сначала тщательно укутайте тряпками. Я не хочу вас заранее обнадёживать, но очень вероятно, что именно в ней решение наших общих проблем. Договорились встретиться через три дня в павильоне Гуррикапа. В Ранавире Урфину появляться после того, как генерал клюнет на крючок, было бы опасно - большие шансы оказаться под подозрением. Ильсор заверил, что сможет оттянуть установку мины ещё на три дня. А к концу второго дня, когда Урфин отдыхал после огорода в хижине у реки, поток его раздумий прервал тонкий мышиный писк. Он скосил взгляд на голос, и в тёмном закутке блеснула крошечная золотая корона. Рамина! - Я пришла к вам по поручению феи Энни, - важным тоном заявила мышиная королева. - От Энни? - изумился Джюс. - Погодите, кажется, я понимаю... Она запомнила имя, которым я назвался тогда в башне? И назвала его Стелле, когда была у неё? А та сказала ей поручить мою проверку вашему величеству? - Да, да и да, - кивнула мышка, и требовательно уставилась на него чёрными глазками. По лицу Урфина впервые за много дней расплылась счастливая улыбка. Милая умненькая Энни не разочаровала и не подвела.