Из-под земли и с неба, или Если бы Тотошка-3

Занося в анналы Волшебной страны цепь последовавших трагических событий, гномы-летописцы с горечью отметят фатально потерянное время, которое можно было бы плодотворно использовать на подготовку к их встрече во всеоружии. Только благодаря счастливой случайности, любопытству одной белки, рассказавшей двум рамерийцам о замке Людоеда, Изумрудный город оказался в курсе планов Руггедо - и всё же, по большому счёту, вторжение застало его врасплох. Иные потом говорили, что как раз эта осведомлённость Страшилы и спровоцировала преждевременное вторжение, а заодно новую расстановку сил, где Руггедо уже оказался задвинут на задний план; им возражали, что при должной подготовке самой Пещеры и полной неосведомлённости "верхних" о её планах последствия для Волшебной страны были бы куда печальнее, да и для Баан-Ну с симбионтами больше времени означало бы больше возможностей подмять под себя рудокопов. А в итоге неготовые напали на не закончивших подготовку. Как обычно, в досужие рассуждения на тему, как могло бы быть, почему пошло не так и по чьей вине, станут пускаться тем охотнее, чем меньше конкретного вклада внесли в реальную историю и единственный актуальный хронопоток. Так было всегда и везде - и в Большом мире, и в Волшебной стране. И даже на Рамерии. А вот неосмотрительность Руггедо, пожалуй, не стоит относить к случайностям. Оставить курьера Вереса в замке с подробными указаниями на случай, если Руф Билан со спутниками не вернутся к оговоренному сроку, и совершенно не проинструктировать, что делать, если в это время в замок вдруг заявятся незваные гости - это для самоуверенного деревянного клоуна было не случайным, а вполне закономерным. Жизнь не раз щёлкала его по длинному носу, но так ничему и не научила. Ему казалось, что всё у него под контролем, что все неудачи - досадные недоразумения, кочки под ногами на неотвратимом пути к победе. Или чьё-то внезапное предательство, которое он не успел распознать при всей своей проницательности. Совсем недавно он растерянно блуждал в трёх залах, не имея никакого плана действий - но стоило плану нарисоваться, как сомнениям в его успехе не нашлось места. А уж предположить, что кто-то нагрянет в замок, когда после того визита Железного Дровосека никто три года носа не казал... На худой конец, Верес и так знает, что в отсутствие хозяев не должен пускать в замок ни людей, ни животных, ни инаниморфов. Вот только о звёздных пришельцах ему ничего не говорили. А тут заявилось перед мостом что-то непонятное, четвероногое, двурукое и двухголовое. Одна голова на человеческую похожа, другая не очень. Когда тебе вместе с лицом стесали весь интеллект, оставив установку на подчинение - а подчиняться некому, и некого спросить, и надо принимать какое-то решение... Вот Верес и решил для начала выяснить, с кем имеет дело. Ответ поставил его в очередной тупик. Пришельцы со звёзд - не люди, не животные и уж точно не искусственные существа. Как быть? Но, к счастью, им только цепь разбить надо, разобьют и сразу уйдут. Он даже в замок их всё-таки не впустил, вынес инструменты. Они и не возражали. - Так что вы решили, Кау-Рук? - спросил Ильсор, разминая затёкшее запястье. - Идём вместе в Голубую страну? - А вам моё общество разве ещё не надоело? - ехидно поинтересовался менвит. Арзак пожал плечами: - Какое это имеет значение? Нам надо как можно скорее вернуться в Ранавир, пока наши и ваши не натворили глупостей. - Правильно. Но смотрите: отсюда до этого Бериллового города не так уж далеко. А судя по вашим же рассказам, невидимый купол нам поставила скорее всего сама Озма... - Пожалуй, да. В Голубой стране, по словам Дровосека, магией никто не владеет. - Ну и зачем тогда нам вдвоём туда переться? Вы идите на юг, к своему знакомому Дровосеку, а я на север. Пусть Озма получит интересующие её ответы из первых уст, а не по птичьей эстафете. Благо, теперь я смогу их дать на понятном языке. Или боитесь, что настрою её против арзаков? - Я исходил из того, что вдвоём как-то безопасней, - поморщился Ильсор. - Но возможно, вы и правы, так время выиграем. И уж точно отдохнём друг от друга! Они разошлись в разные стороны по Жёлтой дороге с нескрываемым взаимным облегчением. А два дня спустя Железный Дровосек, выслушав Ильсора, обеспокоился происходящим не столько в Тайном Лагере, сколько совсем в другом замке. Почему Верес там был один и выглядел по описаниям арзака так странно? Похоже, эти хитрецы додумались стесать курьеру прежнее лицо, лишив его характера и памяти, а затем убежали. Но зачем им куда-то срываться из замка, который официально признан их суверенным владением? Возможно, они просто по какой-то причине не хотели показываться пришельцам на глаза и впускать их на территорию замка. О том, что необычный внешний вид и поведение Вереса могут всплыть в их рассказе и вызвать подозрение, как-то не подумали. Дровосек ругал себя за доброе сердце и чрезмерное доверие. Конечно, бывший замок Людоеда находится далеко за пределами Голубой страны, а значит, его формальной ответственности, но ведь решение отдать его Кабру Гвину и Энкину Фледу, приставив к ним курьера Вереса, принимал именно он. И за три года уж можно было бы поинтересоваться, как там дела. Не то, чтобы совсем не вспоминал, но успокаивал себя тем, что Озма присматривает за ними по ящику. А если не присматривала? У неё и без того забот полно. - Я должен проверить, что там творится, - сказал он Нимми Эми. - Только дуболомов возьми, - сурово напутствовала его мудрая супруга. Ник так и сделал. Помимо капрала Ватиса и двух солдат зелёного взвода, бессменно трудившегося в стране жевунов с тех пор, как был оставлен здесь Урфином перед походом на Бастинду, он прихватил с собой ещё и курьера Чумака в качестве разведки. Верес пытался оказать сопротивление, но силы были явно неравны - Железному Дровосеку даже стыдно стало, что так перестраховался. Изуродованное лицо Вереса глядело на него тупо и угрюмо, с признанием полного поражения. И молчало, игнорируя все вопросы. Кто-то над ним хорошо постарался. На первый взгляд плёвое дело - вырезать маску равнодушия и покорности. Но эта пародия на человеческое лицо, вольно или невольно, выражала такое глубокое презрение к людям и вообще разумным существам... Страшно даже представить, что творилось на сердце у её автора. Если, конечно, оно у него есть, это сердце. Уже несколько минут Дровосек нерешительно зависал над Вересом с остро наточенным топором. Требовалось вернуть этому лицу осмысленность и индивидуальность как можно меньшим количеством штрихов, чтобы он при этом не утратил память, как при первой переделке лица на доброе. Очень сложная задача. Озме, может быть, и удалось бы, но с тех пор, как Ойххо вернулся с письмом из Подземья, от неё никаких вестей. Приходится рассчитывать исключительно на свои силы. И Дровосеку почти что удалось справиться с неподъёмной задачей. Увы, только "почти". После исправления лица Верес помнил и рассказал о коварном нападении Руггедо, о Руфе Билане, ожидавшем в подвале замка пробуждения после Усыпительной воды, о том, как с помощью экстракта ему частично восстановили память. Помнил и о том, как по заданию Руггедо, отложенному на несколько дней из-за появления Звёздных Пришельцев, Билан вместе с Энкином Фледом и Кабром Гвином отправились в Пещеру шантажировать подземных рудокопов; как он, Верес, должен был, если они не вернутся в оговоренный срок, отправиться в Изумрудный город и рассказать Озме нечто важное; как затем через мажордома Калико получил новую инструкцию - оставаться в замке и ждать отдельного приказа, потому что Озма покинула Волшебную страну в неизвестном направлении. Лишь память о том, что именно должен он был рассказать Озме, бесследно исчезла под ударами топора Железного Дровосека. Новость понеслась птичьей эстафетой в Изумрудный дворец, где в это время члены Малого совета Озмы вместе с Кау-Руком ломали головы над проблемой, в которую вляпались пришельцы. О менвите птицы их тоже известили заранее, так что Страшила в Красной карете, которую Озма на время своего отсутствия предоставила в его распоряжение, успел его встретить прямо за паромной переправой. И конечно, ещё в дороге Кау-Рук был введён им в курс дела: Озма покинула Волшебную страну, кроме неё в заклинаниях купола едва ли кто-то разберётся. Может быть, Стелла, но надежда на это довольно слабая. И самое печальное: после того, как был поставлен купол, розовый ящик перестал показывать Ранавир и его окрестности. - Я мало что смыслю в волшебных вещах, - объяснял Страшила, которого высоко подбрасывало на рессорах, под перезвон бубенчиков на шляпе, - но так, рассуждая логически: если даже кристаллы Баккара его не пронзают, значит, там очень сильная магия. Самого Гуррикапа, создателя Волшебной страны и хозяина замка, который вы ок-ку-пи-ро-ва-ли. Озма говорила, что справилась с этими заклинаниями только потому, что к ней три года назад перешла часть силы от его книги, раз-бло-ки-ро-ван-ной в рубине серебряного обруча. - Значит, мы пока не можем не только проникнуть за купол, но и узнать, что там происходит? - расстроился Кау-Рук. Неопределённость угнетала его сильней, чем плохие известия. Последующее обсуждение проблемы с Малым советом тоже вышло не особенно продуктивным. Согласились, что надо послать Кагги-Карр в Розовую страну. - А если уж Стелла не сможет ничего посоветовать, - добавил Страшила, - тогда обратимся к Виллине. Может быть, найдёт что-то в своей книге. - Ой, я вас умоляю! - насмешливо фыркнула Флита. - Эта книга уже отправила Озму непонятно куда, мы без неё теперь, как без рук... - Ша, Белоснежка, не кипятись, - одёрнул её Кастальо. - Какого бы туману её предсказания ни нагоняли, но до сих пор никого ещё не подвели. - Да знаю, Озма тоже так говорила, - проворчала девушка. Во всём дворце одному только Кастальо удавалось её урезонить. Озма не в счёт - при общении с ней Флита просто продолжала робеть и превращаться в прежнюю зашуганную мышку, хотя в последнее время это было уже не так заметно. Тут-то в окно и влетел зяблик-гонец с орнитограммой из Людоедова замка. Которая озадачила всех (за исключением разве что Кау-Рука, остававшегося вне контекста событий трёхлетней давности), но не напугала даже Балуоля. Лишь фельдмаршал Дин Гиор для порядка нахмурил брови: - Что-то Руггедо опять затевает... - Так ведь не против нас, а против рудокопов, - пожал плечами Фарамант. - Грозится рассказать о них Озме что-то такое, что ей не понравится. Может быть, это рудокопы против нас что-то затеяли? - Не похоже на них, - возразил Страшила. - Тогда, у Подземного моря, Хранитель времени Ружеро и летописец Арриго не знали, как от нас отделаться, лишь бы только мы оставили их в покое. Но чего они могут так бояться, какую страшную тайну не должна узнать Озма? - иголки и булавки уже лезли во все стороны из его головы, и Кау-Руку, который ещё не привык к этому зрелищу, оно продолжало казаться жутковатым. - Они нарушили своё обещание не причинять зла Астерро и Люции? Они не могли его нарушить, потому что скрепили клятвой. А больше они нам ничего не обещали, и ни о чём мы с ними не договаривались. - Может быть, Руггедо просто блефует? - предположил феникс Гудвин. Уж он-то знал толк в блефе и пускании пыли в глаза - с тех ещё пор, когда безжизненной куклой с верёвочками изображал на троне Великого и Ужасного. - Тогда бы он и не посылал Вереса к Озме с этим самым ком-про-ма-том на рудокопов. Нет, вероятно, ему в самом деле есть что сказать. Я бы даже предположил, что он ищет союзников - то ли рудокопов против нас, то ли наоборот, как получится. А что, прошлый раз он ведь пытался объединиться с нами против Бастрахны, только Энни с Авралом её раньше ней-тра-ли-зо-ва-ли. Дин Гиор задумался: - Ладно, Бастрахна. А что ему делить с подземными рудокопами? Как я понимаю, Подземье достаточно обширно, места всем должно хватить... - О! - Страшила многозначительно поднял вверх пухлый перчаточный палец. - Труба! Полая Труба, она же син-хро-тун-не-ль. Находится где-то на территории, подконтрольной Семи подземным королям, куда не может попасть Руггедо из-за охранной магии Балланагарской короны. Но почему-то очень стремится. - Это ведь именно туда отправилась Озма? - Совершенно верно. И это может быть как-то связано. Озма даже допускала, что под "владыкой Подземного моря" из предсказания книги может подразумеваться Руггедо, которому за эти три года удалось им овладеть. - Без пояса, без волшебства? - усомнился Кастальо. - Смог же он без всякого пояса задурить головы трети вашего народа, - отпарировал Страшила, и гному не нашлось, что возразить. - Получается, и приказ Вересу отменили именно потому, что Озма уже там? - предположил Фарамант. - И нам тогда не о чем волноваться? Дин Гиор был далёк от такого оптимизма. Как ни странно, звание фельдмаршала придало ему недостававшей прежде собранности и ответственности. Он всё так же уделял много свободного времени уходу за своей бородой - но когда свободного времени оказывалось слишком мало, это его больше не огорчало. - Послушаем, что скажут волшебницы, - сказал он. - Хорошо, что Кагги ещё не успела улететь к Стелле... Кау-Рук, который сначала слушал это обсуждение новой проблемы с довольно безучастным видом, понемногу невольно втягивался в него. Неудача с куполом над Ранавиром если и расстроила его, то скорее самим фактом, что визит в Изумрудный город оказался бесполезным (если эти волшебницы и в самом деле ни до чего не додумаются). Он же не так уж сильно рисовался перед Ильсором, когда заявлял, что не испытывает эмпатии ни к менвитам, ни к арзакам - пусть хоть поубивают друг друга там под куполом, не жалко. Беллиорцам, которые ни в чём не виноваты, поспокойней будет. Если к кому-то и испытывал сочувствие, то к самому Ильсору, хотя он и менвитофоб упоротый. Всё-таки много чаш буквальной, хе-хе, привязанности друг к другу даром не прошли. А если серьёзно, то не в цепи, конечно, дело, просто за это время выяснилось, что они, как ни странно, во многом родственные души. В чём-то схожие, в чём-то полярные так, что это не отталкивает, а взаимодополняет. Даже то, что он принадлежат к разным - и враждебным! - расам, парадоксально сближает. Но Ильсору ничего не грозит - он тоже по эту сторону купола и уже, небось, непосредственно рядом с ним вместе со своими беллиорскими друзьями, ломает голову, как за него проникнуть. А эти забавные чудаки-беллиорцы как-то незаметно становились ему всё симпатичней. Они уже не были абстракцией, фигурками в иллюминаторе и потенциально в прицеле. Поначалу полковника грызло чувство неловкости, перерастающее в глубокое осознание вины перед теми, кого он как второе лицо в экспедиции прилетел порабощать, а в случае сопротивления и отказа капитулировать - уничтожать подчистую. Уничтожать без всяких на то оснований, просто по праву сильного, потому что согласно военной доктрине "менвитского мира" агрессивным врагом является любой, кто, попав в сферу их державных интересов, смеет жить своим умом, тем более, если при этом живёт лучше. Вину Кау-Рук чувствовал лишь сильнее оттого, что беллиорцы её просто игнорировали, не попрекнув ни единым намёком, а вместо этого приняли так близко к сердцу их проблему - хотя казалось бы, радоваться должны. Сами чуть ли не извиняются: ну да, мы накрыли вас колпаком, чтобы обезопасить себя, но вовсе не хотели такого развития событий. А что же вы с Ильсором - вырвались за купол и не подумали, как будете возвращаться и к чему может привести ваше отсутствие? Ну что ж, бывает, давайте тогда думать вместе, как ситуацию исправить... Удивительный народ! И удивительно, как им удаётся сплотиться в такую дружную команду - людям, говорящим животным, искусственным существам. Без всякой иерархии, какая там раса выше или ниже, просто на равных. Немыслимая вещь для Рамерии - по крайней мере, Рамерии эпохи Гван-Ло. Крамольна даже мысль о подобном - дегенеративный либерализм, понимаешь ли, мыслепреступление. А вот они как-то не придают этому значения. И даже нельзя сказать, чтобы значения и в самом деле вовсе не было - вон как Тотошка и Рамина косо смотрят друг на друга. А общему делу всё равно не мешает. Может быть, потому что оно и в самом деле - общее? А не Верховный Правитель его объявил таковым... И уже не в качестве благодарности и ответного жеста хотелось Кау-Руку им чем-то помочь, а из зарождающейся искренней симпатии. У бедняг и без них, оказывается, врагов хватает. - Мне кажется, - сказал он, и все тотчас повернулись в его сторону, замолчав, - за этим замком надо установить круглосуточное наблюдение. Рано или поздно к Вересу кто-то должен прийти с новыми инструкциями. - Не придут, - уверенно возразил Кастальо. - Я знаю своих соплеменников. Они-то как раз наблюдали круглосуточно, и ваше посещение замка не осталось незамеченным, можете даже не сомневаться. Вот только ежели Руггедо в это время был в Пещере, то пока оттуда к нему добрались, пока вернулись... Хорошо, что Дровосек успел раньше - иначе Вереса в замке уже просто не было бы. И о его визите Руггедо тоже скоро узнает... - Получается, мы можем спро-во-ци-ро-вать его на какие-то новые шаги? - забеспокоился Страшила. - Возможно, я лезу не в своё дело, - осторожно начал Кау-Рук, но Флита решительно его перебила: - Это почему же "не в своё", господин хороший? Значит, как мы над вашим делом мозговать, так пожалуйста, а вам наше так уже не своё? - Да я же не против, - несчастный полковник даже голову в плечи втянул под её напором. - Просто не знаю, как вы сами воспримете, если я тут начну лезть с советами. Всё-таки я ваш враг... - Вы прилетели как враг, - важно сказал Страшила. - А пришли за помощью, то есть как к друзьям. Разве нет? Тогда почему бы нам вас не выслушать? - Если скажете что-то дельное, - недоверчиво добавил Фарамант. Кау-Рук смиренно пропустил эту шпильку. - Как я понимаю, никакой разведки вами там, в Пещере, не ведётся? - Нет. Уже больше тысячи лет всё общение между Верхним миром и Пещерой ограничивалось Торговыми днями, - объяснил Страшила. - Лишь три года назад нам довелось пообщаться с фактическими правителями рудокопов, но, как вы слышали, они не очень-то были рады знакомству. - Вы ещё говорили, что они вели себя как-то подозрительно. Не разумно ли было бы начать за ними присматривать на всякий случай? Даже если ваш чудо-телевизор не показывает Пещеру, можно было бы найти другие способы... - Верхняя часть Подземья доступна подданным моей царственной сестры, королевы подземных мышей Вираны, - пропищала Рамина. - Но они, во-первых, стараются держаться в стороне от рудокопов, а во-вторых, мы с Вираной уже несколько лет как в ссоре и не общаемся. - А достопочтенный Страшила упоминал, что принцесса Озма старается всех помирить. Уж ради такого-то дела... - Озма просто не видела такой необходимости, - объяснил Страшила. - Да и я, признаться, тоже не вижу. Ну странно себя вели, и что? В Волшебной стране у всех свои странности. Это же не преступление? Кау-Рук вздохнул: - Критиковать ваши решения уж точно не моё дело. Но как у вас с вооружёнными силами? Дин Гиор объяснил, что под его командованием находится Территориальная оборона Изумрудного города, которая была создана во время его оккупации Бастиндой и с тех пор занимается охраной правопорядка, а также марранская гвардия. - Марраны в основном группируются в своей долине, но это как раз по пути в Розовую страну, и Кагги-Карр сможет передать им любые указания. А под началом генералиссимуса Тилли-Вилли - армия деревянных солдат. Один взвод в Голубой стране, один в Фиолетовой и пять, включая бывший гренадерский - в Изумрудной. В каждом взводе всего десять дуболомов и капрал во главе, но это очень сильные бойцы. - Ну, не так уж и мало при грамотной организации... Конечно же, после прилёта "Неуловимой" всех их мобилизовали на сборы? - Признаться, нет, - опустил голову фельдмаршал. - А зачем? Разведку в вашем Тайном лагере Озма, как вы знаете, организовала, а возможность прямого силового столкновения просто не рассматривала. Да и обошлась же в конце концов магией... - Именно что "в конце концов", - Кау-Рук язвительно хмыкнул. - А если бы генералу несколькими днями раньше взбрело в голову напасть на ваш город... Хорошо, но сейчас Озмы нет, и с магией как-то тоже не очень? Поэтому я бы посоветовал вам провести сборы и смотр боеготовности всех сил. Не пригодится - отлично. А если всё-таки придётся задействовать на практике, не будете кусать локти, что оказались не готовы. Слова пришельца вызвали новую волну споров, но в итоге были признаны резонными. Фельдмаршал Дин Гиор даже воодушевился таким поводом заняться делом и охотно взялся за подготовку Теробороны. Это оказалось даже проще, чем три года назад - ополчение ещё сохраняло с тех пор остатки дисциплинированности. Оставалось лишь немного её подтянуть да хорошенько поупражняться с оружием. Пятиметровый гигант Тилли-Вилли тоже с усердием взялся за тренировку дуболомов, враз по тревоге созванных со всех концов Изумрудной страны, где помогали фермерам в мирном труде и продолжали превращать все дороги в густые тенистые аллеи. Все эти телодвижения, конечно же, не прошли мимо внимания горожан и жителей окрестностей, вызывая любопытство и всевозможные слухи. А в Изумгорсовете - прямые вопросы. - Мы что, к войне готовимся? На нас кто-то собирается напасть? - Не исключено, - хмурил брови Дин Гиор со спикерской кафедры. - Руггедо снова что-то замышляет. Мы должны быть готовы, чтобы нас не застало врасплох, как в прошлый раз. Вице-спикер Фарамант, лидер парламентской оппозиции, лишь кивал головой, демонстрируя полное согласие. Но представители не успокаивались: - А что - в прошлый раз? Тогда оперативно мобилизовались, когда появилась реальная опасность. А сейчас зачем людей заранее дёргать? - Создавать напряжение и панику! - Да ладно бы только панику. Так ещё нагрузка на бюджет. Новые налоги, никем не обоснованные. - И где вы были три года, что теперь надо срочно вооружаться? - Давайте тогда, как в прошлый раз, вводить военное положение, если есть угроза. А если нет - к чему все эти игры? Консерваторы настаивали на том, чтобы не пересматривать в таких муках выстраданный бюджет и не вводить новых податей, а вопросы финансирования ополчения решать исключительно на добровольной основе. Особенно витийствовал Маллон, помощник Фараманта, всё чаще заменявший его на воротах, когда Страж, который ладил с Ойххо лучше всех после самой Озмы, улетал на нём с разными поручениями. Оппоненты в ответ припоминали ему былую дружбу с предателем Энкином Фледом, Дин Гиор нервно звонил в колокольчик, призывая соблюдать регламент. Даже Флите не удалось перекричать шум в задних рядах - а такое случалось нечасто. Прогрессисты, которые только что сами задавали массу недоумённых вопросов, из чувства партийного противоречия стали выступать в поддержку предложенной поправки к бюджету, что вызвало лишь новую волну шума. В итоге большинство проголосовало за предложение центристов - пересчитать необходимые затраты на переподготовку Теробороны и подробно отчитаться на Совете, прежде чем вынести на повторное голосование. Что и поручили Страшиле как лучшему математику Волшебной страны и непредвзятому лицу. - Не хватает нам Озмы! - жаловалась Флита гномам в библиотеке, а Кастальо утешал её скорбь припасенным пирожным. Стелла, выслушав от Кагги-Карр все тревожные известия, направила облачко прямо в Жёлтую страну, без остановки в Изумрудном городе. Порадовать пока нечем, обсудят с Виллиной и с её книгой, может быть, додумаются до чего-нибудь. Понемногу начали доходить новости из "Сосенок", как всё чаще называли хутор Железного Дровосека вслед за его обитателями, а точнее, из павильона Гуррикапа. Не столько по птичьему телеграфу, сколько через Рамину, телепортируемую в Изумрудный город по свистку. Ильсор исследовал купол снаружи, пытался понять, что происходит в Ранавире, но ничего не мог толком разглядеть даже в подзорную трубу. Геликоптеры поначалу не летали, и это настораживало. Но на территории было замечено какое-то движение, а вскоре и вылет был зафиксирован - правда, в другой конец долины, быстро добраться туда не могли бы при всём желании. Мин Кокус, сын Према, приставленный к Ильсору, чтобы оперативно оказывать необходимую помощь людьми или ресурсами, предложил ему попросить в своё распоряжение Ойххо, но арзак то ли стеснялся, то ли побаивался дракона, то ли, что скорее всего, опасался идти на контакт и выдавать своё присутствие, пока не выяснит, что же всё-таки происходит в Тайном лагере. Тем более, у Железного Дровосека хранился оставленный Озмой зонтик Бастинды, полёт на котором пусть и не столь комфортный, но достаточно маневренный. Кау-Рук, вдоволь пресытившись красотами Изумрудного города, вдруг понял, что скучает по Ильсору, по спорам с ним. Тем более, что прошедшие несколько дней заставили его кое-что пересмотреть в своих взглядах, и было интересно, как арзак воспримет эти перемены, смогут ли они приблизиться к взаимопониманию теперь... Да ладно, зачем он обманывает сам себя, стыдясь альтруистических мотивов? Просто там от него может быть больше пользы - и Ильсору, и рамерийцам под куполом. А здесь он сделал всё, что мог, посоветовал всё, что они готовы были услышать. С утра в Голубую страну выдвигался очередной обоз, и Кау-Рук готовился отправиться с ним. Однако ночь нарушила все его планы. Незадолго до рассвета фермер Войк Чабер (тот самый, в чьём овине Элли и Страшила останавливались за свежей соломой перед проникновением в оккупированный Бастиндой Изумрудный город) проснулся от настойчивого грохота. Продирая глаза и шаркая босыми ногами в поисках домашних тапочек, он в конце концов добрался до двери и нерешительно замер. Стук не умолкал. - Кто там? - строго спросил Чабер. - Простите великодушно, можно ли узнать, где я нахожусь? Это Верхний мир? Изумление от нелепого вопроса пересилило остатки страха. Фермер распахнул дверь. На пороге стоял высокий человек в голубой одежде с узорами в виде зубчатых колёс. Светящийся рудокопский шарик на колпаке странного фасона выхватывал его лицо из предутренней мглы. Войк Чабер был достаточно смекалист и быстро соображал даже спросонок. - "Верхний мир"? - переспросил он. - Ты, наверное, подземный рудокоп? Незнакомец радостно кивнул. Чабер проследил взглядом вдоль убегающей на юг дороги, упёрся в Дозорную башню в стороне. Как все изумрудники, он с некоторых пор был наслышан о подземном ходе, соединяющемся с загадочной Пещерой. - Ты оттуда вышел? Рудокоп удивлённо уставился на циклопическое сооружение, явно заметив его впервые. - Вероятно, - сказал он неуверенно. - Я не помню, не обратил внимания. Туннели, туннели, пламя свечи отклоняется у коридоров, идущих вверх под уклон. Крутой подъём, ступени. Большое каменное помещение - и вот, свод... Почему он такой высокий, что взгляд теряется? И облаков на нём нет, только эта густая россыпь светильников, тусклых, как далёкие шарики. Как же вы тут живёте? Воздух ещё такой... и дышать вроде бы необычайно легко, но пьянит, словно отравленный, голова кружится... Я даже сейчас плохо соображаю, что плету языком. Звуки странные со всех сторон... Почему-то кажутся знакомыми, но всё равно пугают. Мне страшно, я хочу домой! Вы не знаете дорогу? - Вот что, - решительно сказал хозяин, натягивая штаны, - пойдём-ка мы сейчас в город, там ты свою историю и расскажешь. Город рудокоп уже успел заметить - собственно, поэтому и путь держал в его сторону, а не в противоположную. И предложение отправиться туда воспринял охотно. Словно чувствовал себя защищённей за городскими стенами, чем на огромном открытом пространстве. Во избежание ненужного переполоха фермер позвонил в маленький колокол над калиткой. Разбуженный Фарамант долго не мог понять, чего от него хотят, но всё-таки не забыл надеть на гостей зелёные очки. Рудокопу они сослужат немалую службу, когда над Изумрудным городом встанет день. От солнечного диска он будет отворачиваться, но в целом сможет чувствовать себя вполне комфортно. А пока что в Изумрудном дворце, обитатели которого любили нежиться в постелях допоздна, бодрствовали лишь феникс Гудвин и Страшила. Они-то и приняли неожиданного гостя. При его виде острая память Страшилы запульсировала десятками булавочных уколов. Лицо было явно знакомым. Очки изменяли его практически до неузнаваемости, но если их мысленно снять... - Астерро! - воскликнул Страшила изумлённо. Рудокоп был удивлён не меньше. - Меня Вильермо зовут, - сказал он, но как-то неуверенно. Услышанное имя отдавалось в каких-то полуразбуженных воспоминаниях, и он рассеянно пытался за них ухватиться. Рассказ Вильермо оказался долгим и обстоятельным. Вскоре у него появились новые слушатели - в том числе Кау-Рук, решивший, что поездку в Голубую страну теперь придётся отложить. Самое интересное и вместе с тем тревожное слушали уже большой компанией. После неудачи с буром Вильермо занялся тщательной разведкой подземных коридоров в районе Священного Источника. Нанесенные ранее на карте оказались лишь началом разветвлённой паутины, и Вильермо днями напролёт бродил по неисследованным, пытаясь опуститься на уровень, где по расчётам должен залегать пласт Усыпительной воды. Наносил на стенах стрелки и цифры, фиксировал схему разведанных ходов, которую затем тщательно перерисовывал Летописец Арриго. Только в последние дни Летописец появлялся всё реже и ненадолго, выглядел как-то обеспокоенно. Вильермо не сразу обратил на это внимание, а когда стал задумываться, заметил вдруг и то, что помощников, расквартированных возле грота Источника, стало заметно меньше. Конечно, их количество сократилось сразу после окончательного прекращения активных бурильных работ, но всё же народа оставалось достаточно. А теперь - только охранники да спелеопроходцы, помогающие Вильермо в туннелях, да повар, который готовил на всю команду. Но и это не насторожило Вильермо. Заставил его напрячься грохот, который вдруг отчётливо стал слышен над головой, когда они углубились в одну из неисследованных ветвей лабиринта. - Что это может быть? - спросил он спутника. Тот задумался, сверяя координаты, затем облегчённо вздохнул: - Так ведь прямо над нами - Заповедник. А там начали расширять туннели, чтобы своды укрепить. Заповедником называлась часть подземного лабиринта, куда тринадцать лет назад мигрировала большая популяция диких Шестилапых. Но объяснение Вильермо удивило. - Ты же лучше меня в пещерах разбираешься. Тебе не кажется, что это звучит как-то странно и противоречиво? - Так точно, господин Вильермо, кажется. Видимо, какие-то новые технологии, я не знаю. Вильермо внутренне негодовал. Почему его не предупредили, что в определённую часть лабиринта пока лучше не соваться? Что за тайны - и почему они, похоже, известны всем, кроме него? А нелепое объяснение звучало и вовсе подозрительно. Он догадывался, что к Летописцу с этими недоумёнными вопросами лучше не лезть. К Хранителю Времени Ружеро - тем более. Поэтому осторожно начал прощупывать повара. Он должен быть осведомлённей всех, поскольку постоянно общается с привозящими продукты, в курсе свежих новостей. - Ну да, - ответил повар, - так официально и объясняют - расширяют, чтобы укрепить своды. - А неофициально? - допытывался Вильермо. - А неофициально всем уже известно, что на нас "верхние" собираются напасть. Не только через Торговые ворота, но и со стороны Заповедника. Вот и расширяют ходы, чтобы могли пройти драконы, чтобы, значит, дать этим негодяям достойный отпор. Это звучало не намного правдоподобней и походило на сплетню. Но по крайней мере, логично. А на следующий день помощников сократили до минимума. Три охранника, один на страже Источника и развороченного бурильного хлама, чтобы в случае чего поднять по тревоге остальных, другой спит, третий бодрствует и заодно кашеварит. По туннелям Вильермо теперь приходилось лазить одному. Арриго пришёл ненадолго, забрал чертежи, сказал продолжать исследования. Ружеро уже третий день не появлялся вовсе. Вильермо начал подозревать, что слухи о войне, возможно, не такие уж и беспочвенные. Продолжать - значит, продолжать. Очень уж вчерашний туннель выглядел перспективным в смысле приближения к предполагаемому залеганию водоносного слоя. Вильермо решил, что продолжит идти по нему, если шум не будет таким угрожающим. Если что, сразу повернёт обратно. Шума сегодня, можно сказать, не было вообще - так, слабый шорох. Вильермо смело продвинулся далеко вглубь и уже успел испытать разочарование: коридор заметно отклонялся в совсем не нужную ему сторону. По сути разворачивал петлей обратно к Заповеднику, ещё ниже уровнем. Вильермо собирался идти дальше, как вдруг адский грохот сотряс стены туннеля. Его отбросило назад, удержать равновесие не смог, сильно приложился затылком о землю. Сквозь поплывшие перед глазами яркие круги вдруг всплыл из глубин подсознания непонятный страх - что его обязательно должно завалить в пещере. Или даже уже заваливало? Вскочил на ноги, понёсся назад вверх по туннелю. Казалось, стены ещё дрожали - хотя вероятней, это шатало его самого. Камни лежали на дороге и продолжали падать, их россыпи становились всё гуще. И когда Вильермо упёрся в завал, материализовавший его внезапно разбуженную фобию, им овладела паника. Возвращаться в неразведанную глубину, где воздух становился всё более затхлым, он, конечно, не собирался. Но боковой коридор, мимо которого он проскочил, судя по направлению, должен вести в хорошо известную часть лабиринта и наверняка соединяется с её ходами, с указателями-стрелками на стенах... Он всё-таки сильно стукнулся головой - иначе почему вдруг не стал наносить метки на развилках, хотя за последние дни это стало навыком, отточенным до автоматизма? Сначала бежал, стремясь как можно скорее и дальше удалиться от этого страшного места, где из-за странных военных приготовлений в Заповеднике в любую минуту возможен новый обвал. Затем всё казалось очевидным - круглая пещерка, похожая на цистерну для зерна, в нужную сторону только один ход, но если всё-таки придётся возвращаться, то второй рядом, а тот, по которому он пришёл, тупиковый, от них отдельно, не перепутать. Потом... Когда сообразил, что надо бы ставить метки, успел запутаться с координатами. Пытаться вернуться туда, где с местоположением было более-менее понятно, с большой вероятностью означало заблудиться окончательно. Оставалось идти наугад - вернее, ориентируясь на тягу, на отклонение пламени свечи. Её именно с этой целью и брал - для освещения хватало шарика. Дальнейшее он уже рассказывал Войку Чаберу, а сейчас повторял для всех - включая своё ощущение шока от Верхнего мира, растущее теперь с утренними лучами. А слушатели были не менее шокированы другим. - Какое ещё нападение "верхних"? - возмущался Фарамант. - Мы не собираемся ни на кого нападать! - Вы-то не собираетесь, - сказал Кау-Рук. - А вот на вас, похоже, собираются. Развивал свою мысль он уже в узком кругу, с Дином Гиором и Страшилой. - Угроза больше не абстрактная, и я бы определил её уровень как "красный". Все детали рассказа рудокопа указывают на то, что подготовка к военным действиям там ведётся полным ходом. Особенно если пересказанные слухи правдивы и ходы расширяют для драконов. Если они все такие, как ваш Ойххо, и если их достаточно много... - Вильермо - ну, когда ещё звался Астерро, прежде чем ему почистили память Усыпительной водой, как и намекали - говорил, что прирученных драконов в Пещере несколько десятков. Шестилапых больше. - А Шестилапые насколько опасны? - Тот, который напал на наших друзей, был довольно агрессивен, хотя и убежал от Элли. - Они, скорее всего, будут использовать их в качестве живых боевых машин. А значит, и на земле у них преимущество, которому вам нечего противопоставить. - Вы забываете, господин полковник, о наших союзниках-зверях, - хитро прищурил нарисованные глаза Страшила. - Ещё неизвестно, кто кого заборет. - Это уже лучше, - согласился менвит. - Но ведь рудокопы практически не переносят солнечного света! - воскликнул Дин Гиор. - А ночи на что? - пожал плечами Кау-Рук, и фельдмаршал виновато опустил взгляд. Ему, однако, снова пришёл на помощь Страшила: - Но мы-то можем атаковать и ночью, и днём. Так что здесь у нас как раз пре-и-му-ще-ство. - Лучше всё-таки не дать им выйти на поверхность, а тем более укрепиться на ней, - сказал Кау-Рук строго. - Так что главное преимущество у нас... у вас, - поправился он смущённо, - в том, что мы предупреждены об их планах. Где находятся выходы из Пещеры? - Вот, смотрите, - Дин Гиор развернул карту Волшебной страны. - Проблема в том, что всех выходов мы наверняка не знаем. Осторожный оптимизм внушает то, что упоминались только два известные. Он ткнул пальцем в схематическое изображение Дозорной башни. - Вильермо вышел отсюда. Этот ход можно смело исключить. Крутой ступенчатый подъём штурмовать снизу практически невозможно. Десяток человек в подвале башни надёжно его запрёт. Тем более, опасаться там стоит только десантов, не то что драконы - даже Шестилапые не пройдут. А пытаться расширить ход означает похоронить себя под обломками огромной башни. - И не только, - добавил Страшила. - Ход проходит вплотную к своду Пещеры в верхней его части. Они однозначно не станут так рисковать - особенно после того, как одна лишь посадка вашего корабля вызвала там камнепад с разрушительными последствиями, о которых мы слышали от Вильермо. - Ну то есть я и говорю, что десяток человек туда поставить стоит. Теперь Заповедник. Если он тоже находится где-то здесь, под Изумрудной страной, то наверняка его частью является так называемая пещера Шестилапых, где наши друзья впервые познакомились с этими милыми тварюжками. Из неё один ход ведёт в Дозорную башню, о нём я уже сказал, а второй - на территорию Старого города, возле фермы Лина Рауба. - Поместятся ли там драконы? - уточнил Кау-Рук. - В пещере, насколько я её представляю по описаниям, должны. Можно уточнить у Железного Дровосека, а также у Льва и Львицы - они там были. - Хорошо, а участок от пещеры до поверхности? Дин Гиор понимал его с полуслова, всё больше убеждаясь, что звание фельдмаршала носит не зря и способен управлять не только собственной бородой. - Он относительно короткий, идёт в грунте, выходит на склон оврага. Расширить его для драконов можно достаточно быстро и, поскольку это на отшибе, незаметно. То есть теперь-то незаметно уже не получится... - Надеюсь, - кивнул Кау-Рук. - Туда надо срочно выставить как минимум два взвода деревянных солдат, включая этих длинноруких гренадеров. Ну и людей тоже. - И пару курьеров для разведки, - предложил Страшила. - У них чуткие уши, расслышат подозрительный шорох. - А лучше вообще этот ход закрыть и засыпать, насколько можно. Едва ли это сорвёт нападение, но отсрочить может на некоторое время. Ещё речь шла о каких-то Торговых воротах? - Да, это в Голубой стране, вблизи хутора Железного Дровосека. Единственный официальный гейт с Пещерой. - Это же Ир-Сен тоже там сейчас? - Насколько я пониманию, они с Мином Кокусом поселились в павильоне Гуррикапа, поближе к вашему куполу, но да, почти что там. Могут ли там пройти драконы, я не знаю. - Могут, - мрачно отозвался Страшила. - Ружеро и Арриго тогда подвезли нас на драконе фактически впритык к воротам. И сам вход довольно широкий. - Значит, туда тоже как минимум два взвода дуболомов, - кивнул Кау-Рук. - Правда, когда всё начнётся, этот минимум ничего не решит. Но об этом потом. Какие выходы известны ещё? Слово взял Страшила. - Во-первых, - загнул он пухлый мизинец на правой руке, а указательным пальцем ткнул в карту, - пред-по-ла-га-е-мо-е место в овраге, откуда Саблезубы вернулись в Подземье. Самих тигров мы там видели, когда летели на драконе, так что гипотезу можно считать подтверждённой. Они, конечно, меньше драконов, но кто знает, какого размера там проход. А ещё никто не знает, в каком именно он месте. - Понятно, - хмыкнул менвит. - Никто ничего не знает, но круглосуточную птичью разведку там придётся установить. Очень уж место такое стратегически опасное, отсюда можно ударить по тылам и в Изумрудной, и в Голубой стране. - Может быть, ещё взвод дуболомов рассредоточить вдоль всего оврага? - предложил Дин Гиор. - А смысл? Видел я этот овраг, когда шёл в Изумрудный город - стены отвесные, оттуда если пойдут, то только на драконах. - Во-вторых, - продолжил Страшила, не забыв загнуть безымянный палец, - расщелина в долине марранов. Через неё прошёл Паук, а значит, и крылатые драконы пройдут. - Сами марраны - отличные бойцы, - сказал Дин Гиор. - Полагаю, они самостоятельно смогут дать отпор незваным гостям, особенно если их дополнительно вооружить. А ещё у них феноменальная прыгучесть и крепкие головы, так что они даже драконов на взлёте в состоянии атаковать. - Звучит обнадёживающе. - И наконец, - Страшила аккуратно загнул средний палец, - пропасть под Утёсом Гибели. Это южнее долины Гуррикапа. - А, я его даже видел из геликоптера, - заметил Кау-Рук. На карте вид утёса сбоку был показан очень похоже. - Расщелина ведёт на глубинный уровень Подземья, где море. Из Пещеры рудокопов путь на драконах туда лежит через Гиблый лабиринт, довольно, доложу я вам, муторный, но как показала практика, вполне преодолимый. Ойххо показал также, что подняться оттуда на поверхность драконам тоже реально. Но будем всё же надеяться, что они с этим извилистым выходом не захотят связываться. Потому что туда нам поставить некого. - Если будут знать, что на Торговых воротах их встречают, могут и связаться. Опять же удар по тылам, - вздохнул Кау-Рук. - Конечно, против драконов - самая слабая и неприкрытая брешь вашей обороны. Ни военно-воздушных сил, ни противовоздушной защиты... - Почему же? - возразил Дин Гиор. - С земли, конечно, драконов нам и в самом деле нечем атаковать, но в воздухе - да те же птицы... - Ну, птицы, - усмехнулся менвит. - Ещё скажите, жуки! - Насекомые в Волшебной стране, к сожалению, неразумны. А птицы, особенно хищные, большими стаями... - Может быть, может быть. Но глядя на Ойххо, сомневаюсь, что сколь угодно большие стаи нанесут им существенный урон. Если бы у вас были соперники под стать им размером... - В северных горах, - сказал Страшила, - живут Гигантские орлы. Но они держатся особняком от других народов Волшебной страны, живут только своими интересами. Озма пару раз пыталась предложить им дружбу, последний визит стал поводом для гражданской войны и кровопролития, она с тех пор вообще зареклась иметь с ними дело. Едва ли они вступят в битву, если не будет непосредственной угрозы для них самих. В южных горах, если верить жевунским преданиям, живут какие-то крылатые цилини, но мне кажется, это просто ми-фо-ло-ги-я. Да, есть ещё Летучие Обезьяны. Размером против драконов не очень внушительны, но зарекомендовали себя сильными воздушными бойцами. Элли избавила их от рабства Золотой Шапке, и в благодарность они всегда готовы помочь нам по-дружески. В кабинете Озмы в фургончике стоит чернильница, переплавленная из Золотой Шапки, там есть кнопка вызова Обезьян. Только, - Страшила замялся, - у них очень тяжёлый и капризный характер, поэтому заранее их лучше не беспокоить. Позовём, если непосредственно понадобятся. - Что-то не так уж дружно у вас все живут, как кажется на первый взгляд, - заметил Кау-Рук ехидно. - А птицами по всем вопросам непосредственно командует уважаемая ворона, которая сейчас облетает окрестности? - Ну почему же? У неё есть заместители. - Уже лучше. Тогда собирайте этих заместителей, не дожидаясь её возвращения, и вводите в курс дела. И насчёт разведки, и насчёт воздушных боёв с драконами. Медлить тут нельзя, - Кау-Рук увлекался всё сильнее. - Теперь по людям. Увы, в свете открывшихся обстоятельств Тероборона Изумрудного города выглядит слишком малочисленной. Придётся объявлять дополнительную мобилизацию добровольцев - и лучше до начала боевых действий, чтобы успеть хоть немного подготовить. И вооружать дополнительно тоже придётся. Насколько я знаю, лучшие оружейники у вас здесь, в Фиолетовой стране? - Совершенно верно, - кивнул Дин Гиор. - Они могут снабжать оружием и нас, и марранов. - Получается, самый незащищённый регион с выходами из Пещеры - Голубая страна? - Увы, - печально вздохнул Страшила. - Вынужден признать, что у жевунов к тому же не слишком боевой дух, хотя в моих устах это, наверно, звучит непатриотично. Я ведь тоже из Голубой страны родом, хотя вот уже тринадцать лет ношу фиолетовое, а до этого полгода красовался в зелёном на троне Изумрудного города... - Печальней всего, что там под боком наш Тайный лагерь с геликоптерной эскадрильей, которую можно было бы бросить против драконов. И даже неважно, чья там сейчас власть. Я бы повёл в бой менвитов, а если восстание арзаков всё-таки произошло, их бы повёл Ир-Сен. Если бы он только нашёл способ снять купол. Или эти ваши волшебницы. Или Озма успела бы вернуться. Но что-то мне подсказывает - на такие чудеса не стоит всерьёз рассчитывать. А вот чем, господин фельдмаршал, вашим ремесленникам надо заняться уже сегодня - делать надолбы из арматуры и ставить их на обочинах дорог. Чтобы в случае чего оперативно перекрыть путь войску рудокопов, особенно Шестилапым. - А скажите, господин полковник, - в голосе Дина Гиора звучала робкая надежда, - вы бы не согласились стать нашим военным консультантом и инструктором? На постоянной, так сказать, основе? Тонкие губы менвита изобразили подобие улыбки: - Если вы не против, то я за. Даже без предварительных раздумий. А о чём тут раздумывать? Если он наконец-то может быть здесь полезен... Приятные дискуссии с Ильсором откладываются на некоторое время. Будем надеяться, не слишком долгое. Страшила же, с облегчением спихнув военные вопросы на специалистов, сосредоточился на Астерро. Он был уверен, что если восстановить ему память, многое прояснится. К сожалению, весь экстракт Тамиза, который тогда успели произвести, хранился в магической сокровищнице Озмы под охраной её персональных рун, а листочек с рецептом за ненадобностью куда-то задевался. Страшила пытался работать с его памятью теми методами, которые до определённой степени принесли результат с королём Арбусто. Но и успехи оказались примерно такими же. Рассказы об их совместных приключениях в Подземье отчасти пробудили у Вильермо-Астерро собственные воспоминания и радость узнавания деталей. Но дальше дело не шло - ни о том, что было потом, ни о том, что раньше. Разве что Люцию он всё-таки вспомнил - вернее, вспомнил, как они брели по туннелю и упёрлись в завал. На этом он всякий раз мрачнел, замыкался и память снова блокировалась. Между тем, намеченная оборонная программа разворачивалась бодро и без видимых проблем. Дуболомы жёлтого взвода капрала Арума и гренадерского взвода расположились в заросшем овраге. Вместе с генералиссимусом Тилли-Вилли, который радостно реализовывал преимущества своего роста и физической силы, они пытались засыпать подземный ход. Сначала аккуратно повалили крепи, поддерживавшие потолок и стены, затем обрушили склон оврага с таким расчётом, чтобы пласты глины и камни утрамбовали его как можно глубже. Лин Рауб, хотя его ферма находилась на другой стороне и достаточно далеко, заметно нервничал: - А если моё поле начнёт сползать в овраг? Мне возместят ущерб? Впрочем, возня в овраге деревянных солдат, сутками его не покидавших, была ему не слишком заметна, но от Изумрудного города и обратно постоянно сновали теробороновцы, и склочного фермера это напрягало ещё сильнее. - Почему война должна начаться именно возле моего дома? По-другому никак нельзя? - Да разве ж это от нас зависит? - объясняли ему. - Ага, а если вы их этими приготовлениями и спровоцируете? Так они, может быть, и не напали бы, а теперь нападут! В Голубой стране взвод капрала Ватиса тоже подтянулся к Торговым воротам, заступив на бессменное дежурство. Двое дуболомов караулили у секретной двери в овраге - через неё, конечно, не пройдут ни драконы, ни даже Шестилапые, но десантная вылазка очень даже вероятна. В подкрепление им уже спешил по дороге из жёлтого кирпича взвод капрала Бефара. Марраны восприняли известие о возможной атаке на их долину с воодушевлением и предвкушением Большой драки. Правда, Запретная Ложбина по-прежнему вызывала у них страх и находилась под негласным табу. Тем не менее, полковник Харт бойко запросил у мигунов больше оружия, в том числе арбалеты и катапульты против драконов. Активней всего начался движ в Заречном лесу, куда три года назад после известных событий Смелый Лев перенёс свою резиденцию. Повторяя на практике опыт давних походов против Бастинды и мысленно переносясь в то время, он и сам словно помолодел. Поскольку младший львёнок достаточно подрос, Боевая Подруга теперь снова была всюду бок о бок с супругом, чему несказанно радовалась. Тигры и леопарды, пантеры и рыси, пумы и кугуары (Лев не хуже вас знает, что это одно и то же, не умничайте, пожалуйста) формировали ударные батальоны, на которые пока что в отсутствие боевых действий возлагалась задача сопровождения конвоев с оружием из Фиолетовой страны к марранам. Снова, как тринадцать лет назад, строительный полк бобров подгрызал деревья на берегу и валил в воду, батальон шимпанзе, макак и павианов прочно скреплял их лианами. Правда, река здесь была гораздо шире и полноводнее, тем не менее, строительство двух наплавных мостов - с правого берега на Долгий остров и с острова на левый - завершилось в рекордные сроки. Роты буйволов и бизонов обеспечивали снабжение, попугаи - оперативную связь. Среди всех этих впечатляющих приготовлений как-то терялось одно обстоятельство, которому не придавал особого значения даже Лев, и только Львица считала немаловажным. Умная Кагги-Карр обратила внимание на то, чего не заметили остальные, и ещё в первый прилёт поделилась своими соображениями со Львом. Руггедо восстановил память Руфу Билану с помощью экстракта Тамиза. Откуда он у него? Описание флакона не оставляло сомнений: это тот самый, который она тогда доставила в Заречный лес из Розовой страны, вовремя предотвратив звериный бунт. Потом он был у Льва, отправляясь вместе с которым в Изумрудный город, Озма передала флакон Сервалу, главному застрельщику беспорядков, чем поставила того в неловкое положение. Получается, Сервал, ранее участвовавший вместе с "орионовцами" Фиолетовой страны в сепаратистском проекте "Республика Феомского Народа", теперь спутался с Руггедо? Некоторые вспоминали, что совсем недавно его видели в лесу - и точно без флакона. Но с тех пор он снова бесследно исчез. Львица и разделявшая её подозрения Пума присматривались к его бывшим сторонникам и к тем зверям, в компании которых он тогда был замечен. Но никто из них пока что не давал повода для каких-либо обвинений. Лидер общественного мнения серый гиббон Рангу-Тан и вовсе активно агитировал за мобилизацию: - Разборки между людьми - не наше дело, но если рудокопы нападут на наш лес, мы должны будем дать им решительный отпор! И игрой в "летучий мяч" на этот раз не отделаться. Стелла и Виллина в Изумрудном городе так и не появились. От Ильсора тоже не было утешительных вестей - к огорчению Кау-Рука, который втайне продолжал надеяться, что разблокированные геликоптеры помешают драконам установить господство в воздухе. Разве что железный Стрекозавр был замечен в районе долины Гуррикапа. Пытается вернуться в родные края? Ильсор допускал, что генератор, превращённый сетью заклинаний в жвалы гигантского насекомого, может сохранять свои свойства, и если комашку удастся приручить... Впрочем, вопрос остался чисто теоретическим, потому что бывший геликоптер исчез так же внезапно, как появился. А Страшила продолжал мучиться с Астерро. После того, как рудокоп убедился, что у него похитили его собственное прошлое и имя (причём, вероятно, даже не один раз), в Пещеру его больше не тянуло. Вместо этого он упорно стремился разобраться со своей памятью. Но совместные со Страшилой старания вознаграждались пока что более чем скромными успехами. Зато в Верхнем мире рудокоп осваивался на удивление быстро - куда легче, чем покойный Арбусто. И это настораживало Страшилу сильнее всего. - Впечатление такое, - делился он с друзьями, - что Астерро просто вспоминает это всё. Солнечный свет, звёзды, ветер, дождь, птичье пение... - Хочешь сказать, он раньше бывал у нас в "Верхнем мире"? - догадался Фарамант. - Или даже отсюда родом? - Всё может быть. Жил же Руф Билан десять лет в Пещере, только ему память не стирали. Но Астерро выше любого жителя Волшебной страны, так что, видимо, он всё-таки коренной рудокоп. А вот бывать наверху вполне мог. Какую-то тайну его первое усыпление точно скрывает. - Едва ли эта тайна поможет нам понять планы рудокопов, - вздохнул Дин Гиор. - Ведь это было так давно. - Да если и не поможет, всё равно надо разобраться! - восклицал Страшила горячо и убеждённо. - Как это так вообще - лишить собственного прошлого, внушить ложное. Я бы до такого изуверства никогда не додумался! Если бы мы могли попасть в сокровищницу Озмы и взять немного экстракта... Или хотя бы восстановить его рецепт. - Я уже всех опросила, кто тогда им занимался, - сказала Флита. - Никто толком не помнит. Хоть самого Тамиза разыскивай. Или к Энни в Большой мир обращайся - она может помнить, столько с ним возилась... - Энни бы нам сейчас не помешала, - Страшила почесал соломенную шевелюру. - Не только из-за экстракта, а вообще. - В смысле? - удивился фельдмаршал. - Чем она может быть нам полезна? Она больше не Белый рыцарь Волшебной страны и даже не фея. - Но она по-прежнему хранительница Регалий Озмы. Я мало что смыслю в волшебных делах, но после месяцев заточения на площадке Дозорной башни в моих мудрых мозгах завелась ин-ту-и-ци-я. - Это насекомое какое-то? - сочувственно спросила Флита. - Нет, это такой способ решения поставленных задач - без предшествующей логической цепочки, е-ди-но-мо-мент-ным озарением на основе син-кре-тич-но-го опыта. Я не знаю, зачем Волшебной стране нужна Энни - просто понимаю, что она сейчас нужна. Хотя бы её совет. - Это да, советы у неё бывали очень дельные, - вздохнул Фарамант. - Если уж кто способен на озарение, так это Энни, - подхватил Дин Гиор. - Как она тогда догадалась, где спрятана книга Гуррикапа! - А там, на озере, с его статуей? - Вот и я об этом, - сказал Страшила. - Нам действительно её не хватает... - Эй, народ, погодите, вы сейчас о чём вообще? - возмутилась Флита. - Вы сами-то себя слышите? Страшила? У нас со дня на день война может начаться! А война не выбирает, чью жизнь унести. Энни всего лишь ребёнок. И у неё своя жизнь в Большом мире. - Это ты за неё сейчас так решила? - спросил Страшила очень серьёзным тоном. - А её собственное мнение на этот счёт тебя не интересует? В прошлый раз нам тоже грозила война, и никто ещё не знал, что она окажется такой невидимой и бескровной. И книга Виллины говорила только, что победу нам может принести участие моряка Чарли с племянницей, но не обещала им безопасности. Тем не менее, они согласились, за что мы им безмерно благодарны. - Тогда было предсказание книги, - упрямо возражала Флита. - А сейчас только твоя эта самая, - она покрутила пальцем у виска, - интуиция. - Слушай, я же догадываюсь, что ты обо мне думаешь. Искусственное существо, не знающее боли и страха смерти, да? Бессердечный соломенный тюфяк, непоколебимо уверенный, что мозги лучше? Энни мне такой же друг, как и тебе, и так же дорога! - И вовсе не думаю я ничего такого, - проворчала девушка. - Я просто не понимаю, зачем вообще её нужно сейчас звать. - Да кто тебе сказал "звать"?! Просто слетать в Канзас, поговорить. Рассказать о том, что у нас происходит, вдруг снова что-то посоветует. Она хранительница Регалий Озмы, то есть в какой-то мере её замена - а ты сама вечно ноешь, как нам Озмы не хватает. Да и об экстракте в самом деле стоит расспросить. Я бы сам отправился, но соломенные чучела в Канзасе не разговаривают. - Я могу отправиться, - сказал Фарамант. - Ойххо дорогу знает. А на воротах вполне справляется Маллон. Полёты на драконе с недавних пор значительно расширили горизонт его восприятия, десятилетиями замыкавшийся в дворцовых воротах. И перспектива опасного путешествия в неведомые края не пугала, а играла адреналином. Насчёт Ойххо тоже не было вопросов. Дин Гиор как-то, вспоминая рассказ о ментальном поединке над Подземным морем, высказывал соображение, что он может помочь в бою против рудокопских драконов, но Кау-Рук категорически отсоветовал. Да, Ойххо тогда заставил собрата игнорировать команды стражников-седоков - но ведь они были один на один, да и противостояние выглядело не таким уж лёгким. А если против него выступит десяток драконов? Ещё неизвестно, кто кому тут внушит и что именно. Лучше пусть он вообще держится от них подальше! Так что уже на следующий день жевуны могли видеть в небе силуэт дракона, летящего к Кругосветным горам. А спустя ещё несколько дней Страшила наконец-то засобирался обратно в Фиолетовую страну - помогать Лестару с отправкой оружия в Изумрудный город и в Долину марранов. С Астерро он добился максимума, на который был способен - теперь надежда только на экстракт. Затраты на оборону им давно просчитаны и даже приняты Изумгорсоветом (не без скрежета зубовного, разумеется). Свисток Рамины с самого начала хранится у Дина Гиора - Страшила ведь не может дуть в него нарисованным ртом. В Изумрудном городе его ничто больше не держит, завтра с утра в дорогу. И снова ночь разрушила все планы. На сей раз - страшно и трагично.