Из-под земли и с неба, или Если бы Тотошка-3

Проснувшись, Аврал несколько секунд тупо озирался вокруг, пытаясь сообразить, где находится. В калейдоскопе последних недель, когда не удавалось дважды ночевать на одном месте, обстановка, тем не менее, выглядела более-менее однообразно. Открытое небо со звёздами, тающими в утренней заре, гудящий от ветра навес, изредка хижина для путников на горной тропе, если уж совсем повезёт - комната над Советом Старейшин в очередной паланковой башне, обычно вполне комфортная даже по меркам равнин Волшебной страны. А вот сейчас... Потребовалось некоторое время, чтобы осознать реальность и себя в ней. Странно, что в первое утро никаких непоняток не возникало, хотя казалось бы. А впрочем, объяснимо. Тогда Тамиз на ночь глядя притащил их в королевский замок, где и оставил в отведенных покоях, с ужином, постелью и ящиком с землёй у окна для Кустиса. Ужин был с удовольствием съеден, постель Аврал честно игнорировал - сказано же, что королева хочет их видеть, значит, в любую минуту могут позвать. Но минуты собирались в часы, звать никто не думал, и Аврал уже начал сидя дремать, когда в дверь осторожно постучали. Девушка (ну, по нечёткой возрастной градации Аврала скорее "ещё девушка", чем "уже тётка"), на первый взгляд выглядевшая горничной, на второй, внимательный, да после пары реплик - скорее придворной дамой, поинтересовалась, не надо ли забрать посуду, а заодно заверила, что сегодня уже никакой аудиенции не будет, и можно смело ложиться спать. Понятно, что до самой аудиенции, состоявшейся наконец-то наутро, ближе к полудню, Аврал чувствовал себя, как на иголках. Аудиенция, впрочем, не сильно прибавила ясности. Но кое-какие осторожные выводы уже можно было сделать. Её величество Анна Страхбургская, Сливовая, Часовая, Яблочная, Илямахическая и так далее (или попросту Такдалия) встретила его подчёркнуто любезно. Задавала, подобно главам кланов, множество встречных вопросов, нередко с подвохом, однако нетрудно было выделить две наиболее интересующие королеву темы, к которым она постоянно возвращалась. Во-первых, расспрашивая о годах, проведенных в Розовой стране, всё время выруливала на Тамиза, при том, что Авралу о нём особенно и рассказать-то нечего было. А во-вторых, столь же вроде бы ненавязчиво, но настойчиво по существу, выясняла функции и суть служения Белого рыцаря. И выглядело всё простым любопытством (где-то даже типично женским), и вопросы задавались как бы между прочим - вот только Аврал был достаточно наблюдательным, чтобы ощутить здесь некую фальшь, а королева не настолько умной и хитрой, чтобы скрыть её получше. Подозрительней всего то, что его пригласили без Кустиса. Возможно, конечно, у Анны какая-то фобия по отношению к дендроидам из Леса (не замеченная в лагере за другими жителями Страхбурга), да только смахивает больше на страх разоблачения этой самой фальши Кустисом, который её тонко чувствует. А это запутывает ситуацию ещё сильнее. О такой особенности куста Анна могла знать только от Тамиза. Сам же Тамиз внушал Авралу, что с королевой ему следует держаться осторожней и тщательно обдумывать её предложения. Но при этом лишил его главного козыря, который помог бы во всём разобраться. Какую-то логику в этом усмотреть трудно. То бишь в целом так понятно: у королевы своя игра, у Тамиза своя - против неё, Аврала оба рассчитывают как-то использовать в своих интересах. Вот только непонятно, как именно, и какое из зол тут меньше, чтобы на него можно было опереться против другого. Или не заморачиваться этим пока вообще? В конце концов, он ближе к своей цели, чем вчера - и не только потому, что на другой стороне горы. У кого ещё и пытаться узнать что-то о способе выбраться на дорогу, как не у королевы? Если он вообще хоть кому-то известен. Но раз уж Анна заинтересована в нём как в Белом рыцаре, возможно, что-то и знает. Или нет. Наоборот, рассуждает – он же не полез бы просто так, наугад... А он именно наугад и полез - что ещё оставалось? Нет, можно было б и впрямь не ломать пока над этим голову, если бы Аврала теперь кроме дороги не волновало кое-что ещё. Война между Угабу и Джинксией, готовая разразиться из-за Тамиза. Не получится ли так, что какими-то опрометчивыми действиями или, например, дав запутать себя в какие-то интриги, которые не сможет вовремя распознать, он подтолкнёт её нечаянно. А может быть, Авралу как раз удастся её предотвратить? Он чувствовал себя в долгу перед народом королевства Угабу. Его приняли в свой круг, усыновили, можно сказать. Не один только клан Амдиро - все паланки, которые он посетил, пересёкши почти всю страну из края в край. С ним преломляли хлеб и давали кров. Где искренне и с охотой, где почти не скрывая, как тяготит их необходимость оказывать гостеприимство, особенно по отношению к его спутнику-дендроиду. Но какая разница? Когда Аврал, не задумываясь, принял свалившееся вдруг на голову предложение вступить в клан, он воспринимал его лишь удачным способом продолжить путь к Страхбургу без риска быть подстреленным или оказаться в темнице паланковой башни. Сейчас оно означало ещё и ответственность за общую судьбу. Так уж был воспитан: слово "честь" - не пустой звук. А после того, как стал капитаном, ответственность легла на плечи и непосредственно за ребят под его началом. Ведомых той же честью в смертный бой за отечество по зову королевы. Только вот настоящая причина бойни, готовой начаться в любой момент - амбиции и упёртость двух монархов, не поделивших Тамиза. Который сам бы больше всего хотел отделаться от них обоих (и уж в этом ему вполне можно верить). В общем, непонятно пока, кто какую ведёт игру, но это и неважно. Аврал со своими целями определился. И с приоритетами, пожалуй, тоже: во-первых, предотвратить войну - и лишь во-вторых, в пределах возможностей, оставляемых этой задачей, решать вопрос о дороге и борьбе с призрачными воронами. Который иначе просто не будет иметь смысла: бросив угабцев (как и джинксийцев-порчунов, тоже ни в чём не виноватых) на произвол судьбы, не попытавшись помочь им избежать кровопролития, Аврал однозначно будет недостоин Меча.... В таких мыслях бродил он вчера после беседы с Анной коридорами замка, машинально разглядывая резные узоры на дверных и оконных проёмах, многочисленные гобелены по стенам с хитросплетениями угабской символики, в которой уже более-менее ориентировался, медные подсвечники непривычного стиля, тонкой изящной работы, подобного которым ранее не встречал даже в зажиточных домах и залах Совета старейшин. Видимо, сохранились с имперских времён. Вообще складывалось впечатление, что все осколки былой балланагарской роскоши были сконцентрированы здесь, сочетаясь зачастую не очень гармонично. Но в целом, замок, хотя и не дотягивал до Розового дворца, выглядел вполне прилично. Вот только пыль кругом и мелкий мусор, будто уже несколько дней не подметали. А ещё замок ниже окружающих город стен, поэтому расчёт найти такое место, с которого можно было бы рассмотреть в трубу Лес и склон перед ним, где три года назад они с Энни наткнулись на дорогу, не оправдался. Так что гулять по замку он продолжал уже просто без всякой цели. - Вам чем-то помочь, сударь? - раздался за спиной знакомый голос. Аврал обернулся. Вчерашняя гостья глядела приветливо, слегка вызывающе и... в общем, не нравились ему такие женские взгляды. Ещё не заигрывающие, но оценивающие - какой именно режим обворожительности из своего арсенала включить, чтобы молодой человек растаял и стал покладистым. Ну мы тоже не лыком шиты, давно отработана ответная сухость, напрочь отбивающая поползновения в эту сторону. Даже у юных девчонок, чьё кокетство почти интуитивно и до смешного неловко - а тут хоть и "ещё не тётка", но явно взрослый и неглупый человек. - Благодарю, сударыня, я просто гуляю. Разрешили, хотя и только по замку, не терять же такую возможность, - а это уже ответный ход и намёк. Реакция на который должна определить формат их дальнейшего общения. Собеседница понимающе кивнула: - О да, это стиль нашей королевы: ничего не объяснить, заставить волноваться, - полупрезрительная усмешка - нет, явно не горничная... - Довести неопределённостью до состояния, в котором можно из человека верёвки вить... - Думаю, не из всякого, сударыня. - Ну, вы действительно не из такого теста, как мне кажется. - Я в этом не уверен, но спасибо за комплимент, - ответил Аврал с той ледяной интонацией, которая отбивает охоту делать впредь любые комплименты. - А вы хотели бы не ограничиваться стенами замка и посмотреть город? Или, - девушка выразительно прищурилась, - может быть, Лес? Вот это был по-настоящему сильный ход, открыто демонстрирующий не только осведомлённость о целях Аврала, но и намёк на то, что может ему быть полезна. Ещё и смотрит насмешливо: что ты там, мальчик, говорил о возможностях, которые не стоит терять? - А можно? - Аврал пожал плечами с фальшивым равнодушием. - Со мной - да. Конечно, только днём. - Хорошо. Только я должен взять с собой Кустиса. И снова собеседница приоткрыла уровень своей осведомлённости: - Вы мне не доверяете, - констатировала она без всяких эмоций. - И с вашей стороны это разумно. В городе, по правде сказать, смотреть было особенно не на что. Впрочем, незнакомка и повела его прямиком к городской стене. Вернее, их тут оказалось две, как в подземном городе марранов, причём внешняя наверняка возникла так же, как в Изумрудном городе (где вместо внутреннего вала теперь бульвар с трамваями) - при расширении. С той лишь разницей, что оба кольца не замкнутые, а лепятся к отвесному склону. Между стенами застройка совсем как в паланках, такие же приземистые широкие башни в три-четыре, а то и пять этажей с висячими мостками между крышами. Только внизу помимо куреломников часто попадались разные мастерские и лавчонки с вывесками, торчащими в сторону от стен над головами на уровне второго этажа. - Внешнюю стену построили уже после того, как возникло это предместье? - решил проверить Аврал свою догадку. - Именно так. Когда отношения с Джинксией ухудшились настолько, что жить без стен стало небезопасно. Ну а сейчас главная опасность - ночью... Авралу была интересна реакция на их спутницу замковой стражи и простых горожан, которая могла бы пролить свет на то, кто она такая и какова её значимость в Страхбурге. Но тут-то его ожидал очередной сюрприз. Их, казалось, просто не замечали, глядели сквозь. Это было непривычно - Кустис до сих пор вызывал у всех неизменное любопытство. Иногда граничащее с неприязнью, но уж никак не равнодушие. Причина демонстративного игнорирования явно была в девушке. И это ставило в тупик. Кустис тоже пока не сигнализировал ему ничего вразумительного: мол, опасаться её не стоит, по крайней мере, пока, но и слишком доверять тоже. К подобному выводу Аврал и сам пришёл - и то, что Кустис его разделяет, несколько ободряло. Каменная лестница в башне вывела на стену, которая оказалась заметно выше внутренней - снизу это было не очень понятно. Здесь расхаживал дозорный, отреагировавший на них так же, как и остальные, то есть никак. И не остановил, и не поздоровался. Как будто на них активированный серебряный обруч. Впрочем, внимание самого Аврала тотчас переключилось на другое. Лес вдали, подёрнутый прозрачной дымкой тумана, казалось, шевелился, как чудовищного размера пористая губка, поглотившая холмы и тяжело дышащая в тревожном полусне, как разноцветная пена, которая поднималась и опадала в ленивом брожении чего-то скрытого под нею навечно и надёжно, как гладь Подземного моря, небрежно измятая в гигантские складки и разукрашенная безумным, невозможным под багровыми тучами тамошней преисподней, изобилием цветов и оттенков. Он надеялся вычислить место их давнишних злоключений с Энни по рыжинке вечно осенних деревьев, вкраплённой в строгую зелень Леса, допускал, что никакого вкрапления может и не быть, что весь обозримый простор будет окрашен в эту непривычную для Волшебной страны очаровывающую взгляд гамму пышной старости, словно сплетающую золото растений рудокопской Пещеры, о котором лишь слышал от Люции, с виденным собственными глазами багрецом нижнего Подземья. Реальность, однако, оказалась неожиданней и удивительней. "Летние" и "осенние" пояса, извиваясь словно в зажигательном танце, врезались друг в друга хаотичной чересполосицей, взаимопроникали на границах, превращая верхушки деревьев в пёстрый ковёр с изумительными узорами. Распознать здесь на глаз место их борьбы с призрачными воронами не стоило и пытаться. Труба тоже не помогла. Конечно, было бы наивно рассчитывать, что он разглядит в неё остатки дороги, а никаких зацепок на местности просто не существовало. Если бы эти места действительно были так близко, как кажутся в трубу, если бы они сейчас там оказались, Кустис без труда нашёл бы дорогу. Снова всплыла причудливая и нелепая мечта о трубе, которая в самом деле переносила бы в то место, на которое ты её наводишь. Сейчас это было не прихотью, а жизненной необходимостью. Путь их лежит через ночь, пережить которую, по всеобщему уверению, невозможно - да и у самого память о недолгой встрече с призрачным воронами свежа до сих пор, как незаживающая рана. Увы, такой трубы, вероятно, не бывает даже в Волшебной стране. - А мне можно посмотреть? - любопытство в прозвучавшем над ухом голосе спутницы выглядело вполне искренним. - Конечно, сударыня. Нет, это высоко, вот так, - он поправил трубу, стараясь не касаться её рук. - Как резкость наводить, поняли? Оптика девушку впечатлила. Она с нескрываемым упоением разглядывала окрестности, особенно Лес, который действительно того стоил. Длинные волосы развевались на ветру, и Аврал поймал себя на мысли, что она и впрямь хороша собой. - Значит, ваш, сударь, путь лежит в те края? – риторически спросила она, все ещё припадая к окуляру. - Да, - лаконично ответил Аврал и, секунду поколебавшись, рубанул напрямик. - А королева в самом деле может мне с этим помочь? Незнакомка отлипла от трубы, поглядела на него совсем по-свойски: - Я не знаю, сударь. Увы, не на все вопросы у меня есть ответы. На этот нет. Возможно, есть на другие. - А если я вас спрошу, можете ли помочь вы? - А вы спросите, - задорно улыбнулась девушка. - Возможно, и спрошу как-нибудь. Но не сейчас. - И снова вы правы. Вы и в самом деле не по годам умны и рассудительны, не сочтите за лесть. - Не сочту. Она всё-таки играет с ним, как кошка с мышью, и почти переигрывает. Представилась хотя бы. Понятно, что он не стал бы обращаться к ней по имени, как принято среди близких друзей - но хотя бы понять, кто она такая и чем вызваны все сопутствующие ей странности. В Угабу у старших первыми имя спрашивать не принято, у женщин мужчинам тоже. Да и в Розовой стране то и другое не очень-то поощряется этикетом. А по рыцарскому кодексу это и вовсе может быть превратно понято. - Вы сказали, сударыня, что можете провести меня на стену только днём. Ночью это запрещено? - Категорически. Вороны облетают ночной Страхбург стороной, но если заметят кого-то на стене... Бывали такие случаи. А ближе к вечеру его снова позвали к королеве. На этот раз вместе с Кустисом, что было неожиданностью. Только пока непонятно, приятной ли. Анна глядела на него хмуро и настороженно. - Мне сказали, сударь, - сказала она без долгих вступлений, - что вы успели познакомиться с моей сестрой? - С вашей кем? - Аврал сразу даже и не понял. Потом понял. - Ну, во-первых, ваше величество, она мне даже не представилась... - О, это её стиль! - королева несколько смягчилась и даже позволила себе протокольную улыбку. - Что вам вообще известно о наших с ней взаимоотношениях? - Практически ничего, ваше величество, - честно ответил Аврал. - То есть слухи разные ходят, но настолько разные, что не складываются в непротиворечивую картину. - Например? - Говорят, что король Джол Джемкиф ушёл в Лес. И назначил вас наследницей престола. Другие же утверждают, что он просто пропал без вести, а ваша сестра оспаривает у вас правонаследование. Но у горожан она не пользуется поддержкой. Хотя вот последнее как раз похоже на правду. - А Пет Рива, в смысле, Тамиз вам ничего об этом не рассказывал? - Нет, ваше величество. - Видите ли, мой юный друг, - медленно начала королева. Снисходительный тон и "юного" придётся проглотить - она-то уж однозначно "тётка" (хотя с Сейли разница в возрасте вроде не такая уж большая), - а вот "друг" звучит как знак монаршей милости, неплохо. - Отец действительно ушёл в Лес и действительно оставил мне трон. Но под условием клятвенных гарантий безопасности и полной свободы сестры. Мы с Сейли с детства плохо ладили, а он одинаково любил обеих, и это, наверное, правильно. Вот она и пользуется этой свободой. Приходит в Страхбург и в замок, когда хочет, уходит тоже. Никто ей не может запретить, никто не может ни о чём спросить. А вы же понимаете, что это может означать сейчас, на пороге войны, когда армия Джинксии разворачивается на фронтире между нашими странами? При том, что уходит Сейли действительно на восток... - Понимаю, ваше величество. Возможно, мой вопрос прозвучит дерзко, но всё же: если ваш отец действительно ушёл в Лес - значит, есть способ попасть туда из Страхбурга? - Если ушёл - значит, есть, - нервно пожала Анна плечами. - Неужели я бы стала вас тщетно обнадёживать. Вы ведь догадываетесь, что я не просто так позвала вас вместе с вашим другом? Он подтвердит вам, что я с вами сейчас вполне искренна. Аврал молча потупил взор. Кустис и в самом деле это сигнализировал. - Завтра предстоит тяжёлый день, - продолжала королева. - В Страхбург прибывает переговорщик из Рагбада, доверенное лицо короля Кривла. Я не сказала вам это утром, потому что до последнего были сомнения, состоится ли встреча. А ещё я должна понять, могу ли вам доверять, не плетёте ли вы за моей спиной заговоры и интриги с моими недоброжелателями... - Ничего я не плету, ваше величество, - Аврал клятвенно поднял руку, не особо пытаясь скрыть возмущение подобными подозрениями. Королева благосклонно кивнула: - Вы же не хотите войны? - Не хочу, ваше величество. - Вот и я не хочу. И надеюсь уладить конфликт дипломатическим путём. А этому может поспособствовать ваше участие в переговорах. Хотя вы и член клана Амдиро, и армейский капитан, присягнувший на верность народу Угабу, я не могу и не хочу приказывать вам как своему подданному, поэтому прошу как гостя. Присутствие потенциального Белого рыцаря, бывшего его (её) оруженосца, может сильно повлиять на ход переговоров. В Джинксии о мече Гуррикапа помнят лучше, чем в Угабу. Вот такими странными событиями был полон вчерашний день, так что неудивительно, что Аврал после него отрубился в крепкий сон, а проснулся дезориентированным. С гудящей, как колокол, головой он вышел в коридор. Осмелевший Кустис увязался за ним, и Аврал не возражал. - Доброе утро, сударь! - голос Сейли Такдалия прозвучал снова из-за спины и неожиданно. - Доброе утро, ваше высочество. Мрачный тон в сочетании с обращением Сейли поняла по-своему. - Вижу, у вас из-за меня был не очень приятный разговор с сестрой? - спросила она сочувственно. - Вовсе нет. - А это... сами догадались? - Нет, разговор, конечно, был, но неприятным я бы его не назвал. Нормально так пообщались. - Тогда хорошо, - кивнула принцесса. - Но я бы, если позволите, предостерегла вас от поспешных выводов о характере Анны. Сейчас она вынуждена держаться с вами любезно, потому что вы ей нужны. К тому же, по слухам, сегодня должен приехать переговорщик из Джинксии, - она перехватила его быстрый взгляд и вспыхнула. - Да, сударь, "по слухам". Я догадываюсь, какие фантазии на мой счёт могут рождаться в нездоровом и подозрительном воображении сестры, но ничего тут не могу поделать. Клянусь вам, что с Джинксией я никоим боком не связана, никогда там не была, никого из порчунов в лицо не знаю и не видела. - Я ни в чём и не подозреваю ваше высочество. Просто пытаюсь во всём этом разобраться... - И пока что не очень получается? - улыбнулась Сейли. - Не очень. Но я стараюсь. Кстати, ваша сестра говорила, что уходите вы из города действительно на восток. - Прошпионила всё-таки? - Я не в смысле её подозрений, - поспешил заверить Аврал. - Просто думаю - не там ли проходит путь в лес, о котором я вас вчера не спрашивал и которым ушёл ваш отец? - А вы хитрец, сударь! - Сейли шутливо погрозила пальцем. - Я ведь не сказала "да"... - Так я же просто вслух рассуждаю. Но раз уж мы с вашим высочеством начали играть в намёки и недомолвки, то чисто теоретически, из любопытства: выпустили бы меня с вами из города, если что? - И снова я вынуждена ответить вам "Не знаю". Понятия не имею, как далеко простирается установленная сестрой "культура отмены" в адрес моей персоны. Если прикажет вас не выпускать, то и не выпустят. А скорее всего прикажет, если ещё не приказала после нашей вчерашней прогулки. Даже не из-за подозрений в связях с Джинксией. Просто те же мысли, что пришли в голову вам, наверняка пришли и ей. А зачем ей конкуренты в этом вопросе? - Ну, вы ей пока что и не конкурент, - сказал Аврал откровенно. - Я согласился помогать королеве не только из-за её туманных обещаний, но в первую очередь, чтобы попытаться предотвратить войну между Угабу и Джинксией. - Это очень благородно, - серьёзно кивнула Сейли. - Вопрос в том, насколько реально. Тут даже не от одной Анны всё зависит. Хотя от неё в первую очередь, конечно. Я к ней, возможно, предвзята, и вы не обязаны верить моим словам, но... Человек она не злой, просто людям не доверяет. Ставит министрами тех, кто ей в рот преданно глядит, независимо от его способностей. А когда начинают какую-то инициативу проявлять, тут же попадают в немилость. Вот и Пет Рива оказался под подозрением, оттого что слишком умён и свободолюбив. В итоге Анне приходится всё делать самой, за всё отвечать. Ну и закономерный результат - она просто устала, корона давит, не хочет ничем заниматься и ни во что вникать. А приходится. - Ваш отец ведь тоже от усталости оставил трон и ушёл? - Ну нет, его наши с Анной ссоры замучили. Дуры мы были обе, если честно, я только теперь понимаю. А правил он как раз грамотно и разумно. Не боялся что-то менять, если видел, что так будет лучше. Анна же руководствуется принципом "работает хоть как-то - не тронь, а то сломаешь". И прикрывается верностью нашим исконным традициям. Ну вот сейчас в тупике и растерянности, уже готова прислушиваться к чужим советам, хватается за любую соломинку - за Рива, за вас. Но что будет потом... А уйти, как отец, она никогда не уйдёт - это значило бы уступить трон мне, а ей это гордость не позволит. Будет держаться за него до последнего. - Вы бы правили лучше? - спросил Аврал намеренно провокационно и даже с сомнением в голосе. Сейли вспыхнула, но не стала ничего доказывать: - Не знаю. Со стороны судить легко. Лучше всего было бы, если бы папа вернулся. Лучше для всех. - А скажите, ваше высочество, - Аврал резко сменил тему, - Пакетоголовые действительно существуют? Принцесса почему-то вздрогнула - вероятно, просто от неожиданного вопроса. Затем насмешливо покачала головой: - Всё-таки пытаетесь выяснить, как далеко я ухожу на восток, и где проходит предполагаемая вами дорога? - В первую очередь - приведёт ли она туда, куда мне нужно, ваше высочество. Если король Джемкиф и вправду ушёл в Лес или куда-то через него - это ещё не значит, что Лес примет нас с Кустисом. В Голубой стране ведь не пускал. Можно ли выйти этим путём, минуя Лес, непосредственно на Аллею Памяти - вот что меня волнует... - Возвращаясь к заданному вами вопросу: Пакетоголовые существуют. В Рагбаде их называют голливокерами, детей ими пугают... Что вы снова на меня так подозрительно глядите, сударь? Это мне Пет Рива рассказывал. - Кто тут склоняет моё имя с утра пораньше? - раздался вдруг из-за поворота голос Тамиза, а следом и сам он вышел им навстречу. - Вижу, вы уже познакомились? - А что мне оставалось, господин колдун? - спросила Сейли. - Вы ведь оставили его без внимания и поддержки. - Увы, я не настолько свободен в перемещении, как ваше высочество. Надеюсь, Аврал на меня не сердится. Вы позволите нам поговорить наедине о мужских секретах? - Препоручаю вам заботу о нашем госте, - ответила принцесса, очень похоже копируя интонацию сестры. Как только они остались вдвоём, маска ироничной беззаботности тотчас слетела с лица Тамиза. - Аврал, дело серьёзное. Переговорщик из Рагбада уже в замке. Знаешь, кто это? - Понятия не имею. Гудвин Великий и Ужасный? - Очень смешно. Эрл Гугли Докс, вот кто. - А, тот твой соперник, - вспомнил Аврал. - Тю на тебя. Я ему, увы, не соперник - и речь не только о Глории, которая нужна ему лишь для того, чтобы официально стать первым лицом в королевстве. Хотя он и без того во многих вопросах влиятельней короля. Переговоры будут очень непростыми, и если тебя на них пригласили... - Пригласили. И мне хотелось бы понять, чего ты от них ждёшь. - Чтобы меня оставили в покое! Обе державы! - Ну и отлично. Значит, именно это я и буду предлагать им как условие мирного договора. - Ты с ума сошёл?! - схватился Тамиз руками за лысую голову. - А что такое? Смотри: страны заключают мирный договор, гарантируя тебе свободу и неприкосновенность, ты проводишь свои эксперименты, они делятся друг с другом твоими наработками... - Да Анна за такие речи сгноит и тебя, и меня! - резко перебил его Тамиз. - Ей нужно экономическое превосходство над Джинксией, а ты предлагаешь паритет. - И ради превосходства она готова начать бойню? - А ты как думал? Это реальная политика. - Но что-то же я должен буду говорить? - Просто кивай и соглашайся с королевой. Можешь сказать что-то умное, но не выходя за рамки её предложений. Тут важно исключительно твоё присутствие как без пяти минут Белого рыцаря Волшебной страны, который уже завтра-послезавтра вернёт себе Меч. - Извини, но трепать звание Белого рыцаря, отстаивая частные интересы Анны, а не интересы мира и справедливости, я не имею права. Иначе Меча мне просто не видать. Если меня ни о чём не спросят, я, конечно, промолчу. Но если спросят.... - Ну всё, опять этот сопливый юношеский максимализм, - простонал Тамиз. Кустис растопырил ветви с выражением "доказывать тут что-то бесполезно, вы на разных языках говорите". Пожалуй, он прав. Что ж, попробуем убедить Тамиза на языке прагматизма и циничного расчёта. Вдруг получится. - Я не пойму твоей конечной цели. Ты хочешь освободиться от ярма Анны, но при этом от реальной возможности ослабить его в результате компромисса между двумя странами отказываешься... - Потому что нельзя в таких вопросах переть напролом. Лавировать надо, - Тамиз показал кистью руки зубчатую траекторию. - Если моё положение улучшится в результате уступок Джинксии, для Анны это будет означать поражение государственных интересов, и она при первой же возможности отыграет всё назад. А вот если я ей помогу заключить мирный договор на её условиях, то в благодарность могу рассчитывать на некоторое послабление. - Это если она согласится, - скептично хмыкнул Аврал. - Ну так хоть какой-то шанс.... - Он меньше, чем ты думаешь. - Это ещё почему? - удивился Тамиз. - Сам посуди. Я клятвенно свидетельствую перед Гугли Доксом, что являюсь бывшим оруженосцем Белого рыцаря, направляюсь за мечом Гуррикапа известным мне путём и при этом отстаиваю политику королевы Анны. И что бы ты после этого сделал на его и короля Кривла месте? - Не знаю, - пожал садовник плечами. - Тогда я скажу тебе, что сделал бы я. Немедленно начал бы осаду Страхбурга, чтобы взять в плен этого кандидата в Белые рыцари, пока он ещё кандидат. - Да ну, ерунда! - воскликнул Тамиз. Но как-то очень уж неуверенно - видно, что в таком направлении он не мыслил. - Ему потребуется время, чтобы обсудить это с королём. А Кривл трусоват, и не сразу на такое решится. А без него Гугли войска двинуть не сможет. Туда-сюда, несколько дней придётся раскачиваться. А за это время... - За это время - что? Мне до сих пор ни Анна, ни Сейли прямо не сказали, что им известен способ добраться до дороги, не попавшись призрачным воронам. Если бы точно знали - какой смысл юлить? Может быть, думают друг на друга, и всё. Вот и получается - у тебя призрачная надежда на королевскую милость, у меня призрачные обещания, а выигрывает стопроцентно только Анна? Тамиз хотел что-то возразить - и, как показалось Авралу, по существу. Но сдержался в последнюю секунду. Лишь пробормотал: - Мне кажется, ты сгущаешь краски... - Не исключено. Возможно, это тоже юношеский максимализм, - ввернул Аврал с мстительным наслаждением. - Но видишь ли, раз ты втянул меня в эту авантюру без всяких гарантий, то мне придётся действовать по обстоятельствам на своё усмотрение, чтобы хоть какие-то гарантии заполучить. Не обессудь. И снова садовник заколебался - не открыть ли некий припасенный козырь... Это даже без Кустиса было понятно. Но в итоге снова промолчал. То ли козырь слишком уж серьёзный, то ли и впрямь аргументы против демонстрации Гугли Доксу полной солидарности с королевой прозвучали для Тамиза достаточно убедительно. Эти же аргументы Аврал вывалил следом и самой Анне. Та после недолгих колебаний (на долгие просто не оставалось времени), признала его правоту. Договорились, что Аврал будет предлагать компромиссную позицию, но, конечно, склоняясь всё равно к интересам Угабу. Увидев эрла Гугли Докса, Аврал сразу понял, почему принцесса Глория так противилась их возможному брачному союзу. Был бы он девушкой, наверное, тоже противился бы. Тощий старик в кружевном бархатном камзоле, годящийся бедняжке как минимум в отцы, видимо, не был особо привлекательным и в молодости, а чопорная походка и надменный взгляд лишь делали его ещё отвратительней. Тамиз, даже облезший, выглядел бы рядом с ним настоящим красавцем. Аврал повторил своё "паритетное" предложение: королеву загодя заверил, что это понарошку, а реакция на него джинксийского эрла была ему интересна. Но у Гугли Докса оно тоже не вызвало особого восторга. - Я полагаю, для разрядки напряжённости между двумя странами можно сделать первые шаги прямо сейчас. Рагбад отзывает свой ультиматум о немедленной экстрадиции Та... Пета Рива, а Страхбург взамен делится новыми его достижениями. - Всеми? - заинтересованно вскинул брови старик. - Ну уж нет! - не выдержала Анна. - Саженцами новых тканей, более тонких, чем были выращены в Джинксии, мы ещё можем поделиться, но чулки и сапоги останутся нашей монополией. Будем торговать ими с Рагбадом, что и скрепит наше мирное сотрудничество. И, конечно же, Рива останется у нас. Аврал заметил, как у Гугли Докса на этих словах сверкнули глаза. Отсигналил Кустису левой кистью, словно просто нервно теребя пальцами в воздухе: "Он не хочет, чтобы Тамиз возвращался в Рагбад?" Тот всплеснул ветвями: "Боится". Ну конечно же! Пусть Тамиз и считает, что Гугли Доксу он не конкурент, у самого старика на этот счёт иное мнение. Его главная задача - жениться на Глории и потеснить со временем её опекуна. Ради этого он готов пойти на конфликт с Кривлом, который хочет вернуть Тамиза. Потому что присутствие садовника в Рагбаде, ещё и под стражей, вожделенный брак точно не приблизит. Главное, чтобы результаты переговоров можно было выставить перед королём дипломатической победой Джинксии. - В таком случае, ваше величество, - продолжил Аврал, - не стоит ограничиваться единоразовой поставкой черенков. В условиях мирного договора можно прописать, что Угабу будет впредь делиться с Джинксией всеми новыми сортами тканевых. А та не претендует на саженцы готовых изделий. - Насчёт "всеми" надо подумать, - снова возразила королева. - В зависимости от толщины и фактуры... можно будет обсудить ограничения. - А ещё, - не уступал мальчишка, - можно будет поделиться с Джинксией всеми пирожными деревьями. Их плодами торговать с ней всё равно не получится - быстро портятся. Анна уставилась на него с удивлением, но тут же радостно закивала: - Нисколько не возражаю. - Но Пет Рива останется в Страхбурге? - уточнил Гугли Докс. - Да, ваша светлость. Наша позиция здесь непоколебима и не обсуждается, - отрезала королева. А Аврал добавил: - И во избежание кривотолков ему стоит тоже подписать пункт договора о добровольном отказе от посещения Рагбада и всей Джинксии. Старик старательно хмурился и морщился, демонстрируя, как ему неприятно услышанное, но Кустис отсигналил: "Клюнул". Поэтому для Аврала не стали сюрпризом его выводы по итогам переговоров, безмерно удивившие королеву. Гугли Докс заверил, что хотя предложенные условия и невыгодны для Джинксии, он готов пойти на них ради сохранения мира. Осталось только убедить короля. - И если его величество согласится, обе стороны начнут разводить войска ещё до подписания договора, - напомнил Аврал. Анна и Гугли Докс единодушно согласились. - Но как, друг мой? - изумлялась королева, когда они остались одни. - Как вам удалось его уговорить? - Это всё он, - скромно указал Аврал на Кустиса. - Дал понять, какие предложения эрлу по душе. Похоже, что Тамиз ей просто не рассказывал о любовной подоплеке своего бегства из Джинксии. Ну и мы тоже не будем. - Но вам ведь известно, что... - Пирожные деревья приживаются и плодоносят только в районе Страхбурга? Мне известно, а королю Кривлу нет. На первых порах все претензии можно отпасовывать самим порчунам - не так ухаживают. А дальше... там будет видно. Главное, сейчас войну не допустить. И вообще Тамиз может ошибаться: это западней деревья не приживаются, а восточней могут и прижиться. - Если и в самом деле удастся договориться, - пафосно молвила Анна, - значит, вы спасли страну от бессмысленного кровопролития. И это не останется без награды. - Вашему величеству ведь известна единственная награда, которую я бы желал, - почтительно сказал Аврал, разумеется, не уточняя, что это кровопролитие королева могла бы предотвратить и сама, если бы хотела. – Выбраться в предлесье. - Само собой, друг мой. Но только когда и если всё уладится с Джинксией. А пока что вот, - она протянула руку для поцелуя. Аврал припал на колено. На указательном пальце королевы выделялось кольцо, которого раньше не было - бронзовое, массивное, великоватое для её тонких перстов. На печатке королевская монограмма: увенчанная короной закорючка, похожая на выпрямленную семёрку. Буква "А" древнего балланагарского алфавита. Мальчик коснулся бронзы губами, и кольцо соскользнуло ему в ладонь. - Это королевская пайцза, - объяснила Анна, - дающая особые права и полномочия её обладателю. Ближайшие дни могут быть непростыми, вам она не помешает. И, пожалуй, в лагерь вы вернётесь в объезд горы, с Тамизом вам лучше пока не встречаться. Любая мелочь, любое неосторожное слово может всё сорвать. Кольцо оказалось великоватым не только для королевы, но и для самого Аврала. Перемерив его на все пальцы, с которых оно всякий раз спадало, положил в сумку на клановой перевязи. Так оно правильней будет - нечего такими инсигниями попусту отсвечивать. Ни с Тамизом, ни с Сейли так и не увиделся. Получил заодно пакет для штаба и вскоре выехал верхом на куреломе с Кустисом за спиной из городских ворот. Дорога к штабу и лагерю огибала вершину с запада, и это было не очень интересно. Он предпочёл бы побывать к востоку от Страхбурга - рассмотреть водопад на горной реке, который двигает вагонетки внутри туннеля и снабжает город водой, понять, как Гугли Докс смог прибыть относительно ранним утром, не попав под ночную атаку призрачных воронов, раз уж они долетают до городских стен, и - чем судьба не шутит! - всё-таки поискать хотя бы в трубу следы загадочного пути к предлесью. Впрочем, местность в трубу он и так рассматривал, периодически останавливая курелома - почта обычная, ничего срочного, в штабе подождут. А когда обогнул вершину, все мысли были уже о другом. Он был недоволен собой. Разомлел от удачных переговоров, от похвалы королевы, и только теперь начал задумываться о цене успеха. Во-первых, фактически увеличил шансы для Гугли Докса добиться руки Глории. Девчонку, конечно, жалко - но какая альтернатива? Тамиз её недостоин, он трус и эгоист, не говоря уж о том, что совсем её не любит. Ещё неизвестно, с кем бы ей было хуже. Во-вторых, самого Тамиза тоже, получается, подставил. Ответственность за то, как будут приживаться в Джинксии черенки, теперь на нём, он крайний. И даже увидеться не дали, объяснить ситуацию. С другой стороны, Аврал добился для него, чего он хотел, и даже больше. А на душе всё равно кошки скребут почему-то. В штабе его встретили радушно. - Капитан Джо Аврал? Мы уж думали, вас на придворную службу взяли... - Ещё чего! Оно мне надо? - Тогда принимайте пополнение. Партия новоприбывших как раз заканчивала с бумажной волокитой. - Аврал? - прогремел радостным удивлением подзабытый за прошедшие недели голос. - Ульган! Вот это встреча... Погоди, но как это вы из Амдиро так быстро, - Аврал мысленно подсчитывал дни. - Так по твоему же примеру! Хотя о нём услышали, разумеется, только в Кабезаплана, зато дальше до самой Сливовой - только о вас и разговоры. - Что, до сих пор? - Ага. Ну, теперь, наверно, уже о нас... Видишь, какую мы толпу собрали из тех, кого догнали и ускорили? Толпа и в самом деле была внушительной. Даже как-то жаль немного, если в ближайшие дни придёт отмашка и начнут разводить войска. Хотя будет о чём повспоминать по паланкам, неторопливо разъезжаясь домой. Всяко лучше, чем рубиться насмерть непонятно за что. В толпе этой, кстати, виднелся и Ланем. На Аврала глядел крайне неприветливо, что было неудивительно, учитывая обстоятельства их расставания. Настораживало иное: вокруг него группировалась довольно заметная и шумная компания новобранцев, и Ланем ей что-то вещал, и уже целый букет взглядов сверлил Аврала... По дороге в лагерь Ульган объяснил, в чём тут дело. Кендалья действительно собрал Совет старейшин в ответ на обвинения, которыми Ланем кидался в адрес Аврала. Тот выбрал не самую умную линию поведения - начал отрицать, что говорил подобное. Конечно же, нашлись свидетели, Ланему пришлось не только признаться, что да, говорил, но и отвечать за свои слова. На фоне первой лжи теперь о снисходительном отношении к пьяному трёпу после крепкого шерана не могло быть и речи, и то, что ранее было бы спущено на тормозах, вылилось в назначение Ланему часов общественных работ. А когда была объявлена мобилизация, его внесли в список для их погашения. - Я вообще считаю такую практику неправильной, - рассказывал Ульган. - Если отправлять на войну в наказание, много ли такой навоюет? Но старейшины рассудили иначе, включая отца Ланема - это ведь восстановление честного имени... Только похоже, он не спешит его восстанавливать. В дальних паланках (то бишь ближних к Страхбургу) как ведь получилось? Добровольцы ушли с первой партией, в проводниках к тому времени, когда мы туда добрались, оставались в основном проштрафившиеся вроде Ланема. Ну и тянется подобное к подобному... Ты будь осторожней - они обязательно попытаются в лагере воду мутить. Причём сходу, чтобы зарекомендовать себя. - Ха, пусть попробуют! - рассмеялся Аврал. - У нас тут уже крепкий коллектив сложился. - Ты зря недооцениваешь Ланема. Он, конечно, истеричка, но хитёр... Новая партия начала вливаться в лагерный быт. Кто-то искал земляков, отправившихся раньше, кто-то, наоборот, беседовал со знакомыми, которых давно не видел, и вот, война свела на задворках столицы. Аврал с интересом расспрашивал о новостях за прошедшие почти двое суток его отсутствия. А когда перед ужином все стянулись под огромный навес столовой, Ланем сделал ожидаемый, но рассчитанно болезненный выпад: - Слышь, Блестяшка, говорят, ты меня на поединок грозился вызвать. И тут же сбежал в Деной. Ну вот, встретились... У Амдиро, к которым ты примазался, принято отвечать за свои слова. Стало сразу как-то аномально тихо. В такой тишине надо что-то говорить, а на такие серьёзные обвинения – что-то отвечать. Слова Ланема не были совершенно безосновательной ложью, за которую можно было бы просто плюнуть в лицо. Но объяснять, как было на самом деле и как нагло умудрился извратить факты Ланем, будет выглядеть самооправданием. Да и откликнуться на это дурацкое прозвище, от которого внутри всё закипело - и хорошо, если это было не слишком заметно со стороны и не вызовет подозрений, что обвинение Ланема его действительно задело по фактам... - Меня зовут Аврал. Джо Аврал. Капитан Джо Аврал, - произнёс он ледяным голосом. - А если бы ты был в состоянии отвечать за свои слова, тебя с нами сейчас просто не было бы. От последнего замечания Ланем просто взвился, как от удара хлыстом. И, конечно, не стал его комментировать. - Да уж капитан. Вижу, что капитан. Капитан - это такая удобная отмазка, да? А что - капитан, значит, есть законные основания уклониться от вызова. Ну тогда я сам тебя вызываю! Он стянул клановую перевязь и бросил её к ногам Аврала. Тишина стала ешё тише, если такое возможно. Всего на несколько секунд. А затем перешла в усиливающийся гул. Вызвать на суд чести капитана, которым в военное время всякие поединки запрещены... Неслыханно - но прямо ведь и не запрещено. Авралу теперь придётся или отказаться от дуэли, покрыв своё имя позором, или принять вызов и, если останется жив, пойти под военный трибунал. Аврал колебался недолго. Быстро снял собственную перевязь и швырнул поверх Ланемовой. Сильно так швырнул, в сердцах, от отчаяния. Из сумки от удара выпал пенал-календарь и выкатилось что-то бронзовое, невольно приковав к себе взгляды. - Что это? - Ничего особенного, - Аврал поднял кольцо. - Просто королевская пайцза, - он выставил его вперёд печаткой с вензелем Анны. Теперь все взоры были устремлены на Ланема. - Откуда я знал, что у него пайцза? Вызов не считается! - Не знал? А о том, что капитан не имеет права биться на дуэли, тоже не знал? - наседал уже на него Рамон. - Ты что, вчерашний? Или просто беспредельщик? Аврал молчал, догадываясь, что обладателей пайцзы, видимо, запрещено вызывать на поединок, и это чуть ли не преступление против Короны. Знал бы - не принял вызов, просто показал бы кольцо. А то как-то нечестно получилось. Но к нему претензий, кажется, нет. - Я отменяю свой вызов, - сдался Ланем, чувствуя низом спины, что никакая поддержка ему не светит. - Конечно, отменяешь, - хмыкнул Ривальо из Яблочной. - Со всеми положенными за такое малодушие последствиями. Только ты нам ещё и за беспредел пояснишь. На Ланема было жалко смотреть. Кучковавшиеся вокруг него рассосались моментально и бесследно. А сам он жалел, что у него нет хвоста - его хотя бы поджать можно было бы. - Королевская пайцза? - шепнул Ульган. - Аврал, ты когда-нибудь перестанешь меня удивлять? - Я ведь говорил, что ещё и не начинал по-настоящему... На самом деле происходящее удивляло уже и самого Аврала. И беспокоило. Слишком уж гладко всё складывается - а полоса удач всегда заканчивается рано или поздно. И тем болезненнее, чем сильнее к ней привыкнешь.