Сиреневый туман
7 июня 2023 г., 15:39
Когда Подземная страна распахнула перед путниками свой умопомрачительный простор, Элли заметила, что лиловые облака разливают тусклый свет заметно выше, чем там, куда они в прошлый раз выбрались с Фредом. Аврал в свою очередь уверенно сказал, что они при этом чуть ниже, чем над лесом, где произошла роковая встреча с Руггедо, и Элли, поколебавшись, согласилась. Природа здесь, видимо, соответствовала высотно-климатическому поясу, который Энни авторитетно определила как лесотундру. Болотистые луга рассекались жиденькими редколесьями, извилисто бегущими куда-то вдаль. Может быть, прямо к обрыву над морем, а может быть, до него ещё далеко. Стрелка Лиагоны, во всяком случае, уверенно указывала в ту сторону.
К сожалению, указывала она направление к цели, а не маршрут. Пробираться через болота приходилось, полагаясь на собственную голову. Даже Миоти с Артошкой тут мало чем могли помочь. Срубив длинные толстые палки, ребята осторожно прощупывали путь.
От торфянников клубился и полз по земле густой пар, окутывая ноги до колен. Видимо, снежно-белый, но отблески облаков, насыщенных, будто свежевымытые, окрашивали его в тот же спектр оттенков от сиреневого до багрового. Порой казалось, что они идут поверх таких же облаков, земля под ними полностью скрывалась, и Аврал в такие минуты прощупывал её особенно тщательно и сосредоточенно, сурово зыркая на спутниц, чтобы следовали его примеру.
Когда же испарения немного рассеялись, позволил себе нарушить тишину нравоучительным напоминанием уже знакомой девчонкам истории о том, как он в Инкубаторе, не послушавшись Кустиса, наступил на кочку-чавкуна, и какие долгие болезненные последствия это имело. Те, разумеется, не спешили назидаться моралью сей басни, лишь сами развязали языки. Впрочем, уже рукой подать оставалось до очередной рощицы, предвещавшей короткий привал. Там почва точно твёрдая. Настроение у сестричек поднялось, внимание рассеялось. Аврал же, напротив, помрачнел, как всякий раз, вспоминая о Кустисе и их общих приключениях. Когда притупились шок и радость от нежданной встречи, горечь разлуки начала ощутимо покалывать сквозь них снова и снова. Противней всего, что к ней отчётливо примешивалась обида. Кустис расстался с ним по собственной воле. И вроде бы ничего удивительного, что предпочёл его обществу среду своих сородичей, и радоваться надо, что его наконец-то приняли, а не получается почему-то. Слишком Аврал к нему привязался, и теперь досадовал, что это, кажется, не было взаимно. Как-то легко с его стороны они расстались. Или это только кажется?
А ведь с сестричками тоже расставание предстоит. Рано или поздно вернутся в свой Канзас, о котором у них только и разговоры. Может быть, просто не надо так сильно привязываться к друзьям? Или привязываться только к тем, кого заведомо не потеряешь. Но ведь так не бывает. Хотя вот из Розового дворца он сам ушёл, никто же не выгонял. Наверно, он просто не умеет дружить, обречён на одиночество и скитания...
Беззаботный щебет девочек лишь усиливал гнетущее настроение от этих мыслей. Зато стоило добраться до заветной рощицы, как он моментально стих. Сестрички в обнимку (никак не наверстают упущенные за двенадцать лет объятия) расположились под деревом, облокотившись на шершавый ствол, Артошка свернулся калачиком у них на коленях, как кот, тут же Миоти повисла вниз головой на ветке - идиллия! Багровые листья над ними, как пламя холодного костра, шелестят на лёгком ветерке со стороны моря - впрочем, до моря отсюда ещё спускаться и спускаться, его солёного запаха, наверно, и дядя Чарли не различил бы. И непонятно, сколько ещё шагать до обрыва, к которому их по-прежнему направляет светящаяся "богиня" в шаре.
Аврал достал из рюкзака подзорную трубу, попытался вглядеться сквозь пурпурную завесу тумана, колеблемую сквозняком. Они двигаются к морю - и одновременно вдоль стены, которая продолжает нависать, уходя в облака, по левую руку. А справа из тумана вместо обычных деревьев-свечек нового перелеска чернеют, подобно паукам, приземистые силуэты - ветвистые, кряжистые и какие-то все перекошенные, навевающие совсем недавние и крайне неприятные воспоминания. Дальше за ними ничего толком не различишь, сколько ни пялься - хоть с трубой, хоть без.
- Не видно ни... зги, - с девчонками приходилось выражаться изящней, чем принято в среде суровых угабских казаков. - Я вам ещё не рассказывал, какая у меня фантазия возникла, когда мы с Кустисом продирались через перевалы? Вот если бы была труба, способная переносить в то место, на которое её наводишь... Только сейчас и она нам мало помогла бы.
- А что, - заинтересовалась вдруг Элли, - наверное, такой артефакт возможен. Это ведь как перемещальная функция серебряных башмачков или эта Лиагона, только проще - всего лишь на расстояние прямой видимости.
- А мне этих башмачков даже примерить не пришлось, - зевнула Энни, не раскрывая зажмуренных глаз. - И перемещалась всего один раз, с Озмой из Канзаса. Всё-таки, что ни говори, а настоящая хранительница Регалий Озмы - только ты.
- Это почему же?
- Ты их все собрала. А при мне башмачки потерялись. Горе, а не хранительница. Жалкая и неудачная твоя замена - вот не зря у меня такое чувство было с самого начала.
- Зато ты была настоящей феей! Да ещё и Белым рыцарем.
Но Энни уже захлестнула волна самобичевания:
- Рыцарь без меча, но со шрамом, смех один. А теперь вот Аврал из-за меня без меча остался. Потому что не захотела в обход, спешила в дворец Тарриги попасть... Вот вам и попали!
- Прекрати, - сказал Аврал строго. - Ты лучше меня знаешь, что случайностей с Мечом не бывает. Компас же не хочет нас перемещать обратно к озеру. Значит, я по-прежнему не готов...
- Тогда получается, и я больше не достойна. Меня ведь тоже не перемещает, - нервно рассмеялась Энни.
- А может быть, дело и не в достоинстве вовсе, - задумчиво молвила Элли. - Может быть, сейчас Волшебной стране просто не нужен Белый рыцарь.
Аврал, поразмыслив, кивнул:
- Всё может быть. Мне уже приходило в голову, что мой путь лежал не за мечом, а за Лиагоной. Может быть, она будет ждать настоящего Белого рыцаря? В конце концов, с пришельцами Озма и так справилась, у рудокопов планы молниеносной войны тоже провалились. Ну сколько они ещё так продержатся? Две-три недели максимум.
Голос его был бодрым, а настроение скверным. Да и не у него одного, Энни вон расхандрилась, на неё даже непохоже. Может, они надышались вредных испарений от болот? Хотя сильнее всего тоска накатывает, когда он вглядывается в туман на пути, а особенно в торчащие из него силуэты странных деревьев. Или в самом деле воображение разыгралось от воспоминаний о тумане и покорёженных деревьях на болотах в Инкубаторе, о нападении Ползучих Лиан. Но, кстати, стрелка теперь чётко указывает в сторону от странных деревьев, ближе к скалам, там и туман не такой густой, разогнан сквозняком.
Ну и почему бы ему не послушаться тогда стрелки? Нет, когда на пути неожиданно поднялись заросли камышей, а грязь зачавкала под ногами, повёл девчонок обходить их справа, ближе к деревьям. Ещё и начал подбадривать - вот, мол, даже в лесу Воюющих деревьев подобным образом выглядели мёртвые останки, а тут тем более бояться нечего.
И когда зловещие силуэты, оставаясь расплывчатыми в тумане, но выросши из него настолько, что начали заполнять обзор, угрожающе зашевелили ветвями, поначалу никто даже не поверил своим глазам.
К чести Аврала, он опомнился первым и без лишних слов потянул девчат прямо в камыши. Громкое чавканье за спиной без лишних слов и оглядываний засвидетельствовало правоту худших и самых невероятных предположений.
Дальше, вглубь, бегом, ломая толстые стебли. Ноги вязнут всё глубже и сильнее. Девочки всё же обернулись, преодолевая страх - может быть, никто их не преследует, может, собственное хлюпанье усиливается странным эхом? Нет - деревья, как минимум, не стали дальше, и ветви-щупальца рвут розовые клочья тумана.
- Аккуратней, - напомнил Аврал на бегу, - прощупываем дорогу!
Но как будешь аккуратней, улепётывая? Элли, отстав, вдруг резко вскрикнула. Аврал и Энни обернулись и на миг оцепенели в ужасе. Девочка возвышалась над поверхностью только от пояса, и похоже, её продолжало затягивать.
- Цепляйся двумя руками, - Аврал протянул ей свою палку. - Расставь их пошире. Энни, хватайся за другой конец!
- Будем тащить?
- Нет, знаешь, друг на друга перетягивать! Не смей подходить к ней ближе, чем моя нога. Поехали!
Деревья приближались - теперь это было видно отчётливо. Рывок. Другой. Ноги Энни тоже начинают погружаться в трясину - некуда упереться.
- Падай на спину и продолжай тянуть на себя, - командовал Аврал. - И потихоньку отползай на спине.
Громкий, хоть и глухой треск заставил напрячься и, выждав паузу, нерешительно приподнять головы.
Ближайшего нависавшего над ними дерева больше не было. Следующее развалилось на куски, достигнув невидимой черты, у них на глазах.
- Что там? - прошептала Элли. В болотной жиже у неё теперь были даже косички.
- Одной проблемой меньше, - ответил Аврал, не вдаваясь в детали. - Теперь осталось тебя вытащить. Не пытайся сама выбраться, я скажу, когда будет можно.
Через несколько минут успешно разрешилась и вторая проблема. В грязи с ног до головы теперь были все трое (не считая честно помогавшего Артошки), но пока что не обращали на это внимание, радуясь лишь твёрдой почве под ногами.
- Похоже, эти деревья живые, но неразумные, - сказал Аврал. - Однако инстинкта самосохранения не лишены, раз остальные не лезут дальше.
- Ну или мы успели отойти туда, где больше не представляем для них интереса, - выдвинула Энни встречную гипотезу.
Элли наконец-то отошла настолько, чтобы критически себя оглядеть. И прийти в тихий ужас, конечно.
- Аврал, только ты впереди иди, хорошо?
- О, яжедевочка проснулась! Знаешь, что такое несовместимая с жизнью стеснительность?
- Мы знаем, что такое несовместимое с жизнью занудство, - пришла Энни на помощь сестре. - Тебя же просят, как человека...
- А потом этому человеку опять спасать деву в беде?
- А ты что-то имеешь против, рыцарь? - прищурилась Энни. Аврал махнул рукой:
- Идите строго по моим следам. Если что, сразу кричите. И вообще разговаривайте, чтобы я слышал, где вы...
- Как скажешь. Странно, откуда здесь живые деревья? Это ведь точно не Баккара работа.
- Но мы же не знаем, откуда он взял их наверху. И бывал ли здесь.
- Мы с Элли не знаем. А тебе Стелла, может быть, что-то рассказывала?
- Я похож на Стеллину подружку для обсуждения сердечных тайн? - сердито проворчал Аврал. - Шарлоте, может быть, и рассказывала. Но у меня, в отличие от некоторых, нет привычки подслушивать под окнами...
- Ах, какие мы злопамятные! Элли, знаешь, я ему тогда в ухо так красиво заехала. Можем повторить, если что.
- Хватит уже задираться! Надоело, - приструнила Элли обоих. - А вы заметили, что с приближением к этой полосе тумана, где деревья, у нас у всех начало портиться настроение? Может быть, в этом тумане растворена какая-то негативная энергетика? Ну как частицы Хаоса тогда, наверху. Может быть, это оно и есть?
- Стрелка, во всяком случае, в сторону от них показывала, - согласился Аврал. - А я подсказку проигнорировал - и вот...
Энни задумалась.
- Это скорее не на действие сизого тумана похоже, а тех Призрачных воронов перед Страхбургом. Только намного слабее, и близко не доходит до такого отчаяния. Возможно, сами деревья вырабатывают этот эмоциональный негатив. Во сне, пока мы их не разбудили... А у тебя разве тоже настроение портилось? Я что-то не заметила.
- И я, - подтвердил Аврал.
- Просто я плохое настроение стараюсь не выплёскивать. Оно тогда быстрее проходит.
- Хм, это тебя во дворце так наставили, или ты и раньше такой была?
- Не знаю. Кажется, я всегда так рассуждала.
- Вы в некоторых моментах такие разные, до противоположности, - подхватил Аврал. - Даже странно. - Он смущённо умолк и ускорил шаг, шурша камышами.
- Это потому, что у неё в друзьях не было Тима О'Келли, - объяснила Энни. - Вот у него что на уме, то и на языке. С друзьями, конечно. И я от него, наверно, переняла.
Аврал почему-то зашагал ещё быстрее и как-то напряжённей.
Заросли рогоза тянулись почти до скал. Поэтому неожиданный шум воды донёсся, заставив свернуть к нему, раньше, чем открылся обзор. Невысокий, футов в пятнадцать, водопадик извергался прямо из толщи гранитной скалы в огромную каменную чашу. Лиловые отблески облаков отражались от тонкой, словно стеклянной струи, от бурлящей под ней косматой пены, разбиваясь на множество оттенков в плавности и контрастности переходов от красного к синеве. Вблизи обнаружился ещё один приятный сюрприз: вода оказалась тёплой.
- Подземный огонь здесь недалеко, - уверенно сказала Энни. - Но и не настолько, чтобы кипяток бил.
Сейчас, однако, было не до геологических подробностей. И не до смущения - даже скромнице Элли. Бросились отмываться от уже засохшего ила, отстирывать одежду. Энни, разумеется, вскоре начала задираться и брызгаться, ей отвечали тем же. Артошка барахтался на поверхности, колотя воду лапами, фыркая и отряхиваясь. Миоти и та кружила низко над головами, поддерживая общее веселье после счастливо пережитых опасностей.
Лиловые сполохи, отражённые от воды, преломлённые в паре над её поверхностью, покрывали и лица фантастической, ежесекундно меняющейся расцветкой, в которой причудливо искажались их черты. Эта феерия достигла апогея, когда Элли пошла отмывать волосы прямо под струю, а затем скрылась за ней в крошечном прострастве. Дрожащая пелена вытворяла с её фигурой и лицом невообразимое - то вытянет шею, то выдвинет далеко вперёд подбородок, а уши, заострив - куда-то к затылку. Глаза вкось, нос пятачком. Руки то извивались со множеством суставов в неожиданных местах, то втягивались до младенческих размеров, а от пояса вдруг начинала расти вторая пара. Энни это поначалу забавляло, затем жутенько стало - вспоминались уже не "комнаты смеха" на ярмарках, а зеркальный зал Руггедо.
- Слушай, я тебе оттуда тоже каким-то чудовищем кажусь?
- Ага! - весело донеслось из-за водопадика. - А ты иди ко мне! Здесь уютно, и места хватит обеим...
Впрочем, и без причуд воды и света Энни была недовольна внешностью сестры после рудокопского заточения.
- Мало что бледная, ещё и худющая, как щепка! Вас там во дворце кормили вообще?
- Ещё как! Просто фрейлины должны поддерживать тонус и блюсти фигуру.
- Тоже мне фигура - рёбра просвечивают...
Поскольку Энни - сама тактичность! - завела этот разговор уже при Аврале, Элли не захотела его развивать. Резко поднялась.
- Артоша, пойдём красивых цветочков поищем!
- Ну что ты к ней цепляешься? - набросился Аврал на Энни, когда они остались одни. - А если и в самом деле обидится?
Энни пожала плечами:
- С чего бы ей обижаться - она же нормальная. И почему ты думаешь, что я цепляюсь именно к ней?
- А к кому?
- Догадайся! Может, я хочу проверить, всё так ли ты краснеешь, когда смущаешься. Только пока не понять - вокруг то темно, то в красном свете.
- Мне-то тут отчего смущаться? - не понял Аврал.
- Ну не зна-а-аю... Мне всё кажется, ты на неё как-то по-особенному смотришь. Сейчас вот тоже таким взглядом проводил...
Аврал рассмеялся:
- Никогда не думал, что ты ревнивая!
Энни попыталась столкнуть его за такую дерзость в воду, разумеется, не смогла. Зато когда он, увернувшись, шутя подтолкнул её, плюхнулась сама, вцепившись ему в руку и утянув за собой. Ушла с головой (как отказать себе в удовольствии снова окунуться в тёплую пузырящуюся водичку?), вынырнула. В висках пульсирует, шум водопада будто утих.
- Не ревнивая, Аврал, - сказала неожиданно серьёзно. - Тут скорее наоборот... Вот ты говоришь, что тебе, может быть, и не суждено стать Белым рыцарем Волшебной страны. А ты бы в таком случае мог бы - чисто теоретически! - отправиться с нами в
Большой мир?
- Зачем? В смысле, навсегда? - Аврал растерялся от неожиданного вопроса. - Трудно сказать. Там всё чужое, незнакомое.
Девочка вздохнула. Не стоило, конечно, и начинать этот разговор, но раз уж начала...
- Вот и Элли боится, что родина за время разлуки стала для неё чужой. Всё изменилось, бывшие ровесники на десять лет её старше. И мальчик, который ей, кажется, нравился... Хотя он её и недостоин, - Энни зачем-то похрустела костяшками пальцев. - Ну мы с ней подружились, конечно, ну родители... Но мне кажется, этого недостаточно. Ты бы мог стать для неё ещё одной зацепкой. Если только... Ты ей вроде бы тоже симпатичен.
Аврал молчал. Энни словно спохватилась:
- Я, наверно, какую-то чушь несу? - пожалуй, и не наверно, ну да поздно уже. - Просто хочется понять, реален ли вообще такой вариант. Заранее. Конечно, будут проблемы с твоей легализацией - Канзас не Волшебная страна, где бери и селись. Но они и у самой Элли возникнут, и у Фреда, чего уж теперь... С Элли труднее всего - как объяснить, что она выглядит на десять лет моложе, чем должна? Ах, я опять о чём-то не том...
- Как раз это всё меня не сильно страшит. А вот то, что ты говоришь обо мне и Элли... Было бы проще, если бы с моей стороны тут ничего не было и близко. Ну или наоборот - если бы никаких вопросов. Но... Тебе ведь тоже это знакомо - когда не можешь разобраться в собственных чувствах? - Аврал глядел на неё серьёзно и выжидающе.
- Знакомо, - призналась девочка со смущённой полуулыбкой, совсем как у сестры.
- О чём воркуем, голубки? - раздалось над головами с берега.
Элли уже успела сплести венок, украшавший теперь её свежевымытую голову. В основном из ржавых стеблей, цветков не так уж много, но они эффектно бросались в глаза, как рубины серебряного обруча.
- Видишь, Аврал, она тоже ревнивая! Элли, не поверишь - о тебе...
- Надеюсь, не о моих выпирающих рёбрах? - тихо буркнула Элли. Присела над водой и возложила венок на сестрёнку. Та замотала головой:
- Ты ничего не перепутала? По-моему, сей дар вот ему предназначался, - венок переместился на голову Аврала. Тот хотел его снять, но девочки хором запротестовали. Ладно, побудем посмешищем, если им так хочется. Тыжерыцарь (на самом деле нет, но неважно).
Одежда сохла медленно - над водой слишком влажно, в стороне слишком прохладно. Кутаясь в парусину, расположились на ночлег. Но спать, несмотря на насыщенный приключениями день, не хотелось. Элли задумчиво созерцала струю водопада.
- Вода не успевает остывать, значит, где-то там должен быть большой водосток. А возможно, и старое русло, по которому можно спуститься ниже, как мы тогда с Фредом...
Аврал покачал головой, показал ей Лиагону:
- Стрелка продолжает указывать в сторону моря. Значит, туда и направимся.
- Думаешь, там есть спуск?
- Думаю, надо идти в том направлении. Чем чревато отклонение от него, мы сегодня уже убедились. Зачем - пока не знаю, возможны варианты.
Элли всмотрелась в фигурку-многоручку. Она сейчас светила довольно тускло, и чем дольше девочка её разглядывала сквозь выпуклую поверхность, тем отчётливей выглядела, тем больше деталей можно было различить.
- Ребят, а вы видели - у неё в нижних руках по мечу?
И в самом деле, почти незаметно, касаясь ног опущенными клинками. Длинный в правой руке, короткий в левой.
- У длинного гарда, как у меча Гуррикапа, - заметила Энни неуверенно. - Аврал, что скажешь?
- Вроде похоже. Трудно точно сказать. Он слишком яркий, слепит.
- Ага, ярче, чем сама фигурка. Зато короткий тусклый. К чему бы это?
- Понятия не имею. Но не думаю, что просто для красоты...
* * *
Нимми Эми к идее рудокопского легиона "Голубая лента" отнеслась с изрядной долей скепсиса. Но факт остаётся фактом: именно Ройо нашёл на комбинате человека, вместе с которым смог организовать масштабную диверсию и освобождение пленных, ему принадлежала и ключевая идея с водяным колесом. Уже ради этого стоило прислушаться к его словам, как бы нелепо и фантастично они ни звучали. А вдруг сработает и на этот раз? Беседовали втроём без посторонних свидетелей, но Прем Кокус больше отмалчивался в ожидании вопросов, которые находятся не в юрисдикции Нимми. Их пока что не было. Договорились, что легион будет под командованием Нимми Эми как отдельная боевая единица вне жевунских соединений, подобно тому, как действуют взводы дуболомов и Летучие Обезьяны. А вот его боевые задачи и, соответственно, характер поддержки определяются численностью и качеством личного состава. - Из наших "голуболенточных" почти половина готова участвовать, - сказал Ройо с гордостью. - Сам удивлён. Причём это не значит, что остальные отказались - многие ещё думают. А те, кто согласились, уже ведут в лагере агитацию. Только ведь сами понимаете - одно дело просто разговоры, а другое, если легион уже официально создан... - Считайте, он уже создан. Я подготовлю указ, Прем Кокус его подпишет. Старик молча кивнул, подтверждая сказанное. - Но всё остальное - только когда будет какая-то конкретика. - Я понимаю, - согласился Ройо. Он и не ожидал, что вопрос решится так быстро, без привычной рудокопской волокиты и проволочки. Потому они, видно, и побеждают, хотя уступают силами. Обсуждение деталей внезапно было прервано поднятым переполохом. Сперва внимание привлёк доносящийся издалека шум, но вскоре стала очевидна его причина. Тень легла, словно внезапная туча, заставив задрать головы. Силуэт дракона гигантским воздушным змеем парил по кругу. Ойххо - на такой высоте его с другими не спутать, даже если бы не было башенки на спине. Снижается, но садиться явно не намерен. Лишь вытянул длинную шею в сторону Према и Нимми, пытаясь что-то объяснить. Взгляда за чёрными очками всё равно не понять, но если на морде рептилии можно прочесть какое-то выражение, то оно успокаивающее. Дважды качнул корпусом и распростёртыми крыльями вправо-влево - это уже чётко условленный знак "Всё в порядке" - и устремился прочь без оглядки в сторону рудокопских позиций. Хлещет воздух кожистыми крыльями, набирая высоту. - Это... как? - растерянно забормотал Прем Кокус. - Он нас бросил? Предал? - Не думаю, - ответила Нимми. - Зачем бы ему тогда над нами кружиться? - А рудокопские драконы его позвать не могли? Их много наверху, ежели все вместе... Ройо замотал головой: - Исключено. Влияние драконов друг на друга только в пределах прямой видимости, через зрение. У меня зять драконовод, я знаю, что говорю. Их птенцами держат изолированно, чтобы атрофировать эту способность, чтобы не могли взбунтоваться. Ну и "все вместе" общую эмоциональную волну создать не могут - две особи максимум... - Но направляется он всё равно к рудокопам! Нимми проследила взглядом за стремительно тающей тёмной стрелкой в чистом безоблачном небе. - По-моему, не совсем. Южнее забирает. Возможно, пытается их обогнуть. - Может быть, нашим детям в тылу грозит опасность? - окончательно разволновался старик. - Вот это уже правдоподобней. Фарамант говорил, что Ойххо чувствует опасность даже на большом расстоянии. Правда, не уверена, что на таком большом. - Видимо, кроме Фараманта нам никто не объяснит, что произошло. - Или вообще никто... Нимми Эми оказалась права - Фарамант был растерян не меньше. - Ничего не понимаю, - разводил он руками. - Одно могу сказать твёрдо: никто в него не вселялся, никто под своё влияние не брал. Я так думаю, мы должны доверять друзьям. А Ойххо уже столько раз доказывал нам свою дружбу и верность... - Влияние не влияние, но его явно позвали. Если не драконы, то кто-то сильнее их. И, судя, по поведению Ойххо, это наш друг. Прем Кокус вопросительно уставился на Нимми: - И кто бы это мог быть? - Подумай! Он направился к юго-востоку от линии фронта. Что там может быть дальше по курсу? - Долина Гуррикапа... - А ещё? Куда он не так давно летал из наших "Сосенок"? И вернулся один? Старик даже челюстями двигать перестал от невероятного озарения: - Пропасть под Утёсом Гибели... Хочешь сказать, Озма возвращается? - Это всего лишь догадка. Но мне она кажется правдоподобней других. Сам посуди. - Как здорово! - Прем Кокус не мог справиться с волнением. - Она ведь отправилась за чем-то, что поможет защитить Волшебную страну. И теперь... - В любом случае, она сможет снять защитный купол с долины и разблокировать летающие машины пришельцев. Ильсор и Кау-Рук уверяют, что теперь они нам помогут. - Значит, господству рудокопов в воздухе конец? Хотя надеюсь, с Озмой война вообще закончится в несколько дней... - Мы все надеемся на лучшее, - Нимми железным голосом несколько осадила его ликование. - Но готовыми надо быть не только к нему. И даже не столько. При крахе завышенных ожиданий трудно не потерять надежду. Поэтому не будем их завышать.* * *
Задремать успела одна Энни. И то лишь потому, что не хотела поддерживать болтовню. Она успела устыдиться своего разговора с Авралом, казавшегося теперь глупым и бессмысленным. В самом деле, что это на неё нашло? Ещё ничего не ясно, ни с мечом Гуррикапа, ни с их возвращением, а она уже строит далеко идущие планы. Куда спешить, да ещё и ошарашивать мальчишку таким серьёзным выбором? А, ну да, потому и надо заранее, чтобы было время обдумать. Но всё равно нелепый разговор получился. Или просто хотела выяснить, как он к Элли относится. А твоё какое, собственно, дело? Одно хорошо - Аврал ей глупостей никогда не припоминал. Это не подколки про подслушивание под окнами Стеллы. Тиму бы у него поучиться. Нет, третьим лицам Тим, конечно, тоже лишнего не сболтнёт, хоть под пытками, Энни в нём была абсолютно уверена. А вот ей самой может и вывернуть. Не просто так, а в споре, когда Энни будет настаивать на своём - тут-то и вытащит аргумент, когда других не останется: "а помнишь, как ты год назад (хорошо ещё, если не пять) налажала?" И опять же, не из вредности, просто твёрдо уверен, что ему лучше знать, как правильно - ибо "ты же девочка и младше". Ну упс. Конечно, никто не совершен, у Энни свои недостатки, с которыми Тим так же мирится, но иногда это начинает просто задалбывать. Да, а вот Тима с Авралом сравнивать - последнее дело. Гоним все мысли и спать! Крепче обнять сестричку, ощутить её тепло. До сих пор до конца не верится, что это правда, что она нашлась. И страшно потерять её снова. А потом сестричка зашевелилась как-то резко и встревоженно, начала переговариваться с Авралом, смысл слов спросонок ещё не доходит. Энни продрала глаза. Со стороны моря летели три крылатых существа. Прямо в их сторону, уже довольно близко и различимо. - Похожи на каких-то ископаемых птицеящеров, - говорила Элли. - Птерозавров. - Ага, ваш дядя рассказывал. Правда, тот, которого они с Энни тогда видели, поменьше был, кажется. - И выглядел немного иначе, - пробормотала Энни, всё ещё не понимая, сон это или явь. Птерозавры, останков сородичей которых ко времени описываемых событий в Большом мире ещё не нашли, а когда найдут, назовут кетцалькоатлями, приземлились на почтительном расстоянии от ребят, но выжидающе глядя в их сторону. Были они просто огромными - поменьше рудокопских драконов, но размах крыльев почти такой же, а клювы просто угрожающие - больше человеческого роста! Один способен страху нагнать, а тут трое... Артошка, до сих пор благоразумно молчавший, выдвинулся вперёд, вздыбил шерсть и предостерегающе зарычал, готовясь отразить возможную атаку. Впрочем, никакой агрессии ящеры своим видом не выражали. - Они говорят, что посланы за нами, - сказала вдруг Миоти. - Говорят? - воскликнула Элли. - Ты их понимаешь? - Ультразвуком, - гордо объяснила мышь. - А что тут такого? Они ведь тоже рукокрылые, а значит, нам как бы родня. Ничего, что такие большие и ящеры. - И кто же вас послал? - обратился Аврал непосредственно к чудовищам. - Говорят, какой-то... владыка моря, - ответила за них Миоти. - Что? - вот теперь Энни проснулась окончательно. - Именно к владыке Подземного моря и отправилась сюда Озма по предсказанию книги Виллины. - Точно, ты же говорила! - вспомнил Аврал. - Получается, они могут отвезти нас прямо к Озме? - обрадовалась Элли. - Насчёт Озмы не знаю, - Аврал показал девочкам Лиагону, - но стрелка указывает теперь не к морю, а прямо на них, так что это не обман. Ящеры внимательно прислушивались к их разговору - то ли понимали, то ли Миоти переводила им ультразвуком, то ли ясно было и без слов. Глядели слегка насмешливо, выразительно и нетерпеливо щёлкали клювами - тоже без слов понятно, поторапливайтесь, мол. - Они хотят, чтобы мы на них верхом летели? - поёжилась Энни от настигшей догадки. - Что, серьёзно?.. Всё оказалось не так уж страшно. Полёт не настолько комфортный, как в уютной кабинке Ойххо, но достаточно безопасный и со своими преимуществами. Свесив ноги по бокам длинной шеи птерозавра, между парусами его крыльев, можно наслаждаться поразительным обзором со всех сторон. Лиловые облака отражались в бесконечной морской глади, почти не отличаясь от настоящих. Плывут багровые тучи под кожистым крылом, плещут волны над головами. Изредка пролетают в воздухе островки - нет, всё-таки в море... Расспросить ящера могла только Элли, держа за пазузой сжавшуюся в комочек Миоти (Энни взяла Артошку, Аврал, оседлавший самого большого кетцалькоатля - свой громоздкий рюкзак), но и ей было не до разговоров. Поначалу немного страшновато - не так, как в поднятом ураганом фургоне, но всё же, - а потом просто увлёк морской пейзаж, на первый взгляд несколько монотонный, но невольно захватывающий своей динамической палитрой, непрестанной текучестью оттенков. Там ещё и морские обитатели в волнах мелькали порой, явно приветствуя гостей. Так молча и добрались до странного острова с хрустальными скалами, в которых всё отражалось, как в зеркале (девчонки, разумеется, тут же начали себя критически оглядывать и прихорашиваться). Птицеящеры отдыхали, утомлённые перелётом с седоками, а на вопросительный взгляд Аврала указывали ему клювами в волны, бьющие в обрывистый берег. Миоти подтвердила его догадку, что дальнейший путь предстоит по морю. Это вызвало оживление - полёты ни для кого давно не были в новинку, а вот плыть среди бесконечной водной стихии... - Да ладно, - сказала Элли. - Что мы, не племянницы Чарли Блека? Всё равно, что по озеру, только берегов не видно. Ждать пришлось недолго. Из вздувшихся волн поднялась стоймя гигантская змея. Через несколько секунд выяснилось, что это всего лишь шея, следом за которой из воды показалось бочкообразное туловище и пара ласт, упёршихся в скалистый берег. - Плезиозавр, - уверенно сказала Энни. - Знаю, - кивнула Элли. - У меня книжка была... - Знаю. Видела в библиотеке Изумрудного города. Высунув туловище из воды наполовину и карабкаясь по обрыву, ящер смог вытянуть шею настолько, чтобы маленькая головка легла к ногам ребят. Маленькая - по сравнению с шеей, на которой почти не выделялась, а так на неё без особого труда смог усесться даже Аврал. Плезиозавр аккуратно перенёс всех по одному себе на спину, отполз от острова и, энергично работая ластами и толстым (намного толще шеи!) хвостом, устремился от него прочь в сиреневую даль. Кетцалькоатли махали на прощание крыльями с обрыва. Воздух был наполнен солёными брызгами. Над поверхностью возвышалась лишь верхушка спины ящера (и далеко впереди - голова перископом), поднятые быстрым движением волны захлёстывали ребят с обоих бортов, но особого неудобства это не доставляло, веселило скорее. Море оказалось совсем не пустынным, то и дело из волн выныривали любопытные головы обитателей и быстро скрывались, не разглядеть. В лиловом небе тоже носились птерозавры, большие и маленькие. Ощущалась близость их цели - столицы загадочного "морского владыки". - А ты с этой Плесси тоже можешь поговорить? - спросила Элли у Миоти. - Уже пробовала. Но она неразговорчива, да и понимаю я её хуже, - ответила та, косвенно подтвердив, что ящерка действительно "она". - Говорит, здесь недавно уже была гостья извне. - Озма! - обрадовалась Энни. - И где она сейчас? - Птерозавры отвезли в нужное ей место. - В Полую Трубу? - вспомнила девочка. - В синхротуннель? Плесси через Миоти подтвердила, что это странное место называлось именно так. - И с тех пор она не возвращалась? - Нет. Надежды на скорую встречу с Озмой, кажется, не оправдались, но это было ожидаемо. Всё равно скоро узнаем больше. Словно призрачная, соткалась из тумана ажурная башня с арочными этажами, уходя прямо в воду. Рукокрылые ящеры тучей кружили над ней и над россыпью коралловых островов. Розовая башня сама казалась скелетом какого-то морского чудовища и одновременно - шедевром архитектуры. Через полчаса Плесси была уж совсем близко, так что строение можно было рассмотреть в деталях, не менее занятных, чем общий вид. Авралу вдруг показалось, что к башне прямо по воде идёт огромный человек. Изумлённо сморгнул - нет, причудливая игра лилового зарева. Просто очередной морской чудик выглянул из воды, уставившись на гостей. Вскоре развеялась ещё одна иллюзия - оказывается, башня вовсе не прозрачная, эффект создавался объёмным изображением на стекле между колоннами. Плесси подплыла к башне впритык и ткнула мордой в один из проёмов надводного яруса. Перегородка тотчас растаяла, обнажив ещё один ряд колонн, затянутых уже матовым стеклом. Едва перешли по её шее, как по трапу, в эту галерею, последовала ещё одна метаморфоза: соседняя секция пола между парой колонн опустилась под углом, следующая ещё ниже, так что часть коридора превратилась в уходящий вниз пандус. Плезиозавриха гибкой шеей указала, что надо спускаться, хотя об этом можно было догадаться и так. Изнутри стекло между колоннами было прозрачным, как у надводных этажей, так и подводных. Колонны, кажется, везде одинаковые - базы в форме черепах, глядящих внутрь башни глазами из блестящих камней, капители в виде крылатых ящеров в профиль. Вот резьба сверху донизу на каждой своя, но рассматривать некогда. Энни вообще, оттолкнувшись, заскользила по гладкому наклонному полу, как с горки. Артошка кубарем покатился впереди неё, Элли после колебания последовала их примеру. Тут уж и Авралу пришлось присоединиться - не изображать же до упора взрослого и солидного, снова нарываясь на обвинение в занудстве от Энни? Спустились на два или три этажа, пока Плесси, весело кружившая вокруг башни вместе с ребятами, не стукнула мордой в стекло. И опять можно было догадаться самим: пандус сменился ровным полом, а за внутренней колоннадой открылся проём. Зал со сходящимися под прямым углом к центру ротонды стенами, в каждой впритык к вершине угла по узкому дверному проёму. В центре - красиво сервированный дастархан, три пуфика вокруг. Ящерка ещё раз постучала о стекло, указывая вглубь. - Говорит, чтобы мы ужинали и отдыхали, - перевела Миоти. - У владыки неотложные дела в другом... м-м-м, измерении, что ли, Тёмной реки. Как освободится, так и приплывёт сюда. Ребята кивнули, Плесси, приветливо взмахнув передними ластами, растаяла в густой синеве. Не станем утомлять читателя описаниями, уже известными ему по впечатлениям Озмы, тем более, что новые гости Кораллового архипелага не очень-то и разглядывали интерьер. Сильнее заинтересовало их содержимое дастархана - не столько от голода, сколько сплошной изюм за три дня приелся до тошноты. Морская кухня пришлась по вкусу всем, включая Артошку и Миоти, хотя никто даже не взялся угадывать, из чего это могло быть приготовлено. За проёмами в углу оказалось по огромной спальне с каждой стороны. В половину зала - это, получается, им целых полэтажа выделили. В широкой части секторов футоны с перинами - роскошней Энни видела только в Розовом дворце. От колонн к ним протянуты тонкие нити, как струны, перебирая которые можно регулировать температуру, запахи, движущиеся изображения на стенах и даже жёсткость перины. Аврал у себя, разобравшись, зачем это и как работает, не стал долго экспериментировать и ограничился оптимальными параметрами - зато девочки наигрались вволю, пока головы не закружились от резкой смены запахов. Ещё в обеих спальнях был устроен своеобразный душ: дальний угол во избежание брызг и протекания затягивался такой же матовой перегородкой, и с верхушек двух колонн извергался водопадик подогретой морской воды (температуру тоже можно варьировать). Но это чудо техники никто испытывать уже не захотел - не было сил. Путешествие изрядно всех утомило, разогнанный ящерами сон спешил наверстать своё.* * *
"Попартизанить ещё немного" и в самом деле оказалось не лучшей идеей. Правда, упрямец Тим признал это лишь после того, как окончательно вымотался, улепётывая от погони. Ну, тут ещё вопрос - в самом деле от погони или уже перестраховываясь. Где именно от них отстали, и отстали ли вообще, никто не скажет. Мыши вовремя предупредили об облаве, поэтому в конце концов удалось оторваться, но на пятки уже наступали, да. Конечно, в крайнем случае можно воспользоваться зонтиком, только вот если в погоне задействованы драконы, это может только ухудшить их положение. Драконов, правда, было не видно и не слышно, но лучше не рисковать. - Сумерки ведь давно закончились. А рудокопы тянут их за собой. Получается, они нас не преследуют! - начал доказывать Тим, едва отдышавшись. - Нет, это так не работает, - улыбнулся Мин Кокус. Вот же, ноги насколько короче, объём лёгких меньше, а Тим устал сильнее его. Вровень с крохой Раймом. У жевунов дыхание лучше поставлено, надо бы узнать секрет. - Мы ведь уже знаем, что причина сумерек - присяга, которую насильно переселенные хуторяне принесли Семи королям от имени Голубой страны. Вот по Голубой стране они и тянутся - по той её части, которую рудокопы на данный момент контролируют. А здесь уже не она, граница - именно там, где сумерки закончились. - Но ведь все переселенцы сбежали. Почему же клятва до сих пор держится, и сумерки стоят? - заинтересовался Ильсор. Вот уж кому бешеный марш-бросок нипочём, двужильный. А менвиты, говорит, ещё крепче. - Понятия не имею. Это к отцу, он как правитель должен разбираться в таких вещах. Видимо, ещё какие-то условия нужны для отмены клятвы. - Может быть, они должны для этого выбраться из Пещеры? - предположил Райм. - Вполне возможно. Но значит, ещё не выбрались. Будем надеяться, их не засекли, как нас, и поиски Ройо с зятем никак с этим не связаны... После непродолжительных дебатов согласились, что мчаться сломя голову больше не стоит, но всё же лучше продолжать двигаться на юго-восток. По ходу обсуждая, что делать дальше. Чем дальше, тем призрачней казалась опасность. Умиротворённая тишина предгорий прерывалась лишь птичьим многоголосьем, время от времени доносившимся с разных сторон, и стоном ветра в зелёных кронах сосен. Они сейчас спускались по редколесому склону и могли хорошо просматриваться, но ощущение полной безлюдности на целые мили вокруг царило и усиливалось, будто растекаясь в жарком воздухе. Поэтому паника, охватившая всех с появлением в прозрачном вечереющем небе драконьего силуэта, оказалась совершенно бестолковой. Хорошо что Тим догадался задрать голову и приглядеться. - Это Ойххо! - закричал он, увидев знакомую кабинку. Выскочил из кустов, где пытались скрыться, замахал руками. Дракон их, конечно, заметил раньше, уже снижался. А вот то, что он один, без седоков, поняли уже после приземления. - Ты почувствовал, что мы в беде? - спросил Тим. - Прилетел за нами? Ойххо мотал головой и кивал в сторону перевала, по направлению к долине Гуррикапа. - Похоже, не только за нами, - сказал Ильсор. - Что-то произошло в Тайном лагере. - Ваши всё-таки смогли разобраться с куполом? - Это было бы хорошо. Если только следом не проникнет Баан-Ну и не вернёт всё под свой контроль. - Да он за столько времени нигде не объявился! И ящик Стеллы его не показывает - значит, его давно нет в живых... - Отнюдь не значит. Сами же говорили, что ящик ни Подземье не показывает, ни лес Воюющих деревьев. - Да Лес бы его не впустил! - Не факт. До сих пор никто так и не знает, что генерал увидел в Линзе Силы, куда отправился и за чем. Не исключено даже, что это он сам сейчас нашёл способ вернуться за купол... - Тем более! - у Тима разгорелись глаза. - Чего мы тут топчемся? Полетели быстрее. Ойххо радостно кивнул - наконец-то первая разумная мысль за всё время! * * * Владыка Подземного моря, вероятно, вернулся уже давно и ждал, пока ребята проснутся. Потому что стоило им собраться в зале, как за стеклом внешней колоннады появилась огромная голова, похожая на змеиную. Не изящная головка Плесси - по-настоящему ОГРОМНАЯ. Почти весь проём между колоннами занимает. Взгляд голубых глаз испытывающий и ироничный, золотистая грива трепещет волнами. Но его и разглядеть как следует не успели - отвлекло и переполошило происходящее с Артошкой. Пёсик застыл, словно парализованный, глаза остекленели. Но уже через несколько секунд оттаял. Жалобно заскулил, помотал головой: - Всё в порядке! Это и есть владыка Подземного моря, его Глуа зовут. Он говорит прямо в голову, но люди это болезненно воспринимают, а мне ничего. Так что я побуду... как это называется... медиумом, во. Обещаю в точности повторять его слова и ничего не присочинять. Он помолчал, ожидая, пока друзья придут в себя, а затем произнёс торжественно, по-прежнему своим голосом, но явно с чужого: - Приветствую хранительниц Регалий принцессы Озмы и Белого рыцаря Волшебной страны! - Приветствуем Владыку Подземного моря! - Аврал машинально поклонился Артошке, спохватился и повернулся к Змею. Миоти им уже переводила беззвучную речь ящеров. Здесь почти то же самое, просто вместо ультразвука телепатия. - Только вы ошибаетесь - я не Белый рыцарь. - Я вижу у тебя Лиагону, юноша, - невозмутимо ответил Артошка. - Она бы не далась в руки кому попало. - Тогда почему она не хочет переносить нас обратно к озеру? Глуа усмехнулся (улыбка с непривычки выглядела жутковато): - А я почём знаю? Мне мало что известно о происходящем сейчас наверху, - объяснил за него пёсик. - Расскажите - тогда я, возможно, смогу объяснить... Аврал повёл рассказ, начиная с прошлого похода в лес Воюющих деревьев. Вскоре к нему подключилась Энни - в конце концов, это же она получила тогда отметину Белого рыцаря! Так, перебивая друг друга, и изложили Змею события трёхлетней давности, затем Аврал уже один дорассказал нынешние. Глуа слушал внимательно, не сводя с рассказчиков синевы немигающих глаз. - Что вам вообще известно о мече Гуррикапа? - спросил он через Артошку, когда Аврал умолк. - Только то, что написано в летописях гномов. - Ох уж эти гномы, - поморщился Змей. - И что же там написано? - А может быть, вы нам сначала расскажете, что с Озмой? - не выдержала Энни. - А то вы только спрашиваете, а так нечестно! Мы уже знаем, что вы помогли ей отправиться в Полую Трубу, как и говорила книга волшебницы Виллины... Это прозвучало не очень-то вежливо, но Глуа, кажется, не обиделся. - Значит, вы знаете почти столько же, сколько и я, дерзкая феечка-сквиб. Ещё мне известно, что по ту сторону Трубы действительно могут найти способ заглянуть в Линзу Силы, которой больше не существует. Но тем же путём вашей Озме вернуться не получится, так что вопросы не ко мне. Да, ещё вам как хранительницам её Регалий будет интересно узнать, что к ней снова вернулись серебряные башмачки, хотя и ослабленные Хаосом - морской народ успел их тогда спасти. - Вот здорово! - обрадовалась Энни. - Спасибо вам большое! - Не за что. Ну как, теперь моя очередь задавать вопросы? Что сказано о Мече в гномских летописях? Аврал подробно пересказал всё, что прочёл на эту тему в библиотеке Изумрудного города. Победив Арахну, Гуррикап не мог её уничтожить, потому что был безмерно добр и никогда никого не убивал, исповедуя принцип Ахимсы (Милости). Оставался единственный выход - усыпить её на максимально возможный срок, пять тысяч лет. Но раны, которые нанесла ему колдунья своими боевыми заклинаниями, заживали очень плохо, потому что и старение великана было замедлено. Силы оставляли его, и он позаботился об артефакте, концентрирующем защитную магию Волшебной страны. Он мог быть применён и против проснувшейся Арахны, если та не образумится и примется за старое, и против других будущих врагов. Но как любая волшебная вещь, мог быть обращён и во вред, поэтому его владелец (здесь Аврал самокритично вздохнул) должен быть человеком высоких моральных качеств и чистых помыслов. И когда над Волшебной страной нависнет серьёзная опасность, Меч найдёт способ призвать такового к тайнику, преодолев все препятствия. - Почти всё правильно, - кивнул Глуа. - На самом деле будущему Белому рыцарю предназначались, по традиции, три артефакта, но ни о Лиагоне, ни о Линзе Силы этим пройдохам, видимо, не удалось пронюхать. Зато о них стало известно спящей Арахне, а поскольку из-за Руггедо проснулась она не во плоти, то и сон запомнила. Ну, к Лиагоне, расположенной в непосредственной близости от рокового Меча, она приблизиться не рискнула бы, да она и не представляла для неё особого интереса. Главной задачей Лиагоны было привести Белого рыцаря к Линзе, если принятое бремя окажется для него слишком тяжёлым, если начнёт выгорать. Но местонахождение Линзы Арахна и так знала, и рассчитывала с её помощью восстановить и усилить былое могущество, а заодно и узнать, где Гуррикап спрятал свою волшебную книгу. На самом-то деле книгу он, уходя, передал королеве фей Лурлине... ну а дальнейшая её судьба вам известна. Представляю, как неистовствовала Бастрахна, узнав, что уже владела ей вместе с серебряным обручем! - Но ведь Бастрахна растаяла! Хотя да, Руггедо говорил, что сохранилась частичка Чёрного пламени, которую поддерживает осколок Меча. - Этой частички, увы, хватило, чтобы нашептать генералу пришельцев о тайнике с Линзой... - Так вот как он его нашёл! - ахнула Энни, широко распахнув глаза. - Да, феечка-сквиб. Уже после того, как Озма ушла в Трубу, стало известно продолжение этой истории. Молчавшая до сих пор Элли внезапно воскликнула: - Я, кажется, догадалась! Они использовали Баан-Ну, как раньше Бастинду? Артошка вздохнул, старательно воспроизводя эмоции Глуа: - Именно так, старшая хранительница. И, как выяснила моя разведка, именно Баан-Ну, он же Бастинда, он же Арахна, он же крокр Дру, которого вы Чёрным пламенем называете, руководит сейчас вторжением подземных рудокопов в Волшебную страну, перехватив бразды у заварившего эту кашу Руггедо. Такая сногсшибательная новость требовала осмысления. Ребята ошалело переглядывались, а Глуа наслаждался эффектом. - Полагаю, вам полезно будет это знать для дальнейшей борьбы. Но вернёмся к гномским рассказкам. Меня в них удивляет другое: о мече Мглы они разве ничего не упоминают? - Не знаю, - ответил Аврал. - К тому же некоторые страницы их летописей оказались залиты чернилами, и восстановили они с них далеко не всё. Я читал в основном то, что хоть как-то связано с Белым рыцарем. О таком мече слышу сейчас впервые. - Связь-то они должны понимать, - проворчал Змей. - Хотя если начали вести дневничок только после усыпления Арахны, могут и не помнить толком историю своих предков в Европе. Да и те могли не знать всех подробностей - особенно если меч был изготовлен не в Акхияве, а ещё в Понтанисе. А что там сказано о народе, проникшем в Волшебную страну две тысячи лет назад? Предках подземных рудокопах? - Об империи Балланагар? - понял Аврал. - Я её историей, признаться, не очень подробно интересовался, хотя они как бы и мои предки тоже. Но если этот меч с ними как-то связан, он может быть упомянут в соответствующих разделах летописей. - Наверняка упоминается. Именно мечом Мглы был создан туннель, по которому они проникли в Волшебную страну из Старого Света, и как минимум в первые столетия этот меч был их главной священной реликвией. Гуррикап пять тысяч лет назад не мог предположить, что этот артефакт окажется здесь... - А вы не ошибаетесь? - спросила вдруг Элли. - У фигурки в Лиагоне два меча. Яркий похож на меч Гуррикапа, а короткий, тусклый - может быть, это и есть меч Мглы? - Он самый, - снова улыбнулся Глуа. - У Гуррикапа были свои причины его здесь изобразить. Но повторяю: когда создавалась Лиагона, меча Мглы в Волшебной стране ещё не было. Можно было, конечно, предусмотреть его появление, но Гуррикапу оно казалось маловероятным и, главное, мало на что влияющим. А два события, неразрывно связавших его с мечом Гуррикапа, произошли буквально три года назад. Одно вы уже упомянули. - Какое? - Не догадываетесь? Тот самый осколок, который унесло в себе Чёрное пламя. Вероятно, поэтому у вас оба раза и не получилось забрать Меч, оказавшийся щербатым. И теперь, когда осколок в теле генерала Баан-Ну, поразить его Мечом будет крайне нелегко. К счастью, мироздание нам благоволит, потому что второе событие открывает возможность Белому рыцарю пробиться к нему с помощью меча Мглы. - Меч Мглы, - повторила Элли, нахмурившись. - Мгла - это Тьма? - Мгла - это Мгла, - строго сказал Артошка, а Змей за стеклом впился в девочку двумя лазурными безднами. - Не путай их, старшая хранительница. Мгла - это зыбкое равновесие Света и Тьмы, не существующее из-за своей неустойчивости в природе, но являемое в постоянных колебаниях всякого разумного существа между этими полюсами. То, что одни называют серостью и болотом, другие - нейтралитетом и неоднозначностью. То, что живёт в каждом из нас, и чем жить никто не способен, так или иначе служа Добру или Злу. Вечный нереализованный выбор, квантовая неопределённость, рыцарь, окаменевший на распутье, на развилке по эвереттовым координатам, как сказала бы одна моя знакомая девочка. Равнодушие и равновесие, пустота, в которой пытаются искать красоту. - Равновесие Добра и Зла? - переспросила Энни. - Это похоже на пояс Арахны, объединявший на пряжке злое и доброе волшебство. Глуа удовлетворённо хмыкнул: - А ты проницательна, феечка-сквиб! Да, Карена создала этот меч как парный артефакт к пряжке. Он-то и обеспечивал на ней равновесие Света и Тьмы. Арахна о нём, видимо, не знала, раз не прихватила вместе с поясом, волшебной книгой. Но поскольку он был связан с пряжкой, то и проложил к ней дорогу нашедшим его римлянам. В само ущелье Арахны заклинания, понятное дело, не пропустили. - Если его назначение было хранить равновесие, то почему он сделан именно мечом? - полюбопытствовал Аврал. - Ну посоветовали ей такой вот форм-фактор, - ответил Глуа с явным, хотя и непонятно чем вызванным недовольством. - Сдуру. Но почему бы и нет? На поясе носить удобно, постоянно одно рядом с другим. Да и сильное это оружие на самом деле - равнодушие и "неоднозначность". Страшное. Ранит смертельно, разит наповал... Правда, собственная сила меча блокировалась пряжкой. Энни сообразила первой: - И когда пояс перестал существовать, а золотые змейки были разъединены, меч Мглы активировался? - Угу. Это был лучший вариант разрушения этого тандема. Вот если бы кому-то удалось уничтожить меч, нарушив тем самым зыбкое до невозможности равновесие на пряжке... Последствия спрогнозировать практически невозможно, но вполне вероятно даже полное разрушение Волшебной страны. Поэтому Лурлина, узнав о мече Мглы, озаботилась его сохранностью, и Пастории заповедала найти его и при необходимости перепрятать. Успел ли он - мне то неведомо. Так или иначе, меч, похоже, не только активировался, но и нашёл себе новую пару. - Меч Гуррикапа?! - Между ними, как я уже сказал, существует определённая связь, а поскольку меч Гуррикапа теперь дефективный, с щербинкой, то и старшим в паре стал меч Мглы. - Получается, Белый рыцарь теперь должен сначала найти его? - недоверчиво спросил Аврал. - А что тебя удивляет? Мгла есть в каждом из нас, и свет создаётся из мглы, отделяясь от тьмы. Если ты действительно Белый рыцарь, то способен подчинить мглу в себе и вокруг, направляя к Свету, а не подчинишься ей сам, направляемый... в противоположную сторону. - Если, - повторил Аврал угрюмо. - Парень, у тебя Лиагона! Я ведь сказал: это знак того, что ты уже Белый рыцарь, пусть и без меча, как была и твоя подружка, - Энни нервно заёрзала пуфиком от такого эпитета: кто знает, какой смысл вложил в него хитрый Глуа, и как поймут его другие... - Поэтому забудь слово "если". Теперь всё зависит от тебя. В том числе от желания слышать волю мироздания и следовать ей, конечно. Но ты не самозванец, влезший на чужое место, и сверх твоих сил на тебя ничего не возложат. Эти две максимы следует твёрдо помнить, и верить им, чтобы успешно идти дальше. - Ну, суть я, кажется, понимаю. Меч Мглы - он ведь действительно короткий, раз Карена могла его носить на таком лёгком поясе? А при фехтовании двумя мечами короткий в левой руке используется для отражения ударов противника... Глуа ласково улыбнулся сквозь стекло - к его улыбке уже успели привыкнуть, и она больше не пугала: - Ты всё правильно понял, Белый рыцарь. Наносить удары этим мечом ты не должен, Мгла - не твоё оружие для нападения. А вот в защите она может быть эффективной, подобно броне. Если, конечно, ты сможешь подчинить Мглу и сохранишь над нею контроль. С двумя мечами у тебя большие шансы пробиться к Баан-Ну и подселённой к нему в голову троице. А после того, как нанесёшь тот самый первый разящий удар, необходимый для инициации, Меч притянет к себе роковой осколок, так что не только ты станешь полноценным Белым рыцарем, но и меч Гуррикапа снова станет собой. Вы с ним одновременно облечётесь силой. Согласись, это будет красивое и знаменательное созвучие! - Если только всё будет именно так... - Если, - согласился Глуа. - Но всё зависит только от тебя. Ну и от тех, кто будет рядом. Главная проблема - я знать не ведаю, где находится меч Мглы. И даже Лиагона вам здесь ничего не подскажет. - Ну что же, - сказала Элли. - Зато она привела нас к вам, а мы от вас узнали столько важного... Змей снова улыбнулся, но теперь его лицо выражало ещё и странную тоску. Энни вгляделась в глубину его голубых глаз и у неё в голове вдруг завертелся неожиданный вопрос. Но то ли он явно читался проницательным Глуа у неё на лице, то ли Змей всё-таки подслушивал мысли, только следом в мозгу вдруг тихо застучали молоточки-колокольчики, и Энни почему-то поняла, что ответа не будет. Ладно, тогда не будет и вопроса. Она ведь тоже проницательная, он сам сказал. - Мне удалось позвать вашего друга-виверну, Ойххо. Он уже летит сюда. То есть не прямо сюда, но вас к нему отнесут. Если больше вопросов нет, - ироничный взгляд в сторону Энни, - переваривайте информацию. Я ещё загляну на прощание, будет возможность что-то обсудить. А пока надо дать отдохнуть вашему четвероногому приятелю. Бедняга совсем утомился. - Это правда, - подтвердил Артошка от себя, когда за стеклом медленно и величаво протянулся исполинский чешуйчатый хвост с золотистыми плавниками. - Никогда ещё в жизни не приходилось говорить так долго и кр-р-расноречиво!* * *
Когда вместо долины Гуррикапа Ойххо повернул к Утёсу Гибели, удивление длилось недолго. И даже не вспомнить, у кого первого возникла та же мысль, что у Нимми Эми (Тим потом будет утверждать, что у него), но она моментально вспыхнула радостным возбуждением, охватившим всех четверых. Конечно же, дракона позвала Озма! Значит, она возвращается после затянувшегося отсутствия. И теперь всё пойдёт по-другому. Но и эта радость вскоре сменилась новыми эмоциями, когда Ойххо, раскинув кожистые крылья, стал плавно опускаться в бездонную пропасть. Предвкушение неведомого, готовность увидеть воочию то, что каждому до сих пор было знакомо только по рассказам, которые слушаешь завистливо... Ну и страшновато, конечно - самую малость. Райм почему-то боялся меньше всех. Мальчика настолько преполняло счастье, что для страха просто места не оставалось. Уж он-то как завидовал все эти дни приключениям Рикки и Тирена в Пещере - и прямо сейчас окажется там, где не бывали даже они, в Нижнем Подземье. И пусть они только попробуют задирать перед ним нос! Когда дракон вошёл в пелену светящегося сиреневого тумана, Райм вовсю вертел головой, словно пытался что-то разглядеть. Ну а вдруг и в самом деле мелькнёт что-то интересное? Потом глаза начали слезиться, и он всё-таки зажмурился.* * *
Плесси быстро и с ветерком доставила ребят к берегу, где их уже поджидали знакомые кетцалькоатли. Пейзаж выглядел незнакомо, но когда ящеры подняли их в воздух, вскоре выяснилось, что пылающий залив совсем рядом, просто они от него с другой стороны. Сам залив Элли в прошлый раз видела только с большой высоты, почти из-под облаков, и теперь восхищённо глазела вниз и по сторонам. Энни и Авралу было что вспомнить, но обсудить, увы, не могли - каждый снова летел на своём птеранодоне вдали друг от друга. Когда же те, стоило только языкам пламени смениться озёрами среди седых сосен, начали снижаться, показалось, что это просто привал - никакого Ойххо не наблюдалось. Но кто это выбежал им навстречу, размахивая руками? Вроде незнакомцы какие-то... Впрочем, разглядев длинную фигуру в клетчатой рубашке, Энни удивится ещё сильнее. А уж сам Тим как удивился, когда с приземлившегося кетцалькоатля вслед за Энни спешилась незнакомая девчонка с белыми лентами в косичках, почти точная её копия (мальчишке он поначалу не придал большого значения - ровно до той секунды, когда Энни представит их друг другу)... - Это ведь не Озма? - шепнул он Мину Кокусу. Тот был ошарашен не меньше: - Это... Она похожа на фею Элли! Спустя минуту выяснилось что нет, не просто похожа. Тут-то и вовсе стало ничего не понять - ахи, охи, вздохи, все друг друга перебивают, никто толком не слушает... - Погодите! - Энни включила голосовые связки на полную мощь. - Давайте всё по порядку. Почему вы здесь? И где Ойххо? - Сами не знаем, куда его понесло, - развёл руками Тим. - Высадил нас и полетел куда-то дальше по ущелью. - Странно, мы его не встретили. Разминуться же не могли... Кетцалькоатли переминались с ноги на ногу, с любопытством наблюдая за эмоциональной встречей. Миоти шепнула Элли, что у них указание от Глуа - проследить, чтобы ребята благополучно улетели. - Может быть, пусть они тогда его поищут? - предложила девочка. - Да придётся, если ещё долго не появится, - ответила Энни. - Просто они ведь с драконами не очень-то дружат... Аврал всматривался в подзорную трубу. - Думаю, ничего страшного не случилось, он где-нибудь в этих лесах на склонах, - сказал он, оторвавшись от окуляра. - Зачем - другой вопрос. Надеюсь, скоро узнаем. Тиму захотелось что-то возразить - чисто из принципа. Но ничего умного не придумалось, поэтому он просто отреагировал на слова Аврала таким взглядом, как будто тот ляпнул какую-то несусветную чушь. Аврал удивился. С пятого на десятое Энни рассказала об их последних приключениях, подробней остановившись на том, что волновало сейчас друзей больше всего - истории Элли и Фреда. Рассказ постоянно прерывался изумлёнными возгласами, недоверчивыми переспрашиваниями, а под конец у Тима глаза пылали яростью. - Ну всё, теперь рудокопам не будет никакой пощады! - повторял он, грозя кулаком невидимому врагу. - Постой, - осадила его Элли. - Правду о нас знали всего несколько человек, возможно, только двое. При чём тут остальные рудокопы? Тим раздражённо отмахнулся: - А, ты просто долго среди них жила, вот и защищаешь. Ильсор рассказывал, у них на Рамерии это называется "столбоостровной синдром". Когда арзаки привязываются к своим гастро... господам-менвитам и начинают разделять их взгляды, оправдывать своё рабское положение, не желая перемен... Но Ильсор его не поддержал. - Я ведь и другое рассказывал, Тим. О том, что категорически не приемлю теорию коллективной вины и коллективной ответственности, которую исповедуют радикальные "Ранвиши" вроде Ланата. Да и Морни к ней склоняется, считая хоть и неправильной по существу, но исторически неизбежной, а это ещё хуже. - И в чём они не правы? - не сдавался мальчишка, войдя в азарт. - Каждый менвит пользуется благами общества, построенного на вашей эксплуатации в течение поколений. И ему это не жмёт. Почему же нельзя говорить, что он разделяет вину? - Потому что вина - понятие индивидуальное, - объяснил Ильсор. Слышал бы его сейчас Кау-Рук, который во время блужданий по болотам на цепи обвинял его в подходе ко всем менвитам с одной меркой! - Это цена конкретных поступков и их последствий. А ты сейчас договорился до того, что каждый менвит априори виновен уже в том, что родился менвитом. Ну и чем это отличается от их собственной расовой теории? - Да ладно, это совсем другое! - вспыхнул Тим. - Ага. Ещё хуже. Менвиты считают нас неполноценными, вечными детьми, нуждающимся в опеке и ограничении свободы, но хотя бы не преступниками по факту рождения... - Ильсор, зачем так передёргивать? Вы же понимаете, что я хочу сказать. Просто такие разговоры "всё не так однозначно", "хорошие менвиты", "хорошие рудокопы" обязательно приводят к компромиссам, то есть уступкам противнику. Не лучше ли исходить из того, что все они одинаковы? - Серьёзно? - не выдержала Энни. Её саму недавно коробило, когда Элли пыталась защищать Ружеро и Арриго, но Тим сейчас явно перегибал палку. Того и гляди, треснет. - Хороших рудокопов нет, все одинаковые? И Ройо, и Фенелла? - Ройо и Фенелла потому и хорошие, что больше не с ними, а с нами! И те, кто перешли в их войске на нашу сторону... А, ты же ещё не знаешь? Ройо развернул там подпольное сопротивление, их не так уж мало оказалось. - Вот видишь! - Всё равно это единицы. И они себя проявляют, вот что главное. - Проявляют те, у кого есть возможность, - вмешалась Элли. - У большинства её нет. Прости, но мне лучше знать, какие там настроения даже во дворце, среди придворных и лакеев. Они очень разные, поверь. - Во дворце - может быть. Там бездельники, у которых есть время размышлять. А простые работяги, я уверен, большинство за войну. - Почему ты так думаешь? - Потому что если бы большинство было против, никакой войны бы и не было! Элли невесело усмехнулась: - Ты просто не представляешь, как там всё устроено. Никто ничего не решает, каждый всего лишь винтик в механизме, который за тысячу лет отлажен, как часы... Но Тим и тут вывернул в свою пользу: - Вот в том-то и дело! Никто ничего не решает, а значит, никто ни за что не отвечает, спрашивать не с кого. Окей, значит, спросят со всех за всё. Что не так? - Ладно, - перебила Энни, - оставим рудокопов в покое. Если ты топишь за коллективную ответственность, готов применить её для начала к себе? Наши дедушки приплыли на чужую землю, коренные жители которой согнаны в резервации, а многие просто уничтожены, когда пытались отстоять своё право на неё. У нас рабство отменили не так уж давно, да и положение негров с тех пор не сказать, чтобы сильно улучшилось, - она не задумывалась над тем, что выставляет сейчас родину не в лучшем свете перед жителями Волшебной страны и Рамерии - правда дороже. - Ты, лично ты виновен во всём этом? Или опять - "другое"? - Может и не другое, - невозмутимо ответил Тим, - да только не обо мне. Мы и сами дискриминируемое меньшинство, почти как негры, и отношение к нам не лучше. Так что это всё только вас, англосаксов и протестантов, касается! - Это ты мне сейчас? - расхохоталась Энни. - Элли, ты слышала? Ничего, что наш папа католик, а у его кузена фамилия Каннинг?! - Ага, хорошо приспособились... Тут уже и Аврал не сдержался. Он видел, что Тим не скрывает своей неприязни к нему, и смутно догадывался о её причинах, но темпераментом мальчишке из Канзаса не уступал. Поэтому вмешался: - Я, конечно, не силён в истории и этнографии Большого мира, только одного не пойму: ты возмутился на рудокопов за Элли, а теперь сам на неё нападаешь... Тим вспыхнул, как притихший было костёр от пучка сухого хвороста: - О, ещё один защитничек, - он уставил на Энни ехидный взгляд и, выдержав паузу, продолжил, - рудокопов. Ты ведь и сам вроде с ними в родстве? - Ха, - отпарировал Аврал, - нам сегодня рассказали, что балланагарцы попали в Волшебную страну из Большого мира, из Европы. Так что они и тебе могут быть родственниками. - Едва ли близкими. Я, как уже сказал, кельт. А у них имена на кастильские похожи. - Так и я уже сказал, что не разбираюсь в ваших народах. Большой мир и Большой мир... - А значение слова "большой" тоже не понимаешь, лыцарь? Тогда и не лезь не в своё дело! Энни снова пошла в лобовую атаку: - А ты сам сейчас не в своё не лезешь? Чего развыступался? Рудокопы разве на Канзас напали? Это вот им, - она кивнула в сторону Мина Кокуса и Райма, - решать, как и с кого спрашивать и как к ним дальше относиться. - Вообще-то нас позвали на помощь... - Вообще-то нас никто не звал, - напомнила Энни. И, не совладав с попыткой промолчать, мстительно добавила: - Тем более, тебя. Тим побледнел, и спор уже готов был перерасти в настоящий скандал, но тут в глубине ущелья в лиловом свете облаков показался долгожданный Ойххо. И не один! Три чёрных силуэта парили в вышине, покачиваясь под облаками, словно на волнах. Кабинку на спине Ойххо уже можно было различить невооружённым глазом, а вот его таинственные спутники вызывали недоумение и тревогу. Аврал навёл на ящеров подзорную трубу: - Ничего не понятно, но страшно интересно... - Озмы там нет? - озвучила Энни общую надежду. - Увы, паланкин пустой. А драконы, видимо, дикие, вроде того, что пытался напасть на Озму с компанией, когда гномы вели их в Подземье. - Но они же его не атакуют?! - Нет, не похоже. С приближением драконов кетцалькоатли ощутимо занервничали. К встрече с Ойххо они ещё были готовы, но эти местные налётчики из Среднего мира, пытающиеся хозяйничать на побережье и близлежащих островах, их совсем не радовали. Да и намерения их пока что были неясны. Так что когда три туши, заметно превосходящие их размерами, начали опускаться, они были встречены предостерегающими взмахами крыльев и стрекотаньем клювами. - А ты можешь с ними поговорить? - спросила Энни у Миоти. Мышка попробовала. - Трудно. Они общаются не словами, а эмоциями, просто транслируют их друг другу. Ойххо ваш вроде объясняет, что они заинтересовались Верхним миром, просят взять их с собой, если можно. Народ моря драконов гоняет, а в Среднем мире им скучно. Вот и нашли здесь в ущелье пристанище, уже около года, а от Ойххо узнали о Верхнем мире. Они семейная пара. - А, ну я примерно так и поняла, - кивнула Энни. - И про пару тоже. Один из драконов был поменьше, и движения изящней, насколько это слово может быть применимо к таким существам. Несомненная девочка. - Они его ещё в прошлый раз расспрашивали, когда он отвёз Озму и возвращался. Потом решили между собой: если вернётся - попросятся наверх. - А они согласны помогать нам защищаться от рудокопов? - спросил Тим. Ойххо кивнул, явно ожидая этого вопроса, который уже обсудил с новыми друзьями. - Получается, в Голубой стране у нас будет уже семь драконов? И ещё три в Изумрудном городе, - Тим воодушевился, напрочь позабыв о недавнем споре, который едва не вылился в ссору. - Это же целый воздушный флот! Теперь мы им зададим жару! - Всё равно у них во много раз больше, - заметил Ильсор. - Ничего, до сих пор мы их как-то уделывали, несмотря на превосходящие силы. Раз уж пока приходится выкручиваться без ваших обещанных винтокрылов... Арзак воспринял шпильку хладнокровно и ничего не ответил. - Ладно, чего мы тогда ждём? - не успокаивался Тим. - Полетели уже. - Ну всё, раскомандовался! - хихикнула Энни. Тот гневно на неё зыркнул, наткнулся на ироничный взгляд Аврала, ответил ему таким же. - Ой! - испуганно пискнула Миоти. - А меня ведь наверх заклятие не выпустит... Ойххо уставился на неё сквозь непроницаемые стёкла очков. - Хочет, чтобы я не боялась и летела с вами. Энни погладила мышку пальцем по спине: - Ойххо плохого не посоветует. Мы с Тимом и Артошкой тоже якобы не могли попасть в Волшебную страну без свистка Рамины. Но ведь попали, как видишь! Вскоре троица драконов взмыла ввысь. Троица кетцалькоатлей провожала их некоторое время, соблюдая, впрочем, дистанцию, приличествующую недружественным народам. Пассажиры Ойххо махали им на прощание. Хотя их в кабину набилось теперь целых семеро, не считая мелкой фауны, тесноты не ощущалось. На диванчиках вдоль каждого борта можно было сидеть не вплотную и даже перемещаться для лучшего обзора. Тим и Аврал сначала расселись в противоположных углах, чтобы подальше друг от друга, затем оказались по краям диванчика, чтобы реже встречаться взглядами. Энни поначалу не замечала нарастающего между ними антагонизма, затем уселась напротив, хмурясь на обоих, но вскоре поняла, что так ещё хуже. Лучше и дальше не обращать внимания. Перебесятся. Тим попытался даже вернуться к прерванному разговору о коллективной ответственности, но его никто не поддержал, отдавая предпочтение более мирным и интересным темам. Благо, их было немало - от подробностей дарумского контрнаступления и партизанских подвигов Великолепной четвёрки в рудокопском тылу до тайн, поведанных Глуа. Один лишь Ильсор всё больше отмалчивался. Даже сенсационное известие о том, что рудокопами командует генерал Баан-Ну, не развязало ему язык, а погрузило в ещё более глубокое раздумье. Время от времени пристально глядел он за борт на летящих рядом драконов. Особенно оживился, когда те вслед за Ойххо начали подъём к пелене облаков. - Кажется, догадка Кау-Рука верна, - сказал, не отрывая глаз от работы кожистых крыльев. - Они в самом деле как-то воздействуют на гравитационное поле, что позволяет им держаться в воздухе. Возможно, это удастся применить против купола. Хотя у меня сейчас куда более простая и осуществимая идея... Но поделиться ею так и не успел - уже сгущалась розовая дымка, которую лучше поменьше впускать в лёгкие. Лишь когда пурпурное марево вокруг сменилось молочным, постепенно рассеиваясь, когда Миоти, убедившись, что заклятие больше не действует, перестала дрожать у Энни на коленях и радостно заметалась под балдахином, когда Энни, отвыкнув за последние дни от солнечного света, машинально поёжилась от полившихся с высоких краёв пропасти лучей, когда у Элли их приближение с каждым мощным взмахом драконьих крыльев вызвало такую богатую палитру эмоций в спектре от безбрежной радости до страха и трепета, что Аврал невольно залюбовался её лицом, а спохватившись, смутился и (да!) покраснел - только тогда Ильсор продолжил развивать свою мысль: - Если драконы способны подниматься так высоко, они же и над поверхностью земли, наверно, смогут? - Вполне, - ответила Энни. - В Канзасе мы летели над облаками, чтобы не привлекать внимания. - Значит, и подняться над Куполом им должно быть по силам. Я недавно пытался сделать это с помощью зонтика, но ничего не получилось. Им же нельзя толком управлять - только указывать пункт назначения на земле. А "на вершину Купола" - не понимает. Да меня с такой высоты и не разглядели бы. А вот если будут кружиться три дракона, на них обязательно обратят внимание. - Я, кажется, понял! - воскликнул Аврал. - Раз у вас не получилось застать кого-нибудь возле барьера, можно попробовать связаться с высоты, прямо над замком? У вас, насколько я знаю, есть мощная оптика, посильнее моей трубы. И что-то вроде семафорной азбуки на Рамерии наверняка имеется. - Конечно. У менвитов официальная армейская, у нас в подполье своя - возможны варианты по обстоятельствам. Долго, конечно, не разглагольствовать - просто назначить место и время для более удобной беседы. - А они из пушки по нам со страху не шарахнут? - испугалась Энни. - Исключено. В первый день уже пытались. Луч от купола отзеркалил, чуть пушку не сожгло. Хорошо ещё пробный залп не боевым. - Тогда мы действительно можем попробовать прямо сейчас, не откладывая. Если у драконов хватит сил. Особенно у новеньких. Сейчас раннее утро, но солнце быстро поднимется - выдержат ли их глаза? Однако Ойххо без колебаний и команд уже направил курс не к павильону Гуррикапа, а в долину, одновременно набирая высоту. Драконы из Подземья, щурясь от небывало яркого света, последовали его примеру. Купол оказался выше, чем можно было бы предположить. Они уже достигли его границы, а подъём всё продолжался. Помня, как вымотался Ойххо после своего первого перелёта из Подземья, Энни и Аврал не на шутку распереживались, хватит ли у драконов сил. - Да ладно вам, - сказал Тим. - Даже я успел убедиться, что Ойххо поумнее многих людей будет. Если почувствует, что не осилит сам или эта пара - поймёт и нам даст понять. - Ты такой самоуверенный, - огрызнулась Энни сердито. - Легко сидеть и рассуждать... - Почему - "само-"? Я в Ойххо уверен. А сидеть и ныть тоже легко. Только не думаю, что нытьё его ободряет. Особенно с его эмпатией. - Никто и не ноет! - возмутилась Энни. - А в Ойххо мы тоже уверены и доверяем ему, - добавил Аврал. - Переживаем просто. - Ну так переживать тоже можно как-то позитивней... Впрочем, не только Ойххо, но и драконы-спутники утомлёнными не выглядели. А вскоре под ними уже раскинулся Тайный лагерь. Исполинский замок с высоты казался игрушечным. В лучшем случае - обычных человеческих размеров. Его истинные габариты мозг отказывался воспринимать - даже у Аврала, видевшего его вблизи. Зелёные леса казались лугами. Ойхо носился вокруг замка, другие драконы и вовсе описывали немыслимые петли, пытаясь привлечь внимание. Ильсор глядел вниз в подзорную трубу Аврала и вскоре удовлетворённо констатировал, что внимание привлечено. Хотя невооружённым глазом по-прежнему ничего нельзя было различить. - Забегали... Наши, горцы. Но у них, если не ошибаюсь, портупеи с бластерами! - Получается, ваши всё-таки взяли власть? - понял Мин Кокус. - Получается... Вижу нескольких менвитов. Ведут себя совсем не по-менвитски, без инициативы. А вот что-то странное... Он протёр объектив, снова навёл трубу на окрестности замка. - Менвит, но одет в зелёный комбинезон, как у нас. И тоже с оружием... Кажется, это полковник Мон-Со. Что за маскарад? Радостный подъём в голосе Ильсора сменился недоумением и тревогой. Он выбрался из кабины, пристегнувшись к ней специально предназначенными ремнями. Сейчас начнут рассматривать в телескопы, надо, чтобы его увидели и узнали. Минут через десять Ильсор сообщил, что на самой высокой башне замка, на площадке возле хломпушки, появились Морни и Ланат. - Видимо, вместе они не случайно. Дают мне понять, что никакого раскола в подполье не произошло. Это хорошо. У Ланата сигнальные флажки. Семафорит. "Ильсор, мы тебя видим, приём". Аврал, подержи трубу. Ильсор быстро отсигналил в ответ, трижды повторив сообщение: - Назначу им встречу завтра в полдень под тем местом, где наш геликоптер прорвался сквозь купол... Снова впился в окуляр. - "Принято. До встречи"... Казалось, теперь со спокойной душой можно было лететь к павильону Гуррикапа, но Ильсор недовольно хмурился. - Странно как-то. - Что? - Да всё! Ладно, сухой ответ, как будто они не рады меня видеть и вообще не удивлены, что я жив... Но что значит "принято" - и всё? Полагалось бы повторить моё сообщение, чтобы я знал, правильно ли они его прочитали. И почему Мон-Со в арзакском комбинезоне? Как это всё понимать? - Ну вот завтра всё и выясните. - Надеюсь... Тайный лагерь давно остался позади, осталась позади и граница невидимого купола. Ойххо уверенно направлялся к павильону Гуррикапа, хотя ни разу там не был. И вскоре все три дракона с чувством выполненного долга погрузились в глубокую непробудную спячку прямо под стеной циклопического сооружения. Крутой подъём их действительно вымотал. - Это теперь как минимум до ночи, - объяснила Энни сестре. Они обе, задрав головы, пялились на исполинский павильон, который с близкого расстояния выглядел просто уходящей в бесконечную высь стеною. - Жаль, что ещё долго не будут знать, что мы вернулись, - вздохнула Элли. - Волнуются же. - Я могу к ним слетать, - вызвалась отважная Миоти. - Да и я на зонтике туда и обратно, это быстрее будет, - вызвался Тим, заскучавший без новых приключений. - Уже придумал как, чтобы рудокопы точно не заметили. Просто не напрямик в штаб жевунов, а с промежуточной остановкой в Кругосветных горах, поближе к пустыне. Тогда траектория полёта обогнёт их далеко с юга. - А я думаю, о нас уже знают. Или узнают в ближайшее время, - возразил ему Райм. - Вспомни: фельдмаршал Дин Гиор несколько раз в день вызывает свистком королеву Рамину в Изумрудный город. О том, что Ойххо внезапно улетел, там уже должны знать, а значит, и следить за ним по ящику Стеллы. Может быть, даже успели заметить, что он нас подобрал. Пока был в Подземье, ящик его, конечно, не показывал, зато теперь... Тим смутился: - Да, про ящик я как-то забыл. Ну а Дин Гиор тогда сразу вызовет Рамину, чтобы сообщить жевунам... - Тогда мышиная делегация может добраться сюда раньше, чем проснутся драконы, - заметил Мин Кокус. Они уже направлялись внутрь павильона - Мин с Ильсором привычными уверенными шагами, прочие с любопытством и слегка робея. - В таком случае нам и спешить незачем, - сказал Аврал. - Если Ильсор считает, что в Тайном лагере происходит что-то непонятное, мы можем остаться до завтрашнего полудня, пока не состоится их встреча. Вдруг помощь какая понадобится? - Ага, - хмыкнул Тим ехидно. - А ничего, что жевуны сейчас остались практически без драконов? Салгар только, но у него был всего один боевой вылет, и тот с Ойххо в паре. Трёх затрофеенных ещё не скоро смогут выставить против рудокопских. Так что они должны лететь в штаб, как только проснутся. Кто-то с Ильсором может и остаться, но с таким расчётом, чтобы зонтик мог всех вытянуть. А он Озму с Железным Дровосеком уже с трудом нёс, Рикки расказывала... - Да, ты прав, - признал Аврал миролюбивым тоном. Но Тим не был настроен этот тон поддерживать: - То-то же! Стратегически мыслить надо, а не только рубить сплеча и девчонок впечатлять... - Так! - не выдержала Энни. - Мне кажется, или вы всю дорогу только и ищете повод поскандалить? - Тебе кажется! - заверили мальчики в унисон. - А мне кажется, что не кажется. Только не могу понять, в чём причина. И мне очень, - Энни гордо проглотила готовое было вырваться слово "больно", - неприятно, когда мои самые близкие друзья начинают между собой грызться. - Вот в этом и причина, - проворчал Тим вполголоса. Аврал косо поглядел на него и промолчал. В помещении, внутри которого легко разместилась бы городская площадь вместе с окружающими домами, под импровизированную лабораторию с жилищем для Ильсора и Мина Кокуса был выгорожен крошечный (в общем масштабе) угол. Словно хижина в окаменевшем лесу, где вместо деревьев поднимались и терялись в необозримой вышине исполинские колонны. - Ой! - воскликнула Элли. - Смотрите: основания у колонн такие же, как там, в башне у Глуа... Колонны действительно вырастали из панцирей гигантских каменных черепах. - Ничего удивительного, - прошептала Энни. Но её, кажется, никто не услышал. - Кстати, о Глуа. Если мы не задерживаемся здесь до завтра, давайте, пока все вместе, обсудим дальнейшие планы, - предложил Аврал. - В свете всего того, что от него узнали. Для начала нужно проштудировать гномские летописи в Изумрудном городе, нет ли там упоминаний о мече Мглы. - Просто передадим через Рамину заявку библиотечным гномам. Как Озма в прошлый раз делала, - сказала Энни. Но воспоминания о "прошлом разе" натолкнули её на новую мысль: - И надо будет посмотреть ещё тот свиток, номер которого Руггедо тогда написал туманом на стенах Изумрудного города. - Там, где об истории Лисограда говорилось? - удивился Аврал. - А он тут при чём? - Дядя Чарли рассказывал, что Озма, читая его, всё время хмурилась. Ну не думаю, что её так расстроило описание вражды между лисицами и полевыми мышами и то, как её папа их мирил... Кстати, мышам он оставил серебряный свисток. Не оставил ли что-то и лисам, только ещё раньше? Если он должен был позаботиться о мече Мглы, и это было завещание Лурлины, которую он так сильно любил, едва ли начал бы войну против злых волшебниц, не решив прежде эту проблему... - у Энни, как это часто бывало, началось одно озарение за другим. - Или даже не оставил, а... Вы ведь помните, что Лисоград построен на развалинах Балланагарской столицы? Говорят, что её руины прямо под холмами, в которых прорыты лисьи норы. А Глуа сказал, что меч Мглы в первые столетия был их главной святыней. Может быть, Пастория не случайно поселил лисиц именно там, как вы думаете? - Звучит правдоподобно, - согласился Аврал. - А по-моему, высосано из пальца, - с ходу возразил упрямый Тим. - Какая-то девчачья логика, прости. "Она бы так не хмурилась", "он её сильно любил, поэтому не мог"... - Во всяком случае, нам ничто не мешает начать поиск именно с этого свитка, - ответил Аврал. - Может быть, и в самом деле не придётся терять время и мотать все тома за две тысячи лет. Размышление было прервано неожиданно начавшимся дождём. Не просто дождь - настоящий ливень, нечастый в Волшебной стране, обрушившийся потоками сквозь прорехи в прохудившейся крыше павильона, запредельно высокой, словно само внезапно помрачневшее небо, напомнивший о недавнем наводнении на Большой реке, роковом для рудокопского войска. Впрочем, Энни и Авралу он напомнил кое-что совсем другое. Особенно когда закончился так же внезапно, как начался. А когда в гигантском проёме блеснул разноцветный хвост радуги, они не сговариваясь и наперегонки бросились наружу. За ними, хлюпая по воде, и остальные поспешили. Радуга, несомненно, была той же самой - увидев однажды, не спутаешь. Тем более, от её середины уже спускалась... но нет, не золотистая птица с радужным оперением. Огонёк, вроде угля раскалённого. И не на землю летит, а кругами ходит, играет в воздухе, чисто живой светлячок. А круги и петли каждый раз всё шире, и сам огонёк с каждым витком растёт, разгорается, знай машет себе языками пламени, как крыльями, и не гаснет. Многоцветка танцевала по земле, а этот прямо в воздухе пляшет. А потом взял такой разбег, что на повороте оземь ударился, рассыпался снопом искр, а среди них девчонка живая. Но не Цветка, конечно. Алое платье пламенем трепещет, кудри рыжие разлетаются без всякого ветра, светятся без солнца, вот-вот вспыхнут. Густые веснушки на носу тоже ярко-красные, таких и не бывает. Единственное, чем на сестру похожа - такая же босая, пальчики как игрушечные, даром что обуви отродясь не знали. И, в отличие от Многоцветки, разговаривает. Даже чересчур. - Девчонки, хранительницы, наконец-то вы вместе и наверху! Мы еле опустились в этой расчётной точке, через десяток миров пришлось пройти. Вы нам нужны позарез - Озму и Цветку выручать! - Что с ними? - испугался Аврал. - Где они? Пирофора обожгла его насмешливым взглядом: - А перебивать нехорошо! Ты где воспитывался? Знаю, что во дворце, у ученицы самой Лурлины - это и удивительно... Беда с ними. А где, и сами не знаем, потому-то и обращаемся к вам за помощью. Вернее, вот к ним. Потому что они хранительницы Регалий Озмы, а у неё серебряные башмачки и диадема, это единственный наш след. Да, меня Пирофорой зовут, если не знали. Можно просто Пира. Фея огненного света. - Ну об этом догадаться нетрудно, - рассмеялась Энни. - Можешь толком объяснить, что случилось? Огненная девочка слегка остыла, начала объясняться чуть медленней и вразумительней: - Мы Озму вернуть к вам собирались, но она затеяла Тома спасти. Ну это плюшевый медвежонок, то есть мальчишка, в общем, там всё сложно и неоднозначно. Жалко его, конечно. Только он ведь не случайно в другой мир провалился. Лунная страна во всех модусах и квантовых состояниях Волшебной страны место непростое, где она есть вообще, а в этом особенно. Там даже свой собственный Летающий мост имеется, только маленький, на наш совсем не похож. И грань между мирами очень тонкая. Вот и провалился оттуда сначала Том в Страну Оз, а потом Цветка с Озмой, когда его возвращали. Только мы не знаем, куда именно. А с вами можем выяснить. Через вашу связь с Регалиями. Ну я это уже говорила, кажется. - И мы поможем Озме вернуться? - переспросила Элли, пытаясь выделить главное в этом потоке. - Обязательно! По принципу магической и сюжетообразующей тернарности. Смотри: сначала ты вернула Озму из-под личины дядьки со сбитым моральным компасом. Затем Энни - из бессубъектного состояния неживой фарфоровой статуэтки. Теперь вы вдвоём вернёте её из другого мира. Это же закономерно! Хотя и не предопределено, конечно, - добавила Пира с неожиданной строгостью. - Только вдвоём? - уточнил Тим, и задорный взгляд-огонёк смерил его с ног до головы: - Извини, мальчишек на борт не берём. Для Тома сделали исключение, потому что он медвежонок, ещё и без сознания, и то видишь, как оно вышло. Да и зачем? Там от тебя помощи никакой, а здесь точно будет чем заняться и с кем сразиться. А мы постараемся вернуть вам Озму как можно скорее. Уж не знаю, зачем ей так важно было заглянуть в ту линзу и как это может помочь, но волшебные книги не врут. - Получается, я тоже остаюсь? - запоздало сообразил Артошка. Энни наклонилась, почесала его за ухом: - Ты же слышал: здесь больше места для новых подвигов. Аврал молчал, не поднимая глаз. Он только-только увиделся вновь с этими славными девчонками, хотя ещё несколько дней назад и помыслить не мог всерьёз о такой возможности - и вот, опять разлука, неизвестно, как надолго. Не оправившись ещё как следует от расставания с Кустисом. Почему жизнь устроена так несправедливо? Но как минимум в одном забавная феечка права. У каждого свой путь, своя миссия и свой участок борьбы на общем фронте. Его персональная задача в ближайшее время - меч Мглы. И ей придётся полностью себя посвятить. Странно, конечно, отмотав столько дней и миль среди никому не известных прежде народов Волшебной страны, пережив столько всего, фактически обнулять свой путь. Странно и направляться к свету через мглу. Но и Стелла, и Эорл говорили ему, что кружной путь зачастую бывает самым коротким, а то и единственным. Со своей колокольни каждый, вкладывая в эти слова немного разный смысл. Приходит время на практике выяснить, что означают они для самого Аврала. Путь есть путь - и этим всё сказано.
