Из-под земли и с неба, или Если бы Тотошка-3

Всё протекало не так гладко, как могло сложиться впечатление наверху. И никто вроде не приукрашивает картину, и никто в этом не заинтересован, в отличие от рудокопского войска (а равно и стражи, и королевских корреспондентов, которые, по задумке Баан-Ну, должны бы препятствовать искажению идущих во дворец сведений - вот только из-за бестолковой и насквозь коррумпированной бюрократии с её вековыми клановыми интересами, исправно регулировавшей размеренную по песочным часам жизнь Пещеры со времён Первого усыпления, но совершенно не приспособленной к вызовам новой реальности, информация лишь запутывалась окончательно). Ройо в своих донесениях старался излагать всё как можно подробнее и всесторонне, не обходить противоречий, возникающих между ними и новыми союзниками. Но, во-первых, через мышей, даже летучих, многое не передашь: тонкости человеческой психологии и взаимоотношений им понять бывает нелегко, да и к механическому запоминанию текстов способности совсем не те, что у птичьей эстафеты. Чем сложнее сообщение, тем больше опасность, что его переврут. Рисковать с письменными посланиями тоже нет смысла - много ли мышь унесёт? А во-вторых, и самому не так просто сформулировать, что конкретно тебя тревожит. Неясные сомнения и предчувствия к делу не пришьёшь. Да и не всегда их “верхние” друзья поймут - для этого надо быть пропитанным рудокопской культурой. Так что с их точки зрения всё нормально и даже удачно. И в самом деле, неслыханной удачей стало то, что среди скрывавшихся в лабиринте уклонистов оказался его зять. Иначе если бы и не перебили друг друга с перепугу при встрече, то уж попытка найти общий язык в жёстком споре окончилась бы куда плачевнее. - Ну а чего ты хотел? - ехидно объяснял Амтильо, когда они вдвоём выбрались в шахтёрский посёлок на окраине Пещеры, к надёжным (если верить Амтильо) людям, через которых пока ещё удавалось организовывать связь и снабжение. - Тут половина нашей компании свято убеждена, что нынешнюю систему власти трогать никак нельзя, иначе свод Пещеры обрушится нам на головы. Вторая, которая поумнее, понимает, что система и так успешно сыплется. Я даже не о пробуждении королей - они бы между собой договорились. Жили ведь мы как-то до первого усыпления? Но вот после того, как вляпались в эту войну... Ясно, что не с жиру, а от отчаянья, чтобы как раз и предотвратить развал. Я ведь правильно понимаю? Ройо кивнул: - Там было кому подсказать и подтолкнуть, было чем надавить, но да, вцепились в идею от отчаяния. Думали, будет как в древности с марранами - быстро и триумфально. А вышло совсем не так. - Не так, но положение, как ни странно, стабилизировалось. До тех пор, пока продолжается война. А вот стоит ей остановиться... Ты говоришь, у “верхних” к нам никаких претензий, лишь бы мы убрались? - Да. Неоднократно слышал от Према Кокуса и Нимми Эми, первых лиц в Голубой стране: пусть нас оставят нас в покое и живут там как хотят. Даже торговлю готовы возобновить без особых условий. Озма только ещё не подтвердила - но все в один голос заверяли, что с нею проблем не будет, потому что такова её общая политика для всех народов. - Верю. Но представь, что начнётся потом. Военный механизм сейчас удалось отладить - со скрипом, но работает. Король Карото первым делом объявил окончание мобилизации - народ выдохнул. Пока что. Ещё не до всех дошло, что за этим последует: за любое законопреступление теперь один ответ - отправка наверх. Думали нами заткнуть дыру на фронте на первых порах, но не обломилось. И всё равно большинство на расслабоне. Одно дело, когда к каждому могут постучать, а здесь законопослушным подданным как бы ничего не грозит, всяк до последнего уверен, что уж его-то оно не коснётся. - Хитро. - Жизнь хитрить научит. Но опять же, кто поумнее, быстро сообразят, что к чему, так что рассчитываю на пополнение наших рядов. Сеть верных людей в Пещере всё ещё работает, как видишь, потому что они это тоже понимают. Все сидят на мешках, в любой момент готовы сорваться - было бы куда. Так что собственную безопасность обеспечивают на случай чего, а значит, не подведут. Ну и “куда” теперь тоже есть, благодаря вам. Наши бродяги теперь готовы вас слушать хотя бы в благодарность за новое комфортное убежище. Шутка ли - настоящая крепость! - Это да. Но слушают пока что неохотно. - Естественно! Говорю же - даже те, кто понимают, что развал системы неизбежен, не готовы сотрудничать с “верхними”. - Потому что измена? Амтильо ехидно ухмыльнулся: - Потому что унизительно! Слышал бы ты эти споры которые у нас там не умолкали, ещё при Сентуро. Самые упёртые, впрочем, ушли тогда с ним, так что вам, считай, ещё повезло. Те бы и не слушали. - Ты начал рассказывать, почему королям невыгодно прекращение войны. - Так ведь всё очевидно. Даже я по вашим рассказам, а главное, по вашему поведению могу судить, как в войсках мышление меняется. Скажешь, нет? - Ещё бы ему не меняться! Совсем ведь другой уклад. Вроде бы та же командная вертикаль, что и в Пещере - но всё иначе. Другие условия, другие приоритеты. Взгляд на вещи иной формируется, это правда. За собственную жизнь уже не так и дрожишь. - Вот. И теперь все эти с новым взглядом и новой отвагой вернутся к прежней жизни Пещеры. На то же место, с которого эта бессмысленная война началась, к нулевому результату, за который заплачена огромная цена, и который будет выглядеть ещё унизительней на фоне всех обещаний и перегретых расчётов. Ладно, насильно мобилизованные - там многим будет достаточно, что выжили и вернулись. Но сколько подалось добровольно, особенно на первых порах, в надеждах на лёгкую победу и лучшую жизнь? Разве не возникнут у них некоторые вопросы? И разве, научившись не дрожать за свою жизнь, они их не зададут? А научившись владеть оружием на уровне стражи, в Пещере этот навык забудут без Усыпительной воды? Особенно, когда их так много? Амтильо был грамотен и красноречив. Это не удивительно - иначе просто не смог бы повести за собой столь неспокойную и разношерстную толпу. Но не в пример иным лидерам, он обладал также трезвым умом, наблюдательностью и способностью адекватно оценивать ситуацию. Ройо, интуитивно приходя к тем же выводам, пожалуй, не смог бы их так чётко сформулировать, разложить по полочкам. - Уж не знаю, утешит ли тебя это огорчит, но вернётся не так уж много. Куда меньше, чем ушло. Особенно из подавшихся добровольно на первых порах. - Понимаю. Только ведь наверняка выживших, но искалеченных на всю жизнь, ненамного меньше, чем погибших, правда? Они отдали здоровье за Корону, которая просто не в состоянии им его компенсировать и содержать за казённый счёт хотя бы на нищенском уровне. А семьи погибших, утратившие кормильца? У них не возникнет вопрос “зачем мы туда полезли и кто за это теперь ответит”? - Ну, семьи, - ухмыльнулся Ройо. - Они-то наверху не были, стража им быстро напомнит, что вышестоящим вопросов не задают. - Ага, тут-то и начинается самое интересное, чего ты толком не знаешь. Хотя можешь догадываться, конечно. Стражи ведь наверху много? И небось, не только в загрядотрядах, но и на передовой. И среди погибших... - Ну да. Помнишь же, как было поначалу: в основном стражу наверх и отправили как главную ударную силу. Кто ж ещё у нас с оружием мог обращаться? А когда “верхние” внезапно оказали сопротивление... - ...то новые волны мобилизации прокатились и среди стражи, - ехидно подхватил Амтильо. - Заметно, так, ощутимо. Народ потому и занервничал по-настоящему: “задачи спецоперации выполняются”, “потерь нет”, “победа близка”, - но две трети стражников наверху, а значит, там творится что-то серьёзное. - Неужто две трети? - изумился Ройо. - Да теперь уже как бы не больше. Думали, хватит оставшихся здесь. Не хватает! Пришлось ещё и внутреннюю мобилизацию проводить, латать дыры в страже. Начальство из сокращённых придворных, рядовые из толковых и верноподданных на местах. Не слабая сословная клеть наверх - в хорошем смысле "наверх", я имею в виду... - Ну уж если шанс такой выпал, будешь выкладываться на совесть. Чтобы не только не загреметь наверх (в плохом смысле), но и закрепиться. К тому же из старой стражи вернутся тоже далеко не все. - Правильно мыслишь, - Амтильо довольно кивнул. - Только взгляни на это и с другого бока. Столетиями стража была закрытой кастой, куда посторонним попасть практически нереально. Её все презирали, но и боялись панически - и в этом таился залог её власти. Теперь из-за венценосных дураков граница размыта. И здесь снова надо смотреть с обеих сторон. У каждого действующего стражника родня, которой - даже не сомневайся! - это размывание некогда замкнутого клана совсем не по душе. А качать права им привычней, чем простым смертным... Это первое, но не главное. - Кажется, понимаю. Главное - с позиции, как ты говоришь, “простых смертных”, - некстати вспомнилось, как они с зятем мечтали примкнуть к страже, считая это совершенно нереальным. - Когда новоявленный стражник вчера был таким же, как ты, всерьёз не воспринимаешь уже не только его, но и к самой страже отношение меняется. Особенно если таких немало. - Вот! Так что новые вызовы для новой стражи могут оказаться непосильной ношей. А там, глядишь, и не для неё одной... - В смысле? - Да хоть до самого верха! Следом и королевская власть перестанет быть священной в глазах народа. Почему нет? Мы же с тобой сейчас критикуем “венценосных дураков”, и никакая мифическая магия Короны нам этого не запрещает... - Не мифическая, - покачал головой Ройо. - Там, наверху, магия - не сказки, а повседневная реальность. И о магии Короны им тоже известно. Только, как я понял из объяснений, она работает, пока в неё веришь, пока готов ей подчиняться. - Вот именно. А если вера утрачена, из-под палки её не вернёшь. - Здесь тоже немного сложнее. Действуют магические скрепы, склоняющие волю к покорности, и не замечаешь даже, что это идёт извне. Кажется, будто сам разделяешь линию королевского двора, а на деле просто никогда не пытался посмотреть на неё со стороны. Но если уж получилось и не сразу испугался, то словно шелуха с глаз. Я ведь сам через это прошёл. Мучительно, за каждым сомнением и выбором тут же следуюшее... - И я о том же, - подхватил Амтильо. - Хотя сомнения - это для избранных единиц, а с массами сработает другое. Королевская власть священна, потому что сильна. А прямо сейчас она демонстрирует всем свою слабость. Пока ещё продолжает работать прежний самообман: этот король так себе, но через месяц проснётся следующий и всем покажет! Сейчас уже все вспоминают, как царствовал Барбедо, и строят прогнозы. Только этому развлечению осталось три месяца. Ну ещё один, пока проявит себя тот, кого выберут вместо Бубалы. А дальше Большой совет в полном составе - и очевидно, что все короли... голые. Сомневаюсь, конечно, что к тому времени война не закончится, только ведь вопрос, как именно, и что будет дальше. Кто-то это понимает уже сегодня - но толку? Если сейчас прекратить войну, всё посыплется сразу же, а так ещё неизвестно. Риски от продолжения ниже, чем от остановки. По крайней мере, отсюда это так представляется. А вдруг у “верхних” запас прочности кончится раньше? Ну или в Пещере стабилизируется и закрепится прежде чем серьёзно качнёт, с той же стражей хотя бы. Никто ведь не знает, как оно обернётся. Ройо растянулся на соломе. Картина вырисовывалась, с одной стороны, оптимистичная в смысле перспектив к переменам. Но с другой... - Ты вот начал с того, что половина думает так, половина иначе. Только гляжу, те и другие вполне согласны в главном: ничего трогать нельзя, будет только хуже. - Э, не скажи! Тут принципиально важно, почему именно нельзя. Говорю же: споры стояли - мама, не горюй. Чуть ли не до поножовщины. Теперь-то солидарны, да. Против вас. - Ну а сам-то, - Ройо резко приподнялся и уставился на Амтильо требовательным взглядом. - Ты так красиво и убедительно всё разбираешь, но как насчёт сборки? Неужели нет решения? Наша идея избираемого совета, который доносил бы до королей требования масс и обсуждал с ними все важные решения, и даже блокировать их мог бы, если что... Что о ней думаешь? Только честно, между нами. Рудокоп задумчиво молчал - не так, когда собираешь слова или мысли, а когда колеблешься, стоит ли озвучивать то, что достаточно ясно. Ройо это не понравилось: он бы предпочёл любой ответ, но без раздумий. Это означало бы его искренность, что уже немало. - Идея-то здравая. В принципе, ничего нереального в ней нет, - наконец признал Амтильо.- И как раз сейчас открываются новые возможности: война так или иначе всех встряхнула, жить и мыслить как раньше, по инерции, уже трудно. Ну ты понимаешь. Шансы, что в такой совет войдут те, от кого действительно будет польза, а не удобные для королей, довольно высоки. - Тогда почему бы не попробовать? Тебя тоже смущает помощь “верхних”? Уверяю, они действительно не собираются нам чего-то навязывать или как-то вмешиваться в нашу жизнь. Лишь бы мы вернулись за Торговые ворота и оставили их в покое, скрепив это клятвой. Ну разве что поставят условие, чтобы разрешили уйти наверх всем, кто захочет. И поселят их всё же подальше от выходов. Первое - бескорыстный гуманизм, который для них в самом деле много значит, тут никакой игры или расчёта, ну а второе - забота о своей безопасности, вполне разумная, я считаю.. И торговлю возобновят в любом случае, и необходимую гуманитарную помощь окажут... Ну не они же на нас напали, в самом-то деле! - Да меня другое смущает, - сплюнул Амтильо сквозь зубы. - Цель хороша - средства так себе. Ломиться напролом вашим легионом к Радужному дворцу, собирая единомышленников?Ты же убедился, как ваши речи воспринимаются даже теми, кто поставил себя вне закона, кому уже нечего бояться, потому что нечего терять. Ладно, я смогу убедить своих, что переворот, мирный договор с ”верхними” на таких щадящих для нас условиях и этот твой совет глубинных представителей - реальный и единственный выход. И что никакого предательства здесь нет. Потому что я знаю этих людей, к каждому найду подход. А дальше? - Ну... сам же говоришь, что сеть верных людей по всей Пещере! - Да, но для прямого столкновения её недостаточно, понимаешь? Даже с нынешней ослабленной стражей. Тем не менее, сеть есть, как видишь, - Амтильо снова замялся, а затем перешёл на шёпот: - Я даже больше скажу: в ней есть люди из стражи. Даже из старой. Потому что там тоже многие понимают, к какой катастрофе всё катится. И твой проект, уверен, их заинтересует. - А раньше ты этого не говорил, - заметил Ройо ледяным голосом. Пережитый ужас ожидания в яме вновь ожил в памяти с пугающей отчётливостью. А казалось, новые переживания должны бы вытеснить их навсегда. - Не было повода. Да ты бы мог и заподозрить по тому, как быстро отыскался след вашего Фенеллы. - След... Вот если бы его освободили! - Ну, это тоже реально, думаю. По крайней мере, с вашим вооружённым участием. Только это будет означать начало конфронтации - а её глупо начинать без высокого шанса на победу. - Хорошо, в возможность победить при прямом столкновении ты не веришь. Какие ещё варианты? Теперь уже пристальный взгляд Амтильо блестел в полумраке сарая выразительно и напряжённо: - Всю эту сеть помощников можно использовать с гораздо большей пользой, чем сейчас. Если, конечно, донести до каждого то, о чём мы говорили. Чтобы принудить Радужный дворец к миру с “верхними” и к диалогу с собственным народом, совсем не обязательно его штурмовать. Достаточно подвергнуть ударам то, что защищено гораздо хуже. - Что именно? - спросил Ройо недоумённо . - Промышленность. Производство оружия и амуниции, пути снабжения... Создать второй фронт в тылу, как вы и хотели - только по-умному и почти без потерь. После той нашумевшей диверсии с побегом пленных были попытки повторить нечто подобное. В разных концах Пещеры, стихийно и несогласованно, так что стража быстро отбила охоту. - Знаю, успел застать в войске эти новости. У нас в легионе даже есть причастные к первой заварушке, которых тогда бросили в Дарумский штурм. - Вот если организовать такое централизованно, тщательно подготовив... У нас есть связи какие-никакие, в том числе в страже (и не надо морщиться), есть ударная сила - в вашем лице и не только, я примерно представляю кто готов присоединиться. Будет не просто сеть, а паутина, поражающая всех, кто в неё попадёт. Операция “Паутина” - звучит? Не какой-нибудь жалкий “Рывок дракона”! Заминка лишь за информацией, разведданными с объектов... Ройо развёл руками: - Тут проблема. Разве что летучие мыши... Они, конечно, не очень умны, но тогда, на комбинате, были главным координирующим ресурсом. Только теперь страже из-за болтливости моего зятя известно, что они говорящие... - И слишком заметные в полёте, - понимающе вздохнул Амтильо. - Жаль, хорошая была идея . Но без незаметных глаз, а в идеале, конечно, ещё и связных, её не потянуть. - С этим как раз проблем не будет, - голос, раздавшийся из ближнего угла сарая, заставил обоих испуганно подскочить. - Если вы, господа, сами всерьёз готовы ко всему, что я сейчас услышал.

* * *

- Ну а какие сомнения? Ты идеально подходишь под условие... Элли обдала сестру сердитым взглядом: - Да нет никаких сомнений, ты чего? Неожиданно просто. - Зато удачно совпало. Мы отвернёмся, если стесняетесь, да, Озма? Тим! - Вот ещё... Это просто формальный поцелуй, который ничего не значит! Если только у Аврала нет возражений. Аврал с пониманием воспринял не очень изящный перевод стрелок. В кои веки порадовался лисьей морде - не нужно бороться с предательским румянцем. - Да не знаю... Может быть, через платок... если сработает? - Через простыню! - фыркнула Энни. - Я к тому, что лисий запах, наверное, не очень приятен... - Слушай, - Элли уже начала заводиться. Ну а чего они накручивают, словно и в самом деле не “формальный поцелуй”, а нечто романтичное? - я вчера Тотошку при встрече обцеловала, и ничего. Нос от друзей воротить - последнее дело, я считаю. Какими бы они ни были и как ни пахли - Да, конечно. Я просто предложил - мало ли, как лучше... - Лучше не говорить ерунды! А... это, - она вопросительно уставилась на Гуамоко, который снова погрузился то ли в раздумье, то ли в сон, - куда? Можно в щёку? Но старый филин даже не шелохнулся. У Энни, несмотря на хвалёный загар, отчётливо порозовели мочки ушей, чего сестра, к счастью, не замечала (впрочем, неудивительно) - зато от внимания Тима не ускользнуло и совсем не порадовало. Элли привстала на цыпочки, машинально зажмурилась от волнения. Нет, волнение не из-за каких-то там девчоночьих глупостей, и вообще она по пути в Нижний мир спала, уткнувшись ему носом в щеку и никого это тогда не смущало. Просто не каждый день расколдовываешь прекрасного принца. А вдруг не получится? Аврал наклонился ей навстречу, но глаза девочки были сомкнуты плотно, так что губы коснулись неожиданно мягкой и шелковистой шёрстки не совсем там, куда целилась. - Ну и? - донёсся из глубин недоуменный голос Энни. - Ты его точно поцеловала? - Точно, - по-рыцарски вступился Аврал. Элли поняла, что пришло время открыть глаза. Результат разочаровывал. Полным своим отсутствием. - Может быть, нужен всё-таки не “формальный поцелуй”, - предположил Тим. - Ну там, как в сказках - поцелуй настоящей любви... - Ну извини, - вспыхнула Элли, - чего не имею, того дать не могу. При всём желании. - Нет, с поцелуем всё верно, - подал наконец-то голос с жёрдочки филин, не открывая глаз. - А вот с девочкой я что-то напутал. Аврал направился к выходу: - Ладно, не получилось. Элли, спасибо и прости за беспокойство. - Это ты прости, что так вышло... - Я обязательно вспомню! - пробухтел за спиной Гуамоко. Но Аврал даже не обернулся. - Ал, погоди, дело есть, - Озма догнала его уже на улице. - Как ты меня назвала? - замер от удивления Аврал. Принцесса растерялась. Что поделать, если даже в таком облике он продолжал напоминать ей об Амрале, с которым пересеклись их пути в Стране Оз? Снова не отпускает вопрос, кванки ли они или просто похожи. А может быть, с учётом разницы во времени, Амрал - внук его кванка, который, таким образом, тоже может быть из северных горцев? Забрёл какими-то судьбами в Голубую страну, когда тамошние рудокопы ещё жили на поверхности, поселился с ними. И всё тогда сходится, включая разный цвет глаз. Да и какая, в сущности, разница? Но почему-то не даёт покоя, и Озма боится, забывшись, назвать его Амралом. Лучше уж сокращать! - Ой, прости. Не буду, если не нравится. - Нет, почему же. Неожиданно просто. Прикольно, как Энни говорит. И похоже на то, как филин мою проблему обозвал. “Алепо”... дальше не помню. - Брось, - смутилась Озма окончательно, - это совсем не связано. А проблему твою мы решим, слово феи! - Да ладно, проблема не проблема. Меня больше тревожит, как быть с мечом Гуррикапа. Благодаря трубе я по паланковым башням Угабу добрался бы до озера очень быстро. Но в таком виде всех напугаю! - Да уж, - невольно улыбнулась Озма, представив реакцию дозорных, повторяющуюся на каждой башенной площадке. - На самом деле, тоже не проблема. Можно проложить маршрут в стороне от паланок, даже по высокогорным точкам - опыт теперь есть. А лучше один раз в Амдиро объяснить, что я это я, взять с собой Ульгана, и пусть дальше он всех успокаивает. А в Страхбурге ещё попросим помощников, лёд колоть. Только видишь - стрелка молчит... Лиагона по-прежнему была прикреплена к угабской перевязи, свисая с плеча. Многоручка тускло вращалась вокруг своей оси и работать компасом не собиралась. - Дай посмотрю, - Аврал впервые ощутил прикосновение Озминых пальцев, от которого стало так же неловко, как от оказавшегося бесполезным поцелуя Элли. Прежде всего из-за мысли, что его нынешняя внешность вызывает у девчонок совсем не положительные эмоции. Досадно, знаете ли, как-то. Да и раньше они с Озмой были всегда на почтительной дистанции, так уж сложилось, хотя вот Тим так и не смог понять, почему. - Может быть, я должен прежде вернуть себе настоящий облик, и только потом отправляться за мечом? В хрустальном взгляде Озмы лёгкая насмешка скользит, дыхание - свежая прохлада: - Ты думаешь, эта штука подсказывает, что тебе надо делать? - А разве нет? - удивился Аврал. - Не совсем. Артефакт помогает понять, чего ты хочешь. Твоё истинное желание. Или, как сказала бы Виола в терминах Общей теории всего, вершину твоей функции. Если понимаешь, о чём я. - Кажется, понимаю. Блаженной памяти Эорл называл это верностью своему Пути. Тот единственный выбор из веера возможных и неочевидных, который сильнее других приближает к нему, а значит, о котором ты впоследствии будешь меньше всего жалеть. - Правильно. Но это ещё не значит, что выбор правильный. Просто он твой, органичный для тебя - а это далеко не всегда одно и то же. - Иными словами, молчание Лиагоны означает лишь, что я сейчас не готов идти за Мечом? - Я бы даже сказала, что это не является твоим предельным желанием. А почему и что это может означать - это уж тебе самому разбираться, тут ни я не помогу, ни Лиагона твоя. - Понимаю. - А трубе мы и так сейчас найдём применение, - Озма задорно усмехнулась. - Я тебя потому и окликнула. Подбросишь меня в Дарум? Аврал машинально поглядел на зонтик в руке у принцессы. - Ну, - замялась та, - просто интересно попробовать новый способ телепортации... Они как раз достигли конца улочки, и обзор распахнулся на полную ширину до самого горизонта. - Да будто я против. Обижаете, ваше высочество! - Это ты меня сейчас пытаешься обидеть церемониальным обращением. Знаешь ведь, что я этого не люблю, - Озма жестом показала направление и без лишних слов крепко ухватила его за плечи. От новой ставки Штаба (куда он перебрался из Когиды ближе к фронту ещё до их приключений в Лунной стране) до развалин Дарума хватило всего трёх бросков. Впрочем, назвать это развалинами язык уже не поворачивался. Где бы ни селились жевуны, спустя несколько дней местность преображалась: казалось, здесь обитают издавна. Пусть не так уж много голубых домиков восстановлено, больше палаток и времянок,пусть сама обстановка военной базы несовместима с мирным и патриархальным жевунским укладом, но пёстрые цветники повсюду, куда бы ни падал взгляд, создавали ощущение уюта и обжитости. Этой пестротой клумб Голубая страна, кстати, заметно отличалась от Жёлтой, да и от Розовой тоже. Там любимые оттенки так или иначе господствовали и в растительности. Здесь же, хотя цветущие льняные поля составляли неотъемлемую часть любого пейзажа (сейчас тоже через них пронеслись-просвистели), а по утрам обочины и склоны словно отражали в сплошных зарослях цикория светлеющую лазурь небосклона, но вот приусадебные цветники традиционно соревновались с соседями разнообразием палитры, и Аврал, натасканный в своё время Стеллой на эстетику, не мог не отметить, что практически всегда это выглядело гармонично и со вкусом. Азуре Голубая страна, наверное, понравилось бы больше Жёлтой. Да и цвет родной, получается - вот только с дворцами здесь напряжёнка. Озма между тем не спешила распрощаться. Похоже, дело было не только в трубе... - Ал, и всё-таки я надеюсь снять с тебя заклятие в ближайшие дни. - Будто у тебя других забот нет! Куда более важных для всей Волшебной страны. Нет, правда, я не сильно и расстраиваюсь. Только вот эти непонятки с новым походом за Мечом... - Зато девчонки мои расстраиваются! Можешь считать, что я беспокоюсь о них. - Да и им нечего переживать сильнее, чем я сам, - проворчал Аврал. - Ну-у... сердцу, как говорится, не прикажешь. - Брось! Мы просто друзья, - всё-таки хорошо, что чёрно-бурые лисы не умеют краснеть. - Элли вон чётко это сказала. - Ага, и похоже, её слова огорчили тебя больше, чем неудачное расколдовывание! - Ой, всё, - отмахнулся Аврал, и Озма не смогла сдержать неловкий смешок. Характерные Стеллочкины словечки из уст здорового мускулистого парня - это, согласитесь, забавно. Хотя и трогательно как-то даже. - Не сердись, пожалуйста, - сказала она с виноватым взглядом. - Я не хотела задираться. - На принцесс не обижаются. - Просто ты хорохоришься, но я вижу - что-то тебя угнетает. Не навязываюсь, конечно, но хотелось бы понять, что именно - вдруг смогу помочь. Подсказать чего... - Подсказать? Объяснить, скорее. Да вот насчёт Лиагоны уже объяснила, у меня теперь не такие завышенные ожидания от её подсказок. Но кажется они у меня вообще завышены - от жизни, от пути Белого рыцаря. Лиззи тогда хорошо растолковала об опыте Ночи, через которую он пролегает.. - Эх, как бы мне самой с новобретённой сестричкой пообщаться, - перебила его Озма тягостным вздохом. - Но даже не представляю, когда теперь туда выберусь. - Башмачки, конечно, в Лунную страну не переносят? - Нет, я проверяла. Зонтик тем более. Да это и понятно. Ладно, извини, продолжай. - Да что продолжать? Была у меня наивная, как теперь понимаю, мысль: вот пройду через необходимое горнило сомнений и неопределённости, добуду меч Мглы, покину Лунную страну - и развеется моя Ночь в лучах рассвета, достигну чаемой гармонии души, без которой Белый рыцарь немыслим... А на деле продолжаю тянуть её за собой. Может быть, это из-за заклятия? Или из-за того, что меч Мглы у меня не уравновешен Мечом Гуррикапа? Но если Лиагона, как ты утверждаешь, подсказывает моё истинное желание, а теперь молчит... Возможно, потому что я прежде должен быть расколдован? Но что если я в глубине души просто боюсь перемен, и дело вовсе не в заклятии и не в мечах, а во мне? - Авра-ал, милый, - протянула девочка сочувственно, - ты сейчас лезешь в такие дремучие дебри, где чем дальше, тем беспросветнее. А всё потому, что не до конца понимаешь природу Ночи. Тебе кажется, что это лишь твоё субъективное, собственное твоё несовершенство, которое преодолевается решительным рывком? - А разве нет? Разве не совершенной сотворил Гуррикап Волшебную страну? Потом, с проникновением Арахны, с его уходом, с влиянием Баккара, стало портиться, но ведь изначально всё было гармонично и идеально! И задача Белого рыцаря - блюсти этот первозданный порядок. В первую очередь в себе, чтобы он сохранялся и вокруг. Меня, во всяком случае, так учили. - Ну... в каком-то смысле так, но у Стеллы, видимо, не получилось донести важную деталь. Впрочем, я раньше тоже не смогла бы это внятно сформулировать - спасибо опять же Виоле и Юнитару с их научно обоснованной теорией, где всё препарировано и разложено по полочкам. А осознала по-настоящему только заглянув в Линзу Силы, в глаза собственным альтернативным реализациям. Так что мироздание, как обычно, всё совершает в нужное время - потому что тебе как Белому Рыцарю придётся чётко это нюанс уяснить, - Озма лучезарно улыбнулась. - Раз уж с твоим вдумчивым и рефлексирующим характером не получится осуществлять эту миссию так, как осуществляла Энни - просто доверяя текущему моменту. Но в этом тоже свои плюсы, и если мироздание ведёт этим Путём тебя, такого, как ты есть, значит, не ошибается. Они устроились на голубой скамейке перед комендатурой в ожидании Нимми Эми. - Видишь ли, Ал, на самом деле идеальная гармония никогда не была явлена в этом мире - не только как данность, но и как явная заданность, которую остаётся только воплощать по дорожной карте. Просто потому, что мир не создан, а создаётся. Здесь и сейчас. Насчёт заклинаний Гуррикапа могу сказать с полной уверенностью, поскольку хорошо покопалась в них, создавая купол вокруг Ранавира. Они ориентированы на развитие, обучение и самосовершенствование. Которые далеко не всегда они шли гладко, но это именно развитие путём проб и ошибок, а не порча изначального идеала. И дело даже не в том, что Гуррикап не мог создать совершенный мир, будучи сам несовершенным. Большой мир, частью которого является Волшебная страна, устроен по тому же принципу. Золотого века в истории не было нигде и никогда - это воспоминание о будущем. Наложенное к тому же на память о младенческой беззаботности, когда просто не замечаешь и не осознаёшь несовершенств окружающего мира. На самом деле мир всё ещё в процессе становления, а мы часть этого процесса и активные его участники. Мы сами формируем этот триединый идеал Истины, Добра и Красоты, которым грезим. - То есть в реальности его нет?! - Есть! Просто эта реальность - в Будущем. Дальнем, эсхатологическом, где самое время смыкается в точке Омега, как называют это в мире Виолы. А реальность она потому, что именно её предчувствием как конечной цели мы руководствуемся всякий раз, совершая свой выбор. - Реализуя истинное желание? - Совершенно верно. - Но погоди, тогда ведь что-то одно: или мы его формируем, или оно формирует нашу мотивацию. Не может быть то и другое одновременно! - Вот! - рассмеялась Озма. - Это тот самый пред-рассудок, который нелегко преодолеть в своём сознании, потому что оно на нём держится как на структурообразующем стержне. Представление об однонаправленности причинно-следственных связей - следствие линейного восприятия времени. Которое не является объективным свойством вселенной, а сформировано самим сознанием. - Да ну, - недоверчиво хмыкнул Аврал. Нет, Стелла ему тоже объясняла нечто подобное, говоря о предсказании будущего и об источниках магии, но тогда оно было завуалировано всякими фейскими наворотами (возможно, даже от неё самой), скрывая суть, которую Озма сейчас обнажала в прозрачной простоте. - А что тебя удивляет? Посмотри на этот камень. Существует ли для него время, если он не меняется? Выветривается, конечно, но настолько медленно, что его время и наше просто несоизмеримы по масштабу, а значит, друг для друга незаметны. Существует ли время для неговорящих животных, где поколения особей просто сменяют друг друга, обеспечивая продолжение рода - единого коллективного “я”? Или взять марранов. Они за эти три года совершили настоящий цивилизационный скачок, но знаешь, что им далось труднее всего? Вполне очевидное для других народов понимание того, что поколения накапливают и умножают опыт, а не просто передают младшим набор знаний и мифов, идущий из необозримой глубины веков и неизменно хранимый. В их закрытой от соседей долине - своеобразной рекурсии Волшебной страны по отношению к Большому миру - время и в самом деле было циклично, пока Бастинда не начала их прогрессорить. А в альтернативном хронопотоке, кстати, не Бастинда, а я, то есть Урфин Джюс, но это уже совсем другая история. Хотя тоже пережитая мною реальность - так что для меня время вообще разветвилось на четырнадать лет, которые существуют в моём личном прошлом параллельно, на равных началах. Сложно всё, как видишь, со временем. Важно, что само представление о нём - это вектор упорядочивания, движение от Хаоса к Логосу. Не наоборот. Потому что именно стремлением к Логосу оно и задаётся. - Со временем более-менее ясно. Но получается, связь событий только субъективно воспринимается нами как причина и следствие? - Да нет же! Она является для нас причиной и следствием, - строго поправила Озма. - Тут всё реально, без обмана, потому что эта связь создаётся нашими поступками в результате свободного выбора. Но вот с точки зрения вечности, эсхатона... Ну Ал, это же так просто! Представь, что ты читаешь книгу, листаешь страницы, на каждом новом развороте для тебя оживает продолжение истории.. Представил? А теперь представь её закрытой! - Ага. Всё спрессовано и сосуществует вместе. - Только эту историю мы не читаем, а пишем своей жизнью. - Но она при этом реально существует? - Конечно! Как вершина всех стремлений и схождение всех дорог. Как будущее, ежесекундно накатывающее волной. Мы вольны двигаться в другую сторону, в тупик или пустоту - но тогда скорее встаёт вопрос, а существуем ли мы... - Кажется, понимаю, - Аврал оскалился. - Если будущее в своей неопределённости в данный момент и неотвратимой конкретности - образ вечности, этой самой “точки Омаха”... - Омега. Буква такая, последняя в греческом алфавите, “о-большое”. А Омаха - пароль Гудвина и город в Большом мире. По имени местного народа, означающему “против течения”, если правильно помню объяснения Чарли. А ведь тоже подходит, надо же! - Ну неважно. Я к тому, что если разобраться, одно только будущее и существует! Вернее сказать, непрестанно осуществляется. Прошлое - лишь в памяти, у каждого своё, смешано с вымыслом так, что не отделить. Думаю, Элли тут много может рассказать, или вот Бубала с Азурой. Ну материальные артефакты могут иногда свидетельствовать, как оно было на самом деле. Но только иногда и небесспорно. А настоящее... Это неуловимый миг, который не в состоянии охватить сознание, потом что само находится в нём. То, что мы считаем настоящим - уже прошлое, верхний его слой, утекающий вдаль... - Умничка! - Озма бесцеремонно хлопнула его по плечу. - И самое главное, то, что тебе надо понять и чётко усвоить: переживаемый тобой в этот момент модус собственного “я” - всего лишь одно из бесчисленных его состояний. Ты как законченный действующий субъект реализован тоже в эсхатоне! Причём ни эта линия времени, ни даже этот мир не являются для него единственными, в чём я имела возможность удостовериться на практике. - Получается, можно сказать, что и моё наличное “я” так же иллюзорно, как переживаемый им миг настоящего. - Ну... можно, наверное. Ты ведь это сказал, да? Значит, можно. Вопрос в том, какой смысл вкладываешь. Если говоря об иллюзии, держишь в голове реальность становящейся в этом моменте субъектности, то это угол зрения такой. Если забываешь о ней, то просто ложь. Точно так же говорящие о присутствии в этом мире гармонии и идеала правы, если имеют в виду воздействие предельного будущего на текущий момент - и заблуждаются, если мыслят о ней как явленной в полноте в настоящем или, хуже того, в прошлом. А те, кто считают, что их вовсе нет, как нет абсолютного добра и зла, объективной морали, что это просто абстрактные идеи, сложившиеся под воздействием исторических обстоятельств, тоже правы в своём роде: просто у них очень узкий кругозор, скрывающий перспективу, в которой физический мир ветшает, а идеи обретают плоть. - Короче, это не разные, несовместимые мировоззрения, а... - ...разные системы отсчёта, как опять-таки сказали бы мои друзья с Пацифиды, - пришла ему Озма на помощь. - И вот тогда вторая вещь, о которой тебе не следует забывать: несмотря на иллюзорность времени и причинно-следственной однонаправленности, для нашей общей системы отсчёта движущихся во времени к точке Омега свобода выбора реальна и абсолютна. Даже в темнице, даже на эшафоте. Не всегда мы в состоянии изменить мир, но не прогнуться под действием внешней силы, сохранить верность своей функции, своему Пути в нашей власти всегда. А функция - тоже часть мира, элемент будущей гармонии, и каждая в ней уникальна. - Потому что прожитая жизнь действенно присутствует в предельном будущем? Если там всё сосуществует, как спрессованы страницы в закрытой книге... - Правильно мыслишь! Причём присутствует во всех её вариациях, осуществлённых квантовыми двойниками разных миров и временных линий. Дашь теперь определение Ночи? - Ну, получается тогда, что она в некотором смысле сама суть нашего становящегося мира. Близится утро, и отблески зари видны на горизонте. Приковывают взгляд, наполняют смыслом но чтобы по-настоящему их рассмотреть и предощутить Рассвет, надо прежде всего вникнуть в окружающую Ночь, которая одновременно противостоит ему и к нему стремится... - Безупречно! - Озма одобрительно пожала ему руку. - Просто ты хорошо объясняешь. - Нет, просто ты сам это давно ощутил, а я лишь указала на мешавший пониманию пред-рассудок. Так что если опять начнёшь сомневаться, достоин ли быть Белым рыцарем.... то ты просто балда! - Так балда или Белый рыцарь? - рассмеялся Аврал. - Одно другому не мешает. - Тоже верно! В общем, спасибо тебе - мысли и в самом деле прояснились. А я, наверное, отнял много твоего времени, у тебя и так планов полно? - Да ничего ты не отнял - всё равно жду Нимми. Но да, перед переговорами хочу ещё раз облететь позиции. - Трубу оставить? - Не надо, обойдусь зонтиком. Труба принадлежит тебе, и вполне заслуженно. - А может быть так, что её магия связана с моим заклятием? И после его снятия будет утрачена? - Авра-ал, - простонала страдальчески Озма, - не выдумывай связи там, где сумма векторов не ведёт к точке Омега... Сказать по правде, альтруистическая забота о планах Озмы была не единственным мотивом, побудившим Аврала поспешно с ней распрощаться. Нет, сам он, как ни странно, совсем не чувствовал в общении с ней былой неловкости. Только вот сомневался, что с её стороны аналогично. Принцесса вела себя с ним на удивление любезно, но это и настораживало. Она ведь тоже, небось, пытается заставить себя мыслить и поступать “как правильно” - а по-прежнему избегать Аврала, когда он явно нуждается в магической помощи, да ещё и принёс обнадёживающие новости о её отце, как-то некрасиво. Вот и ломает себя. Точно! Тактильные контакты ещё, как-то их сразу многовато. А когда пытаешься добиться, чтобы делать что-то не через силу, естественно, то и повторяешь это снова и снова. Нет, как вариант, это ему дают понять, что готовы сократить социальную дистанцию до дружеской. Ну так он и не против - но только если действительно готовы, а не насилуют собственную волю из чувства долга. А если никто ничего не насилует, а он просто придумал всё на ровном месте? Озма со всеми дружбу завязывает, почему он должен быть исключением? Три года назад косо друг на посмотрели, ага. А с того времени и повода нормально пообщаться не было, не то что подружиться. Желания не было тоже, но ещё вопрос, с чьей стороны больше. В конце концов, у Аврала по отношению к Озме была некоторая предвзятость задолго до того, как та узнала о его существовании. Начиная с детской ревнивой обиды: как это его обожаемая наставница не самая главная и могущественная фея Волшебной страны! И ведь эта Озма в ящике в подмётки ей не годится - выглядит, как девчонка, держится, как девчонка, ничего особенного. Симпатичная, но не в сравнении со Стеллой, которая само Совершенство, и сравнения там просто быть не может... Вот оттуда оно и тянется. Никому, правда, не высказывал, Энни разве что обмолвился пару раз, но она бы ябедничать Озме не стала, исключено. К чести Аврала, сумбур этих мыслей пронёсся в лисьей голове очень быстро и закончился благоразумным выводом: нечего напрягать мозги всякими домыслами! Или предрассудками - может быть, даже с пафосным Озминым дефисом. Время прояснит; а если окажется, что он на Озму напраслину возводил, и она просто переболела старой взаимной неприязнью раньше него, стыдно же будет. Впрочем, отвлечься от самокопаний было нетрудно. Многострадальный Дарум продолжал приковывать внимание. Под более пристальным взглядом становилось очевидным, что при всей своей ухоженности и буйстве цветников он служил не местом постоянной дислокации, а транзитной перевалочной базой. От внешнего вида Аврала никто не шарахался - напротив, первыми приветливо здоровались, хотя знакомых лиц пока не встречалось. Слухи среди жевунов разносятся моментально, и в данном случае это оборачивалось большим плюсом. Хоть здесь не надо ничего никому объяснять. Большой дом в стороне он приметил ещё по дороге с Озмой - издали бросался в глаза непропорционально узким коническим куполом,. Похоже, его не только восстановили, но и окружили кольцом внешних комнат, а кровлю пока не перестраивали. Сферических куполов, как в Розовой стране, позволяющих строить дома большого диаметра, жевуны возводить не умели, опорных столбов, как у угабцев, не любили - загромождают интерьер. Так что при подобном расширении просто подводят дополнительно от новой стены пологий конус, визуально продолжая вниз навесом. Эстетики ради и добавочного чердачного пространства для - жевунам вечно не хватает чердаков и кладовок. Но здесь этого не успели, поэтому выглядело, как если бы на узкую широкую крышу типичного угабского дома зачем-то затащили узкий купол с паланковой башни (что-то у него мысли постоянно возвращаются к Угабу - не иначе и впрямь скоро за Мечом). Аврал, собственно, и направился в эту сторону, дабы выяснить, что там такое. Хотя догадаться можно было и не доходя. Стены издалека блестят широкими окнами - точно не склад. Дверей, однако, не видно, а жевуны в больших семьях обожают отдельные выходы и в домах такого типа обычно их делают. Если внешнее кольцо завязано на центральный зал, то может быть административное здание, вроде той рудничной конторы, где они с Тимом раскрыли заговор тётки Магды. Только от комендатуры, у которой они расстались с Озмой, далеко, а в военном городке всё управление делается в шаговой доступности. Ну и что тогда остаётся? Вероятно, госпиталь со светлыми палатами в пристроенном кольце. Решив для себя эту загадку, Аврал решил туда заглянуть - вдруг кто знакомый в лазарете окажется. Но внутрь так и не попал. - Аврал! - радостно окликнул его смутно памятный звонкий голос. По приветливой и всё также ироничной улыбке только и смог узнать Рикки в “хулиганистом мальчишке” (волосы безжалостно обкромсала ещё в Изумрудном городе). Хотя сам Аврал изменился радикальней, тут вне конкуренции. Девочка всё же отвела взгляд - чтобы не выглядело, будто она пялится как на диковинку. - Не нравлюсь? - усмехнулся Аврал. - Парни столько значения придают своей внешности! - огрызнулась та привычно насмешливым тоном. - А я просто рада тебя видеть. И неважно, как ты выглядишь! - Я тоже рад, Рикки, правда. Это ж сколько мы уже не виделись? - Да вот с той ночи, когда прилетели Пришельцы. Другая жизнь, скажи? - Ага, ужас просто. Кажется, будто годы прошли, а не месяцы. А ты, стало быть, здесь? - он указал взглядом на госпиталь. - Да вот, напросилась у мамы. Теперь думаю, сдуру. - А что так? - Понимаешь, когда я в Изумрудном городе возилась с ранеными при обороне дороги, моё знание трав и маминых рецептур было нарасхват. А здесь таких знающих полно, и куда лучших. А главное, коллектив давно сложился, а я там вроде и не к чему. Нет, вру - в Изумрудном городе в свою очередь обогатилась бесценным опытом бюрократического делопроизводства. Теоретически, правда, со стороны. Но здесь вот внезапно потребовалось. Так что занимаюсь в основном составлением рапортов и тихо грущу о своей бесполезности. - Ну, на войне не бывает мелких дел, - молвил Аврал назидательно. - Всё нужно, всё важно... Рикки кивнула с нескрываемым сарказмом: - Да, конечно. Не всем же свершать великие. Расскажи лучше о себе, чего там в Лунной стране было. А то никаких подробностей, зато уже домыслы вовсю растут. Ну как обычно. Но после такого перехода хвастаться своими приключениями было бы совсем неуместно. Поэтому после краткого объяснения, как это его угораздило, Аврал тоже начал жаловаться на жизнь - пусть девчонка не комплексует, не она одна с проблемами. - Вот и не знаю теперь, надо ли мне отправляться снова за Мечом или довериться подсказкам Лиагоны. Они до сих пор не подводили, но истинное желание - штука капризная. Никто не гарантирует, что на сей раз меня не сдерживает нежелание мелькать перед угабцами в таком виде. - А расколдовать пока не получается? - осторожно спросила девочка. - Что Озма говорит? Слухи по Голубой стране катились молниеносно, но сейчас ещё не успели дойти. Хотя рано или поздно всё равно разнесутся, так что отмалчиваться было бы глупо. Как можно ироничней Аврал расказал о неудачной попытке снять заклятие. Рикки почему-то слушала его с помрачневшим лицом и взглядом в землю. - Короче, филин твёрдо помнит только о поцелуе девочки, и что девочка должна быть какая-то необыкновенная. А насчёт остального... Рикки натужно усмехнулась: - Я в Изумрудном городе слышала от мигунов легенду о принцессе Гаелетте - ну той, которая сделала Золотую Шапку. Будто бы однажды отвергнутый ею сватавшийся кандидат в отместку превратил её в дерево. В лесу. Ну ты же знаешь, какие леса на севере Фиолетовой страны, у самых гор - непроходимые и непроглядные. А чтобы снять заклятие, надо было признать её принцессой в таком виде. Прикололся, короче, потому что подданым ничего не оставалось, как только начать признавать ей все деревья подряд... - И чем всё закончилось? - Аврала эта история поневоле заинтересовала. - Да не помню уже. Какая разница? - Нет, ну девочек в Волшебной стране, может быть, и меньше, чем деревьев в тех лесах, но я как-то не готов к такому методу... - Так речь же не обо всех девочках, а только о необыкновенных! - задиристо напомнила Рикки. - А значит, круг сужается. - И как предлагаешь определять необыкновенных? Вот ты сама, например, обыкновенная? - Я? - глаза блеснули лукаво, но как-то настороженно. - А ты хочешь, чтобы я тебя поцеловала? - Ну не то что я был бы против... Только ты ушла от ответа. - А разве это был вопрос? Я думала, просто подколка. Обыкновенная конечно, какие сомнения? - Угу. Полезть в первый же день вторжения в Пещеру спасать отца - обычный поступок, любая на такое способна... Рикки нахмурилась: - Да ладно, там целиком заслуга Энни и Тима. Мы с Тиреном только под ногами у них путались. - А вот Тим так не считает. Говорил мне, что ты боевая. - У вас там, гляжу, было много времени всякую ерунду обсуждать, - проворчала девочка, стараясь не выдать смущения. - Брось, Рикки. Ты не ерунда. - Для Тима или для тебя? - это удалось спросить игриво, без дрожи в голосе. - Странно вопрос ставишь. Но ладно, лучше задирайся, чем хандрить. И вновь словно туча на лицо. Так отчётливо, что Аврал испугался. День какой-то неблагоприятный - с девчонками разговор не задаётся. С третьей подряд. И что характерно - опять непонятно, что он не так сказал. Словно ему не лисью голову прилепили, а ослиную! - Рикки, ты обиделась? - решился спросить напрямик. Та предсказуемо отмахнулась: - С чего ты взял? Просто... Ну да, ёрничаньем здесь многие от хандры спасаются - те, у кого она по-настоящему, кто прошёл через пекло передовой, особенно с серьезными увечьями. В Изумрудном городе насмотрелась, здесь ещё за два дня не успела, больше по рассказам. К тому же здесь всё жёстче было, прямые столкновения непрестанно... Тот гнев, который придаёт жевунам сил и стойкости, он же, оказывается, и испепеляет потихоньку душу. И чем дальше... О двух концах палка-то. Папа мне в Пещере хорошо это объяснял. И вот, с одной стороны, контролируемый гнев - защита от равнодушия, но на каком-то этапе он к нему и ведёт. Тогда, наверно, ёрничанье становится новым способом борьбы с равнодушием и хандрой. Причём знаешь, у нас ведь и Летучие Обезьяны лечатся, в последнее время там больше травм - наездники драконов наловчились их успешно контратаковать... - Ну Обезьяны по жизни язвительные, - усмехнулся Аврал - Э, не скажи. В том-то и дело, что здесь другое. Говорят, поначалу они резвились в воздушном бою, а сейчас их война начинает утомлять, как и всех. Опять же потери начались, в том числе и летальные. Так что хандрят ещё как - но пока что пытаются с этим бороться. - Тогда это очень тревожно. По драконам у рудокопов теперь снова абсолютный перевес, только Летучие Обезьяны их продолжают сдерживать. Если ещё и они станут выгорать... - Да всех эти месяцы вымотали. Потому что все на пределе сил, - сказала Рикки, явно повторяя от кого-то услышанное... Вот только на Озму теперь большие надежды... ну и на тебя ещё. - Я бы всё-таки не советовал их завышать. Особенно на меня. - Хочется же чуда, - вздохнула девочка. - Да вы и сами чудеса успешно творите. - Где же успешно, если не можем остановить рудокопов? Лезут и лезут вперёд по собственным трупам. В лоб, напролом, по всему фронту больше никаких тонких мест, где их можно было бы перекусить... Может быть, Озме и в самом деле удастся с ними сегодня о чём-то договориться? О перемирии хотя бы. Аврал скептично покачал головой: - Если остаются силы лезть - чего им на перемирие идти? Должен быть перелом, а он создаётся не на переговорах, а на передовой. Озма в Жёлтой стране говорила, что скорее надеется донести до королей бесцельность и бессмысленность войны. Тем более, шантаж, из-за которого она началась, утратил смысл, а реальных шансов на серьёзную победу у рудокопов просто нет. - А у самой Озмы как с шансами донести это до них? - Говорит, что имеются, хотя тоже не слишком рассчитывает. По словам Бубалы, король Эльяна уже давно не видит смысла в этой войне, а у нынешнего Карото репутация мягкотелого гуманиста. Вот Озма и хочет с их помощью продавить Ламенте, главного “ястреба”. А также передать Ружеро и Арриго, что не собирается мстить им за Элли. И если рудокопы пойдут не на перемирие, а на мир на наших условиях, а Руггедо в Фиолетовой стране, похоже, не собирается объединяться с Пещерой... - Тогда генерал Пришельцев остаётся в одиночестве! - с надеждой подхватила девочка. - То есть, конечно, с Бастиндой, Арахной и Чёрным пламенем в голове... - Ну так я ведь тоже пойду против него не один, а с Мечом Гуррикапа и мечом Мглы! - Тебе не страшно? - А тебе? Каждый день, особенно под вечер, когда рудокопы активизируются? - Ну-у... Это другое. - Ничего подобного. Это ответ на твой вопрос. И материал для размышления насчёт того, обыкновенная ли ты. - Ты сейчас читаешь мне нравоучения или всё-таки напрашиваешься на проверочный поцелуй? - рассмеялась Рикки. - На проверочный - однозначно нет! - Да ладно, шучу. Там ведь, как я поняла, не просто в необычности дело, а как-то с феями связано. Не придумал же филин про фею? А здесь я точно не при делах. - Как знать, - Аврал решил не оставлять не без возмездия подначки насчёт “проверочного поцелуя”. - Тебе о своей настоящей родне много известно? - Немного. Так что да, я теоретически могу оказаться дочерью Гингемы, отданной им на воспитание! - Боюсь тогда даже предполагать, кто папаша! - Ну Озма тут точно не при чём. В смысле, Урфин. Мама как-то обмолвилась, что у неё тогда сложилось впечатление... - Рикки вдруг замялась, отвела смущённый взгляд. - Ладно, это женские секреты, нечего тебе их знать! - Но версия интересная. Объясняла бы твое сходство с Озмой в некоторых вопросах. - Это в каких же? - девочка с подозрением уставилась на Аврала. - В характерных шуточках. Если бы Рикки и решилась на уточняющие вопросы, шанс ей уже не представился. - Вот как знала, Аврал, что здесь тебя застану! - Почему это? - возмутилась Рикки, но Нимми Эми её недоумение проигнорировала. А скорее, просто не заметила. Выглядела так, что сходу было ясно: стряслось что-то серьёзное. - Рудокопы прорвали оборону на южном направлении, вышли к Дороге-Сюда, - объяснила запыхавшимся голосом. - Ничего себе! А что Озма? Вы с ней виделись? - Да буквально за несколько минут улетела перед тем, как пришла новость. - А куда улетела, известно? Мы с трубой могли бы её догнать. - Да чего за ней гоняться? Она же мне зеркальце оставила. Только свяжусь уже с места, когда сама буду знать, что и как. Поэтому тебя ради трубы и искала. - В смысле - туда? - моментально сообразил Аврал. - Да, конечно. - А мне можно с вами? - со слабой надеждой спросила Рикки, но напоровшись на мамин взгляд, поникла: - Хорошо, поняла. При чём здесь я, в самом деле... Авралом этот писк и вовсе остался не замеченным. Он думал о другом. - Подмога там нужна? Труба в состоянии перебросить за раз двадцать пять человек. Нимми раздражённо отмахнулась: - Такое количество ничего не решит, да и время потеряем на сборы. Вот если бы... Там ведь дуболомы, а они теперь подчиняются Тилли-Вилли. Он был бы очень кстати. - К тому же сам целого взвода стоит! А где он сейчас - неизвестно? - В том-то и дело. Но в тот же миг бронзово-хрустальное яблоко, свисавшее с перевязи Аврала вспыхнуло ярким светом. - Теперь, кажется, известно, - фигурка чётко указывала в определённом направлении. - Это ведь быстро? - засомневалась Нимми. - Я утром был в Жёлтой стране! - Ну да... - А может быть, и Озму там застанем. Озму они, прибыв на место по азимуту, не застали. Зато Генералиссимуса долго вводить в курс дела не пришлось, сориентировался быстро. Впрочем, оказавшиеся рядом несколько вооружённых жевунов успели напроситься у Нимми Эми, и та без особых колебаний согласилась: - Понятия не имею, что там сейчас творится, но лишними, вероятно, не будете... Труба продолжала действовать безотказно, только ветер в ушах свистел. Лиагона тоже: теперь она указывала направление к эпицентру событий, и оставалось ей довериться, раз уж счёт на минуты и секунды. И когда после очередного прыжка в объективе вдруг что-то закопошилось, дошло не сразу. Врасплох. Аврал машинально пытался приглядеться, пока не осознал, чем чревато. Рука вздрогнула, когда к горлу уже подкатило привычное ощущение переноса, и в тот же миг вцепившиеся железной хваткой в его плечо пальцы Нимми, которая, держала остальную цепочку, разжались - от неожиданности и резкого толчка. Вихрем успела ужаснуть мысль: если его сейчас приземлит в стороне, куда он отвёл трубу, и если там всё спокойно, а спутников - в самую гущу стычки... Но тут главное, чтобы цепочка не разорвалась, с Тилли-Вилли одолеть их будет непросто. А он перенесётся следом, и дальше по обстоятельствам. Однако следующий миг перечеркнул все планы. Да, его перебросило отдельно от всех - но перебросило именно в центр того махача, на котором имел неосторожность сконцентрировать взгляд! И конечно, мысли о трубе даже не возникло, к тому же беглого невооружённого взгляда оказалось достаточно, чтобы понять: у наших всё плохо. Рефлекторным движением - меч из ножен... А дальше всё - нет, не в тумане, в серёдке смерча, Гингемина урагана. Сознания осталось ровно на одну мысль: не выпустить меч, который молнией носился по сторонам сам собой и подобно молнии же поражал каждого рудокопа, на которого направлялась его жало. Не физически поражал - казалось, их накрывало безвольной апатией, в которой они не могли - да и не хотели - заставить себя продолжать бой. Авралу это было понятно, потому что на другом конце меча сам испытывал нечто подобное, и даже меч не выпускал из руки, потому что это тоже волевое решение. А в то же время очевидно, что меч орудует не сам, что это из него он тянет силы, волю и даже боевые навыки, но при этом достигая такого максимума и концентрации, каких самому бы в жизнь не развить. А потом мир раскололся и онемел. Аврал в изнеможении рухнул на землю - кажется, в его помощи больше не нуждались. Кто-то окликал его по имени - кажется, слухи о превращении донеслись и до передовой. Восприятие реальности понемногу возвращалось. Надвигавшееся рудокопское подкрепление теперь копошилось, словно ленивое дыхание болотной трясины. Кто-то в панике пытался обратиться в бегство от кошмара мечущего невидимые молнии лисоглавца, кто-то не мог понять, что происходит. Их начали преследовать, бросив деморализованных мечом Мглы рудокопов - некоторых даже не разоружили. Авралу сейчас стоило бы заняться хотя бы ими, раз уж не в состоянии присоединиться к погоне, но сил не было даже на это. Впрочем откуда-то сбоку, не разбирая дороги и топча кусты, уже нёсся железной горой Тилли-Вилли, и вид гигантского чудовища отбил охоту геройствовать тем немногим рудокопам, у кого она оставалась. Вслед за ним в погоню влились перенесенные бойцы. А вот Нимми Эми бросилась к нему: - Ты в порядке? Что случилось? - Меч Мглы, - объяснил Аврал равнодушно и безучастно, но всё же только сейчас догадался посмотреть - в ножнах ли? - Удалось их обезвредить, но теперь мне самому немного... никак... - Ничего себе "немного"! Она занялась ранеными, и Авралу удалось, сжав в кулак остатки воли, присоединиться. Странно, но выполнять распоряжения Нимми было куда проще, чем принимать решение самому. С залетыми рудокопами это тоже работало: стоило на них прикрикнуть, и растерянность в их глазах сменилось покорным спокойствием. Собственный статус теперь понятен, они военнопленные, за которых теперь решают другие. Конечно, сдаваться в плен по-прежнему категорически запрещено и полагается лишить себя жизни, но воли на это нет. Ни своей, ни чужой. - Ничего не понимаю! - ворчала Нимми, краткими расспросами раненых и пленных сориентировавшись на местности. - До дороги здесь далеко и о прорыве никто не слыхал. Нас почему-то занесло сильно в сторону. - Лиагона не ошибается, - всё тем бесцветным голосом ответил Аврал. - Мы нужнее были здесь. А сейчас стрелка молчит, значит, опасность миновала. - Ох, мальчик, твои бы слова в уши мирозданию! Но запоздало подоспевшая подмога дуболомов (ничего бы уже не решила, если бы не их вмешательство) подтвердила его правоту. - Прорвавшиеся к дороге? Да на дороге и лежат, наверное. - Живые? - машинально уточнила Нимми. Деревянный взгляд капрала Ватиса уставился на неё как на не вполне здоровую: - Нет, конечно. Живые бы не лежали. Там человек десять было. Штурмовая группа. Но пытались таким количеством закрепиться. Закрепились. Ни один не ушёл. Аврал всё так же безралично констатировал, что за дуболомами, даже капралами, чувство юмора рагьше не водилось ни в каком виде. Но война изменила всех. - Ага, только пришлось оттянуть силы на тот фланг - а он ударили здесь по слабому месту, - хмуро заметила Нимми. - А потому что кое-где командиры больше дуболомы, чем не в обиду некоторым тут будет сказано! - оскалил кровавый рот контуженный Реддис Спайк, которого Аврал запомнил по вышколу - исключительно с хорошей стороны. - Я давно пытаюсь донести, что нельзя сосредотачиваться только на флангах из расчёта, что в лобовую атаку не попрут. Там тоже не дураки, и разведка у них работает. И мяса своего не жалеют, и гонят его неспроста же, - ему было нелегко говорить, и Нимми пыталась его успокоить. - Нет уж, если выпала возможность с высшим командованием поговорить... У вас с окопами коммуникация хромает. Озма вот тоже - заглянула, подбодрила - а выслушать? Не командиров, а тех, кто идут в атаку? - Есть у нас коммуникация, - устало вздохнула Нимми. - Только окопов слишком много. А проблемы везде разные... Вот этой теперь я лично займусь. - Ага, после того, как “кроты” сделали такой рывок в сторону дороги... С Двугорбого бугра они нас всё равно выбили, и если смогут там закрепиться... - Надо, чтобы не смогли. - Надо для этого не повторять старых ошибок! - Я ведь сказала, что разберусь... Перебранка снова сливалась в ушах Аврала в “белый шум”, смысл терялся - впрочем его уже и не было после вскрытой проблемы. Пасмурное состояние не отпускало. - И Озме повторю то же самое, - отхаркивал со сгустками боли Спайк. - Озма вас услышала и тоже обещает вникнуть в допущенные ошибки, - раздавшийся совсем рядом хрустальный голос заставил вздрогнуть даже Аврала. Но логично - под зонтиком летела невидимая, а здесь в разгар спора решила к нему прислушаться... - Ой, а я тебе так и не позвонила! - виновато воскликнула Нимми. - Ну так и я тебе звонить не стала, когда птичья эстафета донесла. Чего зря время на разговоры тратить? - серебряный обруч явил принцессу воочию. - На дороге в месте так называемого прорыва уже была. Дуболомы красавцы. Только им тоже нужна ротация, конечно. Два месяца безвылазно в форте - не дело. Они хоть деревянные, и физически не устают, даже когда разболтаны суставы, но душу имеют, а значит, и психологической усталости подвержены. - Как вы метко это заметили, ваше высочество! - вздохнул Ватис. - Хотя самому мне в голову не приходило. - Пополнение из Изумрудного города прибудет с Железным Дровосеком со дня на день. Так что продержитесь ещё чуток. Введёте их в курс дело и отправитесь на восстановление. - А если кто захочет остаться? - Если у вас как командира возражений не будет - пусть остаётся. Тут для каждого своя мерка. - Кстати, о психологической усталости. Тут с Авралом... - Да уж вижу. Меч Мглы? - Он. Аврал, собственно, их и остановил в одиночку, но и сам... - Да, блестящий результат неприемлемой ценой. Так подобные штуки и работают. - Глуа предупреждал, что я не должен его обнажать для нападения, - мрачно сказал Аврал. - Лишь для защиты в паре с Мечом Гуррикапа. - Ага, только возникают ситуации, когда иначе никак. Вот поэтому я и короноваться не хочу - они тоже будут возникать, а цена за использование магии Короны намного, намного выше. - А ты можешь это ему снять или хотя бы облегчить? - Нет. Но через пару часов пройдёт бесследно. Меч Мглы изначально был тесно связан с поясом Арахны - я после трёх лет взаимодействия с его змейкой чувствую эту ауру издали. Мой папа, как видно из расшифрованной надписи, очень быстро всё понял. Ещё и пытался применить его против этих идолов-мехамотов, которые, насколько я понимаю, как раз без души, так что растратил себя впустую. Возможно, его отпустили бы без меча, не причинив вреда, но он решил поступить иначе. Потом пожалел об этом, но было уже поздно. - Озма, а почему тогда у Сентуро меч никак себя не проявлял? - Поздравляю, Ал: ты уже задаёшь вопросы, а значит, оттаиваешь понемногу. Интерес к жизни возвращается. Ответ на самом деле ужасно прост. Меч ведь сам по себе ничего не умеет, всё берёт от владельца. А Сентуро, судя по вашим же рассказам, ничтожество и пустышка. Хотя демагог неплохой, толпу увлечь за собой способен. Но для магического артефакта такого рода этого мало... Так, но мы тут болтаем, а как там наши друзья? Оказалось, что жевуны вместе с Тилли-Вилли и догнавшими их дуболомами заняли оставленные ещё три дня назад старые укрепления и приготовились держать оборону. - Не такими, конечно, силами, - констатировала Нимми Эми, - но подкрепление ждать себя не заставит. - Мама, можно я останусь здесь, пока не придёт подкрепление? - жалобным голосом спросил Озму пятиметровый железный рыцарь. - А потом - в Бефарск... - Не можно, а нужно, сын! И приучайся уже принимать решения самостоятельно. Генералиссимус ты, в конце концов, или где? Если я буду с чем-то несогласна, то скажу. - Да я и принимаю давно. Но раз ты здесь... Должна же быть субординация! - Я и сама планировала сделать форт Бефарск твоей ставкой, потому что дуболомы, по крайней мере, на первых порах, пока не появятся новые, будут сосредоточены преимущественно здесь. Видите же, как активизировались за несколько часов до моей встречи с королями. Переговорные позиции свои пытаются улучшить! Меня ещё тревожит этот Бугорбый двугор... тьфу ты... У него что, нет более короткого названия? - Есть, - смущённо сказал кто-то из жевунов. - Просто оно... - Не очень приличное? - усмехнулась Нимми. - Догадываюсь. Озма, я бы не стала здесь драматизировать. Важнее разобраться с тем, что мы слышали от Реддиса. А бугор мы, конечно, не будем пока пытаться вернуть - это привело бы ко многим неоправданным жертвам, но не позволить рудокопам на нём закрепиться вполне в состоянии. - Труба, - напомнил Аврал. - Можно перебрасывать прямо на вершину группами по двадцать человека... или дуболомов, или даже, - он показал взглядом на Тилли-Вилли. Озма уныло кивнула: - Можно. Но это всё равно рукопашный бой с массовыми потерями. Даже их летальные потери - неизбежное, но зло, которого по возможности лучше избегать. Не все, полагаю, здесь со мной согласятся, но уж поверьте, магические закономерности суровы и, как правило, неотвратимы. Где-то эту схему обязательно задействуем - она в самом деле открывает неслыханные прежде возможности. Только надо сперва обдумать, где это будет приоритетней для дальнейшего развития успеха. А здесь пока что целесообразней держать бугор под огневым контролем лучников и не позволять им высовывать с него нос. - Согласна, - сказала Нимми. - Спишем Двугорбый бугор, или как там его ещё, на очередные чистые потери. Неприятно, конечно. Только могло быть гораздо хуже. - Это да. Спасибо нашему Белому рыцарю. Всё же надеюсь, это оружие было сегодня применено первый и последний раз. - А уж мне-то как повторения не хочется! - проворчал Аврал, всё полнее вовлекаясь в реальность.

* * *

- А почему мы должны вам верить, господин Калико? - взгляд, которым Амтильо сверлил гнома, был скорее испуганным, чем просто напряжённым. - Он говорит правду, - уверенно сказал Ройо. - То, что мы услышали о Ките, полностью совпадает с рассказом "верхних", которые тоже с ним общались. Меня интересует другое. Почему вы берётесь нам помогать, если, как сами утверждаете, Кит потребовал лишь не поддерживать ни Баан-Ну, ни Руггедо? Ну и держали бы себе нейтралитет. Калико печально блеснул глазами из-под чёрного капюшона: - Я мог бы сейчас наговорить много красивых слов и убеждать в своём бескорыстии, но не стану этого делать. Да, у меня меркантильный интерес. Наш народ подземных гномов, ушедших некогда с Руггедо, сейчас неисцелимо разделён. Половина хотела бы примириться с нашими сородичами во главе с Кастальо, но боятся, что их не простят после всего того зла, которое было нанесено с нашим участием. - Они простили даже нынешних наших легионеров, которые напали на них с оружием, - Ройо пожал плечами. - А ваше участие в чём, собственно? Как я понял, вы только шпионили в самой Пещере на предмет заговора против Руггедо или Баан-Ну. И подозреваю, ничего особо не нарыли. - Нууу... Вы ведь сперва заслужили это прощение. Да и сейчас, в Легионе... - Легион - полностью моя инициатива. "Верхние" как раз отнеслись к нему с прохладцей, а некоторые до сих пор сомневаются. - Всё равно. И мы, если уж совсем откровенно, опасаемся не столько того, что Озма не захочет их принять или народы Волшебной страны будут смотреть косо. Это бы как раз пережили. А вот страх высокомерного отношения со стороны Кастальо и тех, кто с ним, наших собственных братьев - "мы, мол, ковали победу, а вы в это время прислуживали Баан-Ну"... Он и заставляет или против воли принять предложение Кита и вместе со всеми остаться в Пещере - но зачем мне половина вечно недовольных собственным, пусть и вынужденным выбором? Это вечный источник напряжённости и конфликтов. Или другой вариант: внести соразмерный вклад в будущую победу. Ваша операция "Паутина" открывает им такую возможность - а они со своей стороны дадут возможность осуществить операцию. Взаимовыгодный симбиоз! И если вы на него согласны... Амтильо, казалось, хотел что-то возразить, но встретившись взглядом с Ройо, лишь вздохнул: - Я - вполне. - У меня тоже возражений нет, - сказал Ройо. - Есть условие: одновременно с первыми диверсиями (а лучше, до их начала) должен быть организован побег Фенеллы. Иначе они на нём обязательно отыграются. - Это уже технические детали. Ничего нереального в них нет. - невозмутимо ответил Калико. - Главное, чтобы вы приняли нашу помощь, и я мог сказать об этом гномам. - Вы ведь уже получили согласие, - напомнил Амтильо, начиная раздражаться. - Только есть ещё одна деталь... Просто чтобы между нами ничего не стояло. Он замолчал, осторожно подбирая слова. Ройо раньше за ним этого не замечал. Обычное красноречие отказывает таким лишь в случае серьёзных сомнений. - В общем, первоначально я был внедрён к уклонистам стражей. В качестве наблюдателя, пока не пришлют кого-то с дальнейшими инструкциями. А если кто прямо признается в связях со стражей и при этом не вызовет у меня подозрений, ему должен буду наедине открыться я. Вот так. Только за время в Убежище, после всех разговоров и споров, у меня глаза раскрылись. Верить вы мне не обязаны, но факт остаётся фактом: твоему зятю, Ройо, я не открылся. Он мне признался уже здесь, когда мы разделились с Паламбо, что его инструктировали об агенте, который должен сам пойти с ним на контакт. Только имя не сказали - сомневались в нём, вероятно. А он переживал, что среди нас может быть стукач. Ну я и убедил его - если, мол, стукач себя ему не открыл, то наверняка ушёл с Сентуро. Надо было, конечно, раньше всё это рассказать, да повод не подворачивался. Так что смотрите сами. И да, люди из стражи, о которых я говорил, тоже занимались раскрытием сети уклонистов и их помощников, но сменили сторону и встроились в неё сами. По озвученным ранее причинам. Если это вас не пугает... Да, моё признание сейчас не так убедительно, чем если бы прозвучало раньше. Понимаю. Но прошлого уже не вернёшь, зато ваши гномы, господин Калико, могут установить за мной слежку и убедиться, что никакой двойной игры я виду. Ройо скосил взгляд на гнома и в тени капюшона увидел среди густой бороды адресованную явно ему заговорщицкую улыбку. Кажется, они с Калико пришли к близким выводам. Признание Амтильо и в самом деле стоит немного. Гномы, шпионившие в Пещере, могли быть в курсе его связей со стражей, и отмалчиваться дальше означало бы укреплять подозрения. Зятю он и в самом деле не открылся (врать здесь бессмысленно - Ройо ничего не стоило бы выбить из того правду), вот только сам же и объяснил причину, почему. Просто не показался ему надёжным (и правильно не показался). Возможно, конечно, Ройо вместе с Калико дует сейчас на воду, но бдительность не помешает. А перспективы и впрямь открываются заманчивые. Но первым делом - спасти Фенеллу. Ради этого они и проникли в Пещеру. Остальное потом. К тому же Фенелла, несомненно, подскажет, как при таком раскладе действовать дальше.