μαργαρίτης*

Какое-то неприлично высокое небо - чайки кружатся и кричат кейяа кейяа КЕЙЯА ке-е-е-йяа-а Машина идёт на скорости шестьдесят. Пассажирское стекло - утоплено, ветер треплет салон. Высовываюсь на ходу, ложусь лопатками на дверцу - руки в стороны снаружи, ветер бьёт лицо и горло. Лечу - словно сама чайка. Рассматриваю облака - в этом году вдруг увидела, что они объёмные - плывут, плывут себе, рвутся, вновь плывут и клубятся. И снова - те же облака. Но небо темнеет, сливается. И чайки всё кричат. Маленький солнечный диск - как монета - то вырывается, то снова ныряет в бездонность неба. Даже присутствие Риты не спасает. Держит, конечно - лучше чем одной - но наступает момент, когда выстраиваешь жизнь так, что кроме себя ни на кого не опираешься. В природе весна. А весной иногда бывают заморозки. ***** Сегодня говорить не умею. Ветер сдувает слёзы, не хочу чтобы Рита видела как я плачу. Она видит, но делает вид что не замечает. Чувствую вдруг её руку на животе: держит за край джинс - крепко - страхует. Молчит, никак не комментирует, что высунулась наполовину из окна - просто держит. Проходим мост над Яхромой, Рита тормозит. - Что с тобой? - Холодно. И она понимает - это не о погоде. Счастье - это когда понимают. - Что случилось? - Рита, я так хотела, чтобы между нами не было боли. Так хотела с тобой радоваться. - А я на твою сторону встану. Боль будет не между нами, а сбоку. - Хорошо бы. - Не хочешь говорить? - Не хочу. - Пойдём. - Куда? - Выходи из машины. За пределами салона вдруг совсем другой мир - стылой хвои, мокрой земли. Рита берёт меня за руку, щёлкает брелоком сигнализации и ведёт в лес. Улыбка трогает мои губы: - Рит, не поможет. Из всех героев сказок, которых отводили в лес, все возвращались. - Возвращались. Другими. - Ты веришь в волшебство? - Я много во что верю. ***** ... толкает сильно, в плечи - влетаю спиной в ствол дерева словно ураган - Рита вжимается в меня, сильно чувствую её всю - горячую ладони поверх моих, губы на лице живот животом грудью грудь под спиной шершавый ствол - чуть царапается сквозь одежду, а запястья царапает сильно, больно почти. Рита переплетает пальцы - заводит наши руки назад, прижимает к стволу - мы крепко обнимаем дерево за моей спиной губы - кусает, толкается всем телом в меня зализывает укусы вбирает в себя тонкую кожу - висок, щека, шея... ... ниже носом оттягивает край футболки - смотрит на тонкое белое бельё ... вдруг в её глазах начинают плясать огоньки меня охватывает жар, холод, невесомость - всё вместе - впервые чувствую её силу так ярко, почти животно. Рита медленно отпускает одну мою руку, ныряет себе за спину и с щелчком достаёт наручники - покачивает одно из колец на указательном пальце - а у меня воздух резко заканчивается - Дыши - Не могу - хрипло - Боишься? - Нет - Могу продолжить? Кивок. Резкий, быстрый. Рита улыбается: - Ну, вообще, по правилам, я не могу ничего продолжать, пока не услышу голосом. - Мы сегодня б-без п-правил - дыхание начинает перехватывать всё сильнее ... Рита обходит со спины, гладит мои запястья, всё ещё обхватывающие ствол дерева, и медленно защёлкивает наручники. Полоски металла холодят кожу - цепляюсь за кору, перебираю, отрываю ногтями, ломаю подушечками. Макушкой трусь - в волосы сыплются иголки и веточки. - Руки затекут, скажешь? - шепот в шею - Скажу - усмехаюсь - если сама замечу. ... в рассеянных лучах солнца сверкает блик и мой взгляд фокусируется на руках Риты: нож узкое перочинное лезвие играет в её пальцах, а в моём горле комок оружие мысли расслаиваются как пирог: вот стоит человек, с оружием в руках, который приковал меня к дереву, и я беспомощна вот стоит человек, которому я абсолютно верю, который ни в единой мелочи мне ни разу не слукавил и который смотрит на меня с нежностью блестящее лезвие - смертоносное, но не опасное в этих мягких руках Рита делает шаг ко мне - я вдруг детально вижу её берцы на толстой подошве, шнурки с металлическими эглетами, заправленные в обувь штаны, широкий крой которых позволяет спокойно обвиваться вокруг бёдер, крепкий ремень на талии. Рассматриваю её - овал лица, контуры шеи, пухлые губы, очертания ноздрей и не ровную, с намёками на морщинки, кожу лба и переносицы. Почти задыхаюсь, когда кончик ножа упирается в моё горло и медленно идёт вниз... ... горловина футболки натягивается, тянется, тянется, деформируясь и надавливая мне на ключицы и вдруг поддаётся - с треском рвутся нити нож режет дальше - цепляет бельё - чашечки разлетаются по сторонам - и доходит до края мою грудь теперь ласкает ветер, солнце и взгляд Риты Она гладит широкой стороной лезвия низ живота и меня накрывает мурашками. - Красивая... какая красивая... хриплый голос, прохлада, откровенное разглядывание, напористое, наглое Теребит краем лезвия сосок - наливается, встаёт, твердеет. Накрывает ртом грудь - жарко и мокро. И нежно. И горячо - дыханием. Целует живот, втягивает пупочек, вылизывает кожу над самым краем джинс - Рита... Не надо... Мне стыдно... Я без душа... - Ничего, мне нравится. - Мне стыдно. - Ты хочешь? - Хочу. Рита аккуратно выпутывает ремень, расстёгивает, цепляет зубами кромку белья - Нет! - дёргаюсь, наручники впервые впиваются мне в кожу и причиняют боль, лязгают - Руками... Рита... - Руки грязные - Мне стыдно - Хочу тебя... - стремительно встаёт, впивается в губы и целует пока снова не расслабляюсь, не откидываюсь на спину - Хочу тебя. На запах, на вкус. Хочу. - И я хочу... ... руки Риты ныряют в джинсы, ласкают бёдра, ощупывает, растирает, в горсть собирает кожу на бёдрах. Опускается медленно на одно колено, вторым прижимает, скользит по мне ниже, ниже - снова горячее дыхание на животе ниже языком поддевает кромку белья, уводит в сторону - резиночки впиваются глубже, и хочется биться, стонать, кричать от переполняющих ощущений. ... втягивает, сглатывает, трётся щекой, выдыхает вглубь, ныряет языком - твёрдо, настойчиво, быстро - до крика. Я кричу - меня трясёт, бьюсь о многострадальное дерево, судорогами сводит внутри и снаружи. - Милая... - Рита мгновенно возвращает бельё на место, застёгивает джинсы, снимает наручники, накидывает ветровку на мои плечи - порезанная одежда упала на землю. Меня почти не держат ноги, руки дрожат и всё ещё нет голоса. - Всё в порядке? ... я ловлю ладонями её лицо, наклоняю ближе, пытаюсь вложить в поцелуй всю нежность, всю благодарность. Скольжу влажными губами по её горячим, упругим. ***** - Ева, просыпайся, мы приехали - осторожно будет меня Рита: стоило нам выйти из леса и сесть в машину, я мгновенно отрубилась на её плече - Ты как? - Отлично. - Прости. Не так я хотела с тобой первый раз. - Поверь, мне было очень хорошо. - Пойдём домой - нежно гладит меня по голове, по щекам. Выныриваем в шум большого города - потоки машин, вой сирен, желтый свет дворовых фонарей.