Смертная тень

Глава первая. Семнадцатый год. Незаметно лето перевалило на свою вторую половину. Третий месяц в Империи стояла удушающая жара. Раскаленный воздух гнал из дворцов и лачуг Темного Града и благородную знать и низкорожденные семейства. Сановники с детьми, женами, любовницами и прислугой стремительно сбегали из столицы в прохладу загородных вилл. В прозрачной тишине ночи из раскаленного города их мчали гербовые кареты, запряженные породистыми лошадьми. Богачи, предпочитавшие модные курорты Южного побережья глотали пыль на широких дорогах, мечтая побыстрее окунуться в морскую прохладу. Простые горожане еще с утра разбредались по песчаному берегу, ища спасения от жары в тенистых затонах обмелевшей городской реки. Казалось, Темный Град мрачно дремал в летнем зное, и только за каменными стенами императорской резиденции по прежнему звонко звучали шаги не терявшей бдительности сумеречной стражи, слышались отрывистые команды сменяющегося караула, да мерно шелестела поливальная вода в дебрях цветущего тайного сада. Казалось, жизнь продолжалась лишь в городских закоулках, где изводя себя бесплодными поисками клочка тени, визгливо переругивались нищие, недобро полу-шепотом, поминая верховного аида, так не вовремя с семьей оставившего столицу. — Вот, куда его демоны понесли в такое пекло? — бубнила себе под нос древняя старуха, бредущая в дырявых башмаках по раскаленным камням. — Ни тебе молний, ни проливных дождей, ни ночной прохлады, а вернется с первой осенней сыростью, так нам уже его потопы без надобностей… Морской бриз невесомо и ласково обдувал деревянную палубу парусной яхты, дрейфовавшей в виду необычного острова. Изумрудная зелень, живописным ковром накрывала пологие склоны. Между ними и морем таился драгоценный подарок темнейшего своей венценосной супруге — уютная вилла, их летний дом. Здесь, под шелест дождя в конце их девятого лета родилась синеокая светлая Гемма. И начались дни, где счастье текло незаметно. Дети плескались на мелководье, Ран нырял с сыном за розовым жемчугом, всей семьей ходили походами к гнездовьям альбатросов, Лиер и Гемма учились магии раян… Верховный подарил детям то, чего был был лишен сам. А ночи, были наполнены страстью. Южное звездное небо, сплетенье цветущих лиан, грот за стеной водопада… Ран и Оникс. Глава 2. День рождения Геммы. «Летят!» — радостно воскликнула Гемма, рассматривая в подзорную трубу линию горизонта. Вдоволь налюбовавшись парящими в вышине альбатросами она радостной птичкой вспорхнула с высокого табурета в руки Лиера, аккуратно поставившего сестру на каменный пол. Магический купол надежно защищал их от утреннего солнца на самом верху оборонительной башни, которую Лиер называл не иначе как «храмом наук» за бесконечные часы занятий, проведенные здесь с отцом и воспитателями из Теаля, а еще за телескоп — последнее слово магического прогресса. Рассматривать звезды с детьми стало любимым развлечением Лавьера. Особенно в те ночи, когда Оникс не ждала Рана в своих покоях и не желала ночных водопадов, вопреки настойчивым уговорам. В один из таких вечеров заскучавший аид и придумал затею: «Порою не уступавшую ночным прогулкам.» — интимно шепнул он светлейшей за утренним завтраком. Двери покоев императрицы оказались закрытыми для него еще на пару ночей. Вечером третьего дня, когда темный, вконец утомившись от одиночества вывел из строя замки у покоев светлейшей, царственным взглядом отправил прислугу, а следом сына и дочь в свои спальни. Саму же владелицу покоев схватил железной рукой и препроводил на пару дней в свою спальню. И пока дети восторженно глазели в саду на представления столичного цирка, внезапно прибывшего на гастроли, Оникс получала уроки любви, но ее страстные стоны заглушались писком клоунских дудок, грохотом барабанов и ревом слонов во время нескончаемого праздника в парке. Через два дня в тишине светлейшая была нежно-задумчива, Ран имел откровенно довольный вид, а крошка Гемма, обнимая родителей, спрашивала, скоро ли цирк приедет к ним снова. — Гости на день рождения прилетели! — с растрепавшимися золотыми локонами, сияя синевою глаз Гемма вбежала в дом. Ран, улыбнувшись, подхватил ее на руки и вышел из стеклянных дверей на эспланаду, где у фонтана уже садились прекрасные сильные птицы. Семьи Кристиана и Ингора, заметно расширились за последние годы. С белых крыльев спустились их жены-раяны, и следом, хохочущая малышня оказалась на руках их родителей. Пять ребятишек от трех до семи. Будущее Темной Империи. Баристан с Кристианом склонились в приветствии перед верховным аидом. -Как долетели? — Незабываемо, все никак не привыкну, — иронично отозвался Ингор, помогая необыкновенной Интар и семилетним дочкам-двойняшкам Ане и Рейе спуститься с широкого белоснежного крыла альбатроса. Кристиан лишь кивнул головой, подхватив свою яркую Элву и задремавшую малышку Зои, отметившую в этом году три года. Вручив Зои жене, он приобнял и снял со спины альбатроса шестилетнего Ника и пятилетнего Кея, которые церемонно раскланялись перед светлейшей четой. «Лиер, помоги Элве с Зои, » — улыбаясь усердно сопящим в поклоне мальчишкам проговорила Оникс, спускаясь с сыном к гостям. Четырнадцатилетний Лиер, уже переросший отряд бэби-бума, хмыкнув, подхватил сонную Зои, обнявшую его за плечо и прислонившуюся к нему свей нежною щечкой. — Какая умильная картина, — засмеялась Оникс, глядя, как светлые кудряшки Зои рассыпались, по плечу Лиера. — Да вы просто отличная пара, — хихикнула Гемма, за что была награждена его острым взглядом. — Ой, Зои такая чудесная крошка! — воскликнула улыбающаяся Интар, смеясь над нахмурившимся Лиером. — Лет через пятнадцать посмотрим, — шепнула Оникс, и коротко взглянула на Рана, незаметно усмехнувшегося и отведшего взгляд от жены.