Ты или я

С утра я передвигалась максимально вяло - до самого рассвета не сомкнула глаз. Почти всю ночь я переворачивалась с боку на бок, изредка глядя на сопящего Майки как сталкер-Эдвард на спящую Беллу, пытаясь понять, что же со мной происходит. И что вообще в принципе происходит. Не удивительно, что утром мое лицо было похоже на помятый пельмень. - С тобой все хорошо? - спросила Эмма, когда мы встретились внизу на парковке у рёкана. - Плохо спала! - что еще я могу ей сказать? - Знаешь, когда вернемся… - она задумчиво подцепила аккуратными персиковыми ноготками прядь моих подвивающихся волос. - Устроим крутой девичник! Сделаем маски для лица, будем смотреть «Секс в Большом Городе» или «Нану», и я, наконец, покрашу тебе волосы. Идет? - Давай! - мне нравится эта идея. Еще немного поможет окунуться в иллюзию того, что мы - обычные студентки, наши парни не занимаются никаким опасным говном и нас ни капли не беспокоят никакие преступные группировки. Из дверей гостиницы появился Майки, потягиваясь и отправляя в рот чупа-чупс. Кажется, он стащил его из корзинки, стоящей на ресепшене в лобби. Ну, не буду говорить ему, что это для детей постояльцев… - Не хотите сфоткаться на память? - неожиданно предложила подошедшая Хината. - Эммм, так себе идея… - промямлила я, представляя, как выглядит сейчас мое распухшее от недосыпа лицо и помятая черная футболка. - Давайте я вас сфоткаю! - невесть откуда взявшийся Казутора уже отнял у Хины маленькую серебристую камеру. - Чифую, Такемичи, идите сюда! - Да ну не стоит… - Чифую стушевался, пытаясь спрятаться за машиной Хинаты. Такемичи лишь улыбнулся и протянул мне добытую из автомата жестяную банку с холодным лимонадом. - А остальные? - он закрутил головой. - Баджи и Рика пошли вниз к озеру. - ответил Казу, уже включая фотик. - Посмотрят, можно ли там искупаться. Мицуя с Дракеном в супермаркете, хотят купить какой еды в дорогу. Луна и Мана еще собираются в номере. Потом сфоткаемся вместе еще раз! - Черт… - выдохнула я, присаживаясь на некое подобие каменно бордюра. Эмма опустилась рядом со мной, элегантно расправив юбку. Хината встала за нами. - Парни, ну чего вы там? Хмыкнув, Майки присел рядом с нами на корточки, достав из-за щеки чупик. Чифую рядом с Эммой поставил ногу на бордюр, спрятав руки в карманы. Такемичи позади Майки отсалютовал на камеру своей жестянкой с лимонадом. Щелкнула камера. - Все красавцы! - ухмыльнулся Казутора. - Надо будет потом распечатать. - Эээээй! - с низа пригорка к нам поднимались Баджи и Рика. - Мы нашли крутое место, чтоб искупаться! Оставив машины на парковке и зацепив по пути Дракена и Мицую, мы спустились к темному озеру. Сегодня на пирсе было совсем немноголюдно, только пара рабочих разбирали вчерашние декорации с фестиваля. - Так кто хочет окунуться? - лицо Баджи растянулось в улыбке. Рика, смеясь, прильнула к нему, и парень приобнял ее за талию. - Я наверно пасс! - пробормотала я. Как представлю, что еще час потом ехать в мокром белье - брррр! А в купальник переодеваться уже нет времени. - И разве тут можно купаться? Я красноречиво глянула за запретительный знак у пристани с аккуратными синими прогулочными лодочками. Баджи и Майки расхохотались. Бля, вот же два сапога пара! - Да похер вообще! Давайте сюда! - Кейске поманил нас рукой туда, где пирс почти заканчивался, переходя в косой берег, поросший низкими сосенками. Мы спустились почти к самой воде, черной и гладкой, как огромное, чуть подернутое трещинами ряби, зеркало. - Я бы все же не советовала!… - начала я, едва Майки стащил через голову футболку. - Поедешь потом домой в мокрых трусах!…. Он просто бросил мне футболку, которую я неловко поймала. - Не обламывай кайф, Хо-чан! - усмехнулся он мне. - Это весело. Интересно, что он имеет в виду? Нарушать правила, купаясь в запрещенном месте? Или просто сам факт, ведь жара стоит невероятная. Я прямо чувствую эти капельки пота, скользящие по шее. - Далеко не заплывайте! - буркнула я, усаживаясь на берегу. Естественно, мне никто не ответил - все, скидывая одежду, уже забегали в воду. - Хоуп! - рядом со мной присела Хината. Тоже, видимо, не переоделась в купальник. - Можно спросить? Глянув на ее лицо, я немного смутилась - она выглядела обеспокоенной и серьезной. Ох, не к добру это. - О чем? - я, стараясь выглядеть невозмутимо, следила взглядом за плещущимися ребятами. Майки, как акула, нарезал круги вокруг Мицуи и Такемичи, Эмма, хохоча, пыталась забрызгать Дракена водой. - О Тетте. - Чего? - я не сразу поняла, кого она имеет в виду. - А, Кисаки? А что? - Почему его выгнали? - Хина заправила за ухо выбившуюся прядь розоватых волос. - Ох… - я даже не знаю, что ей ответить. - Такемичи тебе не объяснил? Девушка покачала головой. - Он предал Тосву, Хина. - все, что я смогла выдавить из себя. - Он не мог! - она поджала губы. - Он так интересовался все этим, так любил их банду… Он любил тебя, а не банду! Так мне хотелось ответить. Но я промолчала, лишь подставила лицо горячему летнему ветру. - Хоуп, а ничего нельзя сделать?… От неудобного отвела меня спас громкий гневный возглас: - ЭЙ! ТУТ НЕЛЬЗЯ КУПАТЬСЯ! Один из работников пристани уже спускался к нам, что-то сердило бормоча. - Я сейчас полицию вызову! Вы что, знаки не видели, хулиганье?! Вот бляха, опять! Меня пугают полицией, хотя я даже не при чем. - О, нет! Уплываем, пацаны! - Казутора картинно забарахтался в воде у отмели. Луна и Мана захихикали, остальные тоже, давясь от смеха, потянулись к берегу. Когда мокрые, но довольные ребята рассаживались по машинам, я придержала Такемичи за руку. - Завтра не уходи не попрощавшись! - тихо шепнула я ему. - Нам надо перед этим договориться о порядке действий. - Хорошо. - он окинул непонятным грустным взглядом копошившуюся в багажнике Хину. Ох, наверное, он будет скучать. А может и нет - вдруг то будущее будет хорошим? Но это вряд ли. - Я зайду к тебе утром. - Чего вы тут шушукаетесь? - к нам подошел Казутора, поправляя на плече свой рюкзак. - Ничего! - я стушевалась, провожая взглядом отъехавший джип Баджи. - Ты не поехал с… - С Баджи уехал Чифую, а я с вами. Вот как. Не хочет ехать со мной в одной машине? Понятно. Следующее утро в Токио выдалось предсказуемо знойным и душным. Настолько, что едва подняв голову от подушки я сразу потянулась за пультом от кондиционера. Майки в квартире не было. Ну, теперь я хотя бы с большего понимаю, чем он так занят - пытается спасти свою жопу и жопу всей Тосвы от шайки разъяренных якудза и наркоконтроля. Заварив остатки кофе, я раскрыла на столе ноутбук. Я должна быть полезной! Хоть как-то. Выпрямившись и глотнув обжигающе-горячий напиток, я застучала пальцами по клавиатуре. «Триединство». «Банды Токио Триединство». «ЧП Токио банды байкеры Триединство». «Триединство банды нападения полицейские архивы». И вообще ничего. Спустя час я со скорбным вздохом захлопнула ноутбук. Что за фигня? Потянувшись, я встала из-за стола. Нужно развеяться. Накинув длинную белую футболку и втиснувшись в шорты, я спустилась в бар. - Доброе утро! - передо мной за стойкой возникло улыбающееся лицо Казуторы. - Привет. Сделаешь мне кофе? - зевая, я оперлась на стойку. - Ага. Капуч? - парень перекинул через плечо полотенце. - И тебя там ждет Такемичи. Я его и не приметила, затихорился в уголке за длинным столом под тяжёлыми лампами в металлических абажурах. - Точно, мы договаривались… - пробормотала я. - И чего вы постоянно вместе тусите? - глаза Казу игриво сузились. - Такое чувство, будто ты встречаешься с ним, а не с Майки! Я залилась краской - еще чего не хватало! - Давай сюда мой капуч! - я, принимая у него из рук стаканчик, отлипла от стойки. - Утро доброе! - Такемичи аппетитно поглощал с тарелки омлет с рисом. Блин, я так и не научилась готовить такой: по-японски, заворачивая в рулет. - Хорошо, что ты заскочил перед уходом! - я присела напротив. - Вообще не понимаю, что мне сейчас делать. - Ммм? - парень отхлебнул из стакана кофе со льдом. - Я все утро гуглила это Триединство, и не нашла вообще ничего! - раздосадовано я уронила голову на руки. - Они блин просто будто не существуют. - Скорее всего, кто-то чистит все упоминания. - пожал плечами Такемичи. - Не светятся. - Но интернет ведь помнит все? - у меня в голове не укладывалось. Даже мелких статей о каких-нибудь нападениях или магазинных кражах нет! - А зачем ты так глубоко копаешь? - недоумевал парень. - Ведь намного проще мне метнуться в будущее и посмотреть, что они там из себя представляют. - Да, но… - нехорошая мысль закралась мне в голову. - А вдруг ты не вернёшься? - Нууу…. - протянул тот озадаченно. - Сейчас нам их силой не победить, понимаешь? - я вздохнула. - Действовать так, как Тосва действует всегда - бессмысленно. Нам не победить, силы не равны. - Это правда. - Ханагаки склонил голову. - С якудза нам точно не потягаться. - Поэтому надо узнать всю их подноготную! Всю, что сможем… - у меня будто бы даже вырисовывался план. - Кто они такие, кто стоит во главе, чем живет и чем дышит. Чтоб понять их слабости. И по ним ударить! - Очень умно, Хоуп! - глаза Такемичи радостно блеснули. - Только вот как это все узнать… - Ну, интернет тут, кажется, бесполезен! - я грустно глотнула остывший капуччино. - Слушай! - парень неожиданно довольно выпрямился. - А я ведь знаю кое-кого получше, чем интернет! Через полчаса мы уже вышли на станции Токио, и сейчас стояли на одной из пестрых оживлённых улиц Акихабары. - Магазин комиксов? - мне показалось это забавным. - В Японии, где все любят мангу и аниме? - А почему нет? На вкус и цвет все фломастеры разные… - Такемичи толкнул прозрачную дверь магазина-кофейни, над нами звякнул колокольчик. Внутри все было как-то совсем не по-японски гиково: рядами возвышались деревянные полки с выставленными комиксами, белые стены обвешаны плакатами с человеком-пауком и чудо-женщиной в фривольных позах, за низкими столиками местные хипстеры в клетчатых рубашках и черных квадратных очках потягивали кофе что-то печатали на ноутбуках. За стойкой спрятался русоволосый парнишка примерно нашего возраста, со смешной гулькой на затылке и в стильных очках в леопардовой оправе. Он медленно перелистывал страницы нового выпуска «Сорвиголовы». - Привет! - Ханагаки оперся на стойку. - Здоров, Такемичи! - продавец отложил комикс. - Какими судьбами? - Знакомься, Хоуп! Это мой кореш - Казуши Ямагиши. - Хэлоу, хай а ю дуинг? - парнишка широко улыбнулся мне. - Ямагиши, это девушка Майки! - сказал Такемичи. Парень за стойкой сразу посерьезнел. - И нам нужна твоя помощь. - Ну, окей… - он поднялся. - Можем пройти в подсобку, если дело секретное. Мы, зайдя за стойку, нырнули в небольшую комнатку, заставленную коробками с комиксами и пакетами кофе. Крошечное окно под потолком было чуть приоткрыто, но все равно внутри было невыносимо жарко, и пахло как на складе: залежавшимся картоном, типографской краской и сигаретами. - Во-первых, я в ахуе от того, что у Майки есть девушка… - Ямагиши присел на коробку с книгами. - И во-вторых, от того, что Тосве нужна моя помощь. Мы ж с Макото уже давно отошли от этой хуйни! Хоть и позже, чем Ацуши и Такуя… - Стоп, стоп, харэ тараторить! - прервал этот поток Такемичи, облокотившись о дверной косяк. - У нас не так много времени. - И я не поняла, чем он нам поможет вообще? - теперь уже мне было как-то не по себе. - Перед тобой, Хоуп, лучшая «Энциклопедия Банд Японии»! - почти гордо выдал Ханагаки, указывая на своего растерянного друга. - О, неплохо! - странное, конечно, увлечение, но допустим. - Так и что ты можешь нам рассказать о Триединстве? - Триединстве? - парнишка удивленно захлопал глазами. - Нахрена вам они, Триединство в третьем поколении вообще жесткие ублюдки! Это уже не байкеры-янки типа Токийской Свастики, а настоящая преступная группировка! - И тем не менее! - мне надоело слушать одни и те же ужастики. Пока что я лично не видела ничего страшного. - Ну, их третье поколение отличается даже от первого, хотя там тоже была неприятная история… - Короче! Можно сначала? - я тоже присела на край коробки. В подсобке было душно, и мне хотелось уже поскорей закончить. - Значится, началось все довольно давно, лет двадцать назад… - начал Ямагиши, поудобнее устраиваясь на коробке, которая под его натиском жалобно хрустнула. - С трех пацанов, типа нас. В историю они вошли как Гора, Ромео и Святой. - А настоящие имена будут? - робко встряла я. - Ну, известно лишь о Горе, тут все понятно: это был наследник клана Ямагучи, Ичиро. Ага, «яма» - значит «гора» по-японски. Или как-то так. - А остальные? - История умалчивает! - парнишка сложил руки на груди, блеснув глазами из-под очков. - Известно лишь, что Ромео был родом из Италии, вроде из Неаполя, из той мафиозной тусовки короче… - А третий? - мне почему-то казалось это важным. - Ну, Святой из них троих был самым загадочным. И самым проблемным. - Что это значит? - Он вечно был недоволен действиями Горы. Вечно лез в переделки, и по итогу за это поплатился. - Ямагиши вздохнул. - Его убрали. Он, видимо, уже в конец достал Ямагучи, или сделал что-то из ряда вон, точно не известно. Но в один день его смерть ловко подстроили сторонники Горы, лишив Триединство третьего главы. - Жестко… - пробормотала я. - Ну и Ромео, сцыкливо поджав хвост, сбежал назад в Италию. И Ичиго Ямагучи стал единственным боссом. - А потом? - Потом он унаследовал после смерти отца свой клан, и влился в дела якудза. Видимо, было уже не интересно нянчиться с уличными гопниками, и он назначил себе зама. Не помню точно, кого, но это и не особо важно. Второе поколение было довольно смирным. Да и сам Гора, пока вступал в должность наследника, не сильно бедокурил со своими головорезами. Примерно в тот период в банду и вступил ее теперешний глава, Юджи Тихара. И относительно недавно стал ее главой. Хотя как, мне лично не понятно… - Он замутил с дочерью Ямагучи. - проговорила я. - Ого, неплохо! Прошаренный пацан. - И это все? Что можешь рассказать? - уточняю я. - Кажется, да! - кивнул Казуши. - Вам мало? - Ну… Такое. - не хочу его расстраивать, но этого действительно недостаточно. Выходя из магазина, Такемичи протянул мне руку. - Ну, Хоуп, я поехал. Доберешься назад сама? К Эмме в другую сторону. Конечно я доберусь, чай не первый день в Токио. Пожимаю его руку. - Хоть бы все было хорошо! - совершенно искренне говорю ему. - Но, скорее всего, мне придется вернуться! - парень улыбнулся, и мне показалось, что он сам очень хочет вернуться. - И нам нужно больше сведений о Триединстве. - Тогда до встречи! - Не скучайте тут без меня! - помахав рукой, Ханагаки исчез в переходе. А мне только что пришел в голову тот факт, что завтра у меня начинаются экзамены. И первый - по переводу. Вот это западло. Дома я забралась на диван с ногами, печатая сообщение Эмме. «У тебя тоже экз завтра?» «Да. Бляха, я совсем не готовилась! А ты?» «Нет конечно. Что будем делать?» «Помолимся :))) Встретимся завтра утром на станции, поедем вместе?» «Оки! Такемичи приходил сегодня?» «Ага. Поболтал с Дракеном ни о чем, пожал мне руку и свалил. Странный он?» «Ну точно. Увидимся завтра» В ответ мне прилетел стикер с сердечком. Невероятно мило. Я отложила телефон. Майки все еще не вернулся. Что ж, мне надо выспаться. Завтра мне придется хоть ужом вертеться, но как-то сдать экзамен, чтобы не вылететь из универа. Иначе плакала моя студенческая виза. И вся моя жизнь тут. Но перед сном надо принять таблетки. За последние пару дней совсем о них забыла - будто уже стала нормальной. Утром было подозрительно пасмурно. Солнце пряталось за густыми молочными облаками, и температура воздуха держалась на стабильной отметке +22. Вполне себе неплохое начало дня - хотя бы не отупляющая тридцатиградусная жара. Глянув на часы на телефоне, я неровно обвела взглядом станцию - где ж, блять, Эмма? Нам осталось времени впритык, чтобы доехать. Вздохнув, я набрала ей. Длинные гудки на том конце провода привели меня буквально в бешенство. Ну и хер с вами! «Ты опять опоздала! Сама будешь отчитываться перед экзаменатором!!!» - гневно напечатала я. Сунув телефон в рюкзак, я шагнула в подоспевший поезд. Надеюсь, Эмма не сильно задержится. В универе, в общей суматохе перепуганных перед экзаменами студентов, ко мне подскочила Рика. - Хоуп! - руках у нее были кипы конспектов. - Ты выучила вокабуляр? - Нет… - расстроенно протянула я. - Не до того было. - У нас осталось еще полчаса, хочешь, прогоню тебя по основным пунктам? Как это мило. - А ты не видела Эмму? - на всякий случай уточнила я. - Неа. - Рика тряхнула черными блестящими волосами. - У нее же Семиотика в другом корпусе! - Точно… - пробормотала я. - Ладно, пойдем пока в столовку, повторим твой вокабуляр. В квартиру я вернулась около семи вечера в довольно странном настроении. Все будто шло своим чередом, однако непонятное тревожное чувство никак не отпускало. И связано оно было отнюдь не с экзаменом. Майки был уже дома: в гостиной тихо щебетал телевизор, на столе дымилась его кружка с кофе а из ванной доносился плеск душа. Опустившись на диван, я увидела большую коробку из красивого бархатистого лилового картона. Кажется, это для меня. Для кого же еще! Хотя, может, пока не открывать? Любопытство все же перевесило, и я аккуратно подняла крышку. Внутри, под полупрозрачной хрустящей бумагой лежало платье. Невероятного глубокого черного цвета. Ох, да оно просто великолепно! Пробежавшись пальцами по гладкой мягкой ткани, я подцепила одеяние за тонкие лямки, извлекая наружу. Идеально. Лучше просто и быть не могло! Я поднялась, прикидывая платье на себя. Довольно короткое, выше колена, из черного, но не слишком блестящего шелка, отделанное нежным кружевом у лифа. Довольно простое и строгое, но все именно так, как я и люблю - никаких камней и чрезмерного гипюра. - Нравится? - голос за спиной вернул меня к реальности. - Еще бы! - я повернула к Майки радостное лицо. - И за что мне такое чудо? - Ты имеешь в виду меня? - рассмеялся парень. Ну, после душа он и правда выглядит чудесно: влажная челка зачесана от лица наверх, мягкие светлые волосы, чуть подвиваясь, едва касаются загоревших за выходные плеч, по обнаженной груди струятся капельки воды, очерчивая мышцы, вокруг бедер обернуто белое полотенце. - И тебя, и платье! - усмехаюсь в ответ. - Так за что? - Ты сегодня сдала первый экзамен! - Майки приблизился. - Надеюсь, успешно. - Я тоже надеюсь… - пробормотала я в ответ. В переводе я хороша, но посмотрим. - Эмма сдавала с тобой? - Нет, она же в другой группе. - ответила я. - Позвоню ей позже, спрошу. - Конечно, позвони! Меня она сегодня не поднимала. Наверное, выключила телефон в аудитории… - парень чуть коснулся пальцами платья, что я держала в руках перед собой. - Хочешь примерить? - Поможешь? - я потянула свою футболку вверх через голову. Его пальцы на моей коже такие мягкие, как подушечки кошачьих лапок. Подцепляет застежку лифчика: - Такие платья носят без этого! - И тебя не беспокоит, что будет слишком откровенно? - мне вспомнилась его истерики по поводу белого топа пред отъездом в Хаконе. - Я борюсь с этим! - легкий поцелуй чуть ниже уха. Ткань платья приятно скользит по плечам, я продеваю руки через бретельки. Майки, обхватив мою талию и мягко развернув меня, застегнул платье на спине. - Ну…. - я неуверенно разглаживаю на себе ткань. Он, кажется, переоценил мои формы в районе груди. Так бывает, если покупать одежду без примерки. - Не страшно. Попроси Мицую, он подгонит! - Манджиро, скользя руками вверх по моим запястьям, поправил чуть сползающие с плеч лямки. - По-моему, очень красиво. Все-таки черный - твой цвет! - Понравилась тебе в вашей униформе? - улыбаюсь слишком уж самодовольно. - В платье намного лучше! - черные глаза совсем близко. После душа он пахнет иначе, еще более сладко, будто шоколадным гелем для душа. Губы касаются моего подбородка, нежно скользя выше. Чуть прикусывает меня за нижнюю губу, притягивая к себе. Не протестую, хоть и немного больно. В животе все дрогнуло, неожиданно почувствовав свободное падение, но я сразу же приземлилась спиной в мягкие подушки дивана. Майки сверху - улыбается. Вот нравится же ему меня пугать! Он нежно провел пальцем по моей нижней губе, которую он только что прикусил. Кажется, заметил выступившую кровь. - Прости, не больно? - смущенно пробормотал он, наклоняясь к моим волосам. Ого, обычно его это заводит, а не беспокоит. - Неа… - выдохнула я, обхватывая его ногами за бедра. Горячее дыхание замирает у моей шеи, поцелуй на мочке уха. - Красивые сережки! - С ярмарки на фестивале… - выдыхаю в ответ. Серебряные кошачьи лапки украшают сейчас первые дырки ушей. Подарок Чифую. - Очень в твоем стиле… - поцелуи все ниже, по чувствительной коже шеи, сразу покрывшейся мурашками. - Нам… Надо снять платье! - запоздало вспомнила я. - Точно. Он быстро перевернул меня, скользя замком по спине. Вытягиваю руки - и через секунду платье уже в руках Майки. Тот, острожно повесив его на подлокотник дивана, склонился к моей спине, касаясь губами ложбинки между лопаток. Что-то странное происходит. Он слишком, подчеркнуто деликатен. Его рука опускается вниз по моей талии, чуть щекоча и поглаживая кожу. Замирает между ног, а у меня у груди все уже трепещет, будто надувается большой воздушный шарик с гелием. Ощущения так обострились, что я, только лишь касаясь твердыми сосками шероховатой обивки дивана, уже чувствую невероятное возбуждение. Очень не похоже на наш обычный секс. Слишком медленно. И с этой позой у меня связаны не самые приятные воспоминания - воспоминания о квартире Чифую. Только тогда все было вообще по-другому. - Тебе так тоже нравится, да? - голос Майки шелестит у моего уха, и я даже прикрыла глаза от этого мягкого удовольствия: просто чувствовать его сладкую, успокаивающую тяжесть над собой и слушать теплый голос. Все-таки, Майки великолепен. Насколько он несгибаем и своеволен по жизни и в спорах, сексом он манипулирует феерически. Как быстро он все схватывает и буквально считывает мое настроение? Каждый раз показывая мне, что он - нечто большее и более сложное, чем то, что я увидела сразу. Не главная ли это причина, почему ты с ним? Ты ведь падкая на хороший секс и хорошие загадки! Нет конечно, я его люблю. Странной любовью, но всем сердцем. И только когда внизу живота становится нестерпимо горячо, он входит. Так плавно, что я не даже не сразу успела заметить, что он опять забыл о предохранении. Но эта мысль сразу завертелась и затерялась в водовороте сладких искр блаженства от каждого его точка внутри. - Ты там такая теплая и мягкая, и так сжимаешься… - голос Майки щекочет мое ухо, с моим губ слетает протяжный громкий стон. Не переставай говорить, это так заводит! - Ты просто лучшая девочка. И только моя! - Твоя… - повторяю, облизывая пересохшие губы. Обожаю эту игру. Да и игру ли? Мне ведь это не нравится в наших отношениях? Я совсем запуталась. Но как же хорошо! - Моя маленькая любимая сучка скоро кончит? - знакомые смеющиеся нотки в его голосе. - Да!… - на дне живота все дрожит, напряжение медом растекается по всему телу. Грудь так приятно трется о ткань дивана, напряженный клитор пульсирует даже безо всяких прикосновений. И горячий член, заполняющий все внутри. - Давай вместе? Хоть раз… - влажный поцелуй на плече, Майки утыкается носом в мою шею сзади у волос, будто хочет прикусить меня за загривок. Но это была бы уже другая игра. - Я почти… Ах! - ноги сводит, и все внизу взрывается знакомым обжигающим каскадом импульсов, искрящихся и шипящих, как пузырьки шампанского по венам. Майки, прижавшись лбом к моей спине, тоже издает короткий вздох, я чувствую пульсацию внутри. Черт, он что, не вышел?… По внутренней стороне бедра потекло теплом, и я обессилено уткнулась лицом в подушку. Кажется, он успел. Но… Манджиро упал рядом, потеснив меня к спинке дивана. Такое довольное лицо у него лицо, что я тоже не могу не улыбнуться. Немного полежав в молчании, он поднялся, нашаривая где-то на полу свое полотенце. Когда он встал и направился в ванную, я острожно коснулась пальцами внутренней стороны бедер. Похоже, все в порядке, но это было опасно. - Майки! - с трудом принимаю вертикальное положение, опираясь о спинку дивана. - Вот скажи мне, почему ты не делаешь, как я прошу? - Хааа? - останавливается у двери в ванную, чуть обернувшись. Растрепанные волосы скрывают лицо. - Презервативы! Они для кого вообще изобретены? - Ну… - глянув через плечо на меня своими черными глазами, парень неожиданно странно улыбнулся. - Может, я бы даже хотел от тебя детей! … ЧТО? - Ты так не шути… - чуть севшим голосом проговорила я, впиваясь пальцами в обивку дивана. - Мы даже не женаты! Улыбка на его лице становится шире: - Хочешь - поженимся? - Нет! - выпаливаю я. - Нет? Майки замирает, рука, уже сжимавшая дверную ручку, опускается. Из-под растрепавшейся челки его черные глаза смотрят на меня со… злостью. - Почему - «нет»? - говорит медленно, будто старается звучать спокойно. Ох, я опять спизданула что-то не то! Но в смысле не то?! Какая женитьба, какие дети? Он совсем поехал?! Да, если ты опять забыла! Твою мать, твою мать! - Майки, нам двадцать лет! Мы знакомы совсем… - Эмма и Кенчик наши ровесники! - прищурившись, Манджиро смотрит на меня уже не с такой откровенной яростью, теперь уже скорее с обидой и непониманием. - И они женятся уже скоро. - Но дети, Майки! Какие нахрен дети?! - тянусь рукой за своим лифчиком, валяющимся внизу у дивана. Обнаженной я чувствую себя совершенно беззащитной в спорах с ним. Даже когда на нем тоже всего лишь банное полотенце, он все равно выглядит и ощущается непреложным авторитетом. - Мы сами еще дети! Это такая ответственность! Хочешь и их тоже подвергать опасности с таким образом жизни?… Слишком быстро он оказался прямо передо мной, я даже дернулась, когда его рука оперлась о спинку дивана рядом с моим лицом. - Тоже? - глаза цвета обсидиана смотрят на меня так пристально, что в животе что-то испуганно обрывается. - Тоже?! Это я, значит, подвергаю тебя опасности? Вот сейчас я точно спизданула лишего. Потому что это действительно неправда. Он никогда не подвергал меня опасности, наоборот, всегда пытался своей душноватой заботой защитить от всех реальных и мнимых угроз. - Я не это имела… - Мне кажется, дело отнюдь не в этом! Он смотрит на меня очень нехорошим взглядом. Сердце начинает биться не в такт, то срываясь на галоп, то испуганно замирая. - Что ты… - Хоуп, где ты была ночью после фейерверков? - тихо, вкрадчиво произнёс Майки. Черные, влажные глаза, сузившиеся в испытующем прищуре, будто бы подернулись странной рябью. Сердце встрепенулось в груди, как перепуганная птичка, пойманная сачком. - Я… Была в саду. - мягко проговариваю в ответ. И даже не лгу ведь. - А что ты там делала? - я чувствию кожей, как его пальцы возле моей шеи сильнее сжимают податливую обивку дивана. - Не спалось… - А знаешь, кому еще не спалось тогда? От его голоса будто исходят напряженные вибрации, даже пространство вокруг накалилось от этой с трудом сдерживаемой ярости, как наэлектризованный воздух перед грозой, готовый разразиться штормом. - Я заходил в комнату Мицуи, Мацуно и Ханемии. Ты ведь уже знаешь, этого из них троих там не было. Блять. Кажется, я не могу сделать даже вдоха, до того меня припечатало к дивану этой темной тяжестью его недоверия, этим густым пугающим вайбом. Но я должна что-то ответить. - Ну, да… - Да? - острая резкая улыбка. Майки склонил голову, эбонитовые глаза скрылись за густыми ресницами. - Как же меня это заебало. Делаю короткий вдох, будто набирая побольше воздуха перед тем, как отправлюсь под воду, на самое дно. - Майки! Мы… - Вот ты можешь мне обьяснить, что не так? - он пытается дышать ровно, не позволяя своей разрушительной злобе вырваться наружу. - Какого хуя тебе не хватает? Что я делаю не так?… Его рука медленно переместилась со спинки дивана на мое плечо. Пальцы словно вибрируют, он будто и хочет сжать сильнее, но противится этому порыву. Глаза широко открыты, смотрит на меня - и ждет. Моего ответа. Да он в отчаянии. Он правда больше не знает, что со мной делать. И правда не может противопоставить ничего, кроме грубой силы. - С нами был Баджи! - слишком громко отвечаю я. - Спроси его! Мы ничего не делали… Ложь. Я поцеловала Чифую. Потому, что очень сильно сама этого захотела. - Это не правда… - медленно протянул Майки. Черт, он почувствовал мою неискренность! Его пальцы, крадучись подобравшись к моей шее, чуть впились в выступающие ключицы, путаясь в цепочке с сердечком. Его подарке, который я отчего-то ношу не снимая. - Не надо так делать!… - я почувствовала себя слишком неуютно, слишком. В другой ситуации мне наша поза показалась бы даже сексуальной, когда он так прижимает меня к дивану. Но сейчас мне не по себе. Его рука не отпускает мою шею, хоть пальцы и слегка ослабляют свое давление. - Дай мне подняться! - упираюсь руками Майки в грудь. Естественно, это бесполезно - я не могу ровняться с ним в силе. - Так ответь уже! Что он сделал бы для тебя лучше, чем я? - его голос, такой знакомый и приятный, всегда вызывавший у меня только сладкие мурашки, сейчас холодит кожу, как прикосновение лезвия ножа. Как тогда, на паркинге. Он приказывал мне таким голосом, от которого кровь застывала в жилах. Перед глазами проносятся все мои обиды, все те моменты, когда я оставалась им не услышанной, когда он не делал так, как я просила, когда мне казалось, что встречаться с ним - худшее, что происходило со мной. Его эгоцентризм, вечная уверенность в своей правоте, желание контролировать. Наша первая встреча на диване в клубе, его ярость при нападении на меня возле дома, его неуемная ревность, нетактичность на дне рождения Мицуи, наконец - неспособность уступить. Все, что хорошо для их бизнеса и банды, губительно для меня и наших отношений. И дико меня бесит. - Чифую не стал бы так со мной обращаться! - вырывается у меня. Произнесенное имя разрезает накалившийся воздух, как резко опустившийся клинок. И в следующую секунду я даже не поняла, что произошло. Моя голова просто дернулась, затылок мягко отпружинил от спинки дивана. По щеке расползалась жгучая боль. Он… Только что дал мне пощечину? В голове гудит, мысли путаются. Единственное, что чувствую - покалывание на коже. И обиду. Собрав все силы, я согнула колени и пнула Майки ногой в грудь, отталкивая от себя. Кажется, он настолько не ожидал этого, что легко подался в сторону. Вскочив, я бросилась к входной двери. Куда? Да просто подальше! Я задыхаюсь от обиды и других странных, нахлынувших чувств. Широко распахнув дверь, я выбежала в коридор. Но не успела сделать и шага к лифту, как меня дернули назад. Пальцы Майки сомкнулись на моей правой руке, чуть выше локтя. И только ощутив его прикосновение, на место обиде пришел страх. Я только что ударила его ногой, хоть и легонечко. Я что, реально решила с ним подраться? Сердце безумно гулко бьется в груди. - Отпусти! - произношу я. Точно таким же тоном, как и Стелла тогда, на паркинге. Я испугана. Лицо Майки скрыто за растрепавшейся челкой, я вижу лишь напряженные скулы и плотно сжатые губы. Я не знаю, что он может сейчас сделать. Точнее, примерно знаю. - Отпусти! - повторяю я почти в отчаянии. Мой голос звучит отвратительно визгливо, и я понимаю, что по лицу катятся слезы. Я реву, просто как идиотка. Майки поднял на меня черные глаза. Какое у него печальное лицо! Он не злится, больше нет. Но в его глазах какое-то... разочарование. Громко всхлипнув, я с размаху ударила его кулаком в плечо. А потом еще раз, и еще, куда только смогла дотянуться. За все, что я копила в себе все это время. За то, что он не понимает меня, и даже не пытается. За то, что он не осознает даже, как сильно я старалась, чтобы помочь Такемичи и ему. Так старалась, что трахнула его друга. Я задыхаюсь, из носа течет, от слез ничего не видно. Какого хрена, так не должно быть! Я не знаю, что мне делать. Майки отпустил мою руку, и я безвольно обмякла, падая на пол общего коридора. Я не помню, чтоб вообще хоть раз в жизни я так рыдала. Майки опустился на корточки рядом. Снова чувствую его руку чуть выше локтя. - Пойдем! Пытаюсь вырваться. Блять, я веду себя сейчас как самая мерзкая в мире истеричная баба. Но ничего не могу поделать. - Пойдем, наденешь хоть что-нибудь! Если хочешь уйти. Резко вскидываю на него глаза - не ожидала таких слов. Он неуловимо кивает на камеры у лифта, направленные прямо на нас. Черт. На мне, кажется, даже нет трусов. Только лифчик, который я успела подобрать с пола у дивана. Опираясь на его руку, я побрела обратно в квартиру. Телевизор все еще работает, мое новое платье висит на подлокотнике дивана. Кофейный столик перевернут - возможно, я задела его, когда убегала. Что у нас за конченные отношения? Обессилено опускаюсь на диван. Я больше не могу. Сколько это еще должно продолжаться? - Майки, мы… Он тяжело садится рядом, костяшками пальцев касаясь моей медленно опухающей щеки. Стараясь не смотреть на мое зареванное лицо. - Я не хотел. Я правда… - Мы вынуждены прервать программу передач на экстренный выпуск новостей! - неожиданно громко ревет телевизор. Я даже подскочила от испуга - ну вот зачем на новостях громкость всегда повышается сама по себе? Майки придвигается поближе, будто просящий прощения кот. Трется о мое плечо, и я невольно съёживаюсь. Он думает, этого достаточно?! Лицо ноет от наливающегося на скуле синяка. Никогда не думала, что позволю своему парню делать такое. Или что позволю себе доводить своего парня до такого?… - Сегодня, в 19:42 по местному Токийскому времени, шокирующая находка взбудоражила полицию и общественность… - на экране замелькали кадры оперативной съемки где-то в районе порта Минато, я узнала обшарпанные доки и вздымающиеся из воды стальные конструкции. - Демонстрируемые далее кадры не для слабонервных, поэтому мы просил отойти от экранов несовершеннолетних детей и людей со слабым здоровьем… Я отодвигаюсь от Майки, все еще глядя на экран и не удостаивая его даже взгляда. Он должен понять, что я настроена серьезно, что у поступков есть последствия. Я больше не намерена это терпеть. - По заявлению работников порта, полицией из воды была извлечена ужасающая находка… - продолжал вещать телевизор. На экране, за полупрозрачным блюром цензуры, я различила очертания деревянной коробки. - К ужасу судебно-медицинских экспертов, оперативно прибывших на место событий, в найденном работниками ящике находились человеческие останки. Личность жертвы пока не установлена, однако полиция предполагает, что это молодая женщина, примерно двадцати-тридцати лет… Я резко выпрямилась на диване. В мою грудь будто вонзился нож, прямо по центру, в самое солнечное сплетение, и я физически почувствовала разрывающую боль. Дыхание остановилось, от дрожи свело плечи. - В ящике находились отрубленные кисти рук и голова жертвы. Ответственность за это жестокое преступление на себя взяла известная в Токио преступная группировка «Триединство», несколько членов которой были арестованы по горячим следам. Полиция просит всех граждан, обладающих хоть какими-то сведениями, обратиться в ближайшие отделения… Я не могу дышать, легкие словно заполнились тяжелым свинцом. За замыленными квадратами цензуры я смогла различить бледные, будто кукольно-фарфоровые пальцы кистей рук с нежно-персиковым маникюром. И спутанную прядь светлых волос. - Не смотри!!! - я вскакиваю с места и встаю между телевизором и Майки, обхватывая его за плечи и привлекая голову к груди. Он будто одеревенел, не двигается и словно не дышит. Поздно, он видел. Сердце колотится, в голове гудит от ужаса. От всепоглощающего, испепеляющего животного ужаса. Эмма. Что… Что она там делает? Что произошло? Почему... Майки в моих руках все еще не шевелится, его черные глаза открыты и смотрят в никуда. Лицо бледное, как будто я обнимаю манекен, а не живого человека. Я даже не слышу биение его сердца. Боже. В голове по кругу бегут друг за другом всего две мысли. Я не могу это исправить. Если они не найдут остальное тело, я не смогу это исправить. И вторая - если я не смогу это исправить, Такемичи больше не вернется.