Старая Республика: Балор

      После взрыва на заводе Эдор окончательно лишился покоя. Он благословлял свою предусмотрительность — за то, что уговорил Нисту не приезжать на Талай, — и проклинал свою же глупость. Кому он что доказал? Лишь сделал хуже. Во имя звезд, сколько жертв — невинных жертв, просто потому, что лорд Говалхан решил показать ему свою мощь и власть.       Глупо было связываться с наемниками, наверняка давно купленными Говалханом. Разумеется, они рассказали ему все. Что с ними стало потом — улетели прочь или замолчали навсегда, — Эдор не желал знать. Он желал знать, что ему теперь делать.       Ни днем, ни ночью он не находил покоя. Чудом он поддерживал ровный тон голоса в разговорах по комлинку с Нистой, но стоило оборвать связь, и ему хотелось кричать во все горло от ужаса. Страх преследовал его повсюду: не помогали ни камеры наблюдения, ни датчики, ни оружие в кармане. Откуда, когда и кем будет нанесен удар, он не знал — и это мучило его сильнее самого леденящего ужаса.       Обращаться к коррумпированным службам безопасности ни к чему. Что касается Ордена джедаев, то здесь возникли неожиданные препятствия: сколько Эдор ни старался, отыскать в Голосети координаты феннского штаба он так и не сумел. С губ сорвалось проклятье, взор заволокли слезы отчаяния и ужаса. И тогда в этом, казалось бы, беспросветном мраке, промелькнула новая вспышка: не можешь послать сообщение — шли простой сигнал тревоги.       С яростной надеждой утопающего Эдор ухватился за эту тонкую тростинку. Сигнал ушел в эфир, где его наверняка кто-нибудь да поймает. Никакого отклика Эдор не получил — ни в тот день, ни позже. Надежда таяла, но еще не умирала, а услужливый разум подсовывал новые поводы для тревог. Что, если Говалхан сумел поймать и заглушить сигнал?       Об этом не хотелось думать.       Защитника у него больше нет. Если джедаи не перехватят сигнал и не прилетят, все будет кончено, и безнаказанный преступник вновь восторжествует. Все чувства понемногу гасли, их сменял вязкий, мутный, парализующий ужас. Эдор ощущал себя яблочком мишени, на которое наведен ствол снайперской винтовки. И он понимал, что этот выстрел поразит не одного его. Все слуги дома Фаэнем, повинные лишь в преданности, разделят его участь.       И все же тот, кто держал эту винтовку, не спешил жать на спуск. Проходили дни — и ничего не случалось. Пытка ожиданием вымотала Эдору все нервы, так, что он вздрагивал от шороха двери или оклика слуги. Что до его домочадцев, то они усиленно делали вид, что ничего не замечают. Но паника Эдора поневоле заражала их, и только ради них он старался держать себя в руках. Наедине с собой это, увы, не удавалось.       В таком настроении его и застал слуга, принесший весть о странном спидере, который уже несколько раз проехал перед воротами туда-сюда, потом остановился на минуту, словно ездоки что-то высматривали, и снова уехал. Сам не зная, почему, Эдор ощутил невероятное облегчение и едва не расплакался. Но вместе с облегчением пришло и желание действовать, защищать себя и свой дом. Если это наемники-убийцы, он встретит их достойно. Сам.       — Вам грозит опасность, сударь, — говорил слуга. — Может, вам лучше уехать? Или вызвать службу…       — Толку-то с них? — пожал плечами Эдор. — Наша служба так называемой безопасности охраняет лишь тех, кто ей платит. За последние полтора месяца Талея и думать позабыла о безопасности. Мы будем защищаться сами. Вели всем приготовиться. Они разъезжают у ворот — значит, оттуда и нападут. Стрелять по ним будет удобно со второго этажа — окна большой приемной залы как раз выходят туда, на ворота. Скажи всем собраться там.       — А как же вы, господин Фаэнем? Вы так говорите, словно…       — Нет, я не пойду с вами, — произнес Эдор, хотя каждая его клеточка мучительно сжалась от страха и одновременно вспыхнула предвкушением. — Это я им нужен — так пусть думают, что я один и беззащитен. Кроме того, я не хочу больше невинных жертв.       Несмотря на возражения слуги, Эдор решительно выпроводил его. Сам же он поглядел на вынутый из кармана бластер. Никогда прежде он никого не убивал и не представлял, что сможет. Но придется — ради защиты себя и своего дома. Бластер вновь отправился в карман, а Эдор взялся за виброклинок, тот самый, чью красоту и качество оценил когда-то Крейд. Эдор вздохнул. Быть может, виброклинок и не понадобится. Но с ним он чувствовал себя уютнее, словно на плече его успокаивающе лежала сильная рука покойного друга.       Твердой поступью Эдор сошел вниз — по лестнице, без всяких лифтов, — спустился по блестящим от яркого солнца ступеням. Ощущение «я — мишень» сделалось острым, точно внезапная боль. Пускай неразумно, пускай глупо — он не мог поступить иначе, как дворянин и человек. Наемники явились по его душу, слуги здесь ни при чем. Поэтому сперва эти бандиты будут иметь дело с ним.       «Вернее, пусть попытаются», — подумал Эдор, взбудораженный нежданной мыслью, кровь вскипела в жилах. Его охватило предвкушение, жажда битвы и уверенность в победе. Машинально он заметил рядом подходящее укрытие на случай перестрелки — колонну, что поддерживала портик террасы. Больше он не успел ничего заметить. Тяжелый бронированный спидер перелетел через ворота и понесся прямо на него.       Летящие из спидера бластерные разряды показались Эдору нарисованными в воздухе алыми нитями. Он сам не ожидал, что среагирует так быстро, но он бросился за колонну, выхватывая собственное оружие. Его выстрелы достигли цели — по обзорному экрану спидера побежали трещины, кто-то выругался. Но противники оказались не промах — или же отрабатывали свои кредиты на совесть. Водитель чуть сдал назад и бросил тяжелую машину прямо на колонну.       Удар едва не сбил Эдора с ног. Он быстро высунулся и пальнул почти наугад — попал, судя по короткому вскрику. Спидер вновь врезался в колонну, и она затрещала. «Выманивают», — понял Эдор. — «Ждут, что я выскочу, чтобы подстрелить на бегу». И все же иного ему не оставалось.       Когда спидер отъехал для очередного разгона, сверху на него полились потоки алых разрядов. В спидере вновь кто-то закричал, а двое седоков открыли огонь по окнам второго этажа. Сверху полетели осколки транспаристали.       Эдор, мысленно благодаря за передышку, успел перебежать за другую колонну — лишь бы только бандиты не заметили. Спидер вновь протаранил поврежденную колонну. Эдор с ужасом понял, что с такой машиной наемники спокойно могут проломить и двери, а если у них есть гранаты, то взорвать весь дом. «Тогда все слуги погибнут, и моя жертва будет напрасна!» Но бандиты, похоже, получили особое указание сперва убить его. Следующий удар спидера обрушился на ту колонну, за которой он прятался теперь, — возможно, у бандитов имелись инфракрасные датчики.       Отстреливаться Эдор уже не мог: наемники поливали колонну из бластеров со всех сторон. Не высунешься. От огня сверху их, видимо, защищали бронированные стенки машины. Борясь с паникой, Эдор лихорадочно соображал, когда услышал новые крики и выстрелы — и новый звук приближающегося транспорта.       Наемники чуть ослабили огонь, словно переключились на другую, неожиданную цель. Эдор осторожно выглянул, отыскал взглядом источник шума — и не поверил глазам.       Из дальнего угла сада к крыльцу несся старый гравицикл. Вел его невысокий человек в летном комбинезоне, похожий на корявое, суковатое дерево шимбара. А позади него, неизвестно как удерживаясь на сидении, стоял второй, его темные волосы трепал встречный ветер. Бластер в руке трижды плюнул огнем, и в спидере наемников послышались три предсмертных вскрика. Прежде чем прочие опомнились, человек махнул свободной рукой.       Спидер перевернулся. Наемники, живые и мертвые, вывалились на блестящую дорожку, теперь всю в подпалинах от яростного огня. Гравицикл затормозил рядом. Его водитель осторожно приподнял голову, вжатую в плечи, и от души выругался.       — Знаешь, шеф, — сказал он, — ты говорил, что будут стрелять, но что вот так будут, не говорил. Нам чуть не поджарили за…       — Скрефо, комлинк! — послышался отрывистый приказ.       От звука этого голоса Эдор едва не умер от радости. Руки дрожали, ноги не желали слушаться, и он буквально выполз из-за потрескавшейся колонны, цепляясь пальцами за прохладный камень. На его глазах говоривший оглядел валяющихся повсюду наемников и, видимо, отыскал выжившего.       — Имя нанимателя, быстро! — велел он и сгреб его за грудки. Тот вытаращился на него, точно на привидение, — так же, как таращился сейчас Эдор. — О, знакомые лица. Говори! Я-то знаю, кто он. Пусть и служба безопасности узнает.       — Лорд… Говалхан… — пробурчал наемник, задыхаясь.       — Еще раз!       — Лорд Говалхан… заплатил нам за убийство… Эдора Фаэнема…       — Отлично. — На глазах Эдора Крейд отпустил наемника и выпрямился. — Займись им, Скрефо. Прочие, похоже, уже не заговорят.       Небритый водитель, особо не церемонясь, спрятал комлинк, перевернул наемника лицом вниз и связал ему руки найденным в его же снаряжении шнуром. Эдор молча взирал на эту сцену, не находя ни слов, ни сил двигаться. Это было слишком невероятно, чтобы быть правдой, — и все же глаза не обманывали. Прежде чем Эдор сумел заговорить, вновь подал голос неряха-водитель:       — Эй, шеф, я все правильно сделал? — Несмотря на фамильярное обращение, говорил он чуть ли не с благоговением.       — Да, Скрефо, ты молодец. Смотри не потеряй комлинк и не упусти этого типа. Хотя раз он не успел ничего сделать с собой, то комлинк и не понадобится. — Крейд кивнул ему и обернулся к Эдору. Слова его прозвучали так буднично, словно они расстались какой-нибудь час назад. — Эдор, заплати ему, сколько попросит, он заслужил. Опоздай он хотя бы на час…       Теперь голос прорезался, но слов Эдор по-прежнему не находил. Он бросился к Крейду и крепко обнял его, будто боялся, что друг сейчас растает, как призрак. Но это был не призрак, судя по силе ответных объятий.       — Откуда ты… — бормотал Эдор. — Как это возможно?! Тебя же давно…       — Я знаю, Эдор. — Крейд высвободился и взглянул ему в глаза. — Я непременно расскажу тебе, но потом. Все потом. А сейчас дай виброклинок.       Эдор стоял, потрясенный. Судя по виду Крейда, ему довелось немало пережить, причем мало приятного. Лицо его исхудало, глаза стали заметно печальнее, а щеку пересек белый шрам, как от сильного ожога. Зато он весь лучился энергией — живой, яростной жаждой действия. Начало этим действиям он уже положил, причем неплохо — а главное, вовремя. Не подоспей Крейд со своим странным помощником, все могло закончиться совсем иначе.       — Как ты узнал? — Эдор кивнул на разбитый спидер наемников. — И как ты… То есть, ты все это время был здесь, на Талае?       — Нет, не здесь, — ответил Крейд. — Но мне повезло с пилотом. Скрефо — славный малый. Мы прилетели сегодня утром, и я ощутил в Силе, что тебе грозит опасность. От космопорта мы бы не добрались сюда вовремя. Нам помог барон Гринзе, твой партнер, — позволил приземлиться на его посадочной площадке. Хвала Силе, мы не опоздали.       — Что ты собираешься… — начал Эдор, но Крейд перебил его — не столько словами, сколько взглядом.       — Собираюсь снова попросить у тебя виброклинок, — сказал он. — И еще какой-нибудь старый спидер, который не жалко. Такие есть в ангаре, я помню. У меня мало времени. Скоро он узнает, что все сорвалось. Я должен успеть раньше.       — Он — это лорд Говалхан?       — Кто же еще? Зато теперь у нас есть свидетельство его наемника, как и сам наемник. — Крейд кивнул на пленника, которого бдительно стерег Скрефо. — Но с самим лордом я буду разбираться иначе. — Глаза его, потемневшие не то от горя, не то от пережитых страданий, сурово сверкнули.       — Ты… — Эдор вновь чуть не лишился дара речи. — Ты собираешься идти один?       — Сейчас — да, Эдор. Не бойся, на сей раз я знаю, как действовать, и не попадусь глупо в ловушку. А ты пока дай знать СБ, что сегодня у дома нашего милорда будет несколько шумно.       — Я хочу пойти с тобой, — просто сказал Эдор и отстегнул ножны от пояса. Он мог найти много слов, но эти были подлинным голосом его души.       — Нет, — мягко ответил Крейд. — Это мое дело, потому что у него в плену мой учитель. Когда я найду его, это будет главнейшим доказательством, от которого Говалхана не спасут никакие взятки. Надеюсь, я и тут не опоздаю. — Крейд с благодарной улыбкой принял виброклинок и пристегнул к поясу. — Сегодня все закончится.       Крейд повернулся к своему помощнику и от души простился с ним, обменявшись крепким рукопожатием. Тот все благодарил, уверяя, что ему не нужны никакие кредиты, но раз уж дают, то не отказываться же! Эдор поневоле улыбнулся, глядя на него.       — Десяти тысяч вам хватит, Скрефо? — спросил он — и тут же чуть не оглох от новых благодарностей, теперь уже в свой адрес.       На крыльцо нервной, возбужденной толпой вылились слуги. Одного Эдор направил за кредитами для Скрефо, другого — в ангар за старым спидером. Нежданное появление Крейда живым и здоровым вызвало подлинную бурю. Сам же он непринужденно кивнул им, но пресек любые расспросы. Дождавшись спидера, он тотчас забрался в него и завел мотор.       — Сделай, как я сказал, Эдор, — произнес он на прощание. — Вызови СБ — должны же они принести хоть какую-то пользу. А мне пора. — Он махнул рукой Эдору, потом Скрефо и умчался — будто правда растаял, как призрак.       Эдор запретил подходить к спидеру наемников и к их трупам. Пленник так и дожидался своей участи. Но мысли Эдора, пока он отдавал распоряжения и звонил в СБ, пребывали далеко. Они мчались в старом спидере по улицам Талеи к роскошному особняку самого могущественного человека в городе.       Эдор боялся — и вместе с тем верил, абсолютно.       Трудно было не заметить перемен в Крейде, причем не только внешних. Изменился взгляд, изменился голос, манеры стали чуть иными. Теперь Эдор в полной мере ощутил, насколько его друг отличается от обычных людей — и чем именно отличается. Быть может, его Сила открыла ему нечто новое. Кто бы смог удержаться стоя на несущемся гравицикле или перевернуть тяжелый спидер взмахом руки? Но дело даже не в этом. Крейд словно плыл в бурном море — и сам же направлял бушующие кругом волны.       Эдор понятия не имел, что собирается делать Крейд, но просьба о виброклинке насторожила. В памяти всплыли недавние мысли о вызове на дуэль и о том, что лишь Крейд смог бы убить Говалхана в бою. Если так, то он прав, иначе нельзя. По-другому Говалхан не поймет.       — Да пребудет с тобой Сила, Крейд, — прошептал Эдор, глядя в небо. Джедайское напутствие казалось ему сейчас уместнее любого другого.

***

      «Будь он проклят, этот Балор! И все джедаи с ним!»       Пускай все шло по плану, лорд Говалхан не находил себе места. О самом ныне покойном Балоре он давно позабыл бы, если бы не последствия. Именно его смерть всполошила этого юного болвана, Фаэнема, с которым приходится теперь возиться. А главное — теперь все правда кончено. Да и Хаинн опять завел старую песню. Воистину, его мнения меняются так же быстро, как и лица.       — Так ли оно было нужно, Амар? — говорил он и теперь, пока они сидели в роскошном приемном зале. — Я имею в виду завод. Зря мудрили. Хочешь убить — убивай сразу, без затей, я всегда тебе это говорил и буду говорить впредь.       — Заткнись! — рявкнул лорд, вцепившись пальцами в волосы. — И без тебя тошно! К ситхам Фаэнема, тут проблемы поважнее. Что мне теперь, по-твоему, делать? Где взять эти координаты, где искать голокроны?       — А зачем искать? — отозвался ши’идо. — Пусть лежат, где лежат. Вот подоспеет хаттское оружие, и мы выжжем весь Арньек. Против обширного ядерного удара не устоит даже древняя ситхская мощь.       — Планета могла бы пригодиться, — фыркнул лорд. — Зачем поливать всю? Достаточно было бы точечных ударов. Тогда, к слову, могли бы обойтись и без ядерного.       — Зато после такого с нами точно будут считаться — не только местные и хатты, но и Республика, и ситхская Империя, и джедаи, и много кто еще. Понимаю, тебе жаль потраченного времени, сил и кредитов. Но пусть это будет нам уроком: не стоит возиться с этой гнусной породой, надо бить ее сразу, где можно и где нельзя.       Лорд не ответил: зачем сейчас думать об этом и напрасно терзать себя? Все кончено, и точка. Да, это неудача, первая за многие годы. Хотелось верить, что последняя. Здесь проклятый Хаинн прав: больше он не повторит столь глупой ошибки. Лучше уж заняться насущными делами.       Он машинально глянул сперва на хроно, потом на комлинк. Наемники давно должны были отправиться. Почему не звонят, не докладывают — не требуют награды, наконец? Или этот трус Фаэнем заперся в доме? Что ж, машина, которую эти нахалы вытребовали у него, вполне способна пробить любое окно или дверь. А потом будет достаточно пары гранат или детонаторов.       Не успел лорд Говалхан предаться приятным размышлениям о смерти досадной помехи, как Хаинн рядом зашипел, точно тука с прищемленным хвостом. В тот же миг собственные мысли лорда словно материализовались: огромное, в пол, окно разлетелось вдребезги под яростный шум двигателя.       Во все стороны брызнули осколки. Но лорд замер на месте, как и Хаинн. В зал на полном ходу влетел старый, потрепанный спидер. Днище его еще не коснулось пола, когда из него выскочил единственный ездок. При виде него лорд Говалхан, всегда считавший себя лишенным страха и совести, ощутил, что смотрит в глаза собственной смерти.       Высокий темноволосый молодой человек со шрамом от ожога на левой щеке спокойно шел к ним, держа в руке бластер. Не узнать его было бы трудно. Это был тот, чье тело, по словам крондрских надсмотрщиков, давно сгорело в заводской плавильной печи.

***

      Всполошенные городские улицы, полные криков, визга, суеты и отдаленного воя сирен, оставались позади. Крейд хмыкнул: еще бы, шум, который сегодня подняли у дома Эдора, не услышал бы только мертвец. Сам же Эдор, конечно, сделает все, как надо. Но это не столь важно. Важнее другое — хвала Силе, они со Скрефо поспели вовремя.       Крейд летел на спидере, точно бластерный разряд в цель, пренебрегая правилами дорожного движения. Несколько раз вслед ему неслись сердитые гудки и брань. Какой-то страж порядка, патрулирующий улицы, попытался остановить его, и Крейд мельком узнал Авержа, пожилого офицера СБ, который расследовал убийство Ваарика. Должно быть, и ему досталось, раз он сменил работу следователя на обычное патрулирование. Эти мысли тоже пришлось отбросить. Цель сияла впереди, как древний маяк на берегу моря.       «Я иду не мстить. Я иду вершить справедливость».       Трудно было подобрать подходящее сравнение для бурлящей кругом Силы. Сам же Крейд оставался спокоен в этом бешеном хаосе энергии, сдерживая вполне понятные эмоции. Слегка настораживало то, что он ни разу еще не сумел ощутить мастера Вастасиза. Но врагов своих он ощущал ясно, будто видел воочию. Обоих.       У Крейда было довольно времени, чтобы запомнить облик Говалхана в Силе. Сейчас милорд явно пребывал не в мирном расположении духа. Рядом с ним маячила та самая пустота, дыра в Силе, которая ощущалась в постоянно меняющихся спутниках лорда. Но сама пустота была одна, она не менялась. Как бы невероятно это ни звучало, это походило на одно существо с множеством лиц.       До особняка Говалхана оставалось не больше километра. Крейд сосредоточился на нем, на обоих врагах. Да, они здесь, за тем огромным окном, третьим в ряду второго этажа. Крейд налег на штурвал, набирая скорость, чтобы совершить задуманное. Мелькнула мысль, что избежать ранений не удастся, хотя Скрефо снабдил его потрепанной, но плотной синтекожаной курткой. Неважно. Высокая стена особняка вмиг осталась позади, как и недоуменные крики челяди. Транспаристаль окна сверкала на солнце. Крейд окутал себя плащом Силы и направил спидер прямо в окно.       Казалось, он не услышал треска, не почувствовал боли. Левая рука уверенно держала штурвал, в правую же сам собой прыгнул бластер. Машина грохнулась на мраморный пол в клубах дыма и душе искр — все же она не была рассчитана на подобные маневры, в отличие от бронированного спидера недавних наемников. На волне Силы Крейд выскочил из спидера и зашагал к сидящим на диване мужчинам.       Красивое лицо Говалхана исказилось от ужаса, в глазах застыл безмолвный вопрос: «Как, ситх побери?» Его товарищ, очень худой, нездорового вида, явно не был человеком. Именно от него исходило то самое ощущение пустоты, за которым Крейд гонялся так долго.       — Не может быть! — выдавил наконец Говалхан.       Он все же поднялся на ноги. Его серокожий товарищ двинулся было к нему, но Крейд махнул бластером. Воплощенная пустота застыла на месте, взгляд его пылал чистой, черной, многолетней ненавистью.       — Удивлены, милорд? — произнес Крейд, подходя еще на два шага. — Как видите, вы недооценили Силу. Порой она может делать и нечто подобное.       Он понимал, что в словах нет нужды. Зато есть вопрос без ответа, который он и намеревался задать. Но не успел.       Серокожий двигался, будто ожившая тень. Говалхан сунул руку в карман. Крейд взмахом левой руки остановил обоих. Молча он смотрел, как те судорожно дергаются, пытаясь пошевелиться. Лорд стрельнул взглядом в сторону маленькой панели в стене — видимо, там кнопка сигнализации. Мысленно улыбнувшись, Крейд тоже туда стрельнул — но уже из бластера.       — Напрасно, — сказал он. — Понимаю, милорд, честная борьба — это не ваше. Вы предпочитаете услуги наемников и палачей. Но сейчас правила мои.       На удивление, Говалхан овладел собой. Его лицо вновь исказилось — в глумливой усмешке.       — Решил толкнуть пафосную речь, прежде чем убить меня? — бросил он. — Давай. Только не слишком долго.       — Я вас не задержу, — в тон ему ответил Крейд. — Вы оба были бы уже мертвы, не будь мне нужен ответ на один вопрос. Где мастер Вастасиз?       Недоумение вернулось на лицо Говалхана, он с трудом удержал отвисшую было челюсть. Темные же глаза серокожего запылали огнем. Он и ответил — тихим, чуть шипящим голосом:       — Догадался, значит… — Он казался живым воплощением вселенской ненависти. Тонкие губы его злобно скривились. — Там же, где скоро будешь ты, Крейд-Арис Дэнессар!       Было бы трудно не понять этих слов. В душе Крейда взметнулось вихрем неистовое возмущение, отрицание, нежелание принять очевидное. Для того, чтобы потерять концентрацию, еще новую для него, хватило бы и меньшего.       Серокожий впрямь походил на тень. Он отпихнул напарника и метнулся за спинку дивана. Маленький бластер появился в его руке, как по волшебству. Разряды полетели, словно опережая само время. Но Крейд тоже умел опережать его.       Левой рукой он выдернул из ножен виброклинок. Отраженные выстрелы ушли в стены, в потолок, в целые еще окна. Серокожий стрелял с невероятной быстротой, и столь же яростно срывалось с его губ прежнее имя Крейда. Но оно уже не имело над ним власти, как две секунды назад. Последний отблеск прошлого растаял навсегда.       — Ты ошибаешься, — ровным голосом произнес он, отражая вихрь выстрелов. — Я — Крейд Балор.       Сейчас он в самом деле был им, был собой — тем, кем сделался за минувшие полгода странствий, испытаний и приключений. Зловещее осознание «слишком поздно», горечь потери, боль осиротевшего ученика растворялась в шквале выстрелов вокруг. И в этом хаосе Крейд по-прежнему оставался собой, оставался тверд и спокоен, удивляясь мельком сам себе. Он готов был броситься вперед, улучив момент, когда произошло то, что должно было произойти.       Один разряд — выпущенный врагом или же отраженный Крейдом — угодил в топливный бак помятого спидера.       Говалхан, уже успевший подняться на ноги, тоже схватился за собственный бластер. В пылу ярости он подался вперед, надеясь вместе с напарником уничтожить врага огнем. В тот же миг спидер взорвался.       Крейд ощутил опасность и отдался волне Силы, которая отбросила его назад. Он успел заметить, что диван опрокинулся, а оба его противника разлетелись в стороны. Сам он тоже не удержался на ногах: взрывная волна швырнула его в разбитое окно, из которого еще торчали осколки транспаристали. Боль от новых порезов не помешала ему удержать концентрацию. Он приземлился почти удачно — набок, перекатился и вскочил на ноги. Выпавший из руки в полете виброклинок валялся рядом, бластер же остался там, наверху.       В доме оглушительно взревела сигнализация. Двор давно опустел, и это было хорошо. На миг Крейд задумался, что же делать: один он при всем желании не справится с многочисленной челядью Говалхана. В судьбе же самого лорда он не сомневался. Его след в Силе угас.       Звуки с улиц Талеи дошли до Крейда, будто сквозь плотный туман. Пронзительно верещали где-то сирены СБ, кричали перепуганные горожане. Когда же в небе раздался странный рокот, заставивший Крейда задрать голову, он так и застыл на месте, теряясь в догадках. Ибо на бортах трех кораблей, что садились на посадочной площадке особняка, виднелись эмблемы Республики и Ордена джедаев.       Приземлившиеся корабли вытянули трапы, которые загрохотали под десятками ног. Изумленно смотрел Крейд на всевозможных существ, мужчин и женщин, — в просторных мантиях поверх брони или же в одной броне. У всех в руках пламенели разноцветные мечи: синие, зеленые, желтые, серебристые, оранжевые. Некоторые были людьми, некоторые изумили Крейда еще сильнее. Стройная женщина с удлиненным черепом, с которого свисали густые черные волосы. Необычайно красивый, совсем юный на вид мужчина с острыми, как у арканианцев, ушами, но более изысканными чертами лица. Еще один мужчина, аскетического вида, с повязкой на глазах. Существо, похожее на сердитого фелинкса, с буроватой шерстью. Юноша и девушка, неразличимые, как близнецы, с серебряными волосами и кожей. Еще одно создание, ростом выше двух метров, напоминало ходячий цветок. Усилием воли Крейд погасил свое любопытство. Раз уж прибыли джедаи, его место — рядом с ними. Возможно, они тоже ищут мастера Вастасиза.       «Возможно», — зашелестел в его душе тихий голос надежды, — «еще не слишком поздно».       Несколько джедаев двинулись в обход дома, прочие — к дверям. Одна из фигур — низенькая, похожая на какого-то грызуна, опустилась на пермакрит в позе для медитации и закрыла круглые черные глаза.       Основная группа джедаев направилась к главному входу. Их вел осанистый пожилой человек ростом не ниже Крейда, но чуть ли не вдвое шире. Длинные седеющие русые волосы и борода обрамляли гордое аристократическое лицо. Из-под роскошной мантии виднелись блестящие доспехи, в руке полыхал зеленый клинок. Именно к этому человеку — видимо, старшему из мастеров, а может, и лорду, устремился Крейд, подхватив с земли оружие.       — Мастер!       Идущая плечом к плечу с лордом-джедаем очень красивая золотоволосая девушка изумленно вытаращилась на Крейда. Еще двое джедаев, те самые близнецы с серебристыми лицами, шагнули вперед, нахмурившись. Бледно-голубой свет их клинков отразился в волосах и коже.       — Кто ты такой? Что тебе нужно?       — Отойдите, — властно приказал лорд-джедай.       Его серо-голубые глаза внимательно изучали Крейда. В тот же миг он ощутил прикосновение Силы: джедай проверял его. Таить ему было нечего, и он открылся.       — Не трогайте его, лучше ступайте к дому, — велел своим лорд-джедай, а сам перевел по-прежнему внимательный взор на Крейда. — В тебе мощно проявляется Сила, но ты не джедай и не ситх. Кто ты?       — Мастер… — начал Крейд, но его перебило сердитое шипение светловолосой девицы: «Барон Вакаур!» — Простите, милорд. Я потом объясню, кто я такой, сейчас же поспешите, пока он не ушел.       — Он? — переспросил барон, знаком велев девице следовать за прочими. Она неохотно повиновалась.       — Помощник лорда Говалхана — сам лорд, похоже, погиб. Но есть еще это странное существо с серым лицом, он не человек, он как пустота в Силе. У них в плену мастер Вастасиз, быть может, вы знаете это имя…       — Идем. — Не прибавив больше ничего, барон сделал Крейду знак следовать за собой.       …Сопротивление оказалось яростным — и все же напрасным. Джедаи арестовали всех уцелевших слуг Говалхана — их осталась едва ли половина. Прочих сейчас выносили из тех комнат и коридоров, которые они недавно превратили во временные крепости. По приказу барона один из челядинцев показал дорогу к той самой зале, где Крейд застал сегодня Говалхана и его таинственного помощника.       Лорд Говалхан там и оставался — покинуть залу он уже не мог. Он лежал навзничь с неестественно вывернутой шеей, одежда его была опалена взрывом, в уголках рта бурели пятна крови. Здесь же валялись остатки разбитой мебели и самого спидера — виновника взрыва. Но второй труп отыскать не удалось.       — Это и есть лорд Говалхан? — спросил барон у Крейда, которого не отпускал от себя. — Я чувствую здесь нечто странное.       — Я тоже, милорд, — ответил Крейд. — Кажется, что он сломал шею при неудачном падении. Но… Я не знаю, как сказать, но что-то здесь не так. Это существо — худое, с серой кожей… Не знаю, как оно называется. От него исходила пустота, словно его вообще нет в Силе. Я пробыл некоторое время в плену у Говалхана, и я ощущал подобное от нескольких существ. Они были разными по виду, но манеры и облик в Силе одинаков. А такой ненависти, как у него, я никогда прежде не встречал.       Барон одобрительно кивал на каждое его слово, хотя и хмурился. Чуть подумав, он пояснил:       — Скорее всего, это был ши’идо — лицедел, оборотень. Надо будет проверить всех арестованных и погибших. А ты молодец, Крейд Балор, у тебя довольно проницательности. — Барон хлопнул его по плечу тяжелой рукой и велел ему вместе с девицей — оруженосицей — снести вниз труп Говалхана.       Пока Крейд спускался со своей ношей, девица не сводила с него буравящего взгляда. Она отлично умела владеть собой и держать лицо, так что трудно было понять, что таится в ее глазах — зависть, подозрительность, неприязнь или что-то иное. Гадать Крейд не стал, да и не хотел. Ему предстояло еще одно испытание, страшное и неприятное, но миновать его нельзя.       Придется спуститься туда, вниз, где он столько дней страдал, не подозревая о судьбе учителя.       Крейд готов был сорваться с места и бежать туда прямо сейчас. Но воля барона держала его, как и всех прочих. Держало и нечто иное, странное, непривычное — оно исходило от того маленького существа, все еще сидящего и медитирующего у корабля. Крейд знал о боевой медитации от учителя, но ни разу не видел ее в действии. Воистину, мощь Силы безгранична, думал он, пока заканчивал свою тягостную обязанность и нес тело врага на улицу.       Там уже бурлили страсти. Весь двор заполонили спидеры СБ, кругом носились бесполезные теперь сотрудники, а несколько офицеров ожесточенно спорили с бароном. Золотоволосая девица — Ксита — при виде них не удержалась от гримасы и насмешливого жеста, постучав по лбу. Видимо, офицеры еще не знали, с кем связались.       — Я все понимаю, мастер, — говорил один, то и дело разглаживая шикарные седеющие усы, — но не кажется ли вам, что вы с вашими людьми несколько превысили полномочия? У вашего Ордена нет штаба на Талае, как нет и власти. Не хочу быть неучтивым, но ваши действия, мягко говоря, противозаконны.       Барон взирал на него, словно на назойливую лиет-мушку или на кучку дерьма. Казалось, он размышляет, отвечать этому ничтожеству или нет. Все же ответ прозвучал — впечатывая каждым словом всю талейскую СБ глубоко в грязь:       — Я — барон Трод Вакаур, лорд-джедай сектора Фильве и глава штаба на планете Фенн, если вам это неизвестно, офицер. Я уполномочен присматривать за порядком в этом секторе гранд-мастером Ордена джедаев и мог бы предъявить соответствующие документы, будь в том нужда. На Талае имеет место грубейшее и серьезнейшее нарушение порядка, о котором вы пытаетесь втолковать мне. Причем имеет место давно, включая убийства, похищения и коррупцию. Следуйте за нами и сами убедитесь в этом. Я предоставлю вам доказательства.       Крейда слегка покоробил тон барона — слишком уж надменно тот говорил с офицером, пускай и купленным с потрохами покойным Говалханом. Но упоминание доказательств заставило позабыть обо всем.       Что бы ни говорил барон, доказательства должен найти он сам.