Неэтичный психиатр

Сама непредсказуемость и парень с тупыми, а порой не совсем уместными, шуточками. Так Итэр мог описать Аратаки Итто. Второго постоянно клиента, относящегося к категории «нелюдь». Если Горо — милый пушистик. Итто — самый настоящий чёрт. Рога входили в сделку. Увидев его впервые, Итэр задумался о своём посещении в церковь. Когда в последний раз это было? Ранее ему не доводилось контактировать с подобными представителями. А позже он привык. Секс не особо и отличался от секса с человеком. Разве что, Итто вышел крайне выносливым физически. Другой вопрос — откуда брал финансы? С работой у молодого рогатого мужчины не ладилось. Однако, всегда находил нужную сумму на оплату услуг. — Смотрите, кто пришёл. Итто встретил у порога, демонстрируя подкаченное тело, — о футболке явно не слышал, — и белозубую улыбку. С восстановленным зубом. В последнюю их встречу, с правой стороны сверху, второй зуб от центра, отсутствовал. Смешно было слышать шепелявость. А уж лицо óни в момент оргазма… Итэр смеялся как припадочный. — Я тоже рад тебя видеть. Соскучился? — А то как же, — с самодовольной ухмылкой Итто опустил взгляд вниз. Итэр проследил. Намёк самый, что ни на есть, толстый — Аратаки был в свободных штанах, но выпуклость заметна. А когда они спадут — перед глазами предстанет стенобитный таран. По другому не назвать. Итэр всегда брал передышку после встречи с óни, потому как на восстановление задницы уходило приличное количество времени. И всё же, секс с обворожительным чёртом того стоил. — Вижу, да. — Я весь истомился в ожидании тебя. Там, на шёлковой постели… в шёлковых чулках. Ждал и готовил себя. Дождавшись пока Итэр приблизится, Аратаки схватил его в медвежью хватку. В огромных руках, парень всегда ощущал себя куклой. Да. И играть с ним будут долго и основательно. — Ты и в чулках? — удивленно вскинул брови, усмехаясь. — Я обязан это увидеть. — Ну так вперёд в постель! Там всё и увидишь. По секрету, — наклонился и горячо зашептал на ушко, — я всё ещё в них. Неиссякающему энтузиазму можно только позавидовать. Порой Итто казался беззаботным неунывающим подростком в теле огромного массивного человека. Это его умение давало как хорошие плюсы, так и сильные минусы, главным из которых была несерьезность в важные моменты. Это и причина отсутствия стабильной работы. Большая часть его знакомых не понимала óни и кидала. Другая часть не понимала, но терпела. А третья сама была не лучше — связанная с преступной деятельностью. Итэра можно было причислить ко второму кругу. Как только у Итто появлялись деньги, то после возврата долгов и откладывания себе на жизнь, он писал ему, Итэру. В некотором роде, это даже мило. Насчёт чулков Аратаки не соврал. Чёрные, гладкие, узорчатые… и смотрелись не плохо! Несмотря на габариты мужчины, они действительно преображали. — Одобряю. Такие бы и я себе прикупил. — Тогда как насчёт следующий встречи в том же образе, детка? — довольно протянул мужчина, покрутившись несколько раз перед взором дорогого гостя, а потом сел на край постели, демонстративно, точно сексапильная леди, раздвигая ноги. — Я весь твой. — Да уж вижу, что мой. Хорошо вижу, — усмехнулся Итэр, устраиваясь возле его ног. Многие мужчины отвалили бы кучу денег, чтобы отрастить себе такой агрегат. Или… хотя бы близко. Но мало кто думал, каково принимать такой. А также умело доставлять партнёру удовольствие, имея в наличии настоящее оружие массового поражения. — М-м, обожаю, когда ты начинаешь с язычка. Ну, как тебе леденец со вкусом ананаса? Надолго заткнуться — это не тот случай. Аратаки не был бы собой, если бы не стал нахваливать, комментировать и что-то уточнять. Вкус Итэр и правда чувствовал. Клиент его хорошенько подмылся, мускус не перебивал запах геля со вкусом ананаса. — Не боишься, что откушу? Не смеши меня. Неудобно сосать и смеяться одновременно! — Принижаешь свои способности? Да ладно, я уверен, что ты можешь сосать, смеяться и одновременно с этим рассказывать анекдот о ананасах с набитым ртом. — Да чтоб тебя…! Продолжать Итэр больше не мог, ему требовалось отсмеяться. Дав себе несколько секунд, он снова принялся за дело, записав себе на подкорку, прикупить кляп для неугомонной личности. В противном случае, далеко они не уйдут. Хотя если Итто не согласится — ничего не сделаешь. Правила игры пишет не Итэр. Всё в руках клиента, несмотря на желание последнего, иной раз, побыть любимой игрушкой. А кляп во рту только украсит образ. Ох, Итэр был уверен — Итто прелестно будет мычать от удовольствия. Этот бычок… очень страстный, когда на пределе. А доводить его до предела — отдельное удовольствие. Конечно, спустя пару часов после яркого, мощного и бурного секса, бёдра сильно негодовали, но Итэр не жалел и готов был продолжить в том же духе после восстановления. — Какой всё-таки широкий рот, когда с виду кажется иначе, — восхитился Итто, во время небольшой паузы Итэра гладя пальцами по губам и слегка проталкивая их в жаркую глубину, — златовласка, ты делаешь моего солдатика даже слишком деревянным. — И тебе это в кайф, — нахально ответил парень и провёл языком по подушечкам пальцев. Главное, сильно не брать в рот. Пораниться о длинные чёрные ногти — раз плюнуть, — ну как, солдатик готов идти в бой? — Ещё как готов! — оскалился óни, показав идеальную работу стоматолога. Итэр удивлённо воскликнул, когда его, как ребёнка, подняли за подмышки и усадили на колени. Он задницей ощутил крепкий агрегат мужчины. Вся нужная подготовка проведена, можно хоть сейчас принимать. Однако, никакая подготовка не могла полностью обеспечить комфорт. Никакой заменитель не способен дать те же ощущения, что и живой орган. Итэру придётся потерпеть, прежде чем секс станет легче и приятнее. — Опять вижу сомнения на этой мордашке, — мужчина слишком уж ласково провёл длинными ногтями под подбородку, — что такое? Ты не до конца подготовлен? — Всё отлично, — отмахнулся эскортник. Проблемы с принятием крупного члена никак не касались клиента. Итэр потерпит, не впервой. — Входи. — Не, детка, я передумал. Итэр не просто удивился, он в шоке воскликнул и почти спросил «Какого хрена?», когда Итто, с его-то силищей не удивительно, через себя перекинул, устроил на постели, а сам устроился между ног, быстро избавляясь от всего лишнего. — Мы эту попку как следует подготовим. Помнишь ведь, твой временный мачо чувствует, когда ему что-то недоговаривают или лгут. Да, моя хорошая, — проворковал, обращаясь к заднице вытаращившего глаза парня, — папочка Итто позаботится о тебе. Растянет и смажет как надо. В тебе явно давно не было длинного, юркого языка. Мы это исправим. Несмотря на склонность преувеличивать, сейчас Итто описал качества языка максимально приближённо к правде. Итэр убедился в этом уже через несколько секунд, не сумев сдержать вскрика. Всё верно. Из клиентов почти никто не играл с его анусом ртом. Эскортник был готов поспорить — Итто не может держать язык за зубами, потому что он слишком длинный. Ему мало места во рту. А что óни им творил… Итэр скулил и цепляться в покрывало, боясь улететь за грань. Невозможно такое… обычному человеку невозможно… — Просто услада для ушей. Эй, детка? — мужчина играючи лизнул мошонку и нежно укусил за ляшку. — Если я запишу твои стоны и скуления, как думаешь, получится классная звуковая дорожка? — Н-не знаю, — пролепетал Итэр, с трудом соображая. Аратаки увлекался битбоксом и Итэр в нём кое-что смыслил. Но эти звуки предпочёл бы оставить без свидетелей. Хотя для личного пользования Итто, может, и согласился бы на запись. — Офигенная, — за двоих ответил, довольный до безобразия, и продолжил исследования прекрасных глубин с последующим растягиванием. Пальцы если и пытался вставить, то очень осторожно, ведь ногти могли причинить вред. А нанести вред эскортнику — дополнительная плата. А денег у Аратаки впритык. Поэтому он не стал испытывать судьбу. Да и в целом его план сработал — дорогой гость расслаблен и готов доставлять удовольствие. Его прекрасные стоны можно считать авансом. — Ну что, поцелуешь после того, как мой язык побывал в твоей чудной заднице? — спросил, когда подтянулся на руках и оказался на уровне лица покрасневшего, давно вспотевшего парня. Его вид безумно заводил. Головка уже тёрлась о вход, готовая к вторжению. — Я чистый, не жалко. Бесполезная болтовня Итто — тоже своеобразная часть ритуала. Местами раздражается, чувствуется лишней, неуместной, ломающей удовольствие, а бывает очень подходящей, добавляющей страсти и больше желания. Поцелуй был так же хорош, как и римминг. Язык Итто, этого соблазнительного чёрта, которого хотелось схватить за рога и вдавить в себя сильнее, был слишком офигенный. До безобразия длинный, умелый и горячий. Мысль о рогах стала ярче и Итэр не стал себе отказывать. Ощущения оказались весьма интересными. Конечно, не сравнится с пушистыми ушками и хвостиком Горо, но их гладкость приятна. — М, нашёл за что подержаться? — ухмыльнулся Аратаки и изобразил быка, мотающего головой. — Не стесняйся, детка, они крепкие. Выдержат сильную нагрузку. — Конечно. Уж брать, так за рога! Соблазнительно улыбнувшись, Итэр прижал óни к своим губам. Самый лучший способ обогатить ощущения от проникновения. Толстая, крепкая головка раздвинула податливые стенки. Парень громко застонал от сильных ощущений и едва не задохнуться от того, что язык стал творить в его рту. А что с ним делали чертовы пальцы Итто… чувственно тёрли и пощипывали набухшие соски. Но, будто этого мало, член всё сильнее и дальше проникал, дюйм за дюймом. Расширение приносило больше дискомфорта, но Итэр по-извращенски начал балдеть от неё. Такая заполненность приводила его в восторг. Итто проникал в него сразу с двух сторон — таранил в зад и трахал рот. Невыносимый, горячий чёрт! Ему самому стоило платить за невероятный секс. Немножко привыкнуть к размерам и специфичности партнёра — и дорога к удовольствию всегда открыта. В горячих руках Итэр плыл, только и успевая двигаться навстречу, да поддерживая нужную глубину. Хотелось получить оргазм, принимая до конца и ощущая его бёдра своими. Неважно, находясь внизу или объезжая Итто, как быка на родео. Он бы катался как угодно. И всё-таки клиенту больше понравилось родео. С нижних позиций, Аратаки открывался прекрасный вид. Итэр раскрывался во всю ширь, продолжал ласкать слух сладким, не сдерживающим голосом и стимулировал своей восхитительной задницей большой член мужчины. Итэр ощущал себя хрупким, почти фарфоровым, в руках óни. Но всё же в его теле скрывалась небывалая энергия, которая восхищала Итто. С ней он успешно мог вынести жёсткий напор, ответить и подарить оргазм. — Теперь нам обоим есть за что подержаться, а? — через тяжёлое дыхание, уже чувствуя приближение, проговорил Итто и оскалился, чуть сильнее натягивая тугую косу парня на руку. — Ты невероятный, детка. Когда будешь готов для повтора, распусти свои волосы. Зароюсь в них лицом и буду делать так- Мужчина вновь спародировал быка, который, якобы, трётся головой о что-то, от чего Итэр подавился стоном-смехом. Чёртов Аратаки опять за своё взялся! — Давай, бычок, сильнее! Сбрось, если посмеешь!  После «взятия на слабо», Итто точно не удержится и будет сверлить, как отбойный молоток. Чтобы потом взорваться, бурно заливая контрацептив. Итэр буквально потерял связь с реальностью. Эта долбёжка и дикий пульс стучали в ушах, сердце, в теле… И не утихали, пока не приблизился финал. Парень выгнулся до хруста позвонков. Итто сжал его крепко-крепко, почти до боли, и резко свалил с себя. Безвольной куклой, Итэр распластался на смятой постели, содрогаясь… задыхаясь… и плавясь. Словно вышел из центра торнадо и выжил. Что-то невероятное… На время он позабыл где находится, провалившись в обволакивающее небытие, наполненное плотной негой. — Вот это ка-а-айф! — блаженно простонал Итто и рухнул рядом. От его немаленького веса гость, такой хрупкий, почти подлетел. — Детка, ты как наркотик. Можно мне двойную дозу? — На такого великана, как ты, одной и впрямь мало, — согласился Итэр, не сразу ответив, — только дай дух перевести… — Я не только дух дам перевести, но и коктейльчики нам сделаю, — задорно подмигнул мужчина и хлопнул несильно по животу парня, прежде чем подняться, — десять минут, детка, и ты повторно взлетишь на небеса! Прокричал уже на выходе. — Жду! — отозвался Итэр, довольно улыбаясь. Многих пугал Аратаки Итто своим сходством с быком, а то и демоном. Но только Итэр знал, что на самом деле он — великовозрастный шутливый ребёнок, который очень любит полакомиться. Пусть и по-взрослому.