Божество

      Вэй Ин нервно втянул воздух, когда его талию обхватили большие горячие ладони, трогая явно с недвусмысленными намерениями.              — Стоп… нет-нет, погоди, — Вэй Усянь, предчувствуя неладное, попытался отстраниться от настойчивого Лань Ванцзи, всем своим естеством ощущая, что ничем хорошим всё происходящее не закончится, если он сию же секунду не придумает какую-нибудь весомую отмазку.              Ванцзи медленно отстранился от красного уха омеги и, посмотрев в светлые глаза Сюаньюя, наклонился прямо к его манящим губам.              — В чём дело? Как ты уже должен был понять, отказать мне у тебя не выйдет.              — Я… я ещё не до конца восстановился после больницы. Я же сбежал оттуда! Я ещё нездоров.              Председатель Лань наклонил голову в сторону, на секунду всерьёз задумавшись над словами Мо Сюаньюя.              — Вот значит как? Вообще-то ты выглядел более чем здоровым всё это время, — альфа раздражённо вскинул бровь. — Ну, ладно. Тогда не будем заходить до конца. Простой минет меня вполне удовлетворит.              Вэй Ин хотел было облегчённо вздохнуть, но последнее предложение, прозвучавшее из уст Лань Чжаня слишком уж непринуждённо для такой ситуации, повергло его в шок. Чего-чего он хочет?!              Усянь судорожно размышлял над тем, как бы помягче ему отказать, но, ощутив короткий поцелуй в переднюю часть шеи, невольно издал тихий стон. По всему телу разбежались мириады крупных мурашек, заставив Вэй Ина заметно вздрогнуть.              «Откуда такая чувствительность? Охренеть! Нет-нет-нет, не может быть, чтобы такое прикосновение было мне приятно! Он же... альфа... »              Вэй Ин зажмурился и плотно сомкнул губы, едва сдерживая очередной стон наслаждения — Лань Ванцзи провёл горячим длинным языком по внутренней раковине уха, в открытую соблазняя омегу. Самое ужасное в этой ситуации было то, что Вэй Ин реагировал на все его провокативные действия именно так, как тот того и хотел.              В нос ударил приятный, не подавляющий, но искушающий аромат феромонов со специфическим запахом сандала. Впервые Лань Чжань использовал свой феромон мягко и нежно, возбуждая податливого омежку, а не до смерти запугивая. Вэй Ин мелко задрожал, когда Ванцзи прикусил мочку левого уха.              «Чёрт возьми! Что творится с этим развратным телом?! Почему у меня уже встал?» — мысленно вопил Вэй Ин, всё ещё пытаясь руками отстранить мужчину от себя, но его твёрдая словно скала грудь никак не поддавалась давлению со стороны Усяня. Его сил попросту не хватало, чтобы отпихнуть альфу. Да и не мудрено: Лань Ванцзи был на голову выше, крупнее и в несколько раз сильнее.              «Чёртовы феромоны… просто охренеть можно…» — Вэй Ин начинал постепенно терять возможность трезво мыслить. Никогда прежде он не попадал в подобную ситуацию, и хотя сейчас Усянь был всецело против, с течением времени начинал понимать, что весь этот процесс и правда может быть довольно приятным.              Вэй Ин даже не понял, как и в какой момент он оказался стоящим перед Лань Ванцзи на коленях.              «Что? Что происходит?» — Вэй Усянь попытался отоползти назад, но Лань Чжань, грубовато схватив его за волосы, приблизил омежье лицо к своему выпирающему паху.              — Соси.              Этот приказной тон, по-хорошему, должен был бы напугать Вэй Ина, но вместо этого омега недовольно нахмурился и поднял взгляд вверх.              В прошлой жизни ему нечасто приходилось делать кому-то минет, а если такое всё же случалось, то только омегам с достаточно скромными размерами. Вообще-то, можно было смело сказать, что Вэй Ин полный профан в сексе. Его опыт, несмотря на всю прошлую жизнь в роли альфы, был достаточно ограниченым по самым разным обстоятельствам и причинам.              Вэй Ин искренне не понимал, что он сейчас должен делать, а главное как. Ванцзи, начиная терять терпение, сам расстегнул ширинку и, вытащив возбуждённый член из штанов, провёл влажной головкой по щеке Мо Сюаньюя. Тот, в ужасе распахнув глаза, отодвинулся в сторону и схватился за испачканную предэякулятом щёку, словно его только что не член коснулся, а склизкий слизняк.              Лань Ванцзи с интересом смотрел, как омега, просто обожающий делать минеты альфам с внушительными размерами, сейчас с нескрываемым отвращением вытирает свою щёку и явно пытается снова отползти от альфы подальше. Ванцзи никогда не мог похвастаться отличным терпением, поэтому, решив более не сдерживать себя, позволил своим феромонам заполнить всю комнату. Если Сюаньюй не хотел доставлять ему удовольствие по-хорошему, значит, он сделает это под давлением собственных инстинктов.              Усянь, распахнув глаза, коснулся низа своего живота и тихо застонал, не зная, куда деться от обволакивающего запаха столь манящих феромонов, из-за которых его тело действительно начинало сходить с ума. Самое ужасное в этой ситуации — он стал влажным сзади.              «Так вот как чувствуют себя омеги, когда возбуждаются! С ума сойти можно…»              — Соси, — снова повторил Лань Чжань, но уже громче. — Я ненавижу повторять что-либо дважды, так что тебе стоит запомнить это.              Он схватил Усяня за волосы и заставил вновь приблизиться. У Вэй Ина голова шла кругом, он находился буквально в полусознании, поэтому, не соображая, что вообще творит, широко открыл рот, поддавшись затуманившему мысли желанию. Лань Чжань, обхватив основание члена рукой, толкнулся в горячий влажный рот, как вдруг его пронзило жуткой болью.              — Агх! Нгх! Блядь! Ты что творишь?!              Лань Чжань резко отпихнул Вэй Ина от себя, чувствуя, как в уголках глаз собираются слёзы. Мо Сюаньюй, мать его, укусил его за член!!!              Вэй Ин с широко распахнутыми глазами часто моргал, словно он вообще был не при делах. Лань Ванцзи, учащённо дыша, даже не мог найти, что сказать, чтобы в полной мере выразить своё недовольство. Боль постепенно отступила вместе с возбуждением. Заправив полуопавший член в трусы, он застегнул пуговицу и ширинку.              Вэй Усянь так и остался сидеть на пятой точке в полном недоумении.              — Ты… ты просто… — Лань Ванцзи, плотно стиснув зубы, резко развернулся, всё ещё не веря в то, что ему действительно отказали в оральном сексе подобным образом. Никто из его партнёров никогда не решался на что-то настолько безбашенное, ведь все понимали, что именно Лань Ванцзи за человек.              — Постой! Лань Чжань! — вдруг выкрикнул Вэй Ин, резко поднимаясь с пола.              «Как он может так спокойно звать меня по личному имени? Да ещё и после того, как чуть не откусил мне член. Он что, считает, что он бессмертный?!» — Лань Ванцзи был в бешенстве, но не мог и пальцем тронуть Мо Сюаньюя из-за его туманной связи с Вэй Ином. Однако только это давало омеге карт-бланш на любое, даже самое вызывающее поведение. Он был готов к отказам, но вот разрывать контракт совершенно не хотел, ведь Мо Сюаньюй сейчас являлся чуть ли не единственной спасительной соломинкой для него.              Ванцзи, резко остановившись в дверном проходе, повернул голову назад, ожидая, что же этот безобразный омега скажет ему после того, что сотворил.              — Я… — неуверенно начал Усянь, — я хочу кушать.              Лань Ванцзи раздражённо потёр переносицу. Он действительно не мог поверить в то, что Мо Сюаньюй думает о еде в такой ситуации.              «Ну правда, он совсем не походит на себя прежнего. Это же не мои галлюцинации, Су Шэ тоже ведь это видит. Его будто подменили в больнице. Может, у Сюаньюя есть брат-близнец, о котором никто не знает?» — Лань Чжань начал строить самые разные теории в уме, потому что не мог найти объяснение выходкам теперешнего Мо Сюаньюя. Неужели клиническая смерть так сильно меняет людей?              — Лань Чжань? Ты чего молчишь? Обиделся? Ну прости, это всё как-то неожиданно было, и я же тебе с самого начала сказал, что ещё не восстановился после случившегося. Я не люблю, когда меня к чему-то принуждают.              — Я понял. Замолчи уже, — нервно пробормотал Лань Ванцзи.              — А что там насчёт еды-то?              — Хм… Внизу столовая. Попроси прислугу передать на кухню заказ.              — Ох… понятно. Так и сделаю. Спасибо.              Лань Ванцзи, ничего не ответив на его слова, покинул спальню Мо Сюаньюя донельзя растерянный.