Божество

      Вэй Ин задумчиво водил пальцем по меню элитного японского ресторана. Для них был выделен отдельный небольшой зал с низким столом без стульев. Ванцзи сидел рядом и пялился в телефон.              — Брат опоздает. Попал в пробку.              Усянь потянулся к стакану с водой и отпил оттуда, он немного волновался. У него у самого был брат, и хорошим человеком его назвать было довольно трудно. Вэй Ин знал, что Лань Сичэнь совершенно не такой, но он всё равно переживал, что что-то может пойти не так.              — Кстати, утром Су Шэ написал мне, что твои документы по поводу смены имени уже были поданы на рассмотрение.              Усянь удивлённо кивнул, не ожидая, что можно что-то такое провернуть без его участия в бюрократических госучреждениях. По правде, из-за этой чёртовой течки он довольно долго пробыл в комнате Лань Чжаня. Три дня самой течки впоследствии сменились на ещё три дня восстановления после неё.              Зато теперь Усянь немного реже смущался перед Лань Чжанем: всё-таки тот видел все его интимные места ещё даже до попадания Вэй Ина в это тело. Смириться с подобным положением вещей было сложно, но можно. К тому же Усянь каким-то образом довольно легко ко всему адаптировался. И если поначалу он сталкивался с одними лишь минусами жизни в качестве омеги, да ещё и к тому же рецессивного, то сейчас он, в общем-то, был всем доволен.              — Может, стоит заказать что-нибудь сейчас, чтобы когда твой брат пришёл, всё было уже готово?              — Мгм.              Вэй Ин улыбнулся и, положив голову на плечо альфе, задумчиво провёл пальцем по изображениям некоторых острых японских блюд.              — Хочу…              — Так возьми.              — Слишком калорийно, жирно и остро. А я хочу все-таки вести здоровый образ жизни…              — Тогда возьми вот этот суп, — он ткнул пальцем в меню на блюдо, которое было отмечено значком острого перца сбоку. На фотографии суп выглядел очень даже аппетитно.              Вэй Ин обрадовался и, взяв меню в руки, закивал.              — По составу ничего так. Лань Чжань, ты гений!              Ванцзи, улыбнувшись, наклонился и поцеловал Вэй Ина в висок, сдерживая себя от какого-либо продолжения поцелуев только потому, что они находились в общественном месте.              Вскоре к ним зашёл официант. Ванцзи немного разошёлся и на радостях заказал практически половину всех блюд, которые имелись в меню ресторана.              Вэй Ин не останавливал его: что-что, а поесть он и правда любил. Правда не так сильно, как выпить. Но теперь, после его решения завязать с алкоголем, который отравлял ему жизнь, ему было намного легче даже просто-напросто дышать.              — Лань Чжань, знаешь, теперь, когда я об этом думаю… У меня ведь была очень сильная алкогольная зависимость. Я не представлял и двух дней без выпивки. Мне становилось плохо, когда я прекращал выпивать. Синдром отмены давал о себе знать, поэтому я спасался пивом или любым другим слабым алкоголем. Смешно, но один раз я попытался завязать с выпивкой, потому что один из малышей сказал, что от меня воняет. Я продержался четыре дня. Я не мог ни о чём думать, кроме как о выпивке. Я не выдержал и напился почти до смерти с горя… Но даже после ужасного похмелья всё равно довольно скоро вернулся к бутылке. Она-то меня и сгубила.              Вэй Ин тяжело вздохнул и, покачав головой, посмотрел на задумчивого Лань Ванцзи. Тот не знал, что сказать, потому что в утешениях он был по-настоящему плох.              — Всё в порядке сейчас, Лань Чжань. Я просто рад, что сейчас у меня совсем нет никакой тяги к этому всему. Захотелось поделиться почему-то… Мне в моей прошлой жизни особо не с кем было обсудить эти проблемы, если быть честным. Знакомых — много. Друзей или родственников... никого. Мне до сих пор непривычно, что я могу на кого-то положиться, кому-то пожаловаться или… или даже просто с кем-то обняться.              Вэй Ин распахнул глаза, когда Лань Ванцзи вдруг обхватил его талию руками и, приподняв, усадил на свои колени и довольно крепко, но нежно обнял.              — Спасибо, что делишься этим со мной. Я очень это ценю, Вэй Ин. Я рад, что ты смог так легко принять меня, несмотря на моё ужасное отношение к тебе в самом начале.              Усянь тяжело вздохнул и прижался к альфе сильнее, стараясь привыкнуть к этим постоянным тактильным контактам, от которых он, признаться честно, был без ума.              — Ну… что было, то прошло. Я ведь тоже не совсем правильно поступал когда-то… Мне очень жаль, что я уехал тогда, ничего не объяснив. Я обещал, что буду приглядывать за тобой, а сам…              Ванцзи не ожидал, что Усянь всё-таки поднимет эту тему. Она была болезненной для А-Чжаня, когда он был ещё подростком, но с годами эта обида полностью прошла, а до Ванцзи дошло, что он должен был быть благодарен своему спасителю просто за то, что тот спас его. Это потом, когда Ванцзи получил власть и стал председателем, он понял причину поступка своего благодетеля и какие-либо следы обиды полностью истёрлись. Было лишь нестерпимое желание скорее увидеть его и помочь по возможности.              — Всё в порядке, правда. После ремиссии я был очень занят школьными делами, а там недалеко и поступление в университет было. К тому же врач, который наблюдал меня, был довольно хорошим.              Вэй Ин покачал головой, зная, насколько важно было его присутствие в жизни Ванцзи. К тому же, с таким-то дядей.              — И всё-таки… Обещание есть обещание. Я его не выполнил и, переехав, даже никак не связывался с тобой. Мне очень жаль, правда.              — Я же был не единственным больным ребёнком, которого ты лечил. Совершенно нормально, что ты прекратил связываться со мной, потому что твоя работа была уже сделана. Ты добился стойкой ремиссии и никогда после у меня не возникло рецидива, хотя побочные эффекты болезни сохраняются и по сей день.              — Лань Чжань… — растерянно прошептал Вэй Ин, посмотрев в янтарные глаза, в которых плескалась нерастраченная нежность.              — Главное, что сейчас я твой единственный, хоть и не пациент. Ведь так?              Усянь, смутившись, не нашёлся с ответом, поэтому неуверенно кивнул. Ванцзи хотел было поцеловать своего омегу в губы, но вдруг сёдзи раздвинулись и на пороге встал тяжело дышащий Лань Сичэнь, застывший в дверях.              Усянь, сообразив, что сзади него находится брат Лань Чжаня, резко слез с коленей альфы и, поклонившись, исподтишка взглянул на удивлённого мужчину, начавшего поправлять свой галстук, тщетно пытаясь его ослабить.              — Брат, проходи.              — А, д-да… Д-добрый вечер.              Вэй Ин смущенно сел на своё место и опустил взгляд вниз, не зная, куда деваться. Он был совсем не удивлён тем, что брат Ванцзи заикается — об этом его предупредили задолго до встречи. Усянь ещё тогда подумал, насколько, должно быть, тяжёлое было детство у братьев Лань.              — Это Вэй Ин. Вэй Ин, это мой брат, Лань Хуань.              — Здравствуйте, приятно с вами познакомиться, — с лёгкой улыбкой сказал Усянь, протягивая руку.              Сичэнь немного растерялся, но пожал руку омеги, чуть наклонившись над столом. В этот момент сёдзи снова распахнулись и внутрь вошёл тот самый официант с небольшой частью готовых блюд, которые уместились на подносе. Ему пришлось трижды выйти и зайти, чтобы заполнить весь стол едой и закусками. Только после этого он, пожелав гостям приятного аппетита, покинул их компанию.              Лань Ванцзи посмотрел на взволнованного брата и отчего-то смущённого Вэй Ина. Оба сидели тише воды, ниже травы.              — Брат, ты-то чего распереживался? Вэй Ин точно не съест тебя, не беспокойся.              — Ахм, эм, нет, просто я и р-раньше видел его ря… рядом с тобой. Мне показалось с-странным, что ты решил п-познакомить нас т-только сейчас.              Лань Чжань нахмурился, внимательнее прислушиваясь к речи брата — ему казалось, что тот заикался куда меньше, чем обычно, несмотря на то, что попал в довольно стрессовую для себя ситуацию.              «Думал, всё будет куда хуже… Что-то хорошее случилось?» — подумал Лань Ванцзи, замечая даже малейшие изменения в Сичэне.              — Да, ты мог видеть его раньше, но я не был серьёзен насчет него тогда. А сейчас… сейчас я влюбился, поэтому вот так.              Вэй Ин чуть не подавился супом, когда услышал, как Ванцзи спокойно разбрасывается словами о любви.              — Ах, в-вот как… Я р-рад за тебя, б-брат. Раньше ты ни с кем м-меня не знакомил и я… п-переживал за тебя.              — Не стоит за меня переживать, Хуань. Теперь твоя очередь подыскать кого-нибудь достойного.              Сичэнь едва не выронил палочки из рук и, покраснев, опустил взгляд в тарелку. Ванцзи нахмурился.              «Что за реакция? Что? Неужели у него уже кто-то есть?»              — Хуань? Я чего-то не знаю?              Лань Сичэнь, испугавшись, всё-таки не смог удержать суши с крабом и оно полетело прямо в суп. Помимо этого, он умудрился выронить железные палочки из рук, отчего те с металлическим звоном упали на пол.              — Ах, ох… Ч-что же я…              — Хуань, ты что, тоже нашёл себе кого-то?              Сичэнь, осознав, что нет смысла скрываться, опустил голову вниз, скрывая за чёлкой свои глаза. Его плечи еле заметно дрожали и всё, что он смог выдавить из себя, это было тихое и виноватое:              — П-прости…              Лань Чжань, тяжело вздохнув, покачал головой, понимая, что семейный ужин превращается во что-то совсем уж странное.              — За что ты извиняешься? Я словно тиран какой… Лучше бы не скрывал своего омегу, а привёл сюда, на ужин. Так бы познакомились все вместе разом.              Сичэнь почувствал себя ещё хуже от слов брата. Сжав в пальцах ткань своих брючин, он тихо пробормотал:              — Н-не о-омега…              Ванцзи на секунду опешил. А Вэй Ин, удивившись, протянул Лань Сичэню дополнительные приборы в небольшой упаковке. Альфа, взяв протянутую вещь, тихо поблагодарил Вэй Ина, но доставать палочки не стал, ожидая, что брат может его прогнать из-за его неправильной ориентации.              «Если бы был бета, он бы так не отреагировал…»              — Вот как… — задумчиво пробормотал Лань Чжань и, погладив подбородок, тихо спросил: — Это доминантный альфа?              Сичэнь, распахнув глаза, тут же зажмурился и быстро закивал. Ванцзи хотел было попросить Вэй Ина покинуть помещение, чтобы они могли поговорить наедине, но потом всё-таки передумал и, вздохнув, проговорил:              — Хорошо, я понял. Поговорим об этом попозже, а пока давайте кушать, пока не остыло.              — Да, это хорошая идея, Лань Чжань!              Сичэнь, до этого напуганный реакцией брата, вдруг расслабился, стоило ему услышать бодрый голос Вэй Ина, говорившего с Ванцзи так фамильярно, словно это они двое были братьями.              «Даже я не смею звать брата по личному имени… Ванцзи позволил ему? И… брат выглядит очень… счастливым?»              — Мгм. Хуань, ешь побольше. Ты же голодный с работы пришёл? Дай угадаю, снова пропустил обед?              Лань Хуань мотнул головой.              — Н-начальник о-отдела з-заставил п-пообедать с ним…              Ванцзи выгнул бровь.              — Не Минцзюэ?              Сичэнь, покраснев и побледнев одновременно, кивнул, не зная, куда деться под пристальным взглядом старшего.              «Я попросил Не Минцзюэ приглядывать за ним, раскрыв ему, что он является моим братом. Что он такого сделал? Неужели… тем доминантным альфой является Не Минцзюэ? Блять… Почему Сичэнь с ним?»              Лань Чжань нервно выдохнул, но в очередной раз решил, что всю эту тему стоит пока что отложить хотя бы до завтра.