Крылья и хвост

      ***       Узкие, вытянутые босые ступни чуть слышно шлёпали по гладкому полу, аккуратно подстриженные коготки не мешали красться. Аше осторожно прикрыла дверь и остановилась в трёх шагах от койки, рассматривая спящего крылатого.       Ничем не выдающийся, лае как лае. Круглое лицо, светлые, слегка вьющиеся волосы, большие белые крылья. Во сне ему было почти спокойно, лишь самую чуточку тянуло безнадёжностью. Аше успела выспаться, успокоиться, и теперь это не мешало ей рассуждать.       Её прежняя жизнь закончилась, началась новая, и надо завоёвывать достойное место в этой новой. В чём-то это было похоже на брак по сговору родителей. Тот пугающий, которого называли Первосозданным, принудительно заключил сделку между ней и лае Тору. В отличии от брака, эта сделка не предусматривала общей постели и рождения наследников. Вместо этого Первосозданный что-то сломал в Аше так, что она стала слышать эмоции крылатых, а лае, который был сломан раньше, будет слышать их через неё.       Эалька сердито вздёрнула верхнюю губу. Хотелось зашипеть, но она боялась разбудить спящего. Ненормальное существо Первосозданный. Если смог такое, почему не починил Тору самого по себе? Она, пожалуй, предпочла бы даже постель со здоровенным незнакомым крылатым, чем вот это вот противоестественное, царапающее изнутри. Почему крылатые такие громкие и несдержанные?       Тем не менее, надо принимать то, что есть, и постараться использовать к своей пользе. Условия сделки не были ни записаны, ни даже озвучены (о, Предки, кто так ведёт дела! Только сумасшедшие крылатые и их жуткое божество). Если права и обязанности сторон не указаны, то Аше, как чужая здесь и как женщина, может быть оценена как вещь, суть которой — быть. Это её категорически не устраивало.       Пока не удастся найти применение своим талантам, она была готова взять на себя обязанности сестры. Она умела быть хорошей сестрой. Она воспитала своего младшего брата, хотя сама считалась ребёнком, когда умерла их мать. Так хорошо воспитала, что он махнул хвостом на мнение папаши и сбежал в другой мир изучать физику порталов. Она довольно улыбнулась, вспомнив, как был счастлив брат, получив положительный ответ из университета, и как орал отец, когда узнал об этом слишком поздно, чтобы ему помешать. С тех пор Аше видела брата всего пару раз, но его свобода и благодарность того стоили.       Так что она вполне могла посвятить себя заботе о новом брате. Надо только определить взаимные обязательства. Она, кроме всего прочего, умеет вести хозяйство. Но ей понадобится крыша над головой, обучение местной специфике и защита на случай, если другие крылатые будут враждебны. Точнее, она не сомневалась, что некоторые будут, вопрос в том, насколько это опасно. А потом, когда она обживётся здесь, и местные к ней привыкнут, можно будет искать работу, соответствующую её квалификации.       Возвращаться в свой мир было категорически нельзя. Там она уже потеряла статус. Даже если отец согласится принять её обратно, никаких прав у неё не будет. Может, когда-нибудь, когда брат станет главой семьи вместо отца, Аше вернётся. Ненадолго, в гости. А пока надо цепляться за крылатых руками, ногами и хвостом, и зарабатывать здесь собственный, а не сестринский статус.       …Мысленно распланировав свою жизнь едва ли не на годы вперёд, Аше забыла о самом главном.       Что-то изменилось сначала в ощущениях, и только тогда она осознала, что крылатый открыл глаза и смотрит прямо на неё.       В этот раз она не закричала вслух, только внутри. Но этого хватило.       Примчавшийся крылатый врач, Вольф, застал лае сидящего на кровати, с мрачным видом растирающего виски, а эальку судорожно забившейся в угол, тоже сжимающей обеими руками голову.       — Что?.. /удивление-сочувствие-недовольство/       — Это не я… то есть не он… Всё хорошо, господин доктор, — Аше торопливо выпрямилась и поклонилась, только хвост нервно дёргался. — Я просто не ожидала.       /горе-неприязнь-обречённость/       Аше была не против крылатого брата. Но с чего она взяла, что он будет рад хвостатой сестре?       * * *       Доктор отпустил их после осмотра, взяв обещание вести дневник наблюдений за самочувствием, регулярно приходить на осмотры /любопытство-азарт-любопытство/ и категорически запретив называть себя господином.       Дом Тору находился на окраине поселения крылатых. Идти пришлось далеко и пешком. Аше, покорно следовавшая за новоявленным братом, видела, как у него подёргиваются крылья. Один он бы полетел, и эалька чувствовала его глухое сдержанное раздражение. А на них ещё и глазели со всех сторон /любопытство/удивление, возмущение/восхищение/, так что ей хотелось обратно в медблок, свернуться клубком под одеялом и вцепиться зубами в собственный хвост. Лае, раньше, во время коротких дипломатических миссий казавшиеся ей нормальными, в естественной обстановке оказались чудовищно эмоциональными и недисциплинированными. /Удивление-сочувствие/ — кажется кто-то сам поймал её эмоции и ответил, и это было ещё хуже. Она не хотела лезть в чужие головы, и тем более чтоб кто-то лез в её. А «брат», погружённый в собственные мысли и снова открывшуюся ему сеть общей связи, кажется, даже не замечал страданий «сестры».       Дом Тору оказался очень аккуратным и чистым для дома холостяка. И очень безликим, как будто хозяину было безразлично место, где он живёт, а порядок поддерживался по инерции. Кажется, Аше осторожно прислушалась к ощущениям, так оно и было.       - Ты можешь выбрать себе одну из гостевых комнат, - кисло предложил лае. Он честно пытался быть любезным, но получалось так себе.       Он понимал, что Первосозданный ничего не делает просто так. Что Аше ни в чём не виновата. Что по всем правилам он должен быть ей благодарен. Но чувства были сильнее голоса рассудка.       - Благодарю, господин Тору, - Аше вежливо поклонилась. К ней понемногу возвращалась многолетняя выдержка дипломата, и она старалась не только выглядеть, но и чувствовать себя кроткой, покорной, не раздражающей. Привычная, отрепетированная роль.       - Оставь эти церемонии, - отмахнулся крылатый. – Здесь они никому не нужны. Может, Малкольму понравится, но он и так нос задирает, обойдётся. Тебе нужно что-то конкретное? Я слетаю на склад за продуктами на ужин и всё такое.       - Бытовые мелочи. У меня совсем ничего нет. Предполагалась короткая встреча, к ночи мы должны были вернуться в свой мир, - смущённо пожала плечами хвостатая. Торопливо продолжила, - я могу готовить и убираться. И потом, когда немного освоюсь, найду работу, я не хочу быть обузой, гос… Тору.       - Посмотрим, - неопределённо дёрнул крылом лае, выскакивая на крыльцо.       Обоим это общение было в тягость.       Оставшись одна, Аше уселась на табурет (как раз для лае и неудобный для неё, слишком высокий и без спинки), выпрямившись, сложив перед собой руки и подобрав к ногам хвост . Никто её не видел, но так, привычно поддерживая образ совершенства, легче думалось.       …В каком-то смысле ей повезло. Она получила какого-никакого, а второго брата. С первым всё хорошо. Что было бы, если бы ей, как Тору, насильно всучили замену? Вместо родного любимого брата, горе по которому годами гложет изнутри – подделку, малопонятного чужака с крыльями вместо хвоста? Костыль, с которым можно ковылять, но не летать, и от которого нельзя отказаться? Аше передёрнуло. Ей было жалко крылатого. Но и себя тоже жалко. И если первому она никак помочь не сможет, разве что постараться поменьше тревожить, то со вторым надо работать.       Илья или Вольф? Добиться успеха она может, только став полезной кому-то высокопоставленному. В министерстве по межвидовым связям было досье на самых заметных крылатых Отдела, и сейчас она старательно вспоминала. Врач ей нравился больше. Складывалось впечатление, что он не обидит без повода, а уж не давать поводов Аше умеет. Она хорошо угадывает, какой её хотят видеть. А если привыкнуть и потренироваться, эту жуткую связь крылатых можно использовать, для корректировки своего поведения, как в детской игре горячо-холодно. Но Вольф – врач. В медицине она не ничего не смыслит и смыслить не хочет. Не то чтобы Аше боялась крови, но всё это ковыряние в чужих внутренностях… Нет, этому она учиться не готова, а хороший секретарь должен разбираться в сфере деятельности своего начальника. Значит, Илья. Аннерг полукровка, сказочный силы боец, видимо, неплохой администратор, раз за сотни лет здесь ничего не развалилось. Эалька его опасалась, но она разбиралась в дипломатии, экономике, делопроизводстве. Она сумеет доказать, что полезна и достойна здесь жить не только из-за каприза их божества.       План действий был выработан, и это давало иллюзию уверенности.       …В сердце отдела, на Древе, шушукались лилимы, предвкушая новую занимательную игру.